Jack
[telegram: cavalcanti_sun]
Aaron
[лс]
Lola
[icq: 399-264-515]
Oliver
[telegram: katrinelist]
Mary
[лс]
Kenny
[skype: eddy_man_utd]
Rex
[лс]
Justin
[icq: 28-966-730]
Kai
[telegram: meowsensei]
Marco
[icq: 483-64-69]
Shean
[лс]
внешности
вакансии
хочу к вамfaq
правилавк
телеграмбаннеры
погода в сакраменто: 26°C
Тайлер фыркает и кривит губы в горькой усмешке. Открывает рот, собираясь ответить как-нибудь грубо, потому что умеет...Читать дальше
RPG TOP
Forum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » - Radioactive -


- Radioactive -

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

I'm waking up to ash and dust
I wipe my brow and sweat my rust
I'm breathing in the chemicals
I'm breaking in and shaping up
Then checking out on the prison bus
This is it the apocalypse

- Radioactive -

Charles Holden as Derek Knecht & Stephanie Brennan as Alexandra Weber
http://funkyimg.com/i/2w8kW.gif http://funkyimg.com/i/2w8kX.gif

Человечество пережило Третью Мировую войну. Самую беспощадную и кровопролитную за всю историю человечества. Но не так страшна была война, как отголоски её последствий, с которыми приходится мириться каждый день

I'm waking up
I feel it in my bones
Enough to make my system blow
Welcome to the new age
To the new age
Welcome to the new age
To the new age
I'm radioactive

Отредактировано Stephanie Brennan (2017-08-13 16:17:13)

+1

2

[NIC]Alexandra Weber[/NIC]
[STA]Ashes, ashes, they all fall down[/STA]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2wngj.png[/AVA]
[LZ1]АЛЕКСАНДРА ВЕБЕР, 18 y.o.
profession: студентка академии для одаренных;
relations: отец
[/LZ1]
[SGN]http://funkyimg.com/i/2wnov.gifhttp://funkyimg.com/i/2wnow.gif
аватар от Eos[/SGN]

Welcome to the room of people
Who have rooms of people that they loved one day
Docked away
Just because we check the guns at the door
Doesn't mean our brains will change from hand grenades
You'll never know the psychopath sitting next to you
You'll never know the murderer sitting next to you
You'll think how'd I get here sitting next to you?

[indent] Люди по своей натуре всегда были жадными, алчными существами, которые совершенно не умели делиться, и еще меньше - они знали меру своим словам и поступкам. А ещё им всегда и всего было мало. Слишком мало денег, слишком мало земли, слишком мало власти. Людей всегда гнали вперед нестерпимая жажда и неутолимый голод. Что ж, оглядываясь назад, становится совершенно ясно, что война была логическим продолжением междоусобных распрей. И верно, ведь, куда проще захватить то, что тебе нравится, обагрить землю вином из крови невинных людей, присвоить себе вещи, что некогда принадлежали им, а теперь свалены хламом в подвалах-сокровищницах ненасытных людишек. Третья мировая война всколыхнула мир, расставив совершенно неверные приоритеты. Конечно же, ни о каких цивилизованных методах и речи быть не могло. Люди захлебывались своей алчностью и продолжали визжать, как свиньи "Нам нужно еще". Это была самая кровопролитная война за всю историю человечества - так вам сейчас скажут на любом уроке истории, если вы когда-нибудь заглянете хоть на один урок, конечно. Население планеты сократилось вдвое. Невиданные до этого момента цифры. Хотя, не стоит удивляться, что так произошло. Ведь, в этой войне люди не гнушались использовать никакие методы. Продвинутые технологии - роботы, управляемые солдатами, сталкиваются друг с другом, сминая на земле, под своими огромными металлическими ногами человеческие тела в месиво из мяса и костей. Противники, союзники, невинные, попавшие не в то место и не в то время. Различий не было. Все они оставались на улочках, когда-то и кем-то столь аккуратно вымощенных камнем. А в щелях между камней ручейками стекает кровь. Но это была лишь верхушка айсберга. В лабораториях ученые всего мира выводили страшнейшие вирусы, призванные губить врага, но губившие так же и союзников. Отравленная питьевая вода, жуткий туман, пропитанный химикатами и горы изуродованных болезнями людей, сваленных в одну яму гнить и заражать некогда плодородную почву. Концом войны стало использование атомного оружия. Атомные бомбы падали на землю, выжигая радиацией города и людей, оставляя от них лишь руины и кучки радиоактивной пыли. Только тогда, когда сражаться было уже практически некому: многие были ранены, другие - погибали от смертельных вирусов, созданных в своих же лабораториях. Только тогда люди, наконец, одумались. Многолетняя война была окончена. Но её последствия - они преследуют нас и по сей день. Множество городов, некогда мегаполисов - остались руинами и пеплом, воспоминания о которых остались лишь на картинках в учебниках или на затертых до дыр фотографиях в музее. Реже можно было увидеть несколько старых фотографий у кого-то в семье и то это было семейное достояние, передававшееся из поколения в поколение. Плодородная почва была отравлена. Выжжена воронками атомных бомб или же пропитанная ядовитыми химикатами из останков людей. Некогда обширные леса стали редкими клочками зелени. Множество растений и животных исчезли навсегда. На планете остались лишь небольшие участки, где выжившие смогли обосноваться и создать новое общество.
[indent] Прошло уже 65 лет с окончания войны. 2095 год совершенно не так представлялся человечеству. Но мы успели многое преодолеть за эти годы, чтобы жизнь стала хотя бы чуточку приближенной к нормальной. Ученые научились обеззараживать почву и там, где даже нельзя было идти из-за радиации - теперь были поля и сады. Сама природа тоже частично начала восстанавливаться. Глубокие дыры - затягивались, леса - разрастались, появлялась мелкая живность. Но за это время люди обнаружили, что некоторые из них изменились. Изменились навсегда, получив способности. Сначала нас боялись, ведь когда в один день ты просыпаешься и понимаешь, что можешь снести к чертовой матери пол города - тебя будут бояться. Новое правительство решило это проблему весьма деликатно - они построили специальные академии для одаренных детей. Академии были рассчитаны на любой возраст: от дошкольных яслей, где силы детей сдерживали специальными браслетами с магнитным полем, до университетского образования, которое помогало найти свою роль в социуме. Лучшие ученики выпуска вербовались в специальный отряд - "Стражей" - призванный защищать граждан от тех "сверхлюдей", которые не хотели подчинятся системе. И, конечно же, для нас были разработаны особые правила:

1. Вы не имеете право использовать свои способности, какими бы они не были, если Вы не исполняете свою работу/Вам непосредственно не угрожает опасность. Свободное использование способностей разрешено на территории академии и членам отряда "Стражей". Каждый случай применения способностей вне академии выносится на рассмотрения "Стражам".
2. Если Вы не соблюдаете правила, Вас отправляют на суд "Стражей", где Вас могут утилизировать.

Выписка из "Основных положений и правил поведения людей со способностями"

[indent] "В этот день небо затянули тяжелые дождевые тучи, налитые тяжелым свинцом. Я подняла голову к небу, вглядываясь в чернильную синеву. Я больше не плакала. У меня просто не осталось слез - меня словно выжали,  и теперь я стояла с отсутствующим видом, пока на фоне священник отпевал моих самых близких людей, готовя их к кремации. Нас больше не хоронят. Слишком ценны те клочки земли, что мы смогли сохранить после войны. Мне на щеку капает первая капля дождя, а затем он стеной обрушивается на всех присутствующих. Зашуршали зонты и вокруг запестрели самые разные оттенки от черного до нежно-розового. Но я так и не раскрыла свой зонт, позволяя каплям стекать по лицу. Священник умолк и я опустила голову, глядя на два тела, лежащих рядом. На их лицах застыло неестественное умиротворение - похоронное бюро постаралось. Отец подошел к телам. И я тоже должна была, но мои ноги не слушались. В толпе послышался шепот. Кто-то возмущался, что я бесстыжая и не отдаю дань уважения близким. А я просто приросла к месту. Большим усилием воли я заставила свои ноги начать движение. Шаг. Ещё шаг. Мне все казалось, что я сейчас упаду, но ноги несли меня все ближе к металлическим столам. Я коснулась маминой руки. Она холодная и бледная. Мне хочется сбежать, чтобы не видеть её и Шейна такими, чтобы в моей памяти они остались живыми, смеющимися, а не холодными статуями, застывшими на столе. Но я не могу. В мой мозг врезается эта картинка, обещая раз за разом будить меня кошмарами по ночам. Кто-то обнимает меня за плечи и отводит в сторону. Столы начинают медленное движение к огню. Языки пламени охватывают тела, медленно сползая по одеждам. Дверца опускается и я больше не вижу ничего."

[indent] Кажется, именно с того дня моя жизнь и ушла под откос. Моя мама и мой брат были "элитными солдатами", как их часто называют, или же иными словами "Стражами". Но даже вся их уникальность и все способности не изменили исхода того рокового дня. Их больше нет. В один момент они ушли из моей жизни, оставив нас с отцом одних. Простейшее, на первый взгляд, задание обернулось страшнейшей бойней, из которой живым не вышел никто. Сразу же после похорон мой отец потребовал от меня отказаться от способностей. Но я не могла. Помимо нескольких общих фотографий, где мы все были счастливы, единственным напоминанием о моих близких остались мои способности. Тогда он сказал, что я больше не его дочь. Я могу жить в его доме и он будет давать мне деньги раз в месяц, но пока я не откажусь от своих сил - я для него все равно что мертва. Тяжелый удар для подростка, который только-только потерял мать и брата. Я в одночасье потеряла все. Я потеряла всех. Это заставило меня закрыться. Обозлиться на всех и вся. Я была сломана и мне пришлось собирать по кусочкам новую себя. Но это оказалось не просто. Особенно, когда в школе некоторые ученики решили травить меня. И тогда я впервые дала сдачи. Это был первый раз, когда я вкладывала всю свою ненависть и злость в драку. Но она была далеко не последней. Я сменила уже несколько академий в своем городе и его окрестностях, и теперь меня отправили в академию, где думали, что есть учитель, который может со мной справится - Дерек Кнехт. Что ж, пока я только доставляла ему множество проблем и ужасные головные боли при устранении последствий.   
[indent] Сегодня все было по прежнему. Я шла по коридорам школы, закинув рюкзак на левое плечо. В ушах играла любимая музыка. И ничто не предвещало беды. Нет, конечно же не для меня. Сильный толчок в плечо и рюкзак слетает на пол. Один наушник выпадает из уха и я слышу противное хихиканье. - Смотри куда прешь, сука, - доноситься до меня вперемешку со смехом. Я медленно подбираю рюкзак и разворачиваюсь к новенькой девчонке, стоящей со сворой таких же тупоголовых шлюх, как и она. Я склонила голову набок, рассматривая её. - Чего пялишься? - Мои губы тронула легкая улыбка. - Да вот думаю, какую кость тебе сломать первой, - лениво отвечаю я, наблюдая, как лицо пигалицы наливается красным. - Я вызываю тебя на бой. - Я не сдержалась и прыснула от смеха. - Солнышко, подумай дважды, чем говорить о таком. Я тебя пополам переломаю на ринге и глазом не моргну, - серьезно добавляю я. Но девушка со своей сворой уже направлялась в спортивный зал. Что ж. Это будет весело. Но вряд ли продлиться долго. Пройдя в спортивный зал, я кинула в угол свой рюкзак и стянула кофту, оставаясь в майке. Девчонка уже стояла на ринге и толпа скандировала её имя "Лэйла! Лэйла! Лэйла! До чего же идиотское имя. Я залезла на ринг. - Ты не передумала? - Усмехнувшись, уточняю я, но получив отрицательный ответ ( а только этого я и ждала), я сразу атаковала противницу.Бой длился от силы минут пять. Но за эти пять минут я успела поджечь шторы, когда эта потаскушка увернулась от файербола, где-то под потолком сталкивались воздушные потоки, способные перерезать на мельчайшие кусочки любого. И за эти пять минут я оставила на противнице сильный ожег на бедре, сломанную руку и рассеченную губу. На мне же не было и царапинки. Все же нужно думать когда лезешь на стихийника с одной способностью к заморозке. Я разошлась не на шутку, заставив трубу с водой вырваться из стены. Собирая водяной поток, я собиралась прихлопнуть нахалку, но неожиданно толпа стихла, а мое предплечье кто-то очень больно сжал. Я обернулась, - ох, Дерек Кнехт собственной персоной, - я усмехнулась. - Что, милашка, пришел мне опять читать свои нудные нотации? - Тем временем Беатрис - одна их учителей уже разогнала зевак, а пострадавшую кажется потащили в медпункт. Мы с Дереком остались одни. - Интимненько, - окидывая взглядом пустой спортзал, выдала я. Только вот Кнехт не был намерен шутить. Он стащил меня с ринга, где я наконец вырвала свою руку из его хватки. Мужчина наклонился ко мне, - что ты здесь устроила, Вебер? - Зашипел он. - Когда ты уже начнешь вести себя по взрослому? - Сейчас наш разговор больше походил на ссору двух любовников, хотя мы таковыми никогда и не были. Да, знаю, что Дерек тут уже под всеми юбками побывал, трахая этих шалав у себя в кабинете, но вот мои походы в его кабинет обычно заканчиваются весьма громкими криками. И совершенно не сексуального характера. - Когда я начну вести себя по взрослому? - Я засмеялась. - Это как ты? Сидеть за макулатурой, отчитывать маленьких девочек и трахать девочек по старше, когда дома тебе ждет сумасшедшая жена-алкоголичка? Ох, нет, спасибо, Дерек, но это слишком скучно. Намного веселее надирать зад всяким шлюхам, как эта Лэйла.  - Я скривилась от одного звука её имени. До чего же оно противное. -  Вот это настоящее веселье. - Мужчина резко сократил между нами расстояние. Его пальцы до неприличия запутались в моих волосах, сжимая их до побелевших костяшек и резко дернув мою голову вниз, кажется, с явным намерением оторвать. Пальцы моей руки впились в его руку. До боли, до побелевших костяшек, до выступающих алых хрусталиков его крови из-под моих ногтей. Ох, кажется самое веселье только начинается. Это противостояние между мной и преподавателем всегда подогревало кровь в моих жилах, заставляя её бурлить. Но не от сексуального влечения, а от гнева.

Отредактировано Stephanie Brennan (2017-08-17 19:51:19)

+2

3

Академия – не самое лучше место для «Стража» с такими способностями. Конечно Дерек знал, что отправлен сюда не за «большие заслуги», как говорилось в его деле и не за выдающиеся навыки, которые он должен передать молодому поколению, а потому что его боялись. Может, он и был на стороне «хороших» ребят, но методы его были слишком сложными и опасными, после которых люди вполне могли лишиться своего разума и то и вовсе навсегда остаться овощами. Он был хуже всякого телепата, потому что его способность была иной, более опасной и коварной. Многие за глаза называли его «Сноходец», хотя это даже близко не было правдой. Сны – просто хорошее приложение к дару, возможность управлять той реальностью в сознании, заставляя человека следовать туда, куда он его поведет сам, работая напрямую с открытым разумом. На самом деле его сила крылась в том, что он мог путешествовать по памяти человека, доставать всю скрытую информацию из его сознания, проникать сквозь барьеры, которые порой выстраивали телепаты в своем разуме в качестве защиты и добираться до вещей, что человек и сам мог бы забыть со временем. Такие путешествия в свою очередь были слишком опасными, ведь никогда не знаешь, что можно найти в памяти и что пробудить, разум человека и без того хрупкая структура, а повредив ее обратно уже подчинить будет невозможно. Разум – он как плотина, стоит пустить трещину, и вода найдет возможность разрушить все подчистую. Каждой силе есть свой противовес, и он являлся определенным образом противовесам телепатам, потому как даже их сознание сдавалось перед ним. Хотя это сражение было бы куда более сложным и подобного Кнехт не любил, желая не связываться с теми, кто обладал защитой своего разума.
По факту академия была его тюрьмой, куда отправили мужчину и теперь он был вынужден стать здесь наставником. И он исполнял эту роль, как следует являясь достаточно уважаемым преподавателем, с которым считались все, начиная от учителей и до студентов академии. Сам мужчина занимался более взрослыми, подростками по большему счету. Он нашел неплохой способ извлекать из всего этого выгоду, используя молодых девушек так, как сам того желал. Они не могли устоять перед его харизмой, внешней привлекательностью, ведь несмотря на то, что Дерек был преподавателем, многие относили его к разделу тех, от кого исходит опасность, а эти молодые девушки только рады отдаться подобному мужчине, влюбляясь в него. Конечно, у него была жена, но уже как несколько лет она сошла с ума из-за использования своих способностей и теперь подавляла голоса в голове алкоголем. Телепатия не менее опасная сила, чем многие считают. Телепаты могущественны, но лишь когда контролируют все вокруг, а это нужно делать постоянно. Сила Дерека работала совсем не так и ему нужен был физический контакт, чтобы начать действовать, и без его желания она никогда бы не активировалась сама. Может только в юности, он не мог совладать с ней, но когда осознал кем является, то после потратил все свое время на контроль над этой способностью, доведя ее до слишком опасного уровня, что в итоге и сгубило его. Сгубило не по факту, как жену, но «Стражи» отказались от его услуг, пусть и не заявляя об этом. Преподаватель в ненужной никому академии с проблемными детьми – вот она его незавидная участь.
- Мистер Кнехт, там драка – ворвавшись в его кабинет сообщает какая-то девушка, вроде бы Бритт, но он не успевает разглядеть ее особо, потому как был сильно отвлечен другим. Признаться, когда слышишь слова «драка» за последний месяц не меньше двух или трех раз в неделю. Не надо обладать даром провидца, чтобы понять о том, кого он там встретит. Конечно, стоило ожидать именно Алекс, новую студентку, переведенную сюда как раз из-за подобных проблем. Она не раз попадала в его кабинет, но мужчина предпочитал не применять свои способности на студентах, потому как знал, что это зачастую бывает опасно, да и сами студенты потом начинают иначе смотреть на него, ведь он способен окунуть тебя в твой самый большой кошмар.
Он и без лишних слов знал куда следует идти – спортивный зал, единственное место, где эти безмозглые подростки могли бы показать себя перед толпой. Таланты Алекс были достаточно могущественны и разрушительны, однако с ее вздорным характером все крайне плохо вязалось. Внутри нее всегда существовала злоба, ярость и ненависть, а все из-за потери родителей и не лучших отношений с отцом. Для этого мужчине даже не нужно было пользоваться своим даром, достаточно просто заглянуть в ее личное дело и заметить то, что отец всю жизнь оставался крайне безучастным к тому, как справлялась его дочь.
- Разойдитесь – его голос звучал подобно голосу Моисея из библейских сказаний, потому что толпа учеников, смотревших за боем внезапно обернулась обратно, услышав того самого преподавателя, с которым мало кто желал связываться, тем более в гневе, и они расступились перед ним, как море перед пророком. Он спокойно прошел, за его спиной уже нарисовалась Беатрис, одна из других преподавателей. Конечно, перед ним красовалась Алекс. Будь на ее месте сейчас кто-то другой мужчина бы лишь облегченно вздохнул и может даже не наказал этого человека, но надоедливая девчонка определено не радовала его. Все слова, сказанные им, были посланы куда подальше и никак не воздействовали на нее. Ну что же она сама решила свою судьбу, ведь если до этого она могла не понимать отчего все так пугаются этого человека и испытывают к нему уважения, которого в девушке не было ни на грамм, то теперь ей придется прочувствовать все на собственной шкуре. Стоит надеется ее мозг не перегорит, как дешевая лампочка.
Грубым движением он взял ее за плечо одной рукой, а потом потащил вниз с ринга, прекращая этой шоу. Беатрис уже сама догадалась разгонять других студентов и отправить пострадавшую девушку (вроде бы это была Лэйла) в медпункт. - Что ты здесь устроила, Вебер? – грозно произнес он, а потом решив не дожидаться ответа продолжил - Когда ты уже начнешь вести себя по-взрослому? – она игралась со своими силами подобно подростку, но время шло, пора было взрослеть и не задираться на какие-то мелкие обиды друг друга. Это будет всегда, подобного нельзя избежать и иногда надо просто стараться избежать конфликта, а не пытаться нарываться на него всеми силами. Ее мать и брат были «Стражами» - это ведь должно что-то значить. Они старались ради людского блага, какое бы оно не было в эти годы. Кто-то все равно должен поддерживать порядок и контролировать мир, его стоит восстанавливать, иначе люди скатятся до животных с их инстинктами.
- Настоящее веселье – усмехнулся он даже немного безумной улыбкой, наслаждаясь тем, что Алекс даже не понимала, что ее ждет и если разговор с директором для нее вряд ли был страшен, то вот она еще даже не могла представить на что способен человек рядом с ней. Так даже интересней, первое путешествие по своему сознанию в рамках сна всегда кажется безумием, а она не телепат и не обладает никакой силой сопротивляться, словно он грубый мужчина завоеватель, а на ней уже итак нет одежды и исход очевиден в таком поединке.
Мужчина запустил руку в ее волосы, а сжимая сильнее, чтобы ухватить голову нерадивой студентки, а потом сильнее приложил ее об пол, заставляя упасть и удариться головой так, что там определенно пошла кровь, ведь несколько капель даже сейчас были уже на полу. Этот удар точно вывел ее из себя и состояния равновесия, ну а дальше ему просто стоило использовать силы, и она отключается, словно падение было чересчур сильным, и Алекс не смогла удержаться в сознании. Он видел все эти моменты, один за другим прокрадываясь через ее воспоминания. Нет, он пытался добраться до чего-то по-настоящему страшного, по-настоящему вызывающего боль и панику, такого что она сама бы прочувствовала каждый момент психической боли, куда болезненной, чем физическое воздействие.
В этот день небо затянули тяжелые дождевые тучи, налитые тяжелым свинцом. Она подняла голову к небу, вглядываясь в чернильную синеву. Это определенно была молодая Алекс, и с ее глаз уже не катились слезы. Похоже, что девочка выплакала все, что могла и слез больше не осталось, потому ее вид казался каким-то отсутствующим, пока, глядя в книгу, Кнехт произносил слова священника, последнюю эпитафию жизни при подготовке к кремации. Людей уже давно не хоронят. Земля была слишком ценным ресурсом, что люди смогли сохранить после войны. Ей на щеку капает первая капля дождя, а затем небо мокрой стеной обрушивается на всех присутствующих. Зашуршали зонты и вокруг запестрели самые разные оттенки от черного до нежно-розового. Но Алекс так и не раскрыла свой зонт, позволяя каплям стекать по лицу. Дерек умолк, завершив службу, и она опустила голову, глядя на два тела, лежащих рядом. На их лицах застыло неестественное умиротворение. Мужчина подошел к телам первым (видимо это и был ее отец, которого так и не довелось увидеть прежде преподавателю). Следующей должна была подойти Вебер, но ее ноги не слушались, и она продолжала стоять на месте. В толпе послышался шепот. Кто-то возмущался, что девушка бесстыжая и не отдает дань уважения близким. Но Кнехт понимал, что она просто приросла к месту. Наконец, она заставила себя сдвинуться. Шаг. Ещё шаг. Алекс все ближе приближалась к металлическим столам. Она коснулась маминой руки, холодной и бледной.
Он специально вновь окунул девушку в этот воспоминание, подавая все через сон. Если бы Вебер подняла глаза, то увидела бы, что на месте священника все это время стоял вполне знакомый ей преподаватель, наблюдающий за каждым жестом девушки, но сейчас внутри нее начинали бурлить те эмоции, которые долгое время могли быть скрыты.
- И это все? – ей со всей силы прилетел удар мужчины по лицу, так что она упала в ту самую грязь от дождя, а люди разошлись дальше, создавая круг, глядя на девушку и осуждая ее. Конечно, он начинал контролировать ситуацию преобразовывая простое воспоминание в кошмар. – Жалкая поскудная дрянь, они погибли из-за тебя – едва она успела поднять голову, опешив от удара, как получила новый, падаю лицом в грязь. – пока ты играла в свои игры – удар ногой пришелся ей в живот. Можно было сказать, что это происходит лишь в ее сознании, но боль – это и есть сознание, на только в голове на самом деле ничего нет. Однако сейчас девушка ощущала каждый его удар в полной мере, но ни один из них не мог оставить видимого следа, разве что на ее психике и чрезмерном самомнении, которое стоило немного припустить.
- Мы забрали у тебя силы – произнес ее отец. – ты никогда не умрешь, как твоя мать! – он ликовал, в его словах определенно ощущалось счастье, ведь сам Дерек уже прошел ее воспоминания насквозь, видя и тот момент, когда она ругалась с отцом, когда он заявлял ей о способностях, она же в свою очередь решила сохранить их, но лишиться остатков своей семьи. Да, жизнь потрепала ее, но кого в этом мире подобное обошло стороной? Конечно, война давно осталась позади, вот только ее отголоски слышны для многих до сих пор.
- Теперь ты просто моя Алекс – он бросился к ней в грязь, и наверное, в этот момент девушка желала бы проверить правду они говорят или нет, задействовать что угодно от простого файербола, до того, чтобы перенаправить дождь, заставляя его обступить ее тело, будто над головой нависает зонт. Вот только ничего не произошло. Бессилие. Еще недавно она с легкостью разматывала бы многих в этой академии, а теперь была жалким подобием самой себя.
- Кто ты без своих сил, мисс Вебер? – вопрошал мужчина в одежде священника. Забавно, но этот наряд даже шел ему, смотрясь особо мрачно в такой обстановке. Волосы налипли на лицо, вода стекла вниз по одежде, но Кнехту было все равно. Он лишь наслаждался тем, что за достаточно долгое время впервые задействовал свои силы вновь. – Жалкая девочка, что может ныть себе под нос. Я могу всю жизнь заставить прожить тебя так – да и это тоже было возможно. Подобные вещи использовали «стражи», когда начали сотрудничать с ним. Никто в этом мире не может быть хорошим на сто процентов, всем приходится применять не самые лучшие методы в борьбе за свободу и справедливость, да называйте, как хотите. Он был той самой частью, кто проделывал такую грязную работу, кто ставил барьер в разуме, заточая человека в его кошмарах. Причем все кажется таким реальным, что ты не понимаешь, как это может быть ловушкой твоего же сознания. Многие теряют над собой контроль, многие сдаются, другие попросту сходят с ума, потому как мозг не выдерживает таких изысканных пыток.
- Тебе пора повзрослеть иначе твои силы заберут – грубо произнес он, оставляя свой последний удар в уровне ее груди, от которого девушка очнулась с криком в реальности, словно ее и правда ударили столь сильно, однако кроме осознания боли реальной боли не было, не считая того момента, в котором Дерек приложил ее к полу.
- Поднимайся – он сказал это вместе с тем, как взял девчонку за шкирку и просто встряхнул, как тряпичную куклу. – пока ты отдыхала успела заработать себе визит к директору – он слышал вызов, который прозвучал по громкой связи, а потому повел девушку в нужно направлении. Конечно. Это не сулило ничего хорошего, сам Кнехт это понимал даже больше, чем Алекс, которая подобно собачонке на поводке тащилась за ним через всю академию с кровью на лице и болью в теле, но главное, что сейчас ее заботили те сцены в разуме, напомнившие о не лучшей части ее жизни, о потерях и утратах.
- Миссис Себил? – произнес Дерек, когда вошел внутрь ее кабинета. Женщина кивнула ему в ответ и указала на кресла, поставленные перед столом, где мужчина разместил студентку, а потом сам уселся рядом.
- И снова вы мисс Вебер. – протянула она эти слова – вас бы отправить на стерилизацию мисс Вебер. – в этот момент ее глаза определенно округлились, ведь одно дело, что Кнехт угрожал ей этим, но теперь и директриса повторила его слова. Она могла бы возразить и начать кричать, но явно понимала, что еще одну выходку никто не простит, тем более перед директором.
- Но наш управляющий совет решили, что лучше подойдет программа «Остров» для таких – она словно хотела сказать какое-то ругательное слово, но потом изменила его на нечто корректное и официальное – социально-неприспособленных элементов общества. Мистер Кнехт – теперь женщина обращалась к нему, что еще меньше начинало радовать мужчину. – мы хотим отправить вас в качестве присматривающего педагога. Если кого эти подростки и смогут послушать, то определенно вас. – к тому же в отличие от многих других преподавателей в школе он обладал навыками, полученным в работе со «стражами». Мужчина проходил все те же тренировки, да и вообще занимался собой все больше и больше с момента безумия его жены. В этом мире оставалось лишь два человека, которые не были ему безразличны и если не считать единственного сына, то вторым человеком был сам Дерек Кнехт.
- Мисс Вебер, можете выйти за дверь и дождаться там – проговорила директриса, отправляя девушку прочь. – Вот вам дела всех, кого мы желаем отправить на остров. Это единственный шанс для этих детей сохранить их силы, а главное стать, наконец, частью общества, а не дестабилизировать обстановку в академии.
- Вам не кажется это слишком жестоким? – он не был приверженцем радикальных мер и прибегал к собственной силе, когда все остальное не имело действия и Дерек вполне был уверен, что на тех, чьи дела ему дали никакого воздействия слова точно не окажут. Им довелось родиться со сверхсилами и теперь они не видели другого мира, считая будто все так и должно быть по одному их желанию.
- Эти дети опасны и неконтролируемы. Я не хочу, чтобы наша академия создавала проблемы для «Стражей». Вы работали там, знаете, как и что бывает – конечно, он знал даже лучше этой женщины, ведь за свои знания и был отстранен куда подальше. Один начальник сменяется другим, отвергая пытки и манипуляции с разумом, считая это неэтичным для стражей. Но о какой этике можно говорить на войне?
- Хорошо… - только произнес Кнехт, выходя из кабинета следом за девушкой. На его лице не было и грамма удовольствия от всей этой ситуации, потому как он понимал к чему ведет «Остров» и что будет в итоге, если они не справятся. Потерять свверхсилы – это как потерять часть себя, люди не обладающими ими никогда не поймут подобного. Для них все всегда будет выглядеть просто. Откажись от этого и живи спокойно, но если тебе не сотрут память, то это будет бессмысленно. Однако стертая память – это слишком опасное вмешательство в сознание, ведь вместе с памятью стирается и личность.
[STA]преподаватель, манипулятор сознанием, любитель молоденьких студенток[/STA][NIC]Derek Knetch[/NIC][AVA]http://i.imgur.com/dKjeQDV.gif[/AVA]

Отредактировано Charles Holden (2017-08-13 23:56:07)

+2

4

[NIC]Alexandra Weber[/NIC]
[STA]Ashes, ashes, they all fall down[/STA]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2wngj.png[/AVA]
[LZ1]АЛЕКСАНДРА ВЕБЕР, 18 y.o.
profession: студентка академии для одаренных;
relations: отец
[/LZ1]
[SGN]http://funkyimg.com/i/2wnov.gifhttp://funkyimg.com/i/2wnow.gif
аватар от Eos[/SGN]
Есть моменты, которые навсегда меняют нашу жизнь. Навсегда меняют нас, просто потому, что мы уже не можем быть прежними по ряду обстоятельств, не всегда от нас зависящих. Со мной это произошло четыре года назад. Именно тогда произошла трагедия, ставшая отправной точкой к тому, чтобы я стала той, кем я являюсь сейчас. Мне было лишь четырнадцать и я была обычным подростком, мало чем отличающимся от других таких же подростков. Но смерти плевать на то, сколько тебе лет. Ей плевать на то, как сильно ты любишь своих близких и на то, как они тебе дороги. Ей плевать на все, она лишь забирает то, что, по праву, считает своим. А тебе остается лишь принять этот факт. Если с таким вообще хоть когда-то можно будет смириться. Смерть беспощадно унесла жизни двух очень близких мне людей: матери и брата. Оставив в моей груди зияющую рану, где, казалось, уже никогда не будет вновь биться, разодранное в клочья, сердце. Хуже всего было то, что убитый горем отец требовал от меня невозможного - чтобы я раз и навсегда отказалась от своих способностей. Был способ. Есть он и сейчас. Такая себе своеобразная операция. Редко, но все же встречались и среди нас люди, которым было под силу отнять способности у другого сверхчеловека. Они в буквальном смысле этих слов влезали тебе в голову, с корнем вырывая из тебя часть тебя самого. То, что делало тебя тобой. То, что делало тебя особенным. Это было больно. Настолько больно, что практиковалось, после ряда долгих проб и ошибок, настолько редко, что многие уже успели позабыть, что слово "стерилизация" может значить весьма ужасные вещи. Но некоторые ещё помнили. В основном, кощунственная процедура производилась по ряду стечения обстоятельств. Либо твои способности были так саморазрушительны, что убивали тебя самого и уже было все равно: умереть от самого себя или погибнуть в попытке спастись? Или же когда преступление было не столь тяжким, чтобы отправить кого-то на утилизацию, но было достаточным основанием, чтобы лишить провинившегося сил. Сложно было сказать что из этого хуже: утилизация или стерилизация? Кто-то после данной процедуры умудрялся продолжать жить дальше, как самый обычный человек, радуясь крошечному шансу хотя бы существовать. Но большая часть тех, кто подвергся процедуре либо погибали, либо становились пускающими слюни овощами, либо сходили с ума настолько, что начинали лишь сильнее вредить себе и окружающим. Потеряв часть себя, часть своей души и разума, они уже никогда не становились прежними. Обратить процедуру было невозможно. То, что отняли - было не вернуть. Последних, обычно, упекали куда-нибудь в больницу, где под землей находились отделения, битком набитые такими же сумасшедшими, когда процедура набрала неожиданную "популярность" среди правительства. Я не желала ни один из исходов. И моё "нет" сделало меня крайне одинокой. Это сделало меня уязвимой. В один момент потерять все - слишком тяжело для любого человека. А когда ты подросток - мир кажется несправедливым ещё больше. Я стала объектом насмешек в школе. Те, кого я ранее считала своими друзьями стали издеваться надо мной. "Невинные" толчки, вырывание учебников и тетрадей из рук - это все можно было бы стерпеть. Но они порочили память о моих близких, называя их трусами, называя их слабыми, оскорбляя их. И это невозможно было стерпеть. Я множество раз обращалась за помощью к старшим, к учителям, с просьбами, мольбами о том, чтобы мне помогли, но кому было до меня дело? И я усвоила этот урок. Нельзя быть слабой даже в момент, когда слабой хочется быть отчаянней всего. Когда ты хочешь получить поддержку, ты можешь рассчитывать только на себя. И в мире больше не будет ни одного человека, который будет готов протянуть тебе свою руку, обнять или сказать слова утешения. Зато вокруг будет слишком много тех, кто захочет воспользоваться твоей слабостью и ударить в самое больное место. Именно после такого начинаешь разочаровываться в мире, в людях. Тогда же во мне поселилось семя ненависти. С каждым их ударом, оно росло. Сильнее и сильнее, разрастаясь внутри меня. И уже вскоре я поняла, что я могу дать отпор. Что я и сделала. И делала это каждый раз после. Стоило мне только получить удар, как я отвечала с удвоенной силой. И при этом я не гнушалась ломать и имущество Академии. А что? Учителя, которые должны нас учить и защищать не выполнили свои обязанности передо мной. Ни в первый раз, и никогда после. Я сменила множество Академий, но в каждой происходило одно и тоже. Те, кто считали себя выше меня, всегда пытались меня задеть. И все, что я делала все это время - это просто защищалась. Хотя никто так и не понял этого. Никто так и не понял, что все это время я закрывалась от всего и всех лишь для того, чтобы меня больше не ранили. Может, мои методы и не были самыми лучшими, но разве кто-то меня научил как это делать иначе?
Его пальцы сильнее запутывались в моих волосах, до боли сжимая их, едва ли не вырывая из моей головы. Я лишь сцепила зубы, чтобы не зашипеть от боли. Но в этот раз Дерек действовал куда жестче, чем при обычных наших встречах в его кабинете. Он с легкостью, словно я и не сопротивлялась вовсе, приложил меня головой об пол так, что в глазах сначала мелькнула яркая вспышка, а затем и вовсе меня словно стало засасывать в темноту. Могло бы показаться, что я потеряла сознание из-за чрезмерно сильного удара, но было кое что, что заставило меня верить, в то, что меня вынудили "уснуть". За эти годы я прошла не одного психолога, которые все, как на подбор, были телепатами. И эта грубая манера врываться в чужой мозг по ощущениям была ни с чем не сравнима. Словно что-то холодное и липкое, вроде щупалец, врывалось в твой мозг, минуя черепную коробку. Для многих это ощущение было незаметным. Но после стольких лет. После стольких бесцеремонных "гуляний" по моему мозгу, я научилась для себя определять это чувство. И, черт, как же это было мерзко. Вот только Кнехт не был телепатом.
Я помнила этот день в деталях так, будто это все произошло вчера. Свинцовые тучи. Пронизывающий ветер. Словно вся моя боль, вся моя печаль и все мои слезы вылились в один единый поток, извергающийся небесами на людей, что стремительно зашуршали своими зонтами. Это воспоминание когда-то несло в себе столько боли и отчаяния, которые сейчас задевали лишь какие-то далекие струны моей души. Это всегда будет больно. Но сейчас боль притупилась. После стольких кошмаров. После стольких лет. И сейчас я иду к железным столам, вновь касаясь руки матери. Чудно, но даже сейчас она кажется все такой же холодной, как я её помню. И сейчас внутри даже появляется какое-то ужасающее чувство радости - я все ещё помню их лица. Каждую черту. В последнее время мне стало казаться, что их лица начали стираться из памяти, но сейчас я отчетливо понимала, что они останутся в моей голове навсегда. Я буду помнить их всегда.
- И это все? – Удар оказался неожиданным. Мужчина в рясе священника ударил меня по лицу, от чего моё тело упало в грязь. Этого не было в тот день. Эта мысль с ужасом пролетает в моей голове. – Жалкая паскудная дрянь, они погибли из-за тебя, – и новый удар от священника, если бы только это был он, заставляющий меня, едва поднявшуюся на колени, вновь упасть в грязь. Воспоминание теперь становилось ночным кошмаром, и я даже знала чьих это рук дело. Ещё один удар Дерека, в этот раз в живот. Я чувствовала его настолько отчетливо, что это все вполне могло бы сойти за реальность. И я из последних сил держалась только за одну мысль - все было не так. Я повторяла её, словно мантру, не давая себе даже возможности представить, что происходящее когда-то могло бы быть реальностью. Выбери Кнехт какое-то другое воспоминание, то я ещё могла бы поверить. Все было слишком реально, от чего заставляло мозг обманывать самого себя. Но не всякое воспоминание можно было омрачить привкусом нереальности. Конкретно это отпечаталось в моей голове так четко, что даже если бы я захотела его стереть из своей памяти - это бы едва ли у меня получилось. Мой мозг отчаянно сопротивлялся с самой идеей того, что сейчас происходило. Хотя в какую-то секунду, когда отец обнял меня, падая в грязь рядом со мной, говоря о том, что моих способностей больше нет, я дала слабину. Неужели это реально? Моя ошибка была в том, что я позволила себе усомниться. Всего на секунду, но этого было достаточно. Достаточно для того, чтобы мой мозг сдался под натиском мужчины. Может ли это быть реально? Спрашивала я себя раз за разом. И не находила ответа. У меня словно выбили почву из-под ног, и мне уже не было за что цепляться, не было спасательного круга. Ещё один удар, и я с криком прихожу в себя на полу. Ещё несколько секунд мне требуется на то, чтобы оценить обстановку. Что из этого реально, а что очередная игра Кнехта в моей голове? Я слышала о таких, как он, но мне никогда прежде не доводилось встречаться с подобным. И лучше бы не приходилось и впредь. Голова раскалывалась одновременно от удара и от того, что мой мозг не мог быстро перестроится из того, что ему казалось реальностью в то, что действительно было реальностью. Уверена, что именно этого Дерек и добивался. - Поднимайся, – мужчина поднял меня за шкирку, встряхнув словно куклу. Пальцы его руки плотно сжались вокруг моего предплечья и он потащил меня в сторону кабинета директора. Что ж, по сравнению с тем, что творилось в моей голове, поход к директору был просто цветочками. Дерек буквально втолкнул меня в кабинет директрисы, что, как и всегда, восседала за своим столом. Странно, но я, кажется, уже давненько не попадала сюда. Поэтому, когда мужчина вынудил меня сесть на кресло, я не стала изменять своей дерзкой натуре. Пусть не думает, что его вмешательство в мою голову подействовало слишком сильно. Даже, если на самом деле меня это и беспокоило, ему не стоило об этом знать. А то ещё загордиться. - Я скучала по тебе, креслышко, - я ласково потеряла обивку на подлокотниках, словно кресло живое и я рада его видеть. Но, конечно же, я просто ерничала, в надежде ещё больше выбесить моих "тюремщиков". О, да, мне очень нравилось доводить учителей до белого каления. Скажем так, плачу им той же монетой, что и они мне когда-то. И не важно, что это уже совершенно другие люди. Чем они лучше других? Ничем. Они такие же. Директриса буравила меня гневным взглядом, словно пытаясь заглянуть мне в душу. Но чтобы вызвать чувство вины нужно иметь душу, а у меня её нет. Поэтому мои губы скривились в саркастической усмешке. За ней я на самом деле пыталась скрыть страх, вызванный её словами. Хотя, скорее, это были отголоски вмешательства Кнехта, который буквально навязывал эту идею о возможности стерелизации в моей голове ещё пару минут назад. Больной ублюдок, мать его. - Ох, как жаль, а я уж было думала, что у меня начнутся внеплановые каникулы. Вот облом, так облом. Вы просто птица "обломинго" в человеческом теле, миссис Себил, - Открыто насмехаясь, ответила я. Я поднялась с кресла, окинув директрису и преподавателя насмешливым взглядом. - И все же, наверное, можно будет считать это каникулами. Возможность надрать задницы этим идиотам - это же просто поистине шикарное наслаждение, - бросила я, покидая кабинет, но оставаясь возле него. Последнее слово Кнехту ещё останется за мной.
- И это все, на что ты способен? - Мои губы тронула усмешка. - Каверкать воспоминания людей - звучит как-то не очень. Знаешь, раньше я даже думала, что тебя боятся весьма заслуженно, но... - Я специально выдержала паузу, - я, кажется, ошиблась. Даже и не знаю теперь: то ли у тебя такое раздутое самомнение, то ли все вокруг полнейшие идиоты, что тебя бояться? - Мужчина склонился ко мне, опираясь рукой о стену, подле моей головы. Он долго всматривался в мои глаза, после чего произнес, - я могу стереть тебя, Вебер. В любой момент от тебя не останется ничего. Это хуже смерти, хуже стерилизации. Вот ты есть, а вот тебя нет. - И он просто ушел. Хотя его угроза ещё надолго засела в моей голове. Слишком реальный у неё был привкус. И слишком сильно не хотелось проверять его слова на правдивость. Хотя это не значило, что я начну его боятся. Разве что, самую малость. В целях самосохранения. Но вот Дереку об этом знать не стоило.
Пятница встретила неприятным моросящим дождиком. Всю неделю светило солнце, и на тебе! Словно кто-то специально подгадил такой момент. И ещё этот неприятный пронизывающий ветер. Я прятала руки в карманах легкой толстовки, но они все-равно были ледяными. Посадочная площадка школы была уже окружена такими же "жертвами образования", как и я. Вглядевшись в толпу из одиннадцати человек, я скривилась. Нет, ну как можно собрать в кучу всех отбросов, которых я б с радостью закопала на острове? Так еще уметь надо! В середине полукруга стоял Дерек. - Здравствуй, солнышко, давно не виделись, - я обратилась к Кнехту, расплываясь в усмешке. А этот гад даже не обратил на меня внимание! Ну и хрен с тобой. Тут были такие "кадры", что невольно пришлось переключить своё внимание на них. И все же, тут были явные отбросы общества Академии. Лэйла со своей силой к заморозке в окружении ещё четырех своих подружек-змей. Эмили, Ханна, Джессика и Брианна. Другими словами - вампирка чувств (биовампиризм), взрыв пакет (пиротехник), франкенштэйн (оживление рисунков) и обломинго (блокировка чужих способностей). Забавные я клички им дала, да? Это были только девушки. Среди парней контингент был не лучше. Питер, Уилл, Райан, Зак, Ноа, Оуэн. Иными словами - коврик линялый (оборотень), скорострел (аллюризм - быстрый бег), химикат (автогения — выделяет любой химически ядовитый газ), капитан Железка (управление металлом, магнетизм), белка-летун (левитация), глазастик (ясновидец).
Я фыркнула. - Да уж, компашка что надо. - Питер тут же напыжился, - закрой пасть, Вебер. - Мои губы искривились в усмешке. - Пасть у тебя, псина поздаборная, а у меня рот. - Я могла бы и дальше продолжить словесную перепалку, но к посадочной площадке приближался вертолет. Машина плавно опустилась на землю и теперь уже не было обратного пути, кроме как идти вперед. Навстречу приключениям! Вертолет доставил нас к точки у порта, где все мы должны были погрузиться на корабль, который, собственно, и должен был нас доставить на Остров. Неужели за все это время нельзя было придумать куда более комфортного способа передвижения? На корабль мы грузились молча. Виной всему был все тот же пронизывающий ветер, который у воды был внезапно настолько ледяным, что лишний раз даже рот открывать не хотелось. Ну ничего, вот зайдем мы внутрь! И я отыграюсь на всех и вся. Но моим маленьким коварным планам не суждено было сбыться, - все разбиваетесь на пары, кроме Вебер. Занимаете свои каюты, кто останется один, занимает последнюю каюту. Вебер - со мной. - И что это за херня?! В моём взгляде так и сквозил этот вопрос. - А если я не согласна? - Но ответом мне послужило "Твоё мнение никто не спрашивал". Ну ахринеть теперь. Спать в одной каюте с этим извращенцем, перетрахавшим пол Академии - вот так наказание. Войдя в каюту, я сразу же решила, что займу койку, что была сверху. Лишь бы не видеть Кнехта как можно дольше за эту поездку. Закинув сумку наверх, я и сама залезла на верхнюю койку, сразу же отворачиваясь к стенке и всем своим видом показывая, что я не желаю ни с кем общаться.
Я не помнила как уснула. Зато пробуждение оказалось весьма и весьма болезненным. Я банально упала со своей койки вниз, на металлический пол. Что за херня творится? Я едва успела встать на ноги, как корабль ощутимо тряхнуло и меня откинуло к стенке. Дерека тоже шатнуло в мою сторону и теперь он нависал надо мной, упираясь руками в стену у моей головы. - Что, блять, происходит? - Задала я единственный вопрос, который сейчас крутился в голове. Но ответить Кнехт не успел. Мои руки касались металлической стенки каюты. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы ощутить то, что могло погубить всех на этом корабле. - Твою ж... - я оттолкнула от себя мужчину, выбегая из каюты, быстро, как только могла, поднимаясь по лестнице вверх. Босиком и в легкой кофте, потому что времени одеваться у меня не было. Счет шел ни на минуты, а на секунды. Я распахнула дверь, ведущую на палубу, замирая. Огромная волна шла прямо на корабль. И если она обрушиться на него, то перевернет его. И все на корабле, включая меня, погибнут.
Подскальзываясь на мокром металле, я бежала к носу корабля, который вот-вот должен был встретиться с огромной волной по левому боку. Принимая устойчивое положение, я вытянула вперед руки, чувствуя кончиками пальцев, как волна от моего воздействия замедляется, но не останавливается. Пока что я лишь выиграла нам пару лишних минут. Даже самому опытному стихийнику было сложно сражаться со стихией в её первозданной форме. Она была практически неконтролируема. Для подобных ситуаций, обычно, на корабле был специально обученный стихийник, который следил, чтобы подобных ситуаций не возникало, пресекая их ещё задолго до того, как все доходило до критической отметки. Но сейчас на палубе не осталось ни одного человека - все с криками бежали внутрь. Глупцы. Меня никто специально не обучал. И единственное, что дарило мне надежду на успех моей идиотской затеи - это моя излишняя самоуверенность в своих силах. Медленно проворачивая корпус, я стала отводить волну в сторону. Это было намного сложнее, чем казалось и требовало от меня огромнейшей концентрации. Отвести в сторону и отпустить. Повторяла себе я, чувствуя, как руки от напряжения начинали трястись. Я теряла контроль над собственными способностями. Я теряла контроль над волной. На секунду, лишь на секунду, в голове проскользнула мысль, что я дура и что у меня ничего не получится. И я потеряла контроль. Волна снова понеслась на корабль с бешеной скоростью.
Второй раз я "ухватилась" за неё более прочно. Нужно было сделать все быстро, а до этого я действовала слишком медленно. Вкладывая себя на полную силу, я вновь стала отводить волну в сторону от корабля так, что она едва ли задела нос корабля и я тут же отпустила её, падая на колени, когда волна "упала" в океан, толкая корабль в последнем сильном толчке, но от которого он не перевернулся. Я кое как поднялась на ноги. Меня всю трясло от холода и перенапряжения. - Алекс, - я сталкиваюсь с Дереком возле двери, но ничего ему не отвечаю, протискиваясь мимо и спускаясь по лестнице. Голова разрывалась от боли. Как и все тело. Я никогда не сражалась со стихией и я никогда не использовала свою силу так много. У каждого есть предел. Если его пересечь - можно погибнуть. Я свой, кажется, едва не пересекла. Я сползла по стене в каюте, чувствуя, что просто физически не смогу залезть на свою койку наверху. Во рту вдруг появился металлический привкус крови. Или он появился давно, а я только сейчас его ощутила? Я провела рукой по лицу, размазывая кровь, которая текла из носа. Черт. Пытаясь остановить кровь, я лишь сильнее измазала лицо и руки. Зрелище было то ещё. В конце-концов, я сдалась. Прикрывая глаза, я так и сидела у стены, даже не заметив, как моё тело начало падать, а сознание провалилось в непроглядную тьму.

