Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Ray
[603336296]
внешностивакансиихочу к вамfaqправилавктелеграмбаннеры
погода в сакраменто: 40°C
- Хей! Ты тут случайно не вздумал расслабиться?! - Переводя почти грозный взгляд на друга, возмутилась Тори по поводу его сонной ленивой неряшливости.
Вот так настроение рыжей изменчиво, как вода - еще секунду...Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » marry fuck`n christmas


marry fuck`n christmas

Сообщений 21 страница 39 из 39

21

Тут не только стояком обзаведешься, можно с легкостью дар речи потерять. Моментально сложилось впечатление, что минувшей ночи было недостаточно на сегодня.. ибо сейчас только утро, а она уже облачена в откровенный сексуальный наряд, который так и напрашивается быть сброшен, а кружевные трусики, издевательски выглядывающие из под невесомой ткани, мечтают быть стянутыми зубами. Потому, реакция в виде оттопыренного фартука, щедро сдобренная не только полуобнаженным манящим телом, но и поцелуем, который показался чем-то более осмысленным и наполненным, чем обычная благодарность за завтрак. Даже не учитывая того, что достоинство Джона было крепко сжато маленьким кулачком Анны, целовались они действительно по-особому, не как ночью, не как любовники. И от этого он потек.. в переносном смысле, конечно, просто провалился в этот поцелуй, напрочь потеряв связь с реальностью. А пришел в себя лишь в тот момент, когда девушка уселась за стол. И даже тогда еще пару секунд он пребывал в каком-то неописуемом восторге.
На его лице растянулась добрая улыбка, а сам он оперся задом на одну из рабочих поверхностей около плиты, взяв чашку кофе. Он не любил этот напиток, вернее не испытывал к нему каких либо теплых чувств, предпочитая крепкий черный чай без сахара, но выбор был не велик, потому и кофе сойдет. - Буду иметь в виду.. Джон никогда не был дураком.. по крайней мере не в подобных ситуациях. Конечно, он обратил внимание на заявление Анны, отреагировав ехидным смешком. Право, в этот момент, в груди стало как-то горячо и радостно. Глупо, наверное, предавать этому, какой либо вес, поскольку они не знают друг друга.. да, что там перебирать факты в голове, просто, здравый смысл кричал о том, что не стоит натягивать на глаза розовые очки и верить чувства, которые твердили совершенно об обратном. Страшно делать громкие заявления.. страшно даже думать о них, ибо обжигаться о собственную недальновидность и глупость крайне неприятно, а уж навязываться девушке было совершенно бессмысленно. Множество факторов, подмеченных за последние сутки, противоречили друг другу, вместо того, что бы выстраивать картинку, полностью ломали ее, лишая каких либо возможностей здраво посмотреть на происходящее. В общем, она очень ему понравилась, но он боялся, что совершенно не ее полета..
Его порадовало, что она с таким энтузиазмом уплетала блинчики. Приятно ж, черт возьми, когда ты делаешь приятно.. близкому?!.. человеку. А когда она подняла на него взгляд, он заметил, что на кончике носа была шоколадная паста, и просто не удержался от смеха. Такой она была милой в этот момент – обнять бы покрепче, но она встала раньше, чем Джо успел среагировать.
Он внимательно следит за тем, как она встряхивает бутылку со сливками, а после облизывает свой палец.. ну что же ты делаешь?! Он пытается не показывать виду, но обтягивающие боксеры однозначно намекают на то, что Смита заводит это действо. - С блинчиков?! Парирует ее наглое издевательство. Но предательская волна возбуждения уже побежала по его телу, заставляя некоторые мышцы сокращаться в бесконтрольной судороге. Он внимательно смотрел на нее каким-то отсутствующим взглядом, очерчивая глазами каждую линию ее тела. Его нервировала эта полупрозрачная накидка, он хотел сбросить ее с плеч Анны, но не позволял себе этого, давай ей возможность позавтракать. Он просто наблюдал, наслаждаясь каждой секундой, проведенной с ней. Все было не так, все не привычно, все вызывало непомерный восторг и, в тоже время, волнение и даже страх. Мужчине, в принципе, не комфортно в моменты, когда ситуация абсолютно не под его контролем. А Джон, как можно заметить, не мог-то в себе разобраться, в собственных ощущениях, что уж заикаться о происходящем, в целом, когда ты не можешь понять, что движет сидящей пред тобой девушкой, которой ты готов кольцо на палец надеть, лишь бы больше никогда не расставаться.
Ебучий страх, отравляющий сознание. Такое случается именно в тот момент, когда в тебе просыпается одно определенное чувство, а ты, как тупой трус, всеми силами пытаешься отгородиться от принятия этой мысли, выискивая сотни причин, которые сводили бы это чувство к уровню абсурда. Но это же чистой воды дибилизм, и Джо это отлично понимает, но, сука, сложно смотреть своим страхам в лицо, по крайней мере, сходу. Да, у него тоже были скелеты в шкафу, которых он сторонился и стыдился, всячески избегая момента, когда придется взглянуть им в глаза. И Анна оказалась именно тем «скелетом». Ему не 15 лет, что бы беззаветно нырять в этот омут с головой, а после оказываться ни с чем, выброшенным на берег необитаемого острова. И каким бы ты, сука, не был непробиваемым, жизнь, все равно, придется выстраивать заново. Ведь это выбивает почву из под ног. А сейчас меньше всего хотелось остаться у разбитого корыта. Меньше всего хотелось признаваться себе в той правде, которая окажется всего лишь фантазией, воздушным замком, который ты позволил себе выстроить в наивности. Жизнь учит, уже научила, не верить первому впечатлению, все проверять и по десять раз удостоверяться в действительности ощущений, в их правдивости и верности. А о какой проверке может идти речь, когда перед тобой сидит неизвестный человек.. человек, которого ты не хочешь более отпускать.. даже чертов зрительный контакт разрывать не хочется. И ведь скоро придется расстаться, дверь откроется, появиться здоровенный дядя с пистолетом, и намекнет на то, что пора уже ехать домой, что мисс Марс нуждается в отдыхе. И что тогда?! Хорошо, если он сможет до нее дозвониться.. а ведь может эта ночь была лишь прихотью, внезапным желанием удовлетворить свои животные потребности и.. все. И тогда будет коллапс, ебанет так, что сразу не отделаешься. Потому Джон и не торопиться озвучивать все мысли, которые насилуют его бедный мозг. Потому он откровенно ссыт заявлять о своих чувствах, о желаниях.. да просто сказать ей, что она ему нравится. Он знает, что она поймет это правильно, без какого либо корыстного или низменного подтекста, это ведь не намек на пару перепихонов, которые закончатся через пару недель.
Но это все отстраненные мысли на тему, что еще не имеет почвы для развития. Ведь Джону сейчас откровенно хорошо. Впервые за очень большой промежуток времени, он чувствует это умиротворение, это спокойствие от того, что находится рядом с.. ней. А она хомячит его блины за обе щеки, такая милая и волшебная, такая нежная и неуклюжая. Но они ей нравятся, а она нравится ему. Он просто смотрит ей в глаза, не долго, но как умалишенный. И смотрится это настолько нелепо, насколько вообще возможно. Подросток, встретивший девушку, которую возвел в эталоны, идеализировал. А она, пусть и самая необыкновенная и красивая, но такая же неуклюжая и нелепая, от чего, кажется еще роднее. - Так что там, про вкусно слизать?!..
Джон позволил девушке спокойно насладиться завтраком. И как только она закончила трапезу, он обошел ее со спины и положил ладони ей на плечи. Он медленно опустился к усыпанной засосами шее и нежно прикоснулся к кожу губами, попутно стягивая с плеч ненавистный халат. Он обнажил их, полностью сбросив ткань на пол, после чего обхватил ее тело руками. Ладони медленно поползли одна по животику, а вторая несколько выше, пока губы оставляли теплые поцелуи на плече и шее Анны. Он неторопливо вдыхал ее запах, полностью наполняя легкие, и лишь потом выдыхая, обжигая кожу горячим воздухом. Ее небольшая, но стоячая грудь, как влитая, ложилась в его ладонь.. самая любимая и возбуждающая форма.. набухшие соски, с которыми Джон аккуратно играл пальцами. Анна не просто заводила его.. она сводила его с ума, именно так, как сводит с ума женщина, которой ты посвятил свою жизнь. Она опрокидывает голову ему на плече, а Джо плавно перемещается губами от шеи к мочке уха, активно играясь с ней языком, то водя им по всей ушной раковине. Она очень вкусная, от чего не отпускало желание укусить ее, но сейчас он сдерживал эти позывы, жалея истерзанную кожу девушки бурной ночью. Сейчас он нежен и пытается показать эту нежность в полном объёме, не причиняя ей даже намека на боль.
В попытках дотянуться своими губами до ее, Джо поднимает девушку на ноги. Она такая миниатюрная в сравнении с Джоном – на голову ниже. Он смотрит ей в глаза, проводя ладонью по щеке. Аккуратно.. начинает поглаживать ее щеку большим пальцем.. А она, в одних трусиках.. такая беззащитная, тринитротолуолом взрывает в его груди очередной прилив чувств, от чего его глаза начинают блестеть, а на лице появляется еле заметная улыбка. Он тонет в этих огромных голубых глазах, проваливается в них и растворяется. Никогда ранее он не испытывал подобного.. и сейчас он уже не боится. Он глубоко вздыхает.. громко.. этого невозможно не услышать, а сердце бьется ровно и тихо. Какое-то ощущение безопасности.. и вовсе не от того, что они в бункере. Оно связанно с ней, с Анной, чьи горячие руки не обжигают. Спокойно от того, что он нашел того человека, для которого хочется писать стихи, которому хочется дарить цветы и устраивать сюрпризы.. которого хочется оберегать, прятать от всего мира.. чьи проблемы хочется решать.. ту девушку, с которой хочется просто быть рядом.
- У тебя очень милые тапочки.. Произносит полушепотом, после чего, обхватив ее лицо ладонями, нежно прикасается к ее губам своими. Джон пытается растянуть этот поцелуй, смакуя пухлые губки, то водя по ним языком, то сплетаясь им с ее. Пальцы одной ладони зарываются в ее светлые волосы, водя пальцами по затылку. Он не специально наращивает темп поцелуя, срываясь на эмоции, которые ударной волной проносятся по всему телу. Да, эта девушка воистину основательно скрывает крышу. Он и не заметил, как его рука скользнула к ее киске. Он ощутил влажную ткань трусиков, но не стал залезать под них, лишь водя пальцами поверх. Это физическая сексуальность, граничащая с духовной потребностью. Он одновременной хотел, и трахать ее, и ластиться, пока не иссякнут силы.
Джон помогает Анне усесться на стол. Она разводит ножки в стороны, обвивая ими бедра Джо. Он с великим трудом отрывается от ее губ и медленно опускается ниже, не пропуская шеи и ключиц. Он не способен сейчас прекратить это. Он добирается до груди, вторую слегка сжимая ладонью. Ходит вокруг да около, целуя периметр вокруг соска. Он слышит е тяжелые вздохи и это чертовски приятно. Ее бархатная кожа заставляет его губы дрожать от удовольствия, ему нравится то, что это волшебное создание в его сильных руках. Но он не решается ее долго мучить, и проводит кончиком языка сперва вокруг соска, а после обхватывает его губами. Он играется с ним, не обделяя вниманием и второй. Отчетливо чувствуется их твердость.. отчетливо слышатся ее легкие стоны, которые уже наполнили кухню. Опираясь на одну руку, второй он вновь спускается к киске, но уже под трусики, чувствуя эту чрезмерную влагу. Пальцы томительно начинают играться с клитором, медленно водя по нему, то лишь на фалангу погружаясь в нее. Его поцелуи становятся несколько агрессивнее, а боксеры так и норовят лопнуть по шву.. но он никуда не торопится, желая утолить эту жажду вдоволь, желая испить девушку, словно сладкий нектар.

Отредактировано John Smith (2017-01-27 21:54:23)

+2

22

I can do what I want, медленные движения, игра, соблазнения. Я словно на охоте. С детства говорили, что нельзя играть с едой, но кого я буду слушать? I'm in complete control слышишь? Все у меня под контролем, это ведь моя территория, все происходит по моим правилам. Мне нравится все доводить до идеала. Выжимать всех без остатка. Я должна быть настоящей that's what I tell myself, существует ли любовь с первого взгляда? Понятия не имею, любовь слишком громкое слово, я всегда считала, что это совокупность эмоций, а не просто звериные инстинкты. Но то что меня влечет к Джону, я осознавала наверняка. И только оказавшись в его объятиях, я поняла, что мой кошмар начался именно тогда, когда он покинул нашу постель. Стоило его опасаться, хотя бы погуглить его i got a mind of my own, но понятия не имею, что мною двигало вчера. Почему я не побоялась пригласить его к себе. Даже будучи пьяной в стельку, я всегда контролирую себя.  Зачем кто-то мне кто-то, I'll be alright alone в отношениях слишком много проблем. Просто мне не везет в них. Меня всегда предавали, унижали, не считали за человека, у меня есть я, don't need anybody else. Может быть просто у него такая хорошая аура, а может быть мне просто захотелось человеческого тепла. Возможно для меня вчера это все было игрой, а сейчас я просто заигралась. Но мне казалось что сейчас все по настоящему. Я была такой глупой вчера, да и сейчас не лучше gave myself a good talkin' to тo more bein' a fool for you. Надо быть серьезнее, а я просто кошка пригревшаяся на солнце. Мне нравится хорошее отношение ко мне. То как он смотрит на меня, как говорит со мной. Нравится то, что он приготовил мне завтрак. Даже если бы мы не были в этом бункере, я уверена, что он бы все равно бы это сделал. Но я так мало знаю о нем. Но безумно хочу узнать о нем все. Будет нормально, если я приглашу его на свидание? Не будет ли оно похоже на допрос или может быть на собеседование? А что если он решит, будто я смотрю, подходит он мне или нет? А если я пойму, что мы на столько разные, что кроме секса нас ничего не может связать? Ведь помимо секса надо еще и разговаривать! Мои родители познакомились ровно так же, вот только мой отец - бывший глава ЦРУ, он был безумно занят. И мама тоже, она ведь руководить "Mars Ink". Они были оба заняты, не было времени друг на друга. И вот они поняли что чужие люди. Я тоже провожу много времени на работе, хотя она того и не требует. Я бы приходила домой раньше, общалась с друзьями, если бы они у меня были. Если бы мне было к кому приходить домой вовремя. Но никого нет, а этот мужчина для меня буквально подарок небес. Я весь год была очень хорошей девочкой и Санта решил наградить потрясающим подарком. Я словно девственница боюсь поднять на него глаза. Damn your eyes for takin' my breath away, makin' me wanna stay, я даже не в силах подобрать словами их цвет. Я сдерживаю себя. Контролирую каждый вздох, мне нужно больше времени, чтобы голова пришла в порядок. Не ручаюсь за свои поступки. Я готова наброситься на него, прямо здесь и сейчас. For getting my hopes up high makin' me fall in love again. Вроде бы по логике вещей, я должна приготовить нам обед, ну или скорее ужин, так как я встала достаточно поздно, и пока мы позавтракаем, уже будет одиннадцать часов, но все равно, можно ведь пообедать часа в два дня. Но у меня дома нет никакой еды. Заморозка, но чтобы ее приготовить, нужен хотя бы базилик, которого у меня к сожалению нет. Но проблема заключалась в том, что я безумно боялась идти в супермаркеты, на рынки, туда, где большое скопление посторонних людей. Где легко может затесаться какой-нибудь наемник и убить меня, пырнув ножом. Поэтому мне нужно было надеть на себя бронежилет, но кто помешает ему выстрелить мне в голову, а еще лучше - перерезать глотку? Поэтому мне нужно было или заказать доставку, или попросить Саймона, а еще как вариант - Джона. Но это было бы крайне не логично и странно, очень странно. Always the same я снова в тупике, я несколько раз в неделю звоню в полицейский участок, что ведет мое дело, у них много зацепок, но они ни к чему не ведут. Они в тупике, а я в чертовой панике. Мы даже не сможет пойти в кино с Джоном, как нормальные люди. Да и зачем? Ведь у меня дома есть свой кинотеатр, да и мой попкорн на много вкуснее. Плюс, когда мне захочется сделать ему минет, я не буду волноваться, что нас кто-нибудь застукает. Я просто опущусь на колени и начну его ласкать так, как мне хочется, а не спеша куда-то, чтобы он быстрее кончил и чтобы он давился стонами. Я съела несколько блинчиков, которые были невероятно вкусные, я бы не удивилась, если бы Джон был каким-нибудь поваром крутейшего ресторана Сакраменто, а я на столько боюсь своей тени, что проходя мимо, по-любому мечтала бы туда попасть, но слишком боялась. Мне кажется, даже после того, как полиция арестует того, кто это делает, я буду в диком страхе все равно. И может быть мне нужен именно он, чтобы выйти из своей зоны комфорта. Чтобы мы вздохнули спокойно уже вдвоем. Стоило мне закончить свою трапезу и стереть еду с носа и подбородка, о которой Джон не сказал мне, ах, как неучтиво. Он тут же оказался у меня за спиной. Я вся сжалась как запуганный зверек. Я боялась каждого его прикосновения. Все тело болело безумно. Мне не хотелось стать завтраком для него. Мне придется отсиживаться дома несколько дней, пока это все заживет, а раз он в этом виноват, то ему придется сидеть со мной. Но стоило положить ему руки на мои плечи, как я успокоилась, меня перестало трясти. Склонившись к моей шее, он начал целовать меня очень осторожно, словно прикосновение крыльев бабочки. Бархатные губы, нежные прикосновения. Я делаю слишком громкий вздох, он на мгновение отстраняется, наверно подумав, что сделал мне больно, но это был лишь проглоченный стон, который у меня трепетал еще с самого первого моего появления на кухне. Вранье, что только мужчины постоянно хотят секса. Девушки тоже, только они это скрывают, а я нет. Это же потрясающий фитнес, да и что может быть лучше того, что тебя кто-то желает? Да и еще так, что буквально вгрызается в тебя зубами? Ничего. Джон спускает с плеч мой халат - пеньюар. Развязывает едва виднеющиеся ленточки, что держали его на мне, и он оказывается на полу. Ненужный кусок ткани. Хочется вскочить со стула и впиться в его губы жадным поцелуем, но сегодня все будет так, как хочет он. У него была ведущая роль. А мне безумно нравилось ему подчиняться. Дать ему власть надо мной. Женщина должна быть слабой, а мне надоело быть стервой на работе.
Он перешел в наступления, руки блуждали по моему телу, ладони накрыли мою грудь, слегка сжали, пальцы добрались до сосков, они уже были твердыми и набухшими от желания. Но я прикусывала свои губы, чтобы не слишком громко стонать. Голова сама ложиться ему на плечо, открывая мою шею еще больше. Хочется прижаться к его телу, обнять и не выпускать из объятий все утро и день. Прикосновения становятся еще легче, я нахожусь в не удобном положении. Тело напрягается. Наконец он решает меня поднять на ноги, как тряпичную куклу, словно я ничего не вешу, а не много, не мало больше пятидесяти килограммов. Наши глаза встретились, сердце пустилось в бешеный галоп. Я чувствовала, что он тоже волнуется, его сердце так же стучит сильно. Руки на моем лице, я облизываю свои губы, зная, что наш прерванный завтрак завершиться прямо на этом столе. Слава богу, что он был огромный, а тарелки стояли лишь на одной части, зато вот на другой можно было очень даже не плохо расположиться. И похоже, что не только мне пришло это в голову. Не разрывая наших губ, Джон усадил меня на стол, и удобно расположился между моими ножками, а я в свою очередь обхватила его ими и притянула к себе ближе. Он уже знал, что я мокрая, но не стал настаивать на близости. Это ведь все может быть банальным петингом, а потом мы продолжим ужин. Но его поцелуи были такими мягкими, а то, как он начал спускаться ими по моей шее, ключице. Мое дыхание начало ускорятся, а голова кружится из-за количества кислорода. Когда его губы накрыли мой сосок, я застонала так, как будто он вошел в меня, не меньше. Кажется я даже почувствовала улыбку на его губах. Все так же стремительно, его пальцы оказываются под тонкой тканью кружев, находят мой клитор и начинают его осторожно ласкать. А потом вовсе проникают во внутрь. Я не отстаю от него, сразу погружаю в его боксеры свою руку, и сжимаю ладошкой, уже эрегированный член. Который буквально пульсирует, ему там тесно, не комфортно. Хочу помочь ему, но сейчас все движется по сценарию Джона. А он занят моим телом. Не могу сопротивляться, лишь выгибаюсь навстречу его ласкам, а потом вовсе ложусь спиной на стол. Энергия любви – то единственное, что не поддается повторению, то, что невозможно имитировать. Приемы письма можно перенять, но подлинную страсть взять напрокат невозможно. Надежда рисует нам заманчивые картины будущих радостей, но пусть она остерегается слишком ярких красок, чтоб не было потом разочарования. Когда сердца, достойные счастья, соединяют свою судьбу, добродетель венчает их неувядающим венком из скромных, невинных цветов; и только неразумная страсть вплетает в этот венок пышную розу, шипы которой пребольно колят, когда облетают её лепестки!

