Когда-то очень давно... только вступив на путь хитроумной и безжалостной...
Вверх Вниз
» внешности » вакансии » хочу к вам » faq » правила » vk » баннеры
RPG TOPForum-top.ru
+32°C

[fuckingirishbastard]

[лс]

[592-643-649]

[eddy_man_utd]

[690-126-650]

[399-264-515]

[tirantofeven]

[panteleimon-]

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Fix Me


Fix Me

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

.
С А Н - Ф Р А Н Ц И С К О| 14.04.2015 | Д Е Н Ь


* * * * * *
Новые знакомства это всегда омут неизвестности. Он обволакивает и заполняет собой независимо от желания, открывая свои секреты, заманивая, соблазняя. И никто никого ни о чем не спрашивает: люди просто погружаются друг в дружку с каждой встречей,
с каждым сказанным словом, с каждым встречным взглядом.
Все ниже и ниже.
На дно.
Туда, откуда уже нельзя вернуться, ведь любой шаг в человеческой сущности – точка невозврата.
* * * * * *

http://i91.fastpic.ru/big/2017/0113/99/216a54120972f23f6f8781301b861199.gif

Nikita Šelma & Nemuel Grant

.
. . . | Т А Т У   С А Л О Н | . . .

Отредактировано Nikita Šelma (2017-01-15 01:31:25)

+2

2

«I couldn't lie, couldn't lie, couldn't lie
Everything that kills me, makes me feel alive.»

Щелкает зажигалка. Язычок пламени резко вспыхивает, танцуя. Немюел заботливо прикрывает его ладонью, защищая от ветра, и сжимает губами сигарету, затягиваясь. Следует очередной щелчок, на этот раз принадлежащий крышке серебристой Zippo. Вдох. Зажигалка отправляется в передний карман джинсов. Дым слегка щекочет горло, словно дразнясь, и брюнет прикрывает глаза, облокачиваясь спиной на кирпичную стену здания, выпуская его наружу вместе с тихим вздохом облегчения. Его большой и указательный пальцы затем перехватывают сигарету, после чего он затягивается еще раз, сильнее, и наконец разжимает губы, выпуская бумажный цилиндр. Веки лениво приподнимаются, серые глаза завороженно следят за новыми облачками белого дыма, которые уплывают все выше и выше, медленно растворяясь. Грант хмурится, не глядя стряхивая пепел. 
Прошло чуть больше двух месяцев после того как его выписали из реабилитационного центра, а он уже успел вернуться к курению обычных сигарет. «Да, брат... Железная сила воли - это точно не про тебя.» С другой стороны, сигареты сами по себе были достаточно безобидны по сравнению с тем, что американец курил и вдыхал год назад. Так что если обычное курение хоть как-то может помочь ему держать себя в руках, хоть как-то справляться с желанием снова поддаться соблазну и не зайти дальше - за ту черту, что он так старательно вырисовывал все последние месяцы под наблюдением врачей - то пусть лучше это будут они: сигареты и алкоголь - вечные друзья, готовые поддержать, унести от скучной и серой реальности хоть на пару часов. Лучше они, чем что-то еще. 
Немюел усмехнулся собственным мыслям, давая новому клочку дыма соскользнуть со своих губ и безвозвратно унестись в воздух. «Ну и кого ты пытаешься обмануть? Зачем врать самому себе, старик? Избавься от этих мыслей, они не твои. Ты ведь понимаешь? Их тебе впихнули силой, друг. Силой. Ты только вспомни сколько охренительных эскизов ты нарисовал, находясь под этим "чем-то еще", вспомни все то, что ты чувствовал и видел, вспомни все свои мысли, все голоса твоих прошлых жизней в своей голове! Вспомни, и ты поймешь, что лучше этого не может быть ничего», - голос шептал, напоминая о том, что брюнет так старательно пытался забыть, и парень ненавидел его за это, одновременно желая слушать вновь и вновь. Едва слышный, тише шелеста осенней листвы и теплого весеннего ветра в зеленой кроне деревьев, этот голос все же будоражил сознание не хуже наркотика, вновь подталкивая татуировщика к бездонной пропасти. 
Глаза Гранта не моргая следят за тонкой струйкой дыма, которая тянется к небу, постепенно растворяясь в нем. Он постукивает по сигарете, стряхивая пепел, делает последнюю затяжку и, резко выдыхая, отталкивается от стены. «Ну уж нет, - американец щелкает пальцами, отправляя бычок прямиком в лужу. - Если я снова упаду в эту пропасть, то во второй раз мне уже будет не выбраться. И тогда я хотел бы быть подальше от дома, чтобы исчезнуть незаметно и беззвучно, как дым.»