Отредактировано Stephanie Brennan (2017-08-17 23:05:50)

+1

5

Дети совсем не понимали, что их ждет, относясь к подобному, словно к прогулке по парку, где за ними должен был присматривать преподаватель. Кнехт даже не задумывался над тем, почему выбрали именно его, почему сказали именно ему сопровождать этих детей. Все было очевидно и на поверхности, может в академии другие учителя относились к нему и с уважением, но все они питали страх от того, кем он являлся и к каким методам прибегал. Так им будет определенно спокойнее, особенно когда всех отправят куда подальше. Однако никакие дети по его личному мнению не заслуживали такого. Остров – это как исправительная колония, где ты остаешься без сил. Для кого-то это было просто, не пользоваться собственной силой, как к примеру, делал Дерек. Его дар не давал какого-то постоянного плюса в жизни, а мужчина использовал его в академии и вовсе не так часто, иногда если требовалось покопаться в собственных воспоминаниях и вот за последние пару месяцев он применил его к Алекс, чтобы выбить немного спеси из этой девчонки, хотя по-видимому этого было мало.
- Здравствуй, солнышко, давно не виделись – он слышал ее голос, но проигнорировал, не желая отвечать. Настроение и так было ни к черту, еще эта малявка лезла со своими язвительными замечаниями, словно кто-то ее спрашивал. Они собрали почти дюжину нерадивых студентов, которых лучше бы отчислили или стерилизовали и дело с концом, чем отправлять в эту сложную исправительную экспедицию, как ради шоу. Сначала их ждал грузовой вертолет, который доставлял всех на корабль, ну а дальше тот самый корабль отвозил ребят на остров. Если задуматься только об одних тратах на такое круизное путешествие, то вполне можно догадаться, что деньги сливаются абы как и в никуда. Сколько бесцельно потраченных ресурсов на наглых подростков, не желающих принимать общество таким, какое оно есть.
- Все разбиваетесь на пары, кроме Вебер. Занимаете свои каюты, кто останется один, занимает последнюю каюту. Вебер - со мной. – наверное, это было самым гуманным решением из всех. Если позволить этой девчонке делить с кем-то одну каюту, то она поубивает всех и каждого, дай ей только волю, а тут уж точно свободы у нее будет больше, чем у других. Лучше уж не допускать подобных промашек. Кто знает сможет ли она вовремя остановиться свои силы, ведь одно дело причинять боль, совершенно другое намеренно калечить людей или даже убивать, на что стихийной магии вполне достаточно. Конечно, у Алекс были слова протеста, но Дереку было плевать на них, пусть дальше строит из себя принцессу недотрогу, но они едут на остров, а не к ее бабушке на каникулы.
- А если я не согласна?
- Разве я спрашивал твое мнение? Иди в каюту! – приказал Кнехт и девушке ничего не оставалось, как подчиниться. Ей еще не раз предстоит исполнять его приказы на острове, потому что там без своих сил она будет никем, самой простой девочкой, которых осталось не так уж и много в этом мире. К тому же Дерек переживал и за ее безопасность. Когда она управлять огнем или водой, то это конечно, очень просто раскидывать врагов, как кегли в боулинге, но вот без них, что-то тут вызывало у него сомнения. Может с какой-нибудь одной Лэйлой она бы и справилась, но что если девчонки нападут вместе? Пятеро уж точно уложат одну, тут не надо обладать и даром предвидения. Они просто возьмут количеством, отчего не стоит лишний раз выходить на конфликт, особенно когда не сможешь выйти из него победителем.
Алекс разместилась на верней полке, сам Дере отправился на нижнюю, ему было не принципиально. Так девушка оставалась у него под носом и спокойно мужчина мог наблюдать за всеми ее передвижениями. Он успел поспать, а потом проснуться. Просто лежа и смотря в койку над ним мужчина в какой-то момент ощутил сильную тряску, выходящую за пределы разумного и нормального. Вебер упала со своей полке и перекатилась по полу, его тоже сбросило к девушке, и они оказались почти у своего угла каюты, так что теперь Кнехт нависал над ней, подобно любовнику, что зажал студентку и теперь та должна была определенно отдаться его обаянию, которое помогло мужчина охмурить не одну юную особу, оказавшуюся после на его столе в кабинете или на диване, порой даже на кресле ли у стены. Разве он мог отказывать молодым развратницам, выпрыгивающим из своих трусиков, ради того, чтобы ощутить в себе член преподавателя, почувствовать не какого-то там мальчишку, а настоящего мужчину, к которому ты испытываешь страх и вождение, явно отличные чувства для юных фанаток БДСМ.
Похоже, что они попали в шторм, оказавшись буквально в его центре. Девушка быстро выбежала из каюты, в том, что было на ней одето и ринулась на палубу. Подобное действие казалось безумным, пока в голове не просигналила сирена, вопящая, что она стихийник. Нет, с таким штормом справится молодой особе было бы невозможно, однако, судя по всему она пыталась. Дерек подался следом и видел, как девушка добежала до самого носа, а после стала задействовать силы, останавливая волну, готовящуюся встретиться с их левым бортом. Подобный удар мог бы даже потопить их, так как рулевой не заметил этой волны вовремя, отчего теперь она застала всех врасплох и не будь у них подобной «стихийной ведьмы», то никто бы не устоял перед буйством шторма.
Первая попытка девушки все же провалилась, ведь она никогда раньше не использовала свои силы в подобном ключе. Этим и отличалось баловство от настоящей надобности. Однако, Алекс точно не из тех, кто готов сдаться при первой неудаче, и эта часть ее характера нравилась мужчине, особенно если бы была направлена на что-то по-настоящему полезное. Новый подход, а волна приближается все ближе и ближе. В этот раз ей удалось подпустить природу ближе и ударить ее буквально о нос корабля, оставляя остальное неповрежденным. Дерек по себе знал, как способности могут изматывать тебя, особенно когда ты не подготовлен к их использованию, как сейчас мисс Вебер. Она падает на колени, мужчина лишь приближается ближе.
- Алекс – произносит он ее имя, но вряд ли девушка слышит его, почти теряя сознание от перегрузки, тем более что из носа теперь проступает кровь, говорящая явно о том, что студентка перестаралась, однако помогла всем пережить этот день. Никто не скажет ей слов благодарности, никто кроме самого Дерека даже не узнают, что случилось сегодня тут. Она, лишь шатаясь и дрожа, быстро подалась обратно в коридор, ведущий к каютам, прикладываясь руками к каждой стене, чтобы хоть как-то держаться на ногах.
Мужчина встретил ее уже внутри каюты, с кровью на руках и без сознания. Девушка достаточно постаралась, потому он нашел какое-то полотенце и вытер кровавые следы, чтобы лицо выглядело чище, а потом уложил на свою койку, дабы не поднимать тело на высоту. Сам же Кнехт сидел рядом на небольшом стуле с железной спинкой, поглядывая на свою ученицу. Во многом она вызывала у него симпатию, будучи именно личностью в таком юном возрасте. Он ведь знал много того, что Вебер вряд ли желала рассказывать кому-то, как к примеру, отношения с собственным отцом и то, как он желал лишить ее сил, чтобы она никогда не проследовала по пути матери и брата. Да и смерть близких всегда ломает людей, кого-то сильно, подобно ее отцу, кого-то не очень. Алекс смогла справиться, как бы не пытались доказать обратно врачи, копающиеся в твоей голове. Он видел ее, видел реакцию на попытку забраться в эти воспоминания, что лишь говорило о том, как эти моменты остались в прошлом, а сейчас все обстоит иначе.
- Если хотела впечатлить меня, могла бы просто раздеться – посмотрел он на нее с осуждением, сам играя на том, что она думала о нем. На самом деле Дереку было и вовсе наплевать на то, с кем он спит и как это делает. Это его право, а слабость студенток – их собственный порок, а не его. Он никогда не принуждал никого к этому, хотя, обладая таким незаурядным талантом, мог бы склонить любую девушку на свою сторону, а она бы даже не заметила, как все произошло. Угробить себя до острова – это явно сошло бы за достижение, пусть и сомнительное, но все же тогда девушка была первой среди тех, кто умер в пути.
- Просыпайтесь бездельники, мы прибыли – вместе с его голосом прозвучал специальный гудок, повествующий о том, что пора поднимать свои задницы и выметаться на землю, что для них подготовили. Наверное, каждый ступая на остров, даже подплывая к нему ощущали воздействие сильнейшего магнитного поля, которое лишало силы всех присутствующих тут. Теперь они простые ребята, студенты, которые должны выживать благодаря собственным навыкам и командной работе. Если играть «каждый сам за себя», то долги они тут точно не протянут, а Дерек не собирался быть для них папочкой надсмотрщиком.
- Спускайтесь вниз, ублюдки – проговорил он и остальные собрав свои небольшие вещи отправились вслед за ним. Сначала им следовало пройти последнюю часть процедуры – это внедрение специальных чипов, чтобы отслеживать их, при этом добавлять каждому из ребят немного технологического функционала, начиная от банальных голографических часов, до карты острова, которую можно было посмотреть в онлайн режиме с определением места собственной локации.
- Дайте руку, вам внедрят чипы, которые будут помогать таким неудачникам, как вы выжить в этом месте – он говорил с ними специально в подобном духе, потому что все они были лишь заигравшимися в жизнь девчонками и мальчишками, которые ничего не знали о том, как надо выживать и именно этому Дерек собирался их всех научить. Единственное в ком он мог сомневаться, дак это в Алекс, которая обладала куда большими навыками, чем показывала и в отличие от других ребят с ней он был знаком куда меньше по времени. Но даже за то небольшое время, которое он исследовал ее разум и побывал в некоторых воспоминаниях, то мужчина видел, как брат девушки обучал ее, пока был жив.
- Так, а теперь слушаем меня заносчивые детишки. Расходимся по двум домам, в одном девушки в другом парни. Я буду жить отдельно от вас. Для всех вас будет действовать общий распорядок дня, который обязаны соблюдать все, иначе будете подвергнуты наказанию. Чтобы вы сразу знали, наказанием для вас будет встать на колени, а потом получить десять раз по спине бамбуковой палкой. Если я увижу слабый удар, то буду наказывать и этого человека лично. Поэтому приятного в наказаниях будет мало, даже не рассчитывайте, что вас это не коснется. – это был не отпуск, а настоящий военизированный лагерь, где у них был один преподаватель или старшина по военным меркам, называйте как хотите, но суть лишь в том, что он тут главный и неподчинение будет караться, причем достаточно неприятным образом. Даже по лицу Алекс было видно, что она не шибко рада такому, однако никто не спрашивал девушку хочет ли она подчинятся или нет. Если ты попал на остров, то тебе уже никто не оставляет выбора.
- Готовить еду также будете по сменам, как и делать все остальное. Помимо этого, днем в самую жару под солнцем будут проходить тренировки. Я буду разбивать вас на пары и обучать, каждый раз пары будут разные, потому не обольщайтесь. Вы должны научиться работать не только самостоятельно, но и в команде. Худший из вас всегда будет на дежурстве в качестве прислуги, лучший будет освобожден, а остальные будут участвовать в соревновании, где победители получат приз, а проигравшие все, что останется после – иногда призом может быть банальная возможность первыми приступить к еде или прийти на следующую тренировку с банкой воды, чтобы попить в перерыве, чего не будет дозволено другим. Кажется, мелочью, но на самом деле из этих мелочей и состоит комфортное пребывание на острове, а не желание убить себя поскорее, чтобы мучения прекратились.
- И запомните самое главное, тут вы все НИКТО. Вы просто жалкие дети из академии, которые лишились своих сил. Так что за пределы лагеря ходить для вас пока запрещено. Как только вы пройдете обучение, то запрет будет аннулирован – он уже видел, как на губах Вебер вертится вопрос, а почему запрещено, отчего постарался ответить на него сразу – для особо умных, кто решит это делать тайком сразу скажу. Там за пределами лагеря полным-полно различных ловушек, от просто способных поймать вас в сети или подвесить за ногу к верх ногами в силок, так и тех, что способны убить вас. Если у вас нет желания прикончить себя раньше времени, то слушайтесь моих приказов. 
Кнехт отдал им приказ разбрестись по домам и обустроиться. В каждом из домов было более десяти мест, так что никакой борьбы за койку не намечалось. К тому же сегодня для них будет первый день пребывания тут, когда больше никто не будет им готовить, убирать, стирать и вообще как-то помогать. Теперь только они есть у себя. Хочешь есть? Тогда идешь на кухню в соседнее здание и готовишь сам. С завтрашнего дня начнутся графики с дежурствами, но на сегодня не стоило мечтать об ужине или каком-то перекусе, если, конечно, ты сам не желаешь его себе организовать.
- Подъем – утро наступило быстро и даже без происшествий. Проклятая Вебер и то не успела выкинуть какой-то фокус, хотя может, она желала сначала освоиться прежде чем слишком быстро привлекать к себе внимание Дерека, а после отправляться готовить на всех остальных, проводя полдня на кухне, словно ты какая-то домохозяйка, а если еще и не справишься, то тебя высекут бамбуковыми палками каждый из студентов академии, отчего радости не прибавится.
- Долго собираетесь, бесполезные вы существа – проговорил мужчина, глядя на часы, на которых уже было девять пятнадцать до полудня, хотя на сборы отводилось ровно в три раза меньше по времени. – для первого раза прощу вам, но в следующий раз, каждый кто канителиться, как черепаха будет наказан. Теперь за пробежку. Видите, дорожку вокруг нашего лагеря? По протяженности она три километра, так что вперед, с вас десять кругов, не забудьте включить браслеты на старте, иначе круги не засчитаются – он разослал им всем задание, которое поддерживал браслет и теперь они должны были приступить к его выполнению. Тридцать километров, в среднем если бежать не на уровне чемпионов по бегу, то за три часа с этим легко можно было справиться.
- Питер, сегодня на кухне будешь ты. После трех кругов можешь идти готовить. – отдал Дерек очередной приказ, наблюдая за тем, как его подопечные начинают свою тренировку. Эти задачи были больше изматывающими, ведь после полудня настанет обед, который позволит им часок передохнуть, а дальше начнется настоящая тренировка, где им придется выступить против самого мужчины, который не практиковался достаточно давно, но все равно с легкостью надерет зад этим идиотам, никогда не сражавшимся кулаками на равных, а только умеющими тратить свои силы попусту.
- Шевели булками Вебер, это тебе не показ мод, - крикнул он девушке и даже вовсе не потому, что она была самой медленной и отставала от всех, а потому как лишь одна она волновала его по-настоящему, а весь этот пестрый сброд были бесполезной массовкой, отправленной сюда в ссылку. Поглядывая на сексуальные задницы Лэйлы и Ханны, мужчина наслаждался, сидя в теньке и наблюдая за происходящим. Свои тренировки он уже прошел, когда был в «Стражах», отчего заниматься этой упоротой херней ему совсем не хотелось наравне со всеми. Он тут исключительно, чтобы гонять их, а не наоборот.
[STA]преподаватель, манипулятор сознанием, любитель молоденьких студенток[/STA][NIC]Derek Knetch[/NIC][AVA]http://i.imgur.com/dKjeQDV.gif[/AVA]

+2

6

[NIC]Alexandra Weber[/NIC]
[STA]Ashes, ashes, they all fall down[/STA]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2wngj.png[/AVA]
[LZ1]АЛЕКСАНДРА ВЕБЕР, 18 y.o.
profession: студентка академии для одаренных;
relations: отец
[/LZ1]
Пробуждение оказалось, скорее, неожиданным. Словно ещё секунду назад была глубокая ночь, грозившаяся стать, если не для всех, то для многих на этом корабле, последней. Словно я только-только прикрыла глаза, чувствуя, как мир погружается в непроглядную тьму, засасывая меня с головой, словно в зыбучие пески. А затем вдруг совсем рядом звучит голос Дерека, и следующий за ним противный сигнал, эхом разносящийся по всем коридорам корабля. Я резко села на койке, о чем очень сильно пожалела буквально в следующий момент. Все тело болело так, словно по мне несколько раз туда и обратно проехался тяжелый грузовик. А голова, казалось, вот-вот лопнет от скопившейся в ней боли. Вместе с тем чувствовалась какая-то особенная слабость, которую теперь не понятно было на что списывать. То ли на воздействие поля, что генерировал Остров, то ли на мою сумасбродную героическую попытку угрохать себя ещё до прибытия на Остров, то ли и то, и другое вместе взятое. В таком состоянии все, чего мне хотелось больше всего на свете в данный момент - это укрыться одеялом с головой и сделать вид, будто меня и вовсе тут нет. Только, понятное дело, что такой фокус с Кнехтом не прокатит. Скорее, он схватит меня за шкирку и потащит прямо по полу, смачно прикладывая к каждой ступени, пока я, наконец, не поднимусь на ноги, чтобы идти самостоятельно. Кстати, о нем. Стоило только образу преподавателя возникнуть в моей голове, как он тут же материализовался в проходе каюты. - Я встаю, встаю, - пробурчала я, поднимаясь на ноги. Пришлось, правда, тут же опереться спиной о стену, потому как мои ноги от такой резвой попытки едва ли не подкосились, а пустой желудок был готов продемонстрировать остатки вчерашнего ужина на всеобщее обозрение. - Ну, встала же, - ответила я на неодобрительный взгляд мужчины. Кажется, только мы с ним знали о том, что на самом деле произошло ночью. И пусть так оно и остается. Не стоит начинать кому-то думать, что раз я поступила "правильно" однажды, то я начну поступать так всегда. В первую очередь я спасала свою задницу. Каким бы сильным стихийником я не была, оказаться в шторм посреди бушующих волн океана без единого понятия в какой стороне хотя бы жалкий кусочек суши - это верная гибель. Кнехт протянул мне мою сумку, которую ещё секунду назад стащил с моей койки наверху. Вот забавный факт, я точно помню, что едва сумела добраться до каюты и сесть у стены, тогда как утро настигло меня уже на койке Дерека. Неужто он был столь любезен и положил меня на свою койку? Я осмотрела свои руки, которые, если я правильно помню, должны были быть в крови. Но и её не было. Это что-то вроде своеобразного "спасибо за то, что спасла все наши задницы" или как это вообще расценивать-то? В прочем, интересоваться данным вопросом у Кнехта было бы бесполезно. Вряд ли он бы вообще стал отвечать на мои вопросы. Поэтому все, что мне оставалось - это взять свою сумку и плестись со всеми вверх на палубу, а оттуда, по трапу, вниз на сам остров. Я украдкой взглянула на нос корабля, вдруг все геройство мне только приснилось? Но, нет. Нос корабля был заметно покорежен с левой стороны так, что даже защитные перегородки были погнуты, а местами и вовсе - сломаны и сейчас просто болтались. Было видно, что первые люди из числа команды корабля, что уже спустились на остров, доставили для нас припасы на тот срок, что мы должны были пробыть здесь. Хорошо, что ящики с припасами были надежно закреплены на палубе во время шторма и ни один из них не пострадал, потому как вряд ли бы кто-то стал гонять такое судно туда-обратно чтобы ещё раз привести припасы для "непокорных детишек". И так слишком много чести. Грузовой вертолет. Корабль. Остров. Словно один месяц. Один человек. Одно место. Может оправдать подобные траты на одну только транспортировку, не говоря уже о чипах и припасах.
Я протянула руку мужчине, который тут же приставил к моему правому запястью некое подобие "пистолета". Легкая боль и он отнимает устройство от моей руки, оставляя на коже несколько капелек крови, которые тут же стирает стерильной салфеткой. Ещё несколько минут уходи на инструктаж по использованию и калибровку параметров, после чего меня отпускают. Стоит отдать должное тем, кто проектировал Остров. Все было по последнему слову техники. Раздельные дома из прочного материала, комплекс для занятий прямо на улице. Это лишь малая часть того, что можно было увидеть при первом осмотре "лагеря". Когда все из присутствующих были оснащены чипами и собрались, Кнехт начал свой монолог. И большая часть этого монолога мне совершенно не нравилась. От слова совсем. Я не умела полагаться на кого-то, кроме себя, поэтому вот та часть, где мы все дружненько должны разбиться на пары работать в команде - мне не нравилась совершенно. Хотя это ещё цветочки были, как оказалось. Весьма "занимательная" система наказаний меня радовала ещё меньше. И, если удары бамбуковыми палками ещё можно было пережить и стерпеть, то быть прислугой для кого-то...? Нет, он издевается! Можно ли было придумать что-то более унизительное? С моих губ уже готов был сорваться вопрос про запрет на выход за пределы лагеря, но Кнехт опередил меня, словно одним взглядом на меня, он понял мои мысли. Далее Дерек всех распустил обустраиваться по домам. Каждому из нас была выделена своя комната, которая разблокировалась только при поднесении к сканеру чипа для считывания. Внутри комнаты все было обставлено в эдаком стиле минимализма. Кровать, тумбочка у кровати, на которой стояла лампа, шкаф для вещей и дверь, ведущая в маленькую ванную. Только то, что необходимо и ничего лишнего. Я быстро разложила свои вещи в шкафу, приняла душ и легла в кровать. Стоит отдохнуть и набраться сил, вряд ли Кнехт будет меня жалеть только потому, что я помогла нам не утонуть посреди океана. Скорее, будет гонять меня ещё больше остальных.
Утро вновь наступило как-то слишком неожиданно. И сложно было сказать, что я чувствовала себя отдохнувшей. Чувство, будто меня переехали грузовиком немного ослабло, но не исчезло насовсем. Контрастный душ немного приводит меня в чувство и я даже успеваю забежать на кухню в другом здании, чтобы сделать себе сендвич, прежде, чем все собираются на поляне напротив Кнехта. Я уже давно успела дожевать свой сендвич, хотя этого, несомненно, было мало, учитывая, что весь прошлый день я не ела ни крошки. Желудок отозвался тихим урчанием, хотя и не только мой. Некоторые и вовсе позавтракать не успели, судя по их помятому виду. Вместе с остальными я подошла к старту, тут же активируя на часах задание, что прислал Дерек. Рваться сразу же вперед, как это сделали многие парни я не стала, выбрав для себя размеренный темп. Тридцать километров - это не пятиминутная пробежка, тут стоило рассчитывать свои силы, а не выжать себя на максимуме на первом же круге. На фразу преподавателя я только фыркнула. Кто бы сомневался, что именно ко мне он будет цепляться больше всего. В прочем, темп я прибавлять не стала. В то время, как большинство из тех, кто бежал впереди, начало сдавать позиции уже совсем скоро, я все ещё бежала довольно бодренько. Таким образом, немного поднажав на последнем круге, я прибежала первой, сразу же оседая на траву, восстанавливая дыхание и чувствуя, как все мышцы приятно ноют от длительной нагрузки.
Когда последний из бегунов пересек финишную черту, был объявлен обед. Нельзя сказать, что кто-то из присутствующих был особо искусным кулинаром, поэтому я не ожидала, что обед у нас будет слишком уж вкусным. В прочем, даже стоит отдать этой шавке должное. Яичница, бекон, кое как нарубленные овощи для салата, тосты и даже сендвичи было увидеть весьма неожиданно, но приятно. Обед происходил в весьма тихой обстановке, нарушаемой лишь звуком столовых приборов о тарелки. Все слишком проголодались и устали после пробежки, чтобы ещё и пробовать грызться между собой.
Но не стоит думать, что пробежка была единственным испытанием на сегодня. После некоторой передышки, давая пище немного осесть в наших желудках, Кнехт собрал всех возле матов, что были расположены чуть дальше основного комплекса тренажеров. - Вебер, - стоило бы сомневаться, что первой придется отдуваться именно мне. Хотя такая настойчивая заинтересованность моей персоной начинала меня порядком раздражать. Правила просты - правил нет. Есть оружие в виде бамбуковой палки с резиновым стержнем внутри примерно в пол метра длиной или же можно рассчитывать только на свои "кулаки", что было бы весьма глупо. Я подхватила одну из бамбуковых палок, прокручивая её в руках, проверяя её баланс. В своё время Шейн успел обучить меня многому, и так же многому я сумела научиться сама. Я встала напротив Дерека, готовясь к схватке. Я знала, что нежным он не будет, поэтому и мне придется выкладываться в полную силу, чтобы хотя бы защититься, не говоря уже о том, чтобы попытаться нанести удар. У меня был ряд преимуществ, несомненно. Я была быстрой, ловкой, гибкой, умела обращаться с оружием. Но я так же не позволяла себе недооценивать мужчину, что стоял сейчас передо мной в качестве противника. Он получил своё место среди "Стражей" не только из-за уникальных способностей. Он проходил схожую подготовку, даже более усиленную, чем сейчас преподавал нам. А это значило лишь то, что передо мной серьезный противник, знания и умения которого во множество раз превосходили мои собственные. Мы сошлись на матах, какое-то время просто ходя по кругу, оценивая противника. Дерек сделал выпад первым и я едва успела нырнуть под "оружие" избегая его столкновения с собственной головой. Я тут же пытаюсь провести свою атаку, нацеливаясь в ребра мужчины, но он быстро блокирует мой выпад и мне приходится отступить. Со стороны наша драка выглядела весьма скучно. Мы то сближались, стараясь быстро нанести удар, то расходились, вновь возобновляя движение по кругу. Но ни один из нас пока так и не задел соперника. Оценив свои возможности, я решила, что могу себе позволить один раз ударить весьма очевидно. На первый взгляд. Мы вновь сближаемся и я нацеливаюсь вновь на ребра мужчины, когда он уже готов отразить мою атаку, я перекручиваю оружие в руках, ударяя его по ноге, вынуждая опуститься одной ногой на маты. Хотя Дерек тут же зацепляет палкой мою ногу, опрокидывая меня на маты и я едва успеваю перекатиться в сторону, чтобы не получить весьма болезненный удар поперек живота. Мы словно танцуем, вот только музыки нет и этот танец может отразиться на каждом из нас болезненными отметинами в виде синяков - и это ещё самое малое, чем можно было бы отделаться.
Внезапно мир вокруг меня пошатнулся. И, судя по всему, пошатнулся он только у меня, потому что Кнехт стоял так же прочно на своих ногах. Чего я не могла сказать о своих. Остановить бой - было все равно что признанием поражения, поэтому я лишь постаралась держать Дерека на расстоянии. Увы. Я не уследила за противником, концентрируясь в большей мере на своих ощущениях, чтобы не упасть, и тут же поплатилась за это, получив удар бамбуковой палкой по лицу. В иной раз это вряд ли бы заставило меня упасть на колени, но сейчас земля буквально ушла из-под моих ног. Кап. Кап. Такой удар не мог разбить мне нос, максимум - оставить болезненный синяк. Стоило бы понять, что последствия перенапряжения будут преследовать меня не один день. Я вновь перекатываюсь, подхватывая палку и пытаюсь подняться на ноги, что дается мне с трудом. - Достаточно. - Что ж, даже спорить не стану. Стараюсь не смотреть в глаза Кнехту, хотя сомневаюсь, что увижу в них сочувствие или беспокойство. Просто ставлю оружие на место и отправляюсь к лавке, куда опускаюсь, вытирая не останавливающуюся кровь из носа. За дальнейшим представлением было весьма забавно наблюдать. Кажется, Кнехт даже не напрягался дальше, скорее шуточно проводя бои, то ударив кого-то из девушек по заднице, когда они в очередной раз падали, пытаясь увернуться или отразить его атаку. С парнями же было даже как-то скучно. - Жалкое зрелище, - прокомментировала я, глядя на это избиение младенцев. Все же стоит признать, что Дерек отнесся ко мне хотя бы как к противнику, а дальше он просто развлекался, раздавая удары нерадивым студентам направо и налево. После тренировки я ушла в комнату, умывая лицо и стирая кровь с собственных рук. Щека саднила и на утро грозилась распухнуть, поэтому я приложила к ушибленному месту полотенце, смоченное холодной водой. Каждая мышца приятно отдавала усталостью в теле. Ужин сегодня был на мне. Поэтому, умывшись, я отправилась на кухню, приготовить что-то более весомое, чем сендвичи и яичница. Все же, нас снабдили весьма разнообразным набором продуктов. Поэтому на ужин была рыба, запеченная на гриле, картофель пюре и овощной салат. Ели все быстро, даже не отвешивая шуточки по поводу того, что я могла их пищу отравить - слишком уставшие и голодные были. Остаток дня Кнехт позволил нам провести на своё усмотрение. Я немного побродила по окрестностям, рассматривая тренажеры и общее устройство лагеря, а после отправилась в душ и спать. Вряд ли следующий день будет намного проще этого.
Неделя на острове прошла незаметно. Утренние тренировки перетекали в обед, затем в обеденные тренировки и оканчивались вечерними тренировками. Дерек не щадил никого, хотя я видела, что пару раз Лейла и парочка её подружек ночью выбирались из своих комнат, ещё умудряясь залазить к Кнехту в постель после изнурительных тренировок. Или они надеялись на поблажку? В прочем, обламались они крайне быстро. Зато мужчина, кажется, не упустил шанс воспользоваться глупенькими молоденькими девчонками, что сами предлагали свои тела ему. Фу. До чего же нужно опуститься, чтобы думать, будто это им тут поможет? Работать в паре было сложно. Сложно было довериться ещё кому-то, когда ты привык рассчитывать только на себя. Но, с горем пополам, у меня получалось. Хотя стычек миновать не удавалось, как и словесных перепалок с взаимными "комплиментами". Но неделя прошла и мне посчастливилось пока ни разу не быть в роли "служанки". Даже противно себе представить, что могли бы придумать эти придурки, попади я под такое наказание. Хотя сегодняшний день уже сам по себе был одним сплошным наказанием.
Заданием на сегодня было пройти через лес, по заранее заданной карте для каждой пары. И вроде бы ничего такого, вот только каждая пара студентов между собой была скреплена наручниками. - Блеск, - пробурчала я, когда мою руку сковали с Питером. Кнехт будто издевался, сковывая между собой тех, кто ненавидел друг друга больше всего. А с этим линялым ковриком у нас всегда были самые громкие ссоры. И под громкие я имею ввиду самые разрушительные для Академии. Что поделать, если мы бесили друг друга просто до жути? Мы выдвинулись по маршруту, который то и дело отмечался на наших часах, когда мы проходили очередную контрольную точку. И все вроде бы шло мирно, пока этому гению не пришла в голову мысль, что можно срезать путь. - Ты помнишь о ловушках, о которых нас предупреждал Кнехт? Мне как-то не особо нравится идея умереть рядом с тобой. Поэтому отбрось свою дебильную идею и давай лучше быстрее шевели булками, чтобы мы дошли до следующей контрольной точки быстрее, - но Питера было не переубедить, а, будучи скованной наручниками, мне было весьма неудобно вести с ним бой, чтобы хотя бы уложить на лопатки. В итоге после нескольких минут пререканий и перетягиваний наручников каждый в свою сторону, оборотень просто воспользовался своим преимуществом в массе, буквально потащив меня в сторону его предполагаемого "сокращения дороги". Как бы я не упиралась, все было без толку. - Псина, кто бы знал, что ты такой тяжелый, - пробурчала я. Мне совсем не нравилась его идея. Мало ли каких ловушек тут наставили в своё время. И, когда не знаешь как их определять - можно было попасть в серьезную передрягу. - Вебер, не будь трусихой. - Я едва не задохнулась от возмущения. Хотелось пнуть эту шавку как можно больнее. Что я и собиралась сделать, пусть даже это нас замедлит, но внезапно земля под ногами Питера начала оседать и скатываться вниз по склону, а следом за собой он потащил и меня. Я едва успела ухватиться за выступающую ветку дерева, когда оглянувшись назад, увидела, как внизу раскрывается самая "интересная" часть ловушки в виде ямы с металлическими острыми штырями. Упади мы в такую и даже вся лечебная мазь в лагере нам уже не поможет - просто захлебнемся собственной кровью за считанные секунды. - Держись! - Крикнула я, упираясь ногами в землю, которая так и норовила уйти из-под ног. Металл от наручников болезненно врезался в мою кожу, раздирая её, когда Питер барахтался внизу, так же пытаясь хоть за что-то ухватиться. Я вскрикнула от боли, когда металл от наручников врезался глубже и по ладони потекла горячая кровь, делая наручники скользкими и липкими. Как бы я не пыталась нас удержать, вес нас двоих был для меня уж слишком велик. Поэтому не удивительно, что моя рука начала соскальзывать с ветки. Кто бы мог подумать, что смерть может наступить так внезапно и так глупо? Когда мои пальцы практически соскользнули с ветки, кто-то вдруг схватил мою руку, потянув вверх. И, черт подери, я ещё никогда в жизни не была так рада видеть Кнехта, как сейчас. Он кинул вниз веревку, так что теперь Питер ухватился за неё, ослабляя натяжение наручников на моей многострадальной руке. По веревке оборотень подтянулся вверх, а Дерек помог выбраться и мне. Я упала на землю, тяжело дыша и цепляясь пальцами в собственную разодранную кисть, стараясь остановить кровотечение. - И чья это была гениальная мысль, придурки?