+2

23

И что делать с тем, что девушка сводит тебя с ума одним своим присутствием. Какое-то бесконтрольное влечение, но, в отличии от привычного чувства возбуждения, совершенно не взращённое на банальном перепихоне. И факт в том, что ей хочется владеть.. и после полового акта ей хочется владеть.. не прекращать ни на секунду, ни на миг. Хочется не поскорее кончить, а заставить дрожать ее, залить ее стонами комнату, сорвать ей голос, а себе посадить слух. Хочется вгрызаться в ее теплую плоть, ощущать металлический привкус во рту.. и в тоже время не причинять ей ни капли боли, ни единого намека, только целовать, топить ее в нежности и собственных объятиях. Анна не из тех, которым перезванивают.. от такой девушки даже не уедешь.. при всем желании, тебе попросту не хватит сил, что бы оставить ее. Она спрутом проникает в подкорку мозга, подчиняя себе все твои чувства и эмоции. Но самое страшное то, что ты охотно соглашаешься на это, ты готов провалиться в ее омут сознательно, сложить кисти в ожидании прочных цепей.
Она опускается на стол, прогибая спину.. чертовски сексуально. Джон не перестает играть языком с ее сосками, временами переводя внимание на остальную грудь. Его ладони так же сжимают ее грудь, осторожно, но достаточно, что бы выжить из девушки очередной несдержанный стон.. ей не удается их проглатывать на столько, что бы их не было слышно. Не понятно, что в этот момент владеет волей Джона. Ведь он спускает все на самотек, не пытается сопротивляться этому неудержимому порыву страсти. Он ее хочет и вот она – на столе, ее ноги разведены в стороны и с явным энтузиазмом прижимаются к обнаженному торсу мужчины. Что ступни, выписывающие невидимые узоры на его груди. Неужели, она играет с ним, или так же бездумно поддается влечению, желая насладиться им всеми возможными и невозможными способами, лишь бы площадь соприкасающихся поверхностей была максимальной.. лишь бы чувствовать это тепло открытого полыхающего огня.. и она единственная, кого оно греет, а не сжигает в пепел. Нет, она не играет. Анна похожа на азартную стерву, способную на первоклассный блеф ради достижения своих самых корыстных целей.. но сейчас этого не чувствуется. Ставки не принимаются лишь потому, что нечего выигрывать. А все, что можно было заполучить – и так уже ежится от ласковых прикосновений.
Джону хорошо знакомо правило масок.. особенно среди людей, которые так и норовят воткнуть тебе в спину нож. Это еще благо, что ему удалось перевалить за тот рубеж, когда офисный планктон, по закону ведра с крабами, не радуется, а злобно тянет тебя на тоже дно, где располагаются сами. И стоит тебе лишь немного поднять голову выше их уровня – тебе обольют таким количеством дерьма, что останется только думать, как ты работал ранее с этими наиграно милыми людьми. А судя по всему, что он видел за последние сутки – бесконечные офисные джунгли есть ее территория. И если не хочешь быть съеденным – то рви в клочья. Она способна на это, слишком пылкий темперамент уже успел проявиться кровавыми порезами от ногтей на спине, что до сих пор тянет. Анна хищница, ловкая и опасная, которая дождется удачного момента и молниеносным выпадом полоснет по твоей аорте, а после лишь улыбнется и исчезнет.
Но девушка не способна всегда тянуть ношу, что ей не предназначена по гендерной принадлежности. Мужчина способен принимать в грудь удары.. и это ни сколько не умоляет женского дара быть хрупкой и творить прекрасное, привносить покой и успокоение вечером для мужчины, не укрывшись, а укрыв его своими хрупкими крыльями. Не умоляет и профессиональных навыков, каждая девушка способна быть не худшим, а то и лучшим специалистом, нежели мужчина. Но вопрос заключается в том, что действительно ли она этого хочет?! И даже в этом случаи девушка хочет быть слабой, быть за мужчиной, утыкаться в его грудь своим носиком и показывать пальцем на того, кто рискнул ее обидеть.
Если честно, то Джо практически сразу подметил это странное ощущение, что когда они начали заниматься сексом, то Анна раскрылась совершенно иначе, показав не ту свою половину, которая подошла к нему в баре. Она стала какой-то особенно податливой, трогательной. Ни одной попытки взять поводья в свои руки – она подчинялась Джону, делала все, что он скажет, все, что захочет. Приятно.. Это сложное осознание того, что при тебе хотят быть слабой, быть самой собой, от чего и ты раскрываешься, даже не помышляя о какой либо маске из огромного набора повседневных лиц. Джон был собой.. он хотел не повелевать, а вести ее в этом танце страсти, что бы ее легкие ладони лежали на его плечах и доверяли, ничего не опасаясь в его присутствии, ничего не опасаясь от осознания, что Джон любой ценой защитит ее и никому не даст в обиду.  Трудно говорить наверняка, вычленяя истину от того огромного фонтана чувств и эмоций, но это одно из того, что зацепило Джо в сильной девушке Анне Марс – потребность быть слабой. Это самый сильный комплимент для мужчины, по крайней мере, для Смита. А все остальное это наживное, все остальное лесть, не стоящая ни гроша. Он привык быть честным с самим собой и с окружающими, а делая вывод из этого принципа – Анна единственная девушка за 30 лет жизни, с которой он чувствует себя настоящим мужчиной, в котором нуждаются, которого хотят, ценят и о котором хотят заботиться с той же силой, с какой хочет заботиться он сам.
Его губы медленно спускаются вниз. Он обновляет в памяти те изученные миллиметры тела, которым ночью он упивался до полной дезориентации. Тогда он был опьянен алкоголем и девушкой, а сейчас он в здравом уме, и теперь пробует на вкус все, что в зоне досягаемости. Но пьянящее действие текилы не идет ни в какой сравнение с эффектом, который усугубляется от каждого прикосновения к девушке. Уже попросту не хватает эпитетов, что бы описать все атомные взрывы, что сопровождают поцелуи. Он добрался до животика, а его ладони скользнули обратно на грудь, словно пытаются удержать Джо от падения. Он аккуратно сжимает их, но несколько сильнее привычного, а большими пальцами играет с твердыми сосками. Она чудо, которое случается лишь один раз в жизни.. и сейчас он понимает, насколько ему повезло и то возможное будущее, которое обещает ему более тесное знакомство с ней. Будь, что будет – даже если их ожидает конец света, который они спровоцируют своими отношениями, то, черт подери, без разницы, а с такой девушкой не страшно и на другой свет.
Очерчивая прямую дорожку от пупка к лобку, Джо стягивает с нее трусики, очень неторопливо, смотря в ее голубые, как само небо, глаза. Она кажется особенно прекрасной в таком ракурсе. Он видит в ее голодный и желающий взгляд, не отличимый от взгляда Смита. От этого мышцы внезапно сокращаются,  образуя волну дрожи, вызванную эмоциями. Дотянув черное кружево до коленок, Смит прикасается губами к ее икре, а после ко второй.. и так ведет белье до самых стоп, пока не сбрасывает ткань куда-то в сторону. Ее жутко приятно просто целовать и чувствовать, как она реагирует на это. Он разводит ее стройный ножки обратно в стороны, вновь возвращаясь к лобку. В нежность все больше замешивается страсть, от которой пульсирует в висках. К губам добавилось немного укусов, пусть безболезненных, но от них явно просыпается больше взрывных эмоций.
Наконец-то он добирается до туда, от которой шпарить огнем и влагой. Он целует внутреннюю сторону бедер, прямиком у киски, вытягивая из Анны стоны, умоляющие, наконец, прекратить это издевательство, эту пытку, чертово ожидание. И вот он облизывает кончиком языка половые губы.. еле прикасаясь к ним.. и, не медля более ни секунды, более ощутимо. Его язык начинает незатейливую, но крайне действенную игру с клитором, хаотично дразня его, то опускаясь чуть ниже и проникая им же внутрь. Она начинает извиваться, словно змея на раскаленном песке, от чего Джо вынужден крепко прижать ее к столу. Он желает вновь лицезреть этот взрыв гормонов, которые заставят ее кричать, дрожать и изо всех сил пытаться вырваться из оков его ладоней. И он целенаправленно идет к этому, методично наращивая темп этой «игры», методично сводя ее с ума..
И только эта волна накрывает Анну с головой, о чем свидетельствует реализация всего вышеперечисленного, Джо отпускает ее, словно хочет позволить ей передохнуть, полностью насладиться очередным упоительным оргазмом. Но это не так. Ведь стоило ему выпрямиться, как одна ладонь ложиться чуть ниже ее животика, словно фиксируя тело в неподвижном состоянии, а два пальца второй почти полностью погружаются в ее киску, расположившись на той самой точки, которую сразу же начинают стимулировать. Джон добивает ее второй волной, лишая какой либо возможности нормально функционировать. Гребанный сексуальный садист.
Одна минута. У девушки всего минута, даже чуть меньше, пока Джон избавляется от собственного белья и, вооружившись взбитыми сливками, подносит их к ее пухлым губкам. Он поливает их сливками и, пока впивается в нее сладким поцелуем, вводит в нее набухший член, который уже ноет от перевозбуждения. Он погружается в нее медленно, но до самого конца, ощущая, насколько сильно все внутри влажно и как охотно она его принимает..

+2

24

Черт, как можно на столько хорошо понимать и чувствовать, что хочет… партнёр? За такой короткий период знакомства. Я готова поспорить, что ему так же страшно, как и мне, но лишь в одном отличие. Я затянула его в этот кокон безумия и какого-то отчаянья, да, черт возьми, именно отчаяния. Я на столько не доверяю своему окружению, ведь все это время опасность шла от них, ото всех. Даже от самых близких. Их уговорам выйти в свет и прочий бред. Что когда я увидела этого мужчину, сидящего в баре, просто пробуя, как будто на вкус, виски, он вызвал во мне больше доверия, чем какой - либо сотрудник моего отдела. Хотя с ними я работала много лет. В этом и проблема. Они хорошо изучили меня, а я не сильно заботилась, кто на меня смотрит дольше положенного. Ведь мы все работали вместе. А теперь я скрываюсь в бункере, который сама же и построила. Но как хорошо, что сегодня я здесь не одна. А с ним. С моим дьяволом, моей погибелью. Я готова утонуть в его глазах. Я хочу в них утонуть. Хочу смотреть в них вечно и не моргать. Каждый изгиб, морщинка, ухмылка. Приятно просто находится в руках такого мужчины, чувствуешь уверенность в себе и безопасность. Хотя я должна признаться, что не приди я в таком наряде на кухню, все равно бы все обернулось бы ровным счётом так же. Я хотела этого и посылала все возможные сигналы Джону. А он не глупый, может понять к чему я веду. Но ведь если бы все обернулось лишь флиртом и намеками, это тоже было бы очень приятно. Я бы все равно поняла, что мы с ним на одной волне. Какой-то странной, не правильной. Не много безумной, а судя по следам на моем теле, ещё и хищной. Я могла назвать его хищником, хотя сейчас он и был предельно осторожен, но ночью. Черт, я была уверена, что расстанусь с кусочком плоти на плече. И не знаю, какие силы меня сдержали. Что-то в нем есть. Такое отношение, возможно ему просто приятно трахать меня, а может быть ему все - таки не стоит доверять. В любом случае, так ко мне раньше партнёры не относились. Это и приятно и страшно одновременно. Не хочу загадывать. Хочу, чтобы все просто шло своим чередом. Будь что будет. Даже если он убьёт меня, выбраться от сюда он не сможет. А уж мои братья позаботятся о том, чтобы его смерть была крайне мучительная. Я где-то видела. Какой-то фильм, кажется "Законопослушный гражданин". Он вводил адреналин в тело, чтобы жертва не могла отключится от боли, при этом, он был парализован другим лекарством. А главный герой отрезал ему конечности по кусочкам. Самое интересное, что все это время, главный герой фильма находился в тюрьме. Так что если уж что, то разберут его на кусочки, и никто не вспомнит его. Но что-то меня понесло не в ту степь. Я знаю, что я всего лишь себя успокаиваю, потому что мы сейчас находимся на кухне и кругом полно острых предметов. Да и ножи даже не входят в это число. Поэтому если кратко, то мне просто безумно страшно. Ведь вчера весь мой страх и опасения были подкреплены огромным количеством текилы, а сейчас? Пару блинчиков с шоколадной пастой, кофе и все. Больше ничего! Я словно тонула в его прикосновениях и поцелуях, я только успокаивалась, но он делал что-то. Прикасался ко мне, что оно снова пускалось в безумный галоп. Но я сама понимала, что ничего не смогу сделать. Ни спрятаться, да и как это будет выглядеть? Я уже буквально лежу на обеденном столе, а он навис надо мной и делает все что ему, да и мне тоже, желается. А желается мне очень многое. господи, но почему мы встретились именно так, именно в сложный период моей жизни. Хотя ни у кого не бывает все просто замечательно круглый год. Всю жизнь. Все должно быть равномерным. Иначе вселенная может послать что-то очень тяжелое на судьбу, а вот с этим будет действительно сложно справиться. И кажется я сейчас находилась именно в этой стадии. Спасибо – помогите, а потом нет, уберите свои руки от меня к чертовой бабушке. Какой бы я черствой и безумной, может быть даже не адекватной не была бы снаружи, где-то глубоко внутри, я очень мягкий и податливый человек. Просто мое доверие очень сложно заслужить. Но перед ним, перед Джоном, мне не хочется строить из себя кого-то. Хочется спрятаться за его спиной и все. Но сейчас мы не много не в том положении, чтобы прятаться друг за друга. Я лежу на столе, а он нависает надо мной. Я испортила завтрак, а может быть он сам его испортил. Я ведь не переходила в активное наступление. Но я старалась, точнее пыталась, как-то ему намекнуть на то, что я совершенно не против продолжения нашей ночи. Теперь мы трезвые, мы видим друг друга. Так что так на много острее чем было ночью. Умы не застелены пеленой текилы, и так было на много приятнее. Я не осторожно раскинула руками, угодив одной из них в тарелку. Но я ведь не могу показаться неловкой, только не в этой ситуации. Я беру кусочек блинчика и зажав его между зубами подымаюсь, тяну Джона за плечи, пока наши лица не встретятся. А потом передаю этот кусочек ему в поцелуе. В этом было что-то такое и животное и милое. К тому же, меня терзало чувство вины, что я успела перекусить не много, а он так ничего не съел, но все это «игривое кормление» ограничилось одним разорванным блинчиком, растекшимся шоколадом по моему лицу и груди. Невозможно передать, какое я испытывала ощущение, он стал слизывать с меня этот шоколад. И этот взгляд синих глаз. Словно диковинный кот, который решил полакомиться чем-то вкусненьким, а это вкусненькое была я. Моя самооценка за последние сутки взлетела просто до небес. Но я явно испортила планы Смита. Как только он закончил с шоколадом, то вернулся к моему животу. Медленно покрывая мое тело поцелуями. А руками удобно устроился на груди. Мои ногти тут же нашли его предплечья, но я водила ими очень осторожно, не снимая несколько слоем кожи. Лишь знак того, что мне нравится то, что он делает со мной. Я буквально ловила каждый его вздох. Когда его пальцы начали играть с моими затвердевшими сосками. Ночью он не так много уделял внимания им. А мне безумно нравится, когда их тоже ласкают. Когда Джон начал спускаться поцелуями ниже, от живота к моим трусикам, я прикусила губу и внимательно следила за ним. Буквально сверлила его взглядом. Он иногда поднимал глаза, и я отчетливо видела ухмылку. Глядя на этого мужчину, ты просто теряешь дар речи и отдаешься в его власть. Подчиняешься и все это выглядит таким правильным. Через минуту, мои трусики оказываются на полу. Они точно были лишние здесь, а вот Джон все еще был в белье. И от этого я не смогла сдержать вздох досады. Поцелуи на ногах, кажутся более интимными, чем если бы он целовал мои губы. Он точно знает, как заставить девушку срываться на стоны. Кровь пульсирует в голове, все плывет, я снова ложусь спиной на прохладный стол, когда он снова начинает подыматься поцелуями вверх, но бедру. Все выше и выше. Я дрожу, выгибаюсь в спине, подаюсь на встречу. Хочу, чтобы он уже прекратил меня дразнить и просто взял, но он явно не спешит это делать. Легкие прикосновения буквально заставляют начать меня скулить, а внезапно активные, усиливают дрожь в ногах. Джон прижимает меня к столу сильнее. Проникая языком в киску, терзая клитор и слегка покусывая меня там. Я уже не сдерживаю стоны и всхлипы. Чувствуя приближающий оргазм где-то внизу живота, что взрывом разлетается по всему телу. Я пытаюсь вырваться, клитор сейчас слишком чувствительный, мне нужен вздох. Но хватка Джона только усиливается, и я не могу выбраться из-под него. Черт, это заводит еще сильнее. Хотя казалось, что больше уже некуда. Эта пытка не заканчивается, сразу два пальца проникают в меня, а потом находят чувствительное местечко, надавливая и стимулируют его, я начинаю снова содрогаться в еще не затихшем оргазме. И могу всех богов, чтобы у меня не случится струйный оргазм. Я буквально чувствовала это. Но господь миловал. Джон дает мне несколько секунд, чтобы я сделала глубокий вздох. Подымаюсь чуть выше, но он тут же стаскивает меня за ноги обратно. В ход идут взбитые сливки, которые выдавливаются мне на губы. Мы сплетаемся языками, уже не в осторожном поцелуе. Он отвлекал мое внимание. Уже через секунду, он резко входит в меня. Мое тело охотно принимает его на всю длину. Не желая отставать от Смита, я обхватываю его ногами, буквально обнимая, прижимая к себе ближе. В этот момент я отбираю у него взбитые сливки и вырисовав крошечное сердечко на его руке, там, куда я бы смогла дотянуться. Осторожно слизываю его, а после оставляю легкий засос, который сойдет через несколько часов. Он начинает двигаться очень медленно и аккуратно. Только в этот момент я осознаю, как же все тело болит, буквально ломит до костей. Не представляла, что чувствует Джон. Но лежа на столе я долго не протяну.
- Черт, прости, давай переместимся в гостиную, на диван или ковер. Так не удобно и жутко больно. Я не стала останавливать или замедлять его, просто тихо сказала ему это на ухо. Прикасаясь губами к раковине, а после вобрав мочку, прикусила и потянула за нее. Джон идет мне навстречу, помогает подняться с жесткого стола, но не выходит из меня. Лишь подымает на руки и в таком положении мы перемещаемся из столовой в гостиную. Интересно, а если я попрошу, он позволит мне быть сверх? Контролировать скорость? Или пока мне можно просто наслаждаться моментом? Весь путь до гостиной я не отрывалась от его губ. Не забыв прихватить с собой взбитые сливки и ягодку с блинчиков.

