Jack
[telegram: cavalcanti_sun]
Aaron
[лс]
Lola
[icq: 399-264-515]
Oliver
[telegram: katrinelist]
Mary
[лс]
Kenny
[skype: eddy_man_utd]
Rex
[лс]
Justin
[icq: 28-966-730]
Kai
[telegram: meowsensei]
Marco
[icq: 483-64-69]
Shean
[лс]
внешности
вакансии
хочу к вамfaq
правилавк
телеграмбаннеры
погода в сакраменто: 26°C
Несколько шагов и Тео останавливается возле ног девушки. Он смотрит так пристально, словно пытается запомнить её образ...Читать дальше
RPG TOP
Forum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Thrash-metal romantics


Thrash-metal romantics

Сообщений 1 страница 20 из 28

1

середина августа, ночь

Kenneth Caulfield & Alice Scarre
http://funkyimg.com/i/2wELv.gif http://funkyimg.com/i/2wEMc.gif

А почему бы не?..

+4

2

Бесплатный сыр бывает только в мышеловке.
Вроде бы простая поговорка, но как часто о ней задумываются любители халявы?
Кенни с досадой стукнул кулаком стену, на которую облокачивался спиной, со скучающим выражением лица наблюдая, как гитарист на сцене изо всех сил пытается не запутаться волосами в собственных гитарных струнах. Никому не известная группа играла никому не известные песни, и получалось у них чудовищно - благородное звучание тяжёлого метала в исполнении патлатых и, похоже, поддатых говнарей превратилось в стенание искорёженного железа. Единственное, что радовало Кенни - ему не пришлось платить деньги за вход. Музыкальная вакханалия не стоила и двух долларов; если бы билеты стоили хоть столько, ситуацию можно было бы сравнить с сеансом иглоукалывания у паршивого мастера - вроде как приходишь расслабиться, а в итоге наблюдаешь, как в твоё тело с размаху всаживают длиннющие иголки, а ты за это ещё и платишь. Изощрённый такой пыточный механизм.
Впрочем, многих, куда менее искушенных посетителей музыка вполне устраивала. Посреди клуба завертелась традиционная безумная каша из рычащих тел, бросающихся друг на друга, именуемая в народе слэмом. Тесное, мелкое, душное помещение почти не оставляла присутствующим выбора - все, кто пытался приблизиться к сцене, неизменно оказывались вовлечены в живой водоворот. Поэтому-то Кенни и торчал у стены - он решил переждать бурю в сторонке. Быть зажатым в толпе из потных тел, чувствовать, как чужие мокрые волосы хлещут тебя по лицу, и летать из стороны в сторону, как теннисный мячик, отталкиваемый чужими руками и ногами - то ещё удовольствие. Ко всем чертям такое шоу!
Хотя... как раз шоу, если считать слэм таковым, получалось неплохое. Парень проследил глазами за ничего не подозревающим неформальным юнцом, по возрасту едва старше него самого, который сделал неосторожный шаг вперёд и тут же исчез в сходящей с ума, двигающейся, орущей массе. Вот бедняга. Его прокрутят там по кругу, как кусок мяса через мясорубку, после чего он превратится примерно в то, во что должен тот самый кусок  - в фарш. Да нет, вряд ли - всё-таки он не тощий, справится. Может, ему вообще понравится. Ведь любят же слэм за что-то? Пусть и совершенно непонятно, за что.
Оторвавшись от нелицеприятного зрелища, Кенни покрутил синей головой по сторонам в поисках чего-нибудь увлекательного. Проще всего было бы свалить из клуба, оставив позади безумцев в слэме и псевдо-музыкантов, но почему-то он медлил. Не хотел признавать, что вечер окончательно провален. Точнее, если верить часам, уже ночь - время перешагнуло полуночный рубеж. Может, стоило последовать примеру всех этих психопатов и тоже надраться?..
Очень хорошо, что он не успел уйти. Как только взгляд молчаливого созерцателя остановился на девушке, пробивающейся сквозь толпу в безопасное место - поближе к стене, то есть - из него улетучилась вся скука. В клубе, конечно, было до ужаса темно, но в свете кое-как работавших прожекторов любительница тяжёлой музыки казалась достаточно хрупкой, чтобы серьёзно пострадать от прессующего давления мужских тел, а толпа постепенно начинала её засасывать - как зыбучие пески; если ты попал, то самостоятельно не выберешься, как бы ты ни пытался.
Прежде Кенни не замечал за собой рыцарских поступков. Джентльменство точно не текло в его крови, а воспитания у парня, выросшего с настолько минимальным родительским вниманием, насколько это вообще возможно, кот наплакал... но бросить девчонку в беде - нет, такого даже Колфилд себе не мог позволить. Одно дело - презрительно усмехаться в лицо правилам и устоям, и совсем другое - равнодушно смотреть, как невинному человеку грозит реальная опасность.
- Стой! - крикнул он девчонке, одновременно подскочив ей навстречу, схватил её за обе руки - чуть ниже локтей - и с силой потянул на себя, вытаскивая из смертоносного потока в безопасность. Наверняка он сделал ей больно, но слэмовский угар сделал бы ей гораздо больнее.
Едва они очутились у стены, Кенни, убедившись, что чудом спасённая незнакомка твёрдо держится на ногах, отпустил её. На всякий случай он решил пояснить свои действия - вдруг она не сообразила, что происходит, и приняла его за какого-нибудь извращенца?
- Ты с этим осторожнее, - с лёгкой усмешкой предупредил парень, кивая в центр зала, - видишь месиво? Держись подальше.
В клубе всё ещё было темно, но, приглядевшись, он кое-как рассмотрел лицо девушки, хотя бы приблизительно представил его черты. Между прочим, хорошенькая - даже миловидная, что придавало ей особого шарма, учитывая, что в такие места милые девочки-ангелочки обычно не ходят.
Кенни сделал то, чего не делал, пожалуй, давно - сам заговорил с посторонним человеком. Более того, не для того, чтобы постебаться или выдать язвительную насмешку.
- Тоже, значит, решила сбежать подальше от сцены? - он понимающе хмыкнул. - Ну и дрянь здесь играют. Всегда так - клюнешь на бесплатный вход и получаешь скрежет консервных банок вместо музыки. Если тебе хочется заткнуть уши от такого, у  тебя хороший вкус.

+3

3

Карман джинсов снова потревожила вибрация телефона. Элис поджала губы и нарочно проигнорировала, все равно в этой вакханалии звуков ее миленького ринтонгчика с Nickelback  никто не услышит. Музыка звучала просто оглушающе, с одной особенностью, что она не подчинялась какому бы то ни было ритму и была похожа скорее на массовый повал деревьев в лесах Амазонии. Однако, виброзвонок давал знать, что абонент Брат пытался безрезультатно дозвониться. После десятого раза она просто сбилась со счета звонкам от Хейдена. Но сейчас Скарре не хотела его ни видеть, ни слышать, он предал все то, что их роднило и держало вместе. А вот с побегом из дома она явно погорячилась, выйти на улицу без средств к существованию было не только опрометчиво, но и глупо. Без кpeдитки и машины с несчастными тридцатью долларами в кармане… а нет, уже меньше, потому что в руках у нее красовалось баночное пиво по нереально завышенным ценам, как для такой дыры… остаться в огромном Сакраменто оказалось нисколько не привлекательно в плане приключений. А еще стоило подумать о ночлеге, но Элис просто пока не совсем понимала, какая задница может с ней приключиться.
                 Толпа вокруг разразилась каким-то приветственным кличем, который даже перекрыл собой звук музыки, а банка с пивом, сделав неимоверный кульбит в воздухе, отлетела на добрых пару метров и наверняка приземлилась кому-то на голову. Девушка со злобной гримасой посмотрела на человека, который выбил ее выпивку, но уже точно не могла сказать, кто именно был этот человек. Людишки в довольно странных и экспрессивных нарядах перемешались, как шарики в лототроне, они толпились и бросались друг другом. У Элис возникала только одна мысль «Беги!». Но вот хотеть и делать — это совершенно разные вещи. Ноги сразу оттоптали, а заклепки кожаной куртки зацепился за наряд зомби-девушки, которая зашипела ей прямо в лицо. Скарре зажмурилась и замерла на секундочку, пока новый толчок не оповестил, что ее снова теснят к сцене. И пока Элис пыталась проложить себе дорогу с помощью локтей и цепких пальце, ее уже хорошо оттащили от края танцпола, если тут вообще было можно найти гребанный край. В этом клубе все было подчинено закону воронки, только вот непонятно, что стало с теми, кого засосало на ее самое дно. И как-то ей не хотелось проверять это.
                 - Нет, нет, нет… - проговаривала девушка, усиленно стараясь выбраться из живой лавины. Какого черта она вообще сюда пришла? Тридцатник в кармане еще не повод, чтобы посещать места подобного рода, но здесь она была скорее по нужде заглушить все мысли и желание свернуться клубком в картонной коробке. Уж лучше пусть музыкальный хаос не дает ей сосредоточиться на своих проблемах. К тому же раньше она любила подобную музыку, ну, не совсем такую, да и то, только потому что встречалась с «начинающим» рок-музыкантом.
                 Спасительное чувство, когда тебя вытаскивают из беснующейся толпы, вызывает непонятную дрожь в коленях, или это просто реакция мышц всего тела, которые с остервенением пытались выжить. Спина соприкоснулась со стеной и Элис с облегчением облокотилась на нее.
                - Какого хрена? Что это вообще было? Они слышали о личном пространстве или человеческом достоинстве? Меня словно готовили к упаковке для провоза через наркокоридор Мексики. - злобно рявкнула она, чтобы не расплакаться, так грубо против ее воли с ней еще не поступали. И она совсем не о парне с его цепкой хваткой, который, кстати, помог выбраться. - Спасибо. Я это уже поняла.
                 Скарре кивнула худенькому парню с пирсингом и стала оттирать правую руку, залитую пивом из выбитой банки, о штанину темных джинсов. На вид ему было около двадцати, может, он только-только переступил порог, когда можно употреблять спиртные напитки. Элис пришлось склониться ближе к незнакомцу, чтобы услышать его слова и она усиленно закивала головой, лучше согласиться с тем, что тут просто ужасно, чем объяснять, что она чокнутая, которая желает заглушить свои мысли звуком сломанной стиральной машинки, в которую запихнули работающую бензопилу. А ведь это можно сделать и без помощи музыки.
                 - Fuck, я потеряла свое пиво, - как-то с сожалением произнесла девушка, а потом посмотрела на собеседника. - Не хочешь выпить? Хоть как-то тебя отблагодарю за то, что не дал мне быть растоптанной фанатами этой… этой… а кстати, кто выступает-то?

+4

4

- Потеряла пиво? Сочувствую, - несмотря на то, что Кенни привычно усмехнулся своей полу-улыбкой, полу-усмешкой (похоже, улыбаться этот парень не умел вообще), он говорил искренне. Вход входом, но алкоголь в клубах всегда был и будет платным и неоправданно дорогим. А терять деньги из-за толпы пьяных бешеных идиотов... неприятно.
Есть в этом какая-то ирония. В том, что она тут же предложила выпить.
И, в общем-то... Почему бы и не?..
- Эта группа называется "Scouts of Madness". Оправдывает своё название, - он издал тихий смешок и покачал головой; синие пряди заколыхались, выбившись из-за ушей, - да не нужно меня благодарить. Не было бы в мире взаимопомощи, он бы давно сгнил к чертям собачьим в обломках разрушенных бомбами городов. Но я не откажусь выпить - просто потому что мне приятная компания здравомыслящего человека.
Кенни вновь говорил правду. Компания незнакомой девушки почему-то нравилась ему. Редкое явление. Когда это ему нравилось тусоваться рядом с незнакомцами?
- Но я предлагаю найти более уютное место. И я даже знаю одно. Тебе точно понравится, - продолжил он вкрадчивым голосом, чтобы заинтриговать. Напустив достаточно, на его взгляд, таинственности, он снова схватил спутницу за руку, на сей раз мягче, чем в предыдущий, ровно настолько крепко, чтобы их не разделили случайные безумцы, не разбирающие дороги в своём пьяном угаре, - пойдём отсюда. Давно пора.
Что-то в нём изменилось, но Кенни не мог сформулировать, что. Может быть, он проще стал относиться к людям, не видел в них врагов априори? И даже, наверное, ко всей жизни, которая больше не казалась беспросветным мраком, коему нет конца. Больница сделала своё дело. Или лекарства. Или тот полицейский, буквально прыгнувший под пули, чтобы спасти ему жизнь.
Наконец они выбрались на свежий воздух. Потрясающее ощущение, будто переродился, как феникс, подняв голову из пепла, в котором задыхался; будто выбрался из бункера наружу, увидев внешний мир впервые за сотню лет.
Мир, кстати, тоже теперь казался другим.
- На секунду я засомневался, выберемся ли мы живыми, - Кенни коротко рассмеялся и повернулся к девушке, - давай постоим здесь недолго, - после такого приключения здорово хотелось курить.
Он неторопливым жестом вытащил пачку сигарет и зажигалку и лишь спустя пару мгновений опомнился - не один ведь, надо бы спросить разрешения. Вдруг незнакомка страдает от аллергии. Последнее, что им нужно - провести остаток ночи в больнице, откачивая бедняжку от анафилактического шока.
- Не возражаешь? - парень вопросительно выгнул бровь, помахав в воздухе пачкой. Расщедрившись, он, радуясь, что не встретил отпора, протянул открытую упаковку девчонке, предлагая присоединиться. При естественном освещении (которое и ночью было куда лучше темноты клуба) у него появился шанс рассмотреть её повнимательнее.
- Я, кстати, Кеннет, если тебе интересно, - Кенни улыбнулся собеседнице одним уголком губ, - а тебя как зовут?
Табачный дым взвился ввысь, складываясь в диковинные узоры. Приятно наслаждаться этим особенным уютом - стоишь себе, никуда не спешишь, куришь. Никотин ничем не успокаивает, суть сигареты в ином - в том, что на несколько минут ты ограждаешься от всего остального. Проблем, важных заданий и поручений, ритма жизни, окружения. Только ты и сигарета. Ну, сегодня ещё спасённая девчонка. Это не портило уют.

