внешностивакансиихочу к вамfaqправилавктелеграмбаннеры
погода в сакраменто: 11°C
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Сarryon


Сarryon

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Сакраменто | Январь 2017

Marisol Escobar & Guido Montanelli
http://s8.uploads.ru/H42KA.jpg http://sd.uploads.ru/RagVM.jpg

Горячая кровь, холодный металл, блестящий камень...

Возможно, будет редактироваться...

Отредактировано Guido Montanelli (2017-01-05 23:31:06)

+1

2

Сегодня был выходной. Самый настоящий выходной. Книжный закрыт, следующая поставка запчастей будет только на следующей недели, внезапно появилось очень много свободного времени. Вроде бы - живи и радуйся. Так нет, это не в духе Мари сидеть на попе смирно. К слову сказать, ей словно вставило шило в одно интересное место, так как она вот уже битый час сновала по квартире, решая чем бы себя занять. Маркус и Лео где-то постоянно пропадают и кажется совсем забыли, что в их компании есть и трети человек. Появился и перерыв в гонках, так бы Мари уже давно рванула вдоль по бездорожью гонять с такими же сумасшедшими, как и она. Со своей фиолетовой фурией Эскобар поработала еще вчера, смыла в новых винтиках не было. Да и в магазине все лежало на своих полках.
- Да это просто заговор! - упав на мягкий ковер в форме звезды, Мари уставилась в потолок, наблюдая за водными бликами, которые откидывал стоящий возле окна аквариум. Хорошо быть наверное рыбой. Плаваешь спокойно целый день, ни о чем не думаешь, поел, вновь поплавал, и опять поел. - Скукота.
Придя к такому выводу, Мари села на полу, скрестив ноги, прихватив с тумбочки телефон. Открыв список контактов, девушка начала бездумно пролистывать имена, и почти в самом конце списка мелькнуло имя. Сабрина! Вот с кем можно скоротать этот день. Давно они не собиралась в кафе и не перемывали косточки собственным братьям. Полезное дело между прочим. А то выделите это мужские игры, все слишком серьезно и женщинам это ни за что не понять. Набрав номер подруги и выслушав нужное количество гудков, девушка поняла, что возможно телефон Сабрины лежит в том месте, где хозяйка его просто не слышит. Раз гора не идет к Магомеду, Магомед сам придет к горе. Сказано, сделано. На сбор ушло минут двадцать (а все потому, что кто-то вчера так активно раздевался, что забросил любимую футболку на шкаф), и вскоре Мари уже ехала по направлению к дому семьи Монтанелли. Если Сабрины нет там, значит она у себя в студии. Начнем с резиденции, а потом по убывающей. Хотя нет, все же у нее есть собственный дом, так что вряд ли она в резиденции. Встав с пола, девушка взяла с дивана куртку. Тогда лучше сразу начать с ломбарда.
Дорога не заняла много времени, на ее счастье она смогла объехать все дневные пробки и теперь спокойно парковалась возле нужного ей здания. Магазинчик сестры Лео был расположен в очень хорошем квартале, толпы туристов и местных. Красиво сделанная витрина и вход в ломбард не могли оставить вас равнодушными и не посетить это загадочное заведение. Однако сегодня в помещение было на удивление тихо и пусто. Пожав плечами, Марисоль отправляется на поиски хозяйки этого сундучка с сокровищами.Дойдя до кабинета, Мари уже берется за ручку двери, но приглушенный мужской голос заставил ее замереть. Любопытство тут же забило в колокол. "Плохо, очень плохо! Мари, открывай дверь и объяви о своем приезде! Нельзя подслушивать" Здесь не поспоришь, но все же... любопытство оно такое. Оглядевшись и понимая, что никого рядом нет, Эскобар встала вплотную к двери, замирая, что бы услышать как можно больше. Она даже дышать перестала. Когда до нее дошла суть разговора, Мари поняла, чем можно ей заняться. Она сможет доказать, что уже взрослая и может сама заботиться о себе. Самое главное, что бы Гвидо, а если она правильно поняла, именно его голос звучал за дверью, решил так же. Они встречались и не раз, но это было не в формальной обстановке, и Лео всегда был поблизости. А тут она будет сама по себе. Когда за дверью воцарилась тишина, Мари решила действовать. Легкий стук костяшками пальцев по дереву и девушка открывает дверь.
- Можно? Добрый день, Гвидо. Прошу прощения, но я случайно услышала разговор... и, предлагаю свою кандидатуру для этой работы. Вы меня знаете, я не подведу.