- Ну и где ты шляешься, черт подери?!
- Уймись, - Нэмюел невольно переходит на шипение, ступая за порог салона и нарочно громко хлопая дверью. - Может ты лучше о своих клиентах беспокоиться будешь, а, Брок?
Брок (укуренный ублюдок, которому не помешало бы сбросить пару десятков кг) показал брюнету средний палец, но ничего не ответил, молча возвращаясь к клиенту и татуировке. Поборов желание сказать что-нибудь еще, Грант лишь победно хмыкнул и плюхнулся на свой стул, настраиваясь на предстоящую работу.
- Черт, - тихо выругался он, замечая очередную порцию пропущенных звонков и неотвеченных смс-ок. - Я отошел всего на пять минут, - парень нехотя берет телефон в руки, первым делом приступая к чтению новых сообщений. Большая их часть содержит вопросы, как и обычно, но вот последняя смс-ка все же несла в себе весьма полезную информацию. - Через час значит, фух, - глаза татуировщика пробегаются по времени. Если он хочет успеть перенести рисунок на трансферную бумагу до прихода клиента, то ему стоит поспешить. «А место можно будет подготовить уже в его присутствии. Сразу куча вопросов отпадет, а значит мои уши проживут на какой-нибудь час дольше.»
Размер татуировки был обговорён заранее, так что распечатанная мурена уже лежала на столе американца. Отправив неугомонному короткий ответ, содержащий лишь одно слово "жду", Немюел пододвинул лист поближе к себе, накладывая его поверх трансферной бумаги и закрепляя. Разведя руки в стороны, он потягивается до хруста костей и замирает, рассматривая извивающееся существо. У него будет всего час на то, чтобы прорисовать все необходимые контуры и тени этой красавицы. Час нудной и не особо интересной части его работы, после которой и начнется весь фан. 
Осторожно, почти невесомым движением указательного пальца, Грант, не отводя завороженного взгляда от мурены, касается одной из линий рисунка, думая лишь о том - воображая - как тот будет выглядеть на коже клиента, когда татуировщик закончит свою работу.

Салон

http://infamousink-tattoo.com/Ink.jpg

Одет:

http://s3cdn-lookbooknu.netdna-ssl.com/files/looks/large/2016/08/08/4991400_RM-1.jpg?1470647203

Отредактировано Nemuel Grant (2017-01-15 18:41:02)

