Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Ray
[603336296]
внешностивакансиихочу к вамfaqправилавктелеграмбаннеры
погода в сакраменто: 40°C
- Хей! Ты тут случайно не вздумал расслабиться?! - Переводя почти грозный взгляд на друга, возмутилась Тори по поводу его сонной ленивой неряшливости.
Вот так настроение рыжей изменчиво, как вода - еще секунду...Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальное время » smile on your face is not what you feel


smile on your face is not what you feel

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

где-то в Сакраменто | 13.08.17 | перед рассветом

Джереми и Курт Рейнхарты, Рэй Кавана
https://i.imgur.com/WJiyyHo.gif https://i.imgur.com/FB08cxh.gif https://i.imgur.com/0v2tH0c.gif

Иногда женщина встает между братьями.

+4

2

внешний вид;

Сакраменто пропитан плохими воспоминаниями: каждая покосившаяся вывеска бистро, каждый износившийся пешеходный переход, каждый содранный с дерева и подкинутый ветром лист напоминали мне о прежней жизни, от которой я бежал, сверкая пятками. Я ненавидел свою семью, меня выворачивало от слабохарактерности матери и отца, любившегося приложиться к бутылке, я не очень помнил, как жил вместе с братьями и сестрами, потому что каждый у нас был сам по себе. Курт, он старше на четыре года, всегда искал способ заработать денег, на него, как на самого ответственного члена семьи, ложились все заботы по нашему воспитанию. Я был раздолбаем, постоянно где-то шлялся, меня не волновало, как и у кого идут дела. Был я, был Руди, была Джейн.  Мы были нерушимы. Были наши песни и ее постановки в театральных спектаклях, были наркотики, Джейн любила употреблять, при том, ей не важно было, что именно и какого качества оказывается под языком, а мне казалось, что это круто — когда тебе семнадцать, когда в руке горсть разноцветных таблеток, когда от всех проблем можно скрыться всего лишь за полчаса, затолкав в себя пару колес. Мы были бы отвратительными родителями, если бы она не потеряла ребенка, навернувшись на лестнице со второго этажа своего же дома, когда я в очередной попытке удержать Андерсон, заставил ту пересчитать зубами ступени. Руди вытащил меня из этого говна, Руди тянул меня в огромный Нью-Йорк, где нас ждала слава, легкие деньги и толпы фанаток. Так и прошли мои последующие пять лет — я пил, я продолжал принимать экстези и курить марихуану, я жил так, как мне хотелось, и считал, что это правильно. Позднее в нашу с Руди компанию вошла еще Билли, не будем углубляется в подробности, но девчонка вписалась. Мы драли ее то поочередно, то сразу, а затем снова вели себя, как лучше друзья. А потом Руди Халлоу послал нас в задницу, вдруг встретил свою любовь и решил женится. Тексты песен стали жестче, репертуар с каждым годом — мрачнее. Пока не случилось то, что случилось, и нас с Руди не поперли. Пока мы с Билли не проколесили несколько тысяч километров, чтобы добраться из Нью-Йорка до Сакраменто, пока не умерла моя мать. Я бы мог вернуться обратно в Нью-Йорк и найти себе дело по душе, попробовать начать сольную карьеру, но Уокер устроилась работать уборщицей на радиостудию, она же привела туда меня, заливая в уши большим дядькам о том, что у меня талант ведущего, и вот, теперь я вроде как болтался на испытательном сроке, впаривая слушателям охрененную дичь.
Домой приходил только ночевать, потому что потому… Атмосфера, воцарившаяся после похорон матери, угнетала. Лори и Курт где-то провебывались, Бонни поступала в университет, и все время читала книги, а если не читала книги, то ревела, вызывая у меня отвращение. Она любила мамашу, напрочь игнорируя тот факт, что мамаша в свою очередь принимала сторону папаши и отвешивала мелкой отпиздюлин.
Сегодняшний день ничем особо из череды прочих выделяться не собирался — я валялся на кровати, листал свою ленту на фейсбуке, читал комментарии, оставленные поклонницами в сообществе нашей группы — нас любили и ждали грандиозного возвращения, а я снова прозябал в этой дыре, под названием Сакраменто. На часах было шесть утра, а сон как рукой сняло — надо было разобрать еще несколько коробок с вещами Мойры, решить, что продать, что просто выбросить, что оставить себе, хотя лично мне оно нахуй не всралось. Я уже было собирался встать, помыть башку — чтобы кое-кто больше скептически не морщил свой нос, врезаясь в мою машину, как раздался телефонный звонок, и что-то мне подсказывало, что в такую рань никто нормальный звонить бы мне не стал.
— Че надо? — Переворачиваюсь на пузо, наклоняясь и шаря свободной рукой по полу в поисках своих носков. Старая кровать под моим весом скрипит и продавливается. — Курт, ну еб твою мать, такси вызывать не пробовали? — В ответ только нечленораздельное бормотание о том, что у них с телочкой закончилось бабло. А я че, кpeдитная организация? С другой стороны, раньше старший брат всегда приходил мне на помощь, так что я решил, что с меня не убудет, если я по-быстрому скатаюсь до отеля и развезу этих двоих по домам. Условились на том, что ждать они меня будут у входа/выхода.
До назначенного места добираюсь в общем-то быстро и без приключений, минуя заправку и не споря со светофорами, которые очень кстати были на моей стороне, подмигивая зеленым на перекрестках.
Паркуюсь я, значит, около здания, в котором Курт потрахивал свою любовницу (не подумайте, я не завидую, разве что самую малость!), но на крыльце никого не вижу, никого в сопровождении кучерявой и белобрысой башки моего брата точно, так что решаю подышать воздухом и размять ноги.