Отредактировано Marisol Escobar (2017-01-06 16:56:41)

+1

3

Кажется, это называется "стимуляция мозга" - когда начинаешь заниматься чем-то новым, и мир вокруг воспринимать тоже начинаешь уже как-то по другому, и на ум начинают приходить какие-то свежие мысли вслед за тем, как изменяется обстановка вокруг. Вот почему Гвидо старался приучать себя не бояться чего-то нового, смотреть на какие-то перемены рядом с собой, эта динамика поддерживала мозги в активном состоянии - после пятидесяти это уже может быть по-особенному сложно, однако и - по-особенному важно. Монтанелли никогда не считал себя человеком, разбиравшемся в искусстве; хотя это не мешало ему искусство искренне любить, вслушиваться в хорошую музыку, вдумываясь в живопись, сопереживая персонажам на театральной сцене - он был ценителем, но какого-то совершенно своего рода, он любил красивые вещи, редкие вещи, хотя и предпочитал такие, которыми можно было бы просто пользоваться. У него был всегда некоторый вкус, но - слишком самобытный, который был понятен ему самому, и, может, нескольким людям вокруг него.
Этот вкус, впрочем, был повёрнут в сторону исторической родины - Гвидо было не так уж сложно впечатлить, если знать, ему нравилось почти всё итальянское. Остальное - для него было почти что чем-то второго сорта, не без исключений, но зачастую. "Итальянское не может быть плохим" - так он говорил, и никогда не обманывался. Касательно искусства, так и тем более... хотя в кухне Монтанелли разбирался всё-таки гораздо лучше.
И, в отличие от своей дочери, он едва ли понимал, как из предметов искусства или старины можно выручить выгоду, и какую именно выгоду; но - взаимодействие с ломбардом действительно понемногу заставляло его смотреть на такие вещи другим взглядом: выражалось это хотя бы в том, что он начал отличать антиквариат от рухляди, интересные предметы - от неинтересных, за которые нельзя выручить ничего. Например, несколько по-другому смотрел на охотничью винтовку своего тестя - уже столетний винчестер, но служивший исправно, поскольку заботились об оружии хорошо, чистили, смазывали, да и делали ружья в те времена на совесть... там до сих пор все детали родные - только смазка современная. Вот за такую вещь выручить можно по-настоящему много, если найти покупателя...
Но, конечно, это ружьё Гвидо никому не продаст. Потому что стоит оно дороже любых денег.
Впрочем, почти про каждый предмет здесь - можно сказать то же самое. Ломбард - это словно кладезь истории, и каждый выставленный на торг, на витрину, предмет - это история, переживающая не лучший свой период, раз уж вещь вообще оказалась в магазине такого рода. Это почти как торговать душами... с другой стороны - каждый покупатель имеет шанс дать чему-то второй шанс, начать в истории новую страничку. Это несколько воодушевляет.