+5

5

          «Здравомыслящий человек? Серьезно?!» Элис улыбнулась такому наивному предположению, но решила, пусть молодой человек и дальше будет уверен в этом, ведь если кто-то познакомится с внутренним торнадо Скарре, занятного будет мало. Она улыбнулась, лишь бы скрыть досадное выражение лица и кивнула. Сейчас ей было без разницы, куда и с кем идти, возможно, Элис не хотела оставаться одна, гнала от себя мысли о том, что теперь ее некому поддерживать и защищать, но в то же время хорохорилась, что может быть вполне самодостаточной и без брата.
          Когда шум и звуки терзаемых музыкальных инструментов остались позади, а свежий воздух ударил в лицо приятным прохладным ветерком, телефон в кармане джинсов снова ожил, напоминая о том, что абонент настойчиво старается дозвониться. Скарре достала гаджет и демонстративно нажала сенсорную кнопку отбоя на дисплее.
          - Иди к черту. – проговорила она надоедливому телефону. На улице было тепло и Элис сняла куртку, закинув ее на плечо, как иногда делал Хейден. Убегая из дома, она только ее и прихватила в прихожей, а об остальном даже не позаботилась. Яркая вспышка гнева и ярости за то, что единственный человек, которому она доверяла в этой жизни, предал ее. Брат даже не удосужился ее предупредить о том, что ЭТА девушка вернулась в его  жизнь. Скарре проклинала тот день, когда она познакомилась с Ларой Дойл, а еще больше, когда Хейден решил, что любит ее. А теперь из-за этой вертихвостки он опять будет гробить свою жизнь, нет бы ей исчезнуть насовсем… Хейден пережил ее смерть, даже стал жить нормальной жизнью, но теперь снова появилась Дойл и ничего хорошего от этого Элис не ждала.
Глаза девушки слегка округлились, когда она рассмотрела, что ее спутник очень колоритно выглядит. Не только пирсинг украшал его, также притягивал взгляды синий цвет волос, что выглядело очень необычным, хотя и не совсем удивительно. Она кивнула молодому человеку, если ему хочется подышать немного, почему бы и нет? Но когда Скарре увидела раскрытую пачку сигарет, появилось дикое сосущее желание вдохнуть сигаретного дыма, пропустить через себя, а дальше смотреть, как он растворяется в воздухе, унося с собой часть проблем. Не спрашивая разрешения, Элис решила угоститься, лишь кивнув в благодарность за огонь. Первая затяжка на долю секунды принесла неимоверное ощущение, будто от встречи со старым другом, а после оно так же быстро и прошло, горло немного запершило от табачного дыма, но в основном она осталась довольна. Никотиновая доза слегка притупила ее злость, и уже не так сильно хотелось забиться в какую-то нору и, может, до окурка Элис совсем полегчает.
          - Привет, Кеннет. – проговорила Скарре, выпуская очередную порцию дыма. – Я – Элис. Спасибо, что вытащил меня из этого гребанного Вондерленда. – она кивнула головой в сторону входной двери в клуб. – Я даже сама себе не могу объяснить, что я тут делала.
          Снова сигаретный дым растаял в воздухе, а по телу прошла знакомая слабость, колени немного задрожали, а на коже появились мурашки. И почему она бросила курить? – этот вопрос девушка задавала себе ни один раз, но все время находила какие-то более или менее логичные причины. Сейчас она просто наслаждалась теми ощущениями, которые у многих вызывают психологическую зависимость и чувство псевдоконтроля над жизнью. Скарре расплылась в улыбке, глядя, как на кончике ее сигареты тлеет еле заметный огонек.
          - Ты никогда не думал, что у нас в жизни есть сотни и тысячи возможных вариаций событий, а мы, как упрямые ослы, стараемся идти по проторенным дорожкам и испытываем какое-то скрытое мазохистское наслаждение, получая одни и те же шишки от судьбы. И потом мы как бы себе говорим что-то типа «…эй, а я так и предполагал, так и думал, ай, какой я молодец, что так и предвидел все». А ведь всего-то и стоило, что выбрать другой путь, свернуть не там, и получить возможность приблизиться к лучшему будущему. – она перевела взгляд на Кеннета. Естественно, что он пытался понять или сопоставить причинно-следственные связи, к которым могла бы относиться подобная фраза, но этого получиться у него не могло. Элис смущенно улыбнулась уже ему, а потом закусила нижнюю губу. – Прости, это так… мысли вслух. – Скарре махнула рукой с зажатой меж пальцами сигаретой, отходя к мусорной урне, чтобы потушить большой окурок и оставить его в пепельнице. – Я готова идти туда, где мне точно понравится. – она тряхнула головой и закинула куртку на второе плечо.

+3

6

Элис. Кенни приветливо кивнул в ответ, выдыхая дым. Две воздушные струи сизых узоров - его и соседняя - переплетались между собой, поднимались выше и сливались в одно большое облако, будто кто-то устроил табачную дымовую завесу или выпустил огнедышащего дракона подышать свежим воздухом.
- Это нормально, - парень пожал плечами, - люди часто не могут объяснить свои поступки. Даже сами себе. Особенно сами себе.
Сигарета уменьшалась в размере с катастрофической скоростью; пепел оседал где-то под ногами, ведомый лёгким порывом ночного южного ветра.
Хорошая аналогия получилась со Страной Чудес, между прочим. Интересно, Элис действительно читала Кэрролла? Чертовски психоделичная книга, но параллель с реальным миром проводится на ура, уж об этом мистер Льюис позаботился... Стоит лишь оглянуться вокруг - та же обстановка; постоянно изменяется всё, что тебя окружает, отвернёшься на миг - а вместо зелёной аллеи, по которой ты проехал на велосипеде полчаса назад, когда спешил в магазин, возвышается забор и большая афиша, гордо демонстрирующая прохожим план будущей постройки. А сами люди... что с них взять, они либо несут идиотскую ересь, выдавая её за умные слова, либо высказывают вслух то, что на самом деле думают, от сердца, и слывут за это безумцами.
Элис бы тоже назвали безумной.
Кенни прищурился, внимательно следя за речью девушки, наблюдая за её взглядом и мимикой.
- Не извиняйся. Толковые мысли, - он последовал чужому примеру и пристроил потухшую сигарету в той же урне, - но если постоянно думать об упущенных возможностях, можно сойти с ума. Приблизиться к лучшему будущему никогда не поздно, если только ты не болтаешься в петле.
Поразительный оптимизм. Нет, серьёзно - самый настоящий оптимизм, пусть и в жёсткой колючей оболочке. А ведь было время, когда он считал, что никакого будущего нет, ни лучшего, не худшего - вообще никакого. Так... нелепо.
Кенни усмехнулся Элис, бросая ей в лицо хитрый взгляд из-под синей чёлки.
- Отлично. Тогда идём, - жестом поманив новую знакомую за собой, он двинулся по дороге, которой пользовался сотни раз. Надёжный проторенный путь из серого кирпича, который приведёт их в волшебный город, только не изумрудный.
- Мы недалеко. Вон там уже виднеется крыша, видишь? - парень вытянул руку, испещрённую шрамами от лезвий, указывая на точку в виде гитары где-то через пару кварталов - своеобразная вывеска, намекающая на тематику заведения. - Запомни этот бар. Здесь играет хорошая музыка, контингент состоит не из блюющего быдла и пиво на порядок дешевле.
Ему и самому не терпелось попасть внутрь, заглушить новыми впечатлениями неприятные скомканные ощущения тесного клуба. Когда ночные беглецы добрались наконец до заветной двери, он вихрем взбежал по ступенькам, полный предвкушения, и открыл её перед Элис, пропуская девушку первой - дверь была тяжёлая, железная.
И не зря! Величественная, она играла роль ворот, ведущий в другой мир; мир, притаившийся посреди тихой улицы Сакраменто. В колонках играл тяжёлый рок 80-х годов, но звук не оглушал, сбивая с толку, и позволял разговаривать, не надрывая голосовые связки; расставленные вдоль стен массивные столы приглашали присесть со своим стаканом чего-нибудь алкогольного и отдохнуть, не врезаясь в шатающиеся тела, не сталкиваясь спинкой стульев с соседями сзади. Как и обещал Колфилд, здесь не было принято надираться вдребезги или лапать проходящих мимо женщин.
- Добро пожаловать во вселенную рока, - Кенни издал короткий смешок и кивнул в сторону столов, - присаживайся за любой, я мигом. У тебя ведь пиво отобрали, да? - подмигнув Элис, он скользнул к барной стойке, бесшумный, как ассассин на миссии, а через пару минут вернулся в компанию спутницы; два стакана пива с гулким стуком приземлились на деревянную поверхность стола.
- Ты, выходит, не завсегдатай вечеринок? - устроившись напротив девушки, Кенни вновь пронзительным внимательным взглядом уставился в её лицо. - Я - точно нет. Нам повезло, что мы встретились, учитывая обстоятельства. Ты веришь в совпадения? Или ты фаталистка?
Он положил на стол локти, превращая их в точку опоры, и с любопытством приготовился слушать. Всегда интересно, что человек может сам о себе рассказать - зачастую это здорово расходится с тем, что ты сам в нём видишь.