“Ну че, вы где?”  — короткое письмо счастья, точнее, смс, улетает на мобильник Рейнхарта-старшего.

+3

3

Целовать Рэй было одно удовольствие. Она так цеплялась пальцами за шею Курта, опасливо покачиваясь на носочках, пока он поддерживал ее талию, что аккурат умещалась в две его ладони. Неизвестно, что больше рвало крышу - энное количество стаканов виски, влитое в Рейнхарта за этот вечер, или наличие этой леди рядом. Как всегда, расставаться с мисс Кавана не хотелось, но что поделать? У Курта на завтра была гора дел, которые, если их не разгрести, могли бы похоронить его рутинной лавиной. Рэй тоже жила своей жизнью, предпочитая не посвящать любовника в мелкие подробности. Он, впрочем, и не лез с расспросами, прекрасно понимая, что если будет надобность чем-то поделиться - расскажет сама. В этом и был золотой баланс их так называемых отношений. Они умели оставлять друг друга в покое, Рейнхарт это очень ценил.

Оторваться от нее было невозможно, казалось, что миссия невыполнима. Но Курт взял себя в руки, разжал объятия и выпустил Рэйчел на свободу. Он быстро застегнул пуговицы рубашки, чтобы точно не было соблазна скинуть с себя лишнюю одежду, опрокинуть рыжую на кровать и снова заставить ее кричать. Но безжалостные часы показывали полшестого утра. У Курта через два часа была встреча с нотариусом, а еще он обещал помочь Бонни, а еще... Если не уйти сейчас, идеально выверенный план дня пойдет псу под хвост, и на восстановление его уйдут дни, если не недели.
- Вызову нам два такси, - сказал Рейнхарт, глядя, как Рэй одевается. Он взял с прикроватной тумбы смартфон и потыкал в сенсор. Любимый "Убер" выдал ошибку соединения, потом снова и снова. - Да чтоб тебя, - пробормотал Курт, зажимая клавишу перезагрузки зависшего телефона. - Давай в лобби подождем, - он подал Рэйчел ее куртку и направился к двери. Однако в лобби сеть не ловилась вообще, так что Рейнхарт решил расплатиться за номер. Он полез в бумажник, намереваясь отметиться картой, но служащая отеля остановила его.
- Простите, сэр, у нас проблемы с терминалом. Будьте добры, наличными, - девушка виновато улыбнулась. Курт вздохнул и принялся выгребать из кошелька все, что там было. Купюр аккурат хватило на то, чтобы заплатить за номер. Все эта нью-йоркская привычка везде платить карточкой и не париться о "живых деньгах", она сыграла с Рейнхартом злую шутку. Теперь в кармашке для мелочи сиротливо звенели три четвертака, и... И это была вся наличность на сегодняшний день. Пообещав себе заехать в банкомат потом (все равно нужно выдать Боннибэлль на расходы), Рейнхарт сунул бумажник в задний карман джинс и вернулся к ожидавшей его Рэй.
- Покурим? - он мог бы и не спрашивать, так как Кавана разделяла и эту его пагубную привычку. Вместе парочка покинула лобби отеля.