+1

3

Раздался легкий щелчок: втянутый в ротовую полость пузырь жвачки, попав под сходящиеся челюсти, не выдержал и лопнул. Словно вторя ему, отзываясь трелью воробьиных голосов, на телефоне заиграл рингтон, знаменуя о получении входящего сообщения. Отреагировал на него, конечно же Никита, привезший свою тезку по имени сюда: подхватив мобильник и вытащив из уха рыжей наушник, привлекая внимание заслушавшейся плеер, он пробежался коротким взглядом по переписке, едва заметно нахмурившись. Привычная практика для этих двоих.
Мы же уже приехали, так почему бы просто не зайти? – как и всегда в тембре парня играючи читались все его эмоции, пусть был он и ровным, достаточно монотонным. Удивление и капля недовольства: он практически не изменился с детва – впрочем, как и Ник – так и оставшись только с виду терпеливым.
Лишь умеющим ждать в глазах других – никак не под взором подруги детства.
Там окна, – непонимающе глядя в ответ, словно удивляясь тому, как нельзя понять очевидного, неторопливо промямлила мелкая. Или все же это было изумление в честь строения?
И?
Купишь мне сок? Я видела за углом магазинчик, – выуживая из хватки собеседника второе вакуумное ухо, завершила гитаристка диалог, вновь изолировавшись от окружающей действительности. «Какой толк от объяснений, которые ничего тебе не дадут? Понимать же все необязательно»: уже под звук хлопающей дверцы авто тихо пробубнила веснушка, сползая все ниже и ниже по креслу, вытягиваясь и присматриваясь.
И все же наличие открытых глазниц здания не позволяло не порадоваться: маленькая жизнь салона лежала как на ладони, пестря делами, которыми занимались его постоянные герои действия. Вот один из них вернулся к стоящей ныне перед ним цели, продолжая набивать татуировку, а другой склонился над столом – скорее всего принялся рисовать? Или же что-то ищет на мобильнике? Записывает? Шельма по-птичьи склонила голову набок, сощурившись. Если верить вырезкам статей из газеты или фото из повествования уже интернетного происхождения, (вот он – минус именитой семьи!) то именно он и есть та небезызвестная и скандальная личность, которая исполнит ее заказ. Вот такая забава судьбы: если бы не было того инцидента, если бы что-то пошло чуть иначе, то и не было бы сегодняшней встречи, ведь предполагаемый жених так и не уделил бы времени на очередного мастера. На одного из множества, ставшего по насмешке орлога единственным. На данный момент исключительным в плане интереса коротышки.
Или..?
Нет. Все же правильнее будет "быть может набьет", ведь окончательного решения Иви так и не дала. Не могла дать и сейчас, взволнованно теребя провод от техники меж большим и указательным перстом, выжидая чего-то. Только вот этого таинственного "чего-то" так и не происходило.
Все словно затаилось вместе с ней в немом ожидании.
Всё и все кроме Эглеса, который бесцеремонно приложил холодную пачку напитка к виску мальчугашке, заставляя ее подскочить на месте из-за испуга.
И как только боковым зрением не заметила? – не тая своих чувств, несостоявшаяся журналистка дозволяет себе приподнять в недоумении бровь, сосредотачивая в скомканном движении все свое негодование.
Просто не нужно так увлекаться, сталкерша. Окна, да? – говорящий усмехается, вынуждая в отместку только фыркнуть, подперев кулаком щеку, мол: "да пошел ты! Тоже мне великий открыватель". – Так и будешь сидеть здесь?
Ты же знаешь, я...
Боюсь, – заканчивая за свою "суженную", устало договорил Никита, облокачиваясь на спинку и потрясая руками, комично изображая дешевый ужас. – Ну тогда поехали отсюда. У меня так-то дела.
Ключ проворачивается. Двигатель голодно взвывает, оповещая о жажде скорости...
Погнали.
... х Х х …
Пальцы лениво скользили по экрану мобильника, набирая текст: ничего особенного, привычный, затершийся до одури стандартный набор слов девушки наоборот. Рука ложится на ручку, легко тянет ее на себя…
Отправить.
В комнате раздается звук принятого сообщения и взгляд устремляется в предполагаемое направление нахождения пискнувшей техники. Как и загадывала Никита ранее – это был он. Желтая пресса сетей не подвела. Спокойный, склонившийся над кропотливой работой, словно пытаясь убаюкать ее, подчинить целостно своему влиянию. Все же он рисовал, терпеливо выводя линии и это не могло не завораживать. Почти такой же, как Хед. Покровитель тьмы. Убийца любимого дитя родителей. Готовящийся к перерождению. Слепой. Молчаливый. На последнее в отличии от других ассоциативных предположений по крайней мере намекали короткие смс мужчины, присылаемые в ответ: минимум символов и все по существу. Ни грамма веселья.
Наверное, так делает каждый работающий?
Рыжая приподняла руку с телефоном вверх, держа его словно приветственный плакат или огнестрельное оружие перед скопищем прядильщиков закона. Он смотрит? Да… Все же будучи носителем близорукости достаточно проблематично рассмотреть что по чем, но, кажется, заметить мастер ее успел: о том говорил обращенный к ней лик. Смазанный, безэмоциональный. Пустое, ничего не выражающее лицо: такое же, как и миллионы других для Шельма без вспомогательных оптических средств помощи.
Или он просто страдал от облысения?
Кому-то нужно было остаться в линзах...
«Подбросили. Буду раньше»: гласило послание, высвечиваемое на чужом экране, скользя по верху бегущей строкой.
И о нем уже сожалели.

Шмоточи

https://s-media-cache-ak0.pinimg.com/564x/4a/fa/15/4afa15be2c059ab5f3ac062b0b34c130.jpg

Отредактировано Nikita Šelma (2017-01-17 18:10:43)