+3

7

У него был хитрый прищур, но совершенно искренняя улыбка. Элис всегда ловила прямые взгляды собеседников, заглядывала в глаза, потому что верила во все эти россказни касательно зеркала души и окон в сознание. Только вот девушка также беззастенчиво пялилась на его шрамы в области запястий, ее подмывало спросить об их происхождении, даже не так – гораздо любопытней было получить ответ на вопрос «почему?». Но озвучивать это она не собиралась. Еще одну драму жизни Элис не хотела переживать, да и сочувствовать незнакомому человеку сейчас не могла. Даже больше того, она раздраженно поджала губы – наверное, этот парень, так же, как и Хейден в свое время, выбрал более легкий путь справляться с проблемой. И пусть у них разные способы – наркотики и острое лезвие – но оба они неимоверные глупцы и эгоисты.
- Ага, вижу. Но, знаешь, как-то на вид заведение не очень. – с осторожностью проговорила она, уже сомневаясь в этой идее. Искорка недоверия к новому знакомому зажглась где-то глубоко в душе, только вот идти было совершенно некуда, а на душе все кошки Сакраменто устроили пошкребушки. А еще, кроме этого, навязчиво преследовало чувство, что она потеряла часть себя, причем лучшую часть. Скарре искоса посмотрела на Кеннета, мысленно отмечая чрезмерную рекламу бара, но кивнула в знак того, что обязательно запомнит… должна запомнить. А запомнить стоило, ведь первым что бросилось в глаза была большая деревянная дверь, зашита железными листами и даже с кованными элементами, болтами и прочей иллюстративной ерундой в стиле НТП начала двадцатого века. Но вопреки ожиданиям жесткой рок-панк-металл интерьера их встретил вполне себе милое заведение. Яркая кирпичная кладка, мебель из грубого дерева, длинная деревянная барная стойка и запах… Элис глубоко втянула в себя воздух помещения: никаких отвратных примесей, а лишь млосный аромат мокрого дерева, крепкого пива, кожи и еле уловимая нотка машинного масла. Скарре удовлетворенно кивнула, такое заведение ей было по душе. Она рассматривала детали интерьера с огромным любопытством – бросались в глаза трубы-воздухоотводы, которые намеренно выделялись посеребренной краской с мелким рисунком, картина девушки в наряде средины девятнадцатого века с черепом вместо лица, а также несколько плакатов рок-групп прошлого века. Несмотря на приличное количество посетителей им с Кенни удалось найти свободные места. И пока парень удалился за выпивкой, девушка скользнула на массивную лавку за столом, бросила рядом свою куртку и, поджав под себя ноги, устало склонила голову к кирпичной стене.
- Спасибо. – проговорила Элис, когда перед ней опустился бокал светлого пенистого пива, про себя удивляясь, что музыка, хоть и звучит довольно громко, но совершенно не мешает разговаривать. В тусклом освещении бара собеседник с голубыми волосами казался вполне соответствующим месту, и Скарре очень надеялась, что и она тоже. – А здесь очень… - она оглянулась по сторонам, чтобы подобрать более удачное слово для описания обстановки и атмосферы. - … колоритно. Что за музыка играет? Кажется, я даже не слышала такую.
Девушка слегка прикрыла глаза и покачала головой из стороны в сторону в такт музыке, закусив при этом нижнюю губу уже привычным жестом. Но симулировать веселье или хотя бы хорошее настроение, очень тяжело, поэтому уже через мгновение Скарре выдохнула и обхватила пальчиками обеих рук пивной бокал в узкой его части, поглаживая запотевшую поверхность. Палец на стекле оставлял след,  а собравшаяся влага концентрировалась в каплю и под силой тяжести своего собственного веса медленно побежала по стенке бокала.
- Таких? Нет. У меня несколько иные интересы и даже можно сказать,  что я фанат одного ночного клуба, что совсем не удивительно,  если учесть,  что мой брат там управляющий. - Элис сделала глоток пива,  удовлетворенно кивнула, давая понять,  что выпивка тут годная. - Но старшие братья иногда такие мудаки, что хочется хлопнуть дверью и уйти в закат. - в голове всплыли последние слова Хейдена о том,  что ему не нужна ее опека и свое мнение сестра может засунуть куда подальше. Скарре устало почесала переносицу и глянула из-под опущенных ресниц на Кеннета. - Да,  действительно повезло. - как-то с неохотой согласилась она,  но ведь парень напротив не виноват в её семейных драмах. Даже наоборот оказался в нужном месте и в нужное время. - Но я больше верю в причинно-следственные связи жизни. Ведь если подумать,  то каждого из нас привели в тот клуб какие-то объективные причины. А наша встреча не может быть предопределенной, хотя и случайной тоже. Выходит,  что мы, как лотерейный шарики в барабане, крутимся,  сталкивается,  возможно даже в Сакраменто мы сотни раз могли уже видеться. И не факт,  что не встречались... - Элис нахмурилась брови после очередного глотка приторного, горьковатого напитка. - Нет, точно не встречались. Я бы запомнила парня с синим цветом волос. Хотя в наш продвинутый век химической промышленности возможности парикмахеров безграничны... Прости,  что задаю подобного рода вопрос, но что для тебя это значит? - она склонила голову на бок,  с интересом всматриваясь в черты лица Кеннета и то как меняется его мимика. Возможно, её слова прозвучали,  как оскорбление,  чего ни в коем разе не хотела допускать девушка,  поэтому тут же решила уточнить. - Я чего спрашиваю - мой эксперимент с волосами в средней школе... а был это отвратный зеленый цвет с яркой красной прядью с левой стороны. Да,  да,  именно так и было. - Скарре вдруг засмеялась,  вспоминая тот кошмар на голове. - ...проводился только потому,  чтобы подгадить планам родителей - они мечтали перевести меня в какую-то супер элитную школу после отъезда брата в колледж,  а я так решила воспротивиться этому. Кстати,  Кеннет,  а тебе сколько лет?

Отредактировано Alice Scarre (2017-09-13 23:01:47)

+4

8

Кенни легко кивнул в ответ на благодарность и прислушался к песне, чтобы утолить любопытство собеседницы.
- Это Helloween. Правда не слышала? - вскинув брови в недоверчивом изумлении, он улыбнулся, едва заметно дёрнув уголками губ, и сделал глоток из своего бокала, собирая губами горьковатую пену.
Что ж, неудивительно, что Элис не знает старую немецкую пауэр-группу, если в основном интересуется не тяжёлой музыкой, а клубной жизнью. Значит, она не единомышленница и вовсе не фанатка патлатых металлюг, как Кенни ошибочно предполагал. Его это не огорчило, но заинтриговало. Что в таком случае девица могла делать на сомнительного качества концерте в месте, не слишком подходящем для одинокой девчонки? Любопытно.
Элис оказалась разговорчивой, что полностью устраивало парня, который был рад возможности медленно потягивать действительно недурное пиво и внимательно слушать, отмечая в уме те или иные детали. Насчёт старших братьев он её хорошо понимал - Хлоя, его сестрица, порой становилась невыносимой. В детстве, конечно. Теперь, после её переезда в Лос-Анджелес, они общались не так тесно, как прежде. Однако даже в самые хреновые времена Хлоя и Кенни оставались верны друг другу - а как иначе, им ведь нужно было сообща проказничать и давать отпор родителям, Колфилдам-старшим! - поэтому желание "уйти в закат", как выразилась Элис, ему не было знакомо. Именно по отношению к сестре, разумеется. Это вовсе не значит, что все братья и сёстры в мире должны быть дружны - многие, он слышал, грызутся, как кошка с собакой. Но само желание сбежать от чужого общества... оно не сулит ничего хорошего. Может, дурацкий концерт и стал для девушки тем самым закатом? Так сразу не скажешь.
А вот размышления о течении жизни она высказала очень толковые. Юноша согласно кивнул в ответ, выражая поддержку её словам.
- Интересная идея. Но немного путанная, не хватает конкретики. А в абстрактных идеях конкретики и быть не может, - он пожал плечами, усмехнувшись, - вот такой парадокс. Но мне понравились твои мысли.
И с философских рассуждений они вдруг резко перескочили на кое-какие внешние особенности.
Кенни задумчиво уставился в стену, будто наблюдал там что-то интересное, будто кирпичи начали выстраиваться в замысловатые узоры или танцевать джигу. Конечно, люди часто обращали внимание на его ядрёный цвет волос. Часто задавали сопутствующие вопросы. Глупые вопросы, стоит заметить - как можно объяснить что-либо, касающееся облика? Есть две категории деталей: с одними ты родился, и объяснить их можно разве что генетикой, другие ты выбрал, и тогда это дело вкуса - всего лишь дело вкуса. Или каких-то символичных историй, о которых вслух не говорят. Или личных трагедий. Но о деталях, намекающих на трагедии, Элис тактично не спрашивала - во всяком случае, пока.
- Тогда я предлагаю выпить за продвинутый век, - вместо ответа Кенни поднял бокал и звонко чокнулся им о соседний, - Cheers. А цвет волос... - он издал тихий смешок. - Иногда мне хочется выдумать какую-нибудь нелепую историю вроде легенды о том, что я вышедший на сушу водяной или Сириус, сорвавшийся из созвездия Большого Пса. А всё до смерти банально - мне просто нравится, как я выгляжу в этом образе, вот и всё, - сделав глоток, прежде чем вернуть бокал на стол, он продолжил, - или не всё. Можно добавить, что для нас с сестрой это всегда было чем-то вроде семейной традиции. Ну знаешь, с детства повелось и прижилось до сих пор.
Оценивающе окинув девушку взглядом, Кенни попытался представить её с причёской зелёного цвета. Она могла бы выдумать легенду о каком-нибудь эльфийском происхождении, чтобы чересчур любопытные посторонние крутили пальцем у виска и прекращали расспросы.
Парень обратил внимание на то, как Элис говорила о своих школьных годах - так обычно пересказывают воспоминания, силой выдранные из памяти, уже успевшие покрыться лёгким слоем пыли времени. Сколько лет прошло с её выпускного бала? Элис выглядела слишком юной для человека, распрощавшегося со школой раз и навсегда дольше трёх-четырёх лет тому назад.
- Ты росла бунтаркой, значит? - Кенни одобрительно улыбнулся, понимающе хмыкнув. - Чем же была плоха элитная школа? Настоящей свободы нет ни в одном учебном заведении, как мне кажется. Ни в элитном, ни в частом, ни в обычном. Везде одно и то же - правила, ограничения и скука.
Вот вопрос про возраст его развеселил. Развеселил и заставил подумать над ответом. Колфилд так привык врать, что ему двадцать два - а по фальшивому айди, которое он всё ещё по старой привычке носил с собой, выходило, что уже двадцать три - что чуть не ляпнул первое число, какое пришло на ум. Учитывая недавнее совершеннолетие, необходимость во вранье отпала, но на самом деле ему было интересно посмотреть на реакцию девушки, если он здорово завысит себе возрастную планку. Не для того, чтобы её обмануть ради какой-то выгоды, а просто шутки ради. Из интереса.
- Двадцать три, - он хитро прищурился, наблюдая за выражением лица Элис, и улыбнулся, предлагая ей самой разобраться, правду он сказал или нет, - ты ведь не собираешься проверить мой айди? - не выдержав, он тихо, но весело рассмеялся. - Нет, серьёзно, я достаточно взрослый, чтобы иметь право ошиваться в рок-барах и на метал-концертах. Прошло то время, когда меня могли бы выставить отсюда за шкирку.
Парень сделал ещё один мощный глоток и обнаружил, что пиво в бокале на удивление стремительно убавляется. Как и в бокале Элис.
- А знаешь, что? - он понизил голос, придвигаясь чуть ближе, будто собирался то ли посвятить девушку в какой-то заговор, полный интриг, то ли раскрыть карты и душу заодно, чтобы создать атмосферу уединённого разговора. - Я упомянул свою сестру - так вот, она тоже старшая в нашей семье. Так что я тебя здорово понимаю - старшие родственники могут быть той ещё занозой в заднице, хотя всегда почему-то винят в этой способности нас.
Есть что-то такое в общении со случайными встречными, стоит спустить какой-то курок в черепной коробке, в самом сознании, и хочется выложить всё, как есть. Надо лишь нащупать правильный спусковой механизм.
- Один русский писатель - отвратительный зануда, кстати, как автор, но мудрый мужик как человек - считал, что все счастливые семьи счастливы одинаково, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему, - Кенни склонил голову набок, - а ещё - и это я знаю точно - когда ты влипаешь в некоторое дерьмо, становится легче, если ты барахтаешься в нём не один. Ты ведь не просто так оказалась в том металическом аду с убогими музыкантами вместо чертей?
Откровенно говоря, он лез не в своё дело, нагло вламывался в чужое пространство, круша забор и вынося дверь ударом ноги. Но говорил он совершенно искренне - когда жизнь заставляет тебя давиться мерзкой зловонной кучей проблем и неприятностей, если ты попытаешься в одиночку всё это разжевать и проглотить, в конце концов тебя стошнит себе же под ноги, просто вывернет наизнанку, как варежку, и продолжит выворачивать, пока ты не захлебнёшься в собственной блевотине. Некрасивое, абсолютно неэтичное и поэтичное сравнение, но, чёрт возьми, жизнь тоже далеко не всегда красивая штука.

