vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules
Сейчас в игре 2017 год, январь. средняя температура: днём +12; ночью +8. месяц в игре равен месяцу в реальном времени.
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru
Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Быть взрослым и вести себя по-взрослому - две разные вещи. Я не могу себя считать ещё взрослой. Я не прошла все те взрослые штуки, с которыми сталкиваются... Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Назад в будущее » сказать слишком трудно было: "не уходи"


сказать слишком трудно было: "не уходи"

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

КВАРТИРА МЭРИЭН | 7 ЛЕТ НАЗАД | ПРЕДЫСТОРИЯ: начало конца И сквозь стены

Marian Daniels & Adam Shepard
http://sg.uploads.ru/5cTPi.png

Их история впитала в себя слишком много слез, боли и крови. В отношениях Мэри и Адама наступает точка невозврата.

Отредактировано Adam Shepard (2016-12-31 21:47:14)

+1

2

Я никогда не любила вторники. От них всегда веяло сыростью и безысходным одиночеством.
Именно во вторник, двадцать пять лет назад я испытала свою первую огромную потерю. Умер Джек - мой любимый лабрадор. Я сидела в темном углу своей комнаты и заливалась горькими слезами, а никому не было дела до меня. Мама с папой опять ссорились, оставив меня наедине с моим вселенским горем. По-моему, ещё тогда я впервые пообещала себе, что никогда не полюблю вторники снова.
Во втором классе во вторник ушёл папа. Мама сказала, что он больше не вернется. Но он вернулся позже - в канун Рождества. Навсегда. Правда, это всё равно не отменяет того, что в один из вторников во втором классе я опять клялась себе, что когда-то обязательно вычеркну этот день из календаря насовсем.
Я ненавидела вторники, потому что в десятом классе именно во вторник меня бросил мой первый парень. Главный красавчик школы, капитан футбольной команды ушёл к той, которая успела быстрее меня раздвинуть перед ним ноги. О, я даже не страдала, должна признать, но занимательное совпадение - не находите?
Когда мне было двадцать, я попала на своё первое собеседование. Оно было назначено на вторник. И кто бы сомневался - я его не прошла. Возможно, дело было не только во вторнике, но и в том, что принимала меня на работу бывшая из-за меня невеста. Но это опять же не отменяет того, что с каждым годом вторник всё прочнее занимал позиции аутсайдера.
И вот сегодня опять вторник. Конечно, не все из полторы тысячи вторников за мою жизнь прямо таки были дерьмовыми, но почему-то именно сегодня у меня было хреновое предчувствие.
Подъезжаю к дому. Быстрым взглядом окидываю двор, чтобы устало закатить глаза при виде желтого Астона, но его нигде нету. В окнах квартиры не светится, хоть на часах уже почти десять. За последний месяц Адам никогда не приходил так поздно без предупреждения. Пытаюсь не волноваться. Паркуюсь. Глушу двигатель. Ещё несколько минут сижу смотрю в одну точку на стене дома напротив. Понимаю, что плохое предчувствие без моего на то желания набирает обороты. Да ну, всё в порядке. Вдох-выдох. Не стоит себя накручивать зря. Самый обычный вторник. Выхожу из машины. Затем несколько