Вверх Вниз
+22°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
Если бы люди действительно так делали, я бы замер с открытым ртом...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » That awkward moment


That awkward moment

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

25 December of 2015

Chloe Thompson & Sean Westwood
https://pp.vk.me/c638126/v638126255/1d106/-UaxchUTmr0.jpg

It's a lot like life
This play between the sheets
With you on top and me underneath
Forget all about equality
Let's play master and servant
Let's play master and servant

+2

2

You get me closer to God
You can have my isolation; you can have the hate that it brings
You can have my absence of faith; you can have my everything

Nine inch nails – Closer

внешний вид
- Ты и я, только ты и я, больше никого нет, кроме нас, - говорю я пареньку, и он смеется, а потом исчезает в толпе людей, чтобы принести мне еще выпить. Я остаюсь сидеть в углу и понимаю, что мне холодно без куртки. Я где-то умудрилась потерять свою футболку, неплохо же начался вечер! Впрочем, кому я вру, это уже почти не вечер, а глубокая ночь - стрелки плавно двигаются к полуночи, пока я смотрю на всех этих танцующих человечков и размышляю.
Одинокие люди встречают Рождество либо в собственном доме, либо идут гулять. Я поняла, что если проведу еще хотя бы день в гордом одиночестве, превращусь в большой меховой пень, и поэтому отправилась искать приключений сегодня. Мне повезло встретить более менее интересную компанию ребят, которые располагали к себе и не требовали ничего взамен.
Вечеринка? Отлично! У кого? Понятия не имею! Идем? Конечно же, идем. Так я и оказалась тут - черте где, черте как я буду добираться обратно. Главное- я даже не знаю, куда подевалась верхняя часть моей одежды, но хорошо, что хотя бы куртку мне хватило мозгов не потерять. Наверное, во всем виновата травка, которая случилась со мной в середине ночи в клубе. С кем не бывает? - скажете Вы, а я скажу, что со мной почему-то бывает постоянно, это заговор какой-то.
Итак, пока я пыталась восстановить события и понять, как я оказалась тут, паренек, имени которого я, конечно же, уже не помню, приносит мне бутылку виски и говорит - мол, это все твое, наслаждайся, а сам исчезает в толпе людей. Кажется, или меня сейчас самым неприличным образом бросили на произвол судьбы? Я кричу ему вслед, что он - мудак, и что он упускает, может быть, самую безумную ночь в своей жизни. Впрочем, мне все равно нужно на воздух - здесь становится очень душно, как-то даже нехорошо, и я прихватываю с собой бутылку и иду покурить на улицу. Мне грустно, потому что этот мудак только что все испортил, хотя особенно портить-то нечего.
На улице прохладно, и я запахиваю свою куртку, потому что во-первых, не хочу подхватить воспаление легких, а во-вторых, мне не нравится, когда на меня пялятся всякие подозрительные личности, которые шатаются по улицам в такой час. Какое-то время я пью в гордом одиночестве виски прямо из горлышка бутылки, а потом достаю из сумки сигареты. На улицах царит практически полная тишина - ну правильно, все уже давно разбежались по домам греться, пить вино в кругу семьи и радоваться наступающему Рождеству. Меня тошнит от самого понятия праздника, когда я получаю дежурную смс от каких-то друзей, которых знала еще по институту. О боже, да засуньте вы эти лживые пожелания себе в зад! Я прекрасно знаю, что все только вздохнули свободно, когда я пропала из поля вашего зрения, и вы только порадовались, что я больше не буду препятствием к писательскому Олимпу. Лицемерные твари желают мне вернуться обратно, поздравляют с Рождеством и желают найти счастье. Счастье? Идиоты, нет такого понятия, и уж точно искать его не надо. Его надо делать самостоятельно, без посторонней помощи.
- Мудак, - бросаю я телефону, пока набираю ответное сообщение, полное яда и злости. Мне так хочется разбить лицо моему бывшему, который тоже снизошел до смски, что я бью пальцами по клавишам телефона с той же яростью, с которой била бы его по лицу, - Чтоб тебе сдохнуть, тварь.
И как раз в этот момент я разворачиваюсь и провоцирую целую цепочку неудачных совпадений. Кому-то понадобилось проходить мимо что ли или выходить из двери магазина напротив, я не знаю. Этот кто-то сталкивается со мной лицом к лицу, и я едва не роняю бутылку, но вот сигарета точно падает на асфальт, а куртка распахивается, являя незнакомцу меня во всей красе.
- Да твою же мать, - шиплю я, поднимая глаза на незванного гостя. Я понимаю - мне очень знаком этот тяжелый взгляд. Тебе-то что понадобилось в Рождество в этом районе?