+2

9

"This is Halloween... This is Halloween..." прозвучало в мыслях под знакомый мотив Panic at the disco и Элис отрицательно покачала головой. Может и слышала,  а может и нет - но это сейчас было не важно. Она пожала плечами: ее мысли не всегда абстрактные,  даже наоборот, мыслит просто, не пускаясь в пространственные изыски, но бывает, что нахлынет какое-то озарение,  мир станет очень сложным,  но все равно ей понятный со своими сплетениями и патовыми ситуациями. Вот только для этого нужно войти в определенный транс из уныния,  злости и чувства,  что тебя предали. На самом деле мир всегда паскудный, но счастье людям замыливает глаза,  даря ложное ощущение эйфории. То же самое нам дает и наркота, жаль,  что они не взаимозаменяемые.
- За продвинутый век. - кивнула девушка и сделала пару глотков пива. Еле заметная,  но искренняя улыбка появилась на губах. Парень оказался с фантазией и с нестандартными решениями. Она никому не говорила,  но когда работала над эскизами,  уходила в вымышленный мир. Железная ковка в интерьере наталкивала ее на мысли о гномах, занятых тонкой кузнечной работой, драпировочные ткани - о мелких летающих феях, а скульптуры - о пантеоне богов из разной мифологии. Но как только Элис покидала пределы своей мастерской, опять становилась циничной атеисткой,  высмеивающей глупых мечтателей. Кенни, наверное,  принадлежал к их числу,  но сегодня она не будет саркастично подкалывать его за чрезмерную фантазию, случай подарил ей простоту вместо тщеславия, нужно быть благодарной.
- А хочешь я расскажу, кто ты? - она сложила руки на столе и оперлась подбородком на них. Её голубые глаза казались ярко-серыми, как ртуть, в свете искусственного освещения. - Ты не водяной, и не Сириус. - Элис огляделась по сторонам, жаль что нет ничего пригодного для рисования, вот если бы они заказали кофе, можно было бы импровизировать. Она провела пальчиком по столешнице, внимательно следя за невидимым рисунком. - Ты - сын Дагона,  вышедший из морской глубины. И ты знаешь,  что весь мир наш - сплошной Хэллоуин. Люди стараются уберечь себя от скверны и монстров в ночи, но они не задумываются,  что под масками чудовищ просто маленькие заигравшиеся дети,  а про то,  что чудовища тоже одевают маски, и слышать не хотят. Какая на тебе маска, Кенни? Прячешь ли ты хвост,  как у тритона, заростают ли твои пальцы перепонками и не скрывается ли под футболкой плавник?
Элис протянула руку к шее чуть склонившегося парня,  но дотронуться не решилась. Наверное,  она сама не знала чего больше хотела бы, чтобы на коже Кеннета действительно выступили прорези жабр или, как всегда, выплыть из фантазии и рассмеяться своим глупым рассказам.  Девушка прикрыла лицо руками.
- Прости,  твоя сестра,  скорее всего,  не такая сумасшедшая, как я. Так что можно сказать,  тебе повезло. - девушка снова обратилась к своему бокалу, а после облизала верхнюю губу, это был чисто механический жесть, потому что пена в напитке давно осела. Пиво не любит долгих разговоров,  но оно не виновато,  что иногда идеально подходит для этого.
- Бунтаркой? О, нет. - Скарре ухмыльнулась. Что такое быть бунтарем, если одно твое существование уже назло кому-то? Само слово теряет свой смысл. - Просто я получаю все,  что хочу... Ну,  или почти все. - поправила она себя,  вспомнив причину,  почему она тут. - А что бы ты делал с той свободой,  которую получил бы в школе? Ты смог бы правильно ею распорядиться,  чтобы в зрелом возрасте не жалеть? Сомневаюсь. - Элис покачала головой. Сама она никогда не ощущала ущерба свободе,  даже наоборот. Чувствуя за собой силу брата и его поддержку, Скарре не отказывала себе ни в чем,  а тот самый взрыв эмоций с последующей покраской волос случился из-за его отъезда в колледж. Она посчитала себя брошенной на произвол и поэтому не знала,  как и чем занять пустующее место брата и в доме, и в общении и в жизни. Этот простой разговор начал волновать ее, девушка взглянула на Кеннета и попросила угостить ее сигаретой - снова хотелось отвлечься на что-то. Тонкая сизая струйка поднялась из кончика зажженной никотинки и стала расплываться в воздухе. Элис поднесла к губам фильтр, с жадностью втянула дым и на секунду задержала дыхание.
- Барахтаешься не один? - надрывно повторила она,  одновременно выдыхая. - Ты хочешь исповедь? - она подняла одну бровь так же,  как делает это брат. - Окей. Слушай. Я самая ужасная сестра на земле. Эгоистичная и слишком упрямая,  чтобы лавировать меж жизненными обстоятельствами. Всю жизнь я была в тени брата,  держалась за его руку и безумно люблю его,  только вот это нездоровая любовь,  как говорит мой психолог. По мере взросления,  я старалась манипулировать им,  чтобы иметь контроль над его жизнью. Ужасно звучит,  правда? - Элис из-подлобья поглядела на реакцию Кеннета,  но тут же опустила глаза снова на столешницу. - Но никогда я не сделаю того,  что причинит ему вред, готова бросить на каждого,  кто посмотрит косо в его сторону, и любые тяготы буду делить с ним поровну. А сейчас появилась одна особа,  которая и до этого не единожды ломала ему жизнь... И где мое холеное чувство власти над братом? Его нет, и я ничего не могу сделать с тем,  что он снова бросается со скалы вниз и даже не представляет,  что там его ждут только острые скалы.
Скарре выдохнула и закусила губу,  чтобы унять дрожь. Чувство вины начинало заполнять ее,  как пенное пиво дубовый бочонок. Та злость,  что поселилась в душе, съежилась, затихла и грозила исчезнуть совсем,  потому что злиться на Хейдена невозможно. Уж лучше обратить ее против себя - такой немощной и бесполезной.
- И что сделала я? - горькая усмешка искривила губы. - Сбежала, как подросток, у которого в голове ветер перебирает бумажные сердечки. Ничем не помогла самому дорогому человеку на земле... Вот,  я сижу в баре с малознакомым двадцатитрехлетним парнем,  курю... и теряю его. - Элис крепко прижала ладонь ко лбу и зажмурила глаза,  словно боялась произнести последнюю фразу, но должна это сделать.  - ... уже потеряла его.
Она почесала нижнее веко,  чтобы сдержать слезы,  и снова судорожно затянулась никотином. Хреново выворачивать себя наружу, но наверное, должно стать легче,  должно прийти какое-то решение. Если все семьи счастливы одинаково,  как вторит русскому писатель Кеннет, то должны быть универсальные секреты счастья. Не она первая попадает в подобный ад, но выхода не видит. Настолько серьезно Элис и Хейден никогда не ссорились.
- Хэй, - Скарре опомнилась и "одела" свою улыбку. - зато во всем можно найти плюс. Сегодня ночью я прощаю себе любые глупости,  ведь все равно мне некуда идти, да и видеть никого не хочу. - она подняла свой бокал с остатками пива и подмигнула собеседнику. - Давай выпьем за одиночество, Дагон. Оно наш самый искренний и опытный учитель в жизни.

Отредактировано Alice Scarre (2017-09-17 12:43:54)

+3

10

Кто бы мог подумать, что разговор о цвете волос может вытащить наружу такие глубокие размышления...
Кенни с любопытством слушал девушку; она смотрела на деревянную поверхность стола, рассматривала там что-то, известное ей одной, а он смотрел на неё, наблюдал, как двигаются лицевые мышцы, заставляя работать мимику. Наблюдал с искренним интересом.
Элис оказалась начитанной, по-своему эрудированной. Одно удовольствие слушать таких людей, дать им возможность сказать всё, что они хотят сказать. Даже если это звучит странно и путанно. Особенно если это звучит странно и путанно.
- Нет на мне никаких масок, - парень пожал плечами, встречая чужой взгляд полу-усмешкой, - и плавников нет. Прости, если разочаровал, - эх, красивую сказку он загубил.
- Моя сестра по-своему сумасшедшая, - Кенни тихо и коротко рассмеялся, - все мы здесь не в своём уме - и ты, и я.
Хорошая ведь цитата. Жизненная.
Удивительно, бунтаркой себя Элис не считала. У неё был другой полезный навык - получать то, что ей хотелось получить. Она тут же подкрепила свои слова действием, попросив у собеседника закурить - закурить в общественном месте, где в принципе курить нельзя. Не колеблясь ни секунды, он протянул девушке открытую пачку, а после присоединился к ней, увеличивая небольшое облако табачного дыма вдвое.
Наверное, здесь стоило задуматься о провокационной реплике про свободу. Зачем ей распоряжаться? Может быть, они говорили о разных свободах? Кенни было достаточно возможности жить так, как он считает нужным, и чтобы его при этом оставили в покое и не трогали. Но за понятием свободы должно скрываться что-то более глубокое, чего он с высоты своего юного возраста не может разглядеть.
Они продолжали синхронно накачиваться пивом и никотином. Весёлые любители рока, столпившиеся у барной стойки или бодро топчущиеся под музыку, остались где-то на периферии сознания, словно в другой реальности, словно и не существовали вовсе. По-настоящему реальный мир сузился до единственного стола, за которым велись разговоры, далёкие от безмятежных вечерних тусовок.
Парень прекрасно понимал, что его ждёт серьёзная история, и слушал "исповедь" с соответственным вниманием. Он не собирался никого осуждать или, Боже упаси, тыкать Элис носом в ошибки, которые она якобы допустила, и ситуации, в которых она якобы была не права. Последнее, что нужно отчаявшимся и отвергнутым - порицание. Бодлер об этом целую литанию написал. Сатане.
Путь то, что говорила девушка, и впрямь звучало неприятно, Кенни не ощущал по отношению к ней ничего, кроме сочувствия. Алкоголь вкупе с сигаретами вырвали наружу ту чернь, которая прежде умело пряталась за улыбчивым выражением лица. Искренность её признаний в сестринской любви никому бы и в голову не пришло ставить под вопрос. Случается такое, к сожалению - люди делают больно тем, кого любят больше всего на свете, а потом страдают из-за этого сами. Ничуть не меньше страдают, чем обиженные.
Элис полностью сменила облик, как хамелеон, сбросивший чужеродную окраску, за несколько мгновений - сигарета ещё тлела в её руке, а голос уже растерял все задорные оттенки, взгляд - все лукавые огоньки. Для человека, нависшего над пропастью, она выражалась очень слаженно, следуя логике повествования, разбавляя речь витиеватыми художественными образами. Поразительно, что ей удавалось сохранять ясность мысли, рассуждая о болезненных для неё событиях. Это, пожалуй, веское свидетельство впечатляющей силы воли.
Кенни хотел бы ей помочь. Инстинктивно, как люди порой бездумно бросаются на помощь утопающим. Только чем тут поможешь? Не будешь ведь встревать в чужой конфликт, не зная всех сторон и обстоятельств, а бесполезные советы звучат как жалкие отмазки. Максимальная посильная помощь - превратиться в толчок, куда можно вывалить накопившееся дерьмо.
- Хреновая история, - протянул парень, качнув головой, - человека, который бросается с обрыва, не удержать. Пока он сам не поймёт, что летит вниз... - а понимают это рано или поздно все, вопрос лишь в том, очнёшься ли ты в падении, когда ещё можно попытаться ухватиться за какой-нибудь выступ, или от удара о твёрдую землю. - А "нездоровая", как ты говоришь, любовь - это любовь в любом случае. Твоему брату очень повезло, что у него есть человек, который сможет его подхватить. Серьёзно.
Молодчина Элис - сколько жизненной энергии теплится в людях, способных отыскивать в навозной куче жемчужные зёрна! Девушка с такой скоростью вернулась в прежнее состояние, что от Кенни ускользнул сам этот момент - добровольно ли вернулась или просто мимикрировала, как тот же хамелеон? Как ей это удалось?.. Не так проста была собеседница Кенни, как ему показалось в первый момент их встречи.
- Отличный тост.
Звонко чокнувшись, они осушили до дна пивные стаканы. Кенни затушил окурок о бортик своего и похоронил несчастного в остатках пены.
- Вот это мы надымили... Почти как спецэффекты в клубе, - он прыснул в кулак и вновь уставился на девушку. Атмосфера вокруг серьёзных разговоров исчезает так же быстро, как появляется. Лишь осадок в сердцах остаётся, но сама атмосфера - она уже другая.
- Слышишь - Rolling Stones? - парень замер, прислушиваясь. - Я бы вытащил тебя танцевать, если бы сам умел. Заводная песня.
В уме он прикидывал кое-что другое. Нет, не с корыстной целью, как можно предположить.
- Ты сказала, тебе некуда идти. Если это было в прямом смысле, то у меня дома свободен целый этаж, можешь переночевать.
Хоть чем-то он действительно сможет помочь.
Табачное облако начало рассеиваться.
Кенни воровато огляделся по сторонам и наклонился к Элис, понизив голос:
- А ещё могу предложить затянуться кое-чем покруче сигарет, если тебя это не шокирует.
Почему бы и не?.. Глупости - так глупости.