секунд... и даже не успеваю вскрикнуть, как вдруг лечу лицом прямо в асфальт. - Вот и встретились, сука! Вот ты, значит какая! - удар ногой по животу. Скулю от боли. С трудом поднимаю глаза и вижу над собой два огромных тучных тела в чёрном. - Скажешь нам, где твой благоверный сама или тебе помочь? - ещё один пинок. На этот раз уже в грудную клетку. Пытаюсь перевернуться на другой бок, чтобы немного скрыться от ударов, но тот из парней, что немного поменьше, хватает меня за волосы и оттаскивает от машины. - Чё, блять, дар речи потеряла, шлюха? - ещё один удар. В этот раз слышу звон стекла. Но лучше уж пусть машина, чем я. - Помогите! - кричу, задыхаясь. Неужели никто из соседей не услышит? Не может быть! Но в следующее же мгновений плачусь за такую вольность, когда моё лицо встречается с запыленным ботинком одного из амбалов. - Заткни свой грязный рот! - сплевываю кровь, пытаясь откашляться. Дышать трудно. Под ребрами колет. Внизу живота ужасно болит. По-моему, ещё один такой удар - и со мной можно будет попрощаться.
- Ну что, не поможет тебе твой Шепард? О, наверное, трахает сейчас какую-то шалаву. На мои деньги! И не удивлюсь, если перед этим он успел ещё кого-то прикончить. - меня тянут за волосы и поднимают лицо с земли. - Передай этому щенку, что если завтра он не вернет мне всё до цента, то пущу пулю в лоб сначала тебе, а потом уже и ему. И даже не думайте прятаться. Потому что, сука, найду, выебу тебя, а потом всё равно вам двоим крышка. Усекла? Ничего, блять, не перепутаешь? - мотаю головой. Головорезы громко смеются, затем мои волосы отпускают, и я опять приземляюсь лицом на колючий асфальт. Закрываю глаза. Уходят. Господи, уходят, а я жива. Пытаюсь сделать вдох поглубже, но всё ужасно болит. Прижимаюсь лицом к земле ещё сильнее. Слышу, как заводится мотор, шум колес, а затем, спустя ещё несколько минут,  всё затихает. -Боже...За что... - тихо шепчу, сплевывая кровь вперемешку с дорожной пылью. Кое-как поднимаюсь сначала на руки, потом, приложив неимовернейшие усилия, и на ноги. В голове кружится. Пытаюсь устоять. Бросаю взгляд на автомобиль. Кажется, ремонту уже не подлежит. Но я рада, что это не я. Прихрамывая, бреду к парадному, оглядываясь, чтобы парни в чёрном случайно не вернулись. Но нет, вокруг по прежнему угнетающая тишина. Ненавижу вторники.
Ещё спустя минут десять (дорога к квартире оказывается сущим адом) я наконец захлопываю входную дверь, а затем бессильно сползаю по её обратной стороне. В звенящем одиночестве своей квартиры наконец-то разрешаю себе заплакать. Горячие слезы больно обжигают раны на лице, но мне плевать. Может, станет хоть немного легче. Начинаю подвывать. Что это, к чёртовой матери, было? Где Адам? Боже, как он мне нужен. Нет-нет, здесь точно какая-то роковая ошибка. Ещё слезы. Ложусь на холодный кафель. До сих пор не верю, что это произошло со мной. Рыдаю в голос, но, по правде, легче не становиться. Во рту - соленый привкус вперемешку с грязью. Раны ещё кровоточат. Кости ломит. Господи, уже и не рада, что осталась в живых. Как теперь найти в себе силы дождаться Шепарда? Как хотя бы встать с этого пола. Никак. Боже мой, ненавижу вторники.

