в моём мире гаснут светлячки. я так много курил в тот вечер, когда ты уехал. так и не застал тебя дома, простоял на улице в пальто на голое тело... читать дальше

внешностивакансиихочу к вамfaqправилакого спросить?вктелеграмбаннеры
RPG TOP
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 10°C
Jack /

[telegram: cavalcanti_sun]
Jere /

[icq: 399-264-515]
Mary /

[лс]
Kenny /

[icq: 576-020-471]
Kai /

[telegram: silt_strider]
Francine /

[telegram: pratoria]
Una /

[telegram: dashuuna]
Amelia /

[telegram: potos_flavus]
Anton /

[telegram: razumovsky_blya]
Darcy /

[telegram: semilunaris]
Ilse /

[telegram: thegrayson]
Matt

[telegram: katrinelist]
Вверх

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » друг познается в беде


друг познается в беде

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

ГОСПИТАЛЬ СВЯТОГО ПАТРИКА | ДЕКАБРЬ 2017

Nicholas Wright & Aisha Hollbrook
http://i68.tinypic.com/2hqa1yw.jpg http://i65.tinypic.com/fvea6r.jpg

когда Аиша просит Ника помочь ей скрыться от погони, ему ничего не остается, как попытаться сделать это.

Отредактировано Nicholas Wright (2017-10-29 17:18:03)

+2

2

[indent] Ник любит свою работу: люди со сломанными жизнями и телами, которые он может чинить и тем самым помогать; непередаваемые ощущения смеси напряжения и вдохновения, когда стоишь за операционным столом и делаешь первый надрез скальпелем; радостная улыбка и гордость за проделанную работу, когда пациенты после реабилитации возвращаются к нормальной жизни. Ник любит помогать, спасать, латать. Ник терпеть не может не спать больше двадцати часов и цедить сквозь зубы поистине отвратительный кофе из автомата в конце коридора в хирургическом отделении; идти до кафетерия, чтобы выпить кофе, приготовленный в кофеварке, времени нет. Сил, впрочем, тоже.
[indent]Он вскидывает руку, смотрит на часы: стрелки невозмутимо показывают половину одиннадцатого ночи. Ему стоит пойти домой, принять душ, поспать несколько часов, но его дежурство закончилось несколько часов назад, на работе нужно быть в восемь утра, а у него пациент в реанимации все еще не очнулся после операции. Путь домой заказан, думает Ник и бросает несколько монет в прорезь в автомате, жмет западающую кнопку с надписью «эспрессо» несколько раз и ждет, когда адская машина выплюнет в картонный стаканчик темно-коричневую жижу с прогорклым вкусом.
[indent]Кофе горчит на основании языке, и Ник морщится, но выпивает все до конца: черт знает, сколько ему еще предстоит провести без сна и сколько поспать.
[indent]Когда кофе заканчивается после нескольких глотков, а стаканчик летит в мусорную корзину, наполненную до краев своими собратьями, Ник идет в сторону реанимации, чтобы в очередной раз за последние полчаса проверить, как себя чувствует девушка двадцати лет, только что перенесшая операцию на коленном суставе, прошедшую, впрочем, более чем успешно. Приборы равномерно пищат, все показатели находятся в пределах нормы, но это все равно не означает, что она должна будет прийти в себя.
[indent]Ник коротко вздыхает, поправляя покрывало. Такое иногда случается: люди просто не приходят в себя после наркоза, что бы ты ни пытался сделать. Он думает о родственниках, наверняка волнующихся в комнате для ожидания. Наверное, он все же не был достаточно убедительным, когда сказал, что все будет в порядке несмотря на то, что она все еще не очнулся. Если вообще можно быть достаточно убедительным, когда речь идет о чьем-то ребенке.
[indent]Соседняя койка в палате пустует, и он садится на нее, укладывает локти на колени и упирается лбом в ладони, ероша пальцами волосы. Усталость и беспокойство давят на плечи, и ему чертовски хочется заснуть прямо здесь и сейчас, слушая успокаивающее пищание приборов. В детстве, помнится, он часто засыпал среди этих звуков, когда проводил очередной вечер вместе с родителями на их работе. Его пускали в палаты, потому что он мог поднять настроение даже самым вредным пациентам своей по-детски непосредственной улыбкой и не по-детски серьезными разговорами о медицине.
[indent]Если бы только и сейчас все было так же легко, как в детстве.
[indent]Девушка просыпаться не собирается, на мониторе линия сердцебиения четкая, угловатая, будто сошедшая со страниц учебника. Ник снова вздыхает, но вздох смешивается с зевком.
[indent]В палату заходит медсестра, чтобы поменять капельницу. Ее движения точны, выверены благодаря годам практики. Она замечает его не сразу, но когда замечает, то улыбка, возникшая на ее лице, представляет из себя смесь дружелюбия и сочувствия.
[indent]– Не волнуйтесь, доктор Райт, она обязательно очнется, – говорит женщина, и Ник послушно кивает.
[indent]– Просто сообщите мне, когда это произойдет, хорошо? – просит он, и медсестра обещает найти его сразу же в этом случае.
[indent]Он тихо встает и выходит из палаты; коридоры непривычно пустынны, впрочем, это можно счесть за добрый знак – нет хуже предзнаменования, чем бегущий куда-то врач.
[indent]Ник идет в отделение хирургии, кивая знакомым, не желая вступать в диалоги; все его мысли направлены на небольшую каморку, спрятавшуюся под табличкой «служебное помещение» между кладовкой и туалетом, служащую неофициальным местом для сна с парой двухъярусных кроватей, на одной из которых уже кто-то спит, но Ник не может понять в полутьме, кто это. Хотя не то чтобы его это заботило.
[indent]Он накрывается одеялом с головой и забывается сном, едва голова касается подушки. Сон его впервые за последние дни похож на забытье, и это воспринимается, как спасение.