+2

11

Love is strong
and you're so sweet
You make me hard
you make me weak
Love is strong
and you're so sweet
And some day, babe
we got to meet

© Rolling Stones - Love is strong

          Скарре рассмеялась, сравнить их и дым-машины это было немного перебор, хотя чего скрывать-то, если действительно, только над их столиком нависла завеса табачного дыма, которая очень медленно тянулась к отверстию вентиляции. Предъявляя претензию им с Кенни о курении в закрытом помещении, бармен оказался бы прав, и как бы не отпирались молодые люди, а грешок на лицо. Элис не очень понравилась мысль, что она ничего не может сделать с братом, который решился-таки спрыгнуть со скалы. А ведь по сути, Кеннет, по-своему, прав. Пока брат не поймет, как именно Дойл портит ему жизнь, никакие уверения сестры не помогут. И самое прискорбное, что времени этого будет не вернуть уже никогда. А затем Элис пропела, повторяя слова знаменитой группы:
          - You Can't Always Get What You Want... - она побарабанила пальчиками по столешнице. Песня действительно заводная, и как будто была подобрана под сегодняшнюю беседу, говоря слишком самоуверенной девочке, что жизнь не мед  в красивой баночке с жестяной крышечкой в белый горошек. А если хотелось такого, не стоило возвращаться в Сакраменто и пытаться доказать всему миру, что ты взрослая и стойкая. Но такая мелочь не могла повергнуть Скарре в уныние, если она решила не поддаваться. - О, не стоит. - хихикнула Элис, она не привыкла танцевать в подобного рода заведениях. В ночных клубах, среди десятков разгоряченных тел, где толпа резвится на танцполе, но в то же время люди-человеки предоставлены сами себе и остаются практически наедине, где можно провоцировать парня без зазрения совести, а после развернуться и уйти, или же окунуться в безудержное веселье в девчонками и не обращать внимание на оттоптанные туфли или слишком задранный подол платья. Тут было немного не то, да и при Кеннете не хотелось вести себя подобно «сестре управляющего», что стало уже именем нарицательным в Эль Дорадо.
          - А я не откажусь. - улыбка исчезла с лица девушки и она серьезно глянула в темные глаза своего собеседника. Как-то не было никаких подспудных мыслей у Скарре, просто было ожидание. Она не против остаться у нового знакомого - от него не веяло угрозой, какими-то ожиданиями и похотью, простое предложение от человека. Но все же она ожидала, что Кеннет пойдет на попятную, мол, нет, у меня друг скоро вернется или если сестра согласится. Уточнений не последовало и Элис только слегка кивнула, полагая, что сейчас выглядит полнейшим ничтожеством. Со стороны может показаться, что ни друзей, ни родни у нее нет, а это было неправдой. Можно было отправиться к Джулии, Аманде, Софии, Одет, и даже Драко, но во всех этих местах, она была уверена, уже получено телефонное сообщение с просьбой оповестить Хейдена о месте пребывания Элис, так что ей не хотелось даже нос показывать к знакомым. К тоже придется выслушивать типа «удивленно-заботливые» вопросы: как вы могли поссориться Скарре? из-за чего? неужели очередная «буря в стакане» Скарре? Нелепо было все это и Элис не могла рассказать истинную причину, ведь никто не должен знать, кто такая Рейчел Морган — это не ее тайна, так что не Скарре должна ее раскрывать. Хватит того,что она несла на себе вину за ее смерть долгие годы.
          - Главное, чтобы ты потом не пожалел. - пожала она плечами, сама не понимая, что имела ввиду под эти высказыванием, но чтобы скрыть двусмысленность фразы, быстро выпалила: - Я храплю… - и рассмеялась.
          - Ты просто невероятен. - девушка подмигнула парню. - С этого и стоило начать. - нагловато произнесла она на предложение затянуться чем-то «покруче сигарет». Это будет новый опыт, потому что ранее она смела употреблять только вместе с братом. Но все когда-то происходит в первый раз. Элис подхватила куртку, но теперь одела ее, аккуратно оправив волосы. Она сложила руки на столе и заглянула в глаза Кеннету.
          - Я готова. Идем?

+2

12

Кенни сам не знал, какого ответа он ожидал на своё предложение, вернее, приглашение. Пожалуй, окажись Элис в любой другой ситуации, она бы отказалась, как отказались бы многие девушки от перспективы отправиться среди ночи домой к парню, которого знают пару часов. Хотя... нет, не все бы отказались... Парень украдкой обвёл взглядом женскую аудиторию бара, эти двигающиеся силуэты, плохо различимые сквозь клубы табачного дыма. Кое-какая часть точно была бы не против. Принадлежала ли Элис - нормальная Элис, не терпящая бедствие, не снедаемая сомнениями, мыслями, чувствами - к этой части? Сложно сказать. С одной стороны, она с лёгкостью согласилась двинуть в бар и продолжить накачиваться алкоголем. С другой - нормальную Элис нельзя судить по этой ночи. Да и какое ему, Колфилду, дело? Его намерения в любом случае были далеки от намёков мужчин, зазывающих полупьяных девиц переночевать. Во всяком случае, на трезвомыслящую голову. К счастью, они оба ещё были не настолько пьяны.
- Не пожалею, - он усмехнулся, невозмутимо выдерживая чужой взгляд, - а вот ты можешь к утру. Я хожу во сне, если услышишь, что я стучу в твою дверь, не удивляйся.
Почему-то лунатики очень любят именно двери. Так и тянет их, спящих, блуждать по комнатам и коридорам, невзирая на препятствия в виде деревянных створок. Есть в этом что-то символичное - в преодолевании препятствий. Главное - с окнами не перепутать, но тут уж как получится.
И точно так же Кенни не знал, какой реакции ждать на дерзкое предложение угоститься куревом, и на сей раз куревом необычным. Что-то, однако, подсознательно подсказывало ему, что Элис не разочарует.
И она не разочаровала.
Парень хитро улыбнулся; его улыбка медленно растягивалась до самых ушей, превращаясь в загадочный оскал, как у Чеширского Кота.
- Мне нравится твой настрой, - он проследил взглядом, как девушка подхватила свою верхнюю одежду, в предвкушении отмечал про себя её готовность пуститься во все тяжкие. Они точно встретились в том обоссанном клубе не случайно.
- Тогда идём, - согласно кивнув, он вскочил со своего места, ловко подхватил спутницу за локоть, чтобы не потерять ненароком в танцующей толпе, и двинул на выход, только не парадный - нет, не ту дверь с рисунками гитар, через которую они вошли. Сейчас они направлялись к чёрному ходу, неприметной дверце, о существовании которой знали лишь местные сотрудники и кое-какие завсегдатаи - соблазнительно удобно выбираться на улицу именно через неё. Ощущение чего-то интимного, будто только что вы ускользнули в буквальном смысле от повседневной шумихи и неразберихи и остались наедине, в самом что ни на есть одиночестве на двоих. Того, какое им сейчас как раз было нужно.
Ночной свежий воздух дыхнул ветром в лицо, приятный контраст с прокуренным ими самими местом за столом. Кенни прислонился спиной к холодной кирпичной стене, неторопливо вытащил обещанную травку и начал бережно забивать косяк.
- В этом деле спешка - лишнее, - мудро изрёк он с таким выражением, каким древний волшебник наставляет на путь истинный своих адептов, - потерпи немного. Ещё чуть-чуть.
Его пальцы ловко, привычными движениями соорудили внушительное подобие сигареты. Внушительное - потому что его должно хватить на них обоих.
Есть что-то интимное и в том, чтобы вдвоём курить одну дрянь.
- Присаживайся, - он кивком указал на шаткую скамейку, которая некогда служила сиденьем в зале, а теперь коротала остаток века на заднем дворе, забытая всеми, кроме случайных посетителей - вот как сегодня, - сейчас всё будет.
Уже сейчас. Кенни раскурил косяк и с наслаждением сделал первую затяжку. Совсем другой привкус во рту, ничего общего с табаком. Другие импульсы, приятной волной бегущие по телу. Расслабляет. Успокаивает. Да, пожалуй, он правильно поступил, предложив Элис поиграться с лёгкими наркотиками. С точки зрения этики - спорный поступок, но расслабиться ей точно не помешает.
Присев рядом на скрипучий край, он протянул девушке косяк, передал эстафету, как олимпийский огонь, и с любопытством уставился на неё, наблюдая за её первой затяжкой. Добро пожаловать обратно в Страну Чудес, Элис. Она будет куда приятнее той, из которой они сбежали в самом начале знакомства.
- А знаешь, когда я первый раз тебя увидел - тогда, в толпе, которая чуть тебя не засосала в мясорубку, - я и представить не мог, что эта ночь пройдёт так весело, - Кенни счастливо усмехнулся, удивляясь собственной откровенности. Опустив взгляд на землю, он заметил маленький камешек, пнул его ногой и проследил, как тот, подпрыгнув, улетел куда-то вперёд и исчез в темноте.
- Как тебе? - скосив глаза, парень вновь превратился в зрителя, внимательно следил, чтобы неопытной девчонке вдруг не стало плохо - всякое бывает, особенно после алкоголя.

+2

13

Я ем свой яд
и глаза горят на прощанье
абсолютно черным светом…
© Северный флот - Харон

          Она огляделась по сторонам и юркнула впереди Кеннета в небольшую дверь, похожую на вход в складские помещения. Но на самом деле узкий и короткий проход выбросил их на задний двор бара, такое подобие подворотни с тупиком, но слишком маленькой, чтобы тут можно было нормально разгуляться компанией. Элис втянула в себя свежий воздух, а затем шумно выдохнула, как будто с этим выдохом сбрасывала с себя непосильный груз и была рада этому. Краешком ботинка она зацепилась за острый угол пластикового ящика и немного споткнулась, но сразу выровняла равновесие. Все-таки пиво  бывает коварным, но почему-то Скарре подумала, что не мешало бы поесть, иначе ей грозит крайняя степень опьянения. Возможно, голубоволосый парень интерпретировал это по-своему, потому поспешил усадить неповоротливую Элис на скамью. Некогда изящная деревянная скамья, щедро покрытая лаком, который сейчас нещадно жарился под солнцем и мок под дождем на открытом пространстве, немного взвизгнула и зашаталась на неровности бетонного покрытия заднего двора. Скарре отклонилась немного назад и замерла. Она наблюдала, как пальцы Кеннета прохаживаются по измельченной мутно-зеленой травке, а также скручивают косяк в сигарету. Что-то было в его движениях завораживающее — либо это уверенность, с которой молодой парень проделывает манипуляции с наркотой, либо методичность и серьезность, достойные доктора травковых наук, либо отношение к девушке, которую Дагон, по сути, и не знает, но все же делится с ней косяком. 
          - А ты и не спеши. Я свободна до утра. - хихикнула Элис и пожала плечами. - Да, что там до утра..? - она развела ладошки в стороны с глуповатой улыбкой. - Я вообще свободная женщина. Сегодня, завтра и всегда.
          Скарре смотрела, как неяркий огонек начинает пожирать бумагу, а в воздух поднимается струйка дыма, окрашивая его характерным запахом, который напомнил поездку в Дубаи в позапрошлом месяце. Когда Кеннет присел рядом, скамейка пошатнулась под ними, жалобно скрипнув. Протянув руку за предложенным косяком, Элис бережно зажала его пальцами. Несколько затяжек и она отрешится от своих проблем, хоть пару часов не будет  грузиться своими мыслями о собственном несовершенстве. Чуть влажный краешек сигареты коснулся ее губ, и девушка втянула в себя дым тлеющей травы. Почувствовалось знакомое першение в горле и щекотка по гортани, но еще одна затяжка снимает эти ощущения. Элис смотрит в одну точку, ожидая эйфории, пока ее укроет ватным одеялом расслабленное чувство. Резкий поворот головы в сторону Дагона, когда сердце забилось быстрее, а эндорфины бурным потом выплеснулись в кровь. Мир удлиняется, зауживаясь в небольшую сферу в поле зрения и появляется звенящее ощущение. 
          - И, правда, весело. Хорошо, что мы встретились, Дагон. - медленно говорит девушка, вслушиваясь в звук собственного голоса. Она передает косяк обратно парню и откидывает голову назад, опираясь о прохладную стену. - Это довольно неплохо… Я бы даже сказала отлично.
          Тело Скарре начинает поддаваться теплому ощущению, которое расслабляет мышцы, заставляя искать более удобную позу. Элис поворачивается к Кеннету  в полоборота и облокачивает подбородок на кулаки. Парень слишком вкусно затягивается, поэтому она со смехом отбирает снова косяк и делает быструю затяжку, слова о поспешности уже были благополучно забыты, и девушка поддалась гедонистичной части своего существа: наслаждаться всем и сейчас. Элис зависла на моменте, когда губы Кеннета шевелились при разговоре, еле заметная улыбка проскальзывала по ним, а уголки глаз складывались в легкий прищур, образовывая в уголках мимические морщинки. Все было так отчетливо видно, еще чуть-чуть и можно разглядеть малейшие волоски в яркой прическе нового знакомого, несмотря на искусственную подсветку фонарем. Это не было порывом страсти, так казалось более логичным и привычным. Просто прикоснуться своими губами к его, а дальше пустить все на самотек. Но к своему удивлению Скарре не почувствовала отклика со стороны парня. Точнее, было только напряжение или оцепенение. Она оттолкнулась с улыбкой разочарования на губах – конечно, такое чудовище, как Элис, может понравиться только, если не знать о девушке того, что она уже успешно выплеснула на голову Кеннета. Импульсивная, маниакальная, помешанная на контроле жизни собственного брата, только извиняться за стремление избавиться от одиночества Скарре не будет, не чувствует потребности в этом. Разве слова парня, что он будет стучаться ночью в ее дверь, не подвели девушку к этому выводу? Но тему стоило менять, однозначно.
          - А ты случаем не дилер? - улыбается она все той же глуповатой улыбкой и протягивает назад косяк. - Я бы стала твоим постоянным клиентом. Правда, сейчас на мели… - Скарре вспоминает о своих тридцати долларах в кармане и решает не углубляться в эту тему – неприятно быть нищей, когда ты себе этого никогда не позволяла. – Ай..! не важно. Забудь.
          Сейчас было главным не допустить неловкого молчания между ними. Элис просто не выдержит, если испортит простой человеческий контакт с Кеннетом, что в который раз докажет ее неспособность быть нормальным человеком. Хотя даже ее голубоволосый друг не считает, что «нормальность» является настолько важным качеством. Скарре прошлась ладонью по шершавой кирпичной стене здания бара, остро ощущая каждую неровность кладки.
          - Знаешь, у меня в детстве никогда не было домашнего животного в доме. Родителям казалось это излишним и пустым. А у моего друга есть кот, Птенчик. И я жила вместе с Птенчиком одно время, присматривая за ним, пока Оскар был в отъезде. Прикинь, ни разу не брала его на руки просто потому что не люблю котов. Но сейчас мне так хочется погладить кота, вот до ужаса хочу погладить кота, потискать ухо и ткнуть пальцем ему в язык, когда он будет зевать…