- ...да, согласились. По несколько сниженной цене, но что ты хочешь? Это Вегас...
Что нужно человеку, чтобы он мог ощутить место своим жилищем? Не человеку даже, а любому существу - зверьку, выкопавшему себе норку, птице, облюбовавшей ветку для гнезда... какой-то запас еды, защиту от холода, дождя и солнца; возможность вернуться в любой момент, когда это будет необходимо. У среднестатистического человека в наши дни обычно есть два таких "убежища" - его собственный дом, и его рабочее место, куда он приходит каждый день: будь там стол в кабинете офиса, где лежат какие-то его личные вещи, с компьютером, где помимо рабочих папок могут быть и персональные файлы, или его шкафчик в раздевалке, или ещё что-то такое... у Гвидо таких мест было гораздо больше. Своего рода "контор", откуда он мог вести свои дела - если необходимо, провести там довольно большое количество времени, сутки, двое... неделю. Например - его офис на мясокомбинате. Или счётная комната в подпольном игорном клубе "Кингсберд", или кабинет управляющего в "Маленькой Сицилии". Или помещение в мастерской Лео - хоть, вообще-то, это было как раз местом Лео, скорее, но Гвидо чувствовал за собой право воспользоваться им, если было бы необходимо. Как и офисом ломбарда дочери. Были и другие, и - в разных пропорциях, но - все эти места имели несколько необходимых для жизни вещей: что-то из одежды, что-то из еды, немного канцелярских принадлежностей, чаще всего - и телефон тоже, иногда - ещё место, где можно было бы лечь поспать, и - тоже кое-что жизненно необходимое в его бизнесе: оружие.
- Хорошо, что мы имеем хотя бы столько - с такой-то историей, кто вообще захочет их брать? Отправлю кого-нибудь туда. Через пару часов к тебе заедут.
Такой оружейной единицей в ломбарде дочери сегодня оказался дробовик. Сейчас, когда Гвидо услышал сначала стук в дверь, а затем и как эта дверь открылась, дуло этого дробовика взглянуло в лицо Марисоль... мобильный телефон, по которому он разговаривал, лежал на столещнице дисплеем вниз.
- Мари! - ружьё, впрочем, Монтанелли опустил, когда увидел, кто появился на пороге офиса. - Ты вообще в курсе, что это место две недели назад уже ограбили?.. - и вот поэтому он слегка напряжён. Кто-то из своих тут стучаться перед тем, как войти, не будет, да и вообще - тут только что не было никого... визит мисс Эскобар был неожиданным более чем. - Закрой дверь. Сядь. - рукоятку оружия, впрочем, Гвидо из рук пока не выпускал - так и командовал, держа оружие в руке; бортом оно улеглось на столешницу, окончательно улегшись на стол, когда Марисоль опустилась в кресло напротив стола. Монтанелли тоже опустился в кресло, так же сухо и чётко вопросив: - Что ты там услышала? - но палец всё ещё оставался неподалёку от спускового крючка, словно напоминание о том, что Гвидо не любил, когда подслушивают...