+1

3

Код:
<!--HTML--><center><b><font size="2" color="#000000" face=Palatino Linotype">Eisbrecher – Böse Mädchen</font></b> <br><object type="application/x-shockwave-flash" data="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf" width="350" height="10">     <param name="movie" value="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf">  <param name="bgcolor" value="#000000">     <param name="FlashVars" value="mp3=https://content.screencast.com/users/Der_Wind/folders/Default/media/c4869975-b9d4-45b2-a8cf-53dd3dd44173/Eisbrecher_-_Bose%20Madchen.mp3"> </object> </center>

Я стоял посреди комнаты, в самой ее сердцевине. Легкое головокружение олицетворяло твой скорый приход, безбожник. За столько долгих лет, я не смог привыкнуть ко всем стадиям болезни. К этому невозможно относится, как к должному. Это не правильно. Рано или поздно причуды разума убивают физическую оболочку, она начинает стареть и истекает срок жизни. Гонимый спешкой и нехваткой времени, я не раз ловил себя на мысли, что конец близок. Будь это эпилептический припадок, несчастный случай или преднамеренное убийство. Ты имел достаточно врагов за своей спиной, но знал ли всех в лицо, мистер Шон?
Твой тихий и скрипящий голос пробивал стену сознания, рассыпая на мелкие осколки устойчивое стекло. Ты долбил ровно столько, пока наши воспоминания не начали смешиваться в одном котле. Ранее нам обоим удавалось удерживать контроль, и у каждого он был свой. Сейчас мы видели одни и те же кадры, они хаотично скакали внутри черепной коробки.
Сколько дней прошло с момента моего унизительного падения на самое дно грязных и смрадных улиц Сакраменто? Какой сегодня день, безбожник? Я начал забывать заветные слова из Библии, именитые даты, я не помнил имен семьи, ... всех, кроме Райден. Как звали ее отца? Кем он был для нас?
Практически каждую ночь ты спускался на дно, выискивая племянницу. У нас была уникальная память. Мы помнили ее настоящее имя, но старое напрочь вылетело из головы. Метаморфозы в нашем общем сознании слишком часто чередовались, принося усталость и желание сдохнуть. Во всяком случае, у меня так точно. Что дальше? Потом я забывался, ибо на смену мне приходил "Омен" двадцать первого века. Именно так ты себя окрестил с момента сексуального насилия над своей первой жертвой. Странно, что после того, как мне удалось свернуть твою шею в сторону семейной трагедии, ты переключил свою маниакальную страсть очень быстро. Точнее, для меня это стало спасением, ибо для нас никакие отношения не имели хорошего будущего. Их вообще не должно было быть.
Ты еще более озверел и стал неконтролируемым, словно Франкенштейн. Мы сходились лишь в одном: Райден. Плоть и кровь Вествудов. Периодически я вспомнил обрывки разговора с Монтанелли. Кто он был, безбожник? Кто он для нее? Я не помнил многого, кроме того, что кажется Гвидо считал, что виновных в смерти моего брата осталось, ... точнее, остался всего один. Я не раз ломал голову над этим ребусом, пока  ты однажды не заявил, что "папаша" имеет право на ошибку, и вообще может не знать ни черта. Верил ли я тебе? Я не знаю, но спустя несколько дней в преддверии Рождества, ты совершал новую вылазку, и я был там тоже...

[float=left]http://funkyimg.com/i/2b1s1.gif[/float] Я стоял за твоей спиной в маленькой комнатке. Типичный американский спичечный коробок. Дешевые апартаменты для малоимущих. Ты говорил в сознании, что у нас идеальное место обитания по сравнению с этим уродством. А потом мы поворачивали голову в сторону и осматривали место, где жила она. В тот вечер я видел мир обрывками, он растворялся в тебе, и я мог лишь изредка контролировать какие-то процессы, боясь очередного припадка или окончательной утери остатков рассудка. Я дорожил последним, ибо только здравый смысл и воспоминания помогали нам обоим не сдохнуть. Я терял контроль над тобой и вернулся лишь тогда, когда ты тащил неизвестного мне молодого человека в ванную комнату. Я был в тебе, и за пределами тела одновременно. Удивительная метаморфоза, пережившие клиническую смерть, говорят о подобных передвижениях сферы человеческого разума. Мы словно сиамские близнецы, но лишь один из нас реален, кто им являлся я уже не мог сказать.
Давая пощечину наотмашь, ты скрипел зубами и твердил мои слова:
- Райден. Где Райден?
Я лихорадочно соображал, тебе же удалось это гораздо быстрее. Встряхивая юношу, и щелкая перед его лицом пальцами, мы оба наблюдали за заторможенной реакцией дружка племянницы. Новая пощечина, и ты твердил, как старая и заевшая пластинка:
- Где Райден?
Я поражался твоему спокойствию. Стоп, я и был им. Тогда я наконец осознал невозможность существования одного из нас. Либо я покончу с собой без тебя, либо тебя убьют без меня. Включая ледяную воду в душе и обдавая ею парня, я скрипел вместе с тобой зубами. Я знал, что это, но ты был гораздо решительнее и быстрее, чем я:
- Не смей отключаться, пока я с тобой говорю!
Ты заносил руку обтянутую черной кожей перчаток для удара. Щелчок, и я кричал в тебе, что парню по хорошему стоит прочистить желудок. Ты оказался еще более жестоким, чем я предполагал. Новый удар и мы вместе хрипели:
- Райден. Где Райден?
Всё остальное теряло смысл и лишь узнав из обрывков невнятной речи какую-то информацию, ты повел головой, и я вместе с тобой. Мы оба щурились. Но потом я очнулся в нашем теле, отшвыривая парнишку от себя.
- Два пальца в рот, и всё пройдет.
Мы переступали через накаченное наркотой тело и поправляя перчатки, направлялись на выход. Ты, как паразит поработил часть нервных клеток мозга. Твердил, что крошка никогда более не вернется в эти трущобы и ей пора прекратить делать грязную работу для "папаши". Я был отчасти согласен с тобой, вспоминая месторасположение тех координат, где мы могли найти единственное наследие Вествудов. Ты так любил этим кичиться, безбожник. В это праздничный вечер мы видели ее в дешевом клубе, но она ускользнула от меня. Ты был в ярости, и я чувствовал подобную эмоцию. Мы не умели праздновать Рождество, смешав его с кучей дерьма и превратив в пустой день. Очевидно, я стал забывать какой сакральный смысл нес этот праздник раньше.