+2

14

Кенни согласно кивнул, когда Элис прокомментировала свои ощущения. Неплохо, даже отлично - вот и славно, именно к этому они оба стремились. Чтобы было отлично или хотя бы неплохо. Правильное курево дарило качественный расслабляющий кайф, который, конечно, не помешал бы после приключений в клубе.
Судя по тому, как шустро девушка приспособилась делать затяжки, она разделяла это мнение. Выражение её лица изменилось, она сама будто бы изменилась - а может, ему так казалось под воздействием дурманящей травы. Горечь пережитых неприятностей испарилась из её взгляда, мысли Элис сосредоточились на другом, и Кенни искренне понадеялся, что это на самом деле так.
А вот следующего жеста со стороны своей новой знакомой, загадочной девицы, которая продолжала звать его Дагоном, игнорируя имя, парень никак не ожидал. Она так быстро подалась навстречу, так ловко и внезапно у неё это вышло, что Кенни даже удивиться толком не успел - лишь потом, чувствуя соприкосновение своих губ с чужими, он ошарашенно застыл, с трудом соображая, как реагировать. И пока он соображал, естественно, Элис успела отстраниться.
Слишком резкий импульс с её стороны, слишком неловкая растерянность с его - и магия исчезла, момент упущен. Их единение превратилось в гнетущее молчание, которое обычно следует после подобных мгновений.
Кенни отвёл взгляд, заправил за ухо прядь волос. Ха, это мог быть его первый поцелуй с девушкой, а он всё упустил, дурак. Упустил и теперь чувствовал себя отвратительно смущённым, совсем не так, как подобает якобы двадцатитрёхлетним мужикам. Вообще-то он был отнюдь не против каких-либо физических взаимодействий с созданиями женского пола - как минимум из любопытства, насколько это может отличаться от аналогичных действий с мужчинами... Да что уж там, у него и мужчина был, по сути, всего один, но об этом вспоминать совершенно не хочется.
Элис первая взяла себя в руки, выручила их обоих.
- Э... нет, - Кенни нервно хохотнул, машинально отвечая на её вопрос. Думал он сейчас вовсе не о наркотиках и распространяющих их дилерах, - но я могу отправить тебя по нужному адресу, если хочешь. Только советую шибко не увлекаться - не знаю, насколько это всё реально опасно для здоровья, но для бюджета точно опасно. Затратно.
Разговор о "товаре" не пошёл, оборвался. Девушка мигом завела новый, и парень со смесью благодарности и облегчения присоединился. Сейчас можно поговорить и о котах, и об идиотских кличках животных, да хоть об инопланетном вторжении или шансах, что Путин развяжет третью мировую.
- Назвать кота Птенчиком - прикольно, - он хмыкнул, перебирая пальцы правой руки пальцами левой, - они, говорят, своенравные животные. И мстительные. Ткнёшь его в язык - а он тебе потом в тапки нассыт... У меня с котами опыта не было, зато в детстве у меня была собака. Здоровенная лохматая псина. Его звали Аморфис, хороший был зверь, настоящий друг, я ему книжки вслух читал... а потом его машина сбила, и больше мы никого не заводили.
Снова беседа свернула не туда, кривой поворот, неудачный изгиб слов - и они опять обсуждают что-то грустное, события прошлого, которое не стоит ворошить. Кенни будто растерял все навыки общения и социализации и ненавидел себя за это.
- А... - осмелившись наконец поднять взгляд на собеседницу, он выпалил первое, что пришло в голову. - А хочешь, я научу тебя рисовать граффити?
Спонтанно возникшая идея теперь звучала очень привлекательно. Почему бы и нет? Сейчас ночь, случайные прохожие им не помешают. Уличный художник прикинул в уме несколько мест, где у него лежали заначки баллончиков с краской.
- Сотворим что-нибудь крутое, совместное. Закрепим знакомство. Что скажешь?
Это почти как пить за встречу, только намного, гораздо круче.
Косяк как раз догорел, изжил себя и погиб вонючим окурком в грязной луже. Колфилд поманил Элис за собой, уводя её в тёмные закоулки.
- Здесь у меня всё, что нужно. Даже респиратор завалялся - вот, надевай, - через десяток минут они были на месте, и граффитист копался в хитроумно спрятанном рюкзаке. Выудив оттуда защитную маску, он протянул её девушке - сам Кенни не боялся надышаться чего-нибудь вредного, его организм наверняка успел за столько лет выработать что-то вроде иммунитета.
Оглядев горсть баллончиков, он с улыбкой кивнул на художественные инструменты.
- Выбирай любой и ни в чём себе не отказывай.
О, сегодня они оба точно ни в чём себе не отказывали.

+2

15

Life of ignorance is bliss
And I don't know why I'm doing this
You can take me for what I am
I was born a wild man, hey!
Don't crucify me, I'm no Jesus
I'm a sinner
© Red Elvises - Don`t Crucify Me

          - Мне жаль твоего пса, Кеннет. - Элис искренне сказала это и сочувственно положила руку на плечо парню, но тело ее почему-то выражало совершенно другие эмоции. Она еле сдерживала смех, изо всех сил закусывая губу. Странное ощущение, когда ты понимаешь, что так вести себя неправильно, отдаешь отчет в действиях, но все равно поступаешь нелогично и даже неадекватно. Девушка легонько поглаживала плечо нового знакомого, пока пыталась сдержать смех, а парню было явно не по себе. Глаза Кеннета отражали блики уличного фонаря и были очень притягательны на таком юном лице молодого человека. Скарре захотелось обнять его и сказать, что все будет хорошо. Этот порыв не был ей новым, в состоянии разного опьянения она любила тактильное выражение чувств: прижиматься, обнимать кого-то или дарить ничего не значащие ласки, как например почесать макушку брата или погладить щеку лучшей подруги.
          - Ээээ… - протянула Элис, когда Кеннет озвучил свое предложение. Она не знала, как объяснить свою принадлежность к искусству, но все же ей стало интересно, как будет происходит сей процесс ее обучения. И девушка прищурила глаза, но, поразмыслив немного, кивнула. - Давай, Дагон. Конечно, я только за. За одиночество мы пили, а за приятную компанию — будем рисовать — отличная идея. В моей жизни еще не было опыта подобного общения с мужчинами. Интересно даже. - и засмеялась открытым искренним смехом. 
          Кеннет поманил указательным пальцем Скарре в темноту за баром и выглядело это немного пугающим, если бы случилось это с человеком здравомыслящим, но Элис это казалось совершенно естественным и даже увлекательным, пока она не вспоминала о той большой и стремной заднице, что случилась в ее жизни, буквально, только что. Отказывать себе в праве на радость девушка не могла, честно сказать, была просто не в состоянии себя остановить.
          - Куда мы направляемся? - попыталась узнать она у идущего впереди парня. Глупая улыбка не сходила с ее лица, а Кеннет шагал уверенно и бодро, пару раз им приходилось перепрыгивать через небольшие каменные ограждения и продвигаться по темному проему меж двух строений. Но в конечном итоге вышли во двор невысоких домов с двухэтажной постройкой в центре. Она была предназначена не для жилого использования, а кирпичная кладка еще не успела обветшать от времени, поэтому объемному граффити она обязана придать милую кирпичную текстуру. Парень тем временем протянул ей респиратор из, одному Богу известно откуда взятого, рюкзака, а Элис критически осмотрела это средство защиты. Не получится так, что с респиратором окажется куда опасней дышать, чем без него, ну, да ладно, она кивнула и натянула  его на себя.
          - Я похожа на Сталкера из Зоны отчуждения? - быстро спросила девушка, приблизив лицо вплотную к лицу Кеннета и округлив глаза. - Скажи, скажи, похожа?
          Элис снова засмеялась, глядя на появившуюся улыбку Кеннета. Почему-то стало очень важным, чтобы он разделял ее веселье, чтобы они поровну делили этот вечер и ныряли в общую идею с головой. Девушка перевела взгляд на балончики с краской и задумчиво склонила голову. Цвет? Ага, да, выбрать цвет.
          - А что мы собираемся рисовать-то? - Элис уже представила у себя в голове  несколько эскизов картин, которые бы идеально вписались в текстуру кирпичной стены, особенно ей хотелось изобразить сына Дагона — синеволосого  человекотритона с трезубцем, и стоять он будет анфас со слегка повернутой головой, а там далеко на берегу одинокая фигура девушки  с зеленым сполохом в волосах. И уже целая история сложилась из фэнтазийного сюжета. Скарре очень хотелось, чтобы морской монстр утащил девчонку на дно, она будет задыхаться, ее легкие начнут гореть огнем, а мышцы сводить судорогой. И когда последняя искра человеческой жизни угаснет, она должна открыть глаза с плотной поволокой твердого хитинового покрытия на зрачке и посмотреть на свои удлинившиеся пальцы, что заросли красивыми розовыми перепонками. Так мир меняется в одно мгновение — но по сути это просто побег из реальности.
          - Это все? - переспросила она, перебирая балончики и приглядываясь к этикетке с названием краски. - Я, конечно, не эксперт в уличном искусстве, но как же маркеры? Я не уверена, что у меня что-то получится только одними аэрозолями. - девушка почесала переносицу поверх респиратора и снова взглянула в глаза своего собеседника. - Нет, правда, а что мы планируем изобразить?

