Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]

Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Adrian
[лс]
У Славы в голове ветер и блядский питерский дождь, Слава угашен просто в нули, хрипло и громко смеётся, быстро... Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Альтернативная реальность » нам пизда


нам пизда

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

где-то 22е октября крч, питер и вся хуйня
типа ночь, мокрый снег, холодно блять

https://i.imgur.com/Fi0xSmj.jpg
*джекоаэстетика, он во всём виноват
**пиздеж, ты сам ее попросил

[NIC]Слава Карелин[/NIC]
[AVA]https://i.imgur.com/4xjqQoX.gif[/AVA]
[SGN] [/SGN]
[LZ1]СЛАВА МАШНОВ, 27 y.o.
profession: вот это вот всё.
[/LZ1]

+5

2

У Славы в голове ветер и блядский питерский дождь, Слава угашен просто в нули, хрипло и громко смеётся, быстро трахается с какой-то малолеткой в грязном туалете, с тоскливым еблом выслушивает охуеть какие ржачные шутки про минуту славы и "а вы точно продюсер" - и пьёт, и курит, и закидывается дурью.

Слава сейчас - король мира, ебучий Пётр Первый из Хабаровска, широко раскидывает руки в стороны, воет на луну, ловит летящий с серого-серого неба мокрый снег ртом, Славе сейчас - на всё наплевать. Славе на всё наплевать всегда, у него всё просто - просто охуенно или просто пиздец, какая разница, если вдуматься, главное - просто. Зачем что-то усложнять, зачем выкатываться в пиздострадания и впадать в депр - Слава пробует пару раз, ему не нравится, он не жалеет, конечно, об этом, было и было, было и прошло, но больше нет, больше он не планирует. Поэтому идёт и надирается в ближайшую рыгаловку - вызванивает по пути парочку шапочных знакомых, показательно жалуется на суку-жизнь, говорит какие-то совершенно параллельные слова чисто по приколу, делает вид, что изливает душу бармену - блюёт на заднем дворе и вытирает рот рукавом и без того не особо чистой куртки.

Славу тошнит и перед глазами всё плывёт, Славе нужно проспаться - или пройтись, подышать свежим воздухом - смешанным с тающей на языке мокрой пылью.

Славу качает и мысли качаются тоже, где-то среди высоток и горящих окон есть в общем окно и его разъёбанной квартиры - в квартире дрыхнет Коха и под потолком на длинном проводе так же как Слава и его мысли качается стоваттная лампочка. Славу туда пока не тянет, не хочется просто и всё тут, никаких больше причин, качающиеся мысли спотыкаются об осеннюю тоску - качающийся Слава спотыкается о валяющийся кирпич и валится на землю, больно ударяется локтем и затылком, но какого-то хрена трезвеет, пялится в мутное небо мутным взглядом, часто моргает, когда этот ебучий недо-снег попадает в глаза. Это наверное даже как-то романтично или хуй знает, Слава же у нас романтик - может посвятить даме сердца дисс или назвать в её честь какой-нибудь из своих уёбищных треков.

Слава романтик - очень романтично валяется на асфальте посреди какой-то до пиздеца узкой улицы непонятно в какой части города, тянет из кармана пачку сигарет и с пятой попытки подкуривает, глубоко затягивается - и ему становится так хорошо, что он обещает себе запомнить это место и этот ебучий кирпич, а может быть захватить его с собой. Вставать влом просто пиздец как, куртка промокает и становится слишком тихо - тихо и холодно, но Слава ведь стойкий, Слава упрямо терпит холод и отсутствие звуков, жмурится, делая затяжку за затяжкой, сбивчиво, гиенисто ржёт просто чтобы разбить тишину. Ему не страшно, никому не может быть страшно с таким количеством ебанутости и алкоголя в крови, он не понимает только какого хуя он здесь один - какого хуя город вымирает в два часа ночи. Или уже три? Четыре?

Шорох шин он слышит ещё до того как осознаёт - шелестит где-то вдалеке, моргает дальним светом; оглушительный гудок заставляет его подорваться на ноги и подхватить тот самый свой удачливый кирпич. Тачка недовольно гудит, пытаясь вынудить его убраться с дороги - Слава снова ржёт и радостно, не раздумывая, швыряет кирпич куда-то в сторону лобового стекла.

У Славы хуёво с координацией, особенно если вылакать столько дерьмового бухла, поэтому кирпич задевает только боковое зеркало - зеркало летит на землю, а Слава летит подальше отсюда, съёбывает какими-то невнятными закоулками, путается в переплетении дворов и наконец застывает, тяжело дыша, в какой-то пропахшей мочой подворотне. Слава вспоминает охуевшее лицо водителя и начинает смеяться уже почти надрывно - прекращает так же резко, как начал, запрокидывает голову, бьётся затылком о кирпичную стену и криво ухмыляется. В подворотне не видно снега и это - бесит, расстраивает, дёргает с места.