+1

25

Она нежна и податлива.. и Джон отвечает такой же мягкостью, пусть и заведенный.. а заводить эта девушка, чему показатель проведенная вместе ночь, умеет мастерски. А может и не мастерски.. Возможно, что это действует так лишь на него, ведь редко бывает, что обыкновенные прикосновения.. да что там.. обыкновенный взгляд, малость исподлобья, и легкий прищур заставляют сердце качать кровь с большей скоростью, ясно обозначая под грудной клеткой свои тяжелые удары. Не тянет она на секс-богиню, но в его жизни это самый пылкий, самый чувственный секс, который, кстати, несколько выше уровнем обычного соития.. Так, что, можно быть уверенным, что подобный взрывной эффект они оказывают лишь друг на друга. А от этого еще приятнее, ведь это круто – осознавать, что объект твоего вожделения словно создан, запилен ровно под тебя. Все ее тело, казалось, выточено под его руки.. и грудь.. и попа.. животик и бедра.. да вся она, идеальная и особенная, эталон девушки в его глазах. Как же удачно он двинул вчера в этот бар.. а ведь все могло быть иначе.
Джон входил медленно и аккуратно, а в это время по телу прошла взрывная волна, которая, с каждым пройденным миллиметром, взрывалась цепной реакцией, приумножая свою мощность в разы. Это хорошо ощущалось, ведь даже мышцы на шее сократились, а вены надулись, пытаясь вырваться из-под кожи. Какое-то неадекватное, предпсихозное состояние, когда тебя разрывает от гигантского наплыва эмоций, которых ты попросту не в силах переварить. Это… это.. словно о твою голову разбили прочную бейсбольную биту, а мозги окрасили ближайшую стену.. словно тебе в лоб выстрелили из 44 Магнума.. сплошная каша, содержимое черепной коробки превращается в неспособное к мысли пюре. И как подобное можно описать словами?! Да никак.. А Джон и не пытался, отдаленно осознавая, что химию не может объяснить даже современная наука, охотно сбрасывая это на обилие гормонов вбрасываемых в кровь, объем которых много раз превышает норму. Только легче от знания не становиться. Потому Джо столь охотно и уходил с головой в бурлящие недра разверзнувшегося вулкана, пока бурлящая от температуры магма растекалась по подкорке головного мозга, обрывая любые связи с реальностью.
В такие моменты не существует ничего, кроме нее. Внимание приковано лишь к ней, и  то, оно плывет, словно испарения от асфальта в жаркий летний денек. Ничего не замечаешь, даже время не просто останавливается, оно исчезает из новообразовавшейся микровселенной, как величина. И такое ничтожно малое существо, как человек, становиться макрокосмосом для тебя.. центром вселенной, вокруг которого вращается весь остальной бессмысленный и неинтересный мир. И это нечто непонятное несет в себе принципиально отличные от существующих законы существования, сама суть, сами основы этого.. чего-то.. уничтожают привычное. Ты, к чертовой матери, сходишь с ума, превращаясь в гибрид овоща и шизофреника, чьи мысли вырвались на свободу и материализовались. Именно так чувствовал себя Джон, когда сливался с Анной, когда занимался с ней чем-то большим, чем пресловутым.. сексом.
Она что-то бурчит на ухо, шепотом, сопровождая издевательством над мягкой мочкой и раковиной, с помощью языка и острых зубов. Ему удается уловить лишь общий смысл, когда она, радуясь, что смогла донести до него свое пожелание, впивается в его губы, на что получает такой же ответ. Они целуются.. нет, это даже поцелуем назвать сложно.. Это больше похоже на сцепку агрессивно настроенных хищников, загнанных голодом, одному из которых предстоит стать добычей. Его пальцы жестко сжимают ее ягодицы, прижимая к себе, он не хочет из нее выходить даже на время смены места.. и он не дает этому произойти. На каждый шаг Джо то приподнимает девушку, то опускает, движение внутри нее не прекращается не на секунду. Локтями он задел все, что только можно было задеть, перемещаясь на ощупь, не ясно, как еще не споткнулся, обо что ни будь.  Шаг за шагом они удалялись из кухни, шаг за шагом их поцелуй становился все жестче, жаднее, развязнее. И вновь этот привкус во рту, губа лопнула к чертовой матери, только не понятно, ее или его.. хотя, это уже не имеет никакого значения, может и их обоих.
Уткнувшись ногой в диван, одна рука скользнула по спине, вдоль позвоночника Анны, пока не добралась до поясницы.. Он бережно опустил ее на спину, параллельно спинке, а после и сам опустился к ней. Он вышел всего на миг, но успел почувствовать какой-то скрипучий дискомфорт, от чего и поспешил вновь войти в нее, но без какой либо спешки или агрессии. Его настроение вновь переменилось. Он оперся на локоть, а второй рукой вцепился в ее бедро, в ее нежную бархатистую кожу, и даже прикрыл глаза от наслаждения, и лишь тогда вошел, максимально растягивая удовольствие от постепенного погружения, пока полностью не оказался в ней, туго стянутый нежной мускулатурой и горячей влагой.  Так продолжается несколько минут – он медленно выходит из нее, полностью, и так же погружается.. а глаза неотрывно смотрят на бескрайнее голубое небо, слегка прикрытое веками о длинных густых ресницах.
Ему мало ласки. Джон склоняет голову к ее ключицам и прикасается к ним ноющими от боли губами. Темп не высокий, потому он спокойно позволяет себе затяжные поцелуи, вычерчивая беспорядочные траектории по коже до тех пор, пока не опускается ниже – к груди. Ее соски тверды, словно по ним водили кубиком льда, вынутым из бокала с коктейлем. Это и есть его цель, но он не спешит укрыть их ртом. Сперва он описывает окружность влажным кончиком языка по самой груди, спирально поднимаясь к ее вершине, а вторую скрывает под ладонью, но не касаясь самого соска. Он медлить, издевается над ней, тянет время, пока Анна не начинает поскуливать от предвкушения, а это все, перемежаясь со сладкими стонами, оседает гудящей пульсацией на висках. Прибавив к языку еще и губы, что все так же гуляют практически по всей упругой поверхности, начав сжимать еще сильнее, он заставляет девушку несознательно дрожать от возрастающего со скоростью свободного падения вожделения. Это так же чувствуется по тому, как она крепче сжала его член внутри себя. И реакция, в виде довольной ухмылки, появляется незамедлительно.. и она ее видит.
Муки продолжаются недолго, но они явно стоили того. Рывком, полностью войдя в девушку, Джо засасывает один сосок, играясь языком с ним, словно с клитором, а второй обхватывает двумя пальцами, слегка сжимая его. Волна облегчения, которое одновременно и заставило тело Анны трепетать, и расслабиться, топит судно остаточного самоощущения девушки, словно айсберг Титаник. А тихий стон разливается по комнате, подобно Нилу в сезон дождей. Губы мужчины переключаются на второй сосок, а рука лихо ныряет под ее спину, заходя под ягодицу и добираясь до самых лопаток, попутно заставляя девушку прогнуться в пояснице и податься навстречу нависающему над ней Джону. Темп несколько увеличивается, а толчки становятся более напористыми, все так же полностью погружая его член в девушке. Джо хочет довести девушку до оргазма, но не планирует заканчивать сам в ближайшее время. Воздух вокруг словно превращается в эфир, замедляя любые движения, давая возможность, гораздо лучше прочувствовать друг друга, полностью насладиться процессом. Секс ради длительного томного удовольствия, сегодня в их головах правит эта мысль.
Джон не перестает терзать грудь девушки, временами переключаясь с сосков на кожу, блуждая по бо́льшим амплитудам и вокруг груди. Ему удается добраться до плеч, по шеи, до ушей, на которых он особо заостряет свое внимания, уделяя столько же времени и напора, как и минутой ранее твердым вершинам груди. Сперва раковина, после обратная сторона, а в заключении мочка, которая остается у него во рту ровно до тех пор, пока шею Анны не начало бесконтрольно скручивать от перегрузки сенсорной системы. И следом вновь поцелуй в губы.. которые становятся все слаще и слаще.
Это могло продолжаться вечно, ведь Джо даже не устал. Но он решил остановиться, просто так, без причины. И, одарив девушку еще одним поцелуем, в котором их языки вновь танцевали известный лишь любовникам танец, он вышел из нее, медленно, пристально смотря в ее глаза, желая увидеть ее реакцию. Он садиться рядом с лежащей девушкой и, с откровенной наглой ухмылкой, глубоко вздыхает. - Знаешь, а мы ведь даже ни разу не разговаривали более пяти минут.. Он делает вид, что ему хочется поговорить, а у самого настолько твердая эрекция, будто виагры наелся. - Что там, мы даже на «ты» официально не переходили.. как-то это странно, а я ведь джентльмен, мне не позволительно так обращаться с такой прекрасной девушкой, как вы, мисс Марс! Не хватало только шляпы, которая бы скрывала.. нет, не член, голову.. и тут он мог бы е снять, взрываясь в потоке извинений. - Так, что, прошу прощения и предлагаю вам перейти на «ты».. И следом неловкая паузы, а Джо чуть ли не смеется уже. Да, своеобразно же он намекает на смену позы, ничего более умного ему в голову не пришло.. идиот, что с него взять. - И, все же, меня не покидает чувство, что тебе совершенно не пристало сейчас вести беседу.. Потому, может оторвешь свою шикарную задницу от дивана и покажешь мне, кто тут главный?! Его веселая улыбка моментально исчезает с лица, а он вызывающе хлопает себя по бедру. - Ну же..

+1

26

Понятия не имею, как бы я выкручивалась или подстраивалась под Джона, если бы он был бы против того, чтобы мы переместились в гостиную, где поверхности не содержат острые предметы, а также покрыты всеми возможными набивками и мехами. Конечно же искусственными. Я категорически против убийств животных ради меха. То, что я ем птицу, это не много другое. Но в своё оправдание хочу сказать, что я всегда жертвую много денег на благотворительность, связанную с животными. А ещё открыла в Бронксе приют для них. Моя Иззи как раз оттуда. Когда я Ее увидела впервые, то она была чуть больше ладошки и у неё было обезвоживание, сейчас это упитанное, я бы даже сказала жирненькое животное, которое недавно принесло потомство в четыре котёнка. Они были удачно пристроены по моим родственникам с детьми. Короче, они все живут у Тома. Временно конечно, но это до тех пор, пока мы не приучим их к месту. Ну и не найдём другие семьи. Мой косяк, не дослужила за ней. Но я сама была в похожем состоянии, так что сделаем на эту скидку. Так вот. Мои слова были не только услышаны, но ещё и раздразнены тем, что пока мы медленно передвигались по моей квартире, Джон умудрялся продолжать двигаться во мне. Он медленно подымал и так же медленно отпускал. Как будто я вовсе ничего не весела. Это было чертовски горячо. Мне сложно судить про нашу "связь", это для меня все в новинку. Я даже пробую то, что до этого никогда не пробовала. Но, пожалуй, я не буду открывать все карты перед Джоном сразу. Но я точно знаю, что если я захочу что-нибудь попробовать, то он обязательно поддержит эту идею. Может быть ему это тоже интересно или нравится, а может быть у него просто нет выбора. Дойдя наконец-то до дивана, он осторожно положил меня на него. Лишь на короткое мгновение покинул мое и без того истерзанное тело, которое сейчас было словно пластилин. Ему можно было придать любую форму, буквально. Хоть раком, хоть пивом. Здесь, сейчас, он вошёл очень осторожно. Наверно запомнив, что на столе все жутко болело. Снова мое тело приняло его без каких-либо помех и преград. Словно уже запомнив его очертания тела. Подстроившись под его размер, плотно сжимая его бархатными стенками моего лона. Жадно заглатывая, не желая, чтобы он когда-нибудь покинул меня. И в доказательстве об это, свидетельствует его рука, которая сжалась на моем бедре, оставляя новые следы. Но сейчас меня это совершенно не волновало. От удовольствия я даже прикрыла глаза. Это было умопомрачительно. До дрожи и исступления. Медленные движения. Полного выхода и такого же плавного погружения до самого упора. Мы не сводим взгляды с друг друга. Такая простая, но одновременно сложная игра. В них читалось все. Страсть, желание и нежность. Я сама его довела до этого состояния. И была чертовски этому довольна. Все было безумно, к сексу подходит слово красиво? Чувственно, мне кажется даже показалось, что у меня что-то «щелкнуло» в груди. Я не знала, что это такое. Я никогда не чувствовала подобное. Но что-то мне подсказывало, что я очень скоро узнаю об этом. А потом у меня из-за этого начнутся проблемы, а я совершенно не хочу их решать. И чтобы там не происходило, меня начало согревать все это. И мысли, и ситуация, все меня подводило к тому, что я не смогу этого человека просто так, легко выпустить из своей жизни. Я просто не могу. Мы ведь знакомы всего сутки. А мне уже с ним уютнее, чем со всеми моими предыдущими мужчинами. И я честно считаю, что так и должно было быть с ними. Но нет, они все были другими, я не чувствовала себя с ними комфортно. Я не знаю почему, не знаю, как, но Джон смог проникнуть в подкорку моего мозга. Расперся там руками и ногами. Как так вышло, ведь мы ровным счетом не знаем ничего о друг друге. Мои глупые мысли прерывают его поцелуи. Которыми он начинает покрывать мои ключицы. Не представляю, как ему это удается, ведь мои губы безумно болят. Мои снова лопнули из-за давления, из-за того, что мы никак не можем насытиться друг другом. Словно изголодавшиеся звери. Неужели у него тоже давно не было партнера? Или просто не было секса? Ласкать самому себя это не много другое. Это хоть и приятно, потом вот так не отходишь днями. Не вспоминаешь, и не прокручиваешь в голове каждую минуту прошлой ночи. А я хотела, чтобы наша встреча никогда не выходила из моей головы. Медленные движения, это то что именно сейчас нужно. Быстрые лишь причиняют боль и дискомфорт. Я не могла напиться запахом его волос. Хотя они пахли вперемешку с моим гелем для душа, но все равно, его собственный запах был особенным. И мне так нравилось его вдыхать. Сейчас они был словно пластырь, на ране. Поддерживал, не давал попасть в рану грязи. Защищал и оберегал. Он был моим лекарством. Он был тем, кто был мне так необходим. Все это время, я боролась с покушениями на свою жизнь одна, а сейчас я кажется нашла того, кому смогу рассказать об этом, и он не сбежит. Как делали до этого другие. Притягиваю его лицо к своему, мягко прикасаюсь своими губами к его. Легко – легко и невесомо. Я прекрасно понимаю, что он сейчас чувствует. На сколько адреналин в крови может затупить боль, но все же. Секс без поцелуев – не секс. Он длится не долго, быстро меняет дислокацию на моем теле. Теперь его язык кружит вокруг моих сосков. А зубы прикусываю его вершинку. Мои стоны становятся громче, перемежаясь со всхлипами, тихим скулежом. Упоительное чувство того, что тебя кто-то желает. Ты возбуждаешь такого мужчину, а он не в силах устоять перед тобой. Это заводит еще сильнее, еще больше. Ускоряющиеся движения, внезапное сжатие соска и меня снова накрывает оргазм. Какой уже по счету за это утро? Второй или третий? Я обмякаю в его руках, но он не дает мне стать покорной лужицей. Горячая рука оказывается у меня под спиной, подушечки пальцев скользят по позвоночнику. Каждый импульс отдает в спинной мозг и в голову. Подаюсь на встречу Джону. Хочу прижаться к нему сильнее. Ноги не много затекли, я бы была не против сменить позу. Он снова начинает блуждать по моему телу, обжигающие поцелуи на шее, нежные прикосновения к ушной раковине. Он уже понял, что это моя эрогенная зона, и пользуется этим каждый раз. Тянет за ниточки, нажимает на все самые слабые места. Я все еще взрываюсь остатками оргазма. Стоны становятся протяжными, я буквально обвиваю тело Смита ногами. Господи, какой же он шикарный. Дерзкая ухмылочка, которую он даже не скрывает. Синие глаза, которые даже не кажутся настоящими. А лишь цветными линзами. Потрясающие волосы, в которые я не сдерживаюсь и запускаю пальцы. Слегка натягивая их, подаваясь навстречу ласкам. Движения ускоряются, он буквально знает куда нажимать и в какой момент. Наши тела сплетаются так идеально, как будто они за ночь подстроились друг под друга, а наши головы еще это не осознали. Одна моя рука проскальзывает вниз. К моему клитору. Я начинаю его стимулировать. Ласкать пальчиками, пока член Джона движется во мне. Наверно это ему не сильно понравилось. До этого я не трогала себя. Я стала слишком жадной до оргазмов. И чувствуя приближение еще одного, он резко выходит из меня и садится на диван. Я просто лежу и смотрю в потолок. Не понимая, что происходит. Не много приведя дыхание в норму, я подымаюсь на руки и смотрю на него слегка исподлобья. Практически безмолвно спрашивая, что чет возьми здесь происходит? Но язык тела и его поведения дают очень четкие указания того, что теперь я могу взять верх. Он разрешает мне оседлать его. Сделать все так, как я хочу. Что же, у меня было несколько мыслей на этот счет. Я уже предвкушала все, что проверну, но сперва мне нужно принять более удобную позу. Я подымаюсь с дивана, встаю на четвереньки и делаю несколько крошечный шажков к Джону. Наклоняюсь к его члену, но не свожу с него взгляд. Просто провожу по головку языком. Он буквально пульсирует. Подрагивает под моими ласками. Упираясь одной рукой в диван, а второй берусь за налитый ствол. Губы накрывают самую верхушку его члена. Язык медленно кружит вокруг уретры. Нет – нет, да задевая ее, как бы случайно. На кончике языка я чувствую вкус его смазки. Слегка сладковаты. Словно леденец на палочке. И я хочу добраться до сладкой начинки. Опускаюсь чуть ниже, помогая себе рукой, двигая ею вверх-вниз. Снова бросаю взгляд на лицо Джона. Глаза запрокинута назад. Глаза прикрыты. Мои ласки становятся интенсивнее, член погружается в рот уже до середины, всего около минуты такой пытки, а потом я осторожно опускаюсь ртом до самого его основания, а моя ладошка оказывается на его яичках. Я считаю про себя, раз Миссисипи, два Миссисипи, три Миссисипи, четыре Миссисипи, пять Миссисипи. Могу и дольше, но выпускаю из плена. Снова возвращаюсь к головке. Неожиданно для меня самой, рука Джона поглаживая мою спину все это время, начала двигаться вниз, к моей киске. Сразу несколько пальцев погрузились в нее. Начинаю не много ерзать, стараясь слезть с них. Он портит все мои планы. Приходится выпрямится и переместиться к нему на колени. Люблю эту позу. Наши лица находятся так близко друг от друга, а я не много выше него. И сама задаю тем проникновения. Но сейчас, быстро найдя нужную дырочку, я опустилась на него сразу на всю длину, замерев на несколько секунд, две или три, не больше. А потом начала медленно двигать бедрами. Практически не отрываясь от его ног. Я подсмотрела это в одном порно фильме. Стимуляция происходит за счет того, что мои мышцы плотнее обхватывают его ствол.

+1

27

Хер его знает, каким образом достигается такая степень взаимопонимания, учитывая факт, что, как бы, совершенно незнакомые друг другу люди. Еще не прошло и 24 часов, а эта тонкая нить, что связывает двух близких людей, успела обрести небывалую ранее прочность. Она понимала его даже не с полуслова.. с полувздоха, с полумысли, в момент, когда та еще только зарождалась, Анна уже преобразовывала ее в действие. Складывалось впечатление, что она проникла в его сознание, и происходило нечто сравнимое с сюжетом фильма «Начало», когда закидывают идею, а ты веришь, что она твоя. Но ведь все гораздо прозаичнее, вернее проще – они помышляют об одном и том же, имея, судя по всему, примерно схожий мыслительный аппарат, технологии, взгляды, отношения к чему либо. Черт, ну ведь так не бывает в обычной жизни, только в сказках, что тебе удается найти абсолютно идеального человека, к которому не придется привыкать и идти на множество компромиссов, не имея общего базиса для взаимопонимания и взаимного принятия, для умения видеть мир не только своими глазами, но и глазами партнера.. К сожалению, не удается подобрать красивых эпитетов, что бы описать восторг, который, как говорят, бабочками порхал где-то чуть ниже живота. Джона просто разрывало от этого дикого урагана эмоций, сравнимых с теми, что он испытывал в детстве, находя подарок от деда Клауса, от его любимого деда. Они совершенно не касаются физического наслаждения, в котором девушка с необъятным великодушием топит Джона, заставляя захлебываться воздухом. Нет, это нечто другое, нечто позабытое и оставленное в далеком детстве. Радость от банального присутствия в твоей жизни родного человека, которого можно просто подойти и обнять, о котором хочется заботиться и защищать, которого хочется носить на руках не за что-то, а просто так. Он никак не ожидал того, что ей окажется под силу воззвать к тому позабытому и упрятанному в самый дальний уголок души, Джону, способному радоваться на пустом месте. И скажите после этого, что это обыкновенная совместная ночь двух возбужденных и охмеленных людей.. подобным даже не пахнет.
Именно в такие моменты ощущалась эта ментальная связь. Не успел он закончить молоть языком, как Анна уже опускалась на четвереньки и, подобно пантере, направлялась к его ногам. Прогнутая поясница четко очерчивает линии ягодиц, что виляют при каждом шаге.. ей не хватало лишь хвоста.. длинного черного хвоста, которым она явно не побоялась бы воспользоваться. Или другого, более короткого и.. ну все понятно, о чем Джо подумал, и что вызвало у него неоднозначную ухмылку. Но глаза от ее задницы он смог оторвать лишь в тот момент, когда она провела влажным языком по головке члена. И она смотрела на него, этот невинный милый взгляд в купе с тем, что она вытворяла, нещадно вливало бензина в печь возбуждения, от чего тот орган, которому она захотела уделить особое внимание, даже пульсировал от раздирающих грудную клетку чувств. Она явно издевалась над ним, как и он над ней несколько минут назад.. Это затянутое действо, никак не переходящее к основному акту, приятно нервировало Джон. А в момент, когда она сжалилась и обхватила головку губами, и только ее, его веки бессознательно прикрыли зрачки. Ее нежная ладонь, мягко ложиться на ствол и начинает двигаться то вверх, то вниз, но более не для удовлетворения его потребности, а более для собственного удобства.. хотя это вносило собственную лепту в ту палитру ощущений, которыми Анна одаривала Джона. А в тот момент, когда она полностью впустила его себе в рот, прижавшись губами к паху, то по телу и вовсе пробежала волна дрожи, а глаза закрылись..
Джон уже тяжело дышал, не стонал, но терпеть уже было невыносимо. Не в силах более сдерживать себя, он и не заметил, как его рука скользнула на ее плечи и далее вдоль позвоночника к ягодицам. Но не они были его конечной целью, хоть он и позволил себе хлопнуть по ним несколько раз.. его пальцы направлялись к ее киска, в которую незамедлительно погрузилось два пальца во всю длину. Он медленно двигал ими, а Анна ерзала, явно недовольная тем, что Джо сбил ей весь процесс.. но, черт, если решила мучать – пристегивай нахрен наручниками к чему ни будь, иначе жертва рискует вырваться и перевернуть все в свою сторону. Джон никогда не был эталоном терпения, а особенно в подобные моменты, когда тебя всего трясет от терзаний. И пусть она издевалась далеко не во всю силу, но желание владеть светловолосой искусительницей брало верх даже над таким минетом, рядом с которым, откровенно говоря, не валялись все его предыдущие партнерши вместе взятые. Да, черт возьми, это было не просто нечто, это было чем-то доселе неизвестным, она открыла перед ним совершенно новые грани удовольствия, ранее не испытываемых. А значит – получите, распишитесь.. это невыносимо, вот он и сделал то, что сделал. Не умеет он повиноваться, он лев, в конце концов, быть главным у него в днк.. а руки можно связать всем, чем угодно.. так ведь?! Пусть это останется здесь, просто так, для общего сведения, ведь вдруг ей взбредет в голову, сотворить, что-то подобное..
Но, судя по всему, и Анна не желает так просто передавать бразды правления, в противном случае она не осмелилась бы его оседлать. О нет, она не так проста, как можно подумать.. учитывая, что она и простота, как гений и злодейство.. понимаете, на сколько острые коготки у этой кисы. Она не церемонится. Стоило ей оказаться на его коленях, как она сразу садиться, полностью погружая в себя пульсирующую твердую плоть. От такого нахальства Джон даже слегка взрыкивает, обнажая белые зубы в оскале. Но, в тоже время, мышцы спины сокращаются, что свидетельствует о том, насколько приятен был этот жест. Но она даже не думает подниматься, начав двигать бедрами. Анна выпускает его из себя совсем чуть, что, в принципе, может быть лишь погрешностью в ее движениях.. ай, насколько же это приятно. Он хорошо ощущает, как нежные мышцы то сжимает, то расслабляются вокруг члена. От этого недолго и кончить, сойти с ума и помахать ручкой рассудку. Он берет девушку за таллию, с нажимом ведя ладони к ягодицам, которые достаточно грубо сжимает, оставляя явные следы на нежной коже. И в момент, когда отстраняется, погружая в себя его член, Джо прижимает ее еще сильнее назад, словно между ними остается небольшой зазор, и заставляет задержаться.. и в этот момент она напрягает мышцы, от чего эффект сопоставим с литровым коктейлем текила бум вместе с ударом битой по пластиковому шлем. Черт, как же это приятно. В эти моменты из Джона со скрипом вырываются стоны и выдох, что явно, еще немного, и станет пламенем. Буквально несколько таких рывков понадобилось, что бы спровоцировать его оставит под ее ключицей очередной засос, отмеченный еще и следами зубов. Казалось, что он готов оторвать от нее кусок нежной плоти, настолько оказалось удачной ее дьявольская издевка.
Сложно держать себя в руках. С трудом оторвавшись от упругой попы, его пальцы потянулись вверх по спине, жестко врезаясь в кожу. Еще совсем немного и лев покажет свои когти в действии. Но одна рука обнимает таллию, оставаясь на копчике, а вторая наматывает ее волосы на кулак, заставляя запрокинуть голову назад. И вот пред ним оголенная шея, он чувствует себя вампиром пред пиром, и грудь, по которой ползут капельки пота.. И по последнему месту он грубо приводит языком, после чего прикусывает сосок.. Даже не надейся, Джо обхватывает его губами и терзает его зубами и языком.. а следом второй. Он чувствует себя не в выигрышном положении, ведь, что бы он ни делал, она сверху и те ощущения, которые она дарит, не идут в сравнение с его жалкими попытками взять верх в этой эстафете сексуального удовольствия. Он приступает к терзанию шеи и открытой мочки уха, но сквозь ее гипнотизирующие стоны отчетливо слышится ухмыляющийся смешок. Она не просто издевается.. она глумиться.. и это бесит.. заводит.. нравится.. fuck! fuck! fuck!
Она властвовала слишком долго.. да и Джон уже измученный этим безумием, обхватив Анну, стягивает ее с себя и валит обратно на диван. - Что ты со мной делаешь?!.. Его взгляд напоминает взгляд загнанного, но не сдавшегося зверя. Вновь этот эфир, воздух опять стал тяжелым и вязким, как раскаленная плазма. В его ноздри врезался запах пылающего женского тела, он слышал ее запах настолько отчетливо, что не мог полностью поднять веки. Его тянуло к ней, словно неодимовым магнитом. И он практически сразу потянулся к ней, поднимаясь от бедер выше, оставляя на коже голодные поцелуи. Он хотел прикоснуться к ее губам и он сделал это. Язык вторгся в ее ротовую полость и начал забавляться с ее, лишь на мгновения отрываясь, что бы проглотить слюну. Она казалось много вкуснее даже, чем ночью. Может из-за того, что сейчас он пьян не от хмеля, а от девушки?! Мириады звезд во вселенной загораются и гаснут в эту секунду, а ему важна лишь девушка, чьи когти сейчас активно царапают его спину, срывая новообразованные корочки запекшейся с первого знакомства крови. Но губы опять начинают болеть.. этот поцелуй как жесткий секс. Он отрывается, с трудом, и возвращается к шее, чем провоцирует все новые и новые стоны.
Словно делая подкоп, его руки проникают под ее хрупкое тело, обхватывая под спиной и коленями. Он спускает ее с дивана на ковер, все так же не отрываясь губами от кожи. Его пальцы путешествуют от груди вниз, проникая между ножек. Но не дальше, Джон вновь стимулирует ее клитор, но с гораздо большим темпом, пока целует губы. Он даже не позволяет ей вздохнуть, то сплетаясь языками, то прикусывая из без того пульсирующие от боли губы. Он хочет заставить ее кончить вновь.. и делает это. Но только ее тело взрывается бесчисленным множеством воткнувшихся тончайших игл, он переворачивает ее на бок и, расположившись на коленях, входит в ее дрожащее лоно, обильно увлажненное смазкой. Ее ноги сведены вместе, что для обоих создает бо́льшую тугость внутри девушки. Он впивается пальцами в верхнюю ягодицу и начинает быстрое движение, не позволяя наступившему оргазму прекратиться. Это словно контрольный выстрел.. за эти несколько минут он изголодался по сексу, по возможности сводить с ума ее, заставляя стонами наполнять комнату, словно дорогим вином бокал. Он держал быстрый темп около пары минут, пока согнутые в коленях ножки девушки не задрожали. И лишь тогда Джо расположился за спиной Анны, погрузившись в нее до упора. Она прогнула спину, словно пытаясь податься навстречу, хоть и явно тряслась от перенасыщения ощущениями. Никакого темпа, Джо двигался предельно медленно, растягивая на десятки секунд выход из нее и обратное погружение. А параллельно нежно целовал ее плече..

