Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
- Тяжёлый день, да? - Как бы все-таки хотелось, чтобы день и в правду выдался просто тяжелым.

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальное время » Let's not fall in love


Let's not fall in love

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

http://funkyimg.com/i/2nNAL.jpg
Livia & Steve
24-25 декабря 2016
Они не собирались вместе встречать Рождество и, тем более, рассказывать о себе лишнее.
Но у судьбы оказались другие планы.

Отредактировано Livia Andreoli (2017-01-24 12:18:17)

+1

2

[NIC]Steven Fratto[/NIC]
[AVA]http://savepic.su/7409919.jpg[/AVA]

Прежде чем выйти из дома, Стив  мельком глянул в зеркало – не ради пустого чванства,  а потому что редко видел себя в такой ипостаси. Джинсы, клетчатая рубашка,  расстегнутая на шее,  тяжелые ботинки -  одежда не для  гламурных ресторанов или светских приемов, но для дороги. Последнее время Фратто редко ее надевал –  заседания собрания штата, совещания в партийном штабе или  газетные интервью требовали элегантных костюмов,  консервативной окраски галстуков и туфель из тонкой кожи. Эту же сбрую политик привык носить еще во времена своей предпринимательской деятельности, а до этого… до этого был мундир. Но на самом деле все мы родом из детства,  а детство Стивена Фратто прошло на ранчо отца, среди лесов, природы, cвежего воздуха. Все это – и сопряженную с такой жизнью свободную одежду – он любил до сих пор. Отсюда и охотничьи экспедиции, и журналистская работа, заставившая его мотаться по всему миру, от одной пустыни к другой.  Интересно,  как к этому относится Ливия? Она не похожа на человека, способного пренебрегать комфортом мегаполисов, но… Но…
Мысль о Лив заставили италоамериканца по-особенному улыбнуться – но пока погружаться в мысли о молодой женщине он не стал, оставил для пути. С военной организованностью выключил в доме все лампочки, подхватил большую сумку с вещами и, закрыв дверь на ключ, двинулся к машине. Поместив барахло в багажник, быстрым молодым движением запрыгнул на переднее сидение и вставил ключ зажигания.  Черный внедорожник "Лендкрузер 200"  зарычал, подобно просыпающемуся в своей берлоге медведю, и тронулся с места.  Именно эту тачку Фратто любил больше всего - и использовал ее для более или менее дальних поездок. В ней был простор, мощь, умение преодолеть любые препятствия – а все это Стивен весьма ценил. Выработанными за долгие годы вождения автоматическими движениями Стив гнал машину по шоссе – и в то же время размышлял о прошедшем годе. Нельзя сказать, чтобы он был годом побед – пусть его политический шеф, председатель Калифорнийской республиканской партии*, и похвалил его за "усердную работу". Несмотря на то, что у штата был теперь губернатор из их лагеря,  в легислатуре у республиканцев по-прежнему было меньшинство – и потому они потерпели ряд поражений. Его соратники безуспешно попытались побороть предложение демократов повысить минимальный возраст курильщиков и присвоить электронным сигаретам тот же статус, что и обычным. У них не удалось противостоять ни Obamacare, ни местным здравоохранительным инициативам своих противников. Наконец, ничего не получилось сделать  ни с легализацией марихуаны, ни с повышением определенных налогов. В силу этого – год непродуктивный… но чего еще можно было ожидать из одного из самых либеральных регионов США, где консерваторов – по пальцам пересчитать можно?
Однако, если на ниве общественного служения Стивен и не слишком преуспел (впрочем, не по своей вине), то в его частной жизни произошли неожиданные изменения. Удивительное и яркое знакомство с удивительной и яркой женщиной. Произошедшее совершенно случайно, внезапно – и сразу как бы показавшее, что их отношения будут далеко не ординарными.  Его случайное попадание в сад большого роскошного дома. Нападение красавицы с кочергой наперевес. Авария. Его позорное бегство – момент, о котором Фратто до сих пор вспоминал с некоторым отвращением и пытался прогнать из головы. Цветы, которые он ей прислал в больницу, приглашение в ресторан… Все то, что словно следовало одно за другое, все глубже его затягивая.
Если что Фратто и обожал в особах прекрасного пола, так это некий элемент загадки. А в Ливии ее хватало сполна. Она интриговала его, интересовала, манила… и безумно возбуждала, чего уж там говорить. Атмосфера секса словно окружала ее. И при этом Андреоли не была похожа на тех женщин, которые Стиву зачастую встречались в околовластных кругах  -  карьеристок с блестящими волосами и силиконовыми грудями, готовых трахаться с кем угодно и где угодно, ради того чтобы откусить кусочек от аппетитного пирога. Нет, Фратто никогда не был так уж разборчив, в молодости он был рьяным бабником – но с годами становишься мудрее и учишься отличать фуа-гра от куска свинины. Некое прозрение пришло к мужчине, когда он начал заниматься оружейным бизнесом и его стали приглашать на всяческие вечеринке на Таймс-Сквер и в Манхэттене. Там Стивену пришлось лицезреть немало чиновных мужчиков за шестьдесят, с лицами пасторов,  истекающих сладострастными слюнями в объятиях расчетливых двадцатилетних хищниц. Тогда он себе пообещал, что точно не превратится в такого вот старого мудака.
Да, Ливия была другая, в ней была цельность и самодостаточность. И, вместе с тем, она оставалась, прежде всего, женщиной, а не превратилась в мужеподобную бой-бабу,  с которыми ему также часто приходилось сталкиваться на нынешней работе. С такой Стив себя даже не мог представить -  зрелище подкаблучника Клинтона, покорно таскающегося за ведьмой Хиллари,  вызывало у него брезгливый смех. Нет, это все было не то.  Две грани медали – а Ливия казалось особенной. Он так и не смог ее пока раскусить – но был уверен, что со временем получится.
Погруженный в раздумья,  член собрания штата не заметил,  как подъехал к вилле Андреоли. Выйдя из тачки,  он двинулся к двери. На мгновение остановился около нее, провел рукой по прическе. Решение предложить девушке провести с ним Рождество в родном Шаста-Каскейде было необычным для него самого – он ведь вез ее не в какие-то нейтрально-приятные места, а в нечто, бывшее важным элементом его жизни. Хотел увидеть ее реакцию? Узнать, оценит ли она те края так же, как он? Хрен его знает. Протянув вперед руку, Стивен Фратто нажал на кнопку звонка.

* Местный филиал Республиканской партии США

+2

3

- Вряд ли, ма, у меня куча дел на работе, - закрывая холодильник, отозвалась Ливия в зажатую плечом телефонную трубку. Она встала с постели не больше часа назад и, несмотря на полдень, все еще была в черном шелковом халате поверх ночной. - Постараюсь заехать, но не могу обещать, -  вытащив с полки коробку мюсли, она высыпала их в миску и обильно залила молоком. Самостоятельно готовить что-то более сложное на завтрак Ливия давно отвыкла. Полезными и по-настоящему вкусными блюдами ее обычно баловала домработница Нина, но в Рождество она уехала к семье. - Передавай папе привет. С Рождеством, - поздравление прозвучало дежурно и без привычного для американца энтузиазма. В принципе, родителям Ливии давно пора было смириться с тем, что их девочка воспринимает этот праздник достаточно прохладно и не уделяет ему много внимания. Когда-то это была хорошая традиция - собираться за столом всей семьей. Ливии всегда нравился тот домашний уют, что устраивала мама, но потом в ее жизни появился Марчелло и умудрялся каждое Рождество превратить в какой-то кошмар. С тех пор этот праздник лишился всякого волшебства, и сейчас Лив воспринимала его исключительно как возможность устроить себе выходной. По понятным причинам, в Парадизе народу в эту ночь было не много, так как большинство клиентов стремились все же провести праздники в семейном кругу, а не шататься по борделям. Ехать к родителям, вопреки жарким приглашениям, Ливии тоже совсем не хотелось. Она прекрасно знала, что там соберутся их старые друзья, и вечер превратится в очередные воспоминания о прошлом. А так как щемящую сердце ностальгию Андреоли не любила (а может, даже опасалась), то и от подобных посиделок всегда старалась держаться подальше. Чтобы не обижать родителей, однако, приходилось выдумывать всякие отговорки, типа завала на работе. Это была далеко не первая ложь в жизни Ливии, так что угрызения совести сейчас ее совсем не мучили.
Закончив разговор, она отложила телефон и подобрала под себя полы халата, чтобы забраться на барный стул и приступить к незатейливому завтраку. Параллельно она принялась отправлять веселые сообщения Берн. Ее юмор и легкость в общении с подругой были напускными, но после той страшной аварии, что случилась с Рикардс в ноябре, Ливия старалась быть как можно менее резкой и не напоминать блондинке ни о чем плохом. Она и самой себе запрещала думать о том, что, возможно, Берн никогда уже не сможет вести нормальный образ жизни. Все это было, конечно, дико и добавляло Андреоли очередных расстройств.
Лениво пережевывая безвкусные мюсли и улыбаясь шутливому поздравлению неунывающей подруги, она краем глаза заметила, как в окне мелькнула чья-то подъезжающая машина. Минуту спустя, из нее показалась фигура Стивена Фратто.
Эта персона была довольно занимательной для Ливии, особенно на первых порах. Их чудаковатое знакомство и таинственное исчезновение мужчины после аварии вынуждало Андреоли так или иначе гадать, что же это было. Странной ей показалась и озвученная позже причина - якобы, политическая карьера не позволяла ему подмачивать собственную репутация, потому он и оставил ее в машине, заботливо вызвав для нее скорую. Что такого порочного в автомобильной аварии, Ливии до сих было не очень ясно. Но чем больше вопросов Стив порождал в ее голове, тем крепче становился интерес. Правда, раскрутить свои отношения они так толком и не успели. На Ливию навалилась масса проблем, начиная с открытия "Дольче" и заканчивая истрепавшей нервы историей про фальшивую Лору. Поэтому Стивен, естественно, отошел на задний план. Кроме ужина в ресторане и нескольких все-таки принятых от него звонков (сама Ливия вообще никогда его не набирала), у них так ничего и не сложилось. Сегодня же он, вероятно, решил поздравить ее с Рождеством лично.
Подоспев к двери одновременно с ним, она захотела немножко удивить и открыла ему ровно в ту же секунду, как раздался звонок. Припав плечом к дверному косяку, она улыбнулась:
- Сюрприз, - прошептала полувопросительно. Обстреляв его глазами на наличие подарка, женщина ничего не нашла, что повергло ее в легкое недоумение. Для чего он тогда приехал? - Поздновато спрашивать с меня за нанесенные побои, - губы тронула ироничная ухмылка. Приглашать в дом она не торопилась и все еще придерживала дверь свободной рукой.
Внезапно позади Стивена послышался шум мотора, и, переведя взгляд на дорогу, Ливия моментально узнала машину Митча.
- Черт, - нахмурившись, еле слышно прошептала она. В такие щекотливые ситуации она не попадала наверное с самой школы. Обычно ее романы заканчивались прежде, чем пересечься друг с другом. В общем-то, с Митчем, она считала, у них тоже все кончено. После той дурацкой размолвки из-за ее присутствия на матче вместе с Хадди Уайаттом, они так и не смогли помириться. Уязвленный Митч решил поиграть в обиженного, видимо, считая, что Ливия будет за ним бегать и вымаливать прощение. Но у Андреоли не было на это ни времени, ни большого желания. В конце концов, с Митчем ей уже давно стало смертельно скучно - одни и те же разговоры, старые шутки, избитые сплетни. Единственное, что у него было не отнять - это умение прикоснуться к ней именно там, где нужно. Ради этого Лив, возможно, и была не прочь помириться, но уж первый шаг делать точно не собиралась.
Не вовремя, конечно, он надумал засунуть свои обиды в задницу. А в том, что он приехал мириться, не было никаких сомнений. Из машины он вылез с большущей подарочной коробкой в руках и слегка оторопел, увидев на пороге другого мужчину.
- Привет, - сказал, однако, громко и миролюбиво, подходя к ним. - С Рождеством!
- Стив, это - Митч Эванс. Митч, это - Стивен Фратто, - опустив лишние приставки, запросто представила мужчин друг другу, стараясь обойтись без неловкости в голосе.
Придерживая подмышкой свой большой подарок, Митч тут же крепко затряс ладонь Стива в рукопожатии. Затем вытащил что-то из кармана и, широко улыбаясь, навесил это над головой Ливии. Андреоли подняла глаза - в его руках была веточка омелы. Значит, вот-вот последует поцелуй...