[indent]Будит Ника беспокойный стук в дверь; он моргает, пытаясь понять, что происходит. На часах без пятнадцати двенадцать, а его спящего соседа уже и след простыл. Стук не прекращается, и Нику приходится встать. Потягиваясь и зевая, он идет к двери, проклиная того, кто за ней стоит. Он слишком давно не спал без снов, чтобы воспринимать случившееся вторжение с меньшим раздражением. В конце концов, произойди какая-то экстренная ситуация, его бы выдернули не таким способом.
[indent]Впрочем, стоит ему отпереть замок, как дверь распахивается сама, и перед его взглядом предстает Аиша, выглядящая крайне обеспокоенной.
[indent]– Только не говори, что ты снова повредила ногу. Я вложил слишком много сил в то, чтобы исправить последствия твоего пребывания в тюрьме, чтобы проделать это снова, – шутит Ник вместо приветствия, но все же внимательно осматривает девушку с ног до головы, пытаясь заметить какие-либо проблемы, которые могли привести ее сюда. Удивляться тому, как она смогла проникнуть в отделение и найти его, он даже не собирается: знает достаточно об ее умениях, чтобы задавать ненужные вопросы.

+2

3

Жить на свободе оказалось не так просто, как могло показаться с первого раза. Конечно же, Аише во многом помогал Гвидо, который взял на себя ее обеспечение. Не бесплатное, конечно, а за ее труд и работу. Она не гнушалась самой тяжёлой и мерзкой работы, зарабатывая уважение и какое-то доверие, которое не приходит за один день и даже за неделю и месяц. Аиша прекрасно это понимала и никуда не торопилась. Она послушно выполняла все указания, даже если они казались очень странными, но в тоже время не забывала высказывать свое мнение, чтобы не казаться безвольной и серой мышью, которую можно воткнуть в любую щель. Аиша накрепко запретила себе думать о воровстве, пообещала себе, что никогда больше не будет этим заниматься, хотя, привычки не искоренить. Она ухитрялась спереть даже на комбинате пару кусков мяса. Вот уж точно она знала, был ли Гвидо в курсе, но, по крайней мере, он ей ничего не говорил, а, значит, никто не поймал за руку. А значит…В общем, жизнь шла своим чередом, но оставалось одно «но». Которое мешало Аише буквально жить. Мешало забыть прошлое и начать все с чистого листа.
Его лицо, улыбчивое и такое приветливое. Райана она всегда будет помнить, будет помнить тот дом, что он ей дал. Тех людей, которые были для нее семьёй, и пускай все это было фальшивкой, она относилась к ним именно так. Жаль, что только она сама. Для них…Для него это была игрой, и когда один из игроков оказался за бортом, Райан не стал за ним возвращаться и рисковать своей жизнью и судьбой. В тюрьме Аиша узнала, что якобы ее супруг погиб, разбился на машине, и его искорёженное тело еле смогли опознать, но все же врачи выписали справку о смерти. Сама же Аиша знала, что это не правда! Лишь на мгновение сердце ёкнуло, воспоминанием о прошлом, что было все-таки у них совместным, но потом злость снова накрывал с головой. Это все блеф, что бы окончательно очистить свое имя от меня! От этого позора тюрьмы, что бы убежать от наказания. Ты ведь был со мной! Как ты посмел меня бросить!
Эти мысли, эти эмоции не отпускали Аишу, она копала, рыла, докапываясь до истины, и вот когда гона практически подобралась вплотную, стали происходить странные вещи. Халлбрук начала замечать,  что за ней кто-то следит. Ходит буквально по пятам, отслеживает ее передвижения, человек, который умел это делать. Оставаться одной в квартире, которая была совсем расшатанной,  было страшно. Нет, Аиша не была трусихой, но и умирать она не хотела. А кто ее спасет? Бабка, которая не видит ни черта, или те прогнившие двери, которые не сдержат и ребенка. Но преследователь не давал о себе знать явно, не было никаких угроз, просто за ней велось странное наболюдение, которое пугало еще больше. Словно какой-то маньяк, который выслеживает свою жертву. Если бы не все эти совпадения, Аиша, наверное, так бы и подумала. Но девочкой глупой она не была, прекрасно понимала, с чем это связано. Что, я подобралась к тебе слишком близко, милый? Ты боишься раскрыть себя? Но Аише было плевать на то, кто его узнает и как он раскроется. У нее была совсем другая цель. Она искала его,  что бы убить, а на все остальное было плевать.
Жить ненавистью и желанием убить – это страшно, но Аиша ничего не могла с собой поделать, это появлялось каждый раз при воспоминании о прошлом. Но никто об этом не знал, даже Гвидо Аиша о своих планах не рассказывала, перекраиваясь тем, что просто хочет увидеть его и просто разоблачить. Но этого было мало для нее, слишком мало после всего, что она пережила. Нет, Халлбрук не винила во всех своих несчастьях группу и Райана, она ненавидела его лишь за предательство, которое повернуло ее жизнь совсем в другое русло.
Сегодня был вполне обычный день, Аиша собиралась с работы домой. Уставшая и вымученная вконец, она не сразу заметила, что за ней идут. Темные улицы прятали от глаз девушки силуэт мужчины, что шел за ней и останавливался, что бы пропустить ее вперед, когда она затормаживала, что бы передохнуть. Аиша любила ходить пешком по улицам, она считала, что с ней уже ничего страшного не случится. А сегодня она напрочь забыла, о какой-то слежке. Хотелось скорее прийти домой, коснуться головой подушки и узнать, тем более что завтра ее ждал выходной, и это не могло не радовать. Переходя пустую улицу, Аиша затормозила, что бы пропустить одиночную машину, и именно ее фары выцепили в темноте знакомый силуэт. Краем глаза Аиша поймала его и на мгновение замерла, чувствуя,  как воздух выбивает из легких. Так уж сложилось, что Аиша больше ориентировалась на органы чувств и ощущения, и именно сейчас ее обдало холодным потом. Что-то подсказывало ей, что это не просто слежка,  слишком долго она шла. Но разве кто-то решится просто так на улице выстрелить ей меду лопаток или прямо в голову? Хотя, почему и нет? Насколько Аиша успела узнать,  Райан обрел себе отличную крышу, которая могла отмазать его от всего. И вот сейчас стало безумно страшно,  и в тоже время злость подкатила к горлу. Ей так захотелось подойти к этому преследователю и дать себя поймать, что бы наконец-то увидеть глаза этого ублюдка!