Дымя сигаретой, Курт все еще пытался вызвать такси, но смартфон будто парализовало. Подавив желание расколотить тупую пластмасску о стенку, Рейнхарт проиграл в голове все варианты. Ловить частника? Нет наличных. Полный дурдом. Он потер лоб, тщетно пытаясь сообразить что-то, но разум, размягченный обильными алкогольными возлияниями и длительным развратом, не хотел ничего выдавать, зависая, подобно пресловутому смартфону. Но все же, одна светлая мысль мелькнула, будто метеор в ночном небе.

- Знаешь, я брату позвоню. Отвезем сначала тебя, потом меня, - он не хотел, чтобы Рэй нервничала, Курт вообще не любил причинять людям беспокойство. Он же мужик и должен разом порешать все проблемы. Вот и порешал. Номер Уолта набирается только с третьего раза. Рейнхарт матерится про себя, обещая себе купить новый смартфон, а этот сунуть в блендер и пустить на полную мощность.
- Эй, братец. Не спишь, я так понимаю? - псевдовесело говорит Курт, чувствуя себя актером рекламы зубной пасты. Знаете, где все такие отвратительно позитивные, по утрам люди такими не бывают. Из трубки слышится приветливое "че надо" и Рейнхарт умиленно лыбится - младший остается себе верным. - Слушай, надо забрать тут меня и еще человека. Я тебе смской адрес кину. Ну что значит не пробовали?
Пробовали. Не вызывается, а на частника налика нет. Ага. Спасибо. Ты лучший в мире брат,
- Курт отнял от уха телефон и улыбнулся Рэй.
- Скоро будет, - рапортует успокоившийся Рейнхарт.

Стоять на месте - скучно. Поэтому Курт утаскивает Рэй за собой в круглосуточное окно кофейни. Пока сонная афроамериканка варит им заказанный латте, приходит сообщение от Уолтера.
- О, карета прибыла, - Рейнхарт забирает подставку с тремя стаканами и расплачивается, слава богу, карты тут еще принимают. Вместе с Рэйчел они отправляются назад к отелю. Курт ловит в поле зрения младшенького и приетственно машет ему рукой (будто бы почти два метра Курта можно не заметить на пустой площадке.
- Привет, старик. А мы тебе кофе купили. Это Рэй, знакомься. Рэй, это мой брат, Уолтер. А чего... Уолтер? - Курту показалось, или младший как-то странно пырился на его спутницу?

+1

4


     Ночь - моя лучшая подруга. Я любила ее, обожала, нежилась и расцветала под ее яркими разноцветными красками, раскрываясь как экзотичный цветок ничуть не стесняясь себя настоящей. Блестящие звезды как россыпь алмазов на бархатном полотне излучали воистину волшебную ауру, заставляя почувствовать себя словно в сказочном царстве, окунуться в мечты грезы - жить вне реального времени и не помнить о насущных проблемах. Все это волшебство увеличивалось, умножалось в сто крат, когда рядом со мной был он.
     Тот самый Курт, тот самый Есенин со своими озорными кудряшками, в которых мне так нравилось утопать ладонями. Его идеальный профиль, правильный нос и чуть пухлые губы целовать которые было настоящим блаженством. Это не первая наша ночь рядом, и Бог видит, далеко не последняя.
     Я обнимала его крепко, поднимаясь на носочки и замирая в ожидании его прикосновений. Отдавалась крупным властным ладоням, позволяя блуждать по моему телу, изучая каждый сантиметр, каждую веснушку и родинку на светлой коже. Мы были любовниками, и в нашем понимании это слово было однокоренным для любви. Мы не испытывали этого яркого, тяжелого чувства. Мы не мечтали о свадьбе и детях, не строили общие планы - мы не хотели разменивать сантименты на быт и скуку. Импровизация держала нас за руку и вела по пути откровения, страсти и горячного опыта.
      С ним мне было спокойно. Сердце уравновешивало свой такт, отталкивая с каждым ударом проблемы куда подальше. Голова наполнена лишь пошлыми мыслями, которые мы неустанно тут же осуществляли. В постели придорожного мотеля, на съемной квартире, в подсобной ресторана Папа Джонс, когда Рейнхарт спешил забрать меня с работы в свои объятия.
      Сегодняшний день не был исключением. Дорогое белье под нашими телами, скомканное в порыве страсти спустя несколько часов. Солоноватый привкус пота все еще покоился на моих устах, когда Курт без всякого желания, через силу оторвался от меня и встал на ноги.
      - Хорошо. - Протягиваю лениво, нежась своей обнаженностью в лучах лунного света. Легкий ветер с открытого окна играл с волосами, щекотал мою кожу, и я не спешила покинуть блаженное ложе, наблюдая, как мужчина спешно застегивает пуговицы на своей рубашке. - А с расстегнутыми тебе все же лучше. - пьяная от насыщения улыбка, кончиками пальцев по средней линии своего живота - дразнюсь, прекрасно понимая что времени у нас больше нет.