Отредактировано Alice Scarre (2017-12-03 19:41:59)

+2

16

I, I will be King! And you - oh, you will be Queen!
Though nothing will drive them away,
We can be heroes just for one day.
And you, you can be mean. And I, I'll drink all the time!
And though nothing will keep us together,
We can be heroes just for one day.
(c) David Bowie "Heroes"

Когда Элис натянула респиратор, Кенни внимательно вгляделся в её лицо, соображая, правильно ли он надет. По словам девушки, она должна была походить сейчас на сталкера из радиоактивной зоны, но парню почему-то подумалось, что она скорее похожа на беглую преступницу, вынужденную скрывать лицо от своих преследователей.
- Ты похожа на будущую граффитистку, - здраво рассудил художник, подмигнув ей, и сам принялся копаться в своих запасах, - а рисовать, Элис, мы будем то, что подскажет воображение. Всё просто.
Конечно же просто. Сейчас у них не было цели создать провокационный графический лозунг или произведение искусства с глубоким философским смыслом. У них и времени на это не было. Не за один час такие вещи создаются.
Но кое-что они всё-таки могли... если объединить усилия. В отличие от Элис Кенни был уверен, что у них получится. Осталось только вселить уверенность в неё.
- Ещё как получится, - он оценивающим взглядом прошёлся по стене, выбирая место получше, и повернулся к собеседнице, - если не будешь спешить. Краска - штука капризная, ей нужно дать немного времени высохнуть, иначе потечёт.
С видом мудрого волшебника, посвящающего юного помощника в своё ремесло, Кенни серьёзно заявил, подходя к девушке ближе. Чем короче дистанция, тем тише голоса, а громко переговариваться ночью - плохая идея, какой-нибудь случайный свидетель может запросто заподозрить неладное и вызвать полицию. Колфилд, конечно, убежит и постарается сделать так, чтобы Элис тоже удалось удрать, но неожиданная погоня способна здорово испортить вечер.
- Чтобы писать большие рисунки, нужно много времени, сил и концентрации внимания. У нас сейчас нет практически ничего из перечисленного - во всяком случае, не в должном количестве, - он тихо усмехнулся, - но это вовсе не значит, что мы не повеселимся. Как раз напротив, мы будем рисовать то, что придёт в голову, полная импровизация. Просто... ну... отдайся своей фантазии, слушай своё сердце, все дела. Блин, это пафосно прозвучало, но это верный путь, - коротко хохотнув, Кенни мягко, но уверенно положил свою руку сверху на пальцы Элис, сжимающие баллончик, - вот такими движениями. Не расстраивайся, если сначала линии будут неровные. Эта техника требует освоения и практики.
Он отпустил тёплую чужую руку и отошёл на шаг назад.
- Попробуй сама. Смелее.
С довольной улыбкой Кенни следил, как на стене появляются новые красочные штрихи. Зря девица беспокоилась, у неё великолепно выходило, особенно для первого раза. Он почти гордился ею, как гордятся учителя своими учениками, хотя и не имел на то никакого права. Элис удивительно органично смотрелась тут, на фоне стены, взмахивающая художественным инструментом, будто волшебной палочкой, с лицом, предусмотрительно спрятанным за респиратором, скрывающим заодно мимику и эмоции. Что она чувствует? Улыбается, радуется собственным успехам? Или так глубоко сосредоточилась на рисунке, что не замечает ничего вокруг?
Он и сам бы с удовольствием присоединился, но натренированный чуткий слух уловил шуршание резины по пыльному асфальту. Проклятье! Они всё-таки сломали им весь кайф!
- Элис, копы, - он остановил художницу, снова перехватив её руку, - не будем рисковать. Открытая конфронтация нам точно не нужна, от нас ещё и травой несёт.
Ловко покидав баллончики обратно в сумку, Кенни не стал её заново прятать, а закинул на плечо, придерживая рукой. Второй рукой он снова нашарил ладонь спутницы и торопливо потянул за собой, в который раз уводя её по незнакомому ей следу, заставляя доверять и довериться ему, потому что иного выбора у бедняги не оставалось.
К счастью, Колфилд хорошо знал район - именно так, как положено знать местность тому, кто привык пересекать её быстро и бесшумно. Он старался не срываться на бег; пока что ситуация это позволяла. Только что беглецы свернули в один из сотни узких переулков, одинаковых, как размноженные клонированием близнецы, и остановились.
Кенни кивнул на высокий забор и улыбнулся:
- Если пойдём этим ходом, покажу тебе заодно пару своих творений. Не то чтобы шедевров, но достойных работ. А потом лучше нам свалить домой... местный патруль научен горьким опытом, и я тоже. Не хотел бы я, чтобы остаток ночи ты провела в участке.
Дело за малым - всего лишь миновать железное препятствие. Для высокого парня забор не был проблемой, а ради Элис он согласен сыграть роль благородного рыцаря.
- Подсажу тебя, - вызвался Кенни, отдавая новые инструкции, - хватайся за решётку наверху, она неострая, - кстати, идиотское упущение; кого останавливают эти заборы? Колючая проволока-то не всех останавливает... - с другой стороны сможешь осторожно спрыгнуть. Реально осторожно, окей? Заканчивать вечер в травмпункте тоже не очень круто, - он улыбался. Предупреждение про травмпункт - всего лишь шутка. Он верил в девчонку.

+2

17

All women are crazy,
All men are dumb.

'Cause though we know they're crazy,

We still want some. 
It's nothing new,

And it's sad but true:
 That we just can't quit 'em,

And we can't live with 'em,
 What's a man to do?


© Aurelio Voltaire - All Women Are Crazy

            А накурить воображение так же легко, как и свою собственную тушку. И если в предвкушении прорисовки эскиза фантазия рисовала богемные, наполненные смыслом картины, то на деле, как только в руке оказался балончик красной краски, в воображении резко наступил кофе-брейк. И почему красная-то? Этот цвет Элис не очень любила — слишком претензиозен, яркий и самостоятельный цвет, капризен во взаимодействии со всей гаммой, а пастельности совершенно не терпит, теряя сразу же свою привлекательность. Так и стояла Скарре перед чистым холстом-кирпичной кладкой, мерно встряхивая балончик. Она оглянулась на Кеннета, ища поддержки, а может ей просто нужна была отмашка на действие, типа:  «Ну, что? Поехали?». И Элис нерешительно нажимает на кнопку распылителя, микрокапли освобождаются под давлением и расплескиваются пятном на стене. Это даже завораживает, как и то, что теплая рука ложиться сверху. Ее новый друг не страдает дефицитом уверенность, это понятно из его точных движений и спокойного дыхания за спиной девушки. Но Кеннет отпускает руку и Элис ведет красную линию вверх, закругляя ее. Точка, пятно, красный потек и новая линия с легкой кривизной. Ах, ну, да, что может эгоистичная девушка изобразить на полотне, когда воображение решило взять выходной? Естественно имя — единственное и неповторимое, самое родное и любимое — свое. Элис! Но местные жители, так и не узнают имя того доблестного художника, который хотел увековечить себя на этих стенах, потому что возбужденный громкий шепот парня о полицейских остановил ее. Пока он быстро собирал свое имущество Элис поддалась панике и даже нервно затопала ногами на месте, не хватало еще поднять руки вверх и закричать «О, боги, что делать? Что делать?».
            У Скарре никогда не было предубеждения на счет блюстителей порядка. Ее дядя в бывшем коп, теперь детектив, но на счет травы Кеннет прав, лучше это дело не афишировать. Элис прижалась спиной к стене в узком переулке, полоска света от фонаря во дворе только-только достигала носка ботинка парня, скрывая их двоих во мраке. Девушка хихикнула, нервно выдыхая в маску, что все еще была на ней, и кивнула на предложение сигануть через забор. Так вот для чего нужны все эти часы, проведенные в тренажерном зале: чтобы в одну непонятную ночь, перелезать через забор, убегая от копов с практически незнакомым парнем.
            - Что за горький опыт? - тут же уловила Элис интересную тем и стянула респиратор, забросив куда-то в темноту дворика. Возражать по поводу творений пока не стала, выражать свое мнение нужно стоя перед картиной, а никак не судить о ней на слух, доверяя словам автора. Возможно, что там окажется полнейшая ерунда, а может статься, великолепнейший образчик стрит-арта. Элис ухватилась за верхний край металлического забора, уперла правую ногу в декорированный прут и подтянулась на руках. Кеннет, как и обещал, подсаживал и поддерживал ее, как мог. И только одна нога оказалась по ту сторону, желудок громко заурчал, чем вызвал неуемное чувство голода прям тут и сейчас. Скарре чуть пошатнулась и только покрепче сжала бедрами металлоконструкцию ограждения.
            - Не хочу в травмпункт. - капризно проговорила девушка, восседая сверху, как на лошади и смотря на парня сверху вниз. - Дагон, я есть хочу. - сказала она немного удивленным тоном, но потом пожала плечами, потому что знала, что это нормальная реакция организма, и спрыгнула по ту сторону забора. - У тебя есть чего перекусить дома? Мне даже кажется, что я сейчас в состоянии съесть все, что угодно и в любом количестве.
            Скарре наблюдала, как Кеннет перебрасывал рюкзак и быстро пересекал ограждение. Она подождала, когда его ноги коснутся асфальтного покрытия, а рюкзак займет свое место на плече. Элис требовательно протянула руку и взяла ладонь парня, и это выглядело мило до нелепости, как дети младшей школы.
            - Давай сейчас быстренько пробежимся по основным достопримечательностям и домой. - Скарре сорвалась на бег, но парень рванул ее назад. - Что? Не туда? Окей. Веди, Дагон.

+2

18

От вопроса о горьком опыте парень лишь отмахнулся, как от назойливой мухи - или от темы, на которую не хочется долго разговаривать. И вообще не время сейчас болтать, надо скорее перелезть забор и проваливать отсюда. Если бы Кенни был один, он уже давно бы бежал дальше по тёмным переулкам; Элис, которой вряд ли так же часто, как ему, приходится карабкаться через высокие ограждения, сильно тормозила процесс. Он не чувствовал раздражения - пусть лучше медлит, это ведь естественно, чем в самый ответственный момент неловко разожмёт руки и сорвётся головой об асфальт. Хуже, чем закончить вечер в полицейском участке, может быть только перспектива закончить его в больнице с открытой черепно-мозговой травмой.
Взобралась наверх девчонка действительно шустро, а вот слезать не торопилась. Колфилд скептически выгнул бровь, глядя, как она восседает не металлической перекладине, словно принцесса на белом коне, дерзнувшая пересесть из дамского седла в мужское. Будто подслушав его мысли, Элис добавила в их диалог немного капризов, приобретая большее сходство с почудившимся Кенни образом.
- Убежим - а там видно будет, - он пожал плечами и одобрительно улыбнулся, когда девица отважилась спуститься. Хороший вышел прыжок - не слишком громкий, не слишком неуклюжий. Могло быть гораздо хуже.
Настала очередь самого граффитиста, и он не подвёл: зацепился, подтянулся, одним прыжком перемахнул через препятствие и очутился рядом с Элис, будто просто телепортировался, как в компьютерной игре.
- Что-нибудь да найдётся, - он на секунду задумался над словами своей будущей гостьи. Есть ли у него еда? Сам Кенни ел так мало, словно всю энергию черпал не из еды, а из выкуренных сигарет, травки, запаха свежей краски, чего угодно, только не еды, и поэтому, наверное, оставался таким отвратительно высоким и тощим одновременно. В чёрном костюме его можно было бы запросто принять за Слендермена, наверное. И всё-таки что-то в холодильнике должно валяться... или на полках на худой конец. Чипсы. Орехи.
Он прислушался к отдающимся вдалеке чужим шагам. Глупые полицейские свернули не в ту сторону, и Кенни облегчённо выдохнул: получилось, они их обманули, запутали! Расслабившись - ровно настолько, чтобы не потерять при этом бдительности - он повернулся к девушке и подмигнул, хотя не был уверен, заметна ли его мимика в темноте.
- Мы их провели. Теперь быстро уходим - если ты не хочешь разделить ужин с копами... Представь себе, они реально жрут пончики, прямо как в анекдотах. Запивая дешёвым кофе.
Мерзость. Самый мерзкий напиток в мире - это жижа грязновато-коричневого оттенка, выдающая себя за кофе, которая льётся из кофейных аппаратов, с аппетитом поглощающих монеты с человеческих рук.
Похоже, вспыхнувший на горизонте мираж ужина в лучшей компании, чем блюстители закона, вдохнул в Элис силы и энтузиазм; она сама рванула вперёд, теперь вмиг превратившись из принцессы в того самого белого коня, который вырвался из упряжи и отчаянно мечтал ускакать на свободу. Кенни успел поймать её за локоть - почти как тогда в клубе.
- Мне нравится твоё нетерпение, - беззлобно усмехнувшись, он кивнул синей головой в другую сторону, - но ты выбрала не тот поворот. Давай за мной. И со мной. Не отставай.
Беглецы и авантюристы, они пробрались по узкой щели между домами на какой-то задний двор. Здесь на кирпичной стене красовался огромный рисунок: портрет выдуманной девушки с таким худым лицом, что оно скорее походило на обтянутый кожей череп. Мертвенная бледность кожи усиливало сходство с трупом, из-за чего вся картинка казалась несколько жуткой. Большие глаза распахнуты, как от испуга, тонкие губы приоткрыты, тоже от страха; обеими руками девушка в упор приставила к собственному лбу пистолет.
- Это пробный набросок, - художник придирчивым взглядом окинул своё творение, - более поздний - и более успешный - рисунок я нарисовал напротив окон одного политика, который ратовал за свободную продажу оружия. Я не верю, что это разрешение приводит к чему-либо положительному - кроме обогащения кошельков тех, кто им торгует, разумеется.
Кенни не стал мучить девицу дальше. Её желудок и без того издавал достаточно красноречивые звуки, отчётливо слышимые в ночной тишине.
Вскоре он уже ковырялся ключом в замке, пытаясь на ощупь вставить его в замочную скважину. В темноте маленькая прорезь была почти незаметной.
- Да чтоб тебя... - юноша тихо рыкнул сквозь зубы, и дверь мгновенно поддалась, словно испугалась чужих негативных эмоций. Кенни вошёл, распахивая створку пошире, пропустил Элис внутрь, запер замок и включил свет.
- Ну... добро пожаловать, что ли, - он хмыкнул, неловко пожал плечами и указал на диван в углу. - Считай, это гостиная. Располагайся, я посмотрю, что у меня есть из съестного.
Оставив гостью осматриваться, хозяин исчез на кухне, а через минуту вернулся оттуда с лукавой улыбкой на лице:
- А хочешь ещё чего-нибудь выпить? У меня полный бар.
В отличие от холодильника, где обнаружились только сендвичи, которые отец, в очередной раз повздорив с матерью, демонстративно проигнорировал и не взял с собой на работу. Но оголодавший желудок и этим набить можно, верно?