Но в который раз твердила себе Аиша, что нужно ждать нужного момента. Нужно терпение. Поэтому она тихо выдохнула и пошла в сторону дома, но теперь уже понимая, что за ней идут. Нет, домой его вести было совершенно нельзя, раз он идет уже который час за ней, то явно что-то нужно было. Или запугать, или украсть или…Нет, Аиша все же старалась не думать о том, что ее хотят убить, не хотела. Да, она была девушкой,  и ей было страшно, в конце концов. Она не была всемогущей, и пусть даже  ее научили самообороне, от выстрела это не спасет. Снова завернув за угол, и поняв, что мужчина все еще идет следом, Аиша поняла, что нужно что-то делать. Звонить и подставлять Гвидо она совершенно не хотела, она была не уверена, что слежка именно за ней и по причине того, что она подобралась слишком близко, туда, куда не нужно было. На глаза попалась больница, мозг судорожно думал.
Ник!
Конечно же, совершенно не хотелось в это все втягивать мужчину, которому это было совершенно не нужно, но у нее не было больше другого варианта. Аиша почему-то была уверена, что Ник на рабочем месте,  он слишком любит свою работу. На какое-то мгновение губы девушки растянулись в улыбке. Он был для нее настоящим другом, хотя встретились они в странных обстоятельствах. Ее привезли по скорой сразу же после задержания.  Конечно, ни о какой заботе и говорить не приходилось, полиция не церемонилась. Кто будет лечить как нужно воровку и преступницу. Видимо ее привезли просто для того, чтобы не сдохла от боли и было в кого вцепиться. Но Аише повезло попасть в руки именно к Нику, который провозился с ее раздробленной ногой огромное количество часов, вернее не именно он, но почему-то именно этого парня она запомнила. В то время, он был ассистентом врача, но то, как он заботился о ней. Она помнила, как уплывало сознание от наркоза, и боль отступала, она помнила, как изначально именно Ник делал ей укол обезболивания, что бы она просто не задохнулась от боли. И именно его улыбку она увидела, когда пришла в себя. Кто-то скажет, что это дикость смотреть за преступницей, ведь рано или поздно она отправится туда, где ей место, но в нем не было никакого отвращения или осуждения. Это было так странно и необычно. После освобождения именно к нему Аиша вернулась, узнав, что Ник стал врачом, и теперь занимал значимое место в больницы. Да, многое меняется с годами, в кого-то в лучшую сторону, у кого-то…Осталось только одно, его искренняя улыбка и ее радость от встречи. Правда, повод был не особо радостным.  Николас настойчиво требовал рассказать ему, откуда новые синяки и повреждения ноги, конечно же, и жаловаться, да и сливать информацию не хотелось, но для нужного лечения нужна была правда.  Пожалуй, он был единственным человеком, который знал о том, что с ней там делали, что бы получить правду.  Но даже с ним Аиша не позволяла себе слезы, говоря об этом как о какой-то просто обычной истории.
И вот снова она у порога этой больницы, но уже с куда большей помощью, все еще несколько секунд раздумывая, стоит ли его втягивать в это или нет. Пробрать через проходную не составило труда, Аиша была уверена, что мужчина не пойдет за ней. Охранник, видимо решив, что не будет ничего такого, решил придремнуть, что позволило Аише проскользнуть, не издав ни звука. На вешалке в коридоре висели халаты, видимо для посещения. Выхватив его пальцами, Аиша накинула на плечи и скользнула на второй этаж. Девушка быстро шла по коридору, спиной ощущала опасность, не понимая вообще до конца что происходит. Впереди появился сонный мужчина, и Аиша снова остановилась, но увидев его состояние, решила воспользоваться ситуацией.  Запахнув халат, и сделала непроницаемое лицо, Аиша подошла к незнакомку. – Простите меня, пожалуйста, где я могу найти доктора Райт? Его срочно ищут! – Аиша была феноменальной актрисой, когда нужно было, да и сыграло то, что доктор явно только проснулся и особо ни черта не понимал. Но нужная информация дошла до него, и он махнул рукой в сторону подсобного помещения. Аиша горячо выдохнула, говоря спасибо судьбе, что он сегодня дежурил. Пробраться в больницу – уже было преступлением, а если учесть, что ее срок еще не вышел, то это было очень рискованно. Аиша кинулась к двери, дернула ручку, понимая, что она закрыта. Ударила несколько раз кулаком и внутренне сжалась, услышав шаги. Да что же это такое! Неужели он как то и сюда пробрался! Суеты не было. Выстрелов Аиша тоже не слышала. А вдруг там глушитель? Мурашки побежали по позвоночнику, но девушка старалась не поддаваться панике. Ну же, Ник! Открывай!
Дверь открылась, и Аиша увидела знакомое и заспанное лицо. Ох, прости, разбудила. Про себя подумала девушка, обязательно извинится за это, но пока не до этого. Ну да, конечно, она у него осталась в памяти только из-за возни с ногой? Нет, Аиша прекрасно понимала, что это дружеская шутка, они вообще так и общались. Подкалывали друг друга, порой даже жестко, но никто не обижался и не дули губки. Ник многое видела в силу своей работы, а Аиша пережила многое на своей шкуре, что бы быть нежными ромашками.  – Ник… - Но она не успела ничего сказать, как шаги стали приближаться, и Аиша сделала единственное что могла. Она быстрым движением положила ладонь на губы мужчины, что бы тот ничего не говорил, и резко вошла в помещение, закрыв за собой дверь, замерев буквально не дыша. Глазами она поймала взгляд Ника, стараясь передать ему тот смыл, что нужно было. Молчи, просто молчи, я все объясню потом. Ощущалось, что тело девушки подрагивало,  и ей было страшно. Шаги становились все громче, в итоге было понятно, что незнакомец медленно прошел мимо и начал удаляться куда-то по другому курсу, в другой конец коридора. Только когда шаги полностью стихли, Аиша убрала руку и сдавленно застонала, облокачиваясь лопатками о стену. Ноги подрагивали, и нужно было время, что бы успокоиться. Но времени у нее не было, хотя… - Ник, прости, что я так…Тут такая ситуация. – Аиша отчаянно подбирала слова, а потом плюнула на это гиблое дело и еще раз выдохнула. – Дело не в ноге, я не знаю, почему и зачем, но кто-то за мной следит. Уже не первый день. – Аиша подняла руки к голове и судорожно начала массировать виски, потому что голова раскалывалась. – Я не знаю…Сегодня что-то случилось, он даже пролез в больницу как-то! Я не могу идти домой, я пришла сюда, прости. – Она говорила быстро,  и было видно, что чувствует себя и виноватой, и напугана до безумия. Если уж он пробрался сюда, то, что его остановит тогда вообще? Я не думала. Что он сюда придет, но…Черт! Я не знаю, что делать! В полицию мне…нельзя. – Аиша вздыхает снова, запуская пальцы в волосы и чуть натягивая. Это было правдой, любая шумиха вокруг нее, даже если это грозит ей опасностью, может привести ее обратно за решетку, чего Аиша совершенно не хотела.