______________________

*Митч Эванс

Отредактировано Livia Andreoli (2017-01-24 13:05:50)

+2

4

[NIC]Steven Fratto[/NIC]
[AVA]http://savepic.su/7409919.jpg[/AVA]

Когда дверь открылась и перед взором Стива предстала стройная фигура в черном шелковом халате, то он несколько секунд молча, улыбаясь, смотрел на нее. Сначала все начиналось только с раздражения,  потом перешло во флирт – но теперь его, что ни говори, страшно тянуло к Андреоли. Его заводила ее внешность, аура, манера общаться – и сейчас, именно в эту минуту, политик решил про себя, что добьется молодой женщины, чего бы это ему не стоило. Пока же он ответил вопросом на вопрос, широко ухмыляясь. – Не любишь сюрпризы? Но когда все предсказуемо, жизнь становится очень скучной, пресной какой-то. Не так разве? Это не было со стороны Фратто просто рисовкой – он ведь много чего менял в своей жизни, волей или неволей не раз покидая тихие и спокойные гавани ради  штормовых и при этом полных крокодилов и акул заводей. Ушел из армии ради работы журналистом в "горячих точках", затем заделался легальным торговцем оружием, теперь вот выбился в члены собрания штата. Вроде как остепенился, осел, одомашнился – но именно что "вроде". – Хотел узнать,  какие у тебя планы на Рождество? Просто есть одна идея… Идея была проста – предложить девушке отправиться вместе с ним в Шаста-Каскейд, посетить его семейное ранчо. Звучало как-то по-реднековски – но на самом деле таковым не было.  Ранчо "Плезент Фьюс"* некогда,  при отце Стивена,  Энтони, действительно являлось попросту большой фермой,  эдаким жильем разбогатевшего селянина. Дом был большой, но аляповатый и не слишком комфортный, с прилегающими к нему амбарами и хозяйственными зданиями. В них, в частности, складировалась шерсть, состригаемая с большой отары овец,  которую отставной генерал держал на прилегавшем к ранчо пастбище. Кроме того, Энтони выращивал помидоры, сливы и шпинат, продавая их потом фирмам-скупщикам в Реддинге, и активно участвовал в занятиях местной ассоциации аграриев.  На это, после выхода отца на пенсию, уходило много времени и денег – и приносило разве что самую мизерную прибыль, бабки семья Фратто делала на своих магазинах для охотников. Однако папе Стива сельское хозяйство доставляло искренне удовольствие – то ли он подражал помещикам своей старой родины, о которых ему рассказывал собственный родитель, то ли просто во весь голос говорили крестьянские инстинкты.  В общем, после того как Энтони умер и в "Плезент Фьюс" начал хозяйничать брат Стивена, Филип, то вскоре вся эта тема окончательно зачахла. Потому, когда политику пришлось в спешном порядке спасать от кpeдиторов их достояние, он без колебаний пожертвовал всей этой рустикальной ерундой. Пусть фрукты и овощи хиппи выращивают.  Он сдал пастбища и тому подобное соседним фермерам, кое-что продал – и постепенно провел ранчо в удобное место для отдыха.  Дом был перестроен и превратился во вполне комфортабельную виллу, появилась персиковая оранжерея, был сооружен большой бассейн… Одним словом,  ферма преобразилась в усадьбу. Из старого осталось лишь хозяйство по разведению гончих, но оно было перемещено на край владений Фратто. Он до сих пор помнил, как ему, в былые времена, целыми ночами мешал спать постоянный лай. Отцу было все равно –  он, тем более, к старости стал изрядно глуховат,  приходилось кричать, когда с ним разговаривал.
Как бы то ни было, рассказать Ливии о своем предложении Стивен не успел – так как внезапно услышал звуки клаксона и голос за спиной. Обернувшись, он узрел мускулистого высокого парня, шедшего в их сторону.  В его лицо было что-то знакомое – может, видел,  по телевизору,  в журналах или вовсе на каком-то светском мероприятии. Определенно – даже последнее. – И вам счастливого Рождества, Митч. – вежливо сказал Фратто, пожимая руку этому качку.  При этом чувства его были далеко не самыми радостными – италоамериканец, окинув незнакомца (или смутнознакомца?) взглядом, быстро отметил и большую подарочную коробку в его руках, и то, как он смотрит на Ливию. Может быть, приятель… но нет, так приятели не смотрят.
Внезапно Стивен ощутил себя в глупом положении.  Он спросил в свое время молодую женщину о муже – но не о том, есть ли у нее кто-то еще. Бойфренд, любовник, молодой человек – как это не назови. Ни обмолвилась об этом ни словом и Лив, когда они были в ресторане… и вообще не вела себя, как "занятая" девушка.  В общем – ситуация несколько дурацкая.
Глядя как Митч (так звали этого мужика, получается) поднял над головой Ливии веточку омелы, Фратто быстро соображал, что делать.  Просто убраться, признав, что залез на чужую территорию? Но Стивен не привык сдаваться, да и характер отношений между этим Эвансом и  столь понравившейся политику таинственной красавицей до конца ясен не был. Может, просто ухажер, как и он. Надо было получше разобраться во всем  и параллельно занять выгодные для себя позиции. Победить не грубостью или физическим напором – а умом. 
Митч Эванс! Внезапно для себя самого Фратто вдруг понял, кто этот пацан (в сравнении с ним, по возрасту) и где он его видел.  Тому на каком-то благотворительном мероприятии прошлый губернатор вручал  почетную грамоту -  кажется,  оно называлось "Спортсмены против наркотиков" или еще что-то там такое.  И этот вот парнишка и был, собственно,  спортсменом -  Стивен даже вспомнил каким.  - А я вас знаю! Вы же баскетболист? В какой команде теперь,  вместо "Кингс", будете? - с внешним благодушием сказал Стивен, будто не замечая затеянных  звездой меча и сетки амурных маневров.  Произошло то, что он и ожидал -  Митч внезапно дернулся,  и оглянулся.  В его глазах появилось беспокойство -  фраза поразила своей неожиданностью. – В смысле? Я же до сих пор в "Кингс"! Фратто в этот момент даже его пожалел  - многие из профессиональных атлетов были как бы детьми-переростками,  с не слишком развитым интеллектом,  базовыми потребностями и  заурядным кругом интересов.  Но на любви и войне все средства хороши – этому Фратто научился еще в Сомали,  когда в пропитавшемся потом обмундировании бродил по раскаленным африканским пескам.  Бизнес только отточил его бойцовские качества. – А, ну и хорошо!  У меня есть  знакомый просто,  Джерри Бартлетт,  из комитета по спорту и туризму,   он слышал, что вроде хозяин "Кингс" после поражения  в матче «Лейкерс» решил контракты разорвать со многими,  обновить команду вообще… Ну, может быть, сплетничают просто, кто знает... По одному матчу ведь не судят? На самом деле тут Стивен даже и не врал – он озвучил реальную сплетню,  но сумел  этим развеять романтическое настроение, двигавшее только что Митчем.  Тот ведь был уже не мальчонкой двадцати лет, и для него возможность выхода в тираж была ножом острым.  Если договор с тобой разорвут, придется пытаться попасть в команду рангом ниже, что уменьшит и зарплату,  и доходы от рекламы. А если не устроишься? Куда идти,  учителем физкультуры в школу? – Значит, дружишь со спортивными звездами? – спросил затем Фратто у Ливии.