Внешний вид

+1

4

Ведь наверняка каждый был в такой ситуации, когда ты что-то сделал, а потом запоздало подумал, а стоила ли игра свеч? Человеку хватает секунды, что бы совершить действие, которое может раз и навсегда перечеркнуть его жизнь. Да, ситуация спорная. Это может идти как плюсом, так и минусом. Редко когда сделанное что-то на импульсе оказывалось хорошим решением. Раз, два, три. Вдох-выдох. Мари резко тормозит и на автомате чуть приподнимает руки, ладонями вперед. Она совсем не ожидала, что ее встретит дуло ружья. Сердце подпрыгнуло в груди, она уже было подумала, что ошиблась, и в кабинете был не Гвидо. Но нет, на этот раз ей повезло. Или нет...
- Сабрина говорила об этом, - произносит в ответ Марисоль, беспрекословно подчиняясь команде Монтанелли, закрывая за собой дверь и подойдя к указанному креслу падает в него, вжимаясь в спинку. Она, конечно, была не права, когда решила подслушать разговор, который не предназначался для ее ушей, но ружьё... Это как бы слишком. А может она подслушала то, что вообще никто не должен был знать? Поздравляю тебя, Марисоль! Твое желание скоро исполнится. Ты будешь спокойно себе плавать в какой-нибудь речке, как рыба. Точнее как корм для рыб. Руки легли на подлокотники кресла, пальцы вцепились в мягкую обшивку. И, почему, когда на нее вот так смотрят, она чувствует себя маленькой девочкой, которая разбила любимую мамину вазу и теперь ее ждет выговор и домашний арест, а еще возможно лишат сладостей. "Да, ладно тебе, Мари. Ты ведь уже взрослая, пора и вести себя соответствующие."
- На самом деле слышно было плохо, поняла только, что вам нужен человек для одного дела, - решив, что чистосердечное смягчит наказание, Эскобар не стала юлить, мол, да это все случайно, я просто мимо проходила и бла-бла-бла. - Понимаю, что поступила глупо, но уже ничего не исправишь.
Как тогда в детстве, когда Мари полезла доставать котенка на высокое дерево и застряла сама. А что бы не признавать собственную глупость, долго не звала на помощь, просидев на дереве почти до самого вечера, пока ее не заметила соседка, которая и позвала ее родителей. Мари тогда только исполнилось шесть, но она до сих пор помнит, как потом смеялись соседские дети. Обидно было до слез, она ведь хотела как лучше, но никто не оценил ее старания. Именно тогда, девочка и подралась впервые, с соседским мальчишкой. Ей правда выбили зуб, но и она успела здорово наподдать этому заморышу. А позже Марисоль узнала, что и Маркус постарался, и подправил прикус мальчишки на три зуба. В тот раз она пряталась от собственной глупости, теперь делать этого не намерена.
- Я искала Сабрину, и совсем не думала, что найду здесь вас, - вновь подала голос Мари, скрестив руки на груди. Психологи называют такую позу скрещивания защитной. Скрыться за барьером - привычное желание человека. Этому люди учатся еще в раннем детстве. Человек стремится защитить себя от окружающих. В детстве мы прячемся за материальными предметами - за столами, креслами, мебелью, за материнской юбкой, - если чувствуем, что попали в затруднительную ситуацию. Становясь старше, мы меняем свое поведение. Оно делается не настолько очевидным. Став еще старше, люди овладевают искусством сделать защитный жест еще менее заметным для окружающих. Поднося одну руку или скрестив обе руки на груди, они, в сущности, формируют барьер, пытаются защититься от возникшей угрозы или нежелательных обстоятельств. Одно несомненно: когда человек нервничает, настроен негативно или занимает оборонительную позицию, он плотно скрещивает руки на груди. Такая поза свидетельствует о том, что человек ощущает угрозу. Еще бы не ощущать ее, если Гвидо так и не убирает руку от ружья. "Эх, Мари, давай выкручивайся"
- Еще слышала про Вегас. Это туда нужно ехать? Если да, я готова выехать прям сейчас, - глупо, очень глупо соваться туда, когда даже не знаешь точно, о чем шла речь. С чего девушка вообще решила, что ей могут доверить перевозку или сопровождение чего-либо? Да, она не раз помогала Лео и брату, но это было в пределах Сакраменто. А тут Лас-Вегас, до него девять сот километров, это примерно десять часов в путь, плюс остановки. Довольно серьезная дорога, плюс полицейские посты. Вздохнув, девушка подается вперед, вновь обхватывая пальцами обшивку подлокотников. Она смотрит мужчине в глаза, даже не пытаясь отвести или спрятать взгляд. - Я справлюсь с этим заданием. Поверьте мне. Монтанелли для меня вторая семья, и я не подведу свою семью.
Да, конечно, сказано громко. Даже пафосно. Но, это сейчас говорил не мозг, это говорило сердце. Чувства. Эмоции. Она захлестнули. Еще она знала, что если что-то пойдет не так, может пострадать ее брат, а ведь Марисоль поклялась защищать его и прикрывать спину своему близнецу. Ведь именно поэтому она стала заниматься всем этим. Теперь дело за Гвидо. Поверит он ей или нет? Воспримет всерьез или пошлет домой? Губы пересохли и девушка тут же облизнула их, не сводя глаз с мужчины.