+1

4

[indent] Аиша не успевает ничего ответить; только произносит его имя, и тут же испуганно оборачивается, обрывая саму себя на полуслове. Ее ладонь моментально оказывается на его лице, и он даже не успевает ничего понять, как оказывается в каморке. Девушка замирает, не убирая руки от его лица; отвечает на недоуменный взгляд трудночитаемым выражением, однако Ник чувствует ее напряжение и, если его не подводят собственные инстинкты, чертовски напугана. Так что Райт послушно ждет, когда затихнут шаги – на несколько мгновений затихшие прямо напротив двери, словно кто-то остановился рядом – и Аиша все же освободит его рот и нос, позволив нормально дышать.
[indent]Она тихо и устало стонет, откидываясь назад, опираясь о дверь; колени ее дрожат. Ник подбирается – на всякий случай готов подхватить ее, если вздумает упасть в обморок, и ждет, пока она будет готова объяснить ситуацию. Задавать бессмысленные вопросы не видит смысла.
[indent]Пока девушка пытается сбивчиво объяснить цель своего визита, Райт замечает, как она болезненно морщится, массируя виски. Ему не нужно много времени на раздумья: продолжая слушать подругу, он достает небольшую аптечку «для своих» из тумбочки, стоящей у кровати, наливает в стакан воды из кулера, находящегося тут же, и кидает туда таблетку аспирина. Пока жидкость шипит, Аиша успевает закончить говорить; сразу же будто поникает, словно сил хватило ровно на оправдания и завуалированную просьбу о помощи.
[indent]– Так, для начала успокойся, хорошо? – Ник аккуратно подхватывает ее под руку и подводит к кровати, усаживает на нее, дает в руки стакан с растворенным в воде аспирином. – Выпей это: должно помочь от головной боли. По крайней мере нашим ординаторам после пьянок помогает, – он коротко усмехается и присаживается перед ней на корточки.
[indent]– В полицию никто обращаться не будет, поняла? – Райт заглядывает ей прямо в глаза, дожидается положительной реакции и только после продолжает. – Ты пока посидишь здесь, успокоишься, выпьешь аспирин, а я схожу проверю, есть ли кто чужой в коридоре. Если по больнице шатается какой-то явно опасный тип, я не могу оставаться в стороне. Со мной ничего не случится, не волнуйся, – он поднимается на ноги и идет к двери. – Не высовывайся, поняла? Я закрою дверь, и открыть ее можно будет только с помощью пропуска, – он показывает ей пластиковую карточку со своим именем и фотографией, висящей на шее на ленте и до этого лежащую в нагрудном кармане медицинской формы. – Если кто-то придет сюда, скажи, что ты ко мне и я тебя оставил, потому что меня срочно вызвали к пациенту.
[indent]Он салютует ей и ободряюще улыбается, а после выходит из комнаты.
[indent]В коридоре все так же пустынно, как и было несколько минут назад. Ник старается сильно не топать, проходит чуть вперед, заглядывая за угол. Никого нет. После идет назад, всматриваясь в еще одно переплетение. Никого. Ему начинает казаться, что Аише просто показалось, однако он замечает какое-то движение справа от себя.
– Постойте, – строго и громко говорит он незнакомцу в черной кожаной куртке и кепке, надвинутой на глаза. – Вы кто? – идет по направлению к подозрительному парню, который тут же чуть ли не подпрыгивает на месте и начинает быстрым шагом удаляться прочь. – Стойте, – парень пускается бежать и теряется из виду, выскочив за дверь, ведущую на лестницу.
[indent]Николас подозрительно щурит глаза и возвращается обратно, к Аише, все же периодически оборачиваясь, чтобы проверить не вернулся ли подозрительный тип на этот этаж.
[indent]Когда он возвращается, то в комнатушке все также присутствует только девушка; видимо, все его коллеги пока не настолько устали, чтобы идти спать.
[indent]– Я не буду спрашивать, куда ты ввязалась, – с беспокойством и долей осуждения говорит Ник. – Но я надеюсь, что этого парня послали за тобой просто следить и он не станет устраивать бойню в больнице, чтобы заставить тебя показаться, – звучит слишком мрачно и, пожалуй, грубо, но Райту действительно не нравится, что по отделению шатается какой-то бандит.
[indent]Он ерошит волосы, а после трет ладонями лицо; другу нужна его помощь, и он не видит никаких препятствий для того, чтобы ее оказать.
[indent]– У тебя есть безопасное место, в которое ты бы могла пойти? Нельзя же сидеть здесь вечно, – Ник присаживается на тумбочку и скрещивает руки на груди, решительно настроенный на разработку плана.