       Мы в кафе. Пережили маленькую череду неудач, потерю наличных и полное разочарование в лобби отеля. Они позади, и теперь мы ждем младшего брата Курта, чтобы расстаться с этой ночью и ждать прихода следующей. Я лениво попиваю свой кофе, сонно потягиваюсь, но все же постепенно окунаюсь в океан волнения имени меня. Я нервничала. В первую очередь от того, что сейчас Рейнхарт впервые представит меня своему брату. В принципе представит меня кому то из своего окружения.
       Мне не нравился такое развитие событий. Мне хотелось до самого конца держать дистанцию и надеяться, что мы до последнего будем оставаться друг для друга лишь случайными знакомыми, которым так хорошо вместе. Официальность, общение с родственниками, огласка наших интимных взаимоотношений попахивало чем-то серьезным: и я не любила этот запах. Но старалась не подавать виду, чтобы еще больше не расстроить своего спутника. Он старается, и он не сможет отправить меня домой другим способом - как и не смогу я отправиться туда самостоятельно. Я слишком расслабилась рядом с ним, не запасаясь увесистым багажом на наши встречи. Карманы зияли черной пустотой, лишь розовая зажигалка и разряженный напрочь мобильный. Придется терпеть знакомство.
       Интересно, кем он меня представит?
       - И часто вы так? - слизываю кофейную пенку с пластмассовой ложки, умиляясь грубоватым мужским разговорам. Напоминает мне моих братьев, хотя те и используют куда больше матерных слов. Более низкий слой общества, что еще скажешь.

        Автомобиль брата не заставил себя долго ждать. Кофе еще не остыл, и мы спешно рванули на улицу, ежась от чересчур холодного воздуха. Пытаюсь укрыться от колючего языка ветра, я спряталась за спиной Курта, прижимаясь к нему всем телом и не отставая ни на шаг. Мимолетом подпрыгивая и мягко целуя в шею - не уверена, что в машине у нас будет еще один шанс понежиться.
        - В следующий раз, обещаю, встретить тебя без трусиков. - На ушко шепотом, пока не обращая внимание на ожидающего нас брата.
        Молния прожигает меня насквозь, разряд тока рефлекторно заставляет сбежать отсюда босиком прямо по мостовой, но я игнорирую этот факт. Отклоняю запрос на узнавание - это не может быть тот самый парень. Во мне слишком много алкоголя и радости, мысли спутались, взгляд туманный - убедить себя сейчас я могла в чем угодно.
       Осторожно выглядываю из-за плеча Курта, киваю в знак приветствия, улыбаюсь - пьяная дурочка хочет домой модон. И мне по фигу кто повезет меня к родному порогу. - Погоди, если любишь сладкий, то я сейчас - выпрямляюсь во весь рост и роюсь в карманах. Куда то я спрятала эти бумажные пакетики с белой смертью - смело протягивая их Уолтеру. - Кофе еще не успел остыть, а ты быстрый. - И подмигиваю, принимая прежнее положение рядом с Рейнхартом. Беру его за руку, мои пальцы дрожат. Теперь и мне немного неловко от взгляда Уолта.
       - В чем дело то?