Böse Mädchen weinen nicht, weinen nicht,
verzweifeln nicht,
sie tun alles für dich.
Böse Mädchen weinen nicht, weinen nicht.
*
Мы утратили счет времени. В состоянии "вертиго" и моральной агонии, терялись на улицах. Я не мог отличить бар от клуба. Лица путались в нашей голове, когда мы брели по мостовой, утратив хрупкую надежду на спасение рода. Я помнил лишь, как вцепился в хрупкое плечико девицы, но это была не Райден. Ты кричал в моей голове, когда я опирался дрожащей рукой о стену, пытаясь нащупать во внутреннем кармане куртки пластиковую упаковку с драже. Мне удался этот подвиг лишь с третьего раза, когда за спиной кто-то пропел рождественскую песенку, ведя своего ребенка домой. Резко обернувшись, перед моими глазами были две улицы, два прыгающих ребенка и два человека рядом. Склонив голову набок, и умудрившись прикусить до крови губу, я сжимал в кулаке таблетки. К сожалению, о них поспешно забыл уже спустя несколько мгновений.
В отчаянной борьбе сроком в целую жизнь, мы начали забывать какого это иметь семью, быть нужным хоть кому-нибудь кроме твоего психиатра и подруги со студенческой скамьи. На прошлой неделе ты усердно въедался в мой мозг, словно червь жрал остатки  воспоминаний и смеялся. Ты всегда смеешься, когда я испытываю страх. Я брел за людьми до тех пор, пока они не исчезли из виду. Они завораживали, безбожник! Скажи ты хотел бы изменить жизнь на корню? Что это за жизнь такая, когда ты нужен лишь гробовщику и психиатру?
Потом был какой-то магазин. Яркий свет слепил наши глаза, и ты завопил с двойной силой, требуя убраться прочь. Я не помнил зачем пришел. Ты порабощал, уничтожал изнутри и хотел еще. Хотел слиться со мной, заставить меня капитулировать и сломаться. Потирая виски и хватаясь попутно за фонарный столб с яркими огоньками, опять прикрыл глаза от ярких вспышек. Мы не выносили свет, или это был ты?! Кто ты, а кто я? Твой голос преследовал даже тогда, когда я столкнулся с кем-то недалеко возле магазина. Последнее, что я видел, была юная девушка. Я знал ее, потому, что видел уже однажды. Видел твоими глазами, прорвавшись сквозь бетонную стену между нами. Нахмурившись, смотрел на нее, но это была иллюзия, которой меня поспешно лишили.