+1

5

И больше, чем когда подслушивают кого-либо - Гвидо не любил, когда кто-то подслушивает его самого. Хотя порой от этого бывает и трудно куда-то деваться, поговорка "у стен есть уши" в их бизнесе приобретает ещё более опасные, вполне материальные, очертания, в роли таких "ушей" часто выступают полицейские или федеральные жучки; Монтанелли сам знал, что стоял какое-то время на прослушке в прошлом, не был, впрочем, так уверен в том, что его не прослушивают и сейчас - когда-то он самолично (с помощью понимающего друга, вернее) вытащил пару жучков из дома Сабрины, в то время, когда жил в нём сам, третий из той же серии - находился в его машине... он не был уверен в том, что в их с Шейенной доме сейчас нету таких же жучков - хотя самое страшное преступление, о котором федеральные агенты и копы могли бы услышать таким способом, это как Гвидо любит свою семью: о делах Монтанелли в стенах своего дома разговаривать категорически отказывался, даже в стенах кабинета - да и туда ничего такого важного, за что можно было бы получить от ареста и выше, старался не брать. Вообще, за годы своей жизни, у Монтанелли-старшего выработалась одна хорошая привычка - всегда вести себя так, словно его слушает кто-то третий; он старался не говорить о делах по телефону, избегал даже просто говорить прямо, даже если оставался с кем-то один на один, как они с Марисоль сейчас, пусть и старался говорить так, чтобы собеседник понимал, о чём речь. Да и вообще, старался просто много не говорить. Но это ещё ладно, эта привычка практически была уже в его крови, такое поведение не доставляло неудобств самому себе - по-настоящему плохо, когда тебе приходится следить, чтобы твои знакомые тебя не подслушивали. Потому, естественно, Гвидо не был доволен, и смотрел на Марисоль хмуро - хотя и внимательно, почти не моргая следя за её мимикой, и слушая, что она говорит.
Отчасти, впрочем - это было просто театральным приёмом. Не доверять девушке у него не было серьёзного повода (во всяком случае, более серьёзного, чем не доверять кому-либо вообще - доверие вообще штука ценная, но её, в отличие от драгоценностей, предметов искусства, или вообще чего-либо, даже не продашь... обычно оно просто дорого обходится), и если в совпадения Монтанелли не верил - то вот глупости и в их деле склонны случаться. Это не значит, что нужно поощрять глупость, конечно.
  - Это верно. Не исправишь. - таким же суровым тоном произнёс Гвидо, и пошевелил дробовиком - так, чтобы он прошуршал по поверхности стола, и это было отчётливо слышно. Спустить курок - в какой-то момент это просто перестаёт быть проблемой, и начинаешь воспринимать такие вещи, как просто необходимую часть своей работы: такой же, как для работника завода смена детали на своём станке, к примеру, техобслуживание - что-то если не повседневное, то нормальное. Работу немного кто любит, но проблем с её выполнением быть не должно. Хотя и - стрелять в Мари, или в кого бы то ни было, прямо здесь, Монтанелли не стал бы, если бы не возникло крайней необходимости. Тем более из ружья. Возни потом много с тем, чтобы кровь оттереть и тело вывезти; да и слишком большой риск повредить что-нибудь, к тому же...
Когда Эскобар закончила говорить, Патологоанатом ещё несколько секунд смотрел на неё тем же самым серьёзным и цепким взглядом, прикрытым, как щитом, линзами его очков; только затем он начал говорить, отложив всё-таки (с таким же характерным звуком) ружьё в сторону. Прикладом оно осталось лежать к нему, так, чтобы он успел его схватить; но дуло теперь смотрело на входную дверь.
- Съездить в Лас-Вегас? С этим даже школьник справится... - впервые за время разговора Монтанелли усмехнулся. Слова о семье он услышал, но намеренно не стал реагировать на них столь же выразительно, всем видом показывая, что ничего особенно крупного и не происходит - потому и не надо столь громких слов о долге. Впрочем, естественно - такие слова ему были приятны. И то, что он не делал из этого поручения сложное героическое задание - не значит, что относился к нему вовсе несерьёзно. И срываться "прям сейчас" тоже не стоило, следовало подготовиться хотя бы немного... услышать, куда конкретно надо ехать - Лас-Вегас город совсем немаленький... - Есть там кое-какие ребята, которые оказали мне пару услуг в прошлом - я за это обещал машину, кажется, вы в "Ливинг стил" ей и занимались недавно. - и ещё более крупная область вокруг самого города - Вегас находится в центре пустыни, для рейсеров в его пригороде это почти что бездорожный рай. Она группировка пожелала войти во врата этого "рая", въехать, вернее, но для этого - им нужна и достаточно шустрая машина. Вот её и нужно было теперь перегнать, но появилось кое-что и сверх этого. - И ещё мои знакомые из ювелирного бизнеса подкинули мне одну задачку... - Монтанелли поднялся из кресла, подходя к кофеварке, продолжая говорить попутно, словно рассуждая вслух. - Есть кое-что, что они не могут продать тут, но что неплохо разойдётся там. И те ребята, которую ждут машину, согласились с этим помочь. - Гвидо, пусть завуалированно, говорил о бриллиантах - загвоздка в том, что бриллианты были ворованными, и эти самые его "знакомые из ювелирного бизнеса" заниматься ими не рисковали, боясь погореть на горячем. В чём Монтанелли с ними был солидарен, впрочем - но деталей Марисоль знать было незачем. Ей нужно было сесть в тачку и отвезти груз - не более, чем. - Кофе будешь? - предложил между делом, производя манипуляции с кофе-машиной.