+1

28

Ммм, его реакция на мои действия, заставляет все тело покрыться мурашками. До дрожи, до самых костей. Его сдавленный рык подливает масла в огонь. Вызывая довольную ухмылку на моем лице. Я даже не пытаюсь ее сдерживать. Это безмерно заводит. Мне нравилось быть сверху, в любом случае прямо сейчас. Ведь я знала, что он мне дал эту возможность, на самом деле я ничем не руководила. Все решал он. А он почувствовал, что мне это хотелось. Что мне это было нужно. Я могла контролировать скорость, степень проникновения. Целовать его или просто обхватить его за шею. Словно ища поддержки, какую-то опору. Сложно справится с таким потоком эмоций. Хотя и медленными, но очень напряженными движениями. Иногда просто хочется закрыть глаза, чтобы ощущения стали ещё острее. Ещё ярче. Хочется погрузится в него полностью, ощутить даже кончиком носа. Вдыхать его терпкий мускусный запах, покусывать солоноватую кожу, урчать от удовольствия. Он подхватывает мой ритм, руками словно следует за моими движениями. Ему не нравится и нравится одновременно. Я все же начинаю чуть активнее двигаться, а Джон добирается до моих ягодиц и сжимает их с силой. Грубо, оставляя не слабые следы. Чуть сильнее и появились бы синяки, а такими не грех похвастаться. Выпускаю его из себя где-то на половину, а потом снова насаживаюсь, так же медленно и дрожа от удовольствия. Глотая свои стоны, которые уже не хотят оставаться где-то в глотке. Он не пытается ускорить меня, но все равно ставит точку в этом проникновении, прижимая меня с силой к себе, чтобы оказаться ещё глубже. Дико волнующи, особенно когда все это время наши взгляды были прикованы к друг-другу, а не просто блуждали по лицу. Это самый интимный момент во всем нашем сексе. Мы были настоящими, не пытались казаться кем-то другим. В них нет какой-то злобы или дерзости. Скорее не возможность осознания того, что это действительно происходит, а мы не лежим в пьяном угаре где-то в спальне, куда не поступает дневной свет. Мне всегда нравилось заниматься сексом ночью. В темноте есть что-то чарующее. Сумерки - лучшая часть времени суток. Когда мир находится в состоянии между светом и тьмой. Происходит какая-то мистическая метаморфоза. Все становятся смелее. Преграды падают, и мы можем сделать то, на что не решались до этого. Но утро, это словно зарождение жизни. Такое едкое, кислое. Нами правят первородные инстинкты. Мы стремимся к завоеванию, подчинению, хотим доказать друг-другу что бы достойны их. И лучше им это прочесть в наших глазах, чем получить ударом под дых. К чему все эти слова, какие-то размышления, а как, а почему? Просто нам было суждено встретиться, провести ночь и утро вместе, а потом разбежаться по разным полюсам. Может быть столкнуться снова, а может быть больше никогда не пересекаться. А увидев на улице, пройти просто мимо, даже не подымая взгляда. Не потому, что стыдно, а просто потому, что каждый следующий шаг, мог сломать эту волшебную сказка. И Джон бы понял, что я пустышка. А он чрезмерно самовлюбленный. И нам не по пути. Мы хороши по отдельности, но вместе мы адская смесь. Почему я так говорю? Просто я боюсь доверять людям. Просто я не хочу, что все дерьмо, что со мной произошло, повторилось снова. А оно почему-то случается каждый чертов раз, стоит мне хоть не много раскрыться человеку. А все вокруг лишь твердят, что они же мне говорили, хотя на самом деле они ничерта мне не говорили, они лишь пихали меня к ним в объятия. Мол смотри какой мальчик, из хорошей семьи. А потом этот мальчик вытряхивал на стол своих тараканов, они разбегались по моему дому и выселяли меня их него. Я привыкла подстраиваться под людей, под других. Чтобы им было комфортно, чтобы они не чувствовали себя как-то неправильно. А в итоге я теряла себя. Я переставала быть той, кем я была. Время проходит, мне начинает надоедать это отношение ко мне как к вещи. И я начинаю показывать зубы. И почему-то все так удивляются. Говорят, какой-то бред. А вот раньше ты была не такой. Какой ужас, ты так изменилась. Нам надо расстаться. Неужели вы не понимаете, что сами сотворили монстра. Каждый раз, удар за ударом делали меня все черствее и жестче. И мне приходится идти на такое, снимать мужчину, пусть и крайне привлекательно, но все – так снимать. На ночь, вытворять какие-то безумные вещи. Идти на риск, ввязываться в неприятности, чтобы почувствовать себя снова живой. Чтобы эта каменная оболочка дала трещину и смогла выбраться из скорлупы и почувствовать этого прекрасного мужчину напротив меня. Я наверно очень жадная. Я не привыкла делиться тем, что мне очень нравится, приятно, дорого. А Джон мне очень нравился, я уже пометила его и застолбила. Буквально оставила свои метки на его теле. И буду их обновлять при первой же возможности. Мое, а мое трогать нельзя. Зато я могу дразнить Джона как захочу, когда захочу, и мне ничего за это не будет. Я знаю, что у него такие же спутанные мысли на мой счет, что он полностью их разделяет. И нам не надо об этом заявлять в открытую. Мы поговорим, обязательно поговорим об этом всем, но не сейчас. Сейчас я сильно занята тем, что жадно пью его губы, глотая свои стоны, дрожа и двигаясь на нем. Но в самый пик нашего слияния, я буквально задерживаюсь на несколько секунд, когда все внутри буквально сжимается от напряжения. Это ни с чем нельзя сравнить, полное единение тел. Я читаю это на его лице, в его глазах. Хотелось бы мне сейчас что-нибудь сказать, но кроме не внятных звуков, ничего не идет в голову. Он не может долго находиться в пассиве. Он пытается вернуть себе власть. Кусает меня, и так, самые воспаленные участки кожи, а Джон продолжает их терзать, распаляя меня сильнее, снова и снова сбиваясь с ритма. Меня это забавляет, я роняю один смешок, кажется до него дошло, что он попал в лапы к хищнице, которая решила им полакомиться от и до. Все так медленно напряженно. Я ловлю удовольствие от каждого движения. Мои глаза прикрыты. Руки покоятся на его плечах, а голова откинута назад. Я чувствую каждое сокращение его тела. Но Джон долго не выдерживает, одним рывком снимает меня с него и бросает на диван. Я оказываюсь на спине. Побежденная, лапками кверху.
- Что я с тобой делаю? А ты? - чуть прищуренный взгляд, серьезное выражение лица. Ни единой ухмылки или тени улыбки. Он понимает, что я серьезна как никогда. Он снова меня обломал. Ну ничего, у меня еще будет возможность ему отомстить. Я обломаю его так, что ему больше не захочется обламывать меня. Нас тянуло к друг другу, манило словно кошек на мяту. Теперь его очередь красться ко мне. Медленно, лев вышел на охоту. Я читаю это в его синих глазах. В этих проступивших ямочках на щеках. Он что-то задумал, и я поплачусь за свою дерзость сполна. Он ставит обжимающие метки на моих ногах, животе и груди, подбираясь к моему рту. Его губы сразу находят мои губы. Наши языки сплетаются в непонятном танце, отрываясь от поцелуя всего лишь на мгновение, чтобы сделать живительный глоток воздуха, о котором мы совершенно стали забывать. И почему я не придумала заняться сексом у окна? Чтобы он прижал меня к стеклу и резко входил, пока я бы хваталась за воздух? Но это мы устроим в следующий раз, не сейчас. Сейчас у меня есть кое-что по интереснее. И если я правильно запомнила вчерашнюю, то ему это должно было очень понравится. На счет меня, не знаю. Но надеюсь тоже. Мои острые коготки снова впиваются в его спину, на которой только – только начали заживать следы от ногтей. А я раздираю все по новой, в отместку Джон возвращается к моей шее, зная куда нажать, чтобы я начала умолять и трепетать. Не знаю, как долго он продержится, ведь я кончила уже, не помню сколько раз. А он снова ни одного. Изучал какие-то восточные техники? А может огромная практика помогает ему в этом. Но черт возьми это было мне только на руку. Но хватит нежностей мы снова меняем расположение. Пришла очередь пушистого ковра. У меня давно был фетиш на счет него, но почему-то никто больше не разделял моего стремления оказаться на нем обнаженной. Я хоть и рисовала это не много иначе, но оказавшись под Джоном на ковре, его рука скользнула мне между ножек, и начала терзать клитор, так быстро, что я он напряжения я смогла только тихо заскулить. Начав кончать, Джон убрал свою руку и перевернул меня на бок, и резко вошел до самого конца. Мои мышцы тут же судорожно сжались вокруг его члена, замедляя его движения. Но стоило ему положить руку на мою попку, как началась буквально бешенная скачка. Я уже не стона, а кричала. Все тело сводило судорогами. Ноги дрожали, а мое тело извивалось в не известных мне до сего дня фигурах. Понятия не имела, что я так могу. Но мне кажется, что с мистером Смитом я узнаю не только об этом, но и еще об множестве другого, что может мое тело. Наконец-то Джон начал замедлять темп, лег за мной, делая лишь медленные фрикции телом. Мы лежали так несколько минут, я пыталась отойти от очередного безумного оргазма. Когда наконец-то голова перестала кружиться, я отползла от Джона разорвав нашу связь. Но не для того, чтобы забиться в угол, хотя я бы не отказалась от этого, а для того, чтобы обойти его и устроится у его ног. Теперь он лежал на спине и следил за моими действиями с огромным интересом. Я стала снова подыматься к нему, сперва думая приняться за его член ртом и не выпускать его, пока тот не кончит, но что-то щелкнуло у меня в голове, и я развернулась к нему спиной. Взяла член в руку и направила его в себя. Во вторую стою дырочку. Тугую, в которую пришлось проталкивать его с усилием. Но через пару попыток мне все – таки удалось его принять в себя. Хотя и с трудом. Моя смазка сделала свое дело. И член мог скользить во мне без преград. Я уперлась руками в пол и начала медленно подыматься и опускаться на член. Но я принимала его не полностью, а где-то на половину, но этого было достаточно для того, чтобы услышать еще несколько рыков от Джона. Ну, как долго бы продержишься теперь? Я не могла ускориться, я слишком устала во время этого секс марафона, но все равно, последнее слово будет за мной. Бросаю через плечо взгляд на Джона и слегка улыбаюсь, облизывая губы. Я знаю, что это его подденет, ведь это все снова превратилось в игру. А победитель в ней один.

+1

29

Было уже очень жарко. Натянутые до микроскопических нитей нервы в купе с распалённым нутром и эфироподобным воздухом готовы были дать детонацию мощностью в тротиловом эквиваленте много превышающую самую страшную из созданных на сегодняшний день бомб. Джо уже давно выпал из реальности, находясь в неком подобии сексуального лимба.. трудно провести более походящую на истину сравнение. И если Анна еще была способно как-то соображать, то он, напротив, полностью растворился в происходящем. Он ничего не планировал, ничего не приходило в голову, типа смены позы или какой-то очередной издевки над девушкой.. лишь холст, вымазанный множеством хаотично разбрызганных разноцветных красок. Он ощущал ее лишь на уровне ощущений и эмоций, которые эти ощущения порождали. Наверное, так и сходят с ума. Но никогда он даже не йоту не приближался к такому состоянию, а здесь он просто ворвался в него на колеснице, запряженной двумя вороными скакунами.
Желание владеть ей дальше, ни на секунду не останавливаться, это дикое возбуждение перебивалось лишь физической замотанностью, когда ты начинаешь отчетливо чувствовать каждую гребанную жилку в своем теле, каждое мышечное волокно, которые попросту скрипят и вопят от перенапряжения. Усталость брала верх семимильными шагами, но не могла вернуть в реальность из мира грез, хоть все движения явно потеряли в скорости. А последний выпад мужчины, был скорее финальным рывком перед завершением, нежели одним из длинного списка смены позиций. Но до финишной черты он так и не смог добежать, заставив девушку перебежать ее черт знает по какому кругу. Но и это разжигало огонь наслаждения, ведь единственное круче, чем кончить – когда ты заставляешь кончать свою партнершу. Это уже, скорее всего, бзик мужской.. и то, судя по впечатлениям от общения с девушками, присущий далеко не всем представителям сильного пола. Но нахер всех, сейчас важна лишь она и… зарождается мысль, что и впоследствии останется так же, в далекой временной прогрессии этот приоритет не утратит своей важности ни на позицию.. возможно, что те, кому удастся сравняться и даже перебить ее важность, будут дети, которых она ему родит. Но это все плоды одного дерева, а сама мысль носит полубредовый оттенок, поскольку даже думать об этом хамски рано. Только за занавесом из однозначно мужского характера, несгибаемой воли и, временами, даже холодности, скрывались общечеловеческие чувства, быстрая эмоциональная привязчивость, откровенность и потребность в человеке.. И когда, как не сейчас, всему этому каскаду всплывать на поверхность?! Потому именно эта мысль посетила его изнасилованное серое вещество в черепной коробке.
Джо устал. И это хорошо виднелось по тому, как временами подрагивали его мышцы в конечностях. Именно потому Анне удалось, без какого либо сопротивления, выползти из его объятий. Он мог лишь лежать, жадно глотая воздух поверхностными вдохами, и наблюдать за изнеможённой грацией его девушки, что медленно двигалась к его ногами. Джо перевернулся на спину, однозначно дав понять ей, что она вправе делать все, что захочет – более он противиться он не хочет, да и не может, откровенно говоря. И уже здесь стоит задуматься о степени доверия, когда царь всех зверей по собственному желанию ведет себя столь податливо. Джон успел лишь опереться на предплечья, что бы лучше видеть Анну, как она развернулась спиной к нему, представив столь шикарный вид. Она обладательница поистине прекрасного тела, без каких либо изъянов, при том, совершенно не обычного, визжащего от однообразных стандартов форм. Каждый малейший изгиб, каждая мимическая морщинка врезалась на саморезы в его голову, взывая к самым приятным эмоциям, к визуальному наслаждению. Она не просто ему нравилась, она была эталоном женской красоты в его глазах. Вот, что значит, заболеть человеком.. Казалось, что его не отобьет, даже если выяснится, что у нее скверный характер. Какой бы зазнобой, возможно, она не была, она будет его зазнобой и ничей больше. Не даром говорят, что лучше синица в руках.. Но Анна, скорее, была журавлем, чем синицей.
Но тут Джо почувствовал, что с какой-то слишком противящейся тугостью он входит в девушку. Да, она решила не просто сменить позицию, но и вид секса, от чего у него даже в ушах запищало. На его лице, сама собой, проявилась легкая ухмылка, ему понравилась эта идея. Он даже запрокинул голову, когда она начала медленно двигаться на нем, то поднимая, то опуская свои ягодицы. Черт, у нее действительно шикарная задница. Он хорошо разглядел этот довольный игривы взгляд из-за ее плеча.. видимо, она кайфует от того, что она сверху и сама все закончит. А как она облизала губы.. его всегда заводили все эти мелкие детали в женском флирте, будь то смущенный отведенный взгляд или прикушенная нижняя губа. И он так же улыбался в ответ, наслаждаясь каждым мигом ее триумфа.
Каждое ее движение все более приближало окончание банкета и Джо это отчетливо улавливал по зарождающейся где-то в ногах неостанавливающейся дрожи. Он упал на спину, руками вцепившись в ее ягодицы. Он просит ее опускаться полностью, беззвучно, руками помогая сделать это. Темп никакой, а напряжение сильнее, словно они находились в статике. Анна явно сама понимает, что он уже на пределе, поскольку легкие стоны уже невозможно сдержать в себе, и отвечает на его просьбу, от чего мужчину передергивает. Теперь он полностью погружается в нее.. и.. судя по таким же надрывистым протяжным стонам, ей нравится это больше, чем ранее. Только вот наслаждаться этим долго не получилось, с минуту, когда Джон, слегка оторвавшись от пола, руками взял девушку за плечи и потянул на себя, заставив лечь ему на грудь. Последним рывком он полностью вошел в девушку и.. крепко сжал ее тело, пальцами вцепившись в руки, оставляя синяки на коже. А рядом с ее ухом раздался громкий завывающий рык, а сам Джо задрожал. Он кончил. Он вновь кончил в девушку. И мир поплыл, а глаза закрылись сами собой.
Джо не выпускал ее из объятий минут пять. Он вообще не хотел шевелиться, восстанавливая дыхание и попутно наполняя легкие ее сладковатым запахом. Словно уже проснулся, но всеми силами пытаешься не выпасть из хорошего сна. Просто лежишь и получаешь чистейший кайф.
И вот когда они перевели дух, Анна, сперва начала ерзать, поглаживая обнимающие ее руки, а после тихонько встала, пальчиком поманив Джо за собой. И он охотно последовал за ней, волоча ноги. И все же правда после секса мужик без сил, а девушке нехуевый такой заряд бодрости. Когда Джон добрел до душа, в который Анна его вела, вода уже была открыта. Да, он явно отстал от нее, уже насильно пытаясь полностью вернуть сознание в реальный мир. Она охотно пустила его к себе, где под струей горячей воды, Джо уткнулся носом ей в затылок, в мокрые волосы, обняв ее вокруг плеч и тихонечко прижав к себе. Не получалось у него отойти от произошедшего так быстро, да и внезапно напавшая потребность в нежности сразу же взяла верх. Как же чертовски приятно было прикасаться к ее коже, гладить ее, обнимать, целовать, слышать ее запах. Она создавалась на небесах прямиком под него, от осознания чего еще больше ехала крыша. Его даже не смущала вода, которая заливала лицо. Джо провел ладонями по всей длине ее тонких рук и развернул ее к себе, что бы увидеть ее небесно-голубые глаза. Господи, у них даже глаза одного цвета, отличался лишь оттенок. Он, как дурак, улыбается, пытаясь держать глаза открытыми под напором воды, и смотрит на нее, на такую же, как и он, дурочку, что с безумно широкой улыбкой глядит на него. И ничего более умного он не придумал, как щелкнуть зубами и рассмеяться. Да, комичность момента просто зашкаливала, как же идеальный секс превращает мозг в пюре, после которого ты чувствуешь у себя интеллект питекантропа. Он поцеловал ее в кончик носа, не выпуская хрупкие плечи из рук. Какой-то переизбыток милости, он прямо готов даже не знает на что, что бы заставить ее улыбаться.. хоть она и без того показывала свои белоснежные зубки. - У тебя такая волшебная улыбка.. Бубнит он, прикрыв один глаз. Он гладит ее по лицу, еле касаясь кожи внешней поверхностью пальцев. Сейчас он осознает, что вчерашнее удачное стечение обстоятельств стало самым удачным за всю жизнь. - Ты даже не представляешь, на сколько я счастлив рядом с тобой.. Давай заложим дверь кирпичами и никогда не выйдем из дома?! Конечно это бредовая идея, которая, по сути, была более риторическим вопросом, попыткой выразить то, что сейчас горело в его сердце и, судя по всему, ему удалось донести до нее это. Сомнений в том, что для нее это тоже не было обычным сексом, более не осталось. Он видел этот огонек в ее больших глазах, во взгляде, который светился чистой наивностью и который был словно откровение, был очень важен для Джона, подобно признанию в чем-то великом, этот взгляд величайшая награда, которая заставляет сердце биться чаще. И не важно, что они как два подростка, шлепают ногами по воде, не отрывая паток от пола, и стесняются, о чем говорит сильный румянец на щеках. Не важно, что у них только что был секс, они жмутся, сжимая пальцы в кулаки и разжимая обратно, очень трогательный и тонкий момент, от которого даже поджилки дрожат. Приятно. Очень приятно. - Энни, я.. ты.. Прямо слов подобрать сложно, он теряется в спутанных от эмоций мыслях. - Энни, я понимаю… А голос дрожит. Она напоминает ему первую любовь, которая пробуждает в тебе самое светлое и нежное. - Энни, я хочу, что бы ты была со мной.. не только сейчас.. всегда.. Его лицо стало еще краснее и это хорошо видно даже на фоне горячей воды, которая разогрела кожу. Никому он еще не говорил подобного, а ей захотелось. И это не плод эмоциональной нагрузки или последствия недавнего секса, он абсолютно четко осознавал то, что сказал ей. Возможно единственная сознательная мысль, но сознательная и честная.