Стихла дрожь, падре! Рассыпались твои гребанные таблетки по мостовой.
Как так получилось, что ты утратил контроль? Растянувшись в кривой ухмылке, я смотрел на нее. Некоторое время ощущая твой ебаный стыд, хотелось выдрать себе кадык. Опустив глаза на пустую упаковку, вышвырнул ее в сторону. Баста, доктор Вествуд! Не хрен подбирать всякое дерьмо, а то уже давиться им начал.
Сделав шаг навстречу, протянул руку и распахнул ее куртку. Падре, да она твой подарок на Рождество! Как жаль, что ты всегда сбегаешь в самый интересный момент. Осматривая улицу и опять прищурившись от яркого неонового света огоньков, я прохрипел девчонке:
- Хорошие девочки сейчас празднуют Рождество, милая! - и им приносят подарки вместе с чашкой горячего шоколада.
А что было у нас? Улица, фонарь. Все как у депрессивных русских классиков. Да-да, ублюдок, я помню, ты читал и это! Почесав переносицу и облизнув потресканные губы с остатками крови, наклонил голову:
- Очевидно, ты была далеко не хорошей девочкой! - резко застегнув ее куртку, с осипшим смехом добавил, - böses Mädchen!
Зацепив ее острый подбородок, всматривался в чудные глазки. О, я помнил их! В них столько жизни. Они горели. Слышишь, падре, а ведь она спасла нас! Только сейчас маленькая сучка была пьяна. Отличное сочетание бесшабашности, алкоголя и полунагого тела. Как ни странно, я видел в ее глазах тот же огонь, что и у Райден. Мне не доставало нашей малютки по ночам. Мне надо было кого-то опекать, любить, обнимать и периодически трахать. Отпустив лицо, пытался вспомнить имя этой крошки, да все не шло. Твое дебильное лечение нахрен спутало всё в одном блядском котле!
- И как ты оказалась здесь, в таком виде? - как быстро мы начали переключаться, рассеянно смотря на грязный мир.
Притянув силой малютку к себе, я смотрел на нее лихорадочным и больным взглядом, ожидая реакции со стороны юного поколения, которое так будоражило наше больное сознание.
Komm, sei mein!
Komm, sei mein böses Mädchen! **
———
* Плохие девчонки не плачут, не плачут,
Не отчаиваются,
Они делают всё для тебя.
Плохие девчонки не плачут, не плачут.

** Будь моей!
Будь моей плохой девчонкой!
(нем.)

[AVA]http://funkyimg.com/i/2kccm.gif[/AVA][SGN]http://funkyimg.com/i/2kcci.gif[/SGN]

Отредактировано Jason Westwood (2017-01-09 02:14:05)

+2

4

У тебя из рук выскальзывает что-то и по асфальту катятся разноцветные драже таблеток. Я наблюдаю за ними, и прикидываю - от чего же ты можешь пить их в таких количествах? Какие психические заболевания или маниакальные расстройства у тебя диагностированы? Что из этого могло бы по-настоящему помочь мне?
Впрочем, эти мысли я прогоняю прочь почти мгновенно, потому что не собираюсь решать проблемы бытия в Рождественскую ночь. Сегодня нужно веселиться, пить и отрываться, а не думать о том, как скоро в моей жизни появятся санитары в белоснежных халатах со смирительной рубашкой наперевес.
Я смотрю на тебя исподлобья. Нельзя сказать, что факт того, что мы опять встретились меня расстраивает - как раз тогда, когда я успела немного отойти от нашей предыдущей встречи, это же очень мне на руку, согласись? Синяки почти успели зажить и все такое, но вот я до конца не уверена, что готова проводить эту ночь с тобой - тем более, что ты выглядишь на удивление сердитым и сосредоточенным, или мне просто кажется?
- Да пошел ты, - говорю я в ответ на нравоучение о хороших девочках. Тебе ли не знать, какой плохой я могу быть, и я не думаю, что тебе очень хочется, чтобы я вмиг переменила свои приоритеты, оделась в монашескую рясу и подалась в монастырь. Всем станет только скучно от этого, поверь мне, а в монастыре вообще проклянут все на свете, и тебя в первую очередь - за саму идею.
- Всех это устраивало в этом году, да и тебя, похоже, тоже, - сердито выплевываю тебе эти слова, когда ты вдруг решаешь распустить руки и как-то очень по-хозяйски распахнуть куртку на мне. Что за чертовщину ты там себе под нос сказал? Я не знаю немецкого, но мне уже заранее не нравится, что ты говоришь что-то, чего я не понимаю. А как же элементарная вежливость, уважаемый? И хотя твой немецкий звучит очень сексуально, и я на секунду представляю, как было бы хорошо услышать что-то еще во время страстного секса на ушко, я все еще зла. Может быть, это алкоголь, а может, просто травка с ним смешалась и выдала вот такую горючую смесь, которая теперь бурлит у меня в мозгах, заставляя делать странные, нелогичные вещи.
- Какое тебе дело? Отмечаю Рождество, неужели не видно? - ты притягиваешь меня к себе и я чувствую твое обжигающе горячее дыхание на моей ледяной коже. Пытаюсь вырваться, но не получается - ты держишь слишком крепко, но не настолько, чтобы у меня началась паника. Я не понимаю, что за игру ты ведешь, и делаю еще одну отчаянную попытку освободиться. Вместе с этим прекрасно понимаю, что если тресну тебя по голове бутылкой или заеду каблуком по самому дорогому, то скорее всего промахнусь, и спровоцирую этим только лишнюю злость с твоей стороны.
- Отпусти меня сейчас же, - шиплю злобно, как неадекватная кобра какая-то, и пытаюсь вырваться, совершенно не заботясь о том, что моя куртка от всех этих активных телодвижений все сильнее и сильнее распахивается, заставляя по коже живота и груди бежать мурашки. Прохладный воздух проникает под тонкую ткань, и я инстинктивно съеживаюсь, все еще думая о том, что если не перестану, то совершенно однозначно заработаю себе воспаление легких.