+3

5

Они мне тут кофе купили, ну охуеть, бля! Я встал в семь утра для чего? Для того, чтобы попить кофе! Ладно, все равно сон не шел, а развести Курта и его любовницу по домам — отличный вариант сделать брата своим должником, потому что кто знает, что мне еще понадобится от этой скотины интеллигентной?
— Дерьмо это, а не кофе, — беру стакан и втягиваю носом аромат, который источает напиток. Для такого приличного отеля, у дверей которого мы тремся, кофе бы тоже мог быть немного получше, но дареному коню в зубы не смотрят, так что я отпиваю из бумажного стакана, обжигая язык и удостаивая своим вниманием подружку Курта. По началу не вижу ничего кроме рыжей макушки, торчащей из-за широченной, шкафообразной спины Рейнхарта старшего, но затем показывается мордашка и все остальное, и фак, это же та ебанутая девка, которая прицепилась ко мне со свой ушибленной ногой, вымогая полтыщи баксов. Ебаны в рот, куда я попал… К слову, тогда она мне показалась очень даже симпатичной, не так, чтобы однозначно в топчик, но вполне себе приятная. Ее лицо словно бы преследовало меня повсюду — я выходил из вагона метро — она заходила, мы даже не встречались взглядами, но Вселенная с бараньим упорством сталкивала нас друг с другом.
— Ага, прям флэш, — зачем-то беру из ее рук пакетик с сахаром и трясу его, изначально не собираясь вываливать сладкие гранулы в стакан, кофе то я пью без сахара, правда, в моем мире этот напиток Богов куда вкуснее. — Подержи-ка, — передаю стакан брату, снимая крышку и вываливая содержимое пакетика в светло-коричневую жижу с подобием пенки, а затем забираю напиток обратно.
— Сейчас ты, значит, в трусиках? — Делаю шаг в направлении Рэй, прикладывая свободную руку к ее бедру и легонько задирая подол короткого платья. Не то, чтобы я гребанный извращенец, разве что совсем чуть-чуть. Хороший Уолт, правильный Уолт, который считал, что его ждет нечто более грандиозное, чем бесконечное пьяное путешествие рука об руку с Джейн Андерсон, остался в далеком прошлом, теперь наслаждайтесь обратной стороной медали — равнодушной, циничной и похотливой. Решив не провоцировать старшего брата, который хоть и писака, но уебать может — мама не горюй, лапу свою убираю подальше от сексуальной крошки, кивком головы приглашая сладкую парочку в машину.
— Как нога? Больше не болит? А пробы как? Так и не увидел ни одного мюзикла с твоим участием, — не подумайте, что я намекаю на бессовестное вранье, картины то может и есть, просто хочется выставить Рэй в невыгодном свете перед ее любовником. Галантно придержав заднюю дверь, я прищурился, с подъебом так глядя брату в глаза, мол ‘серьезно’? Всегда считал, что Курт предпочитает женщин другого плана, ну таких, знаете, в длинных атласных платьях, с шедеврами на голове аля пизанская башня, томно покуривающих тонкие сигареты. Таких, которые обычно вращаются в мире писателей, если еще вращаются, я как-то давненько не интересовался всей этой вот вашей богемой.

Я занимаю свое водительское место, ставя стакан с отвратительным пойлом в подставку, брат усаживается рядом, хитрой девчонке в ее полное распоряжение достается заднее кресло. Улицы в такой час еще пустые, не шибко то народ спешит на работу, или мне так кажется от того, что после Нью-Йорка Сакраменто выглядит настоящей деревней. Невысокие дома, большинство из которых располагаются в частных секторах; высоток, тем более небоскребов по пальцам пересчитать — заберешься на один из таких, помашешь рукой, и тебя увидит весь город.
Не спрашивая, против ли эти двое или нет, негромко включаю радио, продолжая охуевать от внезапной встречи. Нет, ну кто бы мог подумать, а?
Во всей этой истории нашего знакомства Курт явно терялся, и я решил злостно подшутить над старшим братом, и не потому что я всегда такой скверный, а потому что вот не надо было вытаскивать меня из теплой кровати, чуть солнце взошло, и поить дерьмовым кофе.
— Она тебе че, не сказала? Ну, как мы познакомились? — Вытаскиваю из бардачка смятую запасную пачку, из той сигарету, и шарюсь в поисках зажигалки, зажимая фильтр губами и продолжая гнусавить:
— Как-то, когда я только приехал в этот блядский Сакраменто, я решил снять шлюху. Звоню, значит, в фирму, договариваюсь, приходит эта рыжая, — улыбаюсь во все тридцать два, останавливаясь на светофоре и оборачиваясь. Хочу видеть реакцию на свой грубую шутейку. — Собсна, так мы и узнали друг друга. Целых пятьсот баксов с меня содрала, а вы? Так же? — Лицо старшего меняется, лицо старшего вообще не предвещает ничего хорошего. Как бы он сейчас мое потрясающее ебло не помял о приборную панель? А я че? Я ниче, я сижу и лыблюсь, довольный своей историей. Даже не знаю, чего я так взъелся на Рэй, ведь это я ее сбил, я сорвал ее пробы, но она не оправдала моих ожиданий — простить и отпустить — вот и получила такой небольшой сраный сюрприз.