+1

30

Я вижу, что он тоже устал, его движения плавные и ленивые. Практически нулевые. Он лишь следит за мной, как сытый лев за зеброй. И я могу его понять. Я сама безумного устала, мне хотелось просто оказаться в горячем душе и смыть с себя весь пот и грязь. Лишние эмоции и страх того, что это может закончится. Но если я оставлю Джона вот так, без оргазма, то я рискую остаться без головы. Или порванной до самых ушей. Поэтому я довольно улыбаюсь, когда Джон присоединяется к моему маленькому плану. Его руки просто ложатся на мои ягодицы, но и этого достаточно для того, чтобы показать, что он все равно правит балом, что он доволен моим выбором и я могла продолжать. Хотя мне и было приятно, я еще не совсем привыкла к такому виду секса. Он доставлял легкий дискомфорт, особенно если погружаться достаточно глубоко, но я была сверху и могла вполне контролировать этот процесс. Я медленно начала набирать скорость. Точнее Джон меня стал направлять. И я подхватила его ритм, ему лучше было видно, как мне двигаться, чтобы он наконец-то закончил. Хотя мне все это очень понравилось. Даже не могу сказать что больше, вчерашняя ночь или же сегодняшнее утро. Мы снова провели долгое время наслаждаясь друг другом. Снова потеряв счет времени. Похоть стёрла все остатки застенчивости. Ты не боишься нырнуть в омут страсти с головой? Утонуть в самых невероятных эмоциях на грани сна и яви, пережить эти моменты вместе с только ты и я? В моей голове крутились мысли. Я пыталась их отфильтровать, подобрать какие-то вопросы и фразы для того, чтобы мы потом смогли нормально поговорить и решить что же теперь будет. Я прекрасно осознавала, что теперь не смогу вздохнуть без него. За эти двадцать четыре часа, я слишком влюбилась в его тело, член, да и взгляд. Черт, то как он на меня смотрит. Хищно, не много с прищуром. На меня так никто и никогда не смотрел. И я хотела бы, чтобы в дальнейшем только он и смотрел на меня так. Но как сказать это незнакомому мужчине? Он просто зачаровал меня. Проник так глубоко, что я сама иду на всякого рода ухищрения, чтобы доставить ему удовольствие. До этого я бы никогда со своей инициативой не пошла бы на анальный секс. А тут с превеликим удовольствием. Ведь я помнила, как ему понравилось вчера. И мне понравилось и вчера, и сегодня. У нас был идеальный симбиоз на клеточном уровне. Еще бы мы начали наше знакомство не с пьяного угара, а разговора или хотя бы нескольких свиданий. Но меня конкретно переклинило. Я хотела его, с самого первого мгновения, когда увидела его. А всякие нормы понятий и морали меня не заботили как тогда, так и сейчас. Я чувствую, что он мой человек, но так боязно узнать, что же он думает обо мне. Я нравлюсь ему так же сильно, как он мне? Сейчас я не могла думать о том. Меня переполняли ощущения. Которые искрами разлетались на миллионы кусочков в моем теле. Я старалась полностью отдаться им. Прочувствовать его нутром и кожей. Он хотел больше, мне пришлось снова ускориться на столько, на сколько я могла. Мои стоны были какими-то прерывистыми. Я пыталась не думать о том, что сейчас происходит, просто наслаждаться моментом. Но когда все тело подо мной задрожала, я поняла, что он уже на грани. Его пальцы сильнее впились в мои ягодицы, опуская меня полностью на свой член. Было не много больно, но как только я сменила свое положение, полностью легла на грудь Джона, и он сделал последний толчок, дискомфорт исчез. От его рыка, по всему моему телу разошлись сотни мурашек, сосредоточившись на самых возбужденных местах. Его сильные руки продолжали меня сжимать, не выпуская из своего плена. Мы просто лежали. Такой интимный момент. Он даже не вышел из меня. Я получала не реальное удовольствие от того, что он кончил в меня. Снова. Не возможно подобрать слова о том, что я испытываю при этом. Я знаю что многие не любят этого. Но мне кажется это очень интимный момент. Через пару минут, я начала ерзать на Джоне, пытаясь слезть. У меня буквально начало все болеть, даже попка. В которой все еще находился его член. Я перекатилась на бок и быстро встала с пола, чтобы не запачкать ковер, который только недавно прошел химическую отчистку. Я не любила посторонних пускать к себе в квартиру. И старалась чтобы они бывали здесь как можно реже. Я смотрела на растянувшегося мужчины на моем полу, как на объевшегося кота, который вот вот уснет. Я получала заряд энергии, как будто выпила несколько редбулов, а он был словно высушенный инжир, из которого выкачали всю жидкость. Но оставлять его в таком виде я не могла. Поэтому подав ему руку, я помогла ему подняться и держа за влажную ладошку, повела в ванную комнату. Но стоило мне ее отпустить, как Джон замедлил свой шаг, наверно о чем-то задумавшись. Я вошла в душ первая, включив воду, не много по горячее, чтобы голова начала думать лучше. Но стоило мне встать под упругие струи, как тут же ко мне присоединился Джон. Он нежно меня обнял и прижал к себе. Без каких-то пошлостей, терся об меня своим лицом. А я буквально урчала от удовольствия прикрыв глаза, чтобы вода не попадала на них. Я могла стоять так несколько часов, просто обнимаясь с ним, мечтая, чтобы это мгновение не заканчивалось. Джон поглаживал мое саднящее тело, осторожно покрывал плечи поцелуями. Его ладошки скользили по моим рукам, а потом они развернули меня, осторожно, чтобы я не упала на скользком полу. Наши глаза наконец-то встретились. Я не могла сдержать улыбку. Так глупо сознаваться в этом, но я была счастлива впервые за огромное количество лет. Я просто смотрела на его лицо, такое же сияющее как и у меня. И что-то начало у меня порхать внизу живота. Я готова поклясться, что не будь мы такие уставшие, то я бы захотела снова заняться сексом с ним, прямо здесь, в душе. Но слава богу, что адекватность взяла верх над моей похотью и я просто плавилась кусочком масла на блинчиках, в его объятиях. Мне было так хорошо, что я прижалась к его груди и положила голову на его плечо. Слушая, как не ровно бьется его сердце, словно он волновался или переживал. Готова поспорить, что мое было в таком же безумном галопе. Мы стоили друга – друга. Судя по его словам, что он тоже счастлив, а поцелуй в нос и вовсе меня растрогал. Я буквально светилась, а слова про то, что он хочет быть со мной постоянно подкосили мои ноги. Мне казалось, что я сплю. Это все не реально. Это происходит не со мной. Просто не может быть такого, что он чувствует то же самое что и я. То что мы прочувствовали себя на уровне атомов. Мы слились в единое целое, всего за какие-то сутки. Я слышала про то, как люди через неделю знакомства выходили замуж, буквально влюбляясь с первого взгляда. Я не знаю, произошло ли это со мной, но я знала, что теперь у нас будет время, чтобы все это проверить. Завтра же, я позову его куда-нибудь сходить, ну или мы просто приготовим что-нибудь вместе, посмотрим кино, и поговорим. Без секса, без намеков на секс. Но мы обязательно поговорим о нем. О нем нельзя умолчать. Раз уж у нас все завязалось на нем.
- Ты себе не представляешь, как ты попал в точку. Я стирала воду с лица Джона подушечками пальцев моей руки. Поднявшись на мысочки, я поцеловала его губы. Чтобы не доставить дискомфорт ему и мне, я разорвала его практически через пару секунд. Но этого было достаточно, чтобы он понял – я согласна на все. Взяв мочалку с полки и все тот же приторный гель для душа, я выдавила его не много на ладошку, в потом начала растирать по его груди, а потом смочив мочалку, начала ею осторожно тереть грудь и руки Джона. Затем передав ее ему, он проделал со мной тоже самое. Уже когда мы закончились с принятием душа, я достала из ванного шкафа большой пушистый халат, который должен был подойти Джону. А сама надела свой, на капюшоне которого красовались два длинных кроличьих уха. И не надо мне говорить про возраст. Я в душе очень юна.
- Я не против заложить дверь кирпичиками, вот только нам надо будет закупиться едой на несколько дней, или сделать заказ. Но в любом случае, нас должен выпустить Саймон. Мне не хотелось выдергивать его от семьи. Я писала ему смс как только встала, он маякнул мне в ответ. У нас была своя система общения, так что он должен был понять что у меня все отлично. Пройдя в свою спальню, я завернула в гардеробную, где порывшись нашла мужскую одежду по размеру Джону. Белье, спортивные штаны. В общем все, чтобы чувствовать себя комфортно. И примерно такую же одежду я подыскала и для себя. Даже смягчающий крем не помог мне облегчить воспаления на коже. Так что ничего синтетического и облегающего. Я буквально кряхтела от каждого шага, переваливаясь, как будто я вся обгорела. Я одевалась дольше чем Джон, так что когда я закончила, я пошла его искать. И нашла его на кухне. Он уплетал последний блинчик. Мой желудок расстроено забурчал и стих.
- У меня еще есть паста и сыр. Могу приготовить ее. Но все равно, нам придется выйти, на ужин ничего не насобираем. Я переминалась с ноги на ногу. Я не знала, как спросить у Джона, останется ли он ночевать у меня или поедет к себе. Раз уж скоро может приехать мой телохранитель. И откроет бункер. Но лучше было бы написать ему сообщение, чтобы он выпустил нас с утра. А сейчас хорошо пошариться на полках, и найти тунца в банке, и сварить из него суп.

+1

31

Капли воды бежали по ее лицу, огибая глаза и, собираясь на кончиках ресниц, падали вниз. Идиотское состояние, откровенно идиотское, когда чувствуешь себя счастливым, чувствуешь, что ухватил вертлявую судьбу за задницу и поимел ее, как ранее она имела тебя на протяжении множества закольцованных однообразностью лет. И вот оно – счастье.. совсем не трофей, это заслуженный подарок, который является тебе по праву, по честному, а далее все зависит от тебя – потянешь, осознаешь ли это, или скатишься по проторенной дорожке вниз, вознеся собственное эго надо всеми остальными.. над той, которой в одночасье удалось фомкой расковырять гнилые доски, скрывающие твою сердечность, твою влюбчивость и наивность. В одночасье удалось зажечь давно потухший фитиль, что греет изнутри, заставляет светиться искренним счастьем и любить все, что попадает в твои руки, беречь это и заботиться, получая то же самое в ответ. Просто так, не за что. В одночасье удалось почувствовать себя важным, самым важным человеком на земле, во всем чертовом мире, единственным, кого будут вечером ждать с двумя чашками горячего чая, зная, что вот-вот раздаться звонок в дверь, а на пороге будешь ты – уставший, замотанный, но счастливый. И она будет счастлива лишь потому, что ты наконец вернулся домой, без подарков или комплиментов, просто ты и просто дома, вдвоем. А к ночи это чудо уткнется своим носиком в твое плече или живот, уютно расположившись головой на твоих коленях, и засопит без задних ног. И с дуратской улыбкой ты аккуратно отнесешь ее в спальню и уложишь под одеяло, но так, что бы ни в коем случаи не побеспокоить ее сон. И посуду помоешь, а утром еще и завтрак сделаешь.. и все так же – просто так, просто, потому, что хочется видеть еще прищуренные глаза и радостную помятую сном мордочку в теплой милой пижаме с какой-нибудь совушкой или зайчиком.. а на ногах обязательно большие плюшевые тапки с ушами. Вот, что значит домашний уют.. вот, кто значит домашний уют.
И единственный вопрос, который возникает в одурманенной моментом, одурманенной ее пальцами и поцелуями, ее широкой улыбкой и наивным взглядом, голове – а действительно ли такое бывает на самом деле?! Ни о каких «достоин» даже не думается, это настолько субъективное суждение, на которое сам Джо, скорее всего, дал бы отрицательный ответ, будучи честным перед самим собой. Но это уже произошло. И никакой крючок, никто никого не подцеплял, вылавливая на живца в собственных интересов. Отвратительно банальная случайность, выкрутившая реальность наизнанку. Лишь в такие моменты начинаешь по-настоящему верить в чудеса, которые в повседневной жизни списываешь со счетов, усердно играя в реалиста. А реальность вот, она лежит где-то за гранью конформистского отношения к миру, за фанатичным верованием в потребности, навязанные обществом, где-то за гранью систематического самоуничтожения себя ради экономических потребностей огромного механизма по производству незамечающих ничего биороботов. Она здесь, в настоящем, в чертовом баре на дне бокала с дешевым виски, за соседнем столиком в глазах незнакомки, чьи глаза вызовут приятную дрожь на кончиках пальцев. А стоит лишь решиться на что-то большее, чем ранний подъем, что бы ни опоздать в обезличенный офис с такими же ограниченными неудачниками, как и ты сам, многие из которых, к сожалению, уже разучились дышать полной грудью. Но не стоит осуждать их за то, что иногда просто не хватает капли смелости, самой маленькой толики, миллиметра, что бы дотянуться до собственного счастья, до чистой и светлой, которая навечно укроет ярким светом от всех бед. Которая уничтожит режим сна, вытатуированного на подкорке мозга, убьет аппетит, заставит писать стихи, когда ее нет рядом, метаться и ревновать, злиться и нервничать, а при встречи забывать обо всем в тот момент, когда руки сомкнуться, а между ними будет она, сильно вжимающаяся в твою грудь. И, да, один лишь этот момент стоит всего, что нажито кровью и потом, всех сделок и договоров, всех транзитных женщин, что дольше ночи не задерживались в твоей постели, всех депрессий и усталостей вместе взятых, всех тех заработанных и потраченных миллионов, каждого долбанного вздоха, каждого удара утомленного этой сраной реальностью сердца, всего, что было и не было, всех фантазий и надежд, которым никогда не суждено осуществиться.. все это за одну ее улыбку.. И именно здесь возникает вполне естественный вопрос – каждый ли готов на такое изменение?! Джон готов.
Глупо, бесспорно, розовые очки никого еще не оставляли на плаву. Но сама мысль о необходимости банально купить продуктов казалась чем-то абсурдным и абсолютно обессмысленным одной лишь ситуацией, в которой они сейчас находились. Она рядом.. что еще может быть нужно. Вот тот смысл, который вдыхает в тебя желание жить. Вот та, что поставила под сомнение саму действительность, заставившая чувствовать подвох в собственной модели мировосприятия. Но ведь себя не обмануть, так от чего чувство, что мозг наебывает собственного носителя, убеждая в том, чего попросту не может быть?! Джон никогда не верил в любовь с первого взгляда, тем более взаимную и такую.. нелепую. Какой-то особенно крутой блеф с парой двоек, поставленный против стрит флэша.. и сыгравший, мать его, сорвав максимальный банк. И не ясно, чего хочется больше – тихонько обнять ее или забраться на крышу самого высокого дома в городе и во всю глотку прокричать о том, что он победил.. интересный выбор, не находите ли?!
Но и это всего лишь позиция слабого человека, готового лишь на единоразовый впрыск адреналина в кровь. Громкий поступок, сильный, никто и не спорит, но краткосрочный. Ведь в опьяняющей эйфории очень просто разбрасываться словами и клясться в их вечности. Бред.. самое сложное не признаться, хотя и на этом этапе ломались множество потенциально идеальных пар, каждая из сторон которых была не способна сделать шаг на встречу к самому необходимому человеку на всем белом свете. Сложное начинается после признания.. несколько месяцев, когда эмоции поутихнут, чувства успокоятся, а пламя, перестав бушевать апокалиптическими пожарами, станет гореть много аккуратнее, ровнее и безопаснее. И приходит пора, когда не тебя поддерживает адская топка страсти, а приходит твоя череда холить и лелеять этот огонек, укрывая его от ветров и проливных дождей. Здесь начинаются настоящие чувства, не приукрашенные никакими красками, никакого допинга – обнаженное, настоящее, честное.
Эта мысль беспокоила, правда, ведь идти ва-банк на «Анна обладательница мягкого и податливого характера» после всего, что было между ними за последние сутки, после того, что она и так лучшее в его жизни, было бы, как минимум, откровенной наглостью.. достойной нецензурного комментария – «Джо, ты совсем уже охуел?!». Да и сам он не пай мальчик, ни капли не пай мальчик, умеющий огрызаться. И он будет огрызаться, стоять на своем и спорить до пены у рта, отстаивая собственную позицию. Нет, он умеет проигрывать, во всем, но не сразу способен признать поражение, пробуя все возможные логичные варианты выхода из ситуации сухим, как гусь из воды. И испробовав их все, только тогда он согласится с победой своего визави, и не секундой раньше. Он бывает грубым, не всегда следит за языком.. но кому его было упрекать за это?! Не суть. Он обладатель львиной доли дерьма в характере, который переварить тоже сможет не каждая девушка. Интересно, думает ли Анна об этом.. хочет ли? Надо ли ей это или она уже успела разочароваться в бесчестных попытках достучаться до мужского разума?
И все эти философские рассуждения о высоком, о смысле его тут нахождения, об их встрече, о девушке, что хлопает своими голубыми глазами, смакуя и проглатывая каждое его слово, вызывали лишь добрую улыбку. Если ты не взрывной подросток, то с легкостью можешь отчленять собственные психические состояния друг от друга, верно идентифицируя каждое из них. И насколько же все великое кажется никчемным в момент, когда она улыбается… легонько так уголками губ, слегка смущенно. Джо дуреет, в хорошем смысле этого слова, внутри смеясь над самим собой. Никогда подобного не было, а сейчас все так просто и элементарно. Все поддается объяснению, все логично и понятно – он действительно верит, что она его судьба и.. если честно.. он не хочет искать этому доказательную базу, он просто это знает, словно знал всегда и каждый божий день шел к этому осознанию, шел к ней. Наконец-то, этот путь закончен.. закончен перекрестком, который в обоих случаях уведет в неведомые дали, право, увы, в одном из них будет все тоже гнетущее одиночество, а во втором испытание, необходимость учиться жить ради кого-то. Оба пути пугают, но лишь один является единственно верным.
После душа Анна великодушно раздобыла для него комплект домашней одежды, который оказался почти в пору. Но не важно, никто, кроме нее, его не увидит.. да он и не был подвержен чужому мнению.. да и она видела его вовсе без одежды. Его подкупала эта атмосфера. Он несколько мгновений смотрел на копошащуюся в вещах девушку, но после направился в кухню. Он решил сварить еще кофе, и как только поставил его на огонь, принялся доедать оставшийся блинчик, внезапно пробудивший в нем добрый аппетит. Светловолосая не заставила Джо долго ждать своего возвращения, чем он, хоть и не открыто, но сильно обрадовался, одарив ее широкой улыбкой. Какая же, всё-таки, она была особенно обыкновенная, настоящая, сложно подобрать подходящий эпитет. Она казалась особенной, даже была такой, но в глазах Джона, сквозь все ее маски, даже о меньшей части которых ему еще неизвестно наверняка, виднелась реальная девушка, которая нуждается в мужском плече.. а он нуждался в хрупкой девочке, что будет держать его за руку и, в случаи необходимости, подавать патроны.
Видимо, на каждого секс оказывается сильно индивидуальный эффект, приводя двух людей к абсолютно противоположным состояниям. Она суетится, а Джо спокойно стоит у плиты, опираясь на холодную ее часть пятой точкой. Ему нравится смотреть на нее, но молчанка должна прекратиться, да и ее надо вернуть обратно с земли на небо. - Энни, необыкновенная, если нам надо выйти – то звони Саю и пусть он откроет дверь.. ненадолго.. мы только сходим в магазин и сразу же вернемся. Так и скажи ему, что мы только в магазин, на 15 минут. Говорит он слегка посмеиваясь, но совсем не дразниться. - Скажи, что мы даже купим ему, что-нибудь, не зря ведь он приедет! А что он любит.. а ты что любишь? А хочешь, можем накупить попкорна и всю ночь смотреть фильмы?! А хочешь, накупим мороженного и обляпаемся, пока будем его кушать? А если хочешь, то мы можем пойти в ресторан и заказать фуа-гра, хоть я, черт возьми, никогда это даже не пробовал и даже не представляю, как эта фуа-гра выглядит.. но мне без разницы.. А можем сварить макароны.. пойти в мак-дак и объесться бургеров. Джон явно засуетился сам, недавно посмеиваясь над ее суетой. Но это такое вот уморительное чувство, когда тебя начинает нести и ты уже не в силах остановиться. Она его заряжает этим позитивом, что у него даже глаза светятся. - А хочешь, мы можем сесть на окружной автобус и всю ночь кататься на нем?! Я не знаю, не смотри на меня так.. Серьезно.. я не имею малейшего понятия, что нам делать.. но единственное, что я знаю точно – мы будем делать это вдвоем. Саймона не возьмем, даже не проси! Джон выглядел явно смущенным и всячески пытался перебороть это чувство, заговаривая зубы, скорее себе, чем девушки. - Я придумал! А пойдем до ближайшей лавки с цветами и купим тебе самый большой букет.. а еще купим два водных пистолета и устроим дуэль?! Он задел рукой кофе и чуть не пролил его, вовремя поймав. - Идиотская затея, да?! Он смотрел на нее широко открытыми глазами, в собственных пируэтах оказавшись в нескольких сантиметрах от нее. И замер.