+1

5

Из всех праздников мира, мы воспринимали только Хэллоуин. Я любил фриков, а тебе нравилось его просто праздновать. У нас не было рождественского дерева в доме сейчас. Мы не вешали венок на входную дверь и никаких сраных мигающих огоньков, которые меня бесили. Тем ни менее я нуждался в празднике. Единственное, что я мог предложить: чашку какао, а вместо долбанного маршмеллоу пару капель виски или успокоительных.
Ее колбасило похлеще, чем нас. По крайней мере, когда четкость картинки вернулась, я опять смог схватить за руку девчонку. Она что-то несла в ответ, парировала и блеяла. Мы с виду походили на семью: я - пьяный вдрызг отец, который решил вытащить не менее пьяную дочь из местного притона. Это была еще одна моя сексуальная фантазия, и мы удачно ее воплощали в реальность.
- Да, устраивало, - нахмурившись, я вцепился в ее локоть и прошипел, - пока ты не начала шляться в полураздетом виде в этом гребанном районе.
О-о! Знала бы эта соска куда ее занесло. Впрочем, моя племянница ведь знала, но все равно, блядь, велась! Я глазел озлобленным взглядом по сторонам в поиске хотя бы одной шашки на авто. Крошка тем временем выкручивалась с потрясающей ловкостью и упорством. Я даже и подумать не мог, что она на такое способна. Прижав ее к себе и клацнув по инерции зубами перед личиком девчонки, я гаркнул в ответ:
- Угомонись! Иначе Рождество пройдет не самым лучшим образом! - для нее так точно, а мне было параллельно.
Увидев раскрытую куртку, и едва преодолев желание дать затрещину, я ругался на немецком и далеко не теми словами, которыми пестрили порнушки с родины моего предка. Это было нечто среднее между грубым сравнением самки пса с кучкой ею же оставленной. Как ни странно, немецкий я учил в несколько заходов, и причем дрянные словечки запомнились очень быстро. У нас было своеобразное представление о мире, и не менее специфическое к нему отношение. Мы были готовы взорвать Пентагон или трахнуть сейчас девицу на улице. По крайней мере, ее торчащий сосок  явно отгонял мысли о теракте, ...у меня так точно.
Оскалившись, мимо проходящей, семейной паре и проблеяв: "Merry Christmas!", умудрился махнуть им рукой, а пальцами другой незаметно выкрутить ее сосок.
Сейчас она завизжит и весьма грубо. Но я чертовски любил подобные прелюдии. Когда мне надоест, я стукну ее головой о ближайший фонарь, скажу таксисту, что моя дочь перепила, и сказка закончится. В свет выйдешь ты, мне придется лишь наблюдать за твоей алчностью и злостью. Падре, пока я носился с милым поросенком, вспомнил ночь в ее трущобах. Проскрипев зубами, запахнул ее куртку и тормозил такси.
- Ну же, детка! Сейчас Рождество. Спой мне песенку, и я достану из мешка для тебя подарок, - или не из мешка, какая на хрен разница!
Она брыкалась, как молодая кобылица и умудрялась еще что-то парировать в ответ. Когда мне надоело, я рявкнул в сторону маленькой сучки и обхватив за талию, резко поднял верх. Она уткнулась ногой в мое бедро. Кажется пару раз ударила по спине. Все слишком быстро менялось перед моими глазами. Переведя ошалелый взгляд, я злобно гаркнул в ее сторону:
- Заткнись или накажу! - тут же перевел взгляд на машину, которую у нас уже хотела отобрать еще одна пара "рождественских оленей".
Направляясь в их сторону, с брыкающейся девицей под боком, мы напоминали главных участников марафона уродов или фриков. Она визжала, а я скалился, прокричав паре "парнокопытных" приветственную фразу Рождества, затем потянул нахально на себя дверцу и проблеял в их сторону:
- Моя дочь нажралась вдрызг. А мне бы очень не хотелось чтобы на Рождество она блевала где-нибудь за углом, - повернув голову к водителю, я назвал свой адрес, и в это же время шлепнул ее по заднице.
Мы были идеальной семьей, падре! Она закатывала истерики похлеще чем Райден и Анжи вместе взятые, а я тащился. Мне так нравилось ее разозленное личико с привкусом чего-то еще. Запихивая девчонку в машину, я забыл уже про существование семейной пары. За моей спиной неожиданно раздался тоненький женский голосок:
- Милый, пойдем пешком.
Кивнув утвердительно им головой и махнув резко рукой, чтоб отвалили, наконец смог протиснуться в салон авто и опять прижать девушку к себе:
- Хоть раз в году побудь хорошей девочкой.
[AVA]http://funkyimg.com/i/2kccm.gif[/AVA][SGN]http://funkyimg.com/i/2kcci.gif[/SGN]

Отредактировано Jason Westwood (2017-01-12 05:04:23)