[SGN]http://funkyimg.com/i/2wnov.gifhttp://funkyimg.com/i/2wnow.gif
аватар от Eos[/SGN]

Отредактировано Stephanie Brennan (2017-08-27 21:25:57)

+1

7

Он не просто так наблюдал за девушкой, видя в ней единственную угрозу всему этому действу. Остальные подростки может и были бунтарями и теми, кто не жалует правила, но на самом деле они были слабы, им не выдержать всех испытаний, не переступив через себя. Но вот Вебер – это отдельный разговор и достаточно долгий, даже утомительный. В отличие от всех остальных она куда более трезво оценивала свои возможности, не пытаясь бежать быстрее нужного. Тридцать километров – это не легкая прогулочка, а потому люди, начавшие бежать на высокой скорости достаточно быстро лишились всякого дыхания, уже спустя пять кругов. Они едва волочили ноги, пока Алекс спокойно обходила их одного за другим, своей медленной трусцой. Умение выжидать и не торопиться вовсе не свойственно детям ее возраста, потому Дереку приходилось приглядывать за ней с двойной силой.
Для него не было каким-то удивлением, что в таком темпе девушка финишировала первой, придя быстрее всех, кто с пренебрежением обогнал ее на старте. Но по факту никому нет дела до того, что ты сделал в самом начале, важен результат и в нем девушка превосходила остальных, просто потому что не спешила. В ней имелись нужные навыки, но сколько помнил Кнехт каждый раз Алекс направляла их только на нечто разрушительное и ужасное, не принося никакой пользы обществу или академии. Остров и предполагал исправить такой эгоизм по отношению ко всему. Час перерыв на обед, который успел приготовить Питер. Не сказать, что он обладал какими-то кулинарными способностями, но продуктов у них было предостаточно, а потому кое-что ему все же удалось, чтобы не быть совсем уж посрамленным. Многие не ели со вчерашнего дня, а потому сейчас каждый уплетал столько пищи, сколько вообще мог. Некоторые даже слишком увлеклись, забыв, что после их еще ждет тренировка, куда более сложная и опасная, чем бег на выносливость.
- Поднимайтесь, достаточно прохлаждаться – произнес Кнехт, зазывая всех на тренировку. Он никогда не был лучшим бойцом и никогда не считал себя таковым, однако даже его навыков за глаза хватало, чтобы одолеть любого подростка, даже всех разом, если это будет нужно. Они слишком рассчитывают на свои силы в реальной жизни, позабыв, что полно ситуаций, когда твои силы могут тебя подвести, когда ты не сможешь ими воспользоваться, но разве кто-то пытается думать об этом?
- Вебер – произнес мужчина, выбирая е, чтобы оценить своего главного противника, остальные сейчас казались скорее грушами для битья, хотя все же Дерек надеялся научить их чему-то прежде чем они смогут покинуть остров. Хотя пока тренировки носили больше индивидуальный характер, но это не значило, что он не приберег для всех и более сложных заданий, к которым пока еще предстояло подготовиться. Чтобы работать в команде, надо сперва научиться работать по одиночке.
В качестве оружия у них выступали не кулаки, ведь по факту они не какие-то дикари. В мире давно изобрели чуть более цивилизованные средства, которыми выступали бамбуковые палки со стержнями из плотной резины. От такого оружия оставались синяки, но убить им было не так уж и просто, если только очень постараться приложиться, желательно еще несколько десятков раз. Все-таки не смотря на все бамбук был сравнительно мягким именно поэтому испокон веков в Азии использовали именно его для тренировок бойцов. Их поединок не начинался эффектным обменом ударами, скорее они присматривались друг к другу, впервые став настоящими соперниками на этом ринге. По Алекс сразу было понятно, что она знала, как двигаться, ее обучали и обучали именно так, как это делают «Стражи», впрочем, не стоило сомневаться в ее подготовке, ведь мать и брат когда-то входили в самую почетную организацию для сверхлюдей.
Дерек не желал давать ей много времени на осмысление действий и начал атаковать первым. Он бил сразу быстро и безжалостно, нанося удар по ее голове, отчего Вебер едва успела уйти от него, ныряя под палку, в попытке атаковать его в грудь, однако легким парирующим движением мужчина отводит от себя ее попытку, заставляя отступить, чтобы не нарваться на новую серию атак в невыгодном положении. Он начинал раззадоривать ей, заставляя действовать, не только отбиваться и выжидать момент, по крайней мере, в этом был его план. На беге девушка успела показать свою выдержку, но кто знает готова ли она выжидать сейчас, получая удары по своему телу? Настоящий бой редко выглядит эффектно, а их поединок был таковым. Они сходились друг с другом, наносили атаки, защищались и тут же возвращались к исходной позиции, продолжая двигаться по кругу, как коршуны над мертвым телом. Пока никому не удавалось завоевать удобную позицию и потеснить соперника, перекрывая путь к отступлению, но именно в этом и заключалась суть поединка, нащупать слабость, а потом действовать без всякого промедления. Дерек никогда не был человеком, которому натерпелось сделать все и сразу. Даже его способность требовала времени и аккуратных действий, где спешка была бы излишней. Потому он просто ждал момента, изучая как девушка дерется, как она наносит удары, сколько силы вкладывает в них, ведь бой не может длиться вечно, силы людей не бесконечны, иногда достаточно измотать противника, а потом показать всю свою силу и победить.
Иногда, чтобы победить надо дать противнику поверить в твою слабость, дать ему зацепку, которой тот воспользуется, а потом контратаковать. В шахматах подобный прием используется не раз, когда ты жертвуешь пешку или даже ферзя, только ради получения преимущества и обмана противника. Ты можешь дать ему поверить в победу, затмить его глаза жаждой эйфории от своих действий, а потом все разрушить в один миг. Именно так и поступил Кнехт, позволяя девушке нанести ему удар по ноге, достаточно сильный, отчего пришлось одной ногой опуститься на колено. Казалось бы, вот он отличной ход, осталось только добить учителя и Вебер победит, но не тут-то было. Ловким контрударом мужчина сбил ее с ног, заставляя упасть на маты, а потом едва не завершил их поединок в сантиметрах ударяя рядом с ее телом. Алекс успела перекатиться и собрать свои силы, чтобы подняться на ноги.
Их танец продолжался, представляя из себя долгий процесс, но теперь каждому удалось разменяться ударами и пока бой был не в пользу девушки. В один момент Дерек увидел, как она слегка отвлеклась, будто теряя его из виду. Сейчас он не мог задумываться над тем отчего и почему это произошло, мужчина просто пошел в резкую атаку, которую девушка никак не смогла бы уже предотвратить, потеряв свою концентрацию. Удар палки пришелся по лицу девушки, сбивая ее с ног, заставляя упасть на колени. Ему стоило догадаться, что эта кровь вовсе не от его удара, так как будучи «стражем» он отлично знал, как надо бить и куда, а лишние травмы ему были ни к чему. Девушка же попыталась выровнять свое положение, перекатилась, беря вновь палку в руки, попыталась подняться, но уже поплыла.
- Достаточно – странно, но в этот раз от Алекс не было ни единого возражения. Она не смотрела ему в глаза, но Дерек знал отчего идет эта кровь, ведь совсем накануне она использовала свои силы для того, чтобы отвести бурю, это сказывалось и теперь, подобным недомоганием и продолжать бой не имело смысла, если конечно ему не хотелось избивать неспособную сопротивляться девчонку. Впрочем, она итак достаточно неплохо показала себя перед другими. В их навыках же Кнехт сомневался куда больше, потому даже не особо задумывался над тем, как все будет выглядеть.
Вторым вышел против него Питер, явно уверенный в своих силах. Своими мускулами он точно мог бы дать фору мужчине, но какой бы большой не был шкаф, вопрос не в его размере, а в навыках, которыми к сожалению, студент не обладал. В отличие от Вебер он сразу пошел вперед, начал атаковать, отчего резко получил два удара в лицо, а после два по спине. Это остудило его пыл, заставив поцеловать маты с разбитой губой, но в целом парень еще больше поддался ярости, что окончательно затмила ему глаза, сделав глупым истуканом. Дерек парировал пару его атак, а потом ушел в сторону, сбивая Питера с ног и попутно со всей силой выбивая воздух из его легких, так что тот аж прорычал, повалившись на маты. Еще несколько раз мужчина повторил все тоже самое, заметив, что парень окончательно не может воспринимать эти действия, сосредотачиваясь на собственной злости, а потому отправил того побитым как собаку на скамейку.
Кнехт даже не удивился, когда на ринг вышла Лэйла, явно пользующая большим авторитетом среди других девушек, которые скорее следовали за ней, чем думали собственной головой. Это тоже было неправильно, потому как в команде все должны быть равноправными, но слепое и глупое подчинение – вовсе не то, чего желал бы добиться мужчина, потому сейчас он и пытался сильнее прежнего развеять мифы, которые она успела возвести о себе. С ней было еще проще, он даже не позволял ей коснуться себя, а лишь раз за разом оставлял поучительные следы на ее теле, заставляя то падать на маты, то вскрикивать от удара палкой по ее заднице.
- Жалкое зрелище – услышал он негромкие слова Вебер, которые лишь сильнее позабавили мужчину. Да эти детишки определенно не обладали и десятой частью навыков девушки, которой удалось поучиться у своей семьи, но это лишь говорило о том, что ей нужно стать их лидером, а не противопоставлять себя всем и каждому. В ней есть задатки человека, способного вести за собой, таким и должен заниматься стихийник, у которого достаточно сил, чтобы каждый уважал его. Для этого они и отправились на клятый остров, чтобы научиться тому, что не смогут рассказать тебе в академии, тому, когда обстоятельства заставляют тебя принимать решения, когда мир вокруг уже не выглядит райским уголком, а то и дело пытается убить тебя или заставить сломиться. Так закаляется характер и именно так из детей они смогут стать взрослыми, наконец, завершив свой последний этап обучения.
Неделя на острове пролетела достаточно быстро для мужчины, тем более девушка решили даже скрасить его одиночество своим ночным присутствием в его постели. Первой пришла Лэйла, не выдержав уже не второй день, видимо ожидая каких-то поблажек, но, наверное, это был очередной урок о жестокости реального мира. Никто не собирался выделять ее среди остальных, да и зачем? Она могла считать секс своим оружием, будто может тем самым заставить следовать ее словам, вот только забыла девушка лишь тот момент, что на острове Кнехт остался за главного, и даже если бы детишки решили устроить бунт, то все они хорошо бы поплатились, встретившись не с издевательской манерой боя, а с настоящим «стражем» в действии, который уж точно не щадил бы их. Они ходили к нему одна за другой. Ханна дожидалась его голой в постели, Джессика ласкала себя прямо на столе в его комнате – вот только мужчина просто пользовался их глупостью, наверное, они понимали это и единственный плюс, который они могли извлечь из их встреч лишь возможность испытать удовольствия на острове полном абсолютно обратных эмоций. И если хоть кто-то бы додумался забраться в дом к парням, то Дерек увидел бы это, так как отслеживал передвижение каждого подконтрольного объекта, отчего он становился единственным мужчиной на этом острове, с которым эти шлюшки могли бы удовлетворить свой зуд меж ног, если это им было столь необходимо.
- Ну что, мне кажется из полных идиотов вы уже выросли. Значит, пора вам выдвигаться из лагеря – сказал Кнехт собрав всех на дневную тренировку. В этот раз утро у всех было свободным, но обед состоялся на два часа раньше, чтобы было больше времени до захода солнца. – Сейчас я разобью вас по парам, у каждой пары будет своя карта и свой маршрут по острову. Задача до невозможности простая, пройти по маршруту и не умереть. Попытаетесь сойти с дороги, и я не гарантирую вашей сохранности – мало кто из них понимал настоящую опасность острова, который запросто мог поглотить их жизни, став могилой, ведь это только в лагере была мнимая безопасность, лишь потому что рядом с ними был Кнехт, защищающий идиотов от мира и от самих себя. Там за границей лагеря все будет иначе и куда как сложнее. Им предстоит не легкая прогулка в удовольствие, а достаточно сложное задание.
- Первая пара Алекс и Питер, ко мне – конечно, девушка не была рада и по лицу можно было видеть всю бурю ее эмоций, однако приказы не обсуждаются. Их руки тут же сковали наручники, что еще больше осложняло поход, ведь прежде всего задача научиться не ходить по острову, а быть командой, которой для выживания нужно действовать согласованно.
- Вы не у алтаря стоите, валите по своему маршруту, не задерживайте остальных – скомандовал мужчина подросткам и те двинулись в путь. Конечно, он видел всех их маршруты. Отслеживая все по карте на своем запястье. Стоило бы кому-то отклониться и тогда Дерек пришел бы к ним. Он также собирался двигаться по острову, но своим собственным путем. Такого человека, как он ловушки мало пугали, потому как большая часть из них были слишком очевидными, а другие лучше было обходить и не пытаться экспериментировать. Иногда для победы требуется отступить, а не рваться вперед, как обезумевший.
Все шло по плану, мужчина выдвинулся с последней группой, наблюдая за тем, как Питер с Алекс уже опережали остальных, успев оторваться. Однако в какой-то момент Дереку удалось уловить странное отклонение, словно эти идиоты решили выбрать для себя путь попроще, срезать и не париться, обходя тропу между контрольными точками. Да, это могло бы сработать, если бы они были готовы к тому, что ждет за пределами безопасных троп, но если бы даже Вебер каким-то чудом смогла заметить ловушку, то этот громадный остолоп определенно попался бы в нее, потом потянув и саму девушку. Хорошо, если его тело встретиться с каким-нибудь копьем или силками, но есть и более опасные ловушки. Пришлось бегом добираться до них, дабы ничего не случилось, однако не успел Кнехт подбежать к подросткам, как поступил новый сигнал – учащенное сердцебиение и это говорило лишь о близости к опасности. Доигрались видать… Теперь они точно познали все прелести этого острова и будет не хорошо потерять в конце первой неделю одну из пар. Такое может случится, но не в его смену, потому выбежав мужчина ринулся к яме, куда они пытались угодить всеми силами, чтобы металлические штыри пронзили их тела упокоив навеки.
Этой парочке просто повезло, что на острове есть хотя бы один не идиот, что идет спасать их, потому как двум юным гениям захотелось обдурить систему и наведаться в земли, что изначально отмечены, как опасные. Мужчина быстро скинул рюкзак со спины, доставая веревку и завязывая ее морским узлом вокруг дерева, а потом беря с собой, чтобы втащить эту парочку из ямы, готовящейся навечно оставить их кости на этом острове. Сначала он успел перехватить руку Алекс, глаза которой еще никогда в жизни так не светились от того, что она видела Кнехта, дальше он бросил веревку парню, который начал карабкаться по ней, чтобы они вместе смогли выбраться наверх, так как наручники еще никто не отменял и мужчина видел, как он впились в руку девушки, оставаясь единственным спасением для парня. Дерек даже не сомневался, что именно это большой и пустоголовый бык решил срезать, потому как Вебер действовала всегда более обдуманно и была куда терпеливее, а потому спокойно следовала бы по маршруту и не пыталась отклониться ради получаса выгоды.
- И чья это была гениальная мысль, придурки? – проговорил он, хотя ответ итак вертелся на языке – можете не говорить, на такое хватило бы мозгов только у одного из вас. Но это не имеет значения. Вы команда, значит и отдуваться будете вместе. – мужчина поставил перед собой рюкзак, доставая из него специальную мазь, которой пользовались стражи, чтобы скорее залечивать собственные ранения. Все-таки технологии не стояли на месте и может рана девушки выглядела достаточно кровавой, но по факту уже завтра ее рука придет в норму. Тут лишь содран слой кожи и не более того, восстанавливающая мазь займется эти и справиться крайне быстро. Наручники пришлось расстегнуть, а потом Дерек омыл руку девушки водой из бутылки, чтобы можно было нанести мазь. Выглядело все паршиво, само собой, но это ничуть не мешало пальцам учителя работать и аккуратно слой за слоем под всхлипывание девушки от эмоций действовать и покрывать рану мазью. Сверху он намотал бинт, чтобы все его труды не пошли насмарку.
Теперь они двигались за мужчиной, по своему маршруту, но как проигравшие, едва не погибшие и спасенные только на милость этого человека. Вебер могла бы сколько угодно ненавидеть его, но тем не менее без его помощи сейчас ее труп был бы пронзен десятком железных прутьев и уже не мог бы испытывать ни единой эмоции. Прибыли они далеко не самыми первыми, у остальных не возникало проблем и бегло Дерек кидал взгляд на карту, видя, как все движутся по своему пути.
- Ну что же, вы у нас сегодня особо отличились. – проговорил мужчина, уже видя несколько других ребят подходящих к ним. По завершению их ждала небольшая поляна с единственным домом, внутри которого был специальный схрон с продуктами. – Сегодня вы будете нас обслуживать. Ты Вебер будешь подчиняться всем и каждому, в рамках разумного, а ты – ему было даже неприятно называть этого идиота по имени – ты будешь подчиняться Вебер и только попробуй вякнуть, иначе я всегда могу вернуть тебя обратно в ту яму, если что-то не нравится – наверное, он был готов возразить, но гневный взгляд Кнехта отбил всякое желание и «сладкая парочка» отправилась выполнять работу. Конечно, много девушка сделать не могла, оттого ей и требовался помощник, однако не смотря на одну руку, выведенную из строя, у нее была другая. Все-таки приковали ее левой рукой, а рабочей у девушки была правая. Отлынивать все равно бы не получилось, а мазь действовала, как замечательный анестетик, нейтрализуя всякую боль, потому казалось, что даже ничего не случилось, лишь бинт немного стеснял движения.
- А вы что смотрите? Вынесите из здания стол и скамейки или вы ждете пока у них отрастут ноги? – Остальным также пришлось поторапливаться, выполняя работу. Больше всех повезло лишь пришедшим последними, потому как они проделали путь, добираясь ко всему готовому. Забавно, но даже самые, казалось бы, идиоты в его отряде справились с простой задачей, а Алекс не смогла приручить бугая, тем самым едва не убила себя. Он специально дал ей столь взбаламученного парня, надеясь, что если она сможет найти общий язык с ним, то появится возможность выбиться в лидеры. Ее могут не любить, но это не значит, что не должны уважать. К Дереку тоже не лучшим образом относились учителя академии, зная, что он такой и даже звание «стража» не придавало ему какой-то общественной любви. Однако не было человека, что не уважал бы этого мужчину или даже боялся, потому как взрослые в отличие от подростков отлично понимали задел его сил и не пытались вступать в какие-то конфликты.
- Мисс Вебер, воды, будьте добры – она, как и подобает служанке стояла чуть поодаль и теперь наливала в стакан воду мужчине, вновь отправляя ему свой гневный взгляд. В этом не было ничего необычного, но раз провинилась, то будь добра принимать свои поступки и отвечать за них. Это не тот добрый мир за пределами острова, тут никто не освободит тебя от ответственности и каждый получает сполна за свои прегрешения. Остальные тоже не стеснялись гонять ее, но тут важным был тот факт, что Кнехт не просто заставил ее прислуживать, но сделал ее главной над Питером. Умение делегировать полномочия тоже очень важно и это был ее урок не в меньшей степени важный чем все остальные. Больше за сегодня мужчина не напрягал ее, чего не сказать о «друзьях», с которыми пришлось проводить остальное время, пока они не улеглись по своим спальным мешкам, встречая ночь. Поход назад в лагерь был уже совместным мероприятием, где Кнехт повел их через ловушки, специально показывая и рассказывая, как замечать их, как правильно двигаться по острову и как надо следить за тем, чтобы не умереть в пути. Все это вело их к следующему испытанию, где теперь за победу должны были бороться они все. Не прошло и трех дней подготовки, когда Дерек объявил им о новой задаче. Рука Алекс как раз успела зажить и выглядела почти как до ранения, благодаря специальной мази.
- Итак идиоты. Для вас будет новое задание. Я уйду на остров, а ваша задача выследить меня. На все про все у вас сорок восемь часов. Если кто-то вернется в лагерь раньше того, как я буду пойман, то он автоматически оказывается в проигравших. Вам разрешено будет объединятся в группы не более трех человек, группа победителей получит привилегированную неделю, в то время, как проигравшие будут впахивать за всех остальных. В этот раз вам придется не только выслеживать меня, но и не умереть от ловушек. Я постарался научить вам азам, но кто знает хватит ли этого. У каждого из вас будет с собой рюкзак со всем необходимым для выживания. Также есть и некоторый минимальный набор медикаментов в случае ваших ран. Это ваше первое серьезное задание и если кто-то умрет я уже не буду ему помогать. – и все же Кнехт надеялся на их сообразительность и разум, который должен был говорить о том, что лучше не торопиться и действовать по обстоятельствам, не пытаться бежать сломя голову. – Для вас идиотов чипы будут показывать в каком направлении двигаться, каждые три часа, чтобы у вас был хоть какой-то шанс. У меня будет час форы, так что можете расслабиться и перекусить дальше легко не будет – и стоит отметить, что никакой особой еды там не было, сами минимум, чтобы просто пережить два дня и иметь силы двигаться дальше. Если хочешь есть – поймай себе еду. Живности на острове было достаточно, никакой опасной не имелось, специально, чтобы студенты не умирали и от нее, но более простой, которую можно пустить на пищу сколько угодно. Хозяева острова также следили за популяцией животных и иногда проводили рейды целенаправленно уничтожая их, чтобы те жили в определенной контролируемой среде.
- Время пошло – после этих слов мужчина отправился в перед, скрываясь за деревьями и растительностью. Он двигался достаточно быстро, будучи отлично подготовленным и достаточно выносливым. За час он мог уйти легко на десять километров, разорвав с ними всякий контакт. При этом Кнехт ведь не был добычей, а сам являлся охотником и всегда мог видеть где они движутся, но предпочел особо не смотреть на это, лишь также раз в три часа, когда они получают сигнал о нем, мужчина видит их положение на карте, а потом отправляется дальше, укрываться от подростков.
[STA]преподаватель, манипулятор сознанием, любитель молоденьких студенток[/STA][NIC]Derek Knetch[/NIC][AVA]http://i.imgur.com/dKjeQDV.gif[/AVA]

+1

8

[LZ1]АЛЕКСАНДРА ВЕБЕР, 18 y.o.
profession: студентка академии для одаренных;
relations: отец
[/LZ1]
Я украдкой взглянула на Питера, что сейчас сидел совсем рядом со мной. Выглядел он куда более неважно, чем я, впервые за все время, что я его знаю, он сидел, словно статуя, совсем неподвижно. Кровь от его лица отлила и теперь приняла какой-то мраморно-серый оттенок, а его взгляд был устремлен куда-то в одну точку, не цепляясь за что-то конкретное. Он был напуган. Никогда ранее мне не приходилось видеть такой животный страх в глазах оборотня, но сейчас его едва ли не трясло от мысли, что ещё бы секунда, если бы Кнехт замешкался хотя бы на долю секунды, мы оба уже могли бы быть мертвы. Паренька сейчас даже не волновало то, что его кисть тоже пострадала от наручников, в прочем, куда меньше, чем моя, но все же я видела несколько слабо кровоточащих ссадин на его, чуть смуглой от солнца, коже. Я перевела свой взгляд на Дерека. Кто бы мог подумать, но сейчас я была действительно благодарна мужчине за то, что он не оставил нас и прибыл ровно в тот момент, когда его помощь была нам действительно необходима. Я не была из тех людей, что боялись смерти. Наверное, именно поэтому Остров никогда меня не страшил, как должен был бы. Просто, порой, мне казалось, что я уже слишком давно мертва, что я не живу, так лишь поддерживаю своё жалкое и бренное существование. А на самом деле внутри я уже давно мертва. С тех самых пор, как мою душу выпотрошили, оставляя в грудной клетке зияющую пустоту, что со временем так и не была заполнена ничем, кроме злобы на весь окружающий мир. В прочем, не смотря на моё глубокое убеждение в том, что моя жизнь имеет не так уж много смысла, умирать столь глупым и постыдным образом мне не хотелось от слова совсем. Одно дело, если ты погибнешь в сражении, даже если это будет обычная драка, но совсем другое погибнуть, сглупив, просто потому что оступился и умудрился попасть в смертельную ловушку.
Мои пальцы все так же сжимали кисть, в попытке хотя бы немного приостановить кровотечение, хотя на земле под моей рукой уже все-равно образовалась небольшая лужица крови. С виду все казалось просто слишком кровавым месивом, был содран верхний слой кожи, но я чувствовала, как под моими пальцами пульсировала кровь, и была уверена, что металл наручников все же повредил и те две тоненькие венки на моём запястье, от того кровь, хоть и не вытекала слишком быстро, как если бы была повреждена крупная вена или артерия, но все же крови было куда больше, чем должно было бы. Мужчина опустился на корточки передо мной, в его руках была бутылка чистой воды, баночка целебной мази и бинт. Для начала, чтобы получить доступ к ране, ему пришлось расстегнуть, все ещё сковывающие нас с Питером, наручники. Далее он взял мою руку в свою, придерживая и при этом осторожно поливая рану водой, чтобы смыть кровь и оценить реальный масштаб повреждений моей конечности. К счастью, там не было ничего такого, с чем не могла бы справиться целебная мазь. В техническом прогрессе, которому приходилось двигаться с невероятной скоростью, все же было несколько приятных моментов. Улучшенные препараты, которые позволяли во многом быстро исцелиться были одним из таких приятных моментов. На вид это была обычная серая баночка с голубоватой этикеткой, а внутри прозрачная мазь, которая наносилась на поврежденные участки кожи. Слой за слоем, пальцы преподавателя аккуратно наносили мазь на мою поврежденную руку. Мне пришлось стиснуть зубы, хотя иногда, резко выходящий из моих легких, воздух был более похож на шипение. Не смотря на то, что мазь сразу же приятно холодила кожу и начинала обезболивать, сложно было назвать процесс её нанесения таким уж и приятным. Закончив с нанесением медикамента, Дерек достаточно туго перемотал мою кисть, при этом все же оставляя мне возможность хоть немного двигать пострадавшей конечностью. Пусть даже сейчас я чувствовала легкое онемение пальцев из-за потери крови, уже через какое-то время это чувство должно было пройти.
Я осторожно встала с земли, отряхивая свою одежду от пыли и травы. Возражать против наказания было бы бессмысленно. Возможно, впервые я была согласна с преподавателем - виноваты были мы оба. Питер, потому что он, вместо того, чтобы действовать в команде, решил схитрить и угодил в ловушку, едва не утащив нас обоих на тот свет. И я, потому что я могла бы найти способ, чтобы переубедить его. Но в итоге выбрала свой излюбленный метод воспринимать все в штыки и решать силой. А здесь стоило бы задействовать мозги. Поэтому я без всяких возражений плелась за Кнехтом. А чуть позади нас шел оборотень, который теперь, кажется, решил выбрать для себя тактику молчания. В кое-то веки это было правильное решение и с его стороны тоже. Вернувшись обратно на изначальный маршрут, мы двинулись далее, только уже вместе с Дереком, что шел впереди нас. Я видела, что он, то и дело, поглядывает на карту острова, где движущиеся точки шли каждый по своему маршруту. И никому из них не пришло в голову срезать свой путь ради пары минут выгоды. Я тяжело вздохнула. Это же нужно было так вляпаться, черт подери! В том, что наказание Дерека будет весьма изощренным и неприятным, что ж, в этом даже сомнений не было. И чем ближе мы подходили к финальной точке нашего маленького путешествия, тем сильнее я догадывалась какое именно наказание будет нас ждать. И, хотя где-то внутри все ещё была надежда на то, что я могу ошибаться, уже вскоре она была разрушена о жестокие реалии намерений Кнехта.
Мне кажется, каждый услышал, как заскрипели мои зубы, когда мужчина произнес свою фразу о том, что я буду сегодня для всех служанкой, пусть даже и в мерах разумного. И на том спасибо, что хоть какие-то рамки поставил для этих идиотов, ибо даже не хотелось себе представлять, на какую пошлость и глупость каждый из этих придурков мог бы решиться меня заставить делать. В прочем, было в этом моменте и кое что приятное, когда оказалось, что у Питера роль во всем этом даже куда хуже моей. Он будет подчиняться мне. В прочем, это было логично, учитывая, что именно благодаря мне мы не погибли в первые же секунды попадания в ловушку. Я видела всю ту бур эмоций, что отразилась на лице паренька, но лишь один гневный взгляд Дерека отбил у него всякое желание хотя бы открыть рот. А, вдобавок, обещание Кнехта в случае чего отправить оборотня обратно в яму - действовало вдвойне убедительно. Никто из присутствующих, пусть даже большая часть не понимала: что именно происходит, даже не сомневался в возможных жестоких действиях Кнехта.
Мы с Питером, после коротких указаний со стороны мужчины, отправились в домик. Здесь была большая кухня, где располагался хран с продуктами, из которых мы и должны были приготовить ужин для всех. - Питер, постой, - я коснулась плеча оборотня. - Алекс, если ты хочешь... - Но я не дала парню договорить. - Не мне читать тебе нотации, но твою руку стоит обработать. - Как минимум, это было негигиенично, готовить, когда с твоей руки в еду может капать кровь. Поэтому, быстро осмотревшись, я увидела на стене полочку с аптечкой. Взяв её, я подтолкнула парня к раковине, где мы промыли его раны на кисти, затем я, пусть и в спешке, но осторожно нанесла такую же целебную мазь, которую использовал Дерек, и перемотала руку Питера. Тем временем остальные успели вынести на улицу столы и стулья из домика, располагаясь на полянке перед домом. - А теперь за работу, - я вернула аптечку на её прежнее место на полку, открывая хран, чтобы хотя бы примерно оценить возможности. Здесь было много фруктов и овощей, мясо, яйца и многое другое. Кое что можно было сразу вынести на улицу и выставить на стол, остальное же все же придется готовить. Ещё немного осмотревшись на кухне, я разработала кое какой план действий, чтобы мы успевали быстро все делать и не мешкать. - Питер, возьми тарелки, стаканы и столовые приборы из того шкафчика, выноси это все на улицу и расставляй на столе, - сама же я набрала в миску различных фруктов, складывая из в раковину и промывая. Через несколько минут я вышла на улицу с графином охлажденной воды в руках, поставив его на стол.
Я бросила на Кнехта злобный взгляд. Не смотря на то, что у меня была своя стратегия действий, мне все-равно не нравилась вся эта его затея с "игрой в служанку". Спасибо, конечно, на том, что он хотя бы не заставил нас надеть какое-нибудь одеяние горничной. И все же, он, я уверена, прекрасно понимал, насколько мне неприятна роль служки, в которой мне сейчас приходилось быть. В прочем, я все равно взяла графин, наливая в стакан мужчины воды. И больше он меня к себе не подзывал, стараясь куда больше гонять Питера, в то время как остальные, дорвавшись, пытались гонять меня. Стоит отметить, что мне удавалось весьма не плохо справляться, передавая часть обязанностей оборотню. Можно даже сказать, что, хотя бы под конец, но мы все же смогли сработаться как команда. Жаль, что произошло это слишком поздно.
Когда все "хотелки" были удовлетворены, столы и стулья возвращены обратно в домик, а все разлеглись по своим спальным мешкам, которые так же достали из домика, я смотрела на звездное небо, расстилавшееся над нашими головами до тех самых пор, пока глаза не сомкнулись от усталости, а я не провалилась в царство Морфея. Утро встретило нас яркими лучами восходящего солнца. Я потянулась, забывшись, но тут же сжала зубы от боли, которая остро пронзила запястье. Конечно, за вечер и ночь мазь уже смогла заживить большую часть пострадавшей кожи, но при некоторых движениях было все так же больно. Радостной новостью было то, что мы с Питером больше не были служанками для всех остальных и теперь завтрак готовили те, чья была очередь "по дежурству". Поэтому с утра я позволила себе немного расслабиться и насладиться приятными лучиками солнца, что скользили по моей коже. Я то и дело ловила на себе странные взгляды оборотня, но предпочитала не обращать на него внимание. Если он хочет сказать "спасибо" за то, что я вчера спасла его блохастую шкуру, то мне это было не нужно. В первую очередь, я спасала себя. Упади он, то потянул бы меня следом за собой, поэтому его выживание становилось для меня важным только с точки зрения моего собственного выживания и никак иначе. Ему бы стоило это уяснить. После завтрака и уборки территории, мы стали возвращаться в лагерь все вместе под предводительством Кнехта, который теперь так же показывал нам различные виды ловушек, которые могут встретиться в лесу. Некоторые из них мне в своё время показывал брат и на тропах глазами я легко угадывала их, но некоторые я, в действительности, видела впервые. В частности ловушка, в которую мы с оборотнем угодили, была весьма интересно сконструирована, и, если не знать, то в неё было весьма легко угодить.
С того момента прошло три дня. Кожа на запястье приобрела розоватый оттенок, раны затянулись и теперь левая рука функционировала практически как прежде. И теперь всех ждало новое задание. Было бы глупо полагать, что все задания, которые давал нам Кнехт не несли никакой смысловой нагрузки. Напротив, они шли поэтапно, подводя нас именно к моменту, когда каждый из нас должен был действовать. На поляне, где нас всех собрал мужчина, стоял ряд одинаковых рюкзаков и, судя по словам Дерека, в каждом из них был одинаковый набор для выживания. Сорок восемь часов. Всего двое суток, чтобы показать себя и при этом не загнуться на этом острове. Кому-то этого могло бы показаться много, но я понимала, что, на самом деле, это ничто и действовать придется быстро и четко. Здесь больше не было места моему любимому методу с применением силы. Здесь нужно было выработать стратегию и шаг за шагом двигаться по ней. У Кнехта был час форы. На часах каждого из нас загорелись таймеры, отчитывающие время в обратном направлении. Я подошла к куче с рюкзаками, взяв один из них и открывая его, проверяя содержимое. Две пол литровые бутылки воды, кое какая еда, в основном, запечатанная в пакетиках, веревка, кремень и огниво, небольшая аптечка с медикаментами и ещё кое что по мелочи. Этого было не столь достаточно. По моему личному мнению. Дерек не запрещал дополнять содержимое своих рюкзаков, поэтому, закинув выбранный рюкзак на плечо, я, первым делом, отправилась в свою комнату. Погода могла измениться, поэтому я прихватила с собой запасную футболку, свернув её и кинув внутрь рюкзака, а так же повязала на бедра теплую кофту с длинным рукавом, на случай того, если станет холодно. К тому же, нас не столь тщательно обыскивали, поэтому я достала ещё одну вещь, которую я взяла с собой на остров. Маленький складной нож, который мне ещё давно подарил Шейн. Нож я спрятала в своей обуви, чтобы в любой момент можно было его быстро выхватить. Далее мой путь следовал на кухню. Многие уже набивали свои животы, слишком плотно, от чего двигаться они будут весьма медленно. Я же сделала себе лишь несколько сендвичей, половину из которых упаковала в герметичный пакет, так же складывая в рюкзак, захватывая ещё и парочку фруктов и овощей. Их не обязательно было есть, их можно было использовать в качестве приманки. Хотя я и понимала, что в таких условиях будет весьма сложно развести костер для обжарки мяса и остаться незамеченной.
Отметки таймера на часах подходили к последним секундам, а я уже стояла у входа в лес, возле контрольной точки, имея четкий план действий. Даже не смотря на то, что я доукомплектовала свой рюкзак, я понимала, что в нем все же многого не хватает. Было бы не плохо разжиться палаткой и спальником, чтобы было комфортнее спать в лесу. Верхом моих ожиданий было раздобыть и ещё какое-то оружие. Мой план был прост, но, в тоже время, действенен. Как только таймер закончил отчет и на часах появилось задание, я вошла в лес. Первым делом я решила, что нужно сделать две вещи: найти место для ночлега (достаточно далеко от нашего основного лагеря, достаточно укромное и незаметное на первый взгляд и с относительно недалеким источником воды) и найти хран, где можно было разжиться дополнительными предметами удобства. Если не удастся найти хран, придется потратить время на то, чтобы изготовить хотя бы какой-то элементарный лук, с помощью которого охота на живность станет куда проще. И только после выполнения первых двух пунктов я собиралась преступить к выполнению основной задачи - выслеживания Кнехта. Понятно, что появление карты раз в три часа на несколько минут даст только общее понимание его расположения, поэтому выслеживать его придется не благодаря дарам технического процесса, а по старинке, "читая" следы. Я двигалась по лесу со средней скоростью, не спеша, сломя голову, но и в то же время давая себе возможность осмотреться по сторонам. Мы покинули лагерь утром, был уже день, когда я решила устроить себе небольшой привал, чтобы передохнуть и немного перекусить. Я присела на траву, доставая из рюкзака один из сендвичей и одну бутылку воды. Сендвич я поглотила довольно быстро, сделав лишь пару глотков воды, потому как не знала: как долго у меня не будет источника питьевой воды. Я осматривалась по сторонам, когда вдруг какое-то мерцание совсем неподалеку привлекло меня. Я знала, что храны, чтобы их возможно было обнаружить, один раз в определенное время либо издавали какой-то звук, либо подсвечивались. И что-то внутри меня было предельно уверено, что в этот раз госпожа Удача повернулась ко мне самым нужным местом. Я двинулась к месту, откуда шло свечение. Это оказалась небольшая пещерка, весьма открытая, из-за чего мне и удалось заметить свечение даже в ясный день. Я заскользила пальцами по стенам пещеры. Храны обычно срабатывали либо на чипы, что были вживлены в наши руки, либо же на банальное касание, которое открывало панель. Несколько минут осмотра пещеры не прошли даром. Тихий щелчок и в стене открывается углубление с небольшой сумкой. Разбираться: что именно внутри у меня пока не было времени, поэтому я просто сунула всю сумку внутрь рюкзака, радуясь своей находке. Одна часть плана выполнена, теперь бы стоило выполнить вторую. Данная пещера была непригодна для отдыха, слишком маленькая и открытая, не говоря уже о том, что источника воды рядом не было, поэтому стоило найти другое место.
Я немного ускорила свой темп передвижения. Ещё через несколько часов мне удалось найти небольшой ручей, в котором я пополнила свои запасы воды. Осмотревшись вокруг, я решила, что было бы не плохо найти место для ночлега именно недалеко от ручья. Я была примерно в центре острова, отойдя достаточно далеко от лагеря. Побродив немного в округе, я сумела найти небольшую пещерку, вход которой был весьма удачно скрыт. Наполовину вход был скрыт землей, потому что пещера уходила немного под углом вниз, так что было возможно легко съехать и при этом так же легко можно было подняться обратно. Другая половина входа была скрыта плотными листьями какого-то дикого растения, очень похожего на виноград или какие-то лианы. Не ядовитое, но очень удачно расположенное. Даже вблизи сложно было понять, что внизу есть пещера (которая оказалась куда больше, чем я ожидала, уходя дальше и разветвляясь маленькими туннелями под землей, которые все, увы, вели в тупик), лишь убрав заросли, можно было заметить вход. Я тщательно изучила пещеру, вооружившись ножиком и фонариком, что лежал в рюкзаке, но признаков дикой жизни тут не оказалось. Тогда я и решила, что это идеальное место для ночлега.
Далее мой план сводился к тому, что в оставшееся время до ночи мне стоило отдохнуть, перекусить и поспать, а уже ночью я собиралась выйти на "охоту". Пока была свободная минутка, я, наконец, достала из рюкзака добытую в хране сумку, открывая её и выкладывая содержимое на полу перед собой. Стоит признать, что мой "улов" превысил все мои ожидания в сотни раз. Такие храны попадались редко и были весьма ценны. Я брала сферы передо мной каждую по очереди, изучая. Палатка со спальным мешком. Еда и вода. Медикаменты. Одежда. Лук и стрелы. Нож. И последняя сфера была "Предметы". Я не стала её вскрывать пока, уверенная, что там примерно тот же "стартовый набор" в виде веревки, фонарика и прочей мелочи, что была и в моем рюкзаке. Прелесть хранения в сферах была в том, что предметы можно было активировать в любой момент и так же закрывать обратно в сферах, что намного упрощало их переноску. - Палатка, - я положила сферу посреди пещеры, активируя её голосовой командой. Сфера с тихим щелчком раскрылась и засветилась тускловатым светом, а затем раскрылась в виде палатки. Заглянув внутрь, я увидела спальник. Отлично. Палатка была небольшая, в ней едва ли могли поместиться двое, но большего мне и не требовалось, не так ли? Сферы с "едой", "водой", "медикаментами", "одеждой", и "предметами" я сложила обратно в сумку, а ту уже вместила обратно в свой рюкзак, доставая попутно остатки сендвичей и бутылку воды. Передо мной остались сферы под названием "лук и стрелы" и "нож", которые я планировала активировать.
Нож был куда больше моего складного ножа, имея при этом с одной стороны гладкое лезвие, а с другой - зазубренное. Нож я решила, прикрепить специальным креплением, что шло в комплекте, на пояс, чтобы в случае чего его было возможно достать даже быстрее моего маленького ножа. Сферу с луком я тоже активировала, весьма удивляясь тому, что Стражи и Академия раскошелились на блочный лук, хотя стрелы шли только самые обычные. В прочем, мой улов был куда удачнее, чем можно было бы даже надеяться, поэтому я не расстроилась обычным стрелам. Перекусив, я забралась в палатку, позволяя себе передохнуть пару часов.
Когда я открыла глаза, в пещере было совсем темно от чего пришлось дать себе несколько минут на то, чтобы глаза привыкли ко тьме. Палатку я свернула обратно в сферу, укладывая ту в рюкзак. Нож я повесила на пояс, а колчан со стрелами перевесила через плечо. Лук пришлось нести в руках, чтобы была возможность быстро среагировать. Я выбралась из пещеры, отмечая что стемнело буквально час назад. На моих часах таймер показывал сколько времени до следующего открытия карты, но я все равно двинулась по лесу, теперь уже медленно, стараясь отмечать каждый звук. Уже вскоре где-то совсем рядом послышались шаги. Вытащив стрелу из колчана, я натянула её, направляя в сторону звука. - Алекс, это я, - ко мне вышел Питер, поднимая руки, когда заметил оружие в моих руках. Но лук я не опустила, - чего тебе? - Я не планировала объединяться. Хотя бы потому, что в таких заданиях я чувствовала себя куда комфортнее, действуя в одиночку. Но все же этому линялому коврику удалось меня уговорить объединиться всего на одну ночь. По крайней мере, пока что нас союз действовал до восхода солнца. Далее мы двигались уже вдвоем. Когда на таймере оставалось пару минут до открытия карты, мы остановились. Карта раскрылась на часах, показывая передвижения всех. Дерек был на карте отмечен красной отметкой. К моему удивлению, он был весьма близко. Карта вновь закрылась, а мы двинулись в сторону, где в последний раз карта показывала место расположение Кнехта. Понятно, что он не будет стоять на месте и ждать, пока его поймают, поэтому приходилось кое как разбирать следы в темноте, не используя при этом фонарик. Я остановила Питера, вытянув руку. Затем показала ему вперед, где виднелась фигура мужчины. Я вложила в лук стрелу. Нет, убивать преподавателя не было в моих планах, но вот ранить - да. Во-первых, можно было замедлить его передвижение. Во-вторых, до момента как он найдет укромное место, чтобы обработать рану, он оставит на земле свой кровавый след, а это, в свою очередь, поможет нам его выследить. Я затаила дыхание, спуская стрелу. Острый наконечник прошелся по коже на ноге мужчины, разрывая ткань. Это была, скорее, кровоточащая царапина, но для стрельбы во тьме - этого было более, чем достаточно. Дерек метнулся в сторону, быстро скрываясь в чаще, а Питер тут же погнался за ним. Я пыталась не отставать, хотя в такой погоне было сложно следить хотя бы за тем, чтобы не угодить в ловушку, не говоря уже о том, чтобы следить за следами на земле. Не удивительно, что уже вскоре я потеряла и Кнехта, и Питера из виду. Я остановилась, чтобы перевести дух после стремительной погони. Теперь стоило осмотреться и выбрать дальнейший путь. Оборотень оставлял после себя внушительные следы и было совсем не трудно идти по ним. Вот только после минут двадцати или тридцати моего хождения по лесу, следы резко оборвались. Только вот шавки вокруг не было. Я резко достала ещё одну стрелу. Где-то неподалеку послышался шум и я медленно двинулась туда, стараясь не создавать от себя много шума. В темноте мелькнул красноватый след и я нагнулась, подбирая с земли крохотный овальный предмет с красноватым светодиодом. Чип. Судя по липкой, горячей субстанции, удаленный совсем недавно. Что это за игры, черт подери? Совсем рядом вновь послышался шум и я без раздумий рванула вперед, прочь от звука. Если это Дерек, то его игры становятся куда опаснее, чем было изначально задумано, если это кто-то из ребят, то я не хотела бы оказаться в числе проигравших. Я остановилась, чтобы снова немного передохнуть, когда вдруг кто-то схватил меня сзади, закрывая рот. - Тихо, - голос преподавателя меня ничуть не успокоил, скорее, наоборот, заставил действовать и вытащить одной рукой нож на поясе, которым я оставила на руке мужчины не глубокую царапину, вынуждая его отпустить меня. - Что за чертовы игры ты ведешь, Кнехт?! - Прорычала я, наставляя на мужчину оружие в виде ножа. Лук я до этого спрятала в капсулу, решив в случае чего пользоваться ножом. - Зачем тебе понадобилось вырезать чип Питера? - Кнехт даже не успел ответить, когда в дерево совсем рядом с моей головой вошла пуля, заставив меня вскрикнуть и отшатнуться. Я не успела даже среагировать, шокированная происходящим, когда мужчина вдруг схватил меня за руку, потащив сквозь чащу. Мы бежали так быстро, как только могли, но все же выстрелы то и дело пролетали рядом, благо, не задевая нас. - Что за херня происходит?! - Выкрикнула я, когда мы резко затормозили у обрыва. Те, кто нас догоняли были совсем рядом. Внизу была река, рассекающая остров на две части. Лететь было не высоко, но поток в реке был достаточно стремительный, поэтому нас точно унесет куда-то ниже по течению. Возможно, даже может снести в открытый океан. - Нет времени на объяснения, - и мы прыгнули. Не сговариваясь, подгоняемые звуками неизвестных преследователей. Я упала в воду, на пару минут полностью скрываясь под водой. Течение закрутило меня, то и дело швыряя на глубину и камни на дне, и мне далеко не сразу удалось вынырнуть. Дерек оказался впереди. Течение сносило нас ниже по реке, но нам все же удалось выбраться на берег там, где течение было не такое сильное. Я закашлялась, сплевывая воду, что успела попасть внутрь. Одежда промокла и стала тяжелой. А от ночного прохладного ветра становилось холодно. Нам нужно было укрытие, чтобы согреться и разобраться в той хуйне, что происходила на острове. Но первым делом. Я вытащила нож, разрезая кожу на правом запястье и выдавливая чип. Дерек сделал тоже самое. Чипы мы бросили в воду, позволяя течению унести их дальше от этого места. - Идем. - Раны мы могли обработать позже, когда доберемся до безопасного места. Я вела Дерека по лесу, прислушиваясь к звукам вокруг, но преследователи остались позади.
Я отодвинула заросли первой проскальзывая в пещеру. Все моё тело колотило от холода и я тут же скинула рюкзак. Как хорошо, что лук я ранее спрятала в капсулу, иначе стрелы бы при падении разлетелись бы и многие бы переломились. Дрожащими руками я извлекла несколько сфер из рюкзака. Первой я раскрыла палатку, тут же стягивая с себя всю мокрую одежду, выжимая из неё воду в углу, подальше и тут же развешивая на камнях. Затем, оставшись лишь в белье, я раскрыла сферу с одеждой. Тут была и женская, и мужская одежда. Стянув с себя мокрое белье, не стесняясь при этом Кнехта, который следовал моему примеру и делал все тоже самое, я натянула на себя сухое белье, подхватывая футболку и штаны. Согреваться, правда, придется не в одежде. Развесив одежду из рюкзака и разложив сушиться остальные вещи, мы с Дереком залезли в палатку, влезая в один спальный мешок, но прежде, мы обработали мазью ранки после извлечения чипов, смазывая кожу мазью, заклеивая их после обычным пластырем. Двоим в нем было тесновато и приходилось прижиматься к друг другу, хотя именно это нам обоим сейчас и требовалось. Сейчас мы лежали лицом к друг другу, дрожа. - Повернись ко мне спиной, так нам будет удобнее, - я осторожно перевернулась, чувствуя, как руки мужчины обхватывают мою талию, прижимая меня ближе к своему телу. Это не было каким-то сексуальным жестом. Мы оба понимали, что должны согреться и что эта пещера на время нас укроет от преследователей. - Поведай-ка мне, Кнехт, что это за хуйня твориться вокруг, - прошептала я. В этот раз ему было бы лучше рассказать все, начиная с самого начала, иначе я выпхну его не только из палатки, но и из пещеры, к чертовой матери. Да, прямо вот так, в одних трусах! И совесть моя даже не проснется, чтобы рыпнуться.
[NIC]Alexandra Weber[/NIC]
[STA]Ashes, ashes, they all fall down[/STA]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2wngj.png[/AVA]
[SGN]http://funkyimg.com/i/2wnov.gifhttp://funkyimg.com/i/2wnow.gif
аватар от Eos[/SGN]