+1

4

На фоне играет какая-то популярная попса, которую обычно крутят по радио: заезженные лирики, никакого смысла, повторяющиеся мотивы, которые так охотно жует серая масса. Немюел не обращает на музыку внимания, полностью поглощённый кропотливой работой. Пальцы его левой руки крепко сжимают карандаш и легкими, но идеально ровными штрихами обрисовывают контур будущей татуировки. Глаза прикованы к линиям, почти неотрывно наблюдая за тем, как одна плавно перетекает в другую. 
Время от времени парень отвлекается, осторожно приподнимает верхний лист и заглядывает под него, желая убедиться в том, что рисунок переносится равномерно и он ничего не пропустил. Да, это была не самая захватывающая и будоражащая часть его работы, но она определенно являлась одной из самых важных. Ведь пропустив одну линию или нарисовав ее не там где надо, добавив от себя пару теней или нанося где-нибудь дополнительные, ты рисковал испортить будущую татуировку.
В очередной раз брюнет приостанавливается, приподнимает лист и придирчиво рассматривает то, что отпечаталось на трансферной бумаге. Он не спешит, зная, что времени у него достаточно и легко постукивает ногой по полу, в такт звучащей в колонках мелодии. Через пару мгновений парень удовлетворенно кивает самому себе и снова зависает над муреной, всецело поглощенный своей работой, почти неподвижный, за исключением левой руки. Подошва ботинка продолжает постукивать по деревянному полу, но уже по инерции. Словно погруженный в транс, татуировщик не следит за временем, увлеченный каждым совершаемым им штрихом, а потому даже слега вздрагивает, когда мобильный вдруг начинает вибрировать, дребезжа на гладком столе. 
- Ты че нервный такой, а?
Брок, гогоча, проходит мимо, не упуская случая вставить свои пять копеек. Немюел кривится, откладывая карандаш в сторону, и берет телефон в руки, спокойным взглядом пробегаясь по короткому сообщению, а затем, сглотнув, обращает уже более взволнованный взор в сторону окон. Ему требуется пару секунд на то, чтобы найти невысокую фигурку. Серые глаза американца сужаются до щелок, рассматривая того, кто теперь еще и приподнял руку, явно желая быть замеченным. Грант медлит, поджимая губы, и затем медленно откидывается на спинку стула, выжидающе глядя на рыжего гостя, который, похоже ждал особого приглашения. 
Носок ботинка, подобно хвосту раздраженной кошки, постукивает по полу, уже совершенно не попадая в такт приглушенной музыки. Брюнет поводит носом, на момент опуская взгляд на стол, разглядывая незаконченный контур. «Черт.» Черная бровь выгибается дугой, но рука все же легко рассекает воздух, приглашающим движением зазывая клиента в салон, - «заходи»
Дверь открывается, приводя в движение небольшой колокольчик. Мастер даже не делает попытки поднять свою пятую точку со стула, лишь коротко кивая щупленькому пареньку на еще одно посадочное место, а затем, как ни в чем не бывало, возвращается к работе. Правда потом все же незаметно пробегается взглядом по рыжему еще раз: мешковатая одежда, короткая стрижка, но... нет кадыка. «Хм.» Глаза мельком скользят по гладкой коже на лице, линии губ, бровям и кистям рук. Если не присматриваться, то за паренька девушка могла сойти без проблем, но мелкие детали, которые любил и умел подмечать Немюел, все же помогают ему определить ее пол. 
- Я скоро закончу, - возвращаясь к мурене, брюнет наконец подает голос. - Если хочешь понаблюдать, можешь остаться тут, если нет, то ты можешь пройти в ту комнату, - не поднимая головы, он вытягивает правую руку, тыча в противоположный конец помещения указательным пальцем, - и посидеть там.
Карандаш вновь начинает обводить контур будущей татуировки с тихим скрипом и помещение салона снова погружается в прежнюю смесь звуков, состоящею преимущественно из жужжания машинки, которой работает Брок и тихо играющей музыки в колонках. Проходит всего пара секунд, прежде чем к ним заново прибавляется голос американца, обращенный непосредственно к рыжей клиентке:
- Если у тебя есть вопросы, можешь их задавать, - Грант не смотрит на нее, приподнимая лист с рисунком и рассматривая получившееся линии. - Мне будет сложно поверить в то, что у тебя их нет, потому как за время нашего общения я впервые в жизни увидел трехзначную цифру в своих принятых сообщениях, - легкая улыбка, скорее даже ухмылка, искривляет губы татуировщика. - В общем, мое имя - Немюел, сегодня я буду делать твою татуировку и готов ответить на любой интересующий тебя вопрос.