+2

6

Свобода - это то, чем я всегда дорожила. В жизни, конечно, бывали люди, которые пытались остановить меня, пытались заставить что-то делать или наоборот не делать, но получалось у них это очень плохо; и яркий тому пример - мои родители, которые делали все, чтобы я пошла по тому пути, который они видели идеальным для меня. Загоняли в рамки, скандалили, а чем все кончилось? Правильно, я уехала подальше от них в большой город, где никто не мог мне указывать, как себя вести и что делать. Я себе еще крови успею попортить, но это будут мои проблемы, с которыми я как-нибудь сама разберусь.
И сейчас присутствие этого человека не забавляло даже, а раздражало - особенно бесила его святая простота, которая давила ему на мозг так сильно, что он решил, что имеет право мне указывать.
- Да тебе-то какое дело, чего ты ко мне лезешь? - сердито шиплю я, пытаясь выдернуть локоть из цепкой хватки. Кто тебе разрешил так со мной говорить - как с провинившейся девчонкой? Не хватает только угла, в который меня можно было бы поставить или коленей, где можно было бы ремнем выдрать. Я успокаиваю себя тем, что все, что было со мной похожего осталось там, в Новом Орлеане, что больше со мной не повторится ничего подобного, что дальше все будет хорошо. Нужно только выбраться из цепких лап мужика и поехать домой - там безопасно, там ко мне никто не пристает и не читает нотации.
- Пусти меня сейчас же! - выворачиваю руку, но вместо желаемого чувствую, как он сжимает пальцами обнаженный сосок - ну да, проклятая куртка же распахнулась, черт бы ее побрал. Мимо нас проходит парочка, и я думаю - не попросить ли их о помощи? А что, это было бы весьма похоже на правду - ко мне пристал какой-то стремный мужик, помогите мне, пожалуйста. С другой стороны, я помню, на что он способен - вдруг решит попросту убить незадачливых свидетелей? Кто его знает, что ему придет в голову. После той нашей ночи я ни в чем не уверена - ни на его счет, ни на собственный.
- Не буду я, - сопротивление, конечно, ничего мне не дает, а в слова я даже не вслушиваюсь - ну бубнит он себе что-то под нос, и пускай бубнит столько, сколько влезет. Однако, когда на горизонте появляется такси, я начинаю толкаться и кричать громче - хотя бы потому, что я даже представлять не хочу, куда он меня везет и зачем.
- На помощь! - но, похоже, парочка идиотов, у которых мы прямо из-под носа увели такси, решили поверить в убедительную историю про пьяную вдрызг дочурку. Отлично, нечего сказать! Вот ведь scheisse, мы ведь даже не похожи!
- Помогите мне, я понятия не имею, кто этот человек, он меня куда-то везет, - обращаюсь я к водителю, но тут в машину садится мой злобный Гринч - похититель Рождества и легкомысленных блондинок, поэтому фразу я даже не успеваю закончить. Водитель же мнется - у него явно вид не Майка Тайсона, и ему попросту не хочется связываться с суровым мужиком на заднем сидении. Да и район тут, что греха таить, действительно не самый благополучный - можно и монтировкой по голове за просто так получить или за то, что глаза скосил не так.
- Немедленно выпусти меня, не собираюсь я быть хорошей девочкой - тем более, для тебя, - злюсь я, практически топоча ногами. Если бы благоразумный таксист не заблокировал двери, я бы уже выпрыгнула из машины на полном ходу, честное слово.