Отредактировано Stephanie Brennan (2017-09-03 23:29:40)

+1

9

Конечно, Дерек знал, что большинство из них поступят, как и подобает идиотам, проследуют за ним, а это не приведет их ни к чему хорошему. Он специально оставлял явные следы первые полчаса, а вот потом начал их путать, чтобы дальше было сложнее. Развилки, путь в никуда, или до самых ловушек, где можно было даже погибнуть. Нет, в данном случае Кнехт не стеснялся, если ты идиот и жизнь ничему тебя не учит, значит, возможно тебе и не место среди живых. Остров для этого и нужен, чтобы люди могли сплотиться, чтобы он могли действовать вместе и тем самым более проникнуться работой в команде. Три человека – это не мало и даже если один из них заметит устроенную ловушку, то спасет остальных. Теперь все предупреждены тем, что смерть где-то рядом, вряд ли за эти дни Питер не рассказывал историй о том, как они свернули не туда, едва не распрощавшись с жизнью навсегда, из-за чего и были наказаны.
Самые «гениальные» студенты тут же бросятся за ним, те кто поумнее дождутся момента, когда пройдет первые три часа и местоположение Дерека будет показано на карте, а значит, можно будет двигаться в нужном направлении. Тут он сомневался лишь в действиях Алекс, которая по факту была для него «темной лошадкой», ведь она точно не ринется сломя голову за ним. Ее брат должен был научить девушку первому правилу, что прежде всего важна подготовка, а потом уже, когда у тебя будет план нужно действовать. Опрометчивые поступки приводят к уж точно не лучшим результатам. Из всех точек на карте только она была по факту настоящей угрозой, но тут Дерек скорее думал о том, что девушка ринется искать для себя удобное местечко, может попытается найти схроны с полезными вещами или припасами, лишними они уж точно не будут. У них есть сорок восемь часов и по факту не так уж и мало времени, чтобы уделить его не сну и безделью, а той самой охоте.
Мужчина ушел достаточно далеко ото всех, поднявшись вверх по ручью, дабы окончательно развеять понимание того, куда он движется, если кто-то все же проберется через все хитросплетения его следов и нагонит, пока самому Дереку требовался отдых. Три часа было примерно минут двадцать назад, именно поэтому он и выбрал ручей, чтобы не позволить им определить его дальнейшие действия. Так у него будет пара часов передышки, прежде чем все получат новую порцию координат. Он бы мог также искать схроны, но если честно в еде или воде Кнехт не нуждался, у него было все, что нужно с собой, а все эти интересные вещицы пусть достаются подросткам. Все рано он пока опережает их всех.
Через двенадцать часов их преподаватель все также был на ногах, наблюдая за тщетными попытками найти его и выследить. Совсем недавно до нужного времени он нашел пещеру с просторными ходами, но выжидал и запутывал следы неподалеку, пока не пробьет очередная кратная трем цифра и координаты не будут переданы. Дальше можно сразу бежать в нужном направлении, а после уже нырять в пещеру, скрываясь под землей, передвигаясь по туннелю и даже задержавшись там на какое-то время очередной передышки. Легкая прохлада подземного мира, но на входе находилась ловушка, а совсем рядом с Дереком маячил один из схронов, который он благополучно оставил кому-то еще, не решаясь заглянуть в него и активировать. Так что, если кто-то сунется к нему без всякого спроса, то есть возможность неплохо огрести от камней, прикрепленных сверху сетью над входом, где была поставлена растяжка. Конечно, такое никого не убьет, но вот определенны вред нанести может, а главное задержать и оповестить мужчину. К тому же тут дальше было достаточно темно, и двигаться приходилось исключительно на ощупь, отчего незаметность Кнехта была на высоте.
Тут он решил поспать чуть подольше, немного позволяя себе отдохнуть от постоянных действий. Три часа пролетели почти незаметно за таким полудремом. Координаты вновь были отправлены, рядом с ним находилась парочка из Лэйлы и Райана, и сейчас Дерек отдал бы много, чтобы посмотреть на их лица, потому как цель должна была быть почти рядом с ними, а по факту ничего не было. Они, наверное, подумали бы, что он как белка скачет по деревьям, но это тоже не так, хотя попробовать и можно было бы, но тут слишком большая трата сил и Тарзаном ему все равно не стать, ибо никаких лиан в этом лесу не было, а растения легко порвались бы под его весом тела. Мужчина лишь задумывался бы над тем, как поступать ему дальше. Время шло, а значит пора выбираться из пещеры, чтобы не попасть в клещи и не проиграть охоту. Кнехт начал двигаться по направлению туннеля, пока не выполз наружу через достаточно узкое пространство.
Ему пришлось уходить с этого места, потому как слишком долго он оставался там и продолжи он делать это дальше, Алекс, если она принимает участие в гонке, а не просто сидит на месте выжидая, определенно поняла бы куда пропал их учитель и не постеснялась бы прокрасться внутрь пещеры, не попав в идиотскую ловушку для тех, кто слишком спешит, не смотря под ноги. Несколько часов он достаточно удалялся от места, один раз услышав шаги какой-то из групп, затаившись в небольшом овраге. Мужской и пара женских голосов прошли мимо, и когда они достаточно удалились Дерек продолжил свой путь.
Он и не заметил, как вновь прошло три часа, и карта снова стала доступна всем и тут мужчина был немного ошарашен. По расстоянию Питер и Вебер находились совсем близко и будь у них оружие, то могли бы даже напасть на него. В этот самый миг легкий свист разрезал воздух и ударил его в ногу, оставляя небольшой порез от наконечника стрелы. Да, видимо девушка не теряла времени просто так, найдя схрон, причем, крайне полезный. Теперь ему пришлось бежать по-настоящему, как загнанному зверю, но он уж точно был быстрее девчонки, однако из тьмы за ним выбежал ее сторонник. Нет, остров был как раз и направлен на то, чтобы сближать людей и заставлять их работать вместе, но от Вебер он такого не ожидал. Значит и правда все его наказания и прочие методы пошли на пользу даже для подобного крайне асоциального подростка. На губах появилась легкая ухмылка, когда он убегал дальше в чащу, перепрыгивая поваленное дерево, совершенно спокойно ориентируясь во мраке, так как глаза после пещеры привыкли к такому. Он не блуждал впотьмах, а спокойно ориентировался, чего не мог сказать о своем преследователе, постоянно запинавшемся и едва ли не валившегося с ног.
В этот момент рядом пролетело нечто другое, также разрезая воздух легким свистом, но это была даже близко не стрела. Пуля. Такого не могло быть на этом острове, потому как в схронах было обычное классическое оружие от мечей и копий до лука, однако никакого огнестрела. Пронести с собой его тоже было бы невозможно, все проверялось десятки раз. Второй выстрел окончательно развеял мифы мужчины, за ними вел охоту, кто-то еще, отчего он сразу свернул в сторону и поменял направление. Было неправильно подставлять им Питера, но выбора не оставалось. Этот громила слишком очевидная мишень и если стоит вопрос о выживании, то лучше спасать тех, кого еще можно спасти. Алекс. Куда он сразу же подался, стараясь выследит ее первым и у Дерека даже получилось, когда он резко появился сзади, прижимая ее тело к себе со спины, закрывая рот.
- Тихо! – произнес он, вслушиваясь в окружающий их мир, что недавно пытался убить мужчину, но девушка явно не желала действовать таковым образом. Он даже не заметил в этой суматохе, что на ее поясе находился нож и что еще придется сопротивляться ей, потому как из этого ступора вывела его боль от пореза на руке, который оставила Вебер, намекая отпустить ее, иначе она не остановится.
- Зачем тебе понадобилось вырезать чип Питера? – конечно, для того чтобы оставаться незамеченными. Он ведь видит только точки на карте, не представляя движутся они или стоят на месте, причем всего лишь на один миг. Придймай такое кто-то из подростков, то Кнехт определенно похвалил бы их, за невероятную идею, пусть и достаточно кровавую для себя. Сейчас же кто-то делал это насильно. Тут и не скажешь точно, но если кто-то открыл настоящую охоту, то стоит бежать и скорее. Негодование Алекс прервала очередная пуля, врезающаяся совсем рядом в дерево, с которого тут же полетели щепки. Кнехт быстро схватил девушку, так что та даже не сообразила, что происходит, и они просто понеслись в чащу, пытаясь оторваться от преследователей, которые не стеснялись стрелять по ним, однако в темноте, да и еще на ходу шансы попасть были невелики, к тому же деревья защищали их при такой немного витиеватой траектории.
- Нет времени на объяснения – он и сам до конца пока не понимал ситуации, отчего просто действовал по наитию, какому-то внутреннему курсу, направленному на выживание, а лишь потом на осмысление происходящего. Перед ними оказался обрыв с рекой, которая быстрым течением летела дальше, переплыть такую было бы крайне непросто, она служила отличным препятствием для любого, отчего мужчина лишь кинул взгляд на Вебер, и они оба прыгнули в воду, понимая, что лучше так, чем получить несколько свинцовых пилюль. Поток принял их, ударяя о каменистое дно, но сгруппировавшись мужчина быстро оказался на поверхности, плывя по течению, а потом заметил и Алекс, которой все удавалось с куда большим трудом. Видимо она не ожидала такой бурной реки и ее изрядно проволокло по камням, выбивая всякий дух на пару с воздухом.
Течение начало слабеть и пара выбралась на берег, буквально выползая на коленях. Усталость в сопротивлении со стихией застала их не в лучший момент, но останавливаться было нельзя. Они вымокли и надо успеть высохнуть, иначе они замерзнут по этим ночным ветерком, столь безобидным на первый взгляд, но уже утром ты проснешься больным, а это им ничем не поможет. Первостепенно каждому предстояло избавиться от следящих чипов, потому как скорее всего по ним их и нашли, подключившись к нужной частоте и взломав коды доступа. Хотя кому и зачем нужно убивать нерадивых студентов академии Дерек пока понять не мог. Их не желали похитить или использовать в каких-то целях, просто убить, а потом обставить все… Теперь картинка медленно начинала складываться. Вот почему мерой пресечения за все деяния стал Остров и вот почему туда отправили Дерека, а не человека, что несколько раз бывал на этом Острове, проводя такие вот тренировки. Он был отнюдь не любимчиком коллектива, как и дети. Сейчас же властям академии представился удобный способ избавиться ото всех разом, наслаждаясь дальнейшей спокойной жизнью.
Наверное, не будь приставлены к их спинам оружие, вся эта ситуация казалась крайне интимной и привела бы их ровно туда, куда так стремились другие девушки из прибывших на остров. Однако сейчас им нужно было просто переодеться и у Алекс имелось не мало полезных сфер, раздобытых в схроне. Сухая одежда пришлась очень кстати, но это не отменяло того, что они оба уже достаточно прониклись холодом, а пещера при этом не одаривала их даже чуточкой тепла, как и огонь, что нельзя было разводить, выдавая местоположение.
Алекс расставила палатку из еще одной сферы, а потом вместе они забрались в спальный мешок, чтобы сохранить больше тепла между телами и согреться. В этом сейчас не виделось ничего интимного, лишь процесс, который отделял их от смерти. - Повернись ко мне спиной, так нам будет удобнее – находиться друг к другу лицом было приятно эстетически, но совершенно бесполезно, отчего мужчина и попросил ее поменять положение. Теперь он прижимался к ней со спины, а Алекс находилась в его крепких объятиях и не будь всей этой ситуации они сошли бы за вполне милую пару.
- Поведай-ка мне, Кнехт, что это за хуйня твориться вокруг – как бы он сам знал достаточно, но тут оставалось лишь гадать, надеясь, что мужчина не тычет пальцем в небо, придумывая врагов там, где их на самом деле и не было. Академия бы запросто отрицала всякую возможность подобного участия иначе «Стражи» не оставили бы и пустого места от этой администрации за подобную выходку, противоречащую всему, начиная от норм морали, до самой обычной человечности. Подростки итак могли не вернуться с острова, погибнув в его жестокой среде, зачем убивать их намеренно? Другие, подобно Вебер обрели бы нужные навыки, которые не повлияли бы совсем уж на качественную интеграцию, но могли бы сменить парадигму ее мышления и снизить количество выходок.
- Не меньше твоего я хотел бы знать, что происходит, но сейчас я могу полагаться только на свои догадки – проговорил мужчина, Алекс же лишь чуть толкнулась в его сторону, намекая, что лучше слушать догадки, чем оставаться в полном неведении. Надо делиться всей информацией, что у них имелась и Кнехт, как учитель обладал ей в полном объеме, чего не хватало самой девушке. Начиная растирать все ее тело, мужчина стал говорить, дабы скрасить этот момент.
- Я думаю они связаны с академией – начал излагать он, стараясь как можно лучше выставить свой план «заговора», так как все-таки это походило скорее на одну из безумных конспирологических теорий, нежели на реальность. – Они отслеживали наши чипы, я не представляю себе возможным взломать код «Стражей», который тут используется. Скорее всего, у них уже изначально был доступ. – это казалось логичным, ведь без чипов, поиск подростков по всему острову стал бы не такой простой задачей, а так они шли за ними попятам, когда дети даже ничего не подозревали, дальше разделываясь с каждым из них без сложностей. Видимо только Дерек и Вебер вызвали у них наибольшие проблемы, вовремя все поняв.
- Я сразу подумал, что отправлять вас на Остров слишком жестокое наказание, тем более что некоторые были едва ли сильно в чем-то повинны. Однако директриса в наш с ней разговор была непреклонна, при этом отправляя вместе с вами меня. Я единственный «Страж» в академии, и определенно не пользуюсь большой любовью у других преподавателей. Обычно на Остров отправляли профессора Андервуда, а тут внезапно все изменилось. Я думаю, они выжидали столько времени, чтобы обставить все, как бунт, а мою смерть случайностью, как к примеру, твой выстрел пробил бы мне сердце или горло, а после вы переубивали бы друг друга, ощутив недостаток ресурсов и невозможность покинуть это место.
Вместе с девушкой он осмысливал все происходящее и сам. Вряд ли они еще сунуться ночью в реку искать их. С чипами они бы далеко не ушли бы и завтра утром, как только эти люди проснуться они сразу двинуться к своей цели. Дерек на их месте занял бы лагерь, потому как сорок восемь часов еще не прошло, и никто не посмел бы в случае чего вернуться туда, хотя может кроме них никого и не осталось, ведь другие были в несколько раз более простыми мишенями, не готовыми выживать тут под таким давлением. Они просто подростки, отрицающие авторитет, но не способные бороться за жизнь в такой степени, а потому Остров и должен был им помочь, не убивая всех и каждого.
- Я думаю, что все кроме нас мертвы. – констатировал с горечью в голосе Кнехт. Как бы он не относился к этому сброду детей, они все равно оставались просто детьми не заслужившими такой расплаты за какие бы действия они не делали. На мгновение мужчина даже представил, как и его ребенок мог оказаться тут и погибнуть от подобного желания академии избавиться от нерадивых студентов. Это было выше всяких правил и знай о таком «Стражи»… Однако, они не знали, иначе давно остановили бы подобные бесчинства.
Мужчина вытянул рук, притягивая к себе рюкзак, доставая оттуда небольшой диск. Он был нужен на случай, если повредится чип, потому как осуществлял роль простого компьютера. На данный момент им требовался будильник, что позволит проснуться в пять утра, а дальше ранним утром первыми выйти на охоту. Сон настиг их внезапно, так как оба успели устать и им требовался отдых. Все также прижимаясь друг к другу в спальнике они оставили этот мир, но не прошло и пяти часов, как будильник подал негромкий сигнал, заставляя Кнехта проснуться первым. Его рука проникла под белье девушки, сжимая ее небольшую девичью грудь, но как только мужчина пришел в сознание, то тут же избавился от подобных жестов.
- Просыпайся – сказал он, слегка встряхивая Вебер, чувствуя, что и она медленно начинает приходить в себя. – Пора собираться и выдвигаться на охоту. – конечно, у тех умников было передовое оружие, были приспособления для поиска целей, однако у них, как и у отправленных сюда студентов за редким исключением не было одного – мозгов. Их никто не учил выживать на таком Острове, обходить ловушки, которые были актуальны десятки веков назад сейчас являясь скорее раритетом, а значит природа играла на их стороне. Самонадеянность никогда не являлась добродетелью, отчего у них был призрачный шанс на выживание.
- Открой карту острова, покажи последние сигналы от чипов. – наверное, найдя чипы и не увидев при этом людей, их убийцы проверят подключения к базе Острова, но пока Дерек мог оставаться инкогнито, по крайней мере, надеялся на это, хотя такое действие и было рискованным. – отобрази все схроны и ловушки острова – у него был нужный доступ, и карта показала полную 3D-модель острова, проецируемую перед ними в качестве голограммы, указывая положение чипов и их самих. Тут идти не меньше полумили, зато в той части реки было не мало ловушек, несколько опасных и несколько смертельных – очень кстати.
В первую очередь они отправились туда. Чипы им удалось найти через тридцать минут, а дальше Дерек взял один из них, поместив ровно на похожую ловушку со штырями, в какую недавно попала Вебер со своим напарником, второй же чип мужчина упрятал к еще одной ловушке, дабы дать им больше шансов.
- План таков. Я отнесу диск ближе к нашему лагерю. Я передвигаюсь быстрее тебя, так что успею это сделать. Они первым делом пойдут сюда, потому как скоро шесть часов, и они получат свежие данные о нашем местонахождении. Вряд ли их наниматели готовы долго ждать. Спрячься где-нибудь в укромном месте, когда они поймут, что мы освободились от чипов, то скорее всего они проверят мое подключение к базе Острова, тогда и найдут диск. Часть сил бросят туда, тогда мы успеем разобраться с остатками тут. Дай мне нож – сказал Дерек, понимая, что без оружия ему уж точно делать нечего, а у нее есть лук, чтобы защитить себя, которым Алекс умела пользоваться пусть не идеально, но вполне хватит для убийства. Теперь вопрос идет не об игре, а о настоящей охоте, но если ты ощущаешь себя жертвой, то таковой и станешь, потому нужно было переходить в наступление.
Может разделиться было и не лучшей идеей, но носиться туда-сюда в вместе для засады казалось еще большим идиотизмом. Девушка могла бы поджидать этих людей, готовиться к нападению на тот небольшой отряд, что останется тут, когда другие пойду на след диска Дерека. Он пробирался сквозь деревья, оставляя Вебер позади и надеясь, что она останется жива, а если нет, то и у него не много шансов в итоге. Какой бы он не был «Страж», но без способностей и оружия с одним лишь ножом в руках, даже зная остров ему не справиться с этими людьми. Не прошло и часа, как он добрался до лагеря, оставляя диск в миле от их места в одной из пещер, где стояла смертельная ловушка с копьем, что вылетает тебя и даже одетый на тебя современный бронежилет не спасет от такого попадания.
Теперь еще час ему было до возвращения обратно, даже больше по времени, ведь надо двигаться скрытно и обходить в итоге позицию. Время тянулось слишком медленно, и он уже слышал голоса, когда подобрался к реке, но таился за деревьями в двух сотнях метров от вооруженных людей. Разобрать их речь было невозможно с такого расстояния, но Дерек надеялся, что говорили они как раз о том, что тут лишь чипы, а людей нет, в то время как диск с единственным активным подключением к базе Острова находиться недалеко от базы, которую они оставили, так как ценного там ничего не имелось, не считая припасов, но этого добра у подготовленных коммандос определенно хватало.
Часть, как и было им предсказано, двинулись по направлению к лагерю, другая осталась тут проверить территорию, видимо в поисках либо трупов, либо следов. Мужчина выжидал, чтобы они достаточно отдалились и Вебер видимо тоже. Она никогда не была дурой и уж точно не стала бы сразу палить без разбора поддавшись страху и глупости. В такие моменты надо сохранять полное холоднокровие, чтобы думать лишь о цели и о том, как выжить. Он медленно начинал красться к ним, понимая, что ножом одним лишь ничего не сделаешь, надо ждать начала атаки Алекс, которая отвлечет на себя внимание, позволив ему подобраться достаточно близко. Одну ловушку они успели обезвредить, как подметил с более близкого расстояния Кнехт, а вот вторая явно вызвала сложности, проломившись под одним из людей, учитывая, как они столпились у ямы, наблюдая откровенного мертвеца, проткнутого заточенными металлическими штырями с легким налетом ржавчины.
Знакомый звук разрезаемого воздуха и легкого свиста, когда стрела пробивает горло одному из солдат в темной форме без опознавательных знаков. Его кровь тут же хлынула на обмундирование, и он также повалился в яму к своему приятелю, дополняя коллекцию мертвецов. Двое других тут же разбежались по разные стороны, укрываясь за деревьями и отправляя автоматную очередь в сторону стрелявшего. Все же мужчина надеялся, что Вебер умна, чтобы не сидеть в одном укрытии, а после выстрела тут же сменить дислокацию, а лучше спрятаться, ожидая ответного огня.
Быстрый рывок бегом со спины и один из солдат только в последний момент успевает развернуться и осознать, когда нож пробивает его словно апперкот, снизу под челюстью и в самую голову. Тело оседает у дерева, а Дерек быстро берет переговорное устройство с наушником, после чего вооружается
- Один из них тут, вооружен луком, Гарту стрела перебила горло. Он мертв.
- Разберитесь там. Вас двое, против одного стрелка с луком. Цель – полное уничтожение.
- Принято. Сэр. – сказал мужчина и тут же достал гранату из растяжки с сумками перекинутой по всему телу крест-накрест. В этот момент Кнехт сделал несколько выстрелов и человек с вытянутой чекой повалился на землю, оставляя гранату рядом, выпавшую из руки. Несколько секунд и мощный взрыв последовал за этим моментов, ничего не оставляя от того, кто оказался в его эпицентре. Стая птиц после этого мгновенно взметнулась в воздух с криками и полетела прочь.
- Цель нейтрализована – сказал Дерек, надеясь выиграть им время. Отключив переговорное устройство, он вышел к девушке – это я – произнес он, поднимая оружие. Теперь мужчина подошел ближе к яме и подцепил палкой ремень другого автомата, чтобы достать его. Лук – это замечательно, но с огнестрельным оружием будет определенно спокойнее. – Держи, это тебе пригодиться. Мы убили четверых, еще четверых я насчитал, когда пришел сюда, они отправились по моей наводке. Думаю, еще столько же могут охранять катер, корабль или вертолет – они ведь должны были как-то попасть на остров, а значит, его можно было и покинуть. Заполучив их оборудование, мужчина стал наблюдать за тем, что происходит. Отряд двигался по его цели, двое бойцов еще числились живыми, двое были вычеркнуты и отмечены умершими рядом с ними.
- Их средство передвижения на западном берегу. – это место находилось по направлению к лагерю, а значит, еще одного поединка им точно не избежать. Однако на их стороне вновь эффект внезапности, потому как эти наемники не ждут такого сопротивления от какого-то учителя и девчонки из академии, хотя стоило бы рассказать им, что с ними сражается не простой учитель, что всю жизнь преподавал математику и не поднимал ничего тяжелее книг, а тот, кто прошел закалку у «Стражей» и оставался их действующим специалистом в запасе до сих пор. 
- Ну что начнем охоту? – на его лице появилась улыбка и теперь вместе они правда походили на команду, ту самую, которой должны были стать все остальные, но судьба решила распорядиться иначе.
[STA]преподаватель, манипулятор сознанием, любитель молоденьких студенток[/STA][NIC]Derek Knetch[/NIC][AVA]http://i.imgur.com/dKjeQDV.gif[/AVA]

+1

10

[NIC]Alexandra Weber[/NIC]
[STA]Ashes, ashes, they all fall down[/STA]