+3

6

От того, что в полицейских протоколах именуется "причинением тяжкого и особо тяжкого вреда здоровью" Уолтера спасает только кровное родство с Куртом и стаканы с кофе в руках старшего брата. Несколько секунд, которые требуются Рейнхарту, дабы обернуться вокруг и в конце-концов примостить напитки прямо на крыше машины, тянутся вечность, внутри у Курта все закипает и вот-вот сорвет вентили. Все было бы ничего, если бы Уолт просто нес околесицу, Рейнхарт-старший бы пережил. Серьезно пережил, одернул бы хлестким, как кнут, замечанием, но до рукоприкладства не пустился бы. Курт не любил драться, нет, он не был пацифистом или типа того, он просто считал себя выше этого, выше махания кулаками. В конце концов, тысячи лет цивилизации, они вам просто так были? Куда стремится этот мир, если люди до сих пор не научились решать проблемы, не прибегая к порче чужого еблета и имущества? Такими вопросами Курт задавался обычно в конфликтных ситуациях, но сейчас что-то было не до философствования.

- Прикуси свой язык, Уолт, - рычит двухметровая полунемецкая махина, сжимая пальцы в кулаки. Костяшки горят огнем, желая столкнуться с зубами и носом Уолтера, покрошить его любимую поклонницами мордашку в кровавенькую неаппетитную кашицу. Курт еще держится, потому что выбирает приличные слова среди лавины непечатных, обильно копящихся в мозгах. В голове откуда-то берется забытый голос Мойры, который увещевает "он же твой брат!" на мотив приснопамятного "он же твой отец". Сколько ж этого дерьма наслушался Курт в свое время! Когда он вспоминал о прошлом, он жалел лишь о том, что не навалял этому ублюдку раньше или о том, что бил не слишком сильно, и этот скот, называющий себя Себастианом Рейнхартом, уже прекратил коптить небо. Неужели от папеньки Уолтеру достались все-таки хоть какие-то гены, и теперь младшему брату нужно запоздалое братское воспитание?
- И держи при себе свои блядские руки! - предупреждает Курт прежде, чем забрать свой кофе с крыши и сесть в машину. В салоне повисает тягостное молчание. Кажется, Рейнхарту становится немного лучше, но тут Уолтер делает совсем неумный шаг и открывает рот.

Просто блять замолчи, - думает Курт, потирая лоб пальцами. Красный цвет медленно становится ярче, в висках пульсирует напряжение. Но Уолтер не умеет читать мысли (хотя они наверное на морде у старшего брата написаны), поэтому не затыкается. Теперь его спасает только то, что он ведет машину. Рейнхарт мысленно увещевает себя, что если он сейчас попробует устроить драку в тесном салоне машины, полицейские по утру будут выковыривать из авто три помятых трупа, а бедняжка Бонни, наверное, наестся таблеток или вскроет вены, или попросту поедет кукушкой, потеряв вслед за матерью двух братьев разом.

К счастью (не к своему), Уолт тормозит на светофоре. Курт видит таймер, отсчитывающий секунды до зеленого цвета. Ну надо же, в его распоряжении целая куча времени, чтобы донести братцу запоздалые хорошие манеры. Рейнхарт ненавязчиво сгребает воротник Уолтера и тянет его к себе поближе.
- Останови сраную машину, - это не просьба, не ультиматум, это приказ. Курт умеет быть убедительным, да. Вряд ли он сейчас похож на того самого Есенина, который когда-то очаровал рыжую незнакомку в баре с дурацким названием. Сквозь пласты времени проглянул Курт-подросток, который выбивал злость на отца и несправедливый мир о боксерскую грушу. - Тормози, - шлейфом к словам звучит скрип колодок и шорох перестающих вертеться шин. Рейнхарт пинком открывает дверь и, совершив путешествие вокруг тачки, распахивает створку со стороны брата. Терпение послано далеко и надолго, разум тоже может пойти прогуляться. Задев Рэй снова, Уолт перегнул палку.