* Pleasant Views  - "Приятные Виды"

+2

5

- Ненавижу сюрпризы, - хотя бы потому, что они часто приводят к таким вот казусам, как сейчас. Но, произнося это, Ливия смотрела таким убийственно чарующим взглядом, что было совершенно ясно - она рада видеть Стива. В его действиях, пускай и спонтанных, всегда чувствовалась решительность. А это бессменно подкупало Андреоли в мужчинах. Она могла сколько угодно отрицать свою симпатию к настойчивым, упертым и наглым, но все равно увлекалась именно такими. Даже Митч был из их числа. И как бы он ни возмутил сейчас, застав врасплох своим визитом и веточкой омелы над головой, подобные смелые шаги покоряли. Однако два храбреца в погоне за одним призом - это уже соревнование, и Стивен вклинился в бой быстрее, чем даже могла сообразить Ливия. Чтобы предотвратить неуместный поцелуй, та машинально выставила перед грудью Митча свою ладонь, но вряд ли успела бы увернуться, если бы Стивен его не отвлек. Надо отметить, нашелся он мастерски. Ничто не интересовало Митча Эванса так, как спортивная карьера. А замечание Стива уязвило, и он тут же переключился с Ливии на него. Перемещая крупногабаритную коробку в другую руку, баскетболист недовольно буркнул:
- Это просто сплетни. В наш адрес всегда льется много негатива. Малейший промах, и тебя сразу забрасывают тухлыми яйцами. Но это не повод, чтобы сдаваться. Наш тренер верит в нынешний состав. Хоть и не все верят в нее, - пожав плечом, нервно усмехнулся. Рейхель Берген была первой женщиной-тренером в истории клуба, и многие фанаты сваливали происходящие поражения именно на нее. Нередко на этом фоне случались конфликты и внутри команды. Разумеется, все это сказывалось на играх отнюдь не положительным образом, и Митч переживал. В том числе из-за того, что вылетит с команды ввиду возраста и не сможет зарабатывать прежние суммы. Ливия не раз советовала ему заняться бизнесом, открыть свою школу, давать мастер-классы, продвигать личный бренд, в конце концов, но Митч всегда был только спортсменом. Заниматься предпринимательством у него не получалось.
- Значит, дружишь со спортивными звездами? - Ливия выдержала на себе взгляд Стива с легкой, едва заметной улыбкой на лице. Она начинала замерзать от декабрьского воздуха и поплотнее закуталась в халат, обняв себя двумя руками. Что ей делать, она не знала. Фратто хоть и отлично скрывал свои эмоции под маской дружелюбия, явно был не обрадован появлением непонятного Митча Эванса возле ее дома. А Ливия, несмотря на то, что не считала себя обязанной объясняться перед человеком, который то появляется, то исчезает, все равно тоже чувствовала себя не лучшим образом. Ей не хотелось упускать Стивена.
Но ровно так же ей не хотелось расставаться и с Митчем. В конце концов, он большой молодец, что отважился на примирение и приехал в Рождество. Значит, она была ему небезразлична.
- Зайдешь в дом? - наконец, произнесла, приняв у себя в голове определенное решение. - Здесь холодно, - она шире отворила дверь и посмотрела на Стива. Приглашала она его, а не Митча.
Когда итальянец зашел, Лив преградила баскетболисту путь.
- Твой новый хахаль? - нетерпеливо и дерганно прошептал Митч, глядя вслед Стивену. - Быстро ты. А я думал, у нас еще есть шанс.
- Шанс есть всегда, - женщина прикрыла глаза и с улыбкой пожала плечами. - Ты просто выбрал не лучшее время. Спасибо, что приехал. Я тоже думала о тебе, - не сильно и приврала. В перерывах между рабочими дрязгами она действительно иногда возвращалась мыслями к их дурацкой размолвке и думала о том, как неплохо было бы снять напряжение в объятиях Эванса.
- Это тебе, - он протянул коробку. - Буду ждать звонка с приглашением составить компанию за этой штукой.
Смяв веточку омелы, он запихнул ее обратно в карман и, ничего больше не говоря, стал удаляться к своей машине. Недолго задержавшись взглядом на его упругой заднице, Ливия закрыла дверь и с коробкой в руках прошла в гостиную, где ее ждал Стив.
- Отлично владеешь словесными уловками, - бросила она с ухмылкой. - Хотя все политики это умеют, верно? Манипулировать людьми - ваша профессия, - звучало колко, но Андреоли не собиралась скрывать своего мнения относительно тех, кто просиживает зад на собраниях по болтологии, где якобы решают городские проблемы. Будучи хозяйкой "Парадиза", Ливии доводилось встречать не одного политика на своем пути, и мало кто из них отличался порядочностью и честностью. Все занимались крохоборством и брали взятки, чтобы лоббировать тот или иной проект, а на мнение народа им было плевать. Наверняка Фратто поступал так же.
- Так что за идею ты хотел предложить? - отставив коробку с подарком на рояль, Ливия уперлась ладонями в твердую поверхность крышки. Она вела себя максимально непринужденно, будто и не было в сцене с Митчем ничего особенного. И вовсе не о чем вести расспросы или давать пояснения. - Готова рассмотреть твои варианты, потому что я не праздную Рождество.

Отредактировано Livia Andreoli (2017-02-17 12:17:04)

+2

6

[NIC]Steven Fratto[/NIC]
[AVA]http://savepic.su/7409919.jpg[/AVA]

Глядя как занервничал Митч, Стивен не мог не усмехнуться. Все спортсмены были одинаковы. Их старт был блистательным – в том возрасте, когда их сверстники (вроде Фратто) еще сидели за партами в вузах или за офисными столами, они уже гоняли на роскошных тачках, играли мышцами перед телевизионными камерами и ездили по всему миру на всякие турниры или соревнования. Но это род тех цветов, что быстро вянет – к тридцатнику большинство были уже не в кондиции ставить рекорды и приходилось думать о смене профеcсии. Наиболее предусмотрительные и умные (а таких среди атлетов было весьма немного) делали денежные закладки, создавали какие-нибудь бизнесы (допустим, торговали майками со своими физиономиями), уходили в тренеры или в какую-нибудь околокиношную шнягу. Но, судя по простодушному лицу Эванса, тот был парень нормальный, но не из гениев. Если потеряет репутацию, то максимум заделается каким-нибудь школьным физруком… или кем там становятся баскетболисты-неудачники? – Надеюсь, вы нас еще порадуете. "Кингс" - гордость нашего города. – в душе торжествуя победу, сказал Стивен сопернику. Одна из тех дежурно-вежливых фраз, которые политику часто приходилось произносить. Он не любил излишнего балабольства, но без этого в его работе было не обойтись. То ли дело в Сомали  - там с местными приходилось общаться преимущественно комбинацией из выстрелов и языка жестов.  – С удовольствием. – когда Ливия пригласила члена собрания штата в дом, у него внутри радостно потеплело. Этого качка она, видимо, звать не собиралось – и это могло быть определенным знаком. Последний раз кивнув Митчу, Фратто вошел внутрь особняка. Огляделся по сторонам – в ту ночь, он не мог нормально разглядеть интерьер, но и тогда отметил дороговизну и изысканность обстановки.  Сейчас это ощущение только усугубилось. Cлова Ливии отвлекли его от созерцания комнаты – ведь на молодую женщину было смотреть приятнее, чем на самую роскошную мебель или самые интересные картины.  – Не понимаю, о чем это ты? Я просто разговор поддержал. – с широкой ухмылкой  ответил бизнесмен, когда Андреоли съязвила насчет манипулирования и уловок. В его голосе было ложное удивление, но глаза смеялись и не давали принять это удивление слишком всерьез. – Но вообще… когда слова  cтановятся оружием, заменяя оружие настоящее, это не так уж и плохо, а? По крайней мере, они никого не убивают… в буквальном смысле. Уж я то-то знаю – я настоящее оружие и применял, и продавал. Эту фразу он кинул для затравки, чтобы заинтриговать девушку, вызвать у нее интерес к своему бурному прошлому. Он даст ей узнать себя получше – и надеется, что и она ответит тем же.  – Не отмечаешь Рождество? Чего же так? Италоамериканцы ведь обычно любят все это… Индейки… Гирлянды… Ветки омелы… - последние слова Стивен  произнес, прищурившись, намекая на только что произошедший эпизод. Затем же закончил вступление, переходя собственно к предложению. – Я вот что думал. Раз ты не занята… Не хочешь ли со мной съездить, в Шаста-Каскейд? У меня там есть дом, в очень живописном месте. Ты не была в тех краях? Там очень красиво – Лес Тысячи Озер, вулкан настоящий… Считай, если не видела местной природы, то не знаешь Калифорнии. Говоря все это, Стивен испытал искреннее волнение – предложение было нестандартным и дерзким, пожалуй, при том, как недолго они были знакомы. Но он просто не мог его не сделать.