Впервые за все время, что мы здесь пробыли, Остров стал по настоящему опасен. Нет, конечно, на нем и до этого были сотни, возможно, даже тысячи ловушек, которые могли, если не убить, то покалечить - точно. Но даже самый замудренный механизм самой опасной ловушки сейчас казался детской игрушкой по сравнению с тем, что у тех, кто преследовал нас ещё несколько мгновений назад, в вооружении были автоматы. И мерзкий едкий голосок внутреннего голоса подсказывал, что их снаряжение вряд ли ограничилось лишь подобным оружием. А что было у меня? Что было у нас с Кнехтом? Лук и стрелы в компании с двумя ножами, один из которых и вовсе сложно использовать в схватке - уж слишком он был маленьким? Сомневаюсь, что где-то в штанах у Дерека был припрятан хотя бы какой-нибудь захудалый пистолетик, не говоря уже о чем-то более весомом. А сражаться стрелами против пуль было равносильно тому, что ты тычешь в кого-то букетом роз в то время как противник вооружен мечом. Да, сегодня нам повезло, да, сегодня мы смогли убежать. Но как долго продлиться наше везение? Как долго мы сможем скрываться пока нас не обнаружат? Да и есть ли смысл скрываться, когда с острова, со всех сторон окруженного водой, просто нет куда бежать? Я впервые чувствовала себя жертвой. Загнанным в угол зверем, которому нечем отбиваться, кроме клыков да когтей. И мне совершенно не нравилось это чувство. И если так чувствовала себя я, то что уж говорить о других? Тех, кто все ещё оставался в лесу. Если, конечно, они ещё живы.
В теории Кнехта было что-то вполне имеющее право на жизнь. В чем был смысл тратить столько средств на провизию и транспортировку кучки ребят, что не принимали устои сложившегося общества? Сделать из нас "достойные ячейки общества"? Что-то я в этом уж слишком сомневалась. И чем больше говорил Дерек, тем больше в моей голове складывалась картинка, словно пазл. Академия решила чужими руками расправиться с нерадивыми учениками, а заодно, и убрать учителя, которого и сами-то побаивались. Мне, как и самому Кнехту, было сложно поверить в то, что эти люди вот просто так, гуляли себе мимо острова и решили забрести сюда, поохотиться на всякую живность. Ещё меньше я верила в то, что они могли бы взломать коды доступа "Стражей" - слишком замудренная там была система и слишком уж часто она обновлялась, чтобы была хоть малейшая возможность даже для продвинутого компьютерного гения взломать её. Вместе с Дереком мы осмысливали все происходящее. Конечно, весьма логично было, что они дали нам немного времени обжиться. Внутренние конфликты между мной и остальными вполне бы могли выйти на новый уровень на острове, где без своих способностей я не могла бы обороняться слишком долго. А если ещё и Дерека убрать со своего пути, то оставшись один на толпу с остальными - естественно, что у меня не было бы никаких шансов. Ну, а дальше и между остальными могли бы возникнуть конфликты на почве нехватки продуктов или ещё чего-то. И тогда по теории, которую точно будет выдвигать Академия, все просто бы попереубивали друг-друга. Мы старались не слишком долго уделять времени разговорам, потому что нам обоим стоило бы отдохнуть и набраться сил. Пока что у нас было небольшое преимущество - ночью нас не станут искать и нужно было воспользоваться этим моментом, пока он у нас был. Я старалась не думать о словах Кнехта. О том, что, скорее всего, кроме нас на острове больше никто не остался в живых. Я могла ненавидеть каждого из тех ребят, но никто из них все равно не заслуживал такой расправы. Перед глазами все ещё стоял образ Питера. Той самой линявой шавки, которая почему-то решила довериться мне, пойти со мной. Даже не так, пойти ЗА мной. Он решил предложить мне союз и, возможно, именно поэтому мог быть сейчас мертв. Я никогда не отличалась особой совестливостью, но черт подери, какой-то неприятный червячок буквально грыз меня изнутри. Если оборотень мертв, то это моя вина. Потому что мы должны были стать командой, а я снова его подвела.
Все так же прижимаясь практически оголенными телами к друг другу, мы с Дереком и не заметили, как нас обоих унесло в царство Морфея - эта погоня за нами выжала из нас последние силы. А утро обещало быть не менее напряженным. Теперь это была действительно "игра на выживание" и даже на "выбывание". Когда вопрос стоял лишь: мы или они? И мне хотелось верить, что наши с Кнехтом навыки помогут нам продержаться достаточно долго. Хотя для чего? Никто не придет нам на помощь. Никто не явится в последний момент, чтобы схватить меня за руку и вытащить из той "ловушки", куда нас загнали. "Стражи" вряд ли хоть когда-то узнают о случившемся, если только мы не выживем и не покинем этот проклятый остров.
Тихий звук будильника, который установил мужчина с трудом вырвал меня из сна, хотя я ещё не полностью пришла в себя. Правда, стол дерзкое прикосновение преподавателя к собственной груди, когда его рука проникла сквозь мой лифчик, я все же ощутила. Но я даже рот открыть не успела, как Кнехт убрал руку и слегка встряхивая меня за плечо. Глаза открывать не хотелось. От быстрого бега и от того как меня проволокло прошлой ночью по каменистому дну реки все тело ломило и болело. В темноте пещеры сложно было что-то разглядеть, но я чувствовала каждый синяк на своей коже. Пока Дерек возился с диском, открывая карту острова, я быстро собрала наши вещи, что успели практически полностью высохнуть за эти несколько часов и быстро оделась, так же бросая мужчине и его одежду. Я украдкой поглядывала на проекцию модели острова, доставая еду из своего рюкзака. Было бы глупо идти голодными, это может быстро измотать. Поэтому стоило хотя бы перекусить прежде, чем выдвигаться.
Далее первым делом мы двинулись в сторону, где должны были быть наши чипы, чтобы установить из в местах ловушек - таким образом мы надеялись хотя бы попытаться проредить строй противника. Нам удалось найти оба чипа примерно через пол часа, а затем Дерек установил каждый из них на разные ловушки - так у нас, по идее, было чуть больше шансов. Другая часть плана мужчины мне нравилась куда меньше. Хотя я и понимала, что он прав, но от этого легче не становилось. Мы не знали: как именно поведут себя нападавшие? И был огромный шанс того, что все получится совсем иначе от задуманного нами плана. Поэтому сама идея разделяться мне совершенно не нравилась. По одиночке нас могли бы просто переловить и перестрелять. Но возражать не было времени и смысла. - Дай мне нож, – я кивнула, отстегивая ножны от ремня и протягивая нож Кнехту. У меня был лук и, пусть и маленький, но складной ножик, а у мужчины вообще до этого момента не было никакого оружия. В прочем, ранее оно ему и вовсе не требовалось. Я схватила Дерека за руку, останавливая его всего на секунду перед тем, как мы расстанемся для того, чтобы каждый выполнил свою часть плана. - Будь осторожен. - Я не знаю: зачем так сказала. Было ли это простое беспокойство, что-то вроде заботы, потому как все события, произошедшие на острове, все же как-то сумели сблизит нас? Либо же это было простое пожелание, потому как далее сражаться в одиночку я бы точно не смогла. Но мужчина лишь кивнул, быстро скрываясь в зарослях. Я так же не стала более медлить. Мне ещё нужно было присмотреть себе достаточно укромное место, откуда будет хороший обзор, но откуда сложно будет просматривать меня и моё передвижение. Памятуя о расставленных на реке ловушках, я нашла место, где река была более спокойная и маловодная, пересекая её именно в этом месте. Двигаться приходилось быстро, потому как мне ещё необходимо было взобраться наверх по небольшой скале, примерно в два или три метра в высоту, где я приметила достаточно большой валун, и там же было достаточно деревьев, которые могли бы скрыть моё передвижение в случае чего. Каждая мышца в моём теле работала на пределе возможностей, отдаваясь жгучей болью, которую я игнорировала. Когда вопрос стоит о выживании нет времени на нытьё о том, как все болит - нужно постоянно двигаться вперед. Иначе смерть настигнет тебя первее. Я дала себе всего пару минут, переводя дыхание, скрываясь за валуном, но, тем не менее, не теряя бдительности и прислушиваясь к каждому шагу. Отдышавшись, я достала из рюкзака сферу, активируя её и перекидывая через плечо колчан со стрелами, одну из которых я сразу держала наготове. С моей позиции отлично просматривалось место с ловушками, так что я могла отлично подгадать момент: когда именно нужно начать атаку.
Время словно замедлило свой ход. Казалось весь окружающий меня мир застыл, замер в ожидании того, что вот-вот должно было произойти. Голубоватое небо над моей головой с белыми, пушистыми облаками, окрашивалось нежно-розовыми и персиковыми оттенками восходящего солнца. Ветер шелестел в зеленой листве деревьев. Мир вокруг меня только-только просыпался и казался таким чистым, невинным и не предвищающим совершенно ничего страшного и, тем более, кровопролитного. И вся эта умиротворенность никак не вязалась с тем, как бешено стучало в моей грудной клетке сердце, словно желая вырваться из плена костяной клетки в виде ребер. Как отдавался шумом в моих ушах мой собственный пульс, смешанный с прерывистым дыханием. С тем, как плотно пои пальцы сжимали лук и стрелу, что готова была в любой момент сорваться с моих пальцев и лишить человека жизни.
Сколько прошло времени прежде, чем где-то вдалеке послышались голоса - я не знала. Я лишь сильнее прижалась спиной к камню, как будто я могла слиться с ним и стать ещё более незаметной. Сердце в груди забилось ещё быстрее, то пропуская несколько ударов, то надрываясь от постоянного сокращения мышцы. Я украдкой наблюдала за мужчинами, что стояли у реки. Так близко к ловушкам! Но стрелять я не спешила. Если начать все слишком рано, то я потерплю поражение. Поэтому я ждала. Ждала, пытаясь разобрать хотя бы отрывки фраз, что они говорили, но все было тщетно - я была слишком далеко. Осматривая реку, мужчины успели обезвредить одну из ловушек, вызывая внутри меня досаду и разочарование. Казалось, что с этого момента наш план начал трещать по швам. Но группа вдруг разделилась, как и предполагал Кнехт, явно следуя к месту, где была засечена последняя активность подключения. Оставшиеся же продолжали осматривать реку и окрестности, то ли в поисках трупов, то ли в поисках чипов, чтобы подтвердить свою догадку о том, что мы от них избавились. Вторая ловушка, механизм которой был куда более изощренным, все же сработала, успев унести за собой жизнь одного из нападавших. Кто бы мог подумать, что я буду радоваться тому, что эти ржавые механизмы все ещё приходят в действие! Остальные же столпились возле ямы, рассматривая своего погибшего друга, из которого теперь торчали остро заточенные штыри. Это был идеальный момент для того, чтобы открыть огонь по оставшимся. Они были слишком увлечены спорами, поэтому не успеют заметить движение сверху. В прочем, действовать нужно быстро - у них по прежнему оставались автоматы с пулями, которые ранили куда серьёзнее моих стрел. Мне нужно было сделать все крайне быстро и при этом максимально хотя бы травмировать одного, а, в идеале, и вовсе убить. Я натянула тетиву, резко поднимаясь на ноги из-за своего укрытия. Время словно замерло в этот момент. Даже дыхание на несколько секунд я затаила, слыша лишь стук собственного сердца, что отдавался в ушах. Мои пальцы отпускают стрелу, что рассекла воздух с характерным свистом, пробивая одному из солдат шею - один из немногих незащищенных участков. Я сразу же скрываюсь за валуном, а затем и вовсе скатываюсь вниз по склону, укрываясь за толстыми кронами деревьев, пережидая автоматную очередь. Внезапно совсем рядом раздался взрыв, заставивший меня вздрогнуть и сорваться со своего места. Я спряталась за одним из деревьев, натягивая очередную стрелу. Моя грудная клетка вздымалась и опускалась от неровного дыхания. И сейчас мне было действительно страшно, потому что я абсолютно не понимала: что произошло на берегу реки и жив ли Кнехт? Я вновь резко поднялась на ноги, выглядывая из своего укрытия, наготове, со стрелой, что вот-вот готова была сорваться с моих пальцев. Но ей не суждено было поразить мишень, потому как на той стороне берега стоял лишь Кнехт. Я даже не заметила, как выдохнула с облегчением. Хотя стрелу я убирать не спешила, оставляя её в руках, чтобы в случае чего быстро среагировать. Тем не менее, я вновь перебралась через реку по мелководью, спеша к мужчине, что уже вооружился одним из автоматов и уже даже успел достать палкой из ямы ещё один - для меня. То, что случилось дальше я даже сама от себя не ожидала, но я вдруг обняла мужчину. Лишь на несколько секунд, но все же в этом объятии было понятно: насколько же я все же рада, что он жив. - Не верю в то, что я говорю это, но я рада, что ты жив, - а, ведь, забавно, что ещё с неделю назад я бы при любой удобной возможности, сама бы с удовольствием прикончила бы Дерека. Как и он меня. Если бы мы только могли. А сейчас мы не просто союзники, чья совместная работа нужна для выживания, мы команда, которая работает пока что весьма слаженно.
Лук я не стала прятать далеко. Все же у автомата, пусть и были пули, но они были так же в ограниченном количестве и могли закончится в любой момент. К тому же, ранее оружие подобного типа мне не доводилось держать в руках, от того и меткостью я вряд ли отличалась хорошей. Дерек стал наблюдать за тем, что происходило, используя устройство, добытое у одного из убитых. На карте двое из тех, кого мы убили все ещё числились живыми. Ещё четыре точки двигались близ лагеря, по наводке Кнехта, в поисках устройства через которое он подключался. Мы с Кнехтом двинулись в сторону места, где он оставил диск, прежде спрятав те тела, что остались на виду, оттащив их в сторону, чтобы их, в случае чего, нашли не сразу. Двигаться приходилось быстро, но в то же время весьма осторожно. Ловушки, расставленные по всему острову никто не отменял и нужно было быть крайне внимательным, чтобы не попасться в одну из них. Пока мы пробирались по лесу в сторону лагеря, одна из точек на карте среди тех четырех вдруг стала красной, как те, что были отмеченные убитыми. - Ловушка? - Мужчина лишь кивнул и мы продолжили своё движение. Устройство, изъятое у солдат, пришлось оставить, на всякий случай, чтобы по нему нас не пытались отследить. Последнее, что мы увидели - это то, что три точки двигались по направлению к лагерю, а ещё четыре постоянно двигались на западном берегу, но особо не передвигались далеко. Что только подтверждало - они охраняют там своё средство передвижения. Мы затаились недалеко от лагеря, скрытые густой листвой близстоящих деревьев и кустов. - Нам нужно разделиться. - Прошептала я. Сейчас разделиться, пусть и не было самой лучшей идеей, но и в лоб идти - тоже было так себе затеей. Лучшее, что мы могли сделать сейчас - это застать солдат врасплох, открыв по ним огонь с разных сторон. Но, прежде чем двинуться с места, я взяла Кнехта за руку, разворачивая его к себе и, прежде, чем он успел хоть что-то сказать, я прижимаюсь своими губами к его губам. Вот так просто. И не потому, что я внезапно начала питать к мужчине какие-то теплые чувства. - Другого шанса, ведь, может и не быть, не так ли, - шепчу я, отстраняясь от его губ. Обидно будет умереть и так ни разу в жизни и не поцеловаться. А затем я просто разворачиваюсь и быстро двигаюсь прочь от мужчины. - Надеюсь, что мы встретимся вновь, - пролетает в моей голове пока я быстро двигаюсь по лесной чаще, огибая лагерь с одной стороны.
Я прячусь за одним из деревьев, наблюдая, как солдаты передвигаются по лагерю, они явно ждут нас, пусть даже и не знают: откуда именно мы решим напасть? В этот раз первым атаковал Дерек, отвлекая мужчин на себя. Я же, быстро проверив, чтобы автомат был снят с предохранителя, открываю огонь со своей позиции. Попасть в кого-то мне удается далеко не сразу. Сначала я оставляю несколько дыр от пуль в ближайшем с моей целью здании, прежде чем следующая череда выстрелов все же убивает солдата. За это время Кнехт уже успел разделаться с двоими, стреляя куда более метко. - Автомат - это не моё, - я пожала плечами, глядя на осуждающий взгляд Дерека. - И, к тому же, тебе стоит согласиться, что для первого раза - это было не так уж и плохо, - мы двинулись по лагерю. Медленно и осторожно, хотя лагерь и выглядел пустынным, но все же стоило быть начеку, мало ли, вдруг те, кто охранял транспорт все же решат помочь своим соратникам? - Господи, - выдохнула я. Что-то внутри болезненно сжалось, когда я увидела возле одного из домов три трупа - все с ножевыми ранениями. Удобно, если все происходящее сейчас хотели выдать за бунт среди подростков. И все же какая-то частичка меня надеялась на то, что никто не пострадает. Тщетно. Я подошла ближе. Зак, Ноа и Эмили - они были мертвы. И, судя по всему они были мертвы ещё со вчерашней ночи. Я присела на корточки рядом с девушкой, чьи застывшие глаза смотрели вверх, на такое безмятежное, голубое небо над нашими головами. Я проглотила ком, подкативший к горлу. Никто не заслуживает такой смерти. Никто не заслуживает такой беспощадной расправы. Я протянула руку, закрывая ей глаза.
Я резко встала на ноги. - Здесь только трое. Возможно есть надежда на то, что остальные пока ещё живы. А если так, то они на западном берегу. - Я старалась не смотреть на Кнехта, чувствуя, как щиплет глаза от слез. Никто из них никогда не был мне другом. Но мои кулаки сейчас сжимались от гнева настолько, что ногти болезненно впивались в кожу, а в голове была лишь одна мысль - они должны заплатить. За каждую отнятую жизнь. Не было времени отдавать какие-то иные дани уважения умершим, кроме как отомстить за их смерти тем немногим, кто все ещё остался в живых. Мы передвигались быстро. Не было сомнений - там нас уже ждали, когда не получили ответ из лагеря. Поэтому больше не было надежды на элемент неожиданности и теперь с оставшимся врагом можно было столкнуться лишь лицом к лицу. И я надеялась вспороть глотку, если не каждому, то хотя бы одному. Так же, как они поступили с ребятами - просто вспоров им глотку, словно свиньям. Во мне больше не было страха. Во мне был гнев. Гнев, заставляющий меня двигаться все быстрее и быстрее к западной части острова, на пляж. - Нас уже, наверняка, ждут. Поэтому заканчиваем игры с неожиданностью. В них больше нет пользы. - И я ступаю на песок, чувствуя, как слегка утопают в нем мои ноги. Четыре человека охраняли вертолет, в котором сейчас сидели оставшиеся из ребят. Пока ещё живые. Но надолго ли? Вряд ли в планах этих солдат вообще хоть кого-то оставить в живых. В таких случаях свидетелей не оставляют.
Я снимаю с плеча автомат и бросаю его на песок. То же самое делаю с луком и колчаном стрел. Пусть это и безрассудно с моей стороны, но я хотела сойтись в этой схватке максимально близко. Я услышала смех одного из солдат. - А ты смелая, - мужчина отдал свой автомат одному из солдат, ещё один поступил точно так же. - Я хочу лично перерезать тебе глотку, - усмехнулась я. Тот лишь сильнее рассмеялся, доставая свой нож. Другой солдат поступил так же, двигаясь к Кнехту. Я достала свой складной ножик. Пусть это и неравный бой, но я должна попытаться.
Мужчина, что по всей видимости, был среди всех этих солдат, главным, двинулся в мою сторону. Кнехт же уже сошелся в схватке с другим солдатом. Ещё двое неподвижно стояли возле вертолета, охраняя птичку и груз в ней, в виде оставшихся подростков. - Маленькая сучка. Ты со своим преподавателем добавила нам немало хлопот, - прошипел мужчина, рассекая ножом воздух. Но лишь воздух, потому как я нырнула под его руку, избегая встречи острия со своим лицом. Я успеваю оставить на руке солдата неглубокий порез, прежде чем быстро разрываю расстояние между нами. Знаю, если подпущу его слишком близко - это окажется смертельным для меня. Поэтому стараюсь использовать свои плюсы в сочетании с его минусами. Я быстрее и меньше, а он, при всей подготовке, не столь расторопный, как следовало бы ему быть. Мы сходимся и расходимся, стараясь задеть друг друга и уклоняясь от атак. Пока что мне не удалось нанести значимый вред мужчине, в прочем, я хотя бы оставила на нем несколько, пусть и не глубоких царапин, в то время как ему и вовсе не удалось и волоска с моей головы обронить. Но надолго ли это? Такая схватка быстро выматывает. И я понимаю, что следует идти на хитрость, чтобы иметь возможность выиграть этот неравный бой. Уклоняясь от очередной атаки солдата, я перекатываюсь, хватая пригоршню песка, которую тут же бросаю мужчине в лицо. Песок попадает ему в глаза и рот, заставляя отвлечься на несколько секунд, что мне и требовалось. Я резко поднимаюсь на ноги, выбивая из рук мужчины его нож, который летит на песок. Но уже следующую мою атаку мужчина блокирует, повалив меня на землю. Я едва успеваю перекатиться, как его нога опускается на место, где ещё секунду назад была моя голова. Его глаза слезятся от песка, что все ещё дает мне маленькое преимущество. И я иду в атаку. Уклоняюсь от захвата, тут же ударяя мужчину сзади по бедру, попадая по болевой точке от чего тот взвывает от боли, падая на одно колено. Следующая моя атака уже должна прикончить этого подонка. Но я отвлекаюсь. Вижу, как солдат пронзает ножом плечо Кнехта и это отвлекает меня. Всего на секунду. Но этого было достаточно. Вскрик срывается с моих губ даже прежде, чем я успеваю понять что же именно произошло. Металлический привкус крови заполняет мой рот. Я чувствую, как горячая кровь стекает по уголкам моих губ, капая на песок, обагряя его. Усмешка мужчины. Победная. Четко врезается в мой мозг вместе с осознанием того, что из моей грудной клетки торчит рукоятка его ножа, не до конца вошедшая в моё тело, останавливаемая костью. Я падаю на колени. Я слышу крик Дерека, но уже не могу разобрать его слов. Рука солдата сжимает моё лицо, заставляя смотреть ему прямо в глаза. - Ты будешь смотреть как я убиваю каждого из них. И будешь умирать с мыслью, что все они погибли из-за тебя. Из-за твоей слабости, - я пытаюсь ухватиться за него, но не успеваю. Он лишь отталкивает меня. И моё тело безвольно падает на песок. Кровь подступает к горлу и я кашляю, едва ли не захлебываясь ею. Все моё тело сковывает боль. Я чувствую, как из моих глаз текут слезы. Но не от боли. От бессилия. Бессилия, которое сейчас захлестывает меня с головой. Я подвела их. Каждого из них. Дерека, Питера, Эмили, Зака, Ноа и остальных. Я подвела их всех просто потому, что оказалась слишком слабой. Слишком уязвимой. Слишком нерешительной. Мужчина направлялся к вертолету, отдавая приказы на ходу. И я видела, как одного за другим подростков вытаскивают из вертолета. Как их ставят на колени. Как взводятся курки автоматов. Моё сознание уже начало покидать меня, заставляя мир вокруг расплываться, но в голове все сильнее и отчетливее билась лишь одна мысль - я должна их спасти! И, даже когда мои глаза закрылись, а мир утонул во тьме, эта мысль не покинула меня, напротив, разгораясь внутри ярчайшим пламенем.
То, что произошло дальше не поддавалось никакому логическому объяснению. Разгораясь где-то внутри меня, одна лишь мысль обрела физическую форму, вырываясь потоком сильнейшей энергии, всколыхнувшей Остров, заставляя землю дрожать, словно от землетрясения. Мои глаза внезапно открылись. Это было, словно второе дыхание, которое открывается при длительном беге. Только вот моё "второе дыхание" имело куда более мощную форму проявления. Я схватилась за рукоятку ножа, с криком вытаскивая лезвие из своего тела и отбрасывая его в сторону. В моём теле бурлила невероятная энергия. Такая мощная, что я никогда ранее не испытывала ничего подобного. Но самое главное, я чувствовала, что эта энергия, вырывающаяся из моего тела, словно нож, вошедший в мою грудь, повредил какой-то сосуд с ней, давая теперь ей волю, позволяла мне пользоваться, пусть и не всеми, но своими способностями. Я медленно поднялась на ноги, прижимая одну руку к ране на своей груди, а вторую направила в сторону океана. Дальше все произошло быстро. Солдаты, ещё не успевшие отойти от шока и всего происходящего, даже не схватились за автоматы, чтобы выстрелить, как небольшая струя воды отделилась от океана, стремительно пролетая сквозь их тела, оставляя дыры в их головах и шее, обагряясь их кровью. Все четверо разом упали замертво. Только они уже никогда не встанут. Я упала на колени, чувствуя, как внезапно появившаяся внутри меня сила так же внезапно пропала. Рядом со мной неожиданно на колени упал Кнехт, подхватывая моё тело во время падения своей здоровой рукой. - Алекс, - я слышала тревогу в его голосе. Чувствовала как его пальцы старательно сжимают мою рану, пытаясь остановить кровотечение. Но я уже знала, что слишком поздно. И даже не пыталась сопротивляться, позволяя тьме поглотить себя.
- Алекс! - Всё моё тело, каждая моя клеточка была пронизана болью. - Не смей умирать, Алекс! - Я все ещё была жива? Бессвязные обрывки слов. Хрипы, возможно даже вырывающиеся из моей грудной клетки. И тихий стук. Тук-тук. Тук-тук. С каждым разом все слабее и слабее. С каждым разом все тише. С каждым разом все медленнее. Тук-тук.

Я стою на пляже. На том самом пляже на острове. Мои ноги увязли в песке, который с каждой секундой засасывает меня все глубже и глубже. - Они все умрут по твоей вине, - я вижу, как один из солдат подходит к каждому из ребят. Он хватает их за волосы, оттягивая назад и медленно проводит по их шее ножом. Они кричат, захлебываясь собственной кровью. - НЕТ!- Я пытаюсь вырваться из песчаного плена, но моё сопротивление лишь сильнее затягивает меня на глубину. Мужчина идет в мою сторону, с его ножа капает алая кровь, падая на песок и окрашивая его в алый цвет. Лезвие ножа пробивает мою клетку, заставляя вскрикнуть от боли. - Ты никого не спасла. Ты всех их убила. Ты виновата в их смерти. - Он повторял это снова и снова, пока его нож входил в мою грудную клетку всё глубже. Я чувствовала металлический привкус крови, которая начала стекать по моим губам, капая на песок. - Алекс, - какой-то другой голос взывал ко мне, но так тихо, словно это ветер путался в верхушках деревьев. - Алекс, - с моих губ вновь срывается крик, когда нож, только покинув моё тело, вновь вонзается в мою грудную клетку. И снова, и снова, и снова. Если и существует Рай или Ад, то я точно угодила в Ад, переживая свои последние минуты жизни раз за разом, раз за разом чувствуя эту боль. - Алекс, - голос то и дело становился громе, он становился даже практически узнаваемым, но в последнюю секунду, когда я уже практически понимала кому он принадлежит, в моё тело вновь и вновь врывался холодный металл, пробивая кость грудины, заставляя вновь и вновь захлебываться собственной кровью и бессилием. - Алекс, - рядом со мной на колени опускается мужчина. Его руки тянутся ко мне, сжимают меня в своих объятиях. - Алекс, вернись, - я не понимаю его. Кто он такой? Его черты лица кажутся такими знакомыми и такими чужими одновременно. И я вдруг отталкиваю его от себя. А в мою грудную клетку вновь врывается металл ножа. - Алекс, прекрати это, - в какую-то секунду я вдруг обращаю внимание на мужчину. Чуточку дольше вглядываюсь в его глаза. - Кнехт, - выдыхаю я, чувствуя, как рот вновь наполняется кровью. Но, так же быстро, как я вспоминаю его, так же быстро я и забываю о его присутствии здесь. И лишь одна фраза срывается с моих губ, прежде чем нож вновь врезается в мою грудь, - я это заслужила, я подвела их всех.
В этот день небо затянули тяжелые дождевые тучи, налитые тяжелым свинцом. Я подняла голову к небу, вглядываясь в чернильную синеву, а затем вновь посмотрела на столы, выстроенные в ряд, на которых лежали множество тел. Я стояла одна. Совершенно одна, вглядываясь в каждое лицо, застывшее навеки с неестественной улыбкой умиротворения на губах. - Жалкая паскудная дрянь, они погибли из-за тебя, – удар священника приходится на моё лицо и я, не удержавшись на ногах, падаю в грязь. - Алекс, - и вновь этот голос. Я едва успеваю подняться на ноги, как ещё один удар священника вновь заставляет упасть меня лицом в грязь. - Ты убила их! Ты убила их всех! - Он хватает меня за волосы и тащит к столам. - Все они погибли из-за тебя! - Я вскрикиваю от боли, когда металл ножа разрывает мою грудную клетку. - Алекс, все было не так, - и вновь меня подхватывают чьи-то руки. - Вернись.

Я резко сажусь на постели. Вокруг пищат какие-то приборы, к моему телу подсоединены какие-то провода и трубки, которые я яростно срываю, отбрасывая в сторону. И эти действия заставляют приборы вокруг меня пищать ещё сильнее. Я закрываю уши руками, соскальзывая с постели на пол. Мои ноги едва меня слушаются, но я заставляю себя встать. Шатаясь и спотыкаясь, я дохожу до двери, открывая её и вываливаясь в коридор. - Мисс, Вы куда? - Я оборачиваюсь и вижу мужчину в черной форме. Где-то в голове что-то щелкает и там появляется лишь одна мысль - я должна бежать! И я срываюсь с места, бегу по коридорам, то и дело сталкиваясь с людьми, падая на пол, но вставая и продолжая бежать. Бежать куда глаза глядят, не разбирая дороги. Повернув в очередной раз за угол, я сталкиваюсь лицом к лицу с ещё несколькими людьми в черной форме. В их руках оружие. У кого-то меч, у кого-то пистолет, но я чувствую опасность, исходящую от них. позади уже слышаться крики и уже через несколько секунд я оказываюсь в коридоре совсем одна, не считая вооруженных солдат в черной форме. Те, что гнались за мной все это время теперь перекрыли мне единственный шанс отступить. - Мисс, Вам нужно успокоится, - я вижу, как на меня наставляют оружие. Я должна обороняться! Волна энергии всколыхнула здание даже раньше, чем я успела о чем-то подумать. Всё здание затряслось и загудело, а солдаты в форме лишь надвигались и надвигались. - УХОДИТЕ! - Вскрикнула я. Из стены напротив меня вырвался поток воды, смывая часть солдат, но они тут же поднялись на ноги, вновь наставляя своё оружие на меня. Куски стен и пола стали отрываться, вращаясь вокруг меня, словно создавая щит. Все здание продолжало дрожать, словно от землетрясения, крошась и трескаясь. - Алекс! - Я повернула голову в сторону того, кто меня звал. В круг моего барьера входил мужчина, старательно уклонявшийся от кусков летающего камня из потолка и пола. Он протягивал ко мне руку, - дай мне руку, Алекс, - что-то в этом мужчине вызывало внутри меня доверие. Я его знаю? Но мои ноги уже сами делают шаг ему навстречу. Я касаюсь его руки и он резко прижимает меня к себе. Почему я чувствую себя в безопасности? - Дерек, - проносится в моей голове. Я знаю это имя. Я знаю этого мужчину. Здание перестает дрожать. А я вновь ускользаю во тьму, чувствуя, как она принимает меня в свои объятия.

[AVA]http://funkyimg.com/i/2wngj.png[/AVA]
[LZ1]АЛЕКСАНДРА ВЕБЕР, 18 y.o.
profession: студентка академии для одаренных;
relations: отец
[/LZ1]
[SGN]http://funkyimg.com/i/2wnov.gifhttp://funkyimg.com/i/2wnow.gif
аватар от Eos[/SGN]