Ну почему в этой семье никогда не бывает ничего по-человечески, думает Курт, вытаскивая сопротивляющегося брата с водительского сиденья. Почему, стоит хотя бы двум Рейнхартам оказаться вместе, все вдруг вот так становится сложно? Он думал, надеялся, что с Рэй сможет позабыть об этом, сможет стать лучшей версией себя, или что-то типа того, но хрен там, хрен! Сюда вмешался Уолтер (не будем вспоминать, что вмешал его, пусть и случайно, сам Курт) и все испортил! Злость застилает глаза, гнев пожирает сознание. Теперь Курт чувствует только сопротивление брата (сильный, скотина), которое надо преодолеть. Он все же вытаскивает Уолтера и сцепляется с ним в потасовке. Бьет сам, блокирует удары, пропускает их. Плюется кровью на асфальт, разгибается и вновь кидается в драку. Слышит, как что-то кричит Рэй, будто она где-то далеко, и старший из Рейнхартов даже не разбирает ее слов. Ему уже плевать, что там было причиной драки. Злость на Уолтера, который был настолько эгоистичной скотиной, что бросил малолетнюю сестру и пошел петь свои тупые песенки для малолеток, берет вверх.

+2

7


[indent] Ладно. Вы меня раскусили. Я никогда не умела заводить новые знакомства, и уж тем более, просто так, только из-за девичьей улыбки нравиться другим людям. Я не обладаю мистическим шармом, томным голосом, когда одним только случайно сказанным словом ты покоряешь собеседника. И я вроде как далеко не хамка, не хабалка: сыплю оскорблениями и проклятиями только в ответ, по жизни являюсь трусливым кроликом, который не хочет напрашиваться на неприятности. Ладно, я не красотка. У меня нет миленького личика, фигуры в стиле "песочные часы", я не ношу декольте, не ношу нижнего белья, и вариант для светской беседы, честно скажу, так себе. Но я не припомню, чтобы я давала этому поганому Уолтеру повода так меня ненавидеть.
     Ну подумаешь, развела мальчика на деньги. Всего-то тысяча баксов - уверена, для него эта сумма - пущие копейки, особенно после такой гневной реакции на не самый плохой кофе, я вам скажу. Он был из числа тех самых богатеньких пижонов, которые при любом моменте показывали свое благосостояние, втаптывая и тебя и твои вкусы в дерьмо. Он выше меня уровнем? Ха, но сейчас не я срываю на всех свое плохое настроение, в очередной раз доказывая, что характер у него тоже с говнецом.
     - Тогда зачем ты его пьешь?
     Я не собиралась начинать перепалку и спросила искренне, непонимающим взглядом уставившись на Джера, который неуклюже пытается открыть упаковку с сахаром. Шок от первого узнавания уже прошел, я склонила голову на бок, стараясь не придавать факту нашего знакомства большое значение. Сакраменто не такой уж и большой город - такие встречи тут вполне нормальны, особенно если учесть, что сталкивались мы с этим олухом и без Курта достаточно часто. Правда, хвала небесам, общаться нам при этом не приходилось.
     Разобравшись со своим напитком и сделав большой и жадный глоток, Уолтер, не придумав другой темы для разговора, решает подколоть наши интимные отношения. Его рука тянется ко мне, касается подола, зацепляя низ указательным пальцем, тянется вверх, но не успевает показать свету мое нижнее белье. Я с размаху ударяю по его крупной ладони, ошарашенно глядя то на одного брата, то на другого.
     - Ты вообще в своем уме? Дистанцию то соблюдай здравую, иначе наше официальное знакомство вряд ли закончится для тебя чем-то хорошим. - Прошипела как кошка. Показала острые зубки. Обиженно фыркнула в сторону Курта, мол мог бы и поактивнее заступаться за меня, я все-таки делаю тебе неплохой минет. Тем не менее, окончательно опускаться до уровня этого грязноволосого (сегодня он снова не был чист и свеж, увы, и я предположила, что для него такой внешний вид обыденность, а не исключение) я не собиралась, потому поспешно ретировалась в автомобиль, забираясь с ногами на дорогие кожаные сиденья. Уверена, Уолтеру все равно хватит денег на очередную внеплановую чистку салона, а мне маленькая гадость хоть немного поднимет настроение.
     Итак. Мы все уселись по своим местам - Уолтер на водительском, мы с Куртом на пассажирские. Меня немного расстроило, что любовничек предпочел устроиться рядом с братом, нежели остатки нашего общего времени понежиться в моих объятиях на заднем сидении. Но обида быстро улетучилась из светлой головы, и я уже ласково обнимаю его за плечи, чуть покусывая за мочку уха, игнорируя тот факт, что Рейнарт младший снова пытается испортить нам утро.