+3

7

Усмешка Ливии вторила мужской. Стоя в гостиной, они смотрели друг на друга, и каждый понимал - только что произошел бой, который Стивен с достоинством выиграл у Митча. Он бил словом в то время, как Эванс смог бы ответить только силой. Ливию же в первую очередь всегда восхищал в мужчине ум. Но у Фратто в арсенале определенно имелась еще и заметная доля хитрости. А с такими кадрами Андреоли и сама чувствовала себя, как на войне. Становиться игрушкой в чьих бы то ни было руках ей совсем не хотелось, а стоящий перед ней итальянец похож на того, кто привык к легким победам. Статный, очаровательный, воспитанный, при деньгах, - к таким дамы обычно падают в объятия сами. Когда-то давно, при первых встречах столь же обворожительно пускал пыль в глаза и ее бывший муж. Будучи глупее и наивнее, чем сейчас, Лив не устояла. А супруг оказался больным ублюдком, причинив ей столько боли, что до сих пор щемит сердце.
Наступать на те же грабли Андреоли себе запретила, но изнутри так и подмывало пуститься в головокружительную авантюру и исследовать загадочного Фратто вдоль и поперек. Может быть, даже немного ранить его сердце, чтобы сломить эту непоколебимую уверенность в себе. Да, кажется, она нашла себе новую сочную цель.
Услышав брошенную мужчиной фразу насчет оружия, Ливия немного напряглась. Интересно, что бы он сказал, узнай, что ей приходилось убивать?
Отогнав от себя эту мысль, она перевела тему и в ответ на его ехидное замечание про рождественскую омелу тоже с легким прищуром улыбнулась. Эта игривая ревность ее заводила.
- Как ты заметил, я не слишком традиционна, - встречает чугунным ударом по голени, держит во дворе не собаку, а соболя, принимает подарки от одного, но в дом приглашает другого... По-честному, Ливия уже давно подумывала о том, что у нее не все в порядке с головой, но затем смотрела на некоторое свое окружение и понимала, что еще вполне адекватна.
- Съездить в Шаста-Каскейд? - то есть, к нему домой? Она помолчала. Затем провокационно ухмыльнулась. - А ты не любишь затягивать с конфетно-букетным периодом... - Однако с ответом не торопилась. Но не потому что оскорбилась или возмутилась предложению мужчины. Скорее, испугалась. Он приглашал ее не на банальное свидание с финалом в съемной квартире, а в дом, где он вырос. Для Ливии это было удивительным актом доверия и попахивало чем-то серьезным. А серьезных отношений Андреоли боялась, как огня. Они с Митчем встречались почти год, однако она до сих пор не знала, как зовут его мать, а о существовании сестры услышала буквально накануне ссоры. Стивен же предлагал сейчас приоткрыть страницы своего детства, заглянуть на свою личную территорию. Разумеется, это настораживало ту, которая привыкла к определенному расстоянию с мужчинами. - Вулканы, говоришь? Звучит как вызов, - потянула еще немного, пока наконец решительно не заключила: - Ты знал, чем меня соблазнить, - улыбнулась. - Тогда подожди, я сейчас переоденусь. Можешь посмотреть телевизор или сделать себе кофе.
С этими словами она подхватила подарок Митча с рояля (хотела посмотреть, что там внутри) и, скользя ладонью по перилам, стала лениво подниматься наверх. Намеренно, чтобы он не подумал, будто она только и ждала его приглашения. Наверху Лив первым делом раздербанила коробку Митча и чуть не расхохоталась в голос. Он презентовал ей новый плейстейшен! Вот почему он просил позвать его в компанию, когда она примется за подарок! Да, Эванс был тем еще ребенком, но наивность и простота - наверное не самые плохие качества в людях. Жаль, Ливия всегда пренебрегала подобными, всякий раз делая выбор в пользу сложных человеческих демонов.
Собираясь в поездку, она не торопилась. Натянула черные узкие брюки, светлый свитер. По ходу дела думала о Стивене, о том, как лучше будет взломать ему голову и задеть сердце. Никакой сменной одежды она решила не брать, так как не рассчитывала на долгое пребывание в Каскейде. Хотя и не отказывала себе в мысли провести со Стивеном ночь. Надо признать, фантазии были весьма будоражащими.
Наконец, по прошествии получаса она спустилась вниз. Теперь сверху на ней красовалась расстегнутая пуховая жилетка, а в руках она несла высокие сапоги без каблука - похожие надевали наездники.
- К опасным горным прогулкам готова, - сообщила она, обуваясь в гостиной. - Обещаешь пощекотать мне нервы? - с улыбкой глянула на мужчину. Это был сарказм, но лишь отчасти. Лив любила проверять прочность своих нервишек и без адреналина начинала скучать. - Имей в виду, я действительно побаиваюсь всяких природных тварей. И из меня так себе компания для турпоходов.
Бросив в объемную сумку от Луи Вьюттон кошелек и сотовый, Ливия вместе со Стивом вышла из дома. Вскоре они уже сидели в автомобиле Фратто и мчали в сторону горной местности. Прокручивая радиостанции в поисках чего-то хорошего, Ливия чувствовала оживление. За долгое время ей впервые выпал шанс кардинально сменить обстановку, отвлечься и хотя бы сутки не думать о насущных проблемах своего бизнеса.
- Так ты, стало быть, охотник? - спросила, памятуя о том, что было сказано мужчиной ранее. - Ты говорил, что приходилось применять оружие. В охоте, я так понимаю? - ну не против же людей он его использовал. - Или занимался спортивной стрельбой?

+1

8

[NIC]Steven Fratto[/NIC]
[AVA]http://savepic.su/7409919.jpg[/AVA]

То,  что Ливия согласилась поехать в его родной край, обрадовало Стива, весьма обрадовала.  Его глаза блеснули, он широко улыбнулся. Будь политик сейчас один, он изобразил бы знак "виктори" - в свое время так нередко поступал отец. Генерал обожал старые фотографии и фильмы про Вторую Мировую,  и, видимо, хотел быть похожим на Уинстона Черчилля, часто делавшего пальцами эту манипуляцию. А уж маленький Фратто попросту подражал родителю. Однако сейчас италоамериканец отказался от этого мальчишеского жеста и сдержал волнение. Он снова ухмыльнулся.  – Ну,  цветы и в самом Шасте-Каскейде  есть великолепные… Флора, как и фауна, в той части Калифорнии была богатая и разнообразная. Вдоль гор росли  и экзотические тигровые и леопардовые лилии, и напоминающие красно-желтых бабочек колумбины, и бледных оттенков росоцветы. Именно поэтому любящие природу туристы (не все же тусоваться в клубах Лос-Анджелеса или жариться на пляжах Сан-Франциско) часто заворачивали в провинциальный Шаста-Каскейд. – А конфеты можем купить и по дороге. Хочешь "сникерс"? Здесь Фатто усмехнулся, показывая что шутит.
Когда женщина ушла готовиться, Стив устроился на диване и, приоткрыв форточку, закурил сигарету. Телевизор смотреть не стал, пить кофе также – вместо этого мужчина погрузился в раздумья о грядущей поездке. Он хотел, чтобы она молодой женщине понравилась, не произвела впечатления нелепой вылазки в деревенскую глухомань. Конечно, он сам себе в чем-то усложнил задачу. Куда проще было бы пойти по протоптанному пути – пригласить Ливию в очередной дорогой ресторан или, скажем, в театр. Или, изобразив из себя тинейджеров, отправиться в кино на вечерний сеанс или там в ночной клуб. Однако Фратто не желал банального подхода – он хотел показать Андреоли частицу себя. И теперь с затаенным дыханием ждал, как она эту частицу воспримет.
Стивен не врал своим избирателям – он в самом деле любил Шаста-Каскейд. Италоамериканец, по-видимому, принадлежал к той категории людей, для которых "страна" или "штат", по сути, абстрактные красивые категории, годные для публичных речей или умствований за стаканом виски. Нет, политик вроде как был американским патриотом… верность флагу, честь нации, все такое прочее. Но с реальной родиной у него ассоциировались именно  крутые склоны гор, поросшие густой травой. Высокий, покрашенный белой краской, забор у границы отцовских владений. Еще слепые щенята на псарне, копающиеся в соломе  и всюду тыкающиеся розовыми носами. Вкус кленового сиропа на оладьях, которые мать всегда готовила утром. Ко всем остальным городам и весям Стивен не привязывался от слова "вообще"  - именно потому его так и мотало по свету, в поисках деньгах и впечатлений.
Когда уже одетая по-походному Ливия появилась, мужчина успел кинуть затушенный окурок в урну. Он окинул ее взглядом, отметив что в таком наряде смотрится девушка ничуть не хуже.  - Cделаю все возможное. – откликнулся он  на предложение пощекотать той нервы. Затем придал своему лицу недоверчивое выражение, когда Андреоли призналась в страхе перед зверями.
– Никогда вот не поверю, что ты трусиха. Любая другая женщина при виде вломившегося в ее сад подвыпившего незнакомца побежала бы звонить копам. А ты встретила страшного грабителя лицом к лицу… c кочергой наперевес. Если чему жизнь и научила Фратто – так это то, что из "природных тварей" человек самая страшная, часто творящая зло совершенно нерационально, ради развлечения или из прихоти. Пожалуй, ему в этом сродни были только обезьяны и некоторые небольшие зверьки вроде хорьков, душившие кур ради забавы, а не из голода. А вот Лив была готова защищаться от такого "самого страшного хищника" собственноручно – отнюдь не проявление "слабости пола". 
Когда они сели в джип, то Андреоли, несмотря на просторность салона, оказалась так близко, что Стивен ощутил приятный аромат ее духов. Ему сильно захотелось наклониться и поцеловать ее – но пока он сдержался, вместо этого поддержав беседу.  – Конечно охотник. Продавец охотничьего инвентаря, который не охотится – это как бармен-трезвенник или диабетик-кондитер. Такому не доверяют. Хмыкнув, Стивен вывернул руль, выезжая на трассу. – На кого только не охотился, на  самом деле. Как-то я застрелил даже анаконду, представляешь? Придерживая баранку одной рукой, политик отогнул воротник рубашки, показывая висевший под ним амулет – небольшой потрескавшийся кусок меди, на котором было выбито восходящее солнце и иероглиф. Ему было интересно, захочет ли Ливия узнать побольше об этой интригующей истории. Обычно люди хотели.  – Но вообще я где-то с шести лет стреляю– отец учил. Еще провел пару лет в армии. Так что, в оружии толк знаю. Тут член собрания штата решил поинтересоваться и работой Лив. – А тебе нравится – то, что делаешь? Гостиница – это поди столько возни? Ленивые уборщицы, привередливые клиенты…  Иностранные туристы, считающие что умеют говорить по-английски…