+1

6

Мари незаметно выдохнула, когда дуло ружья перестало смотреть в ее сторону. Она боялась не само оружие, а того, кто мог нажать на спусковой крючок. К слову сказать, Эскобар никогда не любила оружие. Да, это неотъемлемая атрибутика работы ее брата и Лео, да и кто сейчас вообще ходит без оружия? Каждый второй американец носит в своем кармане по стволу. Маркус пытался учить ее стрелять по банкам, и вроде это было интересно. Но, все же, выстрелить в человека или другое любое живое существо, Мари точно не смогла бы. Хотя, в этом тоже нельзя быть уверенным на сто процентов. Если опасность будет угрожать ее семье, она лично отправит на тот свет любого. Мари не перебивала Гвидо, лишь сморщила нос, когда он сравнил эту работу с той, которую доверят даже школьнику.  "Ну, и пусть. В любой работе может случится форсмажор. Никогда ни в чем нельзя быть уверенным" Про машину она поняла, да и это была как раз работа для нее. Ведь угон и сбыт автомобилей ее профиль. Когда на брата что-то находило, весь его буйный нрав куда-то испарялся, и он сидел за столом на кухне, попивая свой чай, а Мари могла обнимать его со спины, утыкаясь подбородком в макушку, он всегда заводил разговор о том, что эта жизнь не для нее. Она слишком опасна для его сестры. Девушка лишь добродушно усмехалась и целовала брата в макушку. Он не понимал, что это и есть ее жизнь. Да, с ней возможно она не доживет и до сорока, но ведь, будет что вспомнить на том свете. Приподняв одну бровь, Марисоль наблюдает за мужчиной, поворачивая голову ему вслед. Знакомые из ювелирного бизнеса? Тут к гадалке не ходи, сразу ясно, что речь идет о бриллиантах. А вот с этим уже навряд ли справится школьник. "Чистые" камни продать не составит труда, а вот побрякушки с историей затруднительно сплавить.
- Если мы говорим про одну и ту же машину, то она более чем готова к переправке, - соглашается девушка, заправляя за ухо прядь волос, а после поднимается с кресла, что бы встать недалеко от старшего Монтанелли. - От кофе не откажусь, он мне сейчас ой как нужен.
Значит, машина и бриллианты. Нестандартный для нее груз, но все в этой жизни случается в первый раз. Вроде бы ничего сложного, как и сказал Гвидо. Уйдя в свои мысли, Мари отстранено наблюдала за тем, как мужчина ловко управляется с кофе-машиной. Встреча однозначно будет проходить за пределами самого Вегаса. Без свидетелей и лишних глаз. Нужно бы точно узнать время прибытия, и приехать туда заранее, что бы осмотреть территорию и избежать неприятных сюрпризов. Доверяй, но проверяй. Это с виду Марисоль веселая и совершенно беззаботная, но когда дело касалось чего-то серьезного, она становилась другим человеком. Ну, по крайне мере пытается им быть.
- Кто поедет со мной? - соваться одной в Вегас было глупо. Обязательно нужен еще человек для прикрытия. Да и чего греха таить, не многие согласятся вести дела через женщину, тем более такую молодую. Почему-то увидев смазливую мордаху, мужчины думают, что единственное, на что способна эта кукла, развлекать их. "Чертовы кобели..." Мари легко улыбается Гвидо, принимая из его рук чашку с кофе. Вдохнув этот божественный запах, Эскобар делает маленький, обжигающий глоток. И, на пару секунд замирает, позволяя теплу окутать тело. - Посылку доставлю в срок. Мне нужно лишь время встречи, карта с координатами, куда я должна подъехать и немного удачи.
Новый глоток кофе и отойдя от мужчины, девушка подходит к окну. Не очень хорошая мысль посетила ее голову. Она ведь никого не успеет предупредить, да и в принципе этого  и не нужно делать. Родителям она позвонит, когда будет уже в пути, скажет, что отправилась в гости к своей подруге за город. Мари уже не раз об этом говорила, поэтому поездка не вызовет не нужных вопросов. Ну, это со стороны родителей. А вот со стороны брата. Если ему что-то не понравится, он подключит своего друга.
- Я могу вас попросить? - оторвавшись от созерцания людей за окном, девушка повернулась к мужчине. - Не говорите Маркусу и Лео куда я уехала, если они спросят. Да и вообще, что появлялась здесь. Ведь меня за это по головке не погладят. Мало того, один из них точно попытается уговорить меня никуда не ехать.
Допив кофе, девушка поставила чашку рядом с кофе-машиной и вновь заняла место в кресле, только теперь облюбовала один из его подлокотников, вновь скрещивая руки. Подготовка к тому, что последует после.