+1

5

Конечно же, нужно было успокоиться и пораскинуть логически головой. Ведь не за тем же он за ней шел, что бы грохнуть в больнице. Не был этот преследователь похож на психа, который по велению каким-то там порывов готов переть напролом. Судя по тому, сколько за ней следили и как, этот человек был очень опытным и умным и вот так лезть на рожон не стал бы. Поэтому вряд ли он хотел ее убить прямо в больнице. Скорее всего, запугать, ну или утащить ее, заткнув рот каким-нибудь кляпом. Черт…Аиша сжала зубы, как перестать бояться, в конце концов? Да она была отчаянной девочкой, у которой порой отключались мозги и она могла влезть в такое дерьмо от которого потом хрен отмоешься, но когда дело касалось ее собственной жизни…Здесь было куда все сложнее. Она не была роботом, которому было наплевать на все,  лишь бы достичь поставленной цели, нет. Она умела бояться, и в данный момент этот страх не давал ей даже думать трезво и логически. Здесь она была в относительной безопасности, этот мужчина не станет себя подставлять и убивать ее в этих стенах, откуда не сможет легко сбежать до приезда полиции, да и какая полиция! Этого Аише было совершенно не нужно. Девушка настолько боялась правоохранительные органы, что даже не подумала, что ей мертвой будет все нравно. Но страх сидел где-то глубоко, внутри, разъедал изнутри, и скорее даже Халлбрук боялась их сильнее, чем какую-то другую опасность. Говорят, что полиция создана, что бы люди доверяли им, верили и чувствовали себя защищёнными? Так вот, Аиша была совсем по другую сторону, и малейшие неприятности и ее с удовольствием вновь упекут за решетку, и тогда уже один Бог знает, чем все это закончится и сможет ли она выдержать снова этот ад, ощутив наконец-то свободу, ради которой пошла на многое.
Аиша уже и позабыла,  насколько всегда обходителен и заботлив Ник, поэтому, когда он протягивал ей стакан, она сначала даже не понимает к чему вообще, потом только доходит, что протягивает стакан с водой. Или нет? Нет, там что-то ещё. Недоверие к людям настолько заполонило голову, а сейчас было так обострено, что Аиша поднимает на него подозрительный взгляд, мучительно пытаясь вспомнить, что он туда бросил. Какая-то шипучка. Я терла виски. Ах, аспирин. Из уст девушки срывается протяжный стон, даже со злости на саму себя, что настолько ее смогли вышибить из калии. Почему она и правда так отреагировала, ведь знала, что в любом случае при людях ее трогать не станет, а в крайний момент она всегда может попросить помощи у Гвидо. Тот, конечно же, устроит ей взбучку, что она влезла, куда не нужно без его ведома и обманывала его, но уж лучше так, чем оказаться мёртвой в канаве. Переживания были связаны, скорее всего, еще с тем, что Халлбрук понимала. Что она слишком близко подошла к намеченной цели, что бы сейчас расстаться с этим. Она прекрасно понимала, что Райна буквально видит ее, чувствует глазами этого ублюдка, которого представил к ней. Но боится или не хочет встретиться с ней лично! Считает,  что я не достойна? Или настолько противно? Злость граничила с ужасом, смешиваясь в единый мерзкий коктейль, который высасывал из девушки все последние силы. Хотя сейчас, стало немного лучше. Конечно, ведь она находилась с человеком, которому по профессии положено спасать людей. Аиша улыбнулась уголками губ, садясь на кровать и принимая стакан. Руки ее подрагивали, но уже не так сильно. А вот голова была готова лопнуть от напряжения или облегчения? Да черт его поймешь. По крайней мере, расслабляться тоже не стоит, она не могла залезть в голову тому ублюдку и понять, что ему нужно в конечном итоге. Зная предательство Райана, и зная, что он в курсе ее преследования, он мог тот дать приказ и на убийство.
Так все, успокоилась!
Аиша чуть покачала головой и кивнула, словно соглашаясь с Ником о том, что все, вот она прямо взяла и тут же перестала переживать. Но мужчину то успокоить нужно было, в конце концов, ему явно было не нужно, что бы она свалилась на голову, мешая отсыпаться. Наверняка была тяжелая смена, а тут еще она. Как-то стало даже стыдно, и Аиша немного повела плечом, словно от отвращения к самой себе. Запуталась и теперь не может из этого дерьма выбраться сама. Халлбрук ненавидела это ощущение сильнее всего. Она ненавидела, когда что-то шло не по плану и скользнуло из ее пальцев.  – Куда ты собрался, Ник? Ты не видишь, он псих, раз полез сюда за мной! Не надо туда ходить! – Аиша даже слишком громко вскрикнула, а потом резко заткнулась, понимая, что сама может себя выдать и заговорила тише. – Ты можешь обратиться к охране, не хочу туда сам, Ниииик…– Но мужчину разве можно переубедить в чем-то, когда он уже что-то для себя решил? Конечно же, нет, поэтому даже то, что Аиша держала его за руку, уцепившись и попытавшись никуда не пустить, все было бесполезно. Она лишь вздохнула, смотря на ключ – пропуск и коротко кивнула, чувствуя,  как волнение нарастает теперь за мужчину. Волноваться за других как оказалось было куда проще, чем за себя.
Сколько Ника не было, Аиша не засекала, но каждый раз бросала взгляд на часы, что висели на стене, тем более что они противно тикали. Как здесь люди спят? Но Халлбрук не брала в расчет то, что доктора приходят сюда такими измотанными, что совершенно все равно. Проваливаются в сон так быстро, что, кажется, даже пушечный выстрел их не разбудит. Пока Ника не было,  Аиша думала о том, что теперь ей делать. К Гвидо идти сейчас было как минимум глупо, да и вообще беспокоить его. К себе возвращаться было опасно, именно там очень легко ее будет прихлопнуть и списать все на несчастный случай. Оставаться здесь…Нет, это был самый гиблый вариант. Аиша тряхнула головой и сжала пальцами сильнее стакан, допивая последнюю часть жидкости, подмечая, что голова немного начала проясняться. Да, действительно помогает…
Когда Ник вернулся, то сразу стал  понятно, что и он наткнулся на этого мужика, и явно был недоволен больше, чем вначале. Быть может, Ник ненароком подумал, что у Аиши просто мания преследования и нужно просто успокоить подругу, но сам, убедившись в том, что угроза висит не только над ней, но и над всеми, кто был в больнице, явно был разозлен. И пусть он пытался не показывать этого. По крайней мере, по отношению к Аише, то было все-таки видно. Да и Халлбрук была не дурой, она понимала, что сама привела преступника сюда и подвергает опасности многих.  Его слова были тому подтверждение, Аиша даже чуть голову опустила, тяжело вдыхая воздух, которого стало резко мало. Стыд или злость? Скорее злость, которой в Аише было слишком много, что бы явно скрыть ее.  Она чуть качнула головой и поставила стакан на столик, вставая на ноги. – Ему нужна только я, он не станет трогать других людей, тем более зная, что они мне никем не являются. – Да, выманить ее можно было, если бы здесь лежал кто-то из ее близких. Но плюс того, что Аиша не имела как таковых близких людей, это то, что ее никто не мог подцепить этим.  Наверное, это во многом было причиной и ее одиночества, чем меньше людей вокруг нее, тем в большей они безопасности, если учесть ее жизнь. – Но ты прав, отсюда нужно уходить, мало ли что у него в голове и кто нечаянно на него нарвется. Он уйдет за мной, я уверена. – Слова давались как-то сложно, но Аиша старалась, чтобы голос не дрожал. Она уже для себя решила, что не хочет подвергать кого-то опасности. Да и план практически был…Наверное. – Нет, такого места у меня нет. Дома он меня найдет, если учесть, что слежка ведется уже давно. А кого-то подставлять так же как и тебя совершенно не хочется. – Аиша дернула плечом и в глазах вспыхнула настоящая лютая ненависть. – Говорят, что полиция это место, где всегда можно найти защиту. Так забавно получается, что именно там находятся все самые ублюдские извращенцы, которые любят крики боли… - Аиша дрогнула, вспоминая,  как ей ломали ногу, снова и снова и как она кричала. Ник наверняка понял, о чем она, ведь прекрасно знал, что в тюрьме просто так нога сломаться не сможет. Он прекрасно видел, что над ней издевались по характеру переломов, уже новых.  – Я уйду одна и пойду по улицам и людным местам, он не станет меня трогать, а утром станет проще. – Аиша была уверена в идеальности и своего плана, хоть и было страшно. Но находиться здесь дальше было глупо. Только она не учла маленького нюанса, ее уже фиг кто одну отпустит. Ведь Халлбрук так и не научилась верить в хорошее в людях.