+1

11

Все это не было простым даже для Дерека. Да, он был Стражем и проходил их подготовку, однако сам мужчина никогда не причислял себя к оперативникам. Его работа была совершенно другой и если уж приходилось что-то делать на месте, вылетая куда-то с остальным отрядом, то его запускали в здание только после того, как поработает основная ударная группа захвата, которая брала все сложности на себя. Этот остров был очередной тренировкой, но когда тут начались игры со смертью, когда остров превратился из игры на выживание в реальный мир, где выжить было крайне трудно, то даже Кнехт испытывал страх. Конечно, он мог оставаться невозмутимым, но боятся было естественным, ведь суть в том, что ему приходилось сражаться не только за себя, но и за девушку, которая стала единственной его подопечной, которая на данный момент была в живых, которую он по-настоящему мог спасти и защитить.
- Не верю в то, что я говорю это, но я рада, что ты жив – сентиментальность не была его чертой, потому мужчина просто кивнул в ответ и стал действовать дальше. Им повезло избавиться от одной группы, может получится от второй, так как на их стороне будет внезапность, но вот дальше уже все не так уж и просто. Каков шанс пройти на берег, где их будут ждать заранее и превосходящие силы в обороне явно не дадут им даже близко прорваться к вертолету или катеру, чтобы там не было. Миссия из крайне сложной станет просто суицидальной и даже мужчина не представлял, что с этим делать дальше. Но проблемы решаются по мере их поступления, так что сначала у них на закланье была другая группа, которая находилась не так далеко от лагеря, куда отвел их диск мужчины, с которого он подключался к данным острова.
В отличие от многих других, кому достались только сверхсилы, Кнехт получил еще и те качества, что относились к вполне обычным, они проявлялись с самого детства в его организме и сознании, но тогда парень считал себя просто умным, а лишь потом узнал от ученых людей, что это часть его суперсил, но физического характера. Нет, он не был каким-то сильным или сверх умным, но из-за возможности проникать в чужую память у самого Дерека выработалась собственная феноменальная память. Он помнил очень много и дотошно, потому на острове ему хватало разок взглянуть на карту, а потом держать информацию в голове, чтобы понимать где находятся ловушку, где находятся важные зоны и схроны. Они продвигались через лес, но при этом не задели ни одной ловушки, потому что память не подводила мужчину и хотя бы в этом было его сверхоружие над теми солдатами.
Одна из точек стала красной, а значит, ловушка сработала, что сразу заметила девушка, а учитель лишь кивнул в ответ. Она определенно была одареннее других, в каком-то смысле даже походящая на него в детстве. Такие силы, как у Кнехта бывают не так уж и часто, а умение ими пользоваться – это и вовсе нельзя выработать даже годами тренировок. Для подобных сил нужна фантазия прежде всего и понимание всего происходящего, понимания как двигаться по мозгу человека, по подсознанию и сознанию, что модно делать и что нельзя. Этого не объяснить словами, потому как много нюансов, в которых надо разбираться самостоятельно. Телепатов в мире различного рода было достаточно, но лишь единицы из них были по-настоящему сильными, другие ограничивали себя тем, что читали мысли людей – при этом зажимая свои способности до невозможно малого уровня, считая будто этого достаточно.
Идея Алекс была не самой лучшей, но другой у них просто не было, да и обстрел противника сразу с двух точек будет более эффективным, чем с одной. Им надо действовать быстро, а не встревать в перестрелку с минимальным количеством патроном и без какого-то обмундирования, что могло их защитить, хотя от пуль все равно вряд ли была бы защита, да и как показал остров от ловушек их броня тоже не защищала, потому как они сделаны были слишком по древнему принципу, а сейчас вряд ли кто-то проверял современные бронежилеты на подобные ситуации. - Другого шанса, ведь, может и не быть, не так ли – единственное чего не ожидал сам Кнехт, дак это ее поцелуя. Вебер никогда не славилась тем, что была популярна среди парней или крутила романы со всеми в университете. Они могли вступать с учителем в перепалки, говорить что угодно, но ее поцелуй был каким-то невероятным признанием заслуг мужчины, от которого где-то внутри становилось тепло, всего на секунду, но и того было достаточно в этих обстоятельствах. Может они и правда не доживут до завтра, тогда лучше умереть с каким-то приятным воспоминанием.
Солдаты двигались по направлению к лагерю переговариваясь видимо с теми, кто находился на берегу. Они шли уже не просто расслаблено, а держали оружие не изготовке, так как не представляли где может быть враг. Из охотников им довелось стать добычей, а другая группа не отвечала, что самой собой наводило на мысли о их смерти. Вряд ли приезжая на этот остров кому-то из них говорили, что он может умереть, но судьба распорядилась иначе и теперь даже эти люди несли потери, которых даже не предполагали. В каком-то смысле они были даже напуганы, ведь на острове осталось все два человека, скрывающихся от них и эти двое смогла разделаться уже с пятью их людьми, уравнивая шансы на победу. Так и сейчас Кнехт начал первым стрелять, тут же попадая одному из солдат в ногу. Другой успел скрыться за деревом, а третий отбежал назад, присев на колено стал отбиваться, не имея никакого укрытия. Несколько точных выстрелов настигли их командира, что держал рацию первым, оставляя следы от пуль на его шее и лице. Раненный же солдат пытался отползти и спрятаться за чем-нибудь, но пули убили и его. Чуть позже в бой вступила и девушка, накрывая их с фланга, так что последний выживший оказался меж двух огней. Он попытался сменить локацию, но пули, выпущенные из автомата Вебер, настигли его.
- Неплохо – только и сказал мужчина. Сейчас им точно было не до пререканий и выяснения отношений. Никто не учил Алекс держать оружие в руках, да и не должна она была брать его. Академия точно недооценила их, но это было определенно глупо, ведь уже восемь человек погибли из-за их ошибки и еще четверо ждали их на берегу в полной боеготовности. – Черт… - проговорил мужчина, видя, что вызвало у девушки такую реакцию в этот раз домыслы могли отступить куда-то дальше, потому как перед ними были три трупа из тех ребят, что также были отправлены на остров. Все они получили ножевые ранения, которые запросто можно выдать за восстание, и никаких проблем не возникнет. Проклятые ублюдки решил воевать против детей – это слишком принижало их, но видимо у тех, кто пришел на остров не было никакой морали, просто деньги и желание исполнить легкую работенку, как могло показаться. Да, деньги они может и получат, вот только легкой такую вылазку уже не назовешь. Восемь мертвецов из отряда без опознавательных знаков находились тут, каждый из которых наверняка думал вернуться домой и потом потратить свои немаленькие деньги, а ведь на этот проект «острова» выделялась тоже достаточно крупная сумма для перевоспитания. Похоже дело было даже не столько в них, сколько в желание экономить и перенаправлять денежные ресурсы на нечто более полезное и не столь затратное, а Остров закрыть раз и навсегда. Подобный бунт поставит жирный крест на репутации этого места, ни о каком перевоспитании и речи идти не сможет, так как подростки покажут свою гнилую дикую сущность, перебив друг друга и своего учителя. В следующий раз академия будет просто проводить процедуру стерилизации, обходя прочие законы – это куда выгоднее и дает им больше контроля над детьми.
- Мыслить позитивно – это хорошо. Но стоит рассматривать и тот факт, что никто не остался в живых – он был скорее реалистом, понимая, что с острова не должен уйти ни один подросток и убьют их сейчас (заранее) или потом (позднее) уже не играло какой-то большой роли. Теперь у этих людей была другая проблема – они с Алекс и если уж куда и бросать все силы, дак это на них. Если подростки на западном берегу, то они не смогут уйти с него, да и держать такую ораву детей тоже не столь выгодно, проще избавиться от них, перейдя на нечто существенно важное.
- В этот раз нас определенно будут ждать. Они не идиоты и заметят, что никто из людей на острове не отвечает – на их месте Кнехт просто свалил бы и забыл на задание. Восемь человек уже погибло, сколько еще должно погибнуть? Они конечно, наемника, но ведь не самоубийцы, чтобы просто идти на убой. Нет такой цены, которая покрыла бы их смерть. Они ожидали легкой расправы, имея в руках современное вооружение, вот только не получилось и надо признавать свои ошибки, а в таком случае лучше оставить выживших гнить на этом острове и либо вернуться с новыми силами, либо спалить все к чертям.
Им оставалось совсем чуть-чуть до того, чтобы выйти на берег. Вступать в перестрелку смысл уже не было, вряд ли у них был бы шанс, да и те люди явно более подготовлены к долгой осаде. У них есть гранаты и кто знает какое еще оружие. Алекс просто вышла к ним, начиная сбрасывать свое оружие, что совсем не нравилось мужчине. Она словно шла на закланье, хотя само собой это и был неплохой выход. Одно дело позволить им себя застрелить, другое заставить их спровоцировать драку в близи, где есть шансы на победу. Но черт побери, это было крайне глупо, Вебер отнюдь не боец высокого класса и может она могла справиться с остальными подростками, но даже в поединке с мужчиной у нее было не много шансов, а вряд ли эти солдаты не готовы к такому.
- Маленькая сучка. Ты со своим преподавателем добавила нам немало хлопот – да уж, слишком много, если быть более точными. К Кнехту двигался тоже один из людей, явно готовый убить и учителя, с ножом в руке, но и сам мужчина был вооружен. У Алекс же имелся только маленький перочинный нож, которым тяжело было убить или даже ранить кого-то. Единственный плюс с ее стороны, что противник явно недооценивает девушку перед собой, но вот с Дереком подобного они бы не допустили. Может он и работает учителем в академии, но если они предоставили им информацию о нем, то там должны упоминаться Стражи и то, как он проходил подготовку вместе со всеми. Да, полевая агентура прошла мимо него, также, как и все опасные задания, но это ничуть не умоляло навыков мужчины, сохранившихся и по сей день.
Бой девушки начался первым и Кнехт успел кинуть пару взглядов на то, как она оставила порез на руке солдата, что шел к ней, а потом разорвала дистанцию между ними, не попадая под прямую линию удара. Но дальше продолжать смотреть уже было невозможно, так как удар пришелся в сторону самого мужчины. Его противник был отнюдь не идиотом. Тот сразу начал действовать верно и правильно, ощущалась не дюжая подготовка, может даже такая же, как у Стражей, кто знает. Они обменивались ударами, не достигающими своей цели, иначе каждый из них мог быть бы смертельным и последним. Еще и еще, ножи разрезали воздух с завидной легкостью. Дерек первым оставил порез на ноге, перекатываясь в сторону. Вот только он не рассчитал расстояние, отчего солдат развернувшись со всей силы ударил ему ногой по лицу, заставляя упасть на песок, на секунду буквально теряя сознание от силы удара и ощущая кровь во рту, которая свидетельствовала о нанесенном ущербе. Мужчина пытался подняться, но ему никто не давал этого шанса. Колено поразило его голову подобно апперкоту, заставив разложиться на песке вновь под крики других бойцов, смеющихся над поединком. Попытка подняться после всего оказалась непростой. Силы не желали собираться воедино, тело готов было так и остаться лежать на песке, если бы на Алекс, которая продолжала поединок, хотя шансы ее были и без того откровенно малы. Кнехт собрал волю в кулак и сделал рывок, но уже не мог контролировать процесс также хорошо, как в самом начале. Нож вонзился в его плечо, а потом толчком ноги мужчина полетел вновь на песок, орошая его собственной кровью, выпуская свое оружие из рук. Его дыхание сбилось и не могло прийти в себя после мощного удара прямо в грудь. Дерек повернул голову, но лучше бы он этого не делал. Видимо Вебер тоже заметила, как ее учитель был побежден и это секундное промедление отвлекло девушку, прежде старавшуюся концентрироваться на сражении. Нож проткнул ее тело, резким рывком всаженный прямо в грудь. После такого выживание сводилось к нулю. Они проиграли. Вот он финал на песчаном пляже, уже без всяких шансов…
- Ты будешь смотреть как я убиваю каждого из них. И будешь умирать с мыслью, что все они погибли из-за тебя. Из-за твоей слабости – странно было слышать эти слова, адресованные девчонке, а не мужчине, который по всем правилам нес ответственность за этих детей. Она была не виновата и ее действия никак не могли бы повлиять на эту ситуацию, единственное чего добивался солдат – опустить ее сильнее, сдавить морально в клещах, чтобы ее сознание лопнуло и заполнилось болью и гневом, теряя рассудок. Кнехт попытался подняться, ставя одну руку в качестве опоры, но тут же снова получил удар сапогом в живот, оставаясь лежать на песке.
- Смотри, как умирают эти выблядки, ты все равно следующий. – усмехнулся противник мужчины, поигрывая теперь в руках ножом, с которым еще недавно боролся Дерек. Подростков начали вытаскивать из вертолете. По крайней мере, тех кто еще остался жив. Теперь к их головам было приставлено оружие, а убийцы оставались наготове и лишь ждали приказа от своего командира, который наслаждался поражением девушки, хотя вряд ли это можно было считать чем-то достойным. Одолеть буйного подростка – это все на что способен подготовленный вояка? Вдвоем с Алекс они смогли лишить жизни восьмерых их друзей и те явно желали отплатить за это каждому, заставив их страдать максимально долго, а не просто пристрелить, как какие-то туши.
Тишина. Казалось, что вокруг было слишком тихо в этот момент казни, лишь звук выстрела должен был оглушить остров, ударив по перепонкам. Вот только случилось то, чего точно никто не смог бы ожидать. Кнехт чувствовал волну энергии, охватившую его и прошедшую дальше по острову. Это было нечто новое и он вновь повернул голову к Вебер, переводя взгляд с детей на девушку. Именно она выпустила эту волну, видимо пытаясь побороть защиту острова от использования сил. Магнитное поле было хорошим блокатором, но каждый ученый мог бы заявить, что даже такое приспособление не может полностью лишить кого-то силы, лишь скрыть ее, не позволять телу получить к ней доступ. Сейчас же у всех на глазах происходило нечто из ряда вон выходящее. Солдаты опешили, но в какой-то момент командир успел схватиться за пистолет, доставая его из кобуры на поясе, пока все остальные смотрели на происходящее, ведь по всем показателям Алекс должна была умирать и истекать кровью, а не вытаскивать нож из груди, поднимаясь на ноги, словно даже смерть не могла лишить ее сил. Земля продолжала слегка подрагивать от этих действий, а потом из океана в сторону солдат полетели легкие струи воды, ставшие настоящим оружием, пронзившие тела нападавших на них, будто иглы, пронзающие ткань, ведущие следом за собой нить. Четыре бездыханных тела в крови упали на песок, также оставляя красные следы, но Алекс тоже истощила свой запас сил и возможностей, отчего тут же повалилась на землю.
Кнехт вырвал нож из своего плеча и двинулся к ней, чувствуя, как кровь стекает о его руке и как та уже отказывает особо двигаться без всякой боли. Но его ранения не шли ни в какое сравнение с девушкой. – Алекс! – проговорили ил даже прокричал он, опускаясь рядом с ней на колени, подхватывая девушку, когда та уже хотела завалиться назад и окончательно лечь, закрыв глаза, чтобы наконец, умереть. - Алекс! – еще раз он взывает к ее имени, будто есть какая-то возможно достучаться до утопающего во тьме сознания. Но все пустое, девушка уже далеко отсюда, она лишь инстинктивно прикрывает грудь рукой, хотя без того потеряла много крови. - Не смей умирать, Алекс! – Дерек не знал, слышит ил его девушка или нет.
- Принесите аптечку идиоты! – прокричал учитель, заставляя остальных подростков выйти из этого ступора. Первым с места сорвался Питер, он побежал к вертолету, но ноги увязли в песке, парень повалился. Поднялся и снова побежал, начиная рыться в поисках аптечки. Вряд ли солдаты пренебрегали медикаментами, зная об опасностях этого острова, где можно попасть в различные ловушки, правда это все равно не спасло некоторых из них от смерти. Через несколько минут Питер уже оказался подле Кнехта, передавая ему аптечку.
- Так… - проговорил мужчина, оглядывая что они имеют. Пришлось задействовать специальный спрей, который должен был заставить кровь остановиться. Далее ему пришлось перемотать ее рану, наложив при этом слой из целебной мази. Это не поможет ей выжить, но хватит, чтобы продержаться до цивилизации и настоящих врачей, что смогут спасти ее. Должны спасти ее. Просто обязаны. В какой-то момент мужчина чуть пошатнулся и повалился рядом с Вебер, начиная медленно терять сознание. Он и не замечал, как кровь не переставал течь из раны.
- Спрей, побрызгай спреем. – только произнес он, а Питер принялся исполнять приказ учителя. Остальные подростки уже обступили их кругом, надеясь. Что могут как-то помочь. – Мазь… - продолжал говорить мужчина, будучи совсем не в силах что-то делать. Прикосновения парня к его плечу были грубыми, вызывали боль, не смотря на анестетик спрея, и все же это было уже терпимо. В его случае мази будет достаточно, хотя и потребуется несколько суток, чтобы она возымела максимальный эффект и занялась не только восстановлением кожного покрова и тканей, но и мышц.
- Мне нужен адреналин – только добавил Дерек, после чего Питер принялся искать и его, небольшой шприц с дозой, которая могла бы и убить мужчину, пока Лэйла старательно бинтовала ему плечо, накладывая отнюдь не лучшую перевязку. Шприц оказался в руке у мужчины и тот вколол его себе в бедро, откуда по артерии вещество должно было быстро распространиться до сердца и дальше, заставляя то работать на износ в экстренном режиме. Учитель понимал, что из всех детишек он единственный, кто способен вести вертолет и только он знает куда надо его вести, чтобы оказаться на корабле.
- Мэйдей, мэйдей, мэйдей – начал передавать сигнал мужчина. Оставалось надеется, что все же у этих людей не было какой-то еще поддержки, иначе им попросту несдобровать. Вертолет поднялся в воздух, но сделать все было не просто. В висках отдавался ритм сердца, которое колотилось как бешенное, а сам Кнехт потел, будто бежал сороковой километр марафона.
- С вами все в порядке? – спросила Лэйла, устроившись на кресле второго пилота, хотя пользы от нее тут явно было никакой, но видимо по каким-то причинам находиться в салоне ей тоже не очень хотелось, хотя безусловно тут было чуточку удобнее.
- А что похоже, что все в порядке? – кряхтя произнес Кнехт, после чего повторил еще раз сигнал бедствия, когда услышал, как заскрипела рация.
- Принимаем ваш сигнал бедствия. Назовитесь – произнес голос по ту сторону. Повисло легкое молчание, а потом мужчина продолжил.
- Дерек Кнехт, учитель академии для сверхлюдей, Страж подразделения «И». С кем имею честь говорить? – спросил учитель, ожидая теперь ответа от какого-то судна.
- Капитан боевого эсминца военно-морского флота США, Джон Теллер. Мы включили радиосигнал нашего маяка, чтобы вы смогли ориентировать. Опишите обстановку. – капитан общался коротко и по-деловому. Мужчина не стал бы больше доверять кому-то из академии, так как черт его знает сколько людей было замешано в этой операции, ставшей буквально казнью для подростков, которые точно не заслужили такого обращения. Никто не заслуживает смерти за такие детские проступки. Они не террористы мирового уровня и не преступники.
- Я на вертолете военного типа. На нас на исправительном Острове напал отряд неизвестных. Трое мертвы, люди отряда тоже мертвы. Со мной восемь студентов академии, все ранены, но легко, одна девушка в тяжелом состоянии ей требуется скора госпитализация. Я сам ранен в плечо и потерял много крови, держусь на адреналине до последнего.
- Вас поняли. Площадка для посадки подготовлена. Ждем вас, мистер Кнехт. Конец связи.
Теперь им оставалось добраться до корабля, который отмечался на радаре зеленой точке, до которой легко доходил пеленг, когда корабль заявил о своем местонахождении. Мужчина старался просто держать ручку вертолета, направляя того по радару. Через минуты пятнадцать перед ними появился корабль, достаточно большой, но ясно дело так просто казалось, ведь были и куда больше в военно-морском флоте, точнее тех остатках, которые себя таковыми называли. Посадить вертолет оказалось куда сложнее, потому Кнехт сразу сказал всем внутри, что легкой посадка не будет, так и вышло. Он скорее уронил вертолет на палубу, заставив всех встряхнуться. Отряд медиков тут же побежал к ним первыми, укладывая девушку на носилки, а сам Дерек успел выйти из кабины, осле чего тело начало терять сознание. Будто все это время у него были силы, последнее дыхание и теперь по завершению своей миссии он был готов отключиться и впасть в беспамятство, столь манящее и притягательное. Осев на палубу, мужчина встал на колени, но его вовремя подхватила команда корабля, а потом вернулись медики, чтобы отнести и его куда следует. Теперь Дерек попросту закрыл глаза и окунулся в пустоту, наслаждаясь тем, что хотя бы он сделал все требуемое от учителя…
Как ему сказали после мужчина провел несколько дней в беспамятстве и еще день в бреду после этого, однако антибиотики сделали свое дело на пару с мазью. На плече остался едва видимый шрам от ранения, но в целом все было неплохо и уже на третий день их плавания Дерек вышел на палубу вдохнуть свежего морского бриза, ощущая себя в безопасности. Вряд ли кто-то из академии решит объявить войну правительству США, ведь этот странный конфликт итак вышел из-под контроля. После всего он навещал Вебер, но как сказал врач, она вообще чудом жива и сейчас находиться на искусственном дыхании. Им пришлось ввести ее в кому, иначе девушка просто погибла бы. На материке ее сможет вытащить из комы телепат или подобный самому Кнехту человек, что докопается до ее глубин сознания вытащив девушку наружу, а пока лучше транспортировать ее в таком виде. В каком-то смысле он был согласен. Остальных же студентов обработали и все их раны уже зажили, хотя ничего серьезного там и не было. Они отделались легкой кровью, а если бы не Алекс, то и вовсе все сейчас были бы мертвы, вместе с самим преподавателем. Ему до сих пор было сложно поверить, что у нее получилось преодолеть воздействие магнитного поля. Обычно подобному типу сверхлюдей присваивали класс «АА», что означало чрезвычайно опасный, так как пределы их сил и вовсе никто не мог нащупать. Сам Дерек проходил по классу «B», являясь, как и все телепаты опасным противником, но все же преодолимым, но среди Стражей были считанные единицы, которых можно пересчитать по пальцам одной руки вписывающихся в самую высокую категорию. Стоит ли открывать это или нет, пока мужчина задавался подобным вопросом. Он не мог оставить так просто то, что сделали с ними на Острове, что сделала академия и как она подставила их всех, отправив на верную смерть, будто они какой-то скот на скотобойне.
Еще на корабле он начал проникать в ее сознание в поисках отголосков разума, что затерялся где-то среди своих воспоминаний, кошмаров и фантазий. Поиски всегда были сложным делом и в основном специализация Кнехта была другой. Он должен был добывать информацию и пытать, такое получалось у него отлично, но блуждать в ее разуме – это совершенно иное. Буквально мужчина проживал ровно все, что претерпела девушка, начиная от каких-то ранних воспоминаний еще лет десяти, более счастливых, как казалось ему, до более новых, которые приобретали все более мрачный оттенок.
В итоге их высадили на землю в порту, а дальше перевезли в больницу недалеко от академии. Конечно, директриса академии позволила всем детям передохнуть от потрясений, а к Алекс приставили охрану, чтобы подобных нападений не повторилось, так как девушка не могла сейчас себя защитить. Кнехт приходил к ней каждый день, располагаясь на кресле рядом, складывая ноги на стул, а потом погружаясь в ее сознание, где блуждал в поисках девушки. Зачастую, как он читал, люди в коме зацикливаются на хороших событиях своей жизни, не желая отпускать их, тем самым покидать мир собственного разума из иллюзий и воспоминаний. Дерек уже выявил, что ее лучшие момент жизни были связаны с братом и семьей, когда та была еще в полном составе и могла бы похвастаться своим почти идеальным состоянием. Он потратил много времени на отчаянные поиски по всем этим моментам, но так и не смог обнаружить даже отголоска девушки.
Прежде чем уловить отзвук девушки ему пришлось перерыть почти всю ее жизнь. Иногда мужчина приходил к ней прямо после занятий и уходил только утром, ночуя в этом самом кресле и ее разуме, пока собственное тело отдыхало, как могло. Когда он оказался в последнем воспоминании, вернувшим Кнехта на пляж, то именно там почувствовал связь с другим воссозданным миром кошмара, куда вела нить разума. Открыв эту дверь он и увидел Алекс, которая не отзывалась на его крики, повторяющиеся один за другим.
- Алекс, Алекс, Алекс – пытался докричаться до нее мужчина, но все было попусту. Он стоял рядом, а она лишь прокручивала действия снова и снова, пронзая себя ножом и страдая под слова одного из солдат, которые утрировались до максимума. Не сложно было понять, что его ученица винит себя во всех смертях, хотя тут нет никакой вины девушки, она была не при чем. Единственные по-настоящему повинные люди сидели спокойно на своих местах. Пытаясь скрыть нападение на остров и сильно не афишировать его, чтобы не привлекать к себе внимания.
- Алекс, вернись – говорил он ей, но девушка даже не обращала внимание, будто ей было все равно что происходит вокруг. Его образ действовал также, как и в тот день, оказавшись рядом с ней, подобно приведению, расплывающемуся в глазах девушки - Алекс, прекрати это – впервые за их сеансы она смогла произнести его фамилию, вспоминая о реальности, пытаясь разорвать эту связь кошмара, удерживающую разум.
- Я это заслужила, я подвела их всех – говорит девушка перед тем, как кошмар берет вновь силу и продолжается, а Кнехта выкидывает из ее сознания. Проклятая девчонка боролась как могла и ему приходилось снова пробираться к ней через дебри, пытаясь вернуть ее назад. Этот сценарий продолжался вновь и вновь, будто желая смерти Вебер умирала раз за разом, оживала и прокручивала снова. Смерть. Жизнь. Смерть.
- Алекс, все было не так. Вернись – в этот раз слова имеют больше действие, пробивая защиту и руки уже настоящего Дерека хватают девушку вытаскивая ее из-под власти кошмара в настоящее воспоминание, где охранники падают мертвыми, а он подбегает к ней. Теперь она не участник событий, а только наблюдатель подобно мужчине, что смотрит со стороны на эту картинку.
- Ты убила их всех и спасла нас Алекс – говорит мужчина, глядя на нее, беря за руку и подводя ближе, хотя куда уж тут. Вебер могла видеть, как Кнехт держит ее тело, говоря о том, чтобы она не умирала. Потом все вокруг темнее, пока совсем не обращается в черноту и они остаются двумя светлыми отзвуками чистого подсознания. – Только ты смогла помочь нам. – эти слова действуют на девушку, но недостаточно сильно. Она словно желает сказать, что не смотря на все погибшие все равно имеются.
- Не ты убила их. Те люди что повинны по-настоящему не получили наказания. Никто даже не знает, что случилось. Для всех это было нападение каких-то мародеров. Только мы можем с тобой заставить расплатиться всех за смерти тех ребят. Без тебя я не справлюсь – она был единственной, кто знал историю целиком, ведь остальные, оказавшиеся в плену не ведали ничего из происходящего. Их просто держали в вертолете, вырезав чипы слежения. – Ты нужна мне. Ты нужна нам всем – и с этими словами он подошел ближе, поднимая ее лицо, аккуратно проводя рукой по подбородку девушки, а потом целуя ее, как она сама делала в момент перед тем, как отправиться на смертное дело. Они могли тогда умереть, могли и сейчас. И все же мужчина надеялся, что этим теплым воспоминанием он пробурит ей путь обратно к собственному разуму, когда девушка очнется и придется в себя после крайне длительной комы, продолжавшейся отнюдь не несколько суток.
Прийти в себя после этого путешествия оказалось не так уж и просто. Вокруг него снова оказалась больничная палата, ставшая уже слишком привычным местом и Дерек решил выйти за кофе, чтобы если ничего не получилось сейчас, вернуться и попробовать снова. Несколько минут он стоял у автомата, наблюдая за тем, как его ожидает внизу кофе, которые было готово и звуки дважды отсигналили мужчине забирать свой остывающий напиток. Из некоторого транса его вывели шаги охраны, пронесшейся за его спиной. Мужчины в черном, которые бежали куда-то по коридору. Это было странно и Кнехт решил проследовать за ними, так и оставив свой кофе внутри автомата.
- Мисс, Вам нужно успокоится – услышал мужчина за поворотом, а потом вскрик девушки - УХОДИТЕ! – это точно была Алекс ее голос он слышал так часто в сознании, что мог бы отличить от всех других в этой жизни. Дерек двинулся туда, видя, как она уже разбушевалась, строя вокруг себя щит, и начиная раздумывать над тем, как убить их всех, видимо посчитав эту черную форму за признак того, что она находится в плену у тех самых людей, пытавшихся избавиться от нее на острове.
- Алекс! – окрикнул ее Кнехт, подходящий сзади, ощущая, как все здание ходит ходуном из-за девушки - дай мне руку, Алекс – сказал Дерек, уклоняясь от летающих рядом с ним осколков пола и потолка. Она лишь успела взять его за руку, а потом вновь стала терять сознание, потому как единственный способ ее успокоить – это было отправить в сон, так что преподаватель использовал свои силы для этого, уводя ее сознание за рамки реальности. Девушка оказалась в его руках, и он отдал приказ остальным разойтись и не пугать ее, что он сам разберется со всем. Солдаты бы не подчинились ему, но он был Стражем, а это наделяло его высокими полномочиями даже тут, находясь в отдалении от своей организации, потому они внемли его приказу. Отнеся девушку на койку, он оказался рядом, держа е за руку, ожидая вновь момента, когда Алекс придет в сознании, чтобы быть рядом. К ней подключили приборы, которые надоедливо пищали по всей палате, а потом прошло еще пару часов прежде чем девушка открыла глаза повторно.
- Все в порядке Алекс я рядом. – сказал Дерек, глядя в ее глаза, ожидая увидеть уже большую осмысленность происходящего. Кома не преследовала ее более, теперь она уже могла вновь вернуться к своей жизни, хотя сделать это было не так уж и просто. Он слишком много и долго копался в ее голове, дабы спасти и это еще сыграет свою роль, однако Кнехт пытался быть максимально аккуратным и не затрагивать ее воспоминаний, скорее оставаясь туристом в сознании. Он мог бы найти ее быстрее, подчини себе он воспоминания и начни перерывать их со всей жесткостью, но так вызываются необратимые повреждение разума, когда она может неправильно воспринимать ход вещей, забыть хронологию событий или та вовсе перемешалась бы в голове девушки. Такого он точно не мог допустить.
- Ты в безопасности, мы выбрались с острова. Сейчас ты находишься в больнице. – только произнес Дерек. – Тебе нужно отдыхать, чтобы прийти в себя – какое-то время он провел с ней, разговаривая скорее ни о чем конкретном, а просто поддерживая разговор. Он посещал Вебер каждый день, задерживаясь куда дольше положенного, но лишь от того, что был единственной ее связью с реальным миром. Спустя десять дней после ее пробуждения к Алекс пришли и подростки, оставшиеся в живых, многие благодарили ее за все, и в их глазах была искренность, ведь по факту без нее все они расстались со своими жизнями и каждый понимал это при всей нелюбви к девушке в прошлом. Еще месяц она провела в больнице, а после ей разрешили перебраться к Кнехту, чтобы быть под его присмотром дома, находясь на домашнем обучении. Восстановление не было таким уж и легким, а рана в грудь навсегда осталась на ее теле шрамом, который не смогла бы скрыть даже современная медицина при всем ее качестве.
- Мы должны разобраться с правлением академии – сказал ей Дерек, почувствовав, что Вебер уже достаточно пришла в себя. – у меня есть кое-что с острова – и тут он показал ей отключенные персональный голографический экран, которым пользовались солдаты и они сами, когда забрали его, дабы отслеживать передвижение остальных противников. Академия думала, что у них не будет улик, но сейчас Кнехт держал самую важную в своих руках. Внутри этой вещицы крылось слишком много информации. Один из его друзей в Стражах уже сделал копию и занимался расшифровкой данных, но даже всего срока, что был не хватило на эту трудоемкую задачу. Наемники отлично скрывали свои данные, а сейчас получить их иначе как было невозможно. У друга мужчины имелись лишь обрывки информации, того небольшого куска данных, который удалось расшифровать, но сам Дерек еще даже не занимался этим, дожидаясь Алекс, без которой все было бы бессмысленным. Она второй выживший участник событий помимо него и если что ее показания будут нужны Стражам, чтобы арестовать директрису и всех иных причастных к этому. Почему-то мужчина даже не сомневался, что глава академии повинен ничуть не меньше других, ведь без ее ведома вряд ли мог случиться подобный заговор, уж слишком удачно ложились факты.
- Я правда очень рад, что ты вернулась. Ты даже не представляешь, как сложно было вытащить тебя из твоего же сознания – вряд ли она могла помнить все происходящее там, обычно люди забывают, как в те моменты, когда ты видишь страшны сон, резко просыпаешься в своей кровати, но не можешь понять отчего, потому как все осталось где-то вдалеке.
- Ты помнишь, как использовала свои силы на берегу под магнитным полем? – она и сама наверняка не представляла, что такое возможно и Вебер было дико услышать такое от своего учителя – мы все были тому свидетелями, но никто не сказал этого. – стоило им проговориться, то девушку сразу поставили бы на учет к Стражам и стали бы проводить множество проверок, включая ее психическое состояние, которое сейчас было в достаточно шатком режиме. Мутанты уровня «АА» могут рождаться всего раз в десятилетие, но это не отменяет их опасности для общества, зачастую от таких проще избавиться, если они хоть сколько-то нестабильно, а говорить с Алекс о стабильности после перенесенного было бы чрезвычайно странно. Стоит одному такому умнику обрести силы и разозлиться на мир. Как начинают гибнуть тысячи людей, а остановить его бывает совсем не просто. Именно так и погибли мать и брат девушки. Конечно, Кнехт запросил эти данные, получив лишь обрывки информации, засекреченной, но ем хватило и даты с местом, чтобы определить приблизительную цель их миссии. Ей передалась огромная сила, даже невероятная и использовать ее стоило во благо, а Дерек надеялся стать ее учителем не только по факту, но и по духу. Вместе они пережили достаточно, чтобы проникнуться доверием друг к другу. Это редкий случай, но именно борьба рука об руку, заставляет людей питать столь сильные взаимные эмоции.
- Для начала тебе придется вернуться в академию и даже быть более покладистой, чем прежде. – не лучший совет, но что поделать, им нельзя больше привлекать к себе внимание. К тому же для многих будет понятна причина таких резкий изменений в характере девушке, что было наглой и взбаламученной, а стала тихой и скрытной.
[STA]преподаватель, манипулятор сознанием, любитель молоденьких студенток[/STA][NIC]Derek Knetch[/NIC][AVA]http://i.imgur.com/dKjeQDV.gif[/AVA]

Отредактировано Charles Holden (2017-09-20 10:50:56)