+1

32

Не могу описать мою нужду в нем. Для этого не хватит слов. Джон стал моим спасательным кругом. Моим дыханием, тем самым, что держит меня на поверхности, не даёт утонуть. У меня и до него были такие кратковременные знакомства с мужчинами. По понятной причине зачем. Но все ограничивалось двумя позами и восьмью минутами фрикций. Я даже не всегда кончала. Может быть меня покорил тот факт, что мое тело буквально расцвело с ним. Я снова почувствовала себя желанной. Я вспомнила каково это быть женщиной. А не бояться собственной тени. Но дело не только в этом. Я ведь считала, что и с прошлыми моими партнёрами мне было очень хорошо, буквально жила ими, а что же произошло сейчас? Шутка в том, что у нас действительно есть вторые половинки, а я наконец-то встретила свою. Я буду идти на компромисс. Буду становиться себе на глотку, но дам шанс и мне и ему. Я не знаю, получиться ли у нас, есть ли у нас будущее, но сейчас я могу заявить с гордостью, что лучше этого мужчины я не встречу никогда. Каждое его движение, каждый вздох, словно эхо от моих собственных. Не удивлюсь если наши сердца сбиваются с ритма одинаково. Раньше меня понять мог лишь мой брат - двойняшка. Но мы уже не дети, нельзя вечно искать поддержку у брата. Я должна была найти своего человека. Который был бы только моим, мне не пришлось бы его делить ещё с кем-то. Я очень жадная и делиться не люблю. Тем более теми, кто делает так, чтобы моя улыбка не сходила с моего лица. Все наши действия были на столько сложены, что казалось мы каждый день так принимаем душ, каждый день целуем друг друга. И будто так будет до последнего дня. Даже в глазах щипать начало. Ты мое дыхание, сам кислород, сама жизнь. Но все равно нам нужно было что-то делать. Сменить место жительства было не вариант. У меня здесь находилось все, работа семья и Джон. Я уверена, что он бы сорвался с места и поехал бы за мной. Но ведь нельзя убегать от проблем, их надо решать. Но как их решать, если они хотят тебя убить? Мне нужно было все рассказать ему. Вот только я не была готова к этому. Точнее я боялась, что все это дерьмо спугнет его. Или если говорить вернее и честнее, я не знала, как подобрать слова. Что мне ему сказать, чтобы не показать, как мне страшно, именно поэтому мы были заперты всю ночь в моей квартире-бункере. Но самое ужасное то, что меня это устраивает. Я не люблю куда-то выбираться, я домашняя, я домовенок. Я могу и хочу сидеть дома и никуда не выходить. Могла бы я работать дома, хотя я и так это делаю все последнее время. Я бы так и поступила. Просто заперлась в своем маленьком мирке и все. Именно поэтому мне нужны еще люди. Они помогают мне жить. Вытаскивают из скорлупы. В офисе приходится держать марку. У меня высокая должность, у меня море подчиненных, а перед ними я не могу показывать слабость. Даже сказать больше, я перед ними Тиран. Если встретить меня на работе и вне нее, это два разных человека. Небо и земля. Все шло именно так, как и должно идти. Он просто смотрел и слушал меня. Давая мне договорить, а потом, когда я сказала все, ответил.
- Ты понимаешь, я не хочу выдергивать его. Он сейчас находится с женой и дочерью. В семье и так редко бывает. Постоянно со мной, мой брат служил с ним. Он вроде члена семьи. Но ведь нельзя борзеть. Ему тоже нужен отдых. Я задумала, обхватив себя руками. Словно ища теплоты в самой себе. Хотя мне не было холодно, я просто не знала, что делать дальше. Выпустить Джона и посмотреть на его реакцию. Как быстро он сбежит и вернется ли. Мне нужно было обдумать план, точнее, что мы будем делать дальше? Просто говорить? Побудем с друг другом в тишине? Мне хотелось узнать о нем все. Абсолютно все. Но в моей голове сейчас такая каша, что мне нужно просто время, чтобы все обдумать.
- Мне завтра на работу. Вдруг выпалила я. А это означало, что нам придется расстаться на какое-то время. Разбежаться по разным углам. По своим. Все обдумать, а потом, если нас так же будет тянуть к друг другу, то мы встретимся снова и уже все обговорим. А сейчас я должна хватать удачу за хвост. Пользоваться этим пьянящим чувством, что витало между нами и использовать его на все сто процентов. В общем план действий у меня уже был готов. Не знаю почему, но мой взгляд упал на часы, что стояли на вытяжке. Не большая металлическая кошечка, которая идеально вписывалась в интерьер. На ее пузике был циферблат, который показывал три часа дня.
- Что?! Совершено не в тему выпалила я. Причем грубо оборвав монолог Джона. Я подошла к часам. Встав на мысочки, сняла их с вытяжки и приложила к уху. Они звучали ровным тиканьем возле моего уха. Странно. Я подумала, что они сели. И показывают не верное время. Взяв телефон со стола, я убедилась, что время правильное.
- Ты знаешь, что сейчас три часа дня? На моем лице читалось полное непонимание. Куда пропало столько времени? Я хоть и встала в одиннадцать часов, пусть еще минут тридцать – сорок, мы занимались завтраком и флиртом, но сколько времени ушло на секс и душ я не могла понять. Это был еще один повод задуматься о том, что мне было безумно комфортно с этим мужчиной. И мне было хотелось, чтобы это продолжилось.
- В общем, я предлагаю, порыться на полках, найти всю еду, что сможем и приготовить ее. Потому что я умираю с голода. А потом посмотреть что-нибудь по Netflix. И попкорн у меня, кстати есть. Просто он спрятан, как и шоколадная паста. И не выходить до самого утра, а завтра нас выпустит Саймон. Я скрестила руки на груди, просто стояла с довольным лицом и рассматривала Джона. Он был безумно красивый. Высокий. Хорошее тело. Не тощий пацан. Как сейчас можно. Не руки веточки, женоподобные, а сильные мужские руки, на которых выступают вены. Которые могут тебя защитить. Русые волосы, уже слегка тронутая сединой щетина. Но это совершенно его не портило. Но больше всего меня приковывали его пухлые губы. Они были на столько мягкие и чувственные, что мне хотелось просто целовать их круглые сутки. Недолго думая, я именно это и сделала. Подкралась к нему, отвлекая своими разговорами про еду, а потом украла его поцелуй. Как школьница. Как влюбленный подросток. Но губы, хотя они и были великолепны, не самое главное его достоинство. И я сейчас говорю совершенно не про его детородный орган. О нем можно целую статью написать. Я говорю про его синие как океан глаза. Глядя в них, я забываю о всех страх. О всех печалях. На столько магические и притягательные, что увидь я его где-то на улице, просто пройдя мимо, я бы решила, что это линзы. В них было столько магии. Они были на столько притягательные. Что можно смело заявить, что в них я влюбилась с первого взгляда, с того самого момента, когда слегка подшофе подсела к нему в баре. И он обратил на меня внимание. Знаете, когда на тебя смотрят с желанием, каким-то восхищением, да еще такими глазами. Начинаешь себя чувствовать богом. Действительно веришь в то, что ты дорог человеку.
- Кстати, идея с водными пистолетами мне понравилась. Только надо играть в «войншку» там, где не будет моей кошки. А то у нее и так психологическая травма. Я ее взяла из приюта. Я была очень воодушевлена всем этим. Поэтому наигравшись вдоволь с губами Джона, пошла рыться на полках. Я точно помнила, что у меня где-то была паста и кажется тунец в банках. Я бы и дальше целовала его. Но мои губы чертовски болели. Их обжигало. А только зажившие трещины, снова начали кровоточить. Я чувствовала металлический привкус на кончике языка. Я дала себе обещание, что теперь я буду выражать всю свою нежность, теревшись носом о его нос. Так, как это делают эскимосы. Можно еще конечно, как пингвины. Они дарят камешки своим половинкам. Хотя Джон скорее был прекрасной ласточкой, а я тучным пингвином. Но даже такие разные виды могут быть вместе. И я хотела это доказать на деле.
- Ура! Довольно вскрикнула я. В самом дальнем углу, углового шкафа, где сразу и не видно. Был целый запас с едой. Кусок пармезана. Два пачки пасты. Несколько банок консервов и даже несколько соусов. Надо было сразу подвинуть стул. Я же знала, что где-то есть запасы. У меня они всегда были. Меня смело можно было назвать хомяком. А еще я нашла там несколько азиатских пирожных. На самом деле не сильно хорошо употреблять в пищу продукты, которые имеют долгий срок хранения. Так как в них добавляют множество нитратов. Но я не так часто их ем. Чаще я заказываю набор блюд на весь день из ресторана здоровой пищи. Так как я безумно ленива и не хочу ходить в спорт зал. Приходится считать калории и страдать прочим бредом. Но после такого марафона, из-за которого я выпала на несколько часов из жизни. Можно позволить себе много всего вредного. Даже несмотря на то, что вчера был праздничный ужин и я сильно перебрала с алкоголем.
- Раз уж завтрак готовил ты, то будет честно, если обед, плавно переходящий в ужин, приготовлю я. А ты можешь включить музыку. Мне кажется, она будет как раз кстати. Достав все что было на секретной полке, я принялась убирать со стола и загружать посудомоечную машину всей посудой, что только находила. Сковорода, что использовал Джон, все тарелки и столовые приборы. Я любила порядок. Не могу назвать себя перфекционистом. Но от части я была ужасной педанткой. И частенько доставала этим своего неряшливого близнеца. Я уже представляла, какой допрос с пристрастиями он устроит Джону.

+1

33

Джон внимательно слушал девушку и ни на секунду не переставал улыбаться. Все было слишком непринужденно. Вообще ситуация, нет, все происходящее лежало где-то за гранью реальности, поскольку желание находиться с незнакомой девушкой после секса никогда не всплывало, а здесь все в точности, да наоборот. Несмотря на те ощущения, которые насиловали его психику, словно на нем замкнули щипцы с аккумулятора, секс как-то вплетался в общую картину и был неотъемлемой составляющей их совместного пребывания в квартире. Да ну, об этом уже и рассуждать не стоит – бесполезно. Джо поймал себя на мысли, в которую уже успел поверить и даже найти некоторые доказательства своим ощущениям, просто не был еще готов признаться в этом девушке.. Но, действительно ли нужно это признание, когда вся составляющая проявилась во всей красе. Когда он смотрит на нее щенячьим взглядом, бессознательно пытается сократить дистанцию, слушает, как завороженный, любуется и ни на миг не упускает из вида. И пусть это все только первая стадия, Джон наслаждается ей, Джон ныряет в этот омут голову и погружается в него все больше и больше. Но самое главное, что все его состояние напоминает тот момент в жизни каждого, когда ты оказываешься победителем.. когда ты делаешь нечто, к чему стремился бесконечно долго, когда ты покоряешь самую высокую точку в мире, в кровь истоптав ноги.
- Да, собственно, это и не так важно. Если не хочешь его выдергивать, то пусть побудет с родными.. Для мужчины это очень важно.. Джо слегка улыбнулся на последней фразе и неоднозначно посмотрел на стоящую перед ним девушку, по предплечью которой он провел ладонью и взял ее за руку. - И почему бы не воспользоваться внезапным выходным Саймона в собственных интересах, и не провести лишний вечер в компании друг друга?! Мне бы сейчас, если честно, не хотелось бы никуда уезжать.. Он сделал небольшую паузу и заглянул ей в глазки. - .. от тебя.. да и завтра я тоже никуда не тороплюсь, в конце концов, рождественские праздники, и я хочу провести все выходные со своим подарком. Он немного рассмеялся, когда увидел улыбку на ее лице.
Но Анна быстро притупила эту радость совместных праздников необходимостью скорого выхода на работу. Он понятия не представлял, где она работает, но жизнь в офисе, в прямом смысле этого слова, была ему хорошо знакома. Когда ты одинок, то работа является для тебя уже не чем-то необходимым, не инструментом для зарабатывания денег, а смыслом жизни.. таким подобием негласного партнера, служебный роман, черт его дери. И Джон не раз ночевал на работе, сводя отчеты или выполняя срочные заказы, не желая дергать своих подчиненных почём зря, когда те и так достаточно долго трудятся. И хоть отношения с ними были замечательными, недаром ведь Джо делал много поблажек и подарков своему персоналу, но наглеть было совершенно не к месту. Да и заказы эти он проводил мимо их глаз, предпочитая нагружаться себя несколько больше остальных лишь из-за того, что не имел потребности торопиться домой.
- Тогда предлагаю другой вариант. Утром ты поедешь на работу, а я домой. В конце концов, мне надо тоже привести себя в порядок, а то я не очень люблю ходить в грязной или чужой одежде. В течении дня я выполню все свои дела, а вечером ты мне позвонишь и я заберу тебя с работы? Скажем так, мисс Марс.. Джо немного нахохлился и принял более презентабельный вид, если, конечно, треники с майкой могут быть хоть как-то презентабельны.. но морда его говорила прямо о супер серьезности, хоть и улыбка с легкостью просачивалась через эту мину деловую. - Имею честь пригласить вас на ужин! Его томный, прикрытый веками взгляд, смотрит в ее голубые глаза, что светятся радость. - Да, да, это свидание и ты не имеешь права отказаться! Я подам карету прямиком к твоему офису, только ты мне скинь адрес, а то я понятия не имею, где ты работаешь. С нарядом можешь не заморачиваться.. Он окинул ее взглядом с головы до ног, умиляясь ее домашнему наряду. - Ты и так бесподобна! Можешь приезжать хоть в пижаме – главное предупреди, я тоже приеду в ней! Основательно закивал головой, уже не пытаясь сдержать смеха. - Я серьезно! Можешь даже не сомневаться в моих намерениях, я прямо завтра заеду в магазин и куплю себе комбинезон.. да, с таким вырезом на заднице на пуговках. Уверен, что это будет бомба! Он уже смеется во весь голос, представляя, насколько нелепо они будут выглядеть в каком-нибудь ресторане. Да и пофиг, его совершенно не волнует общественное мнение, а уж если Энни будет с ним, то и вовсе Джо будет самым довольным человеком на земле.
Он и сам совершенно потерял счет времени, потому так же искренне удивился, когда Анна аж вскрикнула, что стрелка давно перевалила за 3 часа. Но его это не сильно пугало, вернее совсем было параллельно, поскольку единственное, что его сейчас волновало – девушка, которая находится рядом с ним. - Слушай, ты перестань паниковать, я не умру от голода и ты тоже. Так, что давай пороемся и приготовим, только успокойся, все хорошо, правда! Пока он разглагольствовал, отвечая на предложение девушки, та,  в наглую, подкралась к нему и подарила поцелуй, от которого Джо даже немного опешил. Он невольно прикоснулся ладонью к ее щеке, с аккуратность, отвечая на этот нежный поцелуй. Он помнил, что ее губы разорваны в клочья, да и его от малейшего прикосновения пульсировали в агонии, потому старался не давить, хоть и держал себя в руках с большим трудом.
Но закончился он так же срочно, как и начался. Оно и понятно, целоваться было действительно больно, право, после него осталось такое витающее чувство, словно из-под ног почву выбили. Джо даже не сразу отошел от него, пропустив начало фразы девушки и успев походу логически додумать ее, что бы не переспрашивать. - Слушай, а можно вообще взять небольшой отпуск и куда-нибудь улететь, провести эти деньки на побережье, вдали от людей. Слушай, а правда, может, через месяц улетим? Снимем бунгало прямо в океане и забудем о людях?! Будем весь день валяться на пляже.. загорать.. болтать.. и.. Джо приблизился к девушке вплотную, обнял ее за таллию, а руки медленно поползли к ягодицам.. - заниматься любовь под обжигающим солнцем и звёздным небом.. Он ухватил девушку за попу, легонько сжав ее и двусмысленно ухмыльнулся, однозначно намекая на серьезность своей идеи.
Пока Анна рылась на полках, Джо решил сварить еще кофе, захотелось чего-то жидкого и горячего. И только он собрался это делать, его девушка закричала на всю квартиру, от чего он даже вздрогнул. Но сразу понял, что она нашла что-то съедобное, и помог ей спуститься ногами на пол. - Ну вот, видишь, а ты волновалась. Теперь точно нам можно никуда не рыпаться, ужин есть! Он сделал вид, что обрадовался, хоть ужин его совершенно не волновал. Он был готов оставаться голодным, главное, что бы она была рада.. да и она, наверняка, это хорошо понимала, ведь не даром в ней проснулось желание накормить мужчину. Никогда девушка не ударит палец о палец для человека, который ей до лампочки.. тем более такая, как Анна. Ведь, если бы Джон не был ей интересен, максимум, на что можно было бы рассчитывать – это такси посреди ночи после завершения дела, ради которого она вытащила его из бара. Но ему было очень приятен это внезапное желание заботы о нем, он даже немного расплылся в умиленной улыбке. Ну серьезно, приятно ведь, когда ты кому-то не безразличен, что кто-то хочет накормить тебя и зарыться в твои объятия. Это вообще, по мнению Джона, самое главное, есть смысл жизни, найти родную душу и быть с ней.
- Ой, ладно тебе, честно не честно, сейчас я сварю кофе и помогу тебе с обедом. В конце концов, не сидеть же мне и не наблюдать за тем, как ты под музыку… Джо на несколько мгновений замолчал, после чего достаточно нагло улыбнулся. - А не сменить ли тебе наряд на что-то более откровенное.. тогда, почему бы, собственно, и нет.. Смит засмеялся во весь голос, прикидывая, что их вряд ли хватит в ближайшее время на еще один заход на секс, хоть и желание, признаться честно, было неудержимым. Он без сил готов был прямо сейчас вновь овладеть девушкой и пофиг, что все тело болит, вся кожа в царапинах и засосах, а губы от одной мысли о поцелуях начинают гореть адским огнем.. это его женщина и он хочет владеть ей, владеть во всех смыслах. Она сводит его с ума в любом виде, будь то вечерне платье, в которое она была облечена вчера вечером, или домашний уютный костюм, который априори не должен вызывать никакого сексуально влечения. Но, как не крути, она одним своим присутствием взывает к его инстинктам, будит в нем первобытного охотника, мелькая жертвой в налитых кровью глазах.
От внезапно нахлынувших мыслей детородный орган, словно заслышав команду, внезапно проснулся и начал подниматься, утомленный, но он был готов на очередные подвиги. А головой Джо прекрасно понимал, что надо передохнуть.. черт. - Я, пожалуй, и правда пойду и включу какую-нибудь музыку, с ней будет веселее.. И прижав ладонью оттянутые штаны Джо удалился в комнату, где принялся разбираться с музыкальным центром, подбирая наиболее подходящий плейлист для готовки, пытаясь всячески отвлечь себя от этих мыслей..