+1

5

Холодная поверхность металлической ручки внушает спокойствие, разбавляющее колющие повсеместно иглы волнения. Другого ожидать и не стоит, заходя в храм таинства собранных воедино своих страхов. Да ведь все уже и решено. Правильно? Ресницы вздрагивают: мастер тоже оказывается не инертным существом и, словно прочувствовав лопнувшую струну в стане Ник, дергается. Это нехорошо. Абсолютно. Работа на коже человеческой – не холст, который может, сойдясь с ластиком, отдать сухой материал и опять окраситься белым. Необходимо ли отступить сейчас? Отвернуться, как и множество раз до этого? Однако гладь воды, отразившая павший в ее владения камень, молниеносно становится ровным зерцалом, идеальным отражением: он приходит в себя, опять принимая облик, который машинально закрепила на нем шатенка. Быть может, просто показалось?
«Нет, точно нужно было идти в линзах».
В хватке ощущается вес открываемой на себя двери. Зайти следовало сразу, но, отчего-то, рыжая никак не решалась, словно переступив порог – обратного пути уже не будет. Быть может, потому что оно так и было? В любом случае ее уже заприметили и позвали внутрь. Ох уж эти привычки, привитые с детства... Ну, хотя бы в магазины стучать не хватает ума прежде, чем добрести до полок с товарами. Где-то над головой весело брякает колокольчик, встречая очередного осмелившегося посетителя. Это же сделал и второй сотрудник заведения, правда невольно: он просто шел по своим делам, неосознанно подстегнув Шельма немо – одними губами – назвать его именем нарицательным. Кабан. А ведь он действительно походил на одомашненного Калидонского вепря в диссонансе со своим напарником. Почти как ирония «Толстого и Тонкого», заключенного не в смысле рассказа, но в прямом понимании его названия. Их специально поставили вместе?
Я скоро закончу, – веснушка наконец облюбовывает седушку предоставленного к ее услугам стула, присаживаясь ни близко, ни далеко и немного пружиня на месте, проверяя мягкость мебели. Парень, все так же не соприкасаясь взглядом, возвращается к рисунку, торопливо указывая на изолированную  комнатушку. Коротышка лениво бредет глазами вслед за указующим перстом, молчаливо оценивая. И чем же там ей заниматься в одиночестве? Оттуда же определенно ничего будет не углядеть. Нет. Все же недостаточно мягко. Скривив губы, мелкая поджимает одну ногу под себя, добавляя к своему росту плюсовые характеристики – так и видно что он делает получше. – В общем, мое имя - Немюел, сегодня я буду делать твою татуировку и готов ответить на любой интересующий тебя вопрос.
Меня зовут Никита... И я подожду, – нитка рта искажается подстать устам собеседника, беря на себя блеклую тень то ли улыбки, то ли ухмылки. Полунамек на ямочки прокрадывается на щеки, предательски вычеркивая любой оттенок ехидства с лица, оставляя его чуть поблескивать в радужке. Но кому какое дело? Он даже не заметит эту робкую пародию. Его руки заново уверенно выводят линии. Тонкие, толстые, короткие и длинные. Если немного постараться, то в них можно обозначить тысячу образов: от океана до танца водорослей на его дне. Разве это и не есть суть живописи? Не просвечивал бы еще лист, являя оригинал, лежащий под ним. Наушники снова перемещаются в ушные раковины. Музыка медленно растекается по телу, заставляя кончики пальцев подрагивать от предвкушения. На сей раз творят для нее. Ни она, ни кто-то еще для кого-то, а именно он и именно для нее. – Мурены являются источником сотворения морских змеев на людских языках, мелькающих в мифологии разнообразных народов. Казалось бы, разные уголки света, а видят все примерно одно и тоже, – взор уходит на картину за окном, туда, где она была совсем недавно. Все же удачное расположение: и парковка перед носом, и магазинчики различной направленности, наверное, и аптека затаилась за одним из углов зданий. Громкость достигает пятнадцати единиц: что ж, чтобы Немюел не ответил – она теперь не услышит. Как и не увидит ответил ли он вообще; поле видимости так и продолжало охватывать пейзаж за границами маленького мирка тату-салона, меланхолично оглаживая каждую проходящую мимо фигуру. – А ныне у нас вместо чудовищ – люди, хоть схема и та же. Не важно за кем истина – толпа верит только в категоричность, ведь так интереснее, захватывающее, любопытнее. – Гитаристка наконец-таки встает, неприкрыто потягиваясь, разминая шею. – Я все же пережду в той комнате. Ничего, если попью там сок? – крутанувшись на пятках, девушка неторопливо зашагала в сторону указанного до селе помещения, на ходу изымая из кармана обозначенный напиток, так и не выпитый, так и не тронутый, лишь в данный миг проткнутый соломинкой.
Шаг резко сошел на нет около косяка, совсем как раньше: перед входом сюда.
«И лишь исключительные хотят убедиться сами»: обернувшись через плечо на татуировщика, уже про себя договаривает свою мысль конопатая, тихонько хмыкая и проваливаясь в новую каменную коробку, обшитую красным. Вновь полу-пустошь: она свойственна большинству рабочих точек, не заставленных ни чем, кроме необходимого.  Перетекая на расположившуюся вдоль стены кушетку, садясь на нее по-турецки, зеленоглазая прибавляет звук до максимума, накрывая очи шторами век. В конце концов, ждать осталось еще не так долго.
Наверное.

+1

6

- нет игры больше месяца, в архив -

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Fix Me