+1

9

Ко всем своим прочим достоинствам Стив обладал еще и славным чувством юмора. Он шутил легко и непринужденно, ничего не пытаясь из себя изобразить или еще как-то выделиться. И это располагало. В нем практически напрочь отсутствовал пафос, он вел себя в хорошем смысле просто. Особенно для политика. Те, кого Ливия знала из этого социального клана, обычно строили из себя невесть кого, распускали перья, кичились своей властью, влиянием, возможностями, и это утомляло меньше, чем за десять минут.  Общаясь с такими, даже Ливия, любившая повыпендриваться и поиграть, с трудом подавляла зевки. Все эти петушиные повадки не производили на нее впечатление, а дорогие подарки не имели большой ценности. А вот поездка в деревенскую местность, полевые цветы и сникерс, купленный в дороге... Наверное, это действительно звучало смешно, но зато необычно и дерзко.
- Брось, - весело отмахнулась от Стива, который усомнился в том, что она трусиха, и припомнил вечер их жестокого знакомства. -  Я не такая уж и смелая, - решила слегка пококетничать. На самом деле, Андреоли, конечно, была не из робкого десятка. Жизнь научила ее стоять за себя, но Стивену совсем не обязательно знать о том, как она, например, припечатывала к кафелю лицо другой женщины посреди тюремной душевой. Не лучшие воспоминания и далеко не прекрасное дополнение к ее обворожительному светскому образу.
Гораздо лучше было послушать истории Фратто, и, когда они очутились в машине, Ливия с охотой поддержала его желание рассказать о себе.
- Анаконду? - с легким недоверием восприняла эту информацию, решив, что тут-то Стивен явно начал причесывать. - Не верю, - решительно улыбнулась, прикрыв глаза. - Где ты мог ее отыскать? В Каскейде? - посмеиваясь, протянула ладонь к медальону, который демонстрировал ей Стив. Наклонилась поближе, чтобы рассмотреть выбитые на нем символы. Заодно невзначай скользнула пальцами по мужской шее и груди. - Иероглиф должен мне что-то объяснить? - все с тем же сарказмом подняла глаза на политика. Близость его тела и запах притягивали, но она все же вернулась на свое место и следом услышала уже вопрос о себе. Точнее, о своей деятельности. Представления Стивена о гостиничном бизнесе заставили улыбнуться.
- Вроде того, - уклончиво ответила Лив, задумавшись над тем, нравится ли ей реально то, что она делает. Жизнь мчалась в такой бешенной гонке, что некогда было прикидывать, по душе все это или нет. Ей предоставилось не так уж много выбора. Все складывалось как паззл - одно за другим. По крайней мере, Андреоли всегда в этом себя убеждала, не желая заниматься бессмысленным самобичеванием. Назад дороги уже не было, так что какой смысл задумываться, насколько это круто или хреново   - торговать проститутками. - Дерьмо случается, - ответила излюбленным американским слэнгом, который звучал всегда как некое приободрение, и улыбнулась, повернув голову к Фратто. - Зато деньги позволяют быть независимой и ни в чем себе не отказывать. Кроме того, мне приятно, что сейчас я могу дать своим родителям жизнь, которую они заслуживают. Пускай, почти каждую мою помощь отец и воспринимает в штыки. Он у меня очень упертый, знаешь. Привык добиваться всего сам. Правдист, активист...  С матерью еле удерживаем его от демонстраций против Трампа, - Ливия усмехнулась. Это было, конечно, легким преувеличением, но отец действительно вступал в рьяные политические споры с друзьями насчет нового президента и продолжал отслеживать в прессе все его ходы.
За разговором они незаметно выехали из города и двигались по широкому шоссе, ведущему к калифорнийскому горному массиву. Пейзажи преображались на глазах. Кое-где уже проступал снег, что после дождливого и теплого Сакраменто обращало на себя внимание первым делом. Температура опускалась, но солнце светило все так же ярко. Придорожные постройки вскоре сменились сплошными полями и природными ландшафтами.
- А твои родственники остались в Каскейде? - поинтересовалась с целью узнать, не придется ли ей часом с ними знакомиться. Затем с забавной осторожностью добавила. - Их много?

Отредактировано Livia Andreoli (2017-03-15 16:22:24)

+1

10

[NIC]Steven Fratto[/NIC]
[AVA]http://savepic.su/7409919.jpg[/AVA]

Когда Ливия дотронулась до его шеи, у Стивена перехватило дыхание и ему стало труднее следить за дорогой. Само ее присутствие рядом возбуждало политика – что уж говорить о прикосновениях? Накрыв руку девушки своей, он погладил ее запястье, слегка, ласково, сжал пальцы. При этом он продолжал управлять автомобилем и даже рассказывать – пусть и собрал мысли в кучку с некоторым усилием воли. – Это в Перу было. Я тогда был журналистом на National Geographic и мы там делали репортаж – "По следам инков"…. В местных джунглях провели месяц почти. Cчитай – на три недели больше чем было нужно. Торчали они там больше из-за бестолковости операторов и режиссеров. Так, когда  снимали завтракающих на кольпах* пестрых попугаев, то Джонни МакМаффин умудрился уронить с холма дорогую видеоаппаратуру и ее пришлось в экстренном порядке заказывать из США, а группа в то время маялась и от скуки уничтожала свои запасы виски и джина в каком-то обильно населенном москитами городишке. Это увлечение также обошлось доблестным репортерам боком -  перед особо важной поездкой в Мачу-Пикчу, помощник исполнительного продюсера умудрился потеряться и его потом полдня искали. Но история была не о том.  – В общем, мы разбили лагерь у Амазонки, собирались снимать кайманов. В палатках по три человека. Но там был надутый тип один –  знаешь, такой любитель дикой природы,  член Национального географического общества. Не знаю как он туда примазался и почему его взяли, но вообще это был богатый китаец. Ну знаешь, второе поколение, Стенфорд, все дела… Вроде его отец разбогател на вок-лапше, в этих коробочках быстро разогреваемых… Тут Фратто чуть поморщился, показывая свое снисходительное отношение к такому фастфуду. Впрочем, какой италоамериканец, искренне почитающий зитти и спагетти карбонара, признает китайскую лапшу чем-то лучшим, чем сьедобным клейстером, годным лишь для узкоглазых? - Ну вот – ему вроде как не по рангу было с нами жить, журналюгами скромными… Он привез свой шатер – знаешь, чуть ли не надувной дворец,  с несколькими отсеками, кухней, летним пологом…  Здесь сам политик не сдержал смеха – перед его взором  словно предстал тот маленький надутый человечек, который неодобрительно смотрел на жаривших у костра сосиски и маршмеллоу репортеров. А затем нырял в свое обиталище, где его ожидали всякие деликатесы вроде консервов из гусиной печенки. – И вот, как-то ночью выхожу я, воздухом подышать… И вдруг слышу крики, смотрю – эта вилла надувная прямо-таки ходуном ходит, скривилась вся. Хватаю "винчестер" свой  и вбегаю внутрь. Смотрю и прямо обалдеваю. Китаец наш прыгает туда-сюда как кролик, в розовой пижаме и тапочках. А за ним носится что-то вроде шланга серо-зеленого, причем шланг длиннее палатки самой, шипит как сломанный огнетушитель, переплетается кольцами. Китаец мой визжит. Ну я, недолго думаю, поднимаю ружье и палю по шлангу – раз, два, три… Эта гадина еще на меня броситься разок успела – пасть открыла, глаза злобные… Я увернулся как-то. Потом затихла…  На  мгновение Фратто замолк, погруженный в воспоминания. На самом деле все было куда менее просто и быстро, чем он рассказывал. Когда ты в замкнутом пространстве, приклад винтовки постоянно за что-то цепляется, а под ногами путается голосящий полненький азиат  - вести бой с разгневанной рептилией весьма нелегко. Одно было хорошо – змеюка также не привыкла сражаться в палатке и не могла отрабатывать свои молниеносные прыжки.  – Короче, выяснилось, что анаконда его дворец тоже облюбовала – и заползла под пол, что ли. А этот придурок ей на голову наступил, вот и рассердилась. По итогу он ко мне весь в благодарностях изошелся, вот эту штуку подарил. Иероглиф "мужество" вроде или что-то такое…
Пока Стивен и Ливия беседовали, индустриально-цементные пейзажи сменились природными просторами. Зеленые поля вдоль дороги почти скрывались за горизонтом, кое-где попадались перелески. Автомобилей стало меньше и  они в большинстве своем были иными, чем в Сакраменто – не щегольские купе или непрактичные кабриолеты, а все больше фургоны, грузовички, пикапы.  – Добро пожаловать в фермерскую Америку. – хмыкнул политик, и жестом показал Ливии на дорожный знак, на котором какой-то хулиган оранжевым маркером начертил крупную надпись "Тут живут реднеки. Не кормить, не дразнить,  не ругать при них Трампа"  – Конфликт города и деревни, чего ты хочешь. – негромко произнес член собрания штата, и вернулся к личным темам.  - Ты просто молодец, что помогаешь семье. Это наверное одна из немногих вещей важных, которая осталась в этом мире. Надо держаться своих. А почему твой папа Трампом недоволен? Вся эта тема с мусульманами? Обычно италоамериканцы, наоборот, не жаловали новых мигрантов – тех, у которых фамилия не заканчивалась на "и" или "ни", разумеется. – Моя мама переехала в город, когда отец умер. Слишком это место с ней ассоциировалось. Так что не бойся – нудных представлений родичам не будет… Хотя, может, брат там, он куда-то уехал из города… Не предупредив и не отвечая на телефонные звонки, как нередко делал – с той же вероятностью, впрочем, он мог сейчас накачивать шампанским шлюх в Лас-Вегасе. Или буянить в полицейском участке, куда его доставили за нетрезвое вождение. – А у тебя есть братья или сестры? Тут Фратто глянул на время в навигаторе – и воскликнул.  – Уже полтора часа едем! Не хочешь остановиться, отдохнуть, перекусить? До ранчо нам еще час где-то.