+2

19

I'll be coming home Just to be alone
Cause I know you're not there
And I know that you don't care
I can hardly wait to leave this place
© Three Days Grace - Home

            Пальцы Элис прошлись по шершавой стене, их кончиками она ощущала каждую неровность и жалела только об одном, что не может на ощупь почувствовать цвета, идею и истинное вдохновение художника. В тускловатом свете уличного фонаря девушка на изображении поражала своей бледностью, темные участки свето-теневой прорисовки на лице выдавали в ней узницу, как в старых концлагерях. Возможно, на первый взгляд она и была самоубийцей, но судить о картине, основываясь на первом мимолетном взгляде, не правильно. Элис прошлась из одной стороны стены в другую. Девушка еще очень тяжело дышала от бега, ее сердце только начало успокаиваться, а адреналин чуть снизился в крови.
            - Она прекрасна. - проговорила Скарре, снова трогая стену. Как все-таки здорово, что это уличное искусство, которое можно осязать через прикосновения. Все ощущения говорили, что изображенная женщина заложница собственной жизни, в ее взгляде не читалось отрешенности и видимого конца, она еще переживала, страдала и боялась неизвестности после выстрела. Не самоубийца! - сделала вывод для себя Элис. Почему-то это было очень важным. Скарре, которая была приучена с детства посещать воскресные мессы в церкви по желанию или без, взрослея возненавидела это занятие. Просто ребенок рос и видел сколько лицемерия и показной благочестивости помещалось в людях. Их сосед, мистер Грейсон, который частенько бил жену до полуобморочного состояния, набожно крестился всякий раз и сжимал руку своей супруги с улыбкой. Будь Элис на месте Бога, она бы этого никогда не простила такому лицемерному ублюдку. А все мамины подруги — они избавлялись от своих грехов исповедью, причастием и молитвами, но едва выходили за порог святого места, сразу начинали обливать грязью каждого, кто попадал в поле их зрения. Но есть вещи, которые укореняются в сознании, как дерево, что прорастает на склоне скалы. Они существуют и тем самым укрепляют сознание человека. К ним относится и суицид — запрещенная тема для истинного католика. Никогда Скарре не сможет оправдать в своих глазах ни совершение, ни доведение до самоубийства. И эта картина показывала все, что угодно, только не решение покончить с собой.
            Она повернула голову к Кеннету и поджала губы, не зная, что сказать. Но парень выручил ее, озвучив историю создания данной работы. Выходит основная идея в том, что чиновники планируют законодательно и обосновано убивать людей, вкладывая им в руки оружие своими разрешениями. И это не свидетельствует в пользу глупости население, это скорее говорит о обесценивании человеческой жизни в глазах людей. Но пространственно-моральные мысли прервало приземленное урчание в желудке. Скарре прижала ладонь к животу и извиняюще посмотрела на парня, тот в свою очередь улыбнулся и протянул руку. Как все просто: двое людей познакомились и просто приняли друг друга — без лишних эмоций, иллюзий и амбиций…
            Пройдя в двери парадной, Элис вдохнула полной грудью воздух этого дома, еле уловимый запах ванили. Живот отозвался на это еще одним урчанием, но обычного раздражения от голода не было. Скарре сбросила обувь, потрепыхав ногами, а та в свою очередь разлетелась по прихожей. Естественное действие у них в доме - она всегда снимала обувь и любила чувствовать босыми ступнями, как холодит паркет, создавая впечатление единения с местом. Но вот в гостях это было крайне редко, сейчас это можно просто списать  на действие травки. Не особо церемонясь, девушка прошла в гостиную — спокойные тона, мебель в стиле урбан двухтысячных и мягкий  гостиный гарнитур не под общий стиль, но на вид изумительный. Скарре сразу же шлепнулась на диван и, задрав ноги на подлокотник, блаженно закрыла глаза — полдня на ногах не шутки, потому что она не возвращалась домой за машиной. Может быть завтра, а может послезавтра, или никогда. «Никогда меня устроит» - кивнула она сама себе и окинула взглядом стены. Приятные пастельные обои в мелкий извилистый принт, на комоде красивые фотографии в рамках. Скарре подскочила, увидев на одной из них молодого  мужчину в патрульной форме. Коп! Чуть дальше этот же мужчина, но немного постарше, обнимает женщину с ребенком на руках и маленькую девочку, далее следовал снимок молодой и очень привлекательной девушки, чем-то похожей на ее нового знакомого.
            - Ты похож на маму. - высказала свое мнение Элис, резко обернувшись. - А это кто? - она пальцем указала на фото девушки и склонила голову на бок.
            Кенни вернулся без съестного, видимо в доме не привыкли есть где попало. И это немного задело девушку. Идеальный милый домик, память, отображенная на фотоснимках, а не на холодных смартфоторамках, как в Чикаго, и послушный сын. Она фыркнула и прошлепала в том направлении откуда появился парень.
            - Конечно хочу, что за глупый вопрос?
            На столе в кухне стояла тарелка с сендвичами, аккуратно завернутыми в пищевую пленку. Элис ухватила один, поспешно избавилась от упаковки и откусила приличный кусок, который мог только поместиться у нее во рту. У Кеннета на кухне не было такого подоконника, как у Эйча, и Элис привычным жестом умостила свои ягодицы на столешницу для готовки около плиты. Она скрестила ноги и периодически ими помахивала, как на качелях, при этом уминая сендвич, как самое вкусное, что она когда-либо ела.
            - Дахон, таш-ши шюда пиво, вино, вишки… в обшем, вше, фто ешть в доштупе. - уже более умиротворенным тоном проговорила Скарре с набитым ртом, ей наконец-то удалось укротить голод, а значит стать чуточку добрее. - Уммм…. Это ижумительные шендвиши….

+2

20

Кенни смотрел на свою гостью с лукавым прищуром, ожидая ответа. Разумно ли пить столько алкоголя за один вечер, да ещё и разного градуса? А плевать! О разумности никто из них уже давно не думал.
Наблюдательность Элис поразила его - приятно поразила, потому что он как художник уважал умение замечать детали.
- Серьёзно? - он вскинул брови, прикидывая, насколько сильным может быть его внешнее сходство с матерью на самом деле, и усмехнулся. - Она бы этому комментарию не обрадовалась...
На мгновение он забыл, что лихо прибавил себе несколько лет к возрасту в момент их знакомства. Теперь уже поздно идти назад... Странным со стороны должен выглядеть двадцати-с-хреном-летний парень, который до сих пор тусуется в одном доме с родителями. Но тем же и интереснее - ведь у Элис в голове уже наверняка сформировался определённый образ синеволосого чудака, и так же наверняка он расходился с реальностью минимум наполовину.
- Это Хлоя, моя сестра, - Кенни  взглянул на фотографию, прямо в смеющиеся глаза мисс Колфилд, такие же тёмные, почти чёрные, как и у него. Он любил свою сестру; наверное, если в мире остался хотя бы один человек, которого он по-настоящему любил, то была его сестра. На протяжении уймы лет Хлоя оставалась ему другом, которому Кенни доверял, к которому прислушивался; у них практически не было секретов друг от друга. Единственной тайной, которую он какое-то время скрывал от сестры, был его роман с Мортеном... и чем всё закончилось?
Тем, что парень принял решение соблюдать клятву, данную младшим поколением Колфилдов друг другу ещё в детстве: никаких секретов, все скелеты будут сообща зарыты в их общем шкафу.
- Она сейчас живёт в Л.А., - зачем-то добавил он с лёгкой тоской в голосе. Разумеется, он скучал по Хлое, потому что никакое виртуальное общение не может заменить полноценной встречи, - учится там. Короче, погнали на кухню.
Кенни поманил гостью за собой, уводя в соседнюю комнату, где на массивном деревянном столе их ждали готовые сендвичи.
Девушка проигнорировала стулья и устроилась на столешнице, вызвав смешок у наблюдавшего за ней хозяина квартиры. Любопытно, что сказали бы старшие Колфилды, если бы неожиданно вошли сейчас в столовую?.. Кенни представил гневный вопль отца, укоризненный взгляд матери - и улыбнулся ещё шире. Бунтарская натура Элис притягивала его сильнее с каждой секундой.
Не желая больше затягивать с выпивкой, он присел возле настежь распахнутых дверц бара, провёл рукой по длинной шеренге бутылок, пробуя их на ощупь, будто разбирался в алкоголе, как заправский сомелье, и вытащил одну наугад. Оказался действительно виски.
- Всё по твоему капризу, - пнув коленом по очереди обе дверцы, заставляя их затвориться, парень повернулся к Элис и торжественно потряс бутылкой, поворачивая этикету под свет люстры, словно под блеск театральных софитов, - разбавим пепси - и зашибись. А ты ешь пока, закусывай!
Кенни был убеждён, что его мать готовила не то чтобы хреново, но и не блестяще. А тут всего какие-то бутерброды без всяких изысков... Но с каким искренним наслаждением на лице Элис уплетала поданное угощение!
А вскоре на столе появились два бокала виски, разбавленного тёмной газировкой.
- Надеюсь, ты наелась, - мимолётно улыбнувшись, Колфилд протянул собеседнице один бокал и кивнул головой в сторону лестницы, - пойдём-ка, покажу тебе, что у меня в комнате есть.
Он повёл гостью за собой, переступая длинными тощими ногами сразу через две ступеньки. К счастью, лестница в их доме была удобная, широкая, на такой нелегко споткнуться или потерять равновесие.
Без лишних уточнений становилось очевидно, какая из дверей на втором этаже вела в комнату Кенни. Плотно закрытая, оклеенная плакатами, рисунками, надписями и чёрт знает чем ещё, она выбивалась из прочего интерьера, будто посреди типичного американского домика разверзлись врата в Ад. Именно так парень и сам видел свою комнату. И ему это нравилось.
Повернув ручку, он толкнул дверь плечом, распахивая створку пошире, и посторонился, пропуская Элис. Те же плакаты, рисунки - повсюду, то ли мрачные, то ли психоделичные. Стопки книг, неожиданно толстых, походивших на серьёзную литературу, а не комиксы о супергероях, которые ожидаешь увидеть в спальне молодых американцев. Художественные принадлежности, разложенные на столе, на полках, в ящиках и прямо на полу. Если в мире существует определение "творческого беспорядка", то это, наверное, был именно он.
Кенни подошёл к проигрывателю, вытащил целую стопку дисков из стоящей рядом коробки и протянул их девушке:
- Выбирай, что поставим. Любой.
Одновременно с этим он ловко перехватил её бокал, освобождая ей руки так, чтобы удобно было перебирать диски, и поставил его на подоконник, тут же опуская рядом свой. Кенни очень нравилось это окно; огромное, с широким подоконником, на который можно залезть. Потянувшись вперёд, он отворил замок и распахнул оконные створки настежь.
Свежий вечерний ветер подул в комнату; в нём не было агрессивного северного холода или тяжёлого южного смога. Лёгкий приятный ветерок, и только.
- Залезай, - Кенни сам вскарабкался на подоконник, сбрасывая ноги вперёд, чтобы они свисали снаружи, будто бы грозились вот-вот утянуть за собой вниз и остальное тело. На самом деле бояться нечего, сиденье устойчивое, крепкое. И не такое на своём веку повидало и выдержало, - не бойся, не упадёшь.
Он протянул Элис руку, чтобы помочь усесться рядом.
- Круто же. Круто сидеть здесь вот так, пить виски не на кухне, а на подоконнике, слушая хорошую музыку? - Кенни снова улыбнулся этой хитрой улыбкой, как Чеширский кот. Ему хотелось верить, что Элис тоже "круто". Почти романтично, если подумать. Есть в этом какая-то особая романтика - делить нечто уютное, интимное с человеком, который для тебя - загадка, который покрыт мраком. Благодаря такой атмосфере рождаются самые доверительные разговоры, самые откровенные признания. Когда два одиночества пересекаются и на краткий миг объединяются в яркую вспышку, чтобы вдохнуть друг в друга огонь, необходимый для поддержания жизненных сил.
А может быть, виски и травка окончательно затуманили Кенни рассудок, вот он и пустился в нелепые размышления, переводя взгляд с лица девушки на ночной пейзаж и обратно.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Thrash-metal romantics