0

6

[indent] Нику кажется, что он просто храбрится: боится того, что может случиться, дико – иначе бы не пришла сюда, – но в то же время не хочет никого подвергать опасности из-за своих проблем, и мечется. Это не может не вызвать в нем чувства гордости за нее и опасений из-за того, чем способна обернуться эта слежка. Так что стоит Аише попытаться уйти, как Николас останавливает ее: хватает за руку и отрицательно качает головой.
[indent] – Более идиотское решение ты приняла только когда решила начать разрабатывать ногу спустя три дня после операции, – он легонько сжимает ее ладонь, надеясь, что этот жест сможет показать ей, что она не одна, и на ее стороне есть друзья, которые не откажут в помощи. – Никуда ты не пойдешь, пока мы не найдем способ вытащить тебя без привлечения ненужного внимания, – Райт осматривает комнату, в которой они застряли, пока не придумают хоть что-то, хотя бы отдаленно напоминающее стоящий план действий.
[indent] И тут его взгляд падает на сумку с одеждой и сменной хирургической формой, которую он забыл унести с собой в раздевалку, когда его неожиданно вызвали на срочную операцию. Ник достает оттуда форму и протягивает Аише; достает из кармана свою счастливую хирургическую шапочку аляповато-зеленую с ярко-розовыми бабочками – не самая подходящая, казалось бы, шапочка для хирурга-мужчины, но его отец в свои лучшие годы выходил к хирургическому столу в шапочке с голубыми единорогами, так что…
[indent] – Переоденься в это; на ноги у меня ничего нет, так что, думаю, обойдемся бахилами. Попробуем сбить твоего преследователя со следа, чтобы незаметно выйти на парковку. У меня там стоит машина: с ее помощью уже можно будет что-то придумать, – Райт отворачивается и рассматривает трещины на краске, покрывающей стены, пока девушка переодевается. Ее одежду он складывает в свою спортивную сумку, которую заталкивает обратно под кровать, где она до этого и находилась, перед этим после коротких раздумий вытащив оттуда ключи от машины и квартиры.
[indent] Форма оказывается больше на несколько размеров, но это не так важно: зачастую врачам приходится носить одежду не по размеру. Темные волосы отлично помещаются под шапочкой – только несколько прядей торчат, так что Ник чуть расправляет одежду на девушке, после выходит на несколько минут в коридор, чтобы достать бахилы и медицинскую маску, которые просит ее надеть на себя.
[indent] – Ну, так уже лучше, – довольно кивает Николас и аккуратно выглядывает в коридор, в котором никого подозрительного не обнаруживает. – Пойдем, – тихо говорит он ей, жестом показывая, что можно выдвигаться. – Держись рядом и иди уверенно, – шепчет на самое ухо, улыбаясь проходящей мимо медсестре.
[indent] Они почти доходят до лифта, как из-за угла появляется тот самый незнакомец в черном, которого Ник уже встречал. Он, кажется, узнает Аишу; Райт усердно делает вид, что ничего не заметил, а после буквально затаскивает девушку за собой в только что подошедший лифт и начинает тарабанить по кнопке быстрого закрытия дверей. Незнакомец не успевает зайти вслед за ними и сейчас наверняка стоит и смотрит, на каком этаже остановится лифт.
[indent] Николас нажимает кнопку этажа, на котором расположена реанимация; на немой вопрос в глазах Аиши лишь прикладывает палец к губам, призывая молчать, и подмигивает, показывая, что ситуация находится под контролем.
[indent] Как только двери открываются, он хватает девушку за руку и тащит за собой в сторону реанимации, восхваляя всех известных ему богов за то, что никто не встречается по пути из хороших знакомых. В реанимации тихо, и Ник отпускает ее руку, жестом прося следовать за ним.
[indent] Они заходят в палату, где лежит девушка после недавней операции, и у Райта сжимается сердце, когда он бросает случайный взгляд на ломанную линию сердцебиения на мониторе аппарата. Пациентка все еще не очнулась.
[indent] – Ложись сюда, скорее, – приказывает Аише Ник и укладывает на соседнюю свободную койку, накрывает простыней и молниеносно подключает все аппараты. – Лежи тихо, – говорит он и подходит к своей настоящей пациентке; проверяет реакцию зрачков на свет карманного фонарика, который всегда носит с собой, и вздыхает, неудовлетворенный результатом.
[indent] Дверь в палату приоткрывается, и Райт мгновенно поворачивает голову на звук.
[indent] – Вам нельзя здесь находиться, – щурится он и стремительно идет к двери, едва заметив знакомый темный капюшон. Незнакомец снова сбегает; Ник подходит к местному телефону, висящему на стене.
[indent] – Охрана? Доктор Николас Райт, хирургия. Мне показалось, что в реанимации есть посторонние. Вы бы не могли проверить. Да? Спасибо большое, – и сразу же возвращается к Аише. – Пошли, у нас мало времени. Надеюсь, охрана отвлечет его, если он, конечно, еще на этом этаже, – Ник ведет ее к пожарной лестнице, с помощью которой они спускаются на два этажа ниже и после уже на лифте спускаются на подземную автостоянку.
[indent] Пищит пейджер. Черт. Черт. Черт.
[indent] Он доводит Аишу до своей машины, сует в руки ключи от автомобиля и квартиры.
[indent] – Я живу на пересечении 23-ей Стрит и Кей Стрит. Езжай туда и жди меня там, поняла? Когда доберешься, позвони мне, чтобы я знал, что все в порядке. Я приеду, как только разберусь кое с чем. А пока езжай, – он сжимает ее руку с ключами и еще раз подмигивает, а после убегает наверх в реанимацию: пациентка после операции либо пришла в себя, либо решила усложнить ему жизнь еще больше.