     - Вообще то тысячу. - Он начинает меня злить. Своим враньем, своим хамством, своим детским желанием нагадить. Во-первых, причин для этого не было. Во-вторых, я не знаю, неужели он настолько не уважает своего брата, что готов так откровенно издеваться над тем, что ему симпатично. Я не говорю, что дорого - я всего лишь в роли любовницы - такой сорт девушек вряд ли можно назвать чем-то значимым. И разумеется, я не думала, что спустя пару минут Уолтер все таки ответит за свои оскорбления. Да еще и так.
      - Слушай, в чем проблема то? У тебя недотрах? Что ты прицепился то ко мне и выдумываешь байки? Ты всегда такое дерьмо или только по утрам? - ляпнула, и лишь потом сообразила что за такие громкие и острые слова всегда приходится отвечать. Блондин и так не был настроен ко мне миролюбиво, и я могла предположить, что он не побрезгует и сможет меня даже ударить, или еще хуже - плюнуть или унизить еще хуже. Мне было обидно, обидно и непонятно, потому я вжалась спиной в холодную кожу обивки, надеясь что мы как можно скорее окажемся на конечном пункте.
       Светофор. Курт что то рычит себе под нос, я не особо вслушиваюсь в их разговоры. Смотрю в окно, глотаю горечь обиды и несправедливость этой жизни. Почему я такая неудачница? Трахаюсь с женатым мужиком, брат которого на дух меня не переносит. Младший обзывает меня шлюхой, старший молчит, лишь подтверждая этот факт. Может стоит сделать выводы и еще хоть что-нибудь, чтобы их изменить? Стать, например, порядочной дамой, остепениться; но вспоминая опыт отношений с Крисом я понимаю - то, что у меня есть сейчас с Куртом - это лучшее, что я могу получить от мужчины. Не имея при этом проблем другого характера. Мне не нужно оправдываться, не нужно варить борщи, принимать его у себя дома в неудобное для себя время, думать о свадьбе и рождении детей. Вообще думать. Серьезность не мой конек, и я тот еще ослик в сфере романов.
       Курт, судя по всему - тоже. Ибо пока я размышляла о вечном, о том, что мужики меня не ценят даже за первоклассный минет - он нарушил все мои придуманные клише. Вытолкнул Уолтера из машины, тяжело выбрался сам, и всей своей внушительной физической массой надвигался на него аки скала. Удар, еще удар. Одинокий проезжающий мимо автомобиль просвистел нам унылым гудком. И снова мы втроем наедине с нашим конфликтом. Пока парни неукротимо боролись то ли за мою честь, то ли за свою собственную - я пыталась выбраться из состояния ступора - ошарашенно хлопала ресницами, чувствуя как стая бабочек щекочет мои легкие, и я впервые за весь опыт отношений с Есениным почувствовала некий влюбленный трепет, который в будущем не предвещал ничего хорошего. Грозный мат. Они кричали друг на друга, и я, вся такая слабая, ранимая и ущемленная, на ватных ногах пытаюсь вылезти из машины и сделать хоть что-нибудь, чтобы остановить этот безумный реслинг.
      - Хватит! Ну хватит, ну! - мой нелепый, едва слышный стон не обратил их внимания. Возня двух мужчин в свете городского рассвета - ей богу, не будь я причиной этого торжества, точно бы наблюдала за этим с азартом. Но сейчас, увы, мне было не до этого, хотя ставлю я все равно на своего искусителя. Подобраться к ним ближе было опасно - руки и кулаки летели во все стороны с такой силой, что меня, тощую даму в сорок шесть килограммов унесло бы в соседний штат. В прочем, что я знаю о рационализме? Потому смело влетаю в эту катавасию, напрыгивая на спину какого то из братьев. - Все, стоп! Надоели. - скинуть меня виновнику удается не сразу. Уолтер. Я промахнулась мужиком и самостоятельно ретируюсь с его лопаток, занимая позицию между ними, чтобы они снова не принялись за старое. - Спасибо тебе. - разворачиваюсь к Курту, осторожно касаясь кончиками пальцев разбитой щеки. Затем к Уолту. - А ты придурок конченый, для чего ты все это устроил?
     Выглядели они оба как побитые котята. У одного разбита щека и кровоточит губа. Второй стоял с опухшим носом и багровеющим синяком под глазом. - Аптечка есть? Ну или водка, в конце концов?

+2


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальное время » smile on your face is not what you feel