Отредактировано John Smith (2017-02-10 14:45:53)

+1

34

Мы девушки очень странные существа. Стоит на нашем горизонте замолчите стоящему мужчине, который нам наверняка понравится после первой же минуты нашего общения. А после обмена слюной мы и вовсе поймём, что это именно тот самый. Ведь не зря говорят, что именно после поцелуя, люди понимают на сколько они подходят друг другу. Так вот, мы сразу же примеряем на себя его фамилию, в если она недостаточно крутая или звучная, то сделаем двойную. Как Джоли-Питт. Дальше все на много интереснее. Мы уже точно знаем, что свадьба будет осенью, а детей будет шестеро. И не надо говорить, что не все такие. Все, просто не все сознаются в этом. Я вот уже точно представила, что господин Джон Смит - мой мужчина. И только мой. И пусть на него посмеет посмотреть хоть одна сучка на улице. Я здесь альфа, это моя территория. В огонь подливалось ещё масло того, что вся эта ситуация походила на такую обыденность. Наши действия были очень слаженны. Позавтракать, понежиться. Сварить кофе и выбрать трек нашего утра. Все было так уютно, по-семейному, что тёплое чувство где-то внутри меня, начало разрастаться, как снежный ком, который катится с горы и превращается в гигантский валун, который сметает все на своём пути, что бы он смог пройти по ровной дорожке, не проваливаясь в глубокие сугробы. Я пропала. Буквально исчезла и перестала соображать, когда он просто посмотрел на меня, своими синими глазами и улыбнулся, а от этой улыбки проступили ямочки на его щеках. Я просто растаяла, исчезла безвозвратно. Как давно я мечтала о таком? С тех пор как начали нравится мальчики? Как поняла, что моя первая любовь - ложь? Не знаю, но почему мне так хотелось попробовать снова, хотя я знала, что снова наступаю на грабли, на которых ещё не высохла моя кровь с прошлого удара по лбу. Бред, скажете вы, а я послушно соглашусь, но почему-то моя скрытая паранойя, в этих случаях никогда не помогает. Не знаю, были ли его слова искрение, или же ему было просто все равно, вызову я Саймона, или же нет. Но он поддерживал мое решение, но как бы поверхностно. Мол хочешь вызвать? Хорошо, а, ты не хочешь его трогать? Отлично. Как будто он боялся предъявить права на собственность. Вот только эта собственность мечется по кухне как загнанный зверёк, не зная, как ещё ему угодить, чтобы дать понять, что он действительно интересен, а не просто секс игрушка на несколько сеансов глубокого "массажа".
- Да? Считаешь, что он оценит мой жест? Прям сильно важно? Не знаю, что я пыталась ещё услышать, но мне просто хотелось сейчас быть в его объятиях. Наверно я из тех, кому нужны обнимашки после секса. Хотя я возможно просто изголодалась по ласкам. Мне просто хотелось быть хрупкой, нежной девушкой, которая может при любой сложности спрятаться за своего мужчину. Уткнуться ему в плечо и просто по хныкать. А он бы успокоил меня и крепко-крепко обнял. Так, меня понесло, пора завязывать с соплями. И так наш статус не понятен, может он сразу же сбежит после того, как выйдет на «свободу», а я уже какую-то метку собственности ставлю на нем. Глупая, глупая самочка енота. Почему енота? А вы видели мою полосатую задницу? И все благодаря Джону, господи, какой же он потрясающий. Я сейчас была кошкой, которой дали на съедение, просто огромную «пачку» кошачьей мяты. Но просто съесть ее было бы слишком просто. Мне нужно было ее сперва пометить. Потереться об нее хорошенечко. Облизать и поиграть. А потом заглотить и … Кажется я уже думаю не о том. Так что там говорил Смит? Провести неожиданный выходной вместе. Все, баста. Я окончательно потеряна для этого мира. Первобытные инстинкты взяли верх, а то, что он подкреплял все эти слова тактильными жестами, а затем и вовсе взял меня за руку. Я просто не смогла убрать с лица улыбку. Такую широкую, не много глупую, но чертовски счастливую. Любую девушку подкупят слова о том, что с ней хотят провести выходные. А такой дикой как я, так особенно. Мол как это так, я могу кому-то нравится? Ну и что что он сказал это уже пять раз, вот еще разочек или два и тогда я точно поверю. Что? Он снова это сказал?  Ну, ладно, ладно, уговорили, он тоже мне нравится.
- Я очень – очень хочу провести с тобой выходные. Ты даже себе не представляешь, как! Кажется, сейчас я была псом из мультика «тайная жизнь домашних животных». Кажется, его звали Макс, ха, как моего брата. Хотя всегда привыкла к тому, что я «Хлоя», эгоистичная толстая кошка. Но это приятное потрясающее чувство, когда хочется о ком-то заботиться. Точнее о конкретном человеке. Спрашивать покушал ли он, тепло ли оделся. Да, это не слабо так смахивает на синдром «мамочки», но мне это виделось совсем иначе. Почему я работаю в рождественские праздники? Просто потому, что меня попросили подменить. У нормальных людей есть личная жизнь, семья, кто-то хочет поехать отдохнуть в отпуск, а мне что делать? Моя кошка живет лучше многих людей в США, так что я согласилась, не раздумывая и накинула еще пару дней до их отпуска. Кто же мог подумать, что я встречу кого-то именно в рождество. Это было буквально чудом. Никак иначе я это назвать не могла. Я и представить не могла, что Санта внес меня в список хороших девочек, а судя по тому, какой мне подарок достался, то я была в списке просто самых-самых хороших и послушных. И вот сейчас я корила себя за то, что я согласилась подменить, но ведь у Пола четверо детей, он работает на износ, а меня никто не ждал. И чтобы работать из дома, мне нужно было все равно поехать в офис. Черт, как же не хочется выпускать его руку. Она такая большая и теплая. В этом что-то есть, в переплетении пальцев. В этом таинственном обмене теплом. Можно я не буду ее отпускать? Его рука будто выточена под мою. Черт, опять несет течением Нила в пасть крокодилам. Я не знала, как мне предложить увидеться с ним, может быть он этого не хочет, не захочет после этого вечера? В общем он прочувствовал мое настроение. И взял все в свои руки. Наши планы после «освобождения» обретали крепкий каркас и мне не терпелось его обвить тканями, позволить ему расти. Прекратить его во что-то живое.
- Опять мисс Марс? Делаю наигранно обиженную мордашку. Раз уж Джон походил на царя зверей, я не собиралась «тупить» и подхватила его волну. –
- Что же, мистер Смит, мне нравятся ваша идея. Давайте так и поступим. Вот только на не знаю на сколько затянется мой рабочий день, может быть я загляну туда всего на пару часов, а может быть мне придется задержаться после того как все уйдут. Моя бровь недвусмысленно поползла вверх. В моей голове уже рисовались грязные и развратные картинки того, чем можно заниматься офисе, когда все покинут здание, и кроме нас, там останутся лишь уборщики и охранники. Нет, я совсем не жажду, чтобы они присоединились к нам, но все – таки, кое-что интересное я придумала.
- Как только я буду знать, что меня, там ожидает, будет ожидать, я тебе напишу. А лучше позвоню…Моя рука начала подыматься по его предплечью, подушечками пальцев вырисовывая причудливые рисунки. После его фраз о пижамах я вовсе растаяла. У меня как раз лежала кигуруми в виде кенгуру, но никак не представлялось случая ее надеть. Да и не с кем, а тут появился он, который сам же это и предложил. И я была готова согласиться на такое безумство, буквально прокричать «да!».
- Не умру от голода? Ты вообще мою задницу видел? Я весь день кручу ею у тебя перед лицом, а ты так и не заметил какого она размера. Я демонстративно сложила руки на груди.
- Умереть – не умру, но я очень люблю поесть. Я вернулась к изучению своих полок. Джон так же нашел себе занятие, кофе. Я не сильно его любила, точнее оно скорее было необходимостью, нежели прихотью. И сейчас он был кстати. Я уже думала, что надеть на предстоящее свидание, красное платье или скромное бежевое? У Джона еще были планы, еще интереснее. Они так же привели меня в безумный восторг. Я давно мечтала съездить в какую-нибудь романтическую поездку.
- Рио! Выпалила я, буквально чуть не свалившись со стула, скидывая еду на стол. Часть про секс под звездами мне очень понравилась, только не на песке. Вычищать из кхм песок не хотелось. Абсолютно. Может быть не сейчас, да, у меня накопилось несколько дней, месяцев отпуска. Но в конце года я точно не могла вырваться. Отчетность, мы вводим новую продукцию. Но я была настроена решительно. Роскошная гостиница, со своим пляжем, много фруктов, сыра, смазки… уф. Джон незаметно для меня удалился в гостиную. Я поняла это по заигравшей музыки. Мне нужно было еще покормить кошку, но на мой зов она не пришла, зато ее на руках внес Джон, по-царски почесывая ей пузико.
- Изменщица! Пробубнила я. Мой взгляд упал на банку, кажется в ней были грибы. Отлично, то что надо. Я достала ее из шкафа и попыталась открыть, но все безуспешно. Повернувшись к Джону, я передала ему банку, которую он открыл, конечно же без проблем. Когда кошка была накормлена, я приступила к нашему обеду. Разбирая продукты, пританцовывая в такт музыки. Это утро, плавно переходящее в обед - было просто идеальным. Из какого-то кино, романтического сериала. Еще бы вне дома меня ничего не пугало, было бы совсем чудесно. Но не все сразу, завтра вечером нам предстоит долгий разговор. Возможно, я даже смогу рассказать о покушениях и окончательно спугнуть Джона.

+1

35

Добрая лирика все больше наполняло душу Джо и, пожалуй, было бы в тему, если б чистое небо с ярким солнцем затянули грозовые тяжелые тучи, тем самым подчеркивая скромное желание остаться наедине.. никто ведь не хочет в грозы быть в одиночестве. Можно было бы сварить глинтвейна из.. чая.. можно и чая, это не имеет никакого значение, детали, как правило, Джо оставлял за бортом, без внимания, старясь воссоздать желаемую атмосферу общей картиной.. по крайней мере, в обычных ситуациях. Но обязательно акцентировал на самой важной детали, выстраивая ситуацию, словно солнечную систему, вокруг нее. Да и какая разница, будет то глинтвейн или чай, кресло или диван, камин или телевизор. Ведь вся суть не в окружении, а в единении, в том, что она будет находиться в его объятиях и утыкаться носом в предплечье, пытаясь зарыться глубже, сжимая крепкие руки вокруг себя, словно одеяло. И вот она главная деталь, причина происходящего – девушка, которую Джон уже может назвать центром своей вселенной.. а внимание к бессмысленным мелочам есть напускное, лицемерие, по его мнению, внимание заключается несколько в ином.
Ему было очень хорошо. Такой гармонии в сердце он не чувствовал с детства. Нет, правда, ведь все эти чувства между мужчиной и женщиной расшиты не только бордовым кружевом, но и мягким хлопком, в который ты облачаешься после тяжелого рабочего дня. И пусть даже они зацикливаются на сексе, пусть спонтанно, но это абсолютно нормально для начала. Но даже физическая близость сейчас раскрывается на принципиально ином уровне, хочется не брать, а отдавать, наполнять, а не испивать до дна. Что-то невообразимое и, при этом, совершенно не чуждое, нечто обыденное, нормально, именно таким и должен быть секс. А после не хочется пропасть восвояси, напротив, хочется крепко обнять, быть рядом, заниматься чем-то вместе.. без разницы, будь то готовка или просмотр мультфильма. Кстати, забавно, но мультфильм был бы в тему. Что-то веселое и.. семейное.. Не понятно, но приятно, чертовски приятно. То даже не эффект ред була, серьезнее, окрыляет похлеще реактивного самолета под жопой. Удивительно, как один человек может так просто из ведра окатить твой мир множеством ярких красок, вдохнуть жизнь в реальность и заставить сердце биться не только для поддержания жизнедеятельности. Черт, Джо начал ванилиться.. забавно.
- А почему нет?! Я бы оценил. Джо, без задней мысли, вступает в диалог, рассуждая о реакции ее телохранителя на выходной. - Всем нужно внимание.. тебе нужно мое… его семье внимание их отца.. мне.. я думаю, что ты поняла, чье внимание мне нужно.. На лице появляется легкая, но чертовски добрая улыбка. - К тому же, зачем его дергать, если у нас нет никакой, даже малейшей необходимости выходить из квартиры?! Продукты ты нашла, домашнюю одежду мне тоже отыскала.. Я не вижу ни одной причины покидать это место, только те, что говорят об обратном. Он никогда не умел особо выражать свои эмоции, но Анна казалась достаточно сообразительной девочкой, что бы понять, что он не желает покидать ее даже на миг. Но на смену доброй улыбке пришло смущение от собственной неспособности выражать мысли, которые заели подобно магнитной пленке. Ты че мямлишь, как баба?! Пятнадцати летняя девственница, первый раз мальчика поцеловала.. Мужик, черт подери, нескольких слов в предложение связать не можешь, альфа девственник. - Короче, женщина.. Джо даже изменился в лице, став несколько серьезнее. Так обычно озвучивают волевое решение, которое прямо сказал, как отрезал, и никто не смеет вообще спорить. Да. - Я не уеду даже под страхом смерти.. И я хочу быть с тобой. И мне вообще параллельно, что ты скажешь или посчитаешь это бредом.. Он машинально сжал кулак, выставив указательный палец, будто отчитывает девушку. - Я и сам не понимаю, что вообще происходит! Но это уже происходит и я не хочу мешать.. Так, что прости, но Саймон сегодня отдыхает! Не хватало еще кулаком по столу стукнуть, но это было бы лишнее, Энни, кажись, это позабавило, но она уловила мэсседж.
Очень приятно осознавать, что ваши мысли с человеком не просто совпадают, а рождаются на одном запале. Глубже копать пока бесполезно, но уже это не просто хороший звоночек, это причина, от которой в животе становится щекотно. - В таком случаи, даже если тебе очень надо быть на работе, то я буду забирать тебя вечером и будем проводить все свободное время вместе.. Мне, право, даже никого видеть не хочется, кроме тебя.. И Джо опять покраснел.. еле заметно, но достаточно, что бы Анна смогла это заметить. Так и происходят признания в его случае. Случайно, в контексте какого-то разговора, вылетают слова, которые и описывают его состояние. Но он рад, что проговорился.. лучше так, чем держать это в себе и думать, стоит ли говорить об этом или лучше оставить при себе. И вообще, к черту все эти бессмысленные рассуждения об оправданности вербализации своих чувств. Им давно не по 15 лет и, наверняка, они уже научились отдавать отчет происходящему, отвечать за собственный выбор.. и Джо сделал его и готов нести ответ. - Энни.. Он берет ее вторую руку и слегка сжимает в своей, полностью обхватывая нежные ладони. - А если честно, то я не хочу проводить с тобой выходные.. Внезапно подступил ком к горлу, а во рту пересохло. Опять он сморозил то, чего вовсе не хотел. Он немедленно продолжил, дабы не оказаться непонятым. - Я хочу проводить с тобой все время, ежедневно по 24 часа.. Он заглядывает в ее голубые глаза и смотрит куда-то вглубь, а зрачки даже не шевелятся, хоть и немного расширены. - Я.. я понимаю, что.. что это невозможно, что мы работаем и давно не дети.. Но я хочу этого. Я хочу встречать тебя с работы, отвозить туда.. приезжать на обеды.. готовить ужины вместе с тобой, а по утрам варить кофе.. и пофиг, что я не люблю его, все равно хочу варить.. А тут его язык превратился в помело и его немного понесло, в тоже время речь стала звучать с частыми запинками, он явно разволновался. - Просто имей в виду, если ты готова, если ты хочешь.. то я буду рядом.. Что-то екнуло у него в груди. Он уже не осознавал возможной нелепости ситуации, поскольку говорил от чистого сердца. Ну а что скакать вокруг да около, игры давно закончились – если есть хребет, то это самый подходящий момент, что бы показать это. - А знаешь, даже если не готова – я все равно буду рядом.. Дабы не выдерживать серьезность дольше необходимого, Джо улыбнулся, широко и приветливо, после чего поцеловал девушку в щеку.
- Тебе очень идет это обращение, прямо мне прикольно от этого.. Как звучит! Мисс Марс! Гордо! Он аж задрал нос, пытаясь всячески подтвердить сказанное. - Это, конечно, не мисс Смит, но тоже очень даже не плохо! Как говориться, корона не жмет, не переживайте. - Даже так, мисс Марс?!.. Как интересно.. Схватывая на лету намек светловолосой, Джо убавляет тон, говоря много тише и с ноткой интриги. - И что же, я буду вынужден забирать тебя не у офиса, я прямиком с рабочего места.. ты, видимо, сильно увлечешься работой и совершенно потеряешь счет времени?! По коже побежали мурашки, когда Анна начала вырисовывать рисунки ногтями на его руке. - В таком случае, я буду ждать вашего звонка.. Вот этим она и цепляла, то они дурачатся, то на ровном месте она начинает откровенно флиртовать и заигрывать, показывая другую сторону женской натуры. Нет, все же чаровницы страшнее ему не встречалось, да и, вряд ли, такие вообще существуют..
Он не смог сдержать смех. - Ох, что ты, я не просто видел ее.. Он подходит к ней вплотную и сжимает ягодицы, не сильно, но словно показывает то, что они теперь принадлежат ему.. что она теперь принадлежит ему. - Увы, Энн, но твоя прекрасная задница не просто отложилась у меня в памяти, боюсь, теперь она будет сниться мне во снах.. Он улыбается и целует кончик ее носика. - И, кстати, я не только видел ее, не надо преуменьшать! И вновь распыляясь в смехе, Джо легонько хлопает по попе обеими руками и удаляется в гостиную, что бы включить музыку.
- В Рио, так в Рио! Кричит он из зала девушке, что явно уже выбрала направление их совместной поездки. - Главное, что там есть солнце и океан. Других условий мне не нужно, я согласен на двухместное бунгало! Здесь к Джо подошла кошка. Он начала тереться о его ногу и урчать, как трактор. Ему ничего не оставалось сделать, как взять ее на руки и начать гладить. Очень приятная шерсть. Пока он ее чеширил, та успела разурчаться так, что почти перебивала музыку.
Джо пошел обратно на кухню с кошкой на руках. - Да ладно тебе, не ругайся, ты не одна девушка в этой квартире, имей совесть! Широкая улыбка Джо не сходила с лица, а пушистое чудо все же пришлось отдать, что бы открыть банку, с которой Анна не смогла справиться.. или не захотела и пытаться.. без разницы. Он хорошо понимал, что девушке хочется быть девушкой, а для Джона это хоть и маленький, но очень весомый комплимент.
Закончив с кормлением мехового шарика, Джо, что бы не мешать Анне, присел рядом на стул, расположившись где-то за спиной девушки. Он наблюдал за тем, как она весело дрыгается под музыку, но даже сейчас ее дрыгания плотно переплетались с достаточно эротичными и плавными движениями бедрами, от чего, с каждой секундой, Джон терял возможность оторвать глаза. - Ты явно надо мной издеваешься.. Говорит он полушепотом..

+1

36

А что же дальше, что будет дальше? Какой у нас теперь статус? Мне стоит отвечать что-то на его слова_признания? Да, наверняка стоит, я ведь воспитанная девочка, я знаю, как вести себя, чтобы не обидеть никого и наоборот. Я слушаю в пол уха и не слушаю вовсе. Не осознаю, сон это или реальность, что мне теперь делать? Просто плыть по течению? Пытаться контролировать поток? А что если я сейчас откроюсь, а он сделает мне больно? Не в физическом смысле, душевном, моральном. Это на много более. Раны затянутся всего за пару дней, недель, а то, что в душе, будет терзать очень и очень долго. Я в восторге, правда.  Но все происходит так стремительно. Что это начинает пугать. Но прекращать я это не хочу, а может просто не могу. Мне так хорошо не было никогда. Казалось, что именно его я и ждала все это время. И я склонна согласиться на это, потому что, если мне снова придётся ждать, я свихнусь. Нет, правда, в моей жизни достаточно стресса, а если ещё и тот, кто по идеи должен меня из этого стресса вытаскивать, любить всю ночь, вдруг пропадёт с моего горизонта? Выход в окно, конечно не выход, но вот так жить как я, в постоянном страхе - ужасно. И корпоратив это показал в очередной раз, ведь, ну, там же просто был хлопок! Кажется, кто-то открыл бутылку, а я уже вжалась в пол! Как будто что-то взорвалось. Люди обычно так именно на них реагируют, но никак не на открытие бутылки или чего-то там шумного. И Джон, черт, почему я так спокойно себя с ним чувствую? Словно сплю, он не реальный, хотя и очень тёпленький. Возможно это так и есть. Он вырубил и закопал Саймона, меня похитил, и я нахожусь под какими-то препаратами, поэтому у меня такое парящее состояние вперемешку с ломкой в костях, синяками и слабостью. Я сопротивлялась, а он меня бил, может быть даже насиловал. Стоп, надо это прекращать, а то ещё не хватало того, чтобы я себя сама накрутила. Если он озвереет, я смогу спрятаться в одном месте, о котором он точно не знает и не сможет туда пробраться. Да и выбраться от сюда тоже. Так что можно сказать, что это именно он сейчас находился в невыгодной ситуации. Он жертва, а я дикий хищник, который загнал свою добычу в угол и собираюсь ем полакомиться. Я буквально не могу насытиться этим мужчиной. Вкусная игрушка-зверушка. Пожалуй, продумав план своего спасения мне оставалось лишь сообразить, как мне успеть подхватить кошку и убежать в укрытие. Потому что она уже доверяла ему, и могла пострадать. Бред, но после проработки плана В я окончательно успокоилась. Он был очень искренним, в любом случае выглядел таким, и мне это льстило, внушало доверие, я проникалась им все больше и больше. Раз уж мы такие существа доверчивые, то стараемся из этой ванили взять как можно больше. Не слабый румянец на лице, горящие глаза. Да, пожалуй, так меня сейчас можно вполне описать. Глупая, наивная, но безумно счастливая. А может просто довольная, что наконец-то кто-то не побрезгал моим телом. Секс с Джоном был и вправду волшебный, по нему впору написать какой-то женский роман. И его разберут за милую душу, такие же клуши, как и я. Которые после всех подножек, пинков судьбы под зад верят, верят в это глупое, светлое и сладкое чувство - любовь. Не могу сказать, что уже влюблена в него, но это именно начало. Начало чего-то большего. Не могу сказать, что мне будет легко или просто, но он мне поможет, я в этом уверена. Вот, все начинает походить на какую-то мыльную оперу. Сумерки, во! Овца влюбилась в льва. М-да-а, вот уж идеальное сравнение. Именно овца, не овечка. Овечка - это слишком ласково для меня. Я чувствую, что что-то здесь не гладко. Возможно я просто утонула в своей паранойи, а Джон - мой спасательный круг. И я хватаюсь на него всеми конечностями и зубами. Особенно зубами. Здесь было бы уместно ехидно ухмыльнуться, но так, чтобы он не видел. Ведь мои зубки побывали на его теле не меньше раз, чем его на моем, к тому же я ими исследовала такие места, что теперь даже не много стыдно, но это не значит, что я об этом жалею. Даже на оборот, я бы это повторила, может не так активно, у меня болит все: горло, глотка, губы. Даже кажется язык. А он вообще может? Ну, в теории конечно может, в нем же множество нервных окончаний!
- Мне кажется важно любое человеческое тепло, хотя если будет оно от конкретных людей - это будет просто подарком. Но ведь не все могут выбирать. А мне просто повезло. За тяжёлый год я была вознаграждена потрясающим подарком. Я облизала губы, глядя на Джона. Он и так знал, что я от него без ума, как кошка он пакетика мяты. Но я не стеснялась в лишний раз это показать. А чего стесняться? Я уверена, что внимания у этого мужчины безумное количество. Все самки в его окружении мечтают его заполучить. Но обломитесь, я здесь альфа. Моя добыча. Хотя на самом деле ею была именно я, тут даже спорить нет смысла. Но мы же не будем ему в этом сознаваться? Нет и ещё раз нет. Он ведь умный парень, сам все поймет. Господи, я даже говорить нормально не могу, когда он смотрит на меня своими синими глазами, я буквально умираю. Это пьянящее чувство, растекающееся от низа живота по всему телу. И я сейчас говорю не про возбуждение. Мне кажется рядом с ним я всегда «заряжена». Меня можно просто поманить пальчиком и все, я на полном ходу скину с себя одежду и залезу сверху. Нельзя так говорить, но ничего не могу с собой поделать, я изголодалась, а как себя можно вести спокойно, когда рядом ходит такое сексуальное чудовище? Никак. Однако его рассуждения меня не много вернули на землю. Может быть я еще была не готова сказать, что он мне нужен.
- Ты вот так чётко все решил, а меня не спросил… Нужно, да, но может я сама хотела это сказать. Уже еле слышно бубнила я. Я конечно же юлила. Все его слова по отношению ко мне были очень лестными. Но я решила познакомить его с другой мной. С Лилит. Кто не знает, это мое второе имя. Да, я – адское создание. Которую никто не выносит, она ведёт себя ужасно. Идёт по головам трупов, не чураясь создавать новых. Да и в общем-то зачем? Не могу сказать, что я была эгоисткой, но в наше время ею быть очень полезно. Не знаю, почувствовал ли он мои отрицательные волны. Предугадал их, а может так сложилось по сценарию всевышнего, но его слова тут же меня остудили. Особенно интонация, с которой они были сказаны. Мол, женщина заткнись, сейчас говорит мужчина. Сядь и вари борщи, кто тебе вообще слово дал? И это было так круто. Нет, правда! Этого жёсткого слова, которое может было и не нарочным, но таким в тему, мне безумно не хватало. Раньше меня отчитывал только Макс, но, сейчас у него своя семьи, и он отчитывает свою жену, а не меня. И я наверно даже скучала по этому ощущению. Все сказанные слова Джона тронули меня до глубины души. Я знала, нет, я чувствовала, что они искренние, чистые и идут от самого сердца! Вот снова слова про то, что он хочет находиться со мной двадцать четыре часа в сутки. Все бы ничего, но мой брат уже принял за меня пулю, а ведь он военный, все дела, а сейчас работает в полиции, хочет через пару лет попробовать подать на повышение. А если тот кретин, что столько времени пытается меня достать, доберётся до Джона? А если он просто станет стеной между мной и убийцей? Как я буду с этим жить? Закончу свои дни в Аркхем, у меня будет крутая рубашечка с рукавами, которые будет завязаны за спиной. Признаться, честно, то она уже сейчас мне бы пригодилась. Я бросаюсь во все это с головой. Не думая о последствии, сейчас мы в безопасности и можем наслаждаться друг другом, но мне придется все это прекратить. Или хотя бы не встречаться где-то на людях. Почему я об этом не подумала сразу? Зачем я все это развожу. Я же все постоянно порчу. Это ужасно и отвратительно. Надо постараться сейчас б этом не думать. Я просто слушала музыку и двигала бедрами в такт. Не могу сказать, что я хорошо танцую, в детстве все дети посещают разные кружки. Я ходила на все, которые только могла и танцы были в их числе.
- Что? Ты что-то сказал? Я не сразу заметила, как Джон появился на кухне, но была рада его видеть. Я за эти несколько минут успела соскучится по нему. Так тупо звучит, но это чертовская правда. Ничего уж не поделать. Его слова про кошку меня очень повеселили. Но даже с моей пушистой принцессой, я не намерена делиться своим мужчиной. Пусть мне придется как-то прекратить наши «связи», но сейчас то он точно мой. И на обед с ужином у нас вкуснейшая паста. И нужен какой-то крутой фильм. Чтобы и экшн был и не много ванили. Ваниль, точно… Я ведь могу испечь кексики. Стоило мне это подумать. Как мой желудок снова подал молящие звуки.
- Там над холодильником есть полочка, достань муку, пожалуйста. А то я не достану даже на стуле. Минусы быть коротышкой, тяжело в магазинах доставать что-либо с верхних полок, но в остальном, я уже привыкла. Еще остались замороженные фрукты и где-то были цукаты. Черт, умираю с голода. Такое теплое чувство возникает, когда он проходит мимо, просто прижимается ко мне, или прикасается, зная, что мои руки сейчас грязные и я не могу его вовлечь в поцелуй. Буквально щемящая нужность, не верю, что придется это прекратить. А что если только на время? А что если он не захочет ждать? Или «скрываться»? Главное не разрыдаться. Натянуть самую веселую улыбку и замесить тесто.