+1

12

Было ощущение, словно моё сознание медленно всплывало на поверхность воды, преодолевая какую-то незримую глубину прежде, чем вытолкнуть меня на поверхность. Сначала ко мне вернулось обоняние и в нос сразу же ударил запах лекарств и каких-то травяных настоев. Затем у меня сложилось ощущение, будто кто-то разом включил все звуки. Шум голосов каких-то людей и надоедливое ритмичное пищание ворвались в мой мозг заполняя его этой какофонией неразборчивых звуков, от которых, казалось, череп уже сейчас начал раскалываться. Глаза мне удается открыть далеко не сразу. Кажется, будто веки были налиты свинцом, от чего я с большим усилием смогла лишь немного их приоткрыть. Правда, я тут же зажмурилась от, казавшегося сейчас столь ярким, света, который болезненно резанул по глазам. Мне требуется ещё некоторое время, прежде чем я вновь приоткрываю глаза. - Все в порядке, Алекс, я рядом. – Дерек сидит на стуле около моей койки. Его ладонь сжимает мою ладошку, которая сейчас, в его руке, выглядит такой хрупкой, беспомощной и болезненной. Но я не понимаю. Слишком многого не понимаю. Где я? Мы на острове? Или больше нет? Почему Дерек здесь? Почему он так смотрит на меня? И почему он так бережно сжимает мою ладонь в своей руке? Что произошло? И почему мне так больно? Почему в груди так больно? В моём, ещё неокрепшем, сознании всплывало так много вопросов, но я не находила ни одного ответа. Кажется, Кнехт заметил мой растерянный взгляд, решив пояснить, - ты в безопасности, мы выбрались с острова. Сейчас ты находишься в больнице. Тебе нужно отдыхать, чтобы прийти в себя, - но его слова лишь вызвали у меня ещё больше вопросов, чем дали ответов. Я в безопасности? А я была в опасности? Что произошло? Почему мы не на острове? И как мы оттуда выбрались? На острове что-то произошло? Как долго я была без сознания? И что со мной произошло, если я попала в больницу? Мои пальцы неосознанно тянутся к груди. Туда, откуда исходит эта ноющая боль. Мои пальцы касаются кожи и я с удивлением понимаю, что мои пальцы касаются шрама, сантиметров пять в длину. Слишком тонкого, как если бы мою клетку пробило копьё или же железный прут в одной из тех замысловатых ловушках, что были спрятаны по всему острову. Быть может, я повздорила с кем-то из подростков и кто-то таким образом решил отомстить мне за дерзость...воткнув нож мне в грудь? Нет, я определенно не понимала что происходит и что произошло. Но чем больше я пыталась обратиться в глубь своего сознания, чтобы попытаться разобраться в произошедшем, тем сильнее у меня начинала болеть голова, словно само моё сознание противилось принять то, что произошло и не желало позволить мне вспомнить. В конце-концов, я сдалась и прекратила предпринимать попытки вспомнить все сейчас. К тому же, Дерек все ещё был рядом, продолжая держать меня за руку, иногда, словно неосознанно, легко поглаживая большим пальцем мою бледную кожу. Что происходит? Почему он так добр ко мне? Отношение Дерека ко мне удивляло меня не меньше, но я от чего-то не спешила спрашивать его напрямую. Мне казалось, что я должна была разобраться во всем сама. Я должна вспомнить все сама. Дерек заговорил со мной первым. Наш разговор был, скорее ни о чем, просто пустая болтовня о чем-то неважном, чтобы хоть как-то заполнить нависшую и давящую тишину, что была между нами, прерываемая лишь ненавистным пищанием этих дурацких приборов, что проводами тянулись от меня, создавая впечатление, будто я марионетка, а это нити, за которые в любой момент может кто-то потянуть, чтобы управлять мной. Кнехт ещё какое-то время сидит со мной, пока в палату не входит медсестра, которая говорит, что мне нужен покой и отдых. И, хотя мне совершенно не хотелось, чтобы Дерек уходил (пусть я и сама не понимала откуда внутри меня возникало подобное желание), я лишь слабо улыбаюсь ему, - тебе правда нужно идти, ты и сам выглядишь весьма паршиво, - я сказала это в несколько шутливой манере, как если бы все не было столь странно и запутанно и я, как и обычно, дерзила ему. Но правда была в том, что Кнехт действительно выглядел паршиво. Под его глазами залегли темные круги, а лицо было столь непривычно бледным, что можно было бы подумать, что он и сам болен. Одно было точно - мужчине нужен был должный отдых, который он слишком давно не получал. И я всем своим нутром чувствовала, что это все из-за меня. А потому добавила уже более серьезно, - тебе тоже стоит отдохнуть и выспаться. - В прочем, чтобы не изменять себе, я добавила, - а то выглядишь как ходячий мертвец, так все девчонки тебя будут боятся и ни одна больше не захочет заходить к тебе в кабинет, - я тихонько засмеялась, в прочем, слишком быстро об этом пожалела, потому как грудная клетка отдалась резкой болью. Обеспокоенный взгляд мужчины лишь вновь вернул меня к моим мыслям об Острове и о том, что там произошло что-то очень важное. Что-то настолько важное, что, кажется, сблизило нас. - Правда, Кнехт, мне даже неловко, что ты уделяешь мне столько внимания. Твои поклонницы меня от ревности убивать не придут? - Мои губы кривятся в усмешке. А медсестра спешит вытолкать мужчину из моей палаты, сетуя на то, что мне и так уже давно пора отдыхать. Перед тем, как и самой покинуть палату, женщина приглушает свет до минимума и проверяет аппаратуру и показатели на ней. Я прикрываю глаза и даже не замечаю, как сон настигает меня.
Утро наступает неожиданно. Казалось, словно я только-только закрыла глаза. Но на самом деле из окна в палату проникал яркий солнечный свет, наполняя, бледную от белизны декора, комнату, приятным теплым светом. Ночью мне снились беспокойные сны, столь хаотичные и прерывистые, что после пробуждения мне потребовалось ещё некоторое время пустого рассматривания потолка, чтобы прийти к выводу, что моя память все же медленно и отрывисто, но возвращается ко мне. Пока что я помнила не многое. Из последнего, я вспомнила, что мы выполняли задание, в котором должны были обнаружить Дерека, и как я пробиралась по лесу. Затем какие-то отрывки мне оставались непонятны, потому как были столь хаотичны, что пока сложить их в хоть какую-то картинку было едва ли возможным. Дерек пришел ко мне ближе к вечеру. Странно было, что он и вовсе уделяет мне время, но пока что он оставался моей единственной связью с внешним миром, да и вообще, учитывая, что вставать с постели мне пока было категорически нельзя, в палате одной было весьма уныло. А компания преподавателя весьма приятно скрашивала моё времяпровождение в этом дурацком месте.
С каждым днем, память всё больше возвращалась ко мне, перерастая из неясных отрывков в единое целое, которое многое объясняло в поведении и словах Дерека. Допустим, теперь я ясно понимала его слова о том, что я в безопасности, потому как помнила, что на Острове на нас напали неизвестные солдаты, с явным намерением нас убить. А ещё мне было, пусть и не до конца, но чуть более понятно более тёплое отношение Кнехта к моей скромной персоне - на Острове нас сблизила общая цель и, кажется, он чувствовал какую-то повышенную ответственность за то, что со мной произошло. Ещё через несколько дней моя палата наполнилась целым скопом подростков, вместе с которыми мы были на острове. Они все наперебой благодарили меня за спасение, а я лишь старалась скрыть своё непонимание, потому как никак не могла понять: что же я такого сделала? Но я так же отчетливо понимала, что то, как мы выбрались с Острова напрямую связанно с раной в моей груди. Просто я ещё не могла вспомнить. И все же, среди подростков были не все. Я не досчиталась троих - Ноа, Зака и Эмили. Я уже хотела было открыть рот, чтобы пошутить про то, что не все такие уж и благодарные, как голову пронзила острая боль, заставившая меня зажмуриться, а перед глазами, словно видео, замелькали картинки.
Пустой лагерь. Три тела, сваленных в кучу, словно забитый скот, одежда которых обагрена их собственной кровью. Стеклянные глаза Эмили, устремленные в чистое, голубое небо. И чувство ярости, нарастающее внутри меня. Вместе с чувством бессилия от того, что уже ничего не возможно было изменить. И решимость во что бы то ни стало отомстить.
Кто-то касается моей руки, а затем, словно откуда-то извне, слишком далеко, звучит голос, зовущий меня по имени. Я открываю глаза, встречаясь с обеспокоенным взглядом Кнехта. Кажется, провалившись в глубь собственных воспоминаний, я на некоторое время выпала из реальности, чем весьма всех вокруг себя обеспокоила. - Простите, я её не до конца пришла в себя, - я тру виски, пытаясь отогнать ноющую головную боль, которая приходила каждый раз с новыми вспышками воспоминаний. И, чем дальше я заходила в своих воспоминаниях, чем ближе я была к тому, чтобы вспомнить все, что произошло со мной на Острове, тем сильнее становились головные боли, возвращая меня к мысли о том, что моё собственное сознание противиться тому, что там произошло. Но я должна была знать. Какая-то часть меня понимала, что это слишком важно. А от того, я не прекращала попытки добраться до тех воспоминаний, как бы болезненно это не было.
Моё восстановление проходило утомительно медленно. В прочем, вскоре мне разрешили выходить на прогулки в сопровождении Кнехта, естественно, но возможность покинуть столь осточертевшие четыре стены слишком сильно меня радовала, от чего каждый приход Дерека я ожидала с некоторым трепетом и нетерпением. Воспоминания все так же отказывались возвращаться ко мне, как быя ни старалась - все мои попытки заканчивались лишь нестерпимой головной болью. Радовало лишь то, что преподаватель старался вообще не затрагивать тему Острова и мы всегда разговаривали на отвлеченные темы. - Я отойду за кофе, тебе что-то взять? - Кнехт выглядел не выспавшимся, от чего он решил ненадолго оставить меня на лавочке в саду, что примыкал к больнице, одну, отправившись к автомату. - Нет, спасибо, - мужчина говорит, что вернется через несколько минут и просит, чтобы я сама никуда не уходила, на что я лишь киваю, прикрывая глаза и наслаждаясь легкой прохладой свежего ветерка, что путался в моих волосах, развевая их. Прошло буквально пару минут, когда совсем рядом послышались тяжелые шаги, - неужели ты так быстро взял кофе? - Удивленно спрашиваю я, открывая глаза. Но рядом стоял совершенно не тот человек, которого я ожидала увидеть. - Отец? - Я поднимаюсь на ноги. В прочем, зря. - Неблагодарная тварь, - срывается с его губ и прежде, чем я успеваю хоть как-то среагировать, на мою щеку обрушивается жесткая пощечина. Я падаю на колени, чувствуя во рту металлический привкус крови. На асфальт из разбитой губы начинает капать кровь. За что? - Решила пойти по стопам своего брата и матери и тоже стать одним из этих ублюдков Стражей? - Я подняла свой удивленный взгляд на отца. Стражем? Почему он думает...Но ответ нашелся сам собой. Остров. И мама, и Шейн проходили подготовку Стражей на таком же Острове. Услышав о том, откуда я вернулась отец сделал неверные выводы. Он вновь замахнулся и я инстинктивно зажмурилась, приготовившись к новому удару, но его не последовало. Открыв глаза, я увидела Дерека, который перехватил руку моего отца, а уже в следующую секунду я вскрикнула от неожиданности, когда кулак Кнехта встретился с лицом моего отца, заставляя теперь уже его рухнуть на асфальтированную дорожку. Из его разбитого носа на асфальт стала капать кровь. - Выметайся из моего дома, мразь! - Прокричал он, глядя на меня. - И не смей назвать меня "отцом"! Ты для меня никто! Соберешь свои шмотки и чтобы духу твоего в этом доме больше не было! - Он поднялся на ноги, медленно удаляясь от нас. Я же все так же продолжала сидеть на асфальте, чувствуя как болезненно щиплет глаза от слез, а затем как они катятся по щекам, срываясь с подбородка и разбиваясь об асфальт. - Алекс, - Кнехт садиться передо мной, осторожно касаясь платком моей разбитой губы. Но я лишь стараюсь отвести взгляд. Потому что знаю как жалко сейчас выгляжу. Но все равно не могу прекратить плакать. У меня нет семьи. У меня нет дома. У меня нет ничего. Ничего. И эта мысль буквально разбивает моё сознание на осколки, заставляя меня в полной мере чувствовать всю ничтожность своего существования. Бессмысленного существования.
Кто-то тянет меня вверх и уже в следующую секунду я оказываюсь в объятиях мужчины, столь крепко прижимающего моё дрожащее тело к себе. Пальцы Дерека путаются в моих волосах, слегка поглаживая меня по голове, в то время как я утыкаюсь в его грудную клетку, не в силах сдерживать слез и боли, что копились во мне столь долго и сейчас вырвались наружу. Он не говорит ничего. Просто терпеливо прижимает меня к себе, с какой-то необъяснимой заботой и даже...Нежностью? Поглаживая меня по голове. Почему? Почему из всех людей на планете один из самых устрашающих и жестоких преподавателей в Академии относиться ко мне куда лучше, чем единственный родной мне человек? Эта мысль ещё сильнее разрывала моё сознание. Мне становится тяжело дышать. Словно что-то с силой сжало мою грудную клетку и горло, перекрывая доступ к кислороду. И я не понимаю, когда моё сознание ускользает от меня, прекращая всякие попытки бороться с той болью, которая его захлестнула в одночасье. Мои ноги подкашиваются и я лишь отдаленно слышу как Кнехт взволнованно взывает ко мне. Но у меня нет сил бороться. Больше нет. Потому я просто поддаюсь этому ощущению, позволяя сознанию утонуть во тьме. Быть может, навсегда?
Но, нет. Я вновь открываю глаза, глядя на, уже столь осточертевший, белый потолок палаты. Сколько я проспала? Я не была уверена, что вообще смогу сориентироваться сколько именно прошло времени, но, из не прикрытого шторами, окна, лился теплый солнечный свет. Я осмотрелась вокруг, но моя палата была пуста, не считая надоедливые приборы, что раз за разом раздражали меня своим противным пищанием. Дерека не было в палате и стул, на котором он так часто сидел рядом сейчас стоял в противоположном углу комнаты, словно ещё раз подтверждая мою догадку о том, что его здесь нет. И не было. Да и зачем? Какой смысл? Какой смысл в моём существовании, когда оно не приносит ничего хорошего, кроме боли, разочарования и разрушений. Кажется, что на большее я просто была не способна. И потому я никому не была нужна. Я не была нужна собственному отцу, который считал меня мразью и, что-то мне подсказывало, будь его воля, он бы предпочел меня убить, нежели принять то, кем или чем я являюсь. Я смотрела в потолок, чувствуя, как с каждой секундой, с каждой следующей минутой, какое-то непонятное мне отчаяние захлестывает меня все сильнее, подобно сильнейшему потоку воды, который подхватывает тебя и тут же с силой швыряет о каменистое дно, выбивая всякий дух, затем вновь подхватывает, словно бы давая надежду, и этой надеждой для меня за последнее время стал (как бы удивительно это не звучало) - Кнехт. Но природа весьма неконтролируемая вещь. И тогда, когда тебе кажется, что все уже хорошо и ты вот-вот доплывешь до берега - тебя снова захлестывает волной, волоча по дну, где ты задыхаешься от нехватки кислорода. Дерека не было сейчас рядом. И, казалось, что после того, что случилось - и не будет. Приборы, что нитями-проводами тянулись к моему телу запищали ещё противнее, когда моё сердце стало биться чаще, а дыхание вновь участилось и стало тяжелым, когда поперек горла снова словно ком встал. Каждый вдох давался мне с большим трудом. Казалось, стоит только сдаться и все, и уже не нужно будет заставлять себя влачить это бессмысленное существование. Но как бы мне не хотелось, я все же продолжала дышать. Словно само моё тело противилось мне и не хотело просто так отпустить. В моей голове проносилось множество мыслей, которые возвращали меня на Остров. Забавно, но теперь мне даже кажется, что лучше мне было и вовсе не выбираться оттуда. Потому что...какой смысл? Какой смысл, если ты никому не нужен. Я не заметила, как в палату вошла медсестра. Она пыталась заговорить со мной, но я все так же отрешенно смотрела в потолок, желая лишь остаться наедине с собой. В конце-концов, женщина сдалась, оставляя на тумбочке возле моей кровати поднос с едой. Но есть совершенно не хотелось.
Обед уже давно остыл, а за окном солнце медленно опускалось к горизонту, окрашивая небо и светлые стены моей палаты в багрово-красные тона. Я не обратила внимание на то, что дверь палаты вновь открылась и в неё кто-то вошел. Опять, наверное, эта назойливая медсестра. Но нет. Я удивленно взглянула на Кнехта, который взял стул, подставляя его ближе к моей кровати. - Что ты здесь делаешь? - Срывается с моих губ даже прежде, чем я успеваю осмыслить это. Мужчина растерянно смотрит на меня и я добавляю. - Я думала, что ты не придешь. - Он все так же удивленно смотрит на меня, но затем его взгляд меняется, когда он видит обед, к которому я даже не притронулась за все это время. Мужчина начинает читать мне нотации о том, что мне нужно есть, чтобы выздороветь и что я веду себя глупо, словно ребёнок, на что я взрываюсь, резко принимая сидячее положение на кровати, от чего грудная клетка отозвалась, пусть и не резкой, но ноющей болью. - Какая разница, Кнехт?! Какая разница что со мной будет, если я никому не нужна?! Черт, да у меня теперь даже дома нет! Ты понимаешь?! Когда меня выпишут из этой проклятой больницы мне не куда идти. - Я чувствую, как по щекам вновь медленно стекают дорожки слез, падая на постель. Черт! Я стараюсь как можно скорее вытереть слезы и не смотреть при этом на Дерека. Во что я превратилась? Жалкая тряпка, которая по любому поводу льёт слезы. Мне противно от самой себя. Мужчина молча встает, забирая поднос с остывшей едой и выходит из палаты. Правильно! Катись к черту! Я злюсь. Злюсь на себя за свою слабость, беспомощность и эмоциональность. И злюсь на него, потому что не понимаю: зачем он возиться со мной? Хорошо, допустим, я и правда сделала что-то хорошее, там, на Острове. Но что это меняет? Какая ему разница до меня и почему он так заботиться обо мне, хотя я никогда об этом не просила. Когда я думаю, что Дерек ушел и уже не вернется - он вновь входит в палату. С новым подносом. Я встречаю его разгневанным взглядом, но он лишь раскладывает специальный столик, на который ставит поднос и говорит всего одно слово, - ешь. - Голос мужчины звучит так, будто любая попытка пререкаться с ним может закончится плачевно. И я вновь злюсь. Какое тебе до меня дело, Кнехт? Этот вопрос вертится у меня на языке. Но я лишь беру в руки вилку, начиная ковыряться в еде. Аппетита нет совершенно, не смотря на то, что я сегодня ещё не ела.
Кажется, мои действия теперь начинают раздражать самого Дерека, от чего он придвигается ближе и говорит о том, что если я не поем сама, то он будет кормить меня с ложечки, будто я маленький ребенок. - Я не ребенок! - Вскрикиваю я, на что он лишь усмехается и говорит, - тогда не веди себя как ребёнок. - Я утыкаюсь взглядом в тарелку, чтобы не смотреть на него. Ещё несколько минут Кнехт наблюдает за тем, как я продолжаю размазывать кашу по тарелке, а после устало вздыхает. Он называет меня по имени. Неожиданно тихо. От чего я даже вздрагиваю и поднимаю на него взгляд. Уже более спокойно Дерек повторяет, что мне нужно поесть, чтобы набраться сил. И что сегодня он пришел так поздно только по одной причине - он собирал мои вещи и перевозил их к себе. Закончил он свою тираду тем, что после того, как меня, наконец, выпишут из больницы - я буду жить в его доме. Вилка выпала из моих рук. Сначала я просто ошарашенно смотрела на Кнехта, который вот так просто говорил о том, что он пошел в дом моего отца, собрал мои вещи и перевез к себе. А после мои щеки вспыхнули от того, что я представила как он собирает мои вещи. Между нами никогда не было никакой близости в интимном плане, даже не смотря на тот поцелуй на Острове, но, черт подери! Сейчас он так легко говорит, что пошел и собрал мои вещи, а я думала лишь о том, как мне стыдно от одной мысли, что он прикасался к моему нижнему белью. Господи! Кажется, моё состояние весьма позабавило самого мужчину, потому как он сначала просто улыбнулся, а затем и вовсе начал смеяться. - Не вижу ничего смешного, - пробурчала я, поднимая вилку. Но было ещё кое что. - Кнехт, ты сошел с ума. Я не могу жить в твоём доме. Хотя бы потому, что у тебя есть жена и ребенок. Тебе не кажется не разумным приводить в свой дом молодую девчонку, мм? - Взгляд Дерека их веселого резко становится серьезным. Он какое-то время молчит, а затем все же рассказывает, что его жену забрали в лечебницу, так как её болезнь в последнее время стала слишком быстро прогрессировать и она стала опасна для окружающих. - Она уже не различает реальность с вымыслом. - Добавляет он и в его голосе слышатся нотки боли и печали. - Прости меня. - Срывается с моих губ и я встречаюсь с удивленным взглядом Кнехта. - Я много плохого говорила о ней, когда пыталась задеть тебя. Она этого не заслуживает. - Он лишь легко улыбается уголками губ, хотя в его глазах отчетливо залегла какая-то печать печали. - А твой сын? Не будет ли странно, если после ухода мамы папа в дом приведет молодую девчонку? - Я пытаюсь вновь вернуться к теме, которая меня сейчас волновала больше всего. Но Дерек лишь уклончиво говорит о том, что его сын уже долгое время живет с бабушкой. Кажется, они не слишком близки в отношениях. И от этого мне стало даже грустно, учитывая, что у меня с моим отцом отношения так же были не особо теплыми. Особенно после того, что произошло.
Прошло ещё несколько дней, прежде чем меня выписали из больницы. И, хотя физически я уже чувствовала себя куда лучше прежнего, я все ещё не до конца оправилась от всего, что происходило в моей жизни в последнее время. - Это гостевая комната, располагайся как тебе будет удобнее, - Дерек привел меня в комнату, которая была заставлена коробками. Он забрал все мои вещи из комнаты в доме отца, но решил, что мне будет куда более комфортно, если раскладывать их я буду сама. Образ моих пылающих от стыда щёк ещё долго будет забавлять его, я уверена. Я открыла первую коробку. Кнехт собирал все впопыхах, надеясь ещё успеть ко мне в больницу. И все же скинутые как попало вещи меня не раздражали, напротив, было какое-то облегчение от того, что ему не пришлось аккуратно складывать все мои лифчики и трусики. Господи! Вот опять я об этом думаю! Мои щеки вновь пылали от румянца. Гостевая комната в доме преподавателя была довольно уютной, хотя и была несколько меньше моей комнаты, но здесь очень удачно вписывались все необходимые вещи. Кровать, шкаф, комод и даже прикроватная тумбочка с лампой. Мне потребовалось достаточно много времени, прежде чем все вещи оказались на "своих" местах. Передо мной осталась последняя коробка. Она была меньше остальных и я уже догадывалась о её содержимом. Я осторожно вскрыла коробку, открывая её. Мои губы тронула грустная улыбка. Я взяла в руки рамку с фотографией, на которой мы с Шейном стояли рядом и улыбались. Это был его выпускной в Академии. Я осторожно прикоснулась пальцами к стеклу, - мне тебя не хватает, - прошептала я. - Тебя и мамы. Очень не хватает. - Я почувствовала как глаза щиплет от слез, но тут же часто заморгала, стараясь прогнать это ощущение. - Ты в порядке? - Я вздрогнула, едва не выронив рамку из рук и обернулась. В дверном проёме стоял Кнехт. Как долго он там стоит? И как много слышал? В прочем. Это было не столь важно. Важно было то, что... - Я благодарна тебе за все, что ты делаешь для меня. - Эти слова я собиралась сказать ему уже давно. Но я все никак не могла собраться с силами. Слова благодарности, кажется, заставили мужчину удивиться, а затем он легко улыбнулся уголками губ. - Ужин остывает, спускайся.
Прошло ещё несколько дней с момента, как меня выписали из больницы. Дерек как раз вернулся с работы и мы стояли в его гостиной, потому как он хотел со мной о чем-то серьёзно поговорить. Его слова заставили меня вздрогнуть, потому как ранее мы старались всячески избегать любых разговоров об Острове. Но сейчас, кажется, пришло время поговорить обо всем, что там случилось. Я выслушала все, что он сказал, чувствуя вину за то, что долгое время скрывала от него то, что я не помнила всего, что произошло на острове. И ещё кое что. - Дерек, - я поднимаю на него глаза. - Я не уверена, что мне теперь место в Академии, - мне тяжело об этом говорить. Хотя бы потому, что мне все ещё тяжело кому-то открывать свои чувства. Пусть мы и стали более чем близки после всего произошедшего. - Я должна была тебе давно сказать...Но я надеялась, - я запнулась, - а потом боялась. Мне казалось, что всё должно будет вернутся, но этого так и не произошло. - Я говорила сбивчиво и весьма сумбурно, от чего мужчина непонимающе на меня смотрел. Я вздохнула, собираясь с силами, - я не помню ничего из того, что произошло на пляже. После пробуждения я вообще мало что помнила, но потом память постепенно вернулась. Но не полностью. Я много раз пыталась заставить себя вспомнить, но все мои попытки заканчивались лишь тем, что у меня начиналась жутчайшая головная боль. Словно сам мой мозг противиться тому, что там произошло. - Я опустила взгляд. Но не помнить - было не самым худшим. - Но это ещё не все. - Я вытянула перед собой руку, концентрируясь, но ни через несколько секунд, ни через минуту ничего не произошло. - Я больше не могу пользоваться своими способностями. Моя рука должна была полыхать огнем, но ничего не происходит. Ни с одной стихией. Что бы ни произошло со мной на Острове - это закрыло мне доступ к моим способностям. Если и вовсе не лишило их. - Я вновь поднимаю взгляд на Кнехта. Он выглядел озадаченным. Но все же быстро собрался, начав говорить о том, что моя потеря контроля над способностей, скорее всего, вызвана психологическим фактором, потому как после Острова в первое моё пробуждение, которое, как оказалось, я тоже не помнила, я использовала свои силы. А, значит, не потеряла их навсегда. Его слова меня несколько успокоили. И, хотя у нас все ещё оставалась проблема того, что я не помнила ничего из произошедшего на пляже, меня удивило кое что в словах Дерека. - Как я смогла побороть магнитное поле Острова? Это же...Невозможно. - Прошептала я. - А даже если и так, то почему? Каждый из них, - а сейчас я говорила о подростках из Академии, с которыми мы были далеко не в дружеских отношениях. И, даже если допустить возможность, что я действительно оказалась столь сильной, чтобы провернуть подобный фокус на пляже, то почему никто из них не сдал меня? Это же была идеальная возможность избавиться от меня. - Ненавидит меня. Тогда почему? Почему никто не рассказал об этом? Это было бы так легко - избавиться от меня. - Я покачала головой. - Они благодарны только потому, что остались в живых. Но это не делает нас друзьями. Они просто чувствуют, что обязаны мне. - И мне не нравилась эта мысль.
На следующий день после нашего с Дереком разговора, я отправилась в Академию. Я медленно шла по коридорам, стараясь держаться в стороне, и постоянно ловила на себе изучающие и даже, порой, сочувствующие, взгляды. Я фыркнула. Если бы не потребность вести себя тихо, я бы с большим удовольствием стерла бы эти выражения с их лиц. - Вебер! - Я вздрогнула, остановившись на месте, а затем медленно повернулась в сторону того, кто меня звал. Как ни странно - это оказался Питер, который бежал ко мне и уже через минуту поравнялся со мной. - Рад, что тебе уже лучше, - он улыбнулся мне, что вызвало на моём лице лишь ещё большее недопонимание. - Пит, что тебе нужно? - Серьезно спрашиваю я, сильнее сжимая пальцы на лямке рюкзака, что висел на моём плече. Мой вопрос, кажется, выбил из паренька всякий дух, потому как он непонимающе (с видом обиженного щенка) взглянул на меня. - Я думал, что... - Но я резко оборвала его. - Ты думал что? Ты думал, что мы теперь станем друзьями? Просто потому, что я спасла тебя...Дважды? Ты решил, что мы друзья? Это не дружба, Питер. Это твоё чувство вины. - Я ответила ему в довольно грубой форме, но мне не нужно было, чтобы он таскался со мной рядом только потому, что чувствует себя обязанным. - Но мистер Кнехт... - Ах, вот где собака зарыта! Я обернулась к парню, преодолев вновь те несколько шагов, что успела сделать прочь от него. - Послушай, мне не нужна нянька, ясно? Я сама способна о себе позаботиться. И я освобождаю тебя от просьб Кнехта. И от твоего чувства обязанности мне за спасение твоей шкуры. Расслабь булки, Пит и живи своей жизнью, окей? - Я прошипела это ему, после резко разворачиваясь и удаляясь прочь. Кнехт решил, что мне нужна нянька? Только потому, что у меня сейчас туго с контролем над способностями. Ну спасибо тебе, Дерек, умеешь ты приободрить, твою мать!
Я едва ли могла сосредоточиться на том, что происходило на уроках. Мне давали отдельные задания, потому как я пропустила довольно много материала за время своего отсутствия. И это особое отношение ко мне уже порядком начинало поднадоедать, что, казалось, вот-вот ещё немного и я взорвусь. Но неимоверными усилиями воли я держала себя в руках, памятуя о том, что не стоит пока привлекать к себе ещё большее внимание. На обеде я, как всегда, расположилась за самым дальним столиком, надеясь хотя бы поесть в тишине, но не тут-то было. - Алекс, - Питер не сдавался. Я закатила глаза, после поворачиваясь к нему с видом аля "какого хрена, псина?!", но он не дал мне заговорить, потому как начал первым. - Послушай, быть может, мы и не друзья, но все, что мы прошли вместе...неужели это хоть чуточку нас не сблизило? - Я удивленно посмотрела на оборотня. - Ты в чем-то права, я чувствую себя обязанным тебе, но это не единственная причина. Как и просьба Кнехта присматривать за тобой. Каждому из нас было не легко пережить то потрясение из-за Острова, но тебе досталось больше остальных. И я хотел бы быть рядом, чтобы поддержать тебя, даже если ты сама этого не хочешь, - его решительный тон выбил всякую почву из-под моих ног. И я даже почувствовала себя виноватой за то, что наговорила ему столько гадостей до этого. Что у Питера нельзя было отнять помимо его глупости - так это его искренность. Я потупила взгляд, ковыряя еду в своей тарелки и чувствуя себя крайне неловко, потому как мне не было даже что ответить на его слова. - Алекс, - он вновь позвал меня. - Что ты хочешь от меня услышать? - Пробурчала я. - Если хочешь таскаться за мной как ручная псинка - это твоё дело. Потому что как бы я ни старалась от тебя избавиться - это, кажется, невозможно, не так ли? - Не смотря на то, что многое в моих словах могло прозвучать весьма обидно, губы Питера расплылись в улыбке, потому как, в конце-концов, он добился своего. Я лишь вздохнула. За что мне все это?
Дни в Академии тянулись бесконечно долго, но стоит признать, что компания Питера весьма приятно скрашивала моё время. К тому же, мы часто встречались и с другими ребятами, которые, к моему большому удивлению, с куда большим удовольствием теперь общались со мной. И все же, внутри то и дело вспыхивало какое-то необъяснимое чувство тревоги. Пусть я и не придавала этому ощущению должное внимание, списывая всё на то, что без способностей находиться в стенах Академии, даже под защитой Кнехта и Питера - мне было весьма не комфортно. Я последней принимала душ после занятий. Пусть многие физические нагрузки мне ещё были противопоказаны, но я вместе со всеми посещала уроки физкультуры. Я выключила воду, плотно затягивая полотенце на груди и покидая душевую кабинку. Внезапно у меня закружилась голова, от чего я прикрыла глаза. А когда открыла...Кровь? Из одной из душевых кабинок по кафелю стекала кровь. Моё сердце забилось чаще, пока я подходила туда. Быть может, я не последняя осталась и что-то случилось? Я резко одернула шторку и взвизгнула, когда на полу душевой кабинки увидела тело Эмили. Нет. Нет. НЕТ! Этого не может быть! Просто не может быть! Я ринулась к выходу из душевой кабинки, где столкнулась с Питером. - Алекс, что случилось? - Он обхватил меня за плечи, слегка встряхивая и осматриваясь вокруг. Я обернулась назад, туда, где должно было лежать тело Эмили, но...Ничего не было. Ни её тела, ни крови. Ничего. Я не понимаю. Я вдруг, словно очнулась, когда поняла в КАКОМ виде я стою перед оборотнем. - Питер, выметайся из женской душевой, - прошипела я, выталкивая ничего не понимающего парня. Переоделась я быстро, хватая свои вещи и даже не удосуживаясь как следует просушить влажные волосы. В тот момент я ещё не понимала, что это был лишь первый звоночек. Первый, но далеко не последний.
С того момента прошло ещё несколько дней. Питер все пытался выведать у меня: что же такого произошло в душевой, но я не спешила ему рассказывать о том, что мне привиделось мертвое тело Эмили. Хватит и того, что я сама себя в тот момент посчитала сумасшедшей. Я легла в кровать, выключая лампочку на прикроватной тумбочке, быстро проваливаясь в сон. Что-то холодное коснулось моей руки, заставляя меня поёжиться и перевернуться. Мои пальцы касаются чего-то липкого и мокрого и я открываю глаза, встречаясь со стеклянными глазами Эмили. Крик вырывается из моего горла даже раньше, чем я успеваю осознать происходящее. Её бездыханное тело лежит на моей постели. Пытаясь встать с кровати, я путаюсь в одеяле, падая на пол, а после и вовсе выбегаю из своей комнаты, сталкиваясь в коридоре с Дереком, который перехватывает меня за плечи, вглядываясь в мои, полные страха, глаза. - Алекс! Алекс, - он встряхивает меня, - что случилось? - Его голос звучит тревожно и я смотрю на свои руки, которые должны быть в крови. Неужели он не видит? Но...Я смотрю на свои руки и они чисты. На них нет крови. - Кошмар. Мне приснился кошмар, - выдавливаю я из себя. - Прости, что разбудила, я не хотела. - Мужчина как-то облегченно выдыхает, а после со словами "идем", берет меня за руку и...ведет в свою спальню? - Ч-что..? - Но я не успеваю закончить свою мысль, потому как Кнехт говорит, что меня всю трясет. Я даже не заметила. Но и правда, меня все ещё трясло от страха. Это странно, но мы ложимся в одну постель и мужчина обнимает меня, притягивая к себе. Совсем так, как тогда, на Острове, когда мы пытались согреться. И по какой-то абсолютно неведомой мне причине - это работает. Его тепло, само его присутствие рядом - успокаивает меня. Но я все ещё чувствую себя крайне неловко. Между нами никогда не было никакого интимного подтекста. И все же. Это было странно. Я осторожно поворачиваюсь в объятиях мужчины и встречаюсь с ним взглядом. Моё сердце вдруг начинает стучать быстрее. Так, что, кажется, даже мужчина может почувствовать его бешеный темп. А дальше я себя и вовсе не контролирую, когда подаюсь вперед, прижимаясь своими губами к его губам. Лишь на несколько секунд, а после, словно осознав: что же я творю?! Я отстраняюсь. И отворачиваюсь. Моё сердце все так же бешено бьется в груди. Что я, черт подери, творю? Но Дерек, кажется, решил не спрашивать меня о моём странном поведении, списывая все на то, что это все от стресса и кошмара, что мне приснился.
Но дальше все было лишь только хуже. С каждым днём мне становилось все хуже, потому что теперь меня преследовал не только "призрак" Эмили. Мне то и дело мерещились Зак и Ноа. А затем я вдруг могла сорваться с места, просто потому что почувствовала внезапный приступ паники. То и дело мне казалось, что кто-то меня преследует, хотя на самом деле ничего такого не было. Я начинала сходить с ума. И чем дальше, тем яснее я это ощущала. Я схожу с ума. Идя по пустому коридору после уроков я ощущаю на себе чей-то пристальный взгляд. Я медленно оборачиваюсь. Передо мной стоит мужчина с ножом в черной униформе. Я не вижу его лица. Оно словно смазано или чем-то измазано. Он внезапно кидается в мою сторону, но я не могу пошевелиться. Я вскрикиваю от боли, когда нож входит в мою грудную клетку, а затем слышу его слова, - ты убила их всех. - Я задыхаюсь, падая на колени, прижимая руки к груди. Чувствую, как по губам течет кровь и вижу, как она расползается лужей на полу подо мной. А затем...Я вновь могу дышать спокойно. Я сижу на полу в коридоре совсем одна. И нет ни солдата, ни раны в груди, ни крови. Я схожу с ума. И в этот момент мне в голову приходит мысль, которая заставляет меня посмотреть на эту ситуацию иначе. - Это все реально? - Шепчу я сама себе. - Может ли это быть реально? - Я встаю на ноги и иду к единственному человеку, который может мне ответить на этот вопрос. Я резко распахиваю дверь кабинета Дерека. - Зачем ты все это делаешь? Как давно? Как давно ты играешь с моим сознанием? Тебе нравится во что ты меня превратил? - Кричу я на ничего не понимающего Кнехта. - Ты добился своего? Ты сломал меня! Так зачем ты продолжаешь? ЗАЧЕМ?! - Дерек встал со своего места, встревоженно подходя ко мне, пока я хваталась за голову, едва не вырывая на себе волосы. - Алекс, - он осторожно взывает ко мне и я поднимаю на него глаза. Он вздрагивает, глядя на меня, а затем осторожно протягивает ко мне руку. Я отшатываюсь, но оказываюсь в невыгодном положении - спиной уперевшись в стену. - Алекс, у тебя кровь. Что происходит? - И тогда я задаю ему тот самый вопрос, который вертится в моей голове. - Это все реально? - Взгляд мужчины становится хмурым. - Что со мной происходит? - Шепчу я, вновь поднимая глаза на мужчину, но моё внимание тут же переключается на того, кто стоит за его спиной. - Дерек, осторожно! - Кричу я, сама не понимая, что уже не могу удержаться на ногах. Так же как и не могу удержать собственное сознание. Я падаю во тьму.
Когда я открываю глаза, Кнехт сидит рядом. - Как давно? - Я непонимающе смотрю на него, но сейчас он выглядит крайне серьезным. - Как давно у тебя эти галлюцинации? - Вновь спрашивает он. И хотя я и вовсе не хотела ему признаваться в том, что мне становилось все хуже - мои нападки с обвинениями в его кабинете явно говорили о том, что мне стоит рассказать все как есть. Это зашло слишком далеко. - Не знаю. Сначала я думала, что это просто следствие стресса. Но я не знаю что со мной происходит. - Мужчина тяжело вздыхает и что-то говорит о том, что слишком долго провел времени в моём сознании, когда пытался меня вернуть из комы, что могло оставить после себя подобные последствия. Но я видела во всем этом и иную причину. Мои провалы в памяти. Дело было не только в длительном вмешательстве Дерека, но ещё и в том, что моё сознание блокировало болезненные воспоминания, а они столь рьяно просачивались наружу. И чем дольше это будет продолжаться - тем хуже мне может стать. Более того, я могу принять галлюцинации за реальность и действительно кому-то навредить. Я обязана вспомнить.
Хотя Кнехт и был против того, чтобы я в ближайшее время появлялась в Академии, я решила не слушать его, потому что у меня в голове был собственный план. Я должна вспомнить. А для этого придется слегка привлечь к себе внимание. Только вот как? Раньше у меня не было с этим никаких проблем, но сейчас все старались обходить меня стороной, не желая ввязываться в неприятности, которые мог бы устроить им Кнехт. Но, кажется, сама Судьба благоволила сегодня мне. Кто-то толкнул меня в плечо так сильно, что мой рюкзак слетел с плеча, падая на пол. - Смотри куда прешь, дубина! - Прорычал Питер, что все ещё был рядом со мной. А после очередного разговора с Дереком он и вовсе был словно привязан ко мне. Хорошо, хоть, в туалет за мной не ходил! - Кто это у нас тут? Вебер и её ручная псинка? - Я ранее не обращала никакого внимания на разговор, но стоило парню, что толкнул меня огрызнуться, как я увидела в этом свой шанс. - Ты такая тихая стала, Вебер. Неужели просто недотрах мучал? - Он глумился надо мной. Что лишь вызвало на моих губах усмешку. Я слегка склонила голову на бок. - Нет, вот думаю каким из способов выбить из тебя все то дерьмо, что в тебе скопилось, пока ты не получал хороших пиздюлей, - несколько лениво произнесла я. Хотя Пит тут же меня одернул, - что ты делаешь? - Но я лишь попросила его доверится мне. А ещё сходить за Дереком. Что-то внутри меня подсказывало, что он мне понадобиться. Словесная перепалка с Майлзом, а именно так звали этого дибила, продолжалась недолго и закончилась ровно тем, чем я и надеялась, - как насчет поединка на ринге? - Мои губы трогает усмешка, - я согласна.
Я бросила свой рюкзак возле ринга, кидая туда же и свою джинсовую куртку, оставаясь в одной футболке. Я уже готова была залезть на ринг, как меня остановил кто-то потянув назад за шкирку, - ты что творишь? - Прорычал Дерек, злобно глядя мне в глаза. - Прошу тебя, доверься мне. - Прошу я, надеясь на его понимание. И добавляю, - я должна вспомнить. Но ты не можешь пока копаться в моей голове. Значит, придется заставить себя вспомнить, - он сначала смотрит на меня с непониманием, но затем тень сомнения пролегает на его лице. Нехотя, но мужчина отпускает меня и я вхожу на ринг. Вокруг собралось много народу - ведь давненько уже не было такого зрелища.
- Как насчет того, чтобы драться без способностей? - Предлагаю я. Майлз крупнее меня и мои слова вызывают у него усмешку, потому как на самом деле со способностями это был бы бой больше в мою сторону, от шипов, которые он умеет выпускать из своего тела не было никакого толку против стихийника моего уровня. Но вот бой без способностей. Тут он явно чувствовал преимущество. В прочем, зря. Но я, в любом случае собиралась проиграть этот бой. Намеренно. Весь мой план состоял в том, чтобы намеренно подставиться под удар. От чего-то внутри меня была четкая уверенность, что если я ещё раз переживу эту боль, то смогу все вспомнить. Майлза, кажется, забавляла вся эта ситуация, а потому он довольно быстро согласился с моим предложением. Даже не смотря на мою решимость проиграть этот бой, я не собиралась делать это слишком быстро. Нужно было подстроить все так, словно это случайность. А потому мы медленно кружили по рингу, присматриваясь к друг другу. Парень первым сделал выпад в мою сторону, пытаясь схватить меня, но я ловко увернулась в сторону и его рука рассекла воздух, где я стояла ещё несколько секунд назад. Это чем-то походило на наш с Дереком бой на Острове, только тогда все было куда интереснее. В случае же с Майлзом, я прекрасно понимала, что могу легко победить, если захочу, потому как он допускал слишком много ошибок. Но приходилось, порой, подставляться под незначительные удары, чтобы не давать ему опасений в том, что его просто напросто используют. Мы сходились и расходились, нанося друг другу удары, но ни один из нас не пострадал серьезно. В один из моментов, когда Майлз атаковал, я подгадала момент, делая вид, что ошиблась и двигаюсь не в ту сторону, от чего его кулак ударяет в мою грудную клетку заставляя всех вокруг ахнуть в этот момент. Я падаю на колени, чувствуя, как у меня перехватило дыхание от этого удара и как боль раздирает мою грудную клетку и больше...Ничего? Но я ошиблась. Уже в следующую секунду случилось сразу несколько вещей. Волна энергии всколыхнула здание, заставляя его трястись. И эту волну выпустила я. Моё сознание захлестнули хаотичные картинки воспоминаний, словно кто-то разрушил дамбу и теперь стремительный поток обрушился на меня, подхватывая и закручивая. Я не могла контролировать себя, как не могла контролировать и то, что происходило в моей голове. Все смешалось, теперь ещё больше добавляя приторный привкус нереальности ко всему происходящему. Я отдаленно слышу голос Кнехта и едва могу различить его силуэт, когда он подхватывает меня. Сознание проваливается во тьму и я чувствую присутствие Дерека. Знаю, что ему пришлось это сделать.
Когда я прихожу в себя - я вновь нахожусь в больничной палате. В какой-то момент меня посещает мысль, что все, что было ранее - лишь сон. Но потом приходит осознание того, что я помню все. Все, что произошло со мной на Острове и то, как Дерек вытаскивал меня из плена моего же сознания. Дважды. Все это было реально. И так же реально было то, что Кнехт сейчас сидел на стуле рядом со мной. Его рука крепко сжимала мою, а его голова покоилась на моей постели. Он выглядел бледным и уставшим. Но я не смогла удержаться в своём порыве, когда мои пальцы путаются в его волосах, а затем нежно касаются его щеки. Мужчина вздрагивает и открывает глаза, - прости, я не хотела тебя разбудить, - я слабо улыбаюсь ему. Хотя я даже не знаю как выразить ему всю свою благодарность за все, что он для меня делает. Вытащить меня из плена моего сознания один раз - было сложно. Но то, что он сделал в этот раз...Все слишком сильно перемешалось, словно кто-то сбросил в одну кучу сразу несколько коробок пазлов и перемешал все кусочки. И если бы не Дерек. - Ты поступила глупо, - я вижу, что он злиться. Хотя в его взгляде больше беспокойства, чем злости. Я вдруг понимаю, что все ещё касаюсь пальцами его щеки и хочу убрать руку, чувствуя, как мои бледные щеки наливаются румянцем, но мужчина неожиданно прижимает мою ладонь к своей щеке, не давая мне её убрать, ещё сильнее вгоняя меня в краску.
[NIC]Alexandra Weber[/NIC]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2wngj.png[/AVA]
[LZ1]АЛЕКСАНДРА ВЕБЕР, 18 y.o.
profession: студентка академии для одаренных;
relations: отец
[/LZ1]
[SGN]http://funkyimg.com/i/2wnov.gifhttp://funkyimg.com/i/2wnow.gif
аватар от Eos[/SGN]

Отредактировано Stephanie Brennan (2017-12-17 22:27:35)