+2

7

какая возвышенная смерть,
я безумен!
*
Когда-то маленький Джейсон верил в Санта-Клауса, и эльфов в острых шляпах и зеленых шортах. Это было очень давно. Кевин быстрее понял о проделках родителей, но ты нуждался в чуде. Нынешние дети верят в супер-героев, но я не виню их. Взрослые так же подвержены мечтать, верить и уповать на сверхъестественную силу. Для тебя ею стал я. Так или иначе мы охотнее доверяем свои потаенные мысли и желания дневникам, вымышленным друзьям, чем реальным людям. Мы сами рождаем монстров под кроватью или розовых единорогов. Все зависит лишь от восприятия мира и содержимого черепной коробки. В нашей голове скорее завелись трупные черви, чем радужные и позитивные феи.
Барахтаясь на заднем сидении и смеясь, что больше напоминало скрип бензопилы, столкнувшейся со стволом огромного дерева, я хотел укусить блондинку. Собственно это и сделал вскоре, вцепившись зубами в мочку уха. Фальшивая история о родителе и пьяном чаде дала трещину, если конечно водитель не обладал извращенным воображением, пририсовавшим инцест на пассажирском сидении своего авто.
Мне нравилось ее сопение и возня, которую я уже заочно обозвал "прелюдией", а ты начинал злиться. Ты не любил протест, я им восхищался. Ты пренебрегал плотью проституток, я их жалел. Столь разные чувства однажды свели нас с Клариссой, слепой девицей из городского парка. Я вспомнил о ней несвоевременно, ибо так же прижимал чудную головку с темными волосами несколько лет назад, а сейчас пальцами зарывался в белокурые локоны.
- Тише-тише. Еще успеешь найти приключения, но в другой раз, - обнимая девчонку, смотрел в окно.
У Клариссы были изумительной красоты и чистоты глаза. Они напоминали ясное небо в день солнцестояния. Такие же синие, яркие и полные жизни. У моей новой подруги был иной дар: ее жизненная энергия буквально зашкаливала. Скрутив в какой-то момент запястья и опять прижав девушку к боку, облизнулся. Авто въехало в еще более отвратительный район города, чем тот в котором я выловил пьяную и полураздетую девчонку. Это был мой квартал с грязными складами, воем собак и пустырем неподалеку. Только истинный социопат мог обосноваться там, где даже бездомные не шлялись. Им стал ты, мой отвратительный кусок личности.
Когда мне надоели ее попытки вырваться, я укусил опять. В этот раз оставил след на шее. Красное пятно символизировало голод, живущий в самом сердце мрака нашей оболочки. Придавив чудную головку к своему плечу, заставил ее буквально вдыхать запах кожаной куртки с легкими нотками парфюма на теле. Я успокаивал ее, пока ты рисовал причудливые картинки с удушением, укусами и избиением хрупкого тела. До или после кончины, это не имело значения. Одно тебе представлялось ярче всех фантазий: сексуальный контакт с максимально-доступным телом. Можно было прибегнуть к хлороформу или твоим чудным таблеткам. Ах, прости! Я забыл, что выкинул их. Когда машина остановилась, водитель смотрел на нас в зеркало заднего вида. Он потянулся вперед и аккуратно проговорил:
- Наверное, мы ошиблись адресом. Назовите свой настоящий, - этот слегка басовитый голос с неким привкусом чего-то гадкого и отвратительного.
Это что-то было ложью. Самой обычной и гнусной. Машина стояла аккурат под твоим гребаным складом, а на нас собирались стучать фараонам. По крайней мере, иного варианта я не увидел. В криминале лучше соображал я, пока ты самозабвенно шарил рукой под курткой девочки, сжимая ее грудь. Поведя удивленно бровью и слегка пододвинувшись в сторону водителя, я сделал то на что не пошел бы маленький Джейсон, достал твои документы и сверкнул ТВОИМИ купюрами. Признаться честно, любил тратить деньги дотошного доктора Вествуда.
- У девочки стресс. Она перепила и обкурилась в хлам спайсом. Как бы ты себя повел на моем месте? - только он не был и не знал.
Я смотрел на лжеца спокойным взглядом, свойственным аналогичным личностям. В отличии от таксиста умел это делать гораздо лучше. На него больше повлиял хруст денег, а не слова. Жалкая форма жизни. Вы ведетесь на бумажное благополучие в то время, как оно удивительным образом губит жизни. Яркий пример был сейчас. Пока шуршали деньги, я услышал как хлопнула дверца машины. Мой персональный подарок на Рождество с характерным звуком пытался ретироваться из машины. Или мне так казалось в тот момент. Во всяком случае, вцепившись в воротник ее куртки и потянув на себя, тихо зашипел. Затем добавил водителю:
- Я развелся с ее мамашей только из-за этого дерьма с которым не могла расстаться "благоверная", а она выбила из меня алименты. Теперь по праздникам приходится вылавливать мою малютку Клару и надеяться, что дурные гены пройдут с юношеским максимализмом.
Когда я вытаскивал новоявленную Клару из тачки, ненавидел всей душой не только девчонку, но и этот дрянной район, шашки такси, самого водителя и того пса, который завыл где-то неподалеку. Меня начал раздражать ее неиссякаемый протест и попытки проораться. Едва машина сдала назад и скрылась за углом, как я отпустил блондинку. Лишь для того чтобы наотмашь ударить по лицу, да так, что она повалилась на землю.
- Надо было сразу тебя вырубить. Лгать пришлось бы меньше! - этот голос мог заморозить экватор и всех рыб в самой жаркой точке океана.
Поднимая девчонку, я думал о том, как восхитительно она будет смотреться без сознания во власти алчного либидо забитого доктора Вествуда. Мне нравилось фантазировать на твой счет, святоша. Я заносил ее в твои жалкие апартаменты, словно приносил жертву древнему божеству, надеясь на идеальный урожай в следующем году.
* Ги де Мопассан
[AVA]http://funkyimg.com/i/2kccm.gif[/AVA][SGN]http://funkyimg.com/i/2kcci.gif[/SGN]

Отредактировано Jason Westwood (2017-03-10 03:15:18)