+1

7

Когда стрелять начинают в тебя - тут уж выбора не остаётся, либо отстреливаешься, либо получаешь пулю; поэтому между участием в перестрелке и самоубийством - довольно высокая разница. И пистолет в большинстве случаев носят с собой далеко не для убийства, а для защиты, даже для самых закоренелых преступников оружие - средство, в первую очередь, защиты. И чья-то смерть, даже в криминальном бизнесе - слишком большое событие, слишком тяжёлое, чтобы смогло стать делом по-настоящему повседневным, на убийствах дела не построишь, убийство - метод самый крайний. Багаж за каждым покойником следует слишком большой. Так что, если и приходится избавляться от кого-то - то только в том случае, если багаж, который за собой живой, превышает по весу тот, что притянет мёртвый. Когда находишься в этом деле так долго, как Гвидо, начинаешь рассуждать о жизни в таком ключе, отбрасывая нравственные моменты. Конечно, решиться лишить кого-то жизни - непросто. Хотя, на самом деле, и не для всех. Для большинства. Слух о том, что в первый раз это всем тяжело - несколько преувеличен: на самом деле, никогда не узнаешь, насколько это тяжело, пока не окажешься в подобной ситуации. Результаты могут удивить... и можно узнать о себе что-то новое - чему сам, возможно, не обрадуешься.
- Да, о ней. - коротко кивнул Монтанелли. Те "услуги", о которых он упомянул, связаны были со строительством казино в резервации Шейенны - в столице азарта Штатов, парни помогли убедить кое-кого из больших людей помочь с организацией. Автомобиль за это, может, показался бы кому-то высоковатой ценой - но это выходило дешевле, чем если бы Гвидо расплатился деньгами, особенно с учётом того, что автомобилями как раз занимается его сын со своими друзьями. Монтанелли вовсе не был человеком, который был способен швыряться деньгами направо и налево; хоть некоторые и считали его богачом. Он не был богачом; по сути, он не был даже тем, кто мог бы открыто показывать своё богатство. И настоящее его богатство - это не деньги, а его связи, его друзья. Такие друзья, какой была Марисоль... - Возьми с собой, кого захочешь. - пожал плечами Монтанелли - раз уж Мари теперь занимается доставкой, зачем ему думать, кто поедет с ней? Ему даже не обязательно этого человека знать, по сути - к тому же, гонщица всё равно подберёт кого-то из своего круга, друзей-рейсеров, знакомых Лео; а им можно было доверять. Она вполне могла бы даже поехать и одна, если посчитала бы нужным, Гвидо не видел большой необходимости отправлять кого-то ещё - в том, чтобы съездить в Вегас, оставить там автомобиль, передать кому-то посылку и вернутся назад поездом, сложно, и действительно, ничего нет. Школьник, может, и не справится с тем, чтобы преодолеть всю дорогу на автомобиле - хотя, тоже смотря какой школьник. Мари же была уже вполне взрослой, чтобы подобрать себе и маршрут, и компанию. Гвидо протянул ей чашку, наливая затем и себе кофе.
- Время встречи - завтра в восемь вечера, на парковке у мотеля "Пурпурный Песок" по адресу... - Монтанелли назвал адрес, возвращаясь в кресло, ставя чашку перед собой. Времени, чтобы преодолеть расстояние до города, более чем достаточно - особенно если поехать ночью, когда дороги забитыми точно не будут (хотя пригородные автобаны вообще редко бывают забиты, особенно в Калифорнии). - Даже не доезжая до городской черты, фактически. - Гвидо пригубил немного кофе. На карте показывать он не стал - не имя подробной карты Вегаса под рукой, и не доверяя картам электронным - не то, чтобы был настолько старомодным, чтобы уметь пользоваться только бумажными, но с современной склонностью Интернета отслеживать твоё местоположение и всё запоминать к бумаге доверия действительно было больше. Марисоль, впрочем, могла бы ведь и сама посмотреть - по мобильнику или автонавигатору... - Где стоит машина, ты знаешь, а посылку заберёшь в салоне "Korloff", скажешь, что приехала от меня. Пусть у тебя побудет немного. - добавил Монтанелли. Марисоль придётся поездить, в общем - кофе будет и впрямь не лишним, не лишним будет даже взять целый термос с собой, возможно; но на сборы ещё есть несколько часов. Если, конечно, Мари не собирается прямо сейчас поехать - и до времени встречи оставаться там же, проведя день в Вегасе. Тоже возможный вариант, почему бы нет.
- Почему? - удивился Гвидо, поднимая на неё взгляд, когда она попросила никому ничего не сообщать. - Маркус и Лео ведь знают, для кого эта машина. - развёл руками; догадаться, что к чему, не так уж сложно, да и особого удивительного в том, что машину отгонит кто-то из своих же, Гвидо не увидел. - Когда они узнают, я думаю, ты будешь уже в пути - так что поздно будет что-то менять. Вот что... если будут на тебя наседать, скажи им, что услышала мой разговор. И выбора у тебя уже особо не осталось. - усмехнулся Монтанелли, отпивая ещё несколько глотков из чашки. - Правду скажи, в общем... - поскольку это, фактически, правда и есть - и выбора у Мари уже тоже не имеется, она согласилась и соскакивать поздновато. За слова в их деле нужно отвечать... как в любом другом деле, впрочем. - И это... пушка у тебя есть? - на обоих, если она решит взять кого... да и потом, почему бы Лео или Маркусу и не поехать вместе с ней?