+1

37

Джо хорошо понимал смысл слов девушки, ведь не понаслышке знал, что значит быть в одиночку против целого мира. Ему еще не довелось узнать обратную сторону, то, что сокрыто глубоко в душе светловолосой, но уже мог прикинуть, сколько скелетов спрятано в ее шкафу. Возможно, и сердце не безупречно чистое, покрытое ранами и шрамами, которые, к сожалению, слишком долго заживают.. да и стоит немного разворошить прошлое, как из старых рубцов начинает сочиться. Может из-за этого, из-за неприятного прошлого, Анна временами, пусть на несколько секунд, но словно проваливалась в транс, словно ее накрывало мерзкое чувство державу, будто такое уже происходило, словно она уже чувствовала подобные эмоции, которые, в конечном итоге, привели к одиночеству. Для мужчины не приятно даже случайное сравнение с бывшими, но, для настоящего мужчины, неприятно делать больно своей женщине, давать ей хоть малейший повод усомниться в искренности его чувств, в его честности, в его чести. И в такие моменты сам Джон испытывал дискомфорт от того, что загоняет девушку в какие-то моральные неудобства. В конце концов, ему не знакома боль расставания с любимой, ведь его отношения никогда не длились дольше.. эм.. недели. А потому, он страдал лишь от того, что ночами некого обнять или днем позвонить, дабы узнать, как у нее дела и не хочет ли она вместе пообедать, ведь он совсем неподалеку, хоть и работа на другом конце города.
- Твои мысли имеют право на существование, ведь этот вопрос является строго субъективным, индивидуальным для каждого. Что по мне, то лучше я буду один, чем из раза в раз рядом будут совершенно новые люди. Я очень привязываюсь к человеку, потому предпочитаю обычный секс отношениям с девушками, которые больше этого секса ничего особо дать и не могут.. Джон пожал плечами. Для него это была не менее больная тема, чем для Энни. За его несгибаемым хребтом, за открытой и жизнерадостной личностью, за оптимизмом, за волей, скрывался обыкновенный человек с вполне стандартизированными потребностями, надеждами и желаниями. - Мне повезло не меньше.. На его лице засияла легкая, но чистая улыбка. - Право я немного не понимаю, с какого хера моя фамилия оказалась в списке хороших мальчиков старика Санты! Может.. это.. Он демонстративно смотрит по сторонам и немного приближается к девушке, складывая ладошки у ее ушка, что бы только она могла слышать его. - Может его секретари что-то напутали?! Я больше, чем уверен.. Но, ты главное не рассказывай об этом, а то еще попытаются вернуть подаренный мне подарок.. а я не хочу бить эльфов! И после этого он громко засмеялся. Шутки шутками но, как говорится, в каждой из них есть доля правда. И Джон, склонный к философскому взгляду на мир и таким же рассуждениям, часто говорил так, что для понимания приходилось читать между строк. Сейчас был именно тот момент, когда он предпочел не впадать в ваниль, а лишь намекнул светловолосой, что без боя он е никому не отдаст, даже седобородому старику, который случайно свел их вчера, хоть и по всем законам вселенной они не должны были встретиться.
Не желая сдерживать прилив нежности, спровоцированный разговором, Джон положил ладони на талию Энни и прикоснулся своими губами к ее.. со всем вытекающим. С ней просто невозможно чмокнуться и разойтись, каждое ее прикосновение, словно стимулирует током те участки мозга, которые отвечают за желания и возможность держать себя в руках. И если первое возрастает в разы, то от второго не остается и следа. Именно поэтому сейчас их языки вновь сплетаются и играют друг с другом, а губы вновь начинают сильно гореть и отдавать вкусом крови, издалека, но этого факта отрицать нельзя.
Однако, судя по всему, в нем начала проявляться та самая привязчивость несколько раньше, чем он сам этого ожидал, поскольку однозначного ответа на то, что его несколько минут назад, откровенно говоря, немного понесло, он не услышал. Нет, его это конечно не расстроило, он уже давно не мальчик подросток, что бы на все реагировать с присущим этому возрасту максимализмом, да и трагичные сцены были совершенно не в его стиле, потому он решил просто промолчать и пока больше не делать подобные признания, дабы не смущать девушку. Ведь каждый видит мир по своему, и навязывать себя человеку, с которым ты провел сутки, хоть и не отпускает чувство, словно они знакомы целую вечность, по меньшей мере, немного глупо. И хоть сомнений в том, что это был лишь секс на одну ночь, уже не осталось, каждому нужно разное количество времени, что бы разобраться в себе и сделать правильные выводы из собственных мыслей, которые и без того замазаны разрозненным эмоциональным фоном. Ему хорошо с ней сейчас, и ей хорошо, так зачем бежать впереди паровоза и торопить события, которые могут и не случиться.. потом только расстраиваться и грустить, что сам все испортил и отпугнул ее. И, все же, это немного странно и непривычно, поскольку Джон никогда в жизни не навязывался и был достаточно сдержан, что бы контролировать свой речевой поток, по крайней мере, в общении с девушками. А здесь, словно обухом по голове огрели, и мысль рожденная шла прямиком в речевой центр, игнорируя аналитический. Даже как-то неловко от всего этого. Но он не жалеет.. глупо жалеть.
- И все же, я больше привык решить, чем спрашивать.. да и имеет ли это какое-то значение, если думаем мы об одном и том же?! Джо лишь немного улыбнулся и приподнял бровь, делая однозначный акцент на бессмысленности ее слов. - Ну уж если тебе так критично необходимо самой об этом заявить – то, пожалуйста! Если хочешь, можешь даже встать на табуретку и громко проскандировать это! Тут он уж не сдержался и немного рассмеялся. Джон не из тех, кто будет бегать за девушкой с поднятыми лапками, выполняя каждый ее глупый каприз. Он мужчина и он будет добиваться, но не потакать каждой хотелке или обидке. А если нужно пресмыкающееся, а не спина, за которой всегда можно спрятаться, не мужик, который всегда защитить и поможет, то это совершенно не по адресу. Но Анна явно была не из куриц, может она решила устроить ему проверку на вшивость, ну так, между прочим, типа непринужденный разговор, и посмотреть, как он отреагирует на подобные заявления. В таком случаи, реакция всегда будет одинаковой – он будет это высмеивать. И лучше не доводить это до точки, когда смеяться больше не будет сил, и юмор сменится злостью.. Джона лучше не злить.
Джона позабавило, как Энни выпала из реальности, погрузившись с головой в готовку. Черт, как же круто, когда не надо стоить у плиты самостоятельно, что бы покушать. Откровенно говоря, он даже чувствовал некоторую неловкость от того, что ему нечего делать. Не привык он, как не крути, что бы о нем заботились. Вот хоть головой ударься о стену, а ничего с этим не сделать. Но это было очень приятно, правда, чувствовалась какая-то теплота, непривычная, но так сильно согревающая сердце, от чего и он сам немного затупил. Он просто смотрел на нее и.. и смотрел.. но не как на объект вожделения, а как на кого-то настолько родного, настолько близкого, что весь мир перестает терять ценность. Он не понимал, как ей это удалось, но она играла на тех струнах его сердца, которые успели расстроиться и покрыться толстенным слоем пыли, поскольку никто никогда и х не касался.
- А?!.. Он сперва даже не понял, что она сказала и включился лишь в тот момент, когда она заговорила про муку. Какую муку.. что?! Он несколько мгновений смотрел на нее, как истукан, и лишь потом понял, что она попросила достать его муку с верхней полки. Джон встряхнул головой и улыбнулся, пришел в себя, так сказать, окончательно. - Конечно, солнце, одну секунду.. Он встал со стула и направился к холодильнику. И когда проходил мимо нее, в ноздри ударил этот приторный запах ее тела, который четко выделялся из всей палитры запахов готовящейся еды. Ему он нравился.. не просто нравился, он сходил от него с ума. Потому, как только Джо достал эту банку с мукой, он вернулся к Энни и уткнулся в ее шею носом, пытаясь вдохнуть носом весь ее аромат, от которого даже немного кружилась голова. И наступало такое чувство, какое бывает во время первого поцелуя, от которого ты чувствуешь себя пьяным пьяным, но безумно счастливым и выпадаешь из реальности, витая где-то в небесах. Его руки легли на ее плечи и слегка сжали их, словно лишая ее возможности прервать этот фетиш.. черт, а ведь все влюбленные гребанные фетишисты. Реально, так ведь оно и получается, торчат с запахов, с поцелуев, да с одного взгляда.. долбанные извращенцы. Но он не прекращал дышать ей, даже сжимая немного сильнее, получая удовольствие и от прикосновений к ее коже. Какая же она маленькая и хрупкая, миниатюрная девочка, в которой скрыта сильная личность. Как же все-таки реальность уродует гендерные принадлежности человека, делая из баб мужиков, а из мужиков их полную противоположность. И как же он рад, что хотя бы сейчас, рядом с ней, он чувствует себя полноценным мужчиной, наделенным его прямыми обязанностями.
Но долго тянуть с этим нельзя, он понимал, что на плите готовится ужин и за ним надо следить. А потому, через пару минут, он отпустил ее и одурманенный побрел к столу, где стоял его кофе. - Кстати, а зачем тебе мука.. в пасту разве она добавляется?! Он смотрел на нее щенячьим наивным взглядом, прикрытым веками, словно только проснулся. - Может тебе помочь?! А то я чувствую себя каким-то бесполезным…

+1

38

Не знаю, просто не понимаю, откуда у меня сейчас открылось второе дыхание. И я сейчас говорю совершенно не про то, что я весьма активно готовлю обедо-ужин, при этом пританцовывая от всей души, а про то, что стоило Джону ко мне прикоснуться, просто прикоснуться, даже не зажимая меня, не обнимая, как я сразу же стала мокрой. Ну, неужели в нашей природе заложено только размножение? Я спокойно не могла посмотреть на стол, где буквально час назад или около того, Джон разложил меня на нем и доводил до исступления. Сразу всплывает эта картина. ПОэтому я стараюсь не смотреть на тот стол без нужды, а углубиться в готовку и больше ни о чем не думать. Странно, ведь в Сакраменто живет сколько жителей? тысяч пятьсот? Чуть поменьше? Почему мы с ним никогда не пересекались? А если и пересекались, то почему же я не запомнила его? Его потрясающих глаз? Эту улыбку? Он дарил ее кому-то другому? Он был занят какой-то другой девушкой? Он тоже затворник как и я? Удивляюсь, все это время мы могли ходить мимо друг друга и абсолютно не замечать друг-друга, а что было бы, если бы мы встретились раньше? Все могло бы сложиться иначе? Я бы не потеряла детей? Не усыновила бы Джозефа? Ох, мне же еще надо рассказать им о друг-друге. Страшно подумать, если в будущем мы будем вместе и у нас появятся общие дети, а они вдруг решать спросить, а как мы познакомились. В баре, я сняла твоего папочку, а потом он драл меня трое суток. И я поняла, что люблю его. Вот уж будет история, особенно если при этом мы поучаем детей, что нельзя вот так вестись на незнакомых, они могут быть опасными. Да я больше опасной была, чем Джон в баре. Он выглядел как беззащитный котенок, а я как какой-то безумный маньяк. Но я всегда считала себя сильной женщиной. Сильная женщина всегда сама о себе позаботится. Да, да, да, она сама так все устроила: сильная женщина, которая справится с чем угодно. И ее такое положение дел более чем устраивает. Разве что иногда хочется расколошматить это самое установившееся положение дел – вдребезги! Стать нежным созданием, которое холят и лелеют, ибо наша земля для воздушных созданий слишком сурова, они же привыкли ступать исключительно по облакам. В крайнем случае – по венчикам цветов. Похоже настал и для меня этот период нежности. Безумно хочется объятий, поцелуев, каких-то теплых слов. А потом так, чтобы жестко взяли, да волосы на кулак намотали. Есть общий знаменатель нежности – это великое качество человека. Человек, лишенный нежности – не человек. Человек суровый, жесткий не существует. Человек, который не плачет, — не существует. Такие люди наводят на меня ужас. Этого не может быть. Надо быть эгоистом, чтобы никогда не плакать – будь то от стыда или от радости. Я очень люблю это качество – нежность. Хотя сама им очень редко пользуюсь. Точнее я стараюсь его не показывать ее на людях. Пусть лучше думают, что я Омен, чем то, что об меня можно вытирать ноги или вить из меня веревки. Я это могу позволить только любимому человеку, только дорогому мне созданию. И рядом с Джоном мне хочется быть слабой и беззащитной. Хотя по сути я такая и есть. Все мы носим маски, а у меня их на каждый день недели с лихвой! Понятие «нежность» многогранно. Это и любовь, и уважение, и понимание. Нежность — это что-то отличающееся от сексуальности, голода и жажды. С точки зрения психологии, такие чувства, как сексуальность, голод и жажда, характеризуются самоуправляемой динамикой; их интенсивность возрастает до тех пор, пока не достигает кульминационного момента удовлетворения желаний, которые после этого исчезают на некоторое время.
Нежность же относится к другому типу желаний и порывов. Нежность не существует сама по себе, у нее нет цели, нет и кульминационных моментов и мгновенного конца. Она находит свое удовлетворение в самом действии, в радости быть преисполненным любви, ласковым и нежным, серьезно воспринимать другого человека, уважать его и делать счастливым.
Мне кажется, что в нашем обществе осталось мало нежности. При упоминании этого слова представляешь себе лишь фильмы о любви. Все страстные поцелуи вырезаны цензурой, и все же зритель должен почувствовать, как это прекрасно. В фильмах показана ложная страсть. Для многих она кажется недостаточно убедительной, но многие учатся и этой, пусть даже «мнимой», любви.
А как часто в фильме можно увидеть настоящую нежность в отношениях между партнерами либо между родителями и детьми да вообще — между людьми? Довольно редко. Просто не перед каждым могу раскрыться, только для самых особенных. И я долго ждала такого человека и наконец-то дождалась.
- К разговору об мисс Смит, это что получается, я тебе сестрой буду? Имей в виду, буду продвигать инцест! Я сказала это с очень серьезным выражением лица и даже подняла указательный палец вверх. Скорее всего он имел ввиду миссис Смит. Забавно звучит, конечно, как в фильме Питта и Джоли. Но я бы взяла двойную фамилию Марс-Смит. Так, стоп, какая фамилия? Че уже замуж собралась? Какой ужас! Хорошо хоть я об этом вслух не размышляю! Мне стало жутко не по себе. Я обычно о таком даже не думаю, но по всей видимости мне очень понравился Джон, да и я это не отрицала, и четко осознавала все.
- Думаю ты еще не осознал всего ужаса связавшись со мной. Я не милая девочка, просто не было случая показать зубы, а так как ты мой подарок, то тебя никто не спрашивал. Я улыбнулась хищной улыбкой, хотя мне и льстили все его слова, черт, да я готова его облизать всего с ног до головы, задержавшись на некоторых местах особенно внимательно. Так сказать основательно пройдясь зубами. Вот его слова про стул мне особенно понравились, а с чем черт не шутит? Я отодвинула один, облокотившись на плечо Джона, я залезла на него. Прокашлявшись закатила тираду на несколько минут, на сколько он крутой и божественный и то, что мне безумно хочется провести с ним много-много времени. Но он все-таки может за меня решать и отвечать. Только если это не касается моей работы. Там я думаю очень и очень много раз. Да и к тому же на мне большая ответственность. Но все что касается личной жизни, то теперь это вполне в его руках. Так сказать разделяй и властвуй. Похоже, что не только я подвисла в своих мыслях, Джон не сразу среагировал, когда я попросила достать его муку. Интересно о чем он думает? Какая я-то я не неправильная. Не надо давить на мужчину, он же испугается и сбежит. Хотя он скорее всего так и сделает. Это сейчас он одурманен феромонами, а потом... Черт, не хочу думать о том, что будет потом! Из моих размышлений меня выдергивают крепкие объятия Джона. Такие горячие. Он буквально вжимается в меня и я отчетливо чувствую его достоинство. Еле сдерживаюсь, чтобы не начать двигать попкой. Ведь знаю чем это закончится, а у меня не то что сейчас нет сил на секс, я боюсь даже на коленях минуту не продержусь. Думаю, что и Смит находился в таком же состоянии. Мы сейчас походили на молодожен, что проверяют каждую поверхность в доме и никак не могут насытиться друг-другом. Да, в этом было море плюсов, но и минусов тоже, ровно столько, сколько у нас синяков на телах.
- Да, муку добавляют в соус сливочный. Совсем не много, пару ложек, чтобы он был погуще. Но я просила муку не только для пасты. Я открыла банку и высыпала в глубокую чашку не много содержимого. Потом взвесила его на кухонных весах. Я люблю точность в готовке. Чтобы все вышло хорошо, надо строго следовать рецепту. Ведь его составляли знающие люди. К тому же я уже его испробовала ни один раз и знала буквально на зубок каждый ингредиент и сколько в граммах вешать.
- Я хочу испечь кексы. Ты любишь кексы? Нежные, сладкие булочки с изюмом и цукатами? Не много двусмысленная фраза, но я именно такой смысл и закладывала. И думаю что он его поймет. Не то чтобы я напрашивалась на комплемент для своей задницы, но пошлость сама собой получилась, а зачем от нее отказываться, если она так и просится.
- Боюсь, что если ты будешь находится со мной очень рядом, так, что я буду чувствовать твой запах и дыхание, то мы сегодня не поедим больше, я просто напросто на тебя наброшусь и изнасилую. Привяжу к кухонному гарнитуру полотенцами, заберусь сверху и буду трахать до изнеможения. Поэтому ты можешь просто убрать со стола и поставить новые приборы. А еще выбрать фильм. Кстати, ты любишь попкорн сладкий или соленый? Я любила соленый, но и сладкий бы тоже съела бы. Наверно лучше всего было бы его смешать. Хотя я не люблю смешивать в еде сладкое и соленое. Например пицца с ананасами. Ну, кто придумал эту дрянь? А вот попкорн это другое. Это словно послание богов. Вот вам зерна кукурузы, употребляйте их и солеными и сладкими, смешивайте, дети мои. У меня было много сахара дома, так что можно было бы сделать карамельный попкорн. Я не сильно загоняюсь? Он ведь уже говорил, что это все не важно, мол главное что я рядом, но ведь ему должно быть комфортно, уютно, я не знаю, что еще любят мужчины. Твою мать, а я понятия не имею что любят мужчины. Мне попадались на столько черствые мужланы, которые даже пальцем не шевелили в наших отношениях, что всю философию о мужчинах я почерпнула от своих братьев. Вот они у меня крутые. Только лучше Джона прятать от них. Но ведь все мужчины разные. Что нравится одному, не нравится другому и наоборот. Надеюсь, что мы будем помогать друг-другу. Так сказать узнавать что куда и как. Я сама мало что знаю о себе. И благодаря Джону начинаю узнавать.

0

39

- нет игры больше месяца, в архив -

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » marry fuck`n christmas