+2

3

Этим вечером парни празднуют, ликуют, веселятся, омывают темным пивом наш маленький триумф, слизывают с груди девиц сливки, словно это и есть их приз, и только я с каждым последующим стаканом виски становлюсь все более хмурым. Морщины на лбу и переносице углубляются, губы сжимаются в тонкую полоску, на скулах играют желваки - я безуспешно пытаюсь забыть этот блядский день. Картинки проносятся перед глазами, как нарезки из фильма с особо жестокими сценами, поставленными на повтор. И меня вынуждают смотреть их вновь и вновь.
-Поди сюда, - достаю из кармана брюк несколько купюр и засовываю в бюстгальтер какой-то девушки.
Заведение, принадлежащее моему старому приятелю, сегодня полностью в нашем распоряжении. Моя команда, исходящая на слюни, и девочки на любой вкус, цвет, размер, готовые осуществить даже самые извращенные желания. Проститутки вызывают во мне скорее приступ отвращения, но я где-то слышал, что клин выбивается клином. Возможно, мне удастся выкинуть всю эту грязь из головы, если ее заменит другая - вроде длинноволосой блондинки, которая стоит передо мной. Руки девушки опускаются на мой член, она жадно облизывает губы, пытаясь поцеловать меня. Поцелуи в губы - слишком интимны, чтобы позволять каждой бабе в моей жизни. Качаю головой, замечая в глазах девушки сожаление. Ее работа маленькая - делать то, что сказано. Аккуратно беру девушку за затылок и ставлю на колени лицом на уровне моей ширинки.
-Майк, на пару затяжек..., - друг протягивает мне косяк и удаляется к парням, а я откидываюсь на спинку кресла и прикрываю глаза. -Да, девочка. Очень... хорошо... Я скажу Алексу, что ты у него такая старательная. Он тебя не обделит.
Я кончаю быстро, бесцеремонно, с равнодушием глядя на то, как блондинка глотает и прикусывает губу. Смесь из виски и марихуаны делает свое дело даже лучше, чем эта шалава, которая смотрит на меня с жалобным ожиданием продолжения.
-Я не трахаю никого кроме своей бабы, детка, прости, - придерживаю за подбородок, вынуждая ее подняться, и коротко провожу по щеке. Она очень похожа на Мэриэн. -Меня ждут дома. Май! Я сваливаю. Тут все оплачено, гуляйте хоть до утра, но за парнями приглядывай. Я на тебя полагаюсь.
Я неуверенно встаю на ноги, пошатываясь и пытаясь сфокусироваться хоть на каком-то предмете интерьера. Звуки кажутся непозволительно громкими, и я прикладываю ладони к ушам, чтобы спрятаться от шума. Оргазм принес разве что физическое удовлетворение, скупое на эмоции и чувства. К угрызениям совести по поводу того, что я натворил, добавилась еще и проститутка. Нахрена я только вспомнил о Мэриэн? Нахрена я с ней связался? Когда-то меня абсолютно не волновало, что я меняю баб чаще, чем носки. Никаких тебе внутренних конфликтов, никаких обязательств, никаких мучений! С появлением Мэри все мои мысли стали сводиться к ней, и я даже, мать вашу, не могу нормально поставить бабу раком, не подумав о Дэниэлс. Меня начинает это злить, словно я стал каким-то ущербным, ограниченным. Из-за нее.
-Сладкий, ты в порядке? - слова эхом разносятся в моей черепной коробке.
Я в полном порядке. Разве не видно? Правда я практически убил человека - правую руку лидера одной из группировок. Или он все-таки умер? Бил его битой, пока кости не превратились в песок. И еще двоих совсем молодых ребят оставили захлебываться в луже собственной крови. Я впервые почувствовал власть в своих руках, и мне понравилось. Мы поставили этим точку в войне за территорию, теперь весь район полностью и всецело принадлежит мне. Мартинес со своими парнями слишком долго действовал мне на нервы, считая меня ни на что неспособным щенком. Кажется, я смог доказать ему обратное. Я предложил ему возможность остаться на земле и платить мне проценты, но этот самовлюбленный кретин отказался. Я дважды таких щедрых подарков не делаю.
-Ты даже не представляешь, насколько я в порядке, - на лице появляется улыбка, совершенно не соответствующая разбитым губам и пятнам крови на рубашке, которая выглядывает из-под расстегнутого пиджака. -Советую не проверять.