+1

7

- И без меня было кому разработать ногу после операции. – Аиша даже, кажется, огрызнулась, но вовремя прикусила язык. Ник не был виноват в том, что ублюдки таким способом хотели надавить на нее. Проще было сказать, что во всем виновата была она сама, хотя врач прекрасно понимал, как она получила повреждения. Но это было давно и разговаривать, а тем более спорить об этом было глупо, тем более, когда нужно было что-то предпринимать. Хотя Аиша была уверена, что решение уже принято, но нет. Ник решил совсем по-другому, подвергая опасности и себя и всех, кто здесь находился. Как бы ни было страшно Аише, она все-таки думала, что здесь не будут устраивать бойню, потому что Райану это было не нужно, мужика приставили следить за ней и тихо убрать, а не устраивать резню. Она не знала каким сейчас стал ее бывший муж, и, несмотря на его предательство, она прекрасно помнила, что мужчина не был способен на массовое убийство. Вор, он всегда будет оставаться таковым, но не убийцей. Хотя…Приставил же он к ней этого бугая, и явно не для того, что бы просто запугать. Неужели ты так хочешь от меня избавиться? Снова.
Аиша вздохнула и кивнула головой, с Ником порой было бесполезно спорить, да и чего греха таить с ним она ощущала себя в большей безопасности. Да, она была сильной девушкой, да она многое пережила, но, черт возьми, может же она быть в кой то веки побыть слабой и спрятаться за спиной своего друга. Но все равно расслабиться не получалось, она знала что по больнице расхаживает наемный убийца, и он приставлен к ней. – Что? – Аиша нее сразу поняла, но когда увидела, что Ник протягивает ей больничную одежду врачей, то мысль достигла ее головы. Она отвернулась от парня, и начла переодеваться, даже не смотря на то, наблюдает он за ней или нет. Ник настолько был правильным, что Халлбрук была уверена, что он даже ни глаза не покосит  в ее сторону. Кажется у него была пара, да…А она тут со своими проблемами. Вздохнув, Аиша повернулась уже одетая в форму врача, и даже чуть улыбнулась. Возможно, это была какая-то истерическая улыбка. Волосы быстро были заправлены в шапочку, лишь несколько прядок торчало.
Теперь нужно было выбраться отсюда, не привлекая внимания. Они вышли из палаты, Аиша шла рядом с Ником, который улыбался проходящим мимо одиноким медсёстрам и врачам. Аиша старалась опустить голову, что бы ни у кого не возникало лишних вопросов. Персонал больницы обширный, но в большинстве своем все врачи и сестра знали друг друга в лицо, и новое всегда бросалось в  глаза. Вроде бы все шло как нужно, но в очередном повороте, она практически лицом к лицу столкнулись с преследователем. Сердце ухнуло вниз, но Ник не растерялся, буквально утащив за собой девушку в лифт, вовремя нажимая нужный этаж, и двери захлопнулись прямо перед носом этого ублюдка. Что ему от меня надо, что он так отчаянно идет на такие шаги? Настолько запугать меня? Или реально ему все равно, что с ним будет после того, как он грохнет меня? Тогда бы бойни точно не избежать. Скорее он просто запугивает…
Лифт открылся, и они тут же оказались у двери, ведущую в реанимацию. Аиша замотала головой, но ник резко ее одернул, заставив замолчать,  и они вместе вошли в палату. Там лежала девушка, аппаратик попискивал, давая знать, что она жива, но видимо еще не отошла от наркоза. Скользнув по ней взглядом, Аиша тут же оказалась в кровати, вообще не понимая, что происходит, она просто слепо доверяла Нику и следовала ее указаниям. Когда дверь открылась, Аиша еле заставила себя лежать ровно с закрытыми глазами и не обращать внимания. Дыхание прервалось. Слушая слова Ника, Аиша восхитилась самообладанию и умением рявкнуть, как положено суровому врачу.  Хлопнула еще раз дверь, и Ник связался с охраной. Это был их шанс ускользнуть. Поэтому Аиша резко спрыгнула с кровати. Вместе они побежали по пожарной лестнице,  и спустились к машине.  Ник сунул в руки девушки связки ключей, и она недоуменно посмотрела на него. – Ник, я не могу его тащить к твоей квартире! – Аиша замотала головой, но было видно, что мужчине нужно было идти, возможно, вопрос жизни и смерти, поэтому спорить долго она нее стала, решив для себя, что в квартиру она все равно не поймет. Не имеет никакого права. Сев в машину, она ее завела и надавала на педаль газа, надеясь, что преследователь ее не видел. Хотя, скорее всего,  так оно и было, и он был занят тем, что бы свалить от приставучей охраны. Пока ехала машина, Аиша думала о том, как ее так быстро находят. И в какой-то момент поняла…Рука резко потянулась к телефону,  и тот полетел на землю в открытое окно. Ну, конечно же! Халлбрук и понятия не имела, как ей могли установить жучок или что там, что бы следить, но она была практически уверена, что в этом дело. Надо поговорить с Гвидо! Вывернув руль, Аиша приехала, куда было нужно, но остановилась чуть поодаль от дома, блокируя все двери изнутри. В квартиру она решила не идти еще у больницы, если будет нужно, она дождется Ника здесь. Улица казалось тихой и не такой страшной. На заднем сидении она нашла куртку. Расслабленно Аиша выдохнула, понимая,  как сильно устала от всего этого. Благо стекла в машине были затонированы, поэтому она отстегнулась и перебралась на заднее сидение, сворачиваясь там калачиком, и укутываясь в куртке. Да, она не позвонила, она выбросила телефон, но она надеялась, что Ник не будет ругаться, когда она все объяснит. Она решила ждать его здесь, а если не приедет до утра, то сама принесет ему ключи, днем ей ничто не угрожало. Закрыв глаза, Аиша тут же провалилась в сон, чувствуя теплоту куртки Ника.