+1

8

Значит, восемь вечера. Быстрый взгляд на часы, еще нет и двенадцати дня. Ей вполне хватит времени собраться, взять что-нибудь в дорогу и спокойно выехать на встречу. В уме она уже перебирала людей, кого бы могла взять с собой. У нее, конечно, были друзья, и с ними она вполне могла бы отправиться на край света, но все же тут нужно подумать над выбором. Гвидо не настаивает на своем человеке, а это значит, если она не найдет нужного, то сможет поехать одна. Девушка лишь кивает на слова Монтанелли, ничего сложного, заехать, забрать. И, все же, момент был волнительным. Ей впервые поручают задание лично. Самое главное не запороть все.
- Я поняла. Все будет сделано, - развернувшись, Марис направляется к двери и уже берется за ручку, но вопрос Гвидо ее останавливает. Она напрягается и, кажется, перестает дышать. Спина выпрямляется и каменеет. Эскобар совсем не подумала по поводу оружия. Девушка и не думала, что оно ей пригодится. Ведь это плевое дело, съездил, отдал, приехал обратно. – Есть, - голос осип, поэтому Марисоль пришлось прокашляться. – Оружие у меня есть.
После чего она все же открыла дверь и вышла из кабинета. Только сейчас она заметила, что вспотели ладони. Вытерев их о джинсы, Мари выходит на улицу и садится в машину. Она, правда, не спросила адрес этого салона, но в мире продвинутых технологий это не было проблемой. Взяв телефон, девушка вбила название и тут же получила маршрут. Заведя автомобиль, Эскобар разворачивается и едет по южной дороге в сторону элитного квартала. Марис знала, что в нынешнее время верить никому нельзя, но все же такой дорогой салон, и все равно обманывали людей. Быстро добравшись до места, девушка паркуется на противоположной стороне, после чего перебегает дорогу и направляется к входу в здание, но, почти у самой цели ее останавливает охрана.
- Салон сегодня не работает, - пробасило над ухом, от чего Марисоль невольно морщит нос. Не хватало только ей слуха лишиться. Специально сделав вид, что она прочищает ухо, девушка повернулась к громиле.
- Я от Гвидо Монтанелли, - произносит в ответ гонщица, наблюдая, как парень связывается с кем-то по рации, и почти сразу открывается дверь, о чем свидетельствует трель колокольчиков. Ее приглашают зайти и проводят через зал в подсобку, а после вниз по лестнице и еще одна комната, в которой стоял большой стол, над ним висела яркая лампа и в ее электрическом свете на зеленом полотне переливались бриллианты. Честно сказать, Марис была совершенно равнодушна к украшениям и прочим брюликам. Она не носила золота, лишь была пара серебряных колец и серег. Самым ценным сокровищем в ее жизни была машина.
- Подождите, слишком громоздко, - остановила их Мари, когда один из людей стал укладывать бриллианты в кейс. – Лучше что-то маленькое и неприметное. Которое можно спрятать и чтобы оно не бросалось в глаза.
Переглянувшись, парни высыпали бриллианты в вакуумный пакет, запаковали его, а после положили все в шелковый мешочек, который и отдали девушке. Спрятав его во внутренний карман куртки, Мари вышла из салона вслед за сопровождающим. Вновь оказавшись на улице, Эскобар сверяется с часами и идет к машине. Теперь нужно отправляться за автомобилем. Десять минут в пути и Мари заезжает внутрь автосалона. Блестящие бока привлекают взгляд. Вот он подарок для людей из Вегаса.
- Мари, какими судьбами? – старший механик, вытирая руки об штаны, подходит к мексиканке, легко целуя ее в подставленную щеку.
- За машиной я, Марк, - улыбается девушка, кивая на нужную.
- Ты курьер? – недоверчиво поинтересовался мужчина, приподнимая одну бровь.
- А не похожа? Да, еду я, - пока Марисоль говорила, гонщица успела открыть капот подарка, осматривая его внутренности. После чего заглянула в салон. Машинка была очень даже хороша. – Эй, Марк, у нас есть свободный видеорегистратор?
- С каких пор ты с ним ездишь?
- Вот начиная с этих пор. Чувак, тачка для перегона. Если хрень какая случится, у меня видео хоть будет. Я за себя ручаюсь, а за других водителей нет.  Давай неси систему. Будем прикреплять, еще дел по горло.
За полчаса приведя все в норму, девушка покидает автосалон, направляясь к своей квартире. Там она принимает душ, переодевается в более удобную и практичную одежду, заодно успевает перекусить и, взяв навигатор, прокладывает дорогу, отметив для себя остановки для отдыха и перекуса. В принципе можно не спешить, и спокойно рулить в сторону Лас-Вегаса, не нарушая правил. Она даже успеет проверить близлежащую территорию перед отелем, для собственной безопасности. Эскобар позвонила своему знакомому гонщику из Вегаса и договорилась, что он пригонит машину к соседнему отелю. Не очень-то хотелось Мари возвращаться на поезде или в автобусе. Что ей нравилось в гонщиках, они не задают лишних вопросов. Если нужна машина, значит, машина будет. У нее даже нашлось свободных четыре часа, что бы проспаться перед дорогой. Остановившись у сейфа, Марисоль несколько секунд буравит его взглядом, потом вздыхает, вводит комбинацию цифр и букв, после чего открывает дверцу. Поверх нескольких пачек денег лежал пистолет, подаренный Маркусом, для самообороны. "Вот и пригодился". Налив  термос горячо любимый кофе, Марис выходит из дома. Волнение от поездки уже улеглось, и проснулся аппетит. Пришлось заехать в булочную по дороге. И, вскоре, девушка покидает пределы Сакраменто.
- Я не подведу.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Сarryon