* Кольпа - уступы с богатой минералами глиной. Попугаи едят эти минеральные смеси как лекарство.

+1

11

Ливия удивленно вскинула брови, услышав, что Стивен работал журналистом. Надо же, он собрал в себе практически все неприятные ей людские профессии и при этом остался симпатичным. Пронырливых журналюг, как и болтливых политиков, Ливия тоже оценивала не очень высоко. Ей-богу, хоть бы обошлось без дотошного копа в родственниках.
Впрочем, как выяснилось, Стив когда-то снимал всего лишь о путешествиях. Они бы с Берн явно нашли, о чем поговорить. А вот у Ливии таких завораживающих историй точно нет в арсенале. У нее найдутся немного другие, тоже вполне захватывающие. Например, про аферу французского миллионера Сэквиля, про перестрелку в "Парадизе" или про то, как вскрыли стучавшего предателя Сальваторе. Но, увы, эти истории вряд ли будут когда-нибудь озвучены.
Подумав немного об этом, она вернула внимание насыщенному рассказу мужчины. Вешать на уши он, конечно, умел знатно. Слушая его, Ливия улыбалась. Думает, она не просекла, что он все заранее продумал? Интриговал специально, нарочно бросал затравки то про оружие, то про анаконду. Вынуждал ее задавать вопросы и тем самым позволять красочно на них отвечать. Девчонки обычно от такого без ума. Да, Стив определенно знал, чем брать женщин.
Ливия, однако, буйного восторга от его истории высказывать не торопилась и открывать рот от изумления не стала. Но внимательно слушала, слегка улыбаясь, потому что звучало все действительно увлекательно. Насколько это было правдивым, уже другой вопрос. В конце она тихо посмеялась:
- Не хватает второго медальона. С иероглифом "красноречие", - ее озорной взгляд повернулся к мужчине, а губы растянулись в широкой ухмылке. Пусть не думает, что она - наивная дурочка, которой можно вешать на уши всякие небылицы. Однако подкол ее звучал абсолютно безобидно, история действительно произвела впечатление, ведь воображение тут же нарисовало огромную толстенную змею, от вида которой аж передергивало. Но верилось в такой киношный ход событий как-то не очень.
Тем временем, они въезжали в фермерские владения. Всю жизнь росшая в городе, Ливия не имела ни малейшего представления о том, как устроена жизнь здесь. Судя по оскорбительной надписи на плакате, местных деревенщин, похоже, не очень-то любили.
- А ты на чьей стороне в этом конфликте? - конфликте города и деревни, как он сам это обозначил. Стив вырос здесь и наверное ему было не так уж приятно читать подобные надписи. Или он из тех, кто с радостью вырвался из глуши?
- Тема с мусульманами? - не сразу поняла, что Стив имеет в виду, говоря о Трампе. Сама Ливия политикой практически не интересовалась, если та, разумеется, напрямую не затрагивала ее или интересы ее бизнеса. Вот например, мексиканская стена, которую обещал выстроить новый президент, ее волновала. Если это скажется на отношениях с Мексикой, то могут пострадать и доходы "Дольче Виты", куда нередко наведывались зажиточные соседи. - Нет, дело не в этом, думаю. Отец просто ревностно относится к тому, что страной будет управлять человек, который умеет лишь только делать деньги, - Лив опустила громкие отцовские определения, вроде "вор", "мошенник" и "клоун". - Его выборы он считает насмешкой над народом, - помолчав,  посмотрела на Стива. - Странно говорить об этом тому, кто состоит в той же партии. Ты же наверняка голосовал за него.
Впрочем, спорить о политике было Ливии совсем не интересно. Это оставалось прерогативой отца. Так что, она вернулась к теме родственников и с облегчением отметила для себя, что никаких лишних знакомств не предстоит.
- Нет, я одна в семье, - ответила уже на вопрос Стива. - Ну, то есть у меня был старший брат, но он погиб очень давно. Мне было семь, - об этой трагедии Ливия могла уже говорить вполне спокойно, без лишних эмоций, хотя в свое время страшно это переживала. - А твой брат чем занимается? Тем же семейным бизнесом?
Слово за слово, они так лихо заполнили поездку беседой, что время пролетело почти незаметно. А, меж тем, Андреоли действительно была не прочь сделать остановку. Не столько, чтобы поесть, сколько покурить.
- Конечно, ты же обещал мне сникерс! - пошутив, охотно поддержала идею Стива, и через каких-то десять-пятнадцать минут они уже парковались у придорожного кафе. Пока мужчина занимал столик и делал для них заказ, Ливия как раз отвела время на сигарету. Спустив солнцезащитные очки на глаза, она встала неподалеку от входа и чиркнула модной зажигалкой. Поеживаясь от резкой смены температуры после теплого салона машины, она неторопливо затягивалась ментоловым вкусом своей сигареты и наслаждалась слиянием деревенской тишины с красотой природных ландшафтов. Пейзаж портили разве что припаркованные на стоянке грузовики дальнобойщиков. Закончив, Андреоли раздавила окурок о мусорку и зашла внутрь кафе. На губах играл приятный эффект прохлады от ментола. Она переместила очки на волосы и двинулась в сторону столика, где ждал ее Стив. В этот момент послышался звон мобильного, отчего пришлось погрузиться в объемную сумку, чтобы его отыскать. Отвлекшись на это по пути, она нечаянно столкнулась плечом с каким-то мужчиной.
- Оу, извините, - подняла голову и молниеносно замерла, оцепенев от увиденного. На нее смотрел человек, вспоминать которого было не то что неприятно, а просто омерзительно. Дэвид Райли. Надсмотрщик из женской колонии, который ее изнасиловал. Он растолстел и заметно осунулся, но не узнать его было невозможно. Казалось бы, какая-то секунда, но в памяти Ливии живо всплыли все самые ужасные моменты, связанные с тем случаем. Ее бросило в жар, и, очнувшись от ступора, она резко отпрянула от мужчины, поспешно продолжив путь к столику Стива. Она очень надеялась, что этот обмудок ее не узнал. Из колонии он, помнится, вылетел, благодаря ее стараниям, а также помощи тамошней подруги Мэй Линд и наверняка испытывал к ней не меньшую ненависть, чем она к нему. Вот уж не думала, что когда-нибудь их дороги еще пересекутся.
Тем не менее, Лив изо всех сил старалась взять себя в руки и скрыть свое состояние от Стивена. Очутившись рядом с ним, она дернула губы в резкой натянутой улыбке. После чего опустилась напротив него, удачно расположившись спиной к оставшемуся позади Райли.
- Что заказал? - не задумываясь, спросила первое, что пришло в голову, и вряд ли слышала его ответ.

Отредактировано Livia Andreoli (2017-03-16 17:59:15)

+2

12

[NIC]Steven Fratto[/NIC]
[AVA]http://savepic.su/7409919.jpg[/AVA]