+1

8

[indent] Ник считает одним из самых приятных моментов своей работы – сообщать родственникам пациента о том, что их близкий человек будет жить; что операция прошла успешно; что ему больше ничего не угрожает; что нужно потерпеть немного, пройти курс реабилитации, и все будет, как прежде. Люди ничего не ценят так, как возможность вернуть ход событий на привычную колею – это Николас тоже понимает благодаря своей работе.
[indent] Девушка в реанимации все же приходит в себя; у нее зеленые глаза – пронзительные, яркие, особенно в белоснежном свете неоновых ламп на потолке, – и Райт не может сдержать улыбки, когда проверяет реакцию зрачков, смачивает пересохшие губы водой и проводит короткий опрос, чтобы понять, насколько спутано сознание пациентки после затянувшегося наркоза.
Мать девушки обнимает его так крепко, что трещат кости, и Николас неловко похлопывает ее по спине, чтобы сгладить нервозность измученной волнением и усталостью женщины.
[indent] – Вам лучше пойти домой, отдохнуть. Вас все равно не пустят к ней в реанимацию, так что нечего быть здесь и лишний раз изводить себя, – мягко советует родным Райт и уходит обратно в отделение, чтобы посоветоваться с реаниматологом, закончить некоторые формальности и, наконец, принять душ и переодеться, прежде чем направиться домой, где его уже наверняка ждет Аиша, которой помощь нужна не меньше, чем в тот день, когда обратилась за помощью с лечением ноги. А еще умудряется перенести следующее дежурство на следующий день, благо, его и так собирались выпроводить домой, чтобы не разбираться с возникшей переработкой.
  [indent] Он вызывает такси и умудряется подремать в салоне автомобиля, пока не добирается до дома. Уже собирается заходить внутрь, как замечает свою машину, припаркованную поодаль. Значит, она уже здесь, думает Ник и поднимается наверх. Долго звонит в дверь, но никто не открывает. Он хмурится и спускается обратно вниз, надеясь проверить верность мелькнувшей в голове догадки.
Райт подходит к своей машине и долго всматривается в салон сквозь тонированные стекла; после внезапно начинает улыбаться, стуча в стекло. Щелкает замок и дверь открывается, чтобы явить взгляду Николаса заспанное лицо Аиши.
[indent] – Я же говорил тебе, что ты заходила в квартиру, – мягко укоряет он ее и помогает выйти из машины, поправляет свою куртку на ее плечах. – Оставь, все равно ее нужно было домой заносить, – Ник запирает дверь и ставит автомобиль на сигнализацию, а после поворачивается к подруге. – Даже не начинай отпираться. Ты сама сказала, что тебе некуда сейчас идти, а ты устала и хочешь спать. Поэтому ты пойдешь ко мне, отоспишься, а после мы подумаем, что будем делать дальше. Обещаю не приставать, – заканчивает свою тираду шуткой Ник и подталкивает девушку к дому, а после буквально заводит в свою квартиру.
[indent] – Можешь лечь на кровати, а то на диване с твоей ногой будет не очень комфортно, – Райт показывает девушке, где спальня. – Располагайся и чувствуй себя как дома. Если хочешь есть, найди кухню и бери, что найдешь. Я тоже пойду спать, так что очень надеюсь, что ты не сбежишь, улучив момент. Дверь снаружи закрывается только на ключ, а я не знаю, где именно заныкан второй комплект ключей, если, конечно, ты не решишь уйти, не заперев дверь, – Ник зевает, прикрывая рот рукой. – Обсудим дальнейшие действия после сна, хорошо? – он улыбается и уходит в гостиную, где валится на диван и вырубается, едва голова касается подушки.

+1

9

- нет игры больше месяца, в архив -

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » друг познается в беде