+2

13

Все эти дни казались ему безумно похожими. Походы в больницу, дальше работа, дальше дом, потом работа, больница и так в бесконечном кругу, словно ты окончательно потерялся в реальности и теперь словно хомяк вращаешься в колесе, поглотившей тебя жизни, не понимая, как его покинуть. Мужчина по-настоящему переживал за Алекс, потому что ей довелось испытать слишком много, и он попытался помочь, попытался, но вышло это не самым лучшим образом, потому как она хоть и пришла в себя, но после чуть не разрушила все здание и хорошо, что он был рядом и смог остановить ее. Силы девушки были слишком опасными или могущественными. Она еще так молода, а получила такое развитие для своего дара. Это огромный потенциал и ее с удовольствием примут в Стражи, когда придет время, потому как люди с подобными навыками им очень нужны, а вряд ли во всей академии найдется хоть один достойный соперник для девушки. Пусть пока она не умела контролировать свои силы, не понимала их природы и даже вполовину не умела пользовать так, как можно, но всему можно научить, лишь бы был тот самый дар, что нужно раскрыть.
Постель, писк приборов, потолок, автомат в котором с каждым днем становилось все меньше напитков. Это могло продолжаться бесконечно. Она приходила в сознание, но была какой-то отреченной, будто вернулась старая версия Алекс, которая даже не была на острове. Их отношения до этих событий и напоминали такую своеобразную перепалку и переброс острот в сторону друг друга. Она всегда была сама по себе, этакий подросток, что ставит себя против целого мира и пытается заразить всех своим нигилизмом. Конечно, Вебер не простой ребенок и ее судьба была не простой, как и судьба ее семьи, отношений с отцом, что определенно оставались напряженными, потому как Дерек не видел ни разу того в больнице за все это время. Его дочь чуть не погибла на острове, а он даже не удосужился явиться и проведать ее. Тот ее мудак и будь воля мужчины, то он врезал бы ему по лицу за такой поступок. Родитель, каким бы он ни был должен заботиться о своем ребенке, иначе ты не имеешь права называть себя таковым. Может отношения самого Кнехта с женой и сыном были не лучшими, но это не значит, что он не любил своего сына. Жене становилось все хуже и это понятно, ее расстройство уже нельзя исправить, таблетки помогали какое-то время, но тут все как с деменцией, стоит только ростку взойти и тот найдет способ прорасти, с этим ничего не поделать. Никто не в силах был ей помочь, а попытка телепата покопаться в рассудке могла бы окончательно добить ее, потому в итоге и пришлось разрешить вопрос так, что жена оказалась в психиатрической клинике, где ей предоставляли уход, а ребенок у бабушки, ведь сам Дерек сейчас не мог воспитывать сына. У него было достаточно проблем другого рода. Ничего не закончилось, нет еще никакой жирной точки в этой истории. Их пытались убить, и он предполагает кто это сделал, однако пока не имеет и единой возможности выступить и что-то предпринять по этому поводу. Да и не так уж просто бороться с уважаемой администрацией академии, когда не уверен кто в точности за всем стоит и сколько человек вообще понимали в этом участие. Вряд ли только одна директриса знала о подобном, и сама решила избавиться от учеников, такой ход был бы слишком глупым для человека, ставящим всю свою репутацию на кон, только ради мести Кнехту (мести за что? За то, что он был единственным Стражем в академии?) и возможности избавиться от нерадивых подростков? Это выглядит настолько мелочно и глупо, что казалось будто должно быть что-то еще, нечто особенное, ради чего можно рискнуть и вот тут у Дерека была самая важная проблема, потому как он попросту не понимал, что может быть таким важным. Почему он и эти подростки? Почему именно убить? В чем суть такой операции? Эти вопросы крутились у него в голове всякий раз, когда он приходил в палату Алекс, смотрел на нее, сидел рядом, порой даже засыпал тут, просыпался и шел в академию преподавать.
С физической точки зрения ее тело заживало, так говорил доктор Клеменс, который наблюдал ее и Дерек сам видел, что та рана уже не тревожила ее с такой силой, хотя само собой, тут не отделаться парой дней или даже недель в больнице. Когда тебе пробивают грудь, то зачастую человек умирает и это вообще чудо, что Алекс удалось выжить. Но мужчину больше интересовал ее разум, потому как он провел самую рисковую операцию в своей жизни. Ему еще никогда не приходилось вмешиваться в сознание человека, который был в коме, который не мог контролировать себя, потерял себя, а мужчина действовал будто хирург, сшивающий разум тонкими нитями, но даже они могли вызвать отторжение организмом и тут требовался какой-нибудь очень хороший психолог, ну или как минимум, чтобы сама Вебер рассказала ему все, хотя, зная девушку, то она предпочтет хранить все в тайне и это больше всего напрягало Кнехта. Незнание…
Преподаватель бросил считать дни, потому что все они были похожи, как один, отчего разницы заменить было едва ли возможно. Вебер разрешили прогуливаться, когда он присматривает за ней, хотя доктор Клеменс и говорил, что это не лучшая идея и будет гораздо лучше для заживления, если она полежит еще неделю или около того, но Кнехт знал, как сложно ей было находиться в четырех стенах палаты и ничего не делать, а просто лежать. Так они оказались на улице, мужчина даже не задумывался о словах, просто говорил на общие темы, стараясь сильно не напрягать девушку и главное не тревожить последние ее воспоминания, потому как сейчас это было ни к чему. Может ему и не терпелось скорее разобраться с их врагами, но действовать сейчас было бы глупо, надо дать Алекс выздороветь, а потом уже решать проблемы по мере их поступления.
- Я отойду за кофе, тебе что-то взять? – произнес мужчина, почувствовав, что сейчас ему не помешает этого напитка, впрочем, Вебер отказалась от чего-то еще, оставшись на улице, когда он сам удалился внутрь помещения, начина я в привычном ему режиме клацать по клавишам в автомате, дожидаясь своего кофе. Вот только от всего кофе Кнехту удалось сделать несколько глотков… Стоило ему только отойти как обязательно что-то должно было случится. И этим «что-то» оказался ее отец, появившийся просто из неоткуда и первым делом начавший бить ее, будто Вебер и без того мало настрадалась. Он ведь даже не удосужился прийти к ней и что-то спросить, просидеть около нее, пока она была без сознания, зато стоило ей выйти на улицу, как он первым прилетел показать, кто тут главный. Вот только не в его смену… Только не в смену Дерека, который кипел от ярости, бросая кофе и уже бегом приближаясь к их паре. Он успел до того, как отец нанес удар своей дочери, перехватив его руку. Тот явно испытал удивление, что его дочь не одна, но удивление на его лице быстро сменила гримаса боли, когда со всей силы Кнехт врезал ему так, что тот повалился на землю. Кулак начинал болеть, его слегка саднило от удара, но за последнее время именно это чувство было самым приятным. Он будто выходил из той нависшей прострации, когда не делал ничего, а теперь кровь закипала.
- Алекс – он мог бы продолжить с ее отцом, но Алекс была ему важнее, а этот человек еще получит по своим заслугам это он уж точно мог пообещать. С ее глаз лились слезы, а она едва могла держать себя в руках, чтобы совсем окончательно не разреветься, чего совсем не желала делать перед преподавателем. Не такой она привыкла быть перед ним, не такой она была на острове, но подобные потрясения на всех действуют по-своему и тут Дерек ничего не мог поделать. Она не железная, внутри нее просто подросток, который остался один в этом мире, по крайней мере, по ее категоричному мнению.
- Пошли, вернемся обратно – было ли еще что-то потом? Да не особо… Она так и не поднялась тогда, потеряв сознание, поддавшись своей слабости, да и телу, которое еще не в полной мере пришло в себя от ранения. Следующий день выдался крайне напряженным, потому что девушка все еще не приходила в себя, оставаясь без сознания. Доктор Клеменс сказал, что это нормальное положение для человека, испытавшего ее стресс, тем более, что он предупреждал о том, что как прогулки могут пагубным образом сказаться для девушки. Вот только вряд ли он имел в виду, что ее отец мудак придется и начнет избивать свою дочь, которую даже не выписали из больницы. Каким же кретином нужно было быть, чтобы сделать такое? Нет, такого терпеть он точно не мог. Кнехт узнал адрес дома Алекс, а потом и номер ее отца, сообщив тому, что он заедет за ее вещами завтра, отчего отец опешил на какое-то время, но потом просто положил трубку произнеся свое короткое «ладно». Конечно, Дереку совсем не требовалось его разрешения, ему было наплевать, но он поступал так, как было бы правильно. К тому же он хотел встретиться с этим человеком лично, ему было интересно высказать ему все в лицо…
- Кто там? – произнес ее отец, когда мужчина заехал к нему после работы в академии.
- Мистер Кнехт, я звонил вам вчера по поводу вещей Алекс – проговорил он, перед тем как мужчина открыл перед ним дверь.
- Ты?! – он было собирался захлопнуть ее вновь перед самым лицом, но Дерек вовремя поставил ногу, не давая этого сделать, а потом приложив куда больше силы вошел внутрь.
- Я вызову копов! Чертов ублюдок! – проговорил он, уже направляясь к телефону, когда услышал слова мужчины у входа.
- Вызывайте, посмотрим, что они скажут Стражу – кажется эти слова затронули в отце Алекс какой-то триггер, связанный со смертью его семьи, его жены и сына, которые погибли, выполняя работу для Стражей. Каждый оперативник знает о риске, на который идет, каждый должен понимать, что не смотря на свои собственных способности, их никто не делает бессмертными. Порой люди умирают, но умирают ради благой цели, а не того, что было с ними на Острове.
- Черт бы вас всех побрал. Блядские отродья – но его попытки нанести удар выглядели комичными в сравнении с человеком, который прошел тренировку в элитном отряде, где учили не только использовать свои силы, но и действовать без них. Ведь не все можно решить своими способностями, особенно такому человеку, как Дерек. На автомате Страж перехватил его руки, заводя за спину, а потом с силой впечатал мужчину в стену, бросая после этого на пол. Тот попытался подняться, но Кнехт коснулся его рукой и лишил сознания, заставляя уснуть.
- Я пытался быть хорошим парнем… Но ты перешел все границы – сказал мужчина, присаживаясь рядом с его головой, выставляя руки и пальцы так, будто он собирается держать хрустальный шар, а потом аккуратно прикоснулся ими к голове отца Алекс. На мгновение он очутился в его сознании, тех мыслях, что терзали мужчину, но тут же абстрагировался от всего. Он собирался стереть его память, даже не просто стереть, а изменить ее, чтобы Вебер навсегда ушла из его разума.
- Ты забудешь ее… Твоя дочь мертва, умерла, как жена и как твой сын. И только ты этому виной. Все дело было в тебе. Ты недостаточно хорошо любил их, недостаточно заботился о своем последнем ребенке. Она не вернулась с Острова… Она погибла из-за тебя и попала туда из-за тебя. Ты настолько плохой отец, что уже и забыл ее лицо… Оно словно рассеялось в твоей памяти, лишь ее образ… - он собирал разум этого человека словно мозаику, понимая какие могут быть последствия после такого вмешательства, но ему было попросту наплевать. В нем скопилось столько злобы к этому человеку, что он не желал больше его слушать, не желал его терпеть в этом мире. Если он достаточно сильный, то скорее всего, покончит с собой, а если нет, то будет жить с осознанием собственных прегрешений до конца дней, спиваясь и утопая в наркоте. Вот он его мир и личный ад, куда поместил его Дерек, заставляя раз и навсегда забыть об Алекс и о ее существовании. Теперь даже взглянув на собственную дочь он бы не узнал ее, не смог бы понять, что она жива, продолжая думать и корить себя за ее смерть. Этот вопрос был решен и Кнехт не хотел, дабы что-то отвлекало Вебер от настоящих и важных дел, чтобы тянуло ее назад огромным камнем, который испортит тебе жизнь.
Закончив игры разума с ее отцом, Дерек поднялся в комнату девушки, начиная собирать все в коробки, что привез с собой. Вещей набралось не так уж и много, хотя и они едва ли поместились в его машине, так что пришлось одну из коробок даже везти на своих ногах, упираясь ей в руль. До этого мужчина всегда был пунктуален и приходил примерно в одно и то же время в больницу навестить Алекс, но сегодня он задержался из-за перевоза ее вещей. Ну а дальше все развивалось по обычному сценарию. Она повздорила с ним, отказывалась есть, а после и вовсе накричала, в принципе типичная Вебер ничего особенного. Ему пришлось все делать самому и едва ли не кормить ее с ложки, дабы убедить пообедать или поужинать, судя по времени. Так в итоге он и сообщил ей о том, что девушка переезжает к нему в дом, где никто им не будет мешать. Ей Дерек выделить гостевую спальню и кроме них никого в доме не будет. Пришлось раскрыть перед ней немного подробностей своей личной жизни, но сейчас и это не играло никакой роли. Отказываться ей было бессмысленно, так что за неимением выбора ей все равно не оставалось другого выбора, как перебраться к мужчине.
Случилось это еще несколько дней спустя, когда Кнехт настоял, чтобы ее выписали раньше, и чтобы он сам мог ухаживать за ней. Так как девушке требовалось вернуться в общество, стать вновь частью академии, увидеть большее количество лиц, чем только его, да персонала клиники. Один раз к ней даже приходили ребята, что выжили на Острове, поблагодарить их спасительницу, хотя Алекс тогда отнеслась к ним достаточно холодно, будто не понимала, что в этом такого… Конечно, раньше она не была такой популярной персоной, никто вообще не замечал ее, а если и замечали, то лишь по дракам, которые она устраивала со своими силами. Первым делом оказавшись в доме Кнехта девушка начала разбирать свои вещи, которые он достаточно спешно покидал в коробки. Впервые за долгое время мужчина услышал от нее слова благодарности, а не постоянную язвительность, что была так присуща Вебер. Она спустилась на ужин вниз, где они поговорили впервые в более домашней обстановке, а дальше академия снова их разлучила, когда каждый занимался своим делом, преимущественно возвращаясь к привычной жизни, но это только на первый взгляд.
- Я не уверена, что мне теперь место в Академии – сказал Алекс, решив, что она не готова вернуться к обучению после всего произошедшего с ней. Прошло уже несколько дней, как девушка жила у него, и вот теперь видимо настало время для настоящего разговора, который нависал долгое время, но каждый раз никто не желал затрагивать эти ранящие темы.
- Твоя память не успела прийти в порядок. Ты испытала достаточно потрясений и чуть не умерла, так что думаю, небольшое помутнение сознания и приступы амнезии относительного дней на Острове – это не так уж и плохо – она помнила все остальное. Возможно и сам Дерек виноват в том, как он вмешался в ее разум, тут мужчина не мог судить, потому как повторно проводить такой трюк он бы точно сейчас не стал.
- Силы либо есть, либо их нет. Их нельзя получить, а потом лишиться. Так это не работает. Что-то в твоем сознании блокирует их, не позволяет воспользоваться, но как все придет в норму, как только ты оправишься силы вернуться обратно. Это абсолютно нормально – не слишком нормально, но вполне возможно, как думал сам Дерек. Ведь силы не активируются сами собой, каждый раз человек должен прилагать усилия, чтобы они работали и это можно заблокировать на уровне сознания, не позволяя получить доступ к ним или вообще заставить забыть тебя о том, что они были. Это сложно, может даже почти невозможно, но в этом мире с появлением суперсил не осталось ничего невозможного.
- Ты использовала свои силы на пределе, на пляже, когда мы уходили с Острова. – добавил мужчина, чтобы ей стало понятно, отчего силы могу отказывать девушке. Но следом был задан лишь следующий вопрос – магнитное поле ограничивает действие твоих сила и это так, но каким бы высоким не был забор, через него всегда можно перебраться – может это и не лучшая метафора, но вполне понятная для девушки. Дерек и сам не смог бы объяснить, как это работает во многом силы не изучены настолько, чтобы давать точные выводы по таким вопросам. Но еще раз стоит отметить, что ничего невозможного в этом мире нет.
- Иногда именно из таких чувств рождается преданность и дружба. Ты могла не спасать их, но сделала это. Было бы глупо отплатить тебе ненавистью за собственную жизнь – все ребята, которые были на острове теперь держались вместе. Они не особо общались с остальными, организовав какой-то свой клуб. Никто из остальных студентов даже не представлял, как выглядит опасность на самом деле, как можно испытывать страх перед собственной смертью… Им не доводилось стоять на пляже и ждать пули, которая решит все и после этого уже никто не вернулся прежним с Острова. Это место окончательно поменяло подростков и вовсе не ту сторону, что хотела академия, потому как они стали еще более обозленными на этот мир, хотя и старались скрывать свои истинные чувства.
На следующий день Вебер все же должна была уже вернутся в академию. Конечно, Кнехт не мог оставить ее без какого-то присмотра и решил сказать Питеру, чтобы тот приглядел за девушкой, так как ей может быть плохо, и она еще не полностью оправилась от всего. Парнишка был только рад такой важной обязанности, хотя сам преподаватель старался не делать все через принуждения, он просто играл на чувствах этого паренька, которого она спасла дважды от смерти, что вполне себе неплохо, чтобы была возможность отдать ей долг хотя бы своей компанией. Сейчас Алекс точно не стоило быть одной, после всех событий на Острове, что всколыхнули общественность и как говорили в администрации академии, что они проводят расследование по всем событиям и убитым студентам, люди все же еще не отошли и были в каком-то смысле крайне возбуждены этим.
Прошло несколько дней прежде, чем Питер принес какую-то важную информацию. Этот волчонок оказался не так уж и бесполезен, подумал про себя Дерек. Они смогли найти общий язык или его подобие с Алекс, но он рассказывал, как та была в душевой, а потом просто пулей вылетела оттуда, словно на нее напали. Но там никого не было и Вебер само собой не стала рассказывать ничего ему, а только прогнала прочь. Кнехта не слишком заботил тот факт какого черта он вообще делал в душевой, может решил подглядеть или проследить, чтобы ничего не приключилось, не важно, главное, что все это было странным. Однако пока мужчина ничего не мог понять и списывал ее поведение на стресс, который она испытывала по возвращению, ведь находиться в академии без своих способностей даже под чужой защитой не самый лучший вариант для девушки, которая прежде считала себя едва ли не сильнее всех, каждый раз стремясь доказать свою силу остальным. Теперь она уже не могла быть такой, не могла вернуться к этому так как стала обычной, пусть и на время, пока сознание Вебер не придет в норму.
Следующим звоночком для Дерека стал случай в его доме. Ночь уже вошла в свои права, и Алекс должна была быть в постели, в то время как мужчина лежал в своей и читал книгу, однако в какой-то момент он услышал крик и резкие шаги. Конечно, он подался к ее комнате и увидел, как девушка выбежала оттуда напуганная чем-то настоящим. Конечно, Вебер все списала на кошмар, но никогда в жизни мужчина не слышал, чтобы просыпаясь у людей продолжалось ощущение кошмара, ведь обычно сон заканчивается и выступает холодный пот в такой случае, бешено бьется сердце, но кошмар не может происходить наяву. Тогда ему пришлось забрать Алекс к себе в постель, без какого-то намека на нечто пошлое, просто как в тот раз на острове, дабы девушка ощутила себя защищенной и смогла успокоиться. Она успокоилась, все пришло в норму, а потом Вебер даже поцеловала его, но Дерек решил, что это просто очередной стресс, не стоит воспринимать эти ее действия как-то серьезно. Ее сознание похоже медленно приходило в себя, но как улей, в который ткнули палкой, начинало шуметь и не давать покоя.
После этого все казалось вполне спокойным. Питер не сообщал больше мужчине о каких-то приступах, потому визит Вебер в его кабинет стал для него очень даже неожиданным, тем более, что девушка была настроена крайне воинственно.
- Зачем ты все это делаешь? Как давно? Как давно ты играешь с моим сознанием? Тебе нравится во что ты меня превратил? Ты добился своего? Ты сломал меня! Так зачем ты продолжаешь? ЗАЧЕМ?! – в какой-то момент Кнехт даже опешил от ее слов, потому как не сразу понял, что происходит. Алекс всегда была крайне замкнутым подростком, что не слишком спешил делиться своими чувствами и переживаниями, потому никто и не знал о том, что девушка испытывает на самом деле.
- Алекс, у тебя кровь. Что происходит? – только произнес Дерек, увидев девушку в таком безумном состоянии. Но если раньше он мог только задумываться о причинах, то теперь вполне понимал их. Эти причины он сам. Он вторгся в ее разум, дабы вытащить из комы и теперь видимо проблема была в том, что разум не желал возвращаться. Его насильно взболтали и заставили работать, насильно вывели из состояния забвения и тот давал теперь отпор в виде проблем с реальностью.
- Это все реально? Что со мной происходит? – шептала девушка ему в ответ, будто не понимая, где она уже находиться. Казалось, что приступы становились только сильнее и чаще, потому как разум не желал сдаваться, а вмешиваться в это дело вновь Кнехт был не готов, боясь навредить Алекс только сильнее.
- Дерек, осторожно! – вскрикивает девушка перед тем как потерять сознание. Черт… Это было по-настоящему страшно, и он даже обернулся в какой-то момент, но как и ожидалось за спиной никого не было. Значит, все-таки проблема разума и галлюцинации, ведь что еще может быть в таком случае? Разум отказывается вспоминать события Острова, отказывается давать ей доступ к болезненному участку памяти, который оказался заблокирован вместе с ее силами, будто тело борется против девушки. Мужчина усадил ее в кресло, ожидая момента, когда все же Вебер придет в сознание, так как им предстоял вполне себе серьезный разговор. Она больше не могла держать это вместе, потому как проблема выходила из-под контроля, а девушка медленно сходила с ума и только ее преподаватель мог помочь в таком вопросе.
- Как давно? Как давно у тебя эти галлюцинации? – это было первое, что он спросил стоило ей прийти в сознание и открыть глаза.
- Не знаю. Сначала я думала, что это просто следствие стресса. Но я не знаю, что со мной происходит.
- Ты помнишь, как ты вышла из комы? – спросил он, ожидая лишь того, что девушка помотает головой, так как она вряд ли помнит его воздействие на нее. Когда она очнулась второй раз, то воспоминания об этом моменте и прошлом пробуждении не были в ее памяти, будто ничего и не происходило, как собственно и Острова… Все вставало на свои места… А ведь она могла бы и раньше сказать ему, не будь она настолько самонадеянной, не пытайся скрыть свои проблемы и начни кому-то доверять в этом мире. Нельзя быть вечно загнанным в угол ребенком, теперь у нее есть друзья, настоящие, которые готовы выслушать ее проблемы и как не странно, но Дерек был одним из них.
- Я был в твоем сознании, собирал его, чтобы ты смогла вернуться к нам. Ты чуть не разнесла полбольницы, прежде чем я смог остановить тебя и усыпить. Ну а дальше ты все помнишь сама. Потом спустя несколько дней ты проснулась снова… Видимо, твой мозг не выдержал такого вмешательства и дал сбой, который теперь вызывает все эти проблемы у тебя… Мне кажется будет лучше, если ты какое-то время и правда побудешь вне академии, как ты и хотела, прежде чем все не придет в норму – он даже не знал придет ли в норму, ведь прежде многие такие эксперименты, если и проводилось, то завершались он крайне плачевно. Именно поэтому многие не любили Дерека, ведь люди хотели видеть в Стражах защитников и лучших людей этого общества, а его силы были слишком опасны. Конечно, он был эффективным работником, из-за чего Стражи и отказались от него, пусть и неофициально, отправив в запас, но именно его силы заставляли думать, будто Стражам плевать на закон и людей. Так все начинали думать, будто они готовы пойти на что угодно ради своей цели и если нужно добыть что-то из разума человека, то они добудут, а если это сведет того с ума, то так тому и быть.
Конечно, девушка не стала его слушать и не смотря на все доводы Дерека не желала уходить из академии теперь, хотя еще неделю или чуть более назад мыслила совершенно иначе. Это настораживало, но не мог же он ее силой привязать дома к постели и не выпускать. Все равно рядом есть Питер и теперь он в случае чего все быстро скажет учителю, дабы тот разобрался в ситуации или помог. Еще более опасным было бы ее пробуждение сил, если оно и правда случится в какой-то момент, когда Алекс не будет понимать реальность все или галлюцинация перед ней, то это может кому-то и навредить, а то и вовсе убить… Но не прошло и дня, как все началось снова. Кнехт просто шел к своему кабинету, как видел толпу детишек, быстро сворачивающих к спортивному залу, а если кто-то шел туда такой толпой, то это определенно сулило поединком на ринге, а где ринг, там и Вебер черт бы ее побрал…
- Ты что творишь? – только и успел сказать мужчина, за шкирку оттягивая ее в последний момент, когда Алекс почти забралась на ринг. - Прошу тебя, доверься мне – произнесла девушка, с каким-то осознанным пониманием. И в этот момент Кнехт все же дал слабину, отпуская девушку. - Я должна вспомнить. Но ты не можешь пока копаться в моей голове. Значит, придется заставить себя вспомнить – наверное, у него не было выбора, но вот справиться с парнем вряд ли у нее получится без способностей, хотя он и не знает об этом. Но правила быстро переменились, так как Вебер предложила иной вариант, далеко не самый популярный, но такое могло уравнять их шансы в такой момент, хотя выглядело и странно. Однако тупица напротив нее даже не понял, что происходит будто и правда считал, что у него есть какие-то шансы, точнее были бы, будь она в полной своей силе. Тут были ребята и посильнее до него, возможно долгое отсутствие Алекс в школе сказалось на том, что все забыли о ее победах на ринге, когда именно Кнехту приходилось разнимать подростков, однако сейчас он стоял среди всех и позволял бою свершиться.
Ему ведь доводилось видеть на острове на что способна девушка, потому даже в таком состоянии он понимал, что бой будет не самым равным, так как противник вообще ничего от нее не ожидает, думая будто хватит одного лишь удара, чтобы разрешить такой бесполезный, по его мнению, спор. Забавно, что он бы даже гордился такой победой, ведь это Вебер, как тут не праздновать. Конечно, Кнехт слишком поздно понял ее затею, когда заметил, как она нарочно подставила и получила удар, что уже не мог пройти мимо и пришелся в самый раз, дабы вырубить ее. Девушка падает на колени, но в этот момент происходит то, чего не мог ожидать никто. Волна проходится от ее тела, заставляя все здание академии трястись, а все, кто был около ринга повалиться на землю. Дерек быстро поднимается и запрыгивает на ринг, подхватывая в последний момент теряющую сознание Алекс, закрывающую глаза и вновь погружающуюся во тьму после этого удара.
- Шоу закончено. Расходитесь! – прокричал он остальным студентам и те быстро решили последовать советам учителя, разбежавшись, чтобы не случилось чего хуже. Однако девушка теперь не спешила прийти в себя, именно это больше удручало мужчину. Он пытался что-то сделать, но она будто лишилась чувств. Пришлось вновь быстро доставлять ее в больницу, чему доктор Клеменс был крайне ни рад. Однако он реагировал также быстро, чувствуя, что она могла получить какую-то травму из-за удара в место, где была ее прежняя рана. Через час доктор все же обнадежил мужчину, что это был просто болевой шок, однако с раной все нормально, было небольшое внутреннее кровоизлияние, но они его быстро остановили и локализовали, так что через какое-то время Вебер выйдет из-под наркоза и очнется. Он провел у ее постели часа четыре не меньше, прежде чем устлалось дала знать о себе. В какой-то момент мужчина просто провалился в сон, понимая, что прийти в себя Алекс может не так уж и скоро. Он так и остался сидеть у ее постели, склонив голову и положив руку рядом, закрывая глаза.
- Прости, я не хотела тебя разбудить – почувствовав чье-то касание преподаватель проснулся, а потом даже слегка вздрогнул, увидев Вебер, которая пришла в себя.
- Ты поступила глупо – это были первые слова, что он сказал ей после этого поединка. Он думал, что она просто желает выиграть, попробовать старые эмоции на вкус и ощутить победу, что могло бы помочь ей. Однако совсем не представлял, что девушка выберет вариант подставиться под удар, будто это на самом деле могло помочь ей. И все же помогло… По крайней мере, Дерек верил, что та энергия, прошедшая от нее по зданию академии, была не случайной и ее силы вернулись, как и память, которая прорвалась через барьеры в сознании, давая девушке вспомнить все происходящее.
- Но главное, что с тобой все в порядке – проговорил он, когда девушка положила руку ему на щеку, а после будто не могла убрать. Мужчина поймал эту руку, заставив ее краснеть сильнее, но ему приходилось который раз вот так сидеть возле ее постели в больнице и это не самые лучшие ощущения, если так подумать.
- Ты вспомнила, что случилось на острове? – спросил ее Дерек, задумываясь над тем, что по логике ей должно бы стать лучше. Будет очень не кстати, если все это было напрасно.
- Да я помню, что я… - и в этот момент Кнехт приложил палец к ее губам, чтобы она не начала ничего говорить. Их история строилась на том, что они ничего не знали и если сейчас взболтнуть лишнего, то кто знает слушают их или нет. Возможно, это был напрасный приступ паранойи, но если академия как-то замешана в этом, то люди, которые организовали их убийство определенно обладают какой-то властью и уж точно не хотели бы, дабы кто-то узнал, как все было на самом деле. Никому не хочется терять свое важное и насиженное место, уж точно не администрации академии и ее директрисе, которая не мало работала для столь важного поста. Глупо думать, что доктора могут быть причастны или кто-то из медперсонала, однако лучше не испытывать судьбу и найти место куда более подходящее для этого – дом самого Кнехта.
- Доктор Клеменс перевязал тебя, сказав, чтобы ты воздержалась несколько дней от посещения академии, так что пока тебе придется побыть дома и возражения не обсуждаются – его голос звучал, как приказ и Вебер понимала, что вариантов у нее просто не будет, отчего только послушно кивнула на его слова. Он пробыл всю ночь в ее палате, а сам взял отгул на пару дней, чтобы тоже отойти от всех событий. Уже на утро под свою ответственность мужчина забрал девушку домой, вызвав такси, потому как просто устал от всего и не мог садиться за руль машины, которую оставил прямо у больницы.
- Твои силы вернулись к тебе? – спросил он только когда они вернулись домой. Алекс не стала особо отвечать, однако показала, как спокойно в ее руке промелькнула искра, а после разгорелось пламя, которое она потушила, сжав руку в кулак. Она и сама была видимо поражена тому, что получилось, ведь в прошлый раз ничего не удалось.
- Отлично, я же говорил, что проблема только в твоем разуме и теперь ее больше нет – стоило надеется, что в таком случае она целиком вернулась к нему, а все мысли и воспоминания собрались в единый паззл, став полноценной картиной, а не разбросанным частицами информации.
- Запомни. Только тут мы можем обсуждать что-то касательно острова. Для остальных мы ничего не знаем. После всего тебя могут вызвать к директрисе или еще кому-то, попросив пересказать всю историю. Говори, что угодно, но только никакой конкретики, что мы не знали, кто эти люди и почему они были там, мы просто пытались выжить и все – может Вебер не сразу поняла его идею, но Кнехт не собирался больше оставаться в стороне. Он достаточно ждал и теперь должен был рассказать ей свои мысли, что уже больше месяца после возвращения таились в его голове, созревая во что-то большее.
- Еще на острове мы думали, будто кто-то хочет убить вас и заодно меня. Да? Ты ведь помнишь это? – проговорил мужчина, обращаясь к Алекс, которая сидела напротив него – Конечно, помню, мы слышали их речь на берегу. Тогда они должны были убить нас всех и если бы не я, то так бы и произошло. – с какой-то особой гордостью в этот момент произнесла девушка, будто чувствуя, что лишь она могла всех спасти. Всегда приятно быть особенной или какой-то мессией, но ведь большая сила налагает еще и большую ответственность, о которой Алекс даже не собиралась задумываться в такой момент. Ей многое дано, но за этими силами точно будут охотиться и если не Стражи, то их противники, ведь как известно им так и не удалось искоренить тех, кто пытается свергнуть текущий режим, поставив власть на колени. Многие из этих людей тоже обладают сверхсилами, и они считают, что простые люди должны им подчиняться, быть прислугой и лакеями в мире высших существ, где каждый получит ровно то, чего он заслуживает относительно своих возможностей и в таком мироздании девушке может быть уготован крайне высокий пост с ее невероятным даром стихийника.
- Я долго думал над этим, пока ты приходила в себя. – начал говорить Кнехт – представь себе, что академия и ее администрация во главе с директрисой решила избавиться от всех нас. В таких случаях всегда надо задавать вопрос: «Кому это выгодно?». И знаешь я не мог найти никакой веской причины для этого. Зачем им убивать нерадивых студентов и отправлять их на остров? Вас могут исключить или просто отправить на стерилизацию, это создало бы в миллион раз меньше проблем. Согласись? Отправлять людей на Остров, потом нанимать отряд, чтобы те их убили, это ведь чертовски тупо? – наверное, тогда у них просто не было времени, чтобы прикинуть смысл происходящего, но теперь спустя месяц на все можно было взглянуть под другим углом. Зачем кому-то вообще могут потребоваться этим дети? Кому они вообще важны, да и смысла от их убийства никакого, что каждый раз повторял себе мужчина. Если бы все обстояло по-настоящему так, то это был бы самый идиотский план в истории, которые ему только довелось видеть.
- Задумайся. Я вижу только одну причину, по которой нужно было провернуть все это дело с Островом – и тут Кнехт на секунду сделал паузу. Будто создавая интригу, хотя возможно Вебер поняла, и сама куда он ведет – Я. Им был нужен я, а не вы. – Страж, который занимался тем, что выуживал информацию из чужой памяти, разве это не кладезь знаний. И этот человек не прячется в каком-то бункере Стражей, а находится у всех на глазах в академии. Однако его нельзя было отправить на стерилизацию, тут у директрисы не было бы никакой власти над всем, кроме как отправить его инструктором на Остров, ведь кто еще подходит для этого лучше, как умелый Страж, пусть и в запасе.
- Но в таком случае у меня возникает другой вопрос. А зачем директрисе избавляться от меня? Конечно, думаю ты знаешь, что другие учителя в школе не слишком жалуют Стража рядом с собой. Точнее неправильно выразился. Не слишком жаждут видеть «позор» Стражей рядом с собой в академии. Ведь твои родственники – они были героями, сражались и погибли, как герои, сделали много всего, за что каждый может похвалить их. Но думаю мне не стоит рассказывать какие были мои задачи в организации до того момента, как мой отряд расформировали, дабы мы не кидали тень на Службу. И вот именно этого я не могу понять – академия тут казалась вовсе не причем, ведь по факту им не за что было убивать мужчину. Одной неприязни мало для такого рискового поступка, тем более, когда они знали кто он такой и насколько может быть опасен. Они ведь направили на остров не какой-то случайный отряд пиратов, а самых настоящих бойцов, вооруженных до зубов и с лучшей техникой, которая имела доступ к внутренним системам острова. Они ведь даже ничего не взламывали, только оставили след от взлома, по которому ни черта не отследить в итоге.
- И я вновь задаюсь этим вопросом. Кому это выгодно? – повторил мужчина, вот только понимал, что ответ совсем его не обрадует – тут есть два варианта: Стражи или «СС» - «Свободные Сверхлюди», как они называют себя. Возможно, именно они виноваты в смерти твоих родных, да и вообще во многих других. Вот только я не представляю зачем я мог понадобиться одним или другим. Все мои знания относительно работы Стражей уже были использованы, во мне нет никакого толка. «СС» никогда еще не действовало так нагло и внутри города, здесь у них нет ни власти, ни союзников, как я полагаю, потому как Стражи быстро вычислили бы этих людей. У них ведь есть телепаты и такие, как я. Вряд ли они позволили расцветать подобной заразе в академии. Но тогда зачем? – этот вопрос просто сводил мужчину с ума, потому как он не мог найти на него ответа и такое удручало больше всего остального. У всего должна быть своя цель, вот только как понять ее, если ты сам не знаешь ничего особенного. Если его хотят убить за знания, то какие? Стражи итак знают обо всем, что он видел, в этом и была его работа докладывать и сообщать. «СС» он просто бесполезен и максимум смысл убивать его – это старая затаенная обида, но как провернуть такое дело в самом центре академии и города под контролем Стражей? Это безумие, на такое Сводобные Сверхлюди не пошли бы. Любую глупость стоит сразу отметить и тогда остаются Стражи, но какого черта они пытались убрать его?
- Я надеюсь, что ты теперь понимаешь, как это серьезно. И из всех я могу доверять только тебе, потому что ты была со мной и все видела. – к тому же, именно Вебер если что сможет защитить его, как бы это странно не звучало. С ее силами мало кто может тягаться даже из взрослых, так что не стоит недооценивать эту девушку, как многие делают постоянно.
- Но тебе придется не высовываться в академии, как ты сделала это недавно. Никаких поединков и задираний, никаких вообще упоминаний твоего имени. Если они пытались убить меня, то попытаются сделать это снова, тут ведь все логично. Им просто нужен отличный предлог, которым был Остров. Если я погибну прямо в Стенах академии, то Стражи начнут проверку и расследование, которое затронет всех и так всплывет слишком много фактов. Будем считать, что все причастны к этому, пока не получим обратного подтверждения. Можешь доверять Питеру и остальным ребятам, только не рассказывай им всего, они слишком любят трепаться и могут взболтнуть лишнего. Пока на нашей стороне эффект неожиданности и что мы знаем, кто наш враг или по крайней мере догадываемся.
Пальцы мужчины постукивали по столку. Этот разговор получился сложным и длительным, но он ничего не мог поделать. Зато теперь у него была права рука в виде Алекс, готовая отомстить за смерть ребят и за то, что их пытались убить столь бесчестным способом. Они проговорили до полуночи обсуждая различные варианты и стратегии того, как следует действовать. Девушка само собой желала скорее получить максимум сведений, предлагая безумные мысли вплоть до того, чтобы Дерек забрался в разум директрисе и посмотрел почему она хотела убить их и хотела ли вообще, может она были ни к чему не причастна и ей просто кто-то посоветовал использовать остров обведя вокруг пальца. В крайнем случае Кнехт мог бы сделать такое, но никто не должен был застать его за подобным проникновением и прежде всего этого не должна была бы понять сама директриса. Когда кто-то погружается в твой разум, то вы вполне можете встретиться, а вот избегать человека и оставаться незамеченным – это совсем непростая задача, потому как чем дольше ты присутствуешь внутри, тем больше всего происходит и сознание само начинает сопротивляться, тем самым помогая владельцу отыскать злоумышленника. Если кто-то уличит его в таких действиях, то его тут же посадят, а потом отправят на суд Стражей за превышение полномочий и использование своей силы во вред человеку намеренным образом. Его будут судить, как любого террориста из «СС» просто потому, что он пытался добраться до правды, именно поэтому им нужен был план.
Почти неделю они занимались ровно тем, что отслеживали работу директрисы. Каждый ее шаг не оставался без внимания. Тут сработали они втроем, контролируя эту женщину по максимуму. Питер также помогал, но Дерек не стал выяснять каким образом Алекс удалось его уговорить и что она вообще ему сказала делать. Однако она упомянула то, что он также участвовал в этом деле, ведь после всех событий на Острове их отношения определенно стали теплее и теперь скорее напоминали дружбу. В воскресный вечер спустя полторы недели, они вместе Вебер сидели дома, только вдвоем без лишних ушей, обсуждая то, что собирались сделать, нарушив закон. Это был единственный способ что-то разузнать, ведь никто и никогда не оставит никаких документов относительно убийства, так что искать эти данные в кабинете главы академии было бы самым тупейшим действием на свете, хотя не будь тут Кнехта, как мозгового центра кто знает, может девушка и решилась бы на этот необдуманный шаг, который ничего бы не принес им, кроме возможности быть пойманными. Главным оставался также тот факт, что никто не должен знать об их интересах, ведь сейчас каждый человек может быть скомпрометирован и причастен к этому. Уж лучше мыслить, как параноик, чем тупо доверять всем и каждому.
- Вторник и четверг – два самых слабых дня в ее расписании. Она живет в своем кабинете, как в крепости, покидая его только по делам, где всегда есть свидетели и нам ее не достать. Вторник и четверг у нее массаж, где она остается наедине со специалистом. Там мы ее и возьмем. Я не вижу варианта лучше – проговорил Кнехт, хотя все сейчас напоминало ему какой-то шпионский роман, где они продумывали операцию, как это делали раньше. Он ведь никогда не был полевым агентом и не знал, как все происходит на самом деле. Его задачей было копаться в человеческом разуме и добывать сведения, а не строить подобного рода планы. Но даже при таком подходе не самом профессиональном, стоило понять, что лучше места не найти. Весь понедельник они потратили, чтобы лучше узнать о больничном комплексе, куда она ходила, чтобы избавиться от болей в спине при ходьбе. Здание три этажа никакого серьезного пропускного пункта нет, ничего особого по системе безопасности, только камеры. Конечно, мужчина не был никаким техническим гением, чтобы сделать что-то со съемкой, но вполне мог спрятать свое лицо так, чтобы его было не просто узнать, да и кто вообще будет смотреть записи с этих камер, когда в них нет смысла, ведь если все пройдет по плану, то ни директриса, ни ее массажист даже не узнают, что случилось на самом деле. Дерек подменит их воспоминания, и они его даже не вспомнят. Такого ему еще не приходилось проделывать, потому как Стражи не рисковали такими вещами, пытаясь перевербовать какого-то приверженца «СС» на свою сторону. Подобные вещи нестабильны, как обычно говорили они и стоит упустить какую-то деталь, как все может прогореть и тогда просто пострадают люди, но они ничего не добьются.
В этом участвовал только сам Кнехт, и Алекс лишь мешалась бы под ногами, так как ее силы были там не нужны, как и присутствие. К тому же будет странно, если она пропустит занятия по необъяснимым причинам ровно в тот момент, когда ее смогут связать с этим случаем, если все же что-то пойдет не так. Из всех подозреваемых она была бы первой в списке, ведь живет под одной крышей с Кнехтом.
- После своих занятий во вторник зайдешь ко мне в кабинет, надеясь, что все получится – ну а если нет, то и в кабинете его не будет, а в академию наверняка уже придут Стражи, для выяснения дальнейших обстоятельств по этому делу.
Ночь прошла максимально быстро. Рабочий день во вторник у Кнехта начинался только после обеда, потому он отлично успевал провернуть дело утром, а потом спокойно прийти в академию, как ни в чем не бывало. Времени было без пятнадцати десять, когда он вошел внутрь этого больничного комплекса, одетый в самую простую одежду, с капюшоном и кепкой, прикрывающей лицо, также, как и очками. Не лучший маскарад, но почему бы и нет? Никто особо не обращал внимания на него, разве что в регистратуре девушка спросила куда он идет и тот ответил, что у него массаж на третьем этаже, на что она просто пожелала ему отличного дня и продолжила заниматься своим делом. Воровать в этом здании особо было нечего, потому и система защиты была минимальной, да и под боком, в полукилометре находилось здание Стражей, так что никакой отчаянный преступник даже не посмел бы сунуться в это место.
- Доктор Грейс? – спросил мужчина, стучась и входя внутрь.
- Я не доктор, просто массажист – проговорил человек, выходя к нему на встречу – кто вы? Вам не назначено сегодня. Можете пройти в регистратуру, это на первом этаже и вам все распишут, а как оплатите, так и… - мужчина подошел достаточно близко, касаясь врача и тот провалился, теряя сознание и погружаясь в сон, так что Дерек едва успел его поймать. Пришлось внести его внутрь кабинета, а потом забраться в его разум. В этот момент казалось, что реальность растворилась и перед ним открылся новый мир. Он быстро скользнул в одно из его воспоминаний, как паренек бил бейсбольной битой по мячу, а потом бежал, чтобы заработать очко своей команде. Вокруг ревел небольшой стадион и что-то происходило, но сейчас это было даже не важно. Кнехт начинал плести свою паутину из воспоминаний, осматривая одно из посещений директрисой этого мужчины. Ничего обычного просто полчаса массажа и на этом все заканчивается. Ему почти удалось создать копию этого момента, чуть изменив диалоги, как сознание врача начало сопротивляться. Это обычно первый сигнал того, что пора бы уходить и не создавать себе лишних помех. Времени проверить свою работу не оставалось, но этот самый Уолтер Грейс проспит еще полчаса, прежде чем очнется, самое время заняться пациенткой. Он слышал, как дверь открылась, и кто-то вошел внутрь.
- Уолтер я уже тут, сейчас разденусь и буду готова через две минуты. – знакомый голос миссис Себил звучал так близко, что Кнехт непроизвольно задержал дыхания, боясь, что может что-то случится. Он выждал три минуты, засекая на часах, а потом вошел внутрь массажного зала. Она уже лежала на специальной кушетке, даже не смотрела на него, потому как лицо было направлено строго в пол в специальном мягком держателе. Одно прикосновение, как она даже не замечает сон, навалившийся на нее. Первым делом он сразу окунулся в воспоминание прошлого массажа, даже не задумываясь над деталями. Ему приходилось действовать быстро, потому как времени совсем не много, прежде чем вмешательство в сознание станет слишком явным. Потому к черту факты, надо быстрее переходить к поиску того самого момента, когда их отправили на остров.
- Но наш управляющий совет решили, что лучше подойдет программа «Остров» для таких – прозвучал отголосок ее слов и Кнехт шагнул в воспоминание, открывая перед собой дверь в этом бесконечном доме, что назывался ее сознанием. Это был тот самый день, когда она все объявила им, теперь же надо было искать момент, когда ей пришла в голову эта мысль и пришла ли она самостоятельно. Он переходил почти бегом из воспоминания в воспоминание, но там было пусто, какие-то обыденные вещи и ничего, что могло бы как-то помочь ему. Пустые диалоги, словно в скучной театральной постановки, что проносились около его ушей… Быстрее, надо было действовать быстрее. Бинго!
- Я раздумывала над тем, что нам нужно избавиться от этих учеников и от Вебер, в частности. Она невыносима. Я бы просто отправила всех на стерилизацию и пусть живут обычной жизнью, если не могут понять значимости своего дара. – звучал голос Директрисы, но только Дерек не сразу понял кому принадлежал второй голос, а если быть точнее, то голос ее собеседника, мужчины. Голос был слишком знакомый, потому он и задержался в этом воспоминании, ощущая, как все начинает медленно сжиматься вокруг, а это значит, что Сибил как раз пытается найти его и если у нее получится, то значит, план будет провален, однако ему ведь нужно узнать кто этот человек рядом с ней.
- Миссис Сибил, я думаю вы настроены слишком радикально… У нас в Стражах – и тут сердце забилось сильнее, потому как этих слов, если честно Дерек ожидал услышать меньше всего. – У нас в Стражах – пронеслось еще раз звучание его голоса, будто Кнехт отматывал воспоминание – все решается куда лучше. Мы тренируем людей на Острове и можем предоставить вам отличную площадку, чтобы заставить детей понять, как важно чувствовать ответственность.
- В что сошли с ума? Остров? Это же чистой воды самоубийство. Эти тугодумы даже воды добыть не смогут и помрут на пятые сутки. Я не хочу ни чьей смерти.
- Понимаю… Но вам просто нужен хороший инструктор, кто сможет показать им все.
- И у вас есть такой человек на примете?
- Я был дал вам любого из своих Стражей, но у нас сейчас итак достаточно работы. Вы ведь слышали о том, как «СС» взорвали электростанцию в одном из городов на севере, оставив все поселение без света.
- Да, это ужасно…
- Так что тут я вам не помощник.
- А как на счет Кнехта? Дерек Кнехт, он ведь был Стражем, а сейчас в запасе?
- М… Превосходный выбор, думаю он отлично справиться.
- Спасибо, директор Хоффман, я очень вам благодарна.
- Как всегда приятно навестить ваше заведение, Сибил.
В последний момент мужчина быстро покинул ее разум, будто силой вырывая себя из этого путешествия. Он слышал фамилию, и она была ему отлично знакома. Этот человек когда-то ставил свою подпись под многими приказами, что отдавались Кнехту, а потом именно он расформировал отдел, а его отправил в академию, где он мог быть полезен по рекомендации именно Йоахима Хоффмана, текущего директора организации Стражей. Дерек быстро проверил все ли нормально с миссис Сибил, но она также спала, как и предполагалось, а значит, проснется ровно по завершению массажа, решив, что лишь задремала на какое-то время под конец. Казалось, что он нашел ответ, который столь долго искал, вот только теперь вопросов становилось еще больше отчего Кнехт совсем начинал путаться и не понимал какого черта происходит. Сейчас мужчина ощущал себя всего лишь маленьким ребенком, перед которым разговаривают взрослые и вроде язык тот же и слова понятные, но в чем суть разговора он так и не улавливает. Впрочем, время подумать у него было, так что Кнехт вернулся обратно в академию, а после всех уроков встретился с Алекс, которая зашла к нему в кабинет, как они и договаривались. Стоит отметить, что он не раз прокручивал это воспоминание Сибил в своей голове, досконально изучая его. Конечно, Хоффман отлично позаботился о том, чтобы его никто не мог узнать, никакой телепат не увидел бы его, отчего образ и был размытым, будто говорящая тень, а не человек. Учитель знал лишь одного человека с подобной сверхсилой способной укрывать тебя даже в чужом сознании и это был «Велес» один из перебежчиков. Какое-то время он работал на «СС», пока не был пойман, а после ему предложили отличную сделку и заключение в тюрьме, однако с привилегиями, потому как у него там было как в номере пятизвездочного отеля. Насколько знал сам Кнехт этот человек использовал свои силы на любом расстоянии, если у него в руках была половина монеты, а другая половина у того человека, которого надо было скрыть. Его силы работали постоянно, им не требовалось какого-то особого использования, самого «Велеса» вообще нельзя было отследить, однако можно было отследить его тягу к роскошной жизни на чем он и погорел в свое время.
- Я видел того, кто предложил идею отправить нас на Остров – начал говорить Дерек, но только после того, как они вместе с девушкой вернулись домой, потому как обсуждать такое в стенах академии было бы по-настоящему опасным.
- Йоахим Хоффман, слышала о нем прежде? – конечно, она слышала, потому как он уже почти десятилетие возглавлял Стражей – да, он был на похоронах моей матери и брата – благодаря Кнехту эти воспоминания были вполне живыми в ее голове, отчего она могла вспомнить того человека. Конечно, каждый знал его, он был буквально суперзвездой среди всех остальных, лучший Страж, сама легенда, если так подумать. Именно он вывел агентство на столь высокий уровень, сделав их выше всех остальных служб. Этот человек прекрасно умел управлять и манипулировать, тут мужчина даже не сомневался, к тому же никто и никогда не знал в чем заключается его способность. Внутри Стражей даже ходила байка о том, что их директор самый обычный человек, ведь никто не видел, как он применяет силу, а значит, что ими вполне может управлять лишь человек. Впрочем, вряд ли кто-то мог бы жаловаться на его управление, ведь благодаря этому Стражи были в почете, и каждый ребенок с особым чувством к справедливости желал вступить в их ряды.
- Он был там в кабинете миссис Сибил, говорил с ней перед тем, как она все сказала нам. Она хотела отправить вас на стерилизацию, но он предложил ей Остров. И это он предложил ей меня. Не прямым текстом, но отчетливо играя ее разумом. Этот человек превосходный стратег и знает, как заставить человека поверить в то, что это ты додумался до какой-то идеи, пока тобой умело манипулировали. Если бы я не мог путешествовать по воспоминаниям людей, то даже и не думал бы о подобном. – это заводило его в тупик и теперь Кнехт просто не мог понять зачем. Зачем Стражи могли желать его смерти и желали ли ее Стражи или сам Хоффман. Вряд ли он был с каким-то официальным визитом в академии, просто встречаясь с директрисой. Скорее всего, об этой встречи даже нет никаких записей, а значит, она точно была не официальной, а Хоффман решил максимально не оставлять следов. И все же он позволил директрисе назвать его по фамилии, хотя должен был отдаленно иметь понимание, что Кнехт может выжить тогда на Острове, а потом забраться в ее разум.
- Надо узнать была ли та встреча официальной или нет, если да, то все должно значится в журнале посещений миссис Сибил, если нет… Тогда я все равно не понимаю на кой черт Стражам это понадобилось. Зачем им убивать нас и меня в частности? Я уже достаточно времени не работаю на них, я не знаю ничего, чего не знали бы они… - в такие моменты хотелось погрузиться в свои воспоминания и досконально проверить их, но на это может уйти уйма времени, ведь за столько лет работы их скопилось не мало и просмотреть все с особой тщательностью займет слишком много, может даже во много больше, чем пережить их снова.
- Что думаешь? Как нам поступить дальше?
[STA]преподаватель, манипулятор сознанием, любитель молоденьких студенток[/STA][NIC]Derek Knetch[/NIC][AVA]http://i.imgur.com/dKjeQDV.gif[/AVA]

+1

14

- нет игры больше месяца, в архив -

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » - Radioactive -