При словах Ливии насчет иероглифа красноречия Стивен  расхохотался, чуть не отпустив руль. Чувство юмора у нее было что надо – вещь, которая, видимо, их роднила. Когда-то Фратто был  чрезмерно серьезным молодым человеком -  его сделали таким сначала аккуратист-отец, а потом кадетская школа. Но, видимо, некий ген веселости,  унаследованный от обладающих южным темпераментом предков и дремлющий в его крови , все-таки дал о себе знать – и он полюбил шутить, пусть и в своем, спокойно-саркастичном стиле.   – Ну я же политик.  Мы все в силу профессии болтуны, чего ты хочешь. – сам член собрания штата не любил зря разглагольствовать и переливать из пустое в порожнее, он предпочитал смысл слов – их количеству. Но  самоирония, а тем более – ирония над своим статусом, c точки зрения италоамериканца, отнюдь не была признаком слабости. Скорее наоборот – незакомплексованности, ума и силы. – А кому-то надо подарить медальон с надписью "красота". Ну или – "острый язычок". Подмигнув Ливии, Фратто начал набирать скорость. Трасса была полупустая, они могли позволить себе разогнаться – до усадьбы было еще ехать и ехать.  Беседа при этом продолжалась. – На стороне разума. Если человек в cельской местности  вырос – это не означает же автоматически, что он чмо полное. То же самое и с городскими, нет? – таким образом Фратто ответил, на чьей стороне он в конфликте мегаполиса и деревни,  столь яростно кипевшего во время последних президентских выборов. Не сказал только того, что, так как сам родился на ранчо,  нападки представителей индустриального населения на реднеков его больно задевали. Cтивен искренне не понимал,  почему, например,  маргиналы из нищих, населенных меньшинствами, районов всеми (в том числе пресыщенной интеллигенцией)  рассматриваются как вполне достойный электорат, чьи права надо защищать особенно рьяно, а вот другие…  Обитающие на фермах, кормящие страну натуральными продуктами, ходящие в церковь и платящие налоги – провозглашаются какими-то идиотами,  потомками рабовладельцев, чье мнение значения иметь не должно. Отчасти эти эмоции и заставили его относиться к сторонникам Клинтон весьма негативно – хотя не только они.  Но на эту тему распространяться он не стал,  как и уточнять,  действительно ли голосовал за Трампа – они ведь ехали не на дебаты какие-нибудь. Такой ерунды ему хватало и на работе. Вместо этого он перешел к теме родственников. – Несчастный случай? -  - cочувствующе спросил Стив, услышав, что  брат Андреоли погиб, когда она была еще совсем маленькой. Почему-то сразу представилось, что молодой человек попал в автомобильную аварию –  в юности всегда носятся как сумасшедшие. Потом было спохватился – интересоваться таким не слишком деликатно.  Но что сказано – то сказано. Чтобы сгладить углы, Стив заговорил о своем брате – все еще живом и здоровом. Хотя порой политику самому хотелось его задушить.  – Ага, он совладелец фирмы нашей. Это официально, а на самом деле – скорее обременение,  желающие получать доходы, а не работать. –  А в молодости был диджеем, представляешь? В разных клубах зажигал. Вот тусовки и вечеринки – истинная среда брата. Тот был отличным тамадой, патимейкером, так сказать. Обаятельный, инфантильный, бессовестный, развязный – так, пожалуй, его можно было охарактеризовать.
Когда они остановились около придорожного кафе,  чтобы перекусить, у Стива уже слегка затекли, говоря интеллигентно, ноги, а не интеллигентно – задница. Потому он с наслаждением прошел по внутреннему дворику, прежде чем зайти. Обстановка тут была бедненькая, но чистая – пластиковые столы,  герань на подоконниках, наполненный напитками красно-белый холодильник с надписью "Кока-Кола" . В углу старомодный музыкальный автомат – по нынешним временам редкость, что-то из прежних времен. Официантка всего одна  - худосочная девчушка с выкрашенными в ядовито-зеленый цвет косичками, явно из родичей хозяев. Эдакий  ma and pa restaurant* – семейное дело, где обслугу составляют свои. Вот и за барной стойкой стоит женщина с  такой же формы лицом, как и у девушки.  Изучив прилавок и заняв место около окна.  Фратто заказал эспрессо и дождался Ливию. Когда та появилась, он подвинул  ей стул. – Пока только кофе. Ты что хочешь? Протянул ей меню.
– Лив, тут вроде выпечка неплохая – чизкейк свежий, булочки с черной смородиной… А вот как доедем, накормлю тебя настоящим обедом! Барбекю по нашему рецепту там на всю округу славится! Местный пастор , попробовав стейк,   аж "дивом Господним" назвал…  Т ут внезапно Стивен понял,  что  эта веселая трепотня не слишком занимает Ливию – та улыбалась как-то натянуто, спина была напряжена. Резкая метаморфоза – в сравнении  с поездкой.  – Что такое? Тебе место не нравится? Тут вдруг, глянув хозяйке гостиницы через плечо,  Стив заметил за соседним столом какого-то хмыря. Высокий, полный, c  сальными волосами и неприятным обрюзгшим лицом, тот потягивал из бутылки пиво "Миллер".  Еще  две бутылки стояли рядом с ним пустыми, одна полная.  Тот как-то чересчур пристально смотрел на Лив  - прерываясь только на жадные глотки.  - Ты этого парня знаешь? Он тебя как-то обидел? – нахмурился Фратто, готовый, если что, разобраться. Впрочем, тот чувак никаких  агрессивных действий не совершал – сходил к стойке за дополнительным пивом и порцией чипсов, затем шумно захрумкал ими,  вроде забыв о соседях. Через какое-то время Стивену понадобилось отойти в туалет – и когда он вернулся, то обнаружил, что хмырь уже стоит около их столика, нависая над Ливией. Ускорив шаг и наморщив лоб, Фратто быстро подошел к нему. – Вам что-то нужно? – сурово  спросил он. Неприятный незнакомец ощерил зубы. – Да просто старую знакомую встретил.  Мы ведь с Лив, можно сказать, коллеги бывшие. Правда, дорогая? – что-то в лживых глазках этого типа Стивену совсем не нравилось.

В отсутствии Стива

Сидя в занюханном придорожном кофе и  жадно втягивая в себя пиво,  Дэвид Райли думал о несправедливости жизни. Он  все-то навсего и хотел, что чего-то добиться, пожить в свое удовольствие – а всякие говнюки ему мешали. Началось все с говнюка-папаши – родился Дейв в Шаста-Каскейд, на небольшой ферме,  принадлежавшей его отцу, Малькольму.  Только вот тот был законченным придурком, хозяйство вел из рук вон плохо, и для того, чтобы подзаработать, чуть ли не по полгода вкалывал у соседей, в качестве сезонного рабочего.  Этому факту маленький Дейви радовался нещадно – потому что когда папаня возвращался, то сразу брался за воспитание отпрыска.  Средствами воспитания был обычно ивовый прут, тщательно вырезанный и вымоченный в воде. Этот прут где-то до двадцати пяти лет Райли снился – типа стоит он, уже здоровый мужик, посредине их свинарника, дерьмом пахнет как в сортире каком-то, где-то сбоку в загонах хряки хрюкают. А он ждет – когда отец вернется с розгой этой сраной. Двигаться и даже дышать громко тот тогда не разрешал – за это количество ударов удваивалось.
- Гори ты в аду, скотина ебаная. – пробормотал  мужчина,   открывая приделанным  к перочинному ножику штопором вторую бутылку. Ему предстояло в этой дыре провести еще почти час – так что можно было бухнуть и вспомнить минувшее.
Нет, нельзя сказать, чтобы он совсем не заслуживал наказания – мальчиком Дейв был не из спокойных. Когда пахана не было дома, он жил в свое удовольствие – мать только сериалы интересовали да готовка. Попал в ватагу местных пацанов сельских, они немало набедокурили в те годы. Воровали что плохо лежит, а чаще просто безобразничали. Например, поймали хорька и запустили в курятник одному фермеру богатому – то-то было весело, когда этот толстосум утром над трупиками завывал. Однако то, что делал отец – это чистый садизм был.  Например, одно время стал вместо порки Дейва за шею хватать и потом в ледяную ванную головой. Держал там недолго под водой – но так чтобы прочувствовал. Вытащит как щенка за шкирку, задыхающегося, отфыркивающегося – и потом опять туда. С тех пор тот волосы редко мыл – типа страх выработался подсознательный.
- Отлить бы. – сказал сам себе  Дэвид, и, поднявшись, двинулся в уборную.  Случайно столкнулся с какой-то женщиной – и когда поднял глаза, она ему показалась смутно знакомой.  – Угу, извините. – буркнул он и отправился в далее в туалет. Стоя над писсуаромь отчаянно вспоминал – где он мог видеть эту цыпу? Соблазнительная такая, прикинутая… И ассоциировалась с ушедшей хорошей жизнью.
Уже подростком Райли понял, что не хочет становиться каким-нибудь чертовым батраком, как папаша, или там дворы мести Он хотел денег и, главное, власти над людьми. Чтобы не его головой в воду макали – а он других. Хотел возможности жить над законом и самому устанавливать закон. Дороги к этому было две – становиться преступником или копом.
Cначала Дейв склонялся к первому – недаром ведь тусовался со шпаной. Но потом их заводила, Бенни Мукс, попал за решетку, за то, что  малолетнюю изнасиловал. А там и сам стал бабой… у наркодельца карибского происхождения. Услышав об этом, Райли пришел в ужас. Попасть к рабство к каким-нибудь чернозадым говнюкам он не хотел – а что сможет защититься, сомневался.
Значит, идти стоило в полицейские. Дэвид начал мечтать о значке и голубой форме,  честно зубрил Калифорнийский уголовный кодекс. После школы попытался устроиться в департамент шерифа – но в очередной раз получил от суки-жизни членом по губам. Старый пердун, Ник Кворрис, который его собеседовал, сказал прямо – "мол, у тебя в округе плохая репутация". Дискриминация просто –  но в той жопе мира прокатило.
Тогда Райли плюнул и уехал в Сакраменто – там брат матери работал, дядя Брюс, в охране речного порта местного. Туда тот и пристроился. Работенка была не из шикарных – но лучше чем боровам болтушку наливать или землю копать.  Дэвид начал жить как все -  ночью дежурил, днем спал. Всяко подворовывал, разумеется, вместе с другими секьюрити и грузчиками. В выходные бухал с друзьями из того же порта. На одной такой вечеринке по пьяному делу трахнул  одну дебелую веснушчатую деваху, почти на семь лет себя старше. А та возьми и залети –сначала, казалось, на горе, а оказалось на счастье.
Телка (звали ее Пэтси) была дочуркой Бена МакФетта, дружка Дейвова босса. Бывший легавый, Бен трудился начальником секции в женской тюрьме. Когда дурища отказалась идти на аборт,  дедок лично приехал повидаться с Райли. И был весьма категоричен – или женишься, или окажешься в полной заднице. Намекнул, что знает о делишках Дейви в порту – весьма веско намекнул. Да и вообще был страшен и убедителен – а Райли всегда пасовал перед говнюками с более сильной волей.
К тому же, МакФетт обещал его человеком сделать – а Дэвида сильно впечатлил блестящий "гранд чероки" цвета "красный металлик", на котором подьехал  скромный госслужащий. Несмотря на брезгливость, он женился на толстухе – и не прогадал. Тестюшка его пристроил коррекционным офицером к себе в тюрягу – даже рекомендации где-то добыл. Там-то лафа и поперла,пока он не встретил эту… Ливию Андреоли.
Мысленно выматерившись,  американец поднял глаза на столик той фифы. Она теперь сидела с каким-то мужиком – лет сорока с хвостиком, но подтянутым, крепким. И не бедным явно -  одет обычно, но на левой руке дорогие часы. Штук на пять потянут. И точно – "Лив" он ее назвал. Она это, дрянь гребаная.
Кулак Райли медленно сжался.  Он обтер рот от пены и вспомнил день, когда впервые запал на эту аппетитную фигурку. Дела у него тогда шли заебись, жил словно в торте шоколадном.
МакФетт был вором космического масштаба просто. Он наживался на всем  - на передачках, на свиданках, на всяких хозяйственных шахер-махерах, дури. Действовал не один, а был связан с группкой осевших в Департаменте исполнения наказаний ловкачей, жил в миру и с бандосами. Дэвида счел наследником – и со временем вовлек в свои дела. А когда Бен подох от рака,  Райли остался один.
Ох, ну и жизнь была тогда! На наркоте он поднимал столько, что мог позволить себе в выходные смотаться в Вегас, просадить кругленькую сумму на рулетке и в карты. Имел любовниц выше крыши – и на воле, и за решеткой. Старикан-то насчет этого дела был ни-ни – каким-то протестантом был строгим, чуть ли не сектантом. А вот Райли вовсю пользовался положением. Сделал это и с этой Ливией… а чем закончилось! Он жопой чуял, что  в его падении была виновата именно она.
Бросив последний тяжелый взгляд на щебечущих голубков,  Дейв встал и пошел за еще одной бутылкой пенного и чипсами, зажевать чтобы. Внутри у него бурлило от ненависти, зависти – и отчасти вожделения, Андреоли была по-прежнему весьма привлекательна. Но первые два чувства доминировали  - когда Райли вышибли со службы, он попытался открыть бар, но прогорел. С тех пор покатился – привычка к широкой жизни высосала остатки средств. Супругу он в раздражении начал поколачивать, и она от него ушла. И вот он теперь сидит тут и ждет корефана времен юности, который его из милости берет на ферму к себе. Возвращаться туда, откуда сбежал! Копаться в говне, быть гребаным крестьянином!
А вот дрянь процветала. Дэвид знал, что  она умудряется пользоваться имуществом своего супружника-гангстера, которого сама и кокнула, живет в роскоши. Уже это стоило наказания. Подстегиваемая алкоголем, мысль созрела в голове Дэвида быстро – и когда тот ферт в дорогих часиках удалился в сортир, мужчина поднялся и подошел к столу.
- Привет, Ливия, не узнаешь?  Какая встреча. – произнес он, щерясь. Несмотря на улыбочку, его глаза были злыми.  - Да ты все еще конфетка, cмотрю, хотя, конечно, постарела, годы бегут. Ну да ведь ты у нас дама богатая, можешь себя подрихтовать чуток… Силикончик там, подтяжечка… -  раздражение в речи Райли нарастало, но говорил он по-прежнему тихо, чтобы окружающие не слышали.  – Смотрю, хахаля богатого подцепила, в "ролексах"…. Тут бывший надсмотрщик наклонился к Ливии совсем близко. – А вот мне интересно – он знает, что ты своего прошлого траванула насмерть? Явно не знает… И о твоих дружках прежних – да, может и нынешних. Думаю, ему интересно будет узнать… Райли бы еще поиздевался над Андреоли – но ее любовник (или кто он там?) мог вернуться с минуты на минуту. Надо было действовать быстро.  – В общем, cлушай. У меня деловое предложение  - я ему об этом не рассказываю ничего, а ты мне – двадцать штук "зеленых". Думаю,  разумное предложение.  Хмельному мозгу Райли это сейчас казалось отличной идеей – шантажировать Ливию, тянуть из нее деньги. А потом, может, и еще чего добиться. Тут, однако, приблизился тот парняга – и пришлось прерваться. 