Я должен смотреться немного дико, даже безумно, поглаживая пальцами ствол и улыбаясь. Пора сваливать, пока я не продолжил веселье уже в баре и окончательно не слетел с катушек. Путь до дверей из бара, мимо охранников и тусующихся таксистов, которые предлагают подвести, до машины кажется вечным. Земля под ногами вертится, как-будто я на каруселях, и я даже с трудом узнаю собственный автомобиль.
-Астон, мальчик мой, как я мог тебя так надолго оставить? - хлопаю рукой по капоту и сажусь за руль. -Домой. Спать. Все завтра.
Мое состояние меняется несколько раз за вечер - от злости до усталости. То ли виновата трава, то ли шок все еще не прошел, но я не ручаюсь за свои действия. Выжимаю педаль газа и ставлю на маршрутизаторе адрес Дэниэлс. Не уверен, что я доберусь самостоятельно. Несколько раз глаза предательски закрываются, но в последний момент одергиваю себя. Да и женский голос "через 200 метров поверните налево" не дает потерять последние ниточки, связывающие меня с реальностью. Впрочем, я не уверен, что та реальность, которая меня сейчас окружает, действительно является реальностью.
Паркуюсь я криво, едва не задевая автомобиль Мэриэн, который годится разве что на металлолом. Пытаюсь вспомнить, говорила ли она мне что-то об этом, но в голове конкретные провалы. Кулак со всей силы опускает на руль, и тишину ночного двора разрезает гудок. Я должен радоваться вместе с парнями. Отчего же так тошно?
На асфальте пятна крови, я ступаю по ним с утра еще отполированными до блеска ботинками, оставляя вереницу грязных следов до крыльца. Воспоминания о крови на собственных руках накрывают новой волной. Мне кажется, что я снова в том гараже наношу очередной удар битой по почти неподвижному телу.
Предчувствие чего-то нехорошего преследует меня, пока я поднимаюсь до квартиры, несколько раз спотыкаясь и падая на ступеньки. Мои действия и чувства находятся в конкретном резонансе, что я даже не в состоянии идентифицировать самого себя. К собственному удивлению вопреки дрожи в руках я попадаю с первого раза в замочную скважину, но дверь все равно не желает распахиваться, словно что-то блокирует ее с внутренней стороны.
-Какого хрена? - из груди раздает рычание, почему-то такая нелепая мелочь, как заедающая дверь, вызывает у меня приступ гнева.
Толкаю плечом, и слышу, как это "что-то" падает. В квартиру я вваливаюсь в прямом смысле, оказываясь следом на полу. Ребра отвечают болезненным покалыванием. Они еще не зажили с прошлого раза, а сегодня я тоже успел получить парочку синяков в самом начале столкновения. Впрочем, большая часть крови на мне принадлежит совсем другим людям. Опираюсь на ладони и встаю сначала на четвереньки, затем - на ноги, закрывая за собой дверь и нащупывая выключатель. Плохая идея, потому что свет мне кажется в десятки разов ярче, чем обычно.
-Ты чего разлеглась тут? - сбрасываю с плеч пиджак и швыряю на полку. -Пьяная что ли?
Мой взгляд прикован к телу на полу, которое лежит лицом низ. Я не в настроении и не в состоянии, чтобы допереть до каких-то там умозаключений. Сил, чтобы опуститься и поднять Мэриэн, тоже нет. Меня клонит в сон так сильно, что я готов заснуть прямо на месте. Не придумываю ничего лучше, чем ботинком перевернуть девушку на спину. Разбитое лицо, покрытое слезами и растекшимся макияжем и одежда, насквозь пропитанная кровью, предстают перед моим взором. В голове раздаются крики того парня, который точно также лежал передо мной. Настолько громкие и реальные, что я не сразу понимаю, что кричу я сам. Проходит секунд десять, прежде чем я резко замолкаю. Наверное, Мэри требуется помощь. Наверное, ей нужен врач. Или хотя бы взять ее на руки и отнести в гостиную. Но ужас сегодняшнего дня настолько овладел мною, что я не могу, просто физически не могу, пересилить себя и прикоснуться к истекающему кровью телу.
-Скажи, что ты просто обдолбалась чем-то и не вписалась в дверной проем, а?

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Назад в будущее » сказать слишком трудно было: "не уходи"