+2

8

Я чувствую, как меня мутит. Мутит от прикосновений, от укусов, оставляющих расцветающим алым синяки на бледной коже. Я закрываю глаза, жмурюсь и думаю о том, что завтра все тело будет болеть. Не так я представляла себе это Рождество, совсем не так. Он утыкает меня к себе в куртку, заставляя дышать запахом его тела, его странновато-мускусным парфюмом, который щекочет ноздри. Я закрываю глаза и мечтаю сбежать отсюда, хотя понимаю, что бежать мне некуда.
Это странное чувство отчаяния, какой-то всеобъемлющей безнадежности и пустоты внутри заставляет меня успокоиться. Я еще вырвусь, я убегу. Сейчас нужно просто перевести дыхание, собраться с мыслями и понять, наконец, чего хочет этот ненормальный, чего ему от меня надо. Я задумываюсь - почему он позволяет себе вести себя так со мной? Мог бы он к любой подойти и утащить ее в машину, или я умудрилась чем-то выделиться из толпы таких же глупых и пьяных блондинок? И если умудрилась, то чем? Тем, что он уже знал меня от кончиков пальцев и до макушки? Тем, что я показалась ему доступной? Что я такого сделала, что он вцепился в меня, как зверь, как человек, который имеет право мне что-то диктовать?
Я ненавижу в эту минуту его, я ненавижу таксиста, который прекрасно видит все через зеркало заднего вида, но не предпринимает ровным счетом никаких действий. Я отчаянно желаю, чтобы с дочерью этого таксиста когда-нибудь случилась беда, потому что он заслужил это - за свое пренебрежение, за свое недоверие и за свою жажду - его волнуют только хрустящие купюры в руках у Вествуда, и на все остальное ему по барабану. Он слишком готов слушать любую чушь, которой его заботливо кормит второй пассажир. Куда проще поверить большому и злому мужику, чем маленькой и хрупкой девке.
- Пошел ты, - говорю я ему и смотрю в окно, тщетно пытаясь высвободиться, ускользнуть от его вездесущих рук, шарящих под моей курткой. Я злюсь и возбуждаюсь от этой злости одновременно, но когда к ней примешивается страх, все возбуждение сходит на нет. Машина останавливается рядом с каким-то полуразрушенным зданием, от одного вида которого у меня по спине бегут мурашки. Кажется, именно в таких местах потом снимают репортажи криминальные новостные каналы. Не хочу засветиться на большом экране в главной роли в сюжете "В заброшенном складе за чертой города был найден обезображенный труп девушки. Личность пострадавшей не установлена". Я никогда не романтизировала смерть, хоть всю жизнь и ходила по тонкому острию, постоянно балансируя между двух огней. Черт возьми, я слишком молода, чтобы умирать.
Пока таксист и Вествуд что-то выясняют между собой, я решаюсь на безумный шаг, который впоследствии может дорого мне обойтись. Дергаю ручку двери, чтобы выбраться, и судорожно соображаю - какой вообще шанс, что я в этом подозрительном районе встречу хоть кого-нибудь, кто мне поможет? Можно, конечно, поступить безумно и просто побежать, куда глаза глядят, но далеко ли я убегу? Затуманенный алкоголем мозг все еще считает побег лучшей идеей, но в тот самый момент, когда я почти вылезаю из машины, меня хватает рука за шиворот, притягивая к себе. На что я надеялась, что я наделала?
Страх пережимает мне горло, когда мы оказываемся на улице, а машина отъезжает в сторону. Я понимаю, что сейчас сама выкопала себе могилу. Понимаю, что нормальный человек, скорее всего, бросился бы к Вествуду в ноги и начал просить не убивать его, не калечить и не делать ничего противоестественного. Где-то вдалеке завыла собака, как бы символизируя совсем уж окончательный и бесповоротный пиздец, который вот-вот должен был наступить. Я хотела что-то сказать, но в этот момент мне на щеку прилетел удар такой силы, что от неожиданности я упала на мостовую. Все произошло так быстро, что пьяный мозг даже не успел осознать, что случилось - я просто потеряла сознание, застряв на границе между сознательным и бессознательным. В этом месте было темно и хорошо - здесь никто не докапывался до меня, но какое-то движение постепенно вытягивало меня наружу.
Я осознала только, что меня куда-то несут - опять же, в традициях лучших фильмов ужасов про маньяков. Интересно, по какому сценарию пойдет уважаемый, по "Пиле" или что-нибудь менее кровавое? Как говорится, здравствуй, я хочу сыграть с тобой в игру.


Если бы кто-то сказал мне, что это кончится хорошо, я не поверила бы. Я очнулась в тот момент, когда болталась у Вествуда на спине, и поняла, что если сейчас не предпринимать никаких действий, то непонятно, как кончится вечер для меня. И вообще, есть ли шанс, что я останусь в живых после этого? Хотелось бы сказать, что мне не составило большого труда сбежать, но на самом деле это было проблематично. Пришлось попотеть, чтобы вывернуться у него из рук, а потом огреть каким-то прутом по голове - лишь бы для того, чтобы мужик потерял ориентацию в пространстве, а не умер. А потом - бежать, бежать изо всех ног подальше - к людям, к такси, домой. И никогда больше не доверять таким людям, которые кажутся на первый взгляд близкими и понятным, а на самом деле оказываются демонами.

Отредактировано Chloe Thompson (2017-03-31 12:34:17)

+2


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » That awkward moment