* Ma and Pa restaurant – маленький семейный ресторанчик в Америке, который держат "мама и папа"

+2

13

Самоирония, действительно, качество очень редкое. Особенно в той среде, где приходилось общаться Ливии. Чуть что, все сразу так и норовят оскорбиться, посчитав шутку обидной для своей репутации. Стоит признать, это очень затрудняло и без того нелегкую жизнь. Да и кроме того, вынуждало шутить за спиной, из-за чего рано или поздно все равно возникали разборки. Стивен же отнесся к подколу в свой адрес просто - его смех дал понять, что он даже и не думал обижаться. Что было разумно, ведь Ливия не имела дурного умысла. Демонстрировать свой по-настоящему острый язычок, который отметил Стив, у нее пока что не было причин. А ведь шутки ее умели бывать злыми.
- Острый язычок... Ты очень деликатен, - задумчиво хмыкнула, глядя в окно. На губах по-прежнему играла легкая уверенная полуулыбка. - Обычно меня закидывают медальонами "Сука".
Она довольно ухмыльнулась, а вместе с пейзажами за окном сменилась и тема беседы, приняв заметно более серьезный настрой. Ливии нравилось, как рассуждал Фратто относительно конфликта города и деревни. Он говорил разумно и сдержанно, хотя тема наверняка не была ему безразличной. Он ведь сам в какой-то степени был этим самым деревенщиной. Но, глядя на него, даже Ливии (наделенной в определенной степени легким снобизмом) никогда бы не пришло в голову назвать его невеждой. Поэтому, пожав плечом, она поддержала его слова относительно равного отношения к деревенским жителям, как само собой разумеющееся. Хотя отчасти, может, и была не совсем согласна. Большая часть населения глубинки действительно была в ее представлении диковата и неотесана. Такие, как Стивен, скорее исключение, чем правило.
Тем временем, они перескочили на ее родственников, и Ливия, отведя глаза, недовольно нахмурилась, когда мужчина поинтересовался причинами гибели ее брата. Сколько бы лет ни ушло, вспоминать об этом все равно было неприятно.
- Пьяная драка, - сложно было представить более лаконичный ответ. История, на самом деле, абсолютно дурацкая и глупая. Ее брат не умер героем и не стал случайной жертвой какой-нибудь аварии, а сам ввязался в идиотские разборки с друзьями. Любил он отираться в плохих компаниях. Помнится, и Марчелло впервые появился в их доме, благодаря каким-то общим с Джино знакомым. Оказалось, и у Стивена брат по молодости знатно веселился, но услышать более подробный рассказ о нем не удалось, поскольку машина въезжала на парковку семейного придорожного кафе.

Здесь было скромно, но опрятно. На стенах висели всякие рождественские украшения, при входе на двери красовался еловый венок с колокольчиками, а в дальнем углу, рядом со старомодным проигрывателем стояла пышная сосна. Хозяева явно старались придать этому месту уюта, но Ливия ничего из этого сейчас не замечала. Она сидела напротив Стива сама не своя. Смотрела на него невидящим взором и даже не пыталась слушать то, что он говорит. Все ее мысли занимал оставшийся позади Райли. Опустив глаза в меню, Андреоли мучилась от ощущения, что он прожигает ей взглядом спину. Заметил что-то неладное и Стив.
- Мм? - рассеянно переспросила, когда до ее уха донеслась вопросительная интонация мужчины, и подняла на него глаза. - Нет, все в порядке... Просто здесь как-то жарко, тебе не кажется? - подергав ворот свитера, она стянула с себя пуховую жилетку и повесила на спинку стула. Делая это, развернулась и невзначай глянула на то место, где видела Райли. Ливия не ошиблась. Он сидел с пивом и таращился на нее во все глаза. Значит, узнал. Она стремительно отвернулась обратно и постаралась возвратить рассеянное внимание Стиву, который уже начал задавать резонные вопросы. - Кого? Этого мужлана? - сделала над собой усилие, чтобы засмеяться как можно более беззаботно. - Когда столкнулась с ним у входа, меня чуть не сшиб с ног запах его пота. А теперь он просто пялится на нас. Пускай, - пожала плечом и протянула ладонь к руке Стивена. Накрыла ее и заскользила по ней пальцами. Хотела отвлечь его собой.
Им принесли кофе, и они дополнили свой заказ чизкейками. Время для Ливии напряженно тянулось. Она все гадала, ушел Райли или все еще здесь. Но больше не оборачивалась. Да этого и не понадобилось - когда Стив отошел в туалет, эта мерзкая скотина объявилась сама. Внутри Ливии все перевернулось от его вида и обращения.
- Вы меня с кем-то путаете, - железным тоном процедила сквозь зубы, пытаясь не смотреть на мужчину. Может, отвалит. Но не тут-то было. Этот кусок мерзости не просто не собирался уходить, он планировал ее шантажировать! Новость эта была настолько вопиющей, что внутри у Ливии поднялась целая буря. Ее собирается доить эта плешивая тварь? Да еще чем? Что расскажет Стивену о ее скелетах? От мысли, что придется отваливать кровно заработанные деньги из-за страха перед каким-то любовником, в пору было бы расхохотаться. Вот только смешно сейчас почему-то не было. Напротив, ее одолевала дикая злость. Она смотрела на впечатанные в стол ладони нависшего над ней Райли, на его заскорузлые пальцы, которые он когда-то засовывал ей промеж ног, и едва удерживалась от желания схватить рядом лежащий десертный нож и со всей силы вогнать ему в руку. Чтобы эта мразь завопила и скорчилась от боли.
Ярость рассеялась, когда вдалеке послышался шум открывающейся двери уборной - Стив возвращался за столик. Ее стеклянный взгляд смягчился.
- Хорошо, - напряженно пробормотала она, начиная быстро соображать. - Завтра в полдень здесь же. Я принесу деньги, - успела выпалить до появления Стивена рядом. Разумеется, ничего из произнесенного Ливия выполнять не собиралась. Она рассчитывала исчезнуть, и хрен он от нее получит, а не деньги. Но разве у Райли был какой-то выбор? Не поверит ей и растреплет сейчас все Стиву - значит уже точно не увидит своих заветных бумажек. Быстро прикинув этот расклад в уме, Ливия немного успокоилась. Хотя в голове все еще пульсировала кровь. И ее продолжал подогревать Райли.
- Да просто старую знакомую встретил, - сказал он Стиву, чем разрушил ее ранее произнесенную легенду о том, что они не знакомы. - Мы ведь с Лив, можно сказать, коллеги бывшие. Правда, дорогая?
- Я его не знаю, - продолжила, тем не менее, гнуть свою линию, посмотрев на Стива. - Он же пьян, - ее вид как бы говорил - "убери от меня это говно".

Отредактировано Livia Andreoli (2017-03-21 19:59:40)

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальное время » Let's not fall in love