Славе двадцать семь, но сейчас он ощущает себя не старше той вряд ли совершеннолетней тёлки, отсосавшей ему за дебильные выебоны и доёбки до всех окружающих, кровь стучит в висках - и Слава не сразу понимает, что слышит шаги.

От него пахнет блевотиной, палёной водкой и сигаретами, и он почему-то выуживает откуда-то жвачку, закидывает в рот и пытается перебить запах ментолом и альпийской свежестью - в голове всё ещё ветер и блядский питерский дождь, и на зелёном лугу пасётся фиолетовая блять корова, кто вообще нахуй это придумал. Славе бы смотреть телепузиков и ухмыляться так же идиотски, а вместо этого он жуёт жвачку в питерской подворотне просто потому что прикиньте, он узнал шаги. Среди ветра и дождя слышно унылые завывания о том, что какая-то невнятная баба узнает какого-то невнятного мужика из тысячи, а здесь и сейчас Слава слышит шаги и узнаёт их, узнаёт дом, и просто блять, какого хуя он вообще сюда припёрся. Какого хуя выудил адрес - это другой вопрос, возможно он был пьян или накурен, или и то, и другое вместе, или просто спросил, не задумываясь особо нахуя и что будет дальше.

- Оксаааана, приличные девочки не ходят по ночам, - Слава доёбывается как-то больше по привычке, лениво тянет слова, разглядывая в полумраке улицы вот это вот всё - глаза навыкате, гигантский нос, смешные уши и лысину, и ай блять, Слава спрашивает себя, какого хуя он делает, но в голове - только ветер и блядский питерский дождь.

[NIC]Слава Карелин[/NIC]
[AVA]https://i.imgur.com/4xjqQoX.gif[/AVA]
[STA]почему мы ещё не ебёмся[/STA]
[LZ1]СЛАВА МАШНОВ, 27 y.o.
profession: вот это вот всё.
[/LZ1]
[SGN] [/SGN]

+5

3

Злоебучая питерская погода.

Злоебучая питерская погода посыпает Мирона мелким, колючим снегом, перемешанным с ледяными каплями моросящего дождя в пропорции один к двум. Злоебучая питерская погода избитой метафорой пробирает до костей между шейными позвонками, несмотря на модную куртку и разгоряченную бухлом кровь, перестукивающую где-то в висках рваным битом незаконченного трека. Плотная ткань темно-красной толстовки липнет к голове неприятной тяжестью, и одному богу известно, за каким хуем Мирон решил пройтись эти несколько кварталов, но бога, как водится, нет, а значит, это останется еще одной непостижимой тайной бытия.

Сука.

Ведь можно было не выходить из тачки, а Илья довез бы его прямо до парадного, доставил с комфортом, как чертову китайскую вазу. Можно было остаться ночевать на хате у Охры, завалившись на диван, как в старые добрые, или вызвать такси, или… Или не быть таким упрямым бараном, но что-то стукнуло в голову – наверное, перспектива помесить грязный снег новыми белыми - еще полчаса назад – кроссами. «Да ладно, бро, я пройдусь, тут два шага» - и кто бы стал ему возражать, когда голос звучит так уверенно и бодро? «Я на связи» - конечно, он на связи, повязан, связан по рукам и ногам. До концерта в Ледовом осталось меньше недели, и никто не позволит Мирону просто так пропасть со всех радаров.

Злоебучая питерская погода выглядит почти как вдохновение.

Что-то стукнуло в голову – наверное, алкоголь, но они выпили не так уж много, на самого Мирона пришлось всего-то две-три стопки, он не помнит точно, но это же чушь, ерунда, мелочь. Ерунда и мелочь, но именно Мирон теперь шагает по узким питерским улицам, как последний долбоеб, замерзая и придерживая на голове сползающий капюшон. Не потому, что боится отморозить уши, а чтобы понапрасну не светить чересчур узнаваемым носатым еблом.

Ближайшие три квартала утопают в завесе мелких капель, под ногами хлюпает снежный гной, выдавленный на асфальт тонким слоем. Как будто мать-природа решила проблеваться зимой под конец октября, и теперь никак не может остановиться. От ее рвотных масс несет беспробудной питерской тоской, от Мирона - дорогим вискарем, дорогими сигаретами и легкой, тревожной усталостью. Он перекатывает потерявшую вкус жвачку во рту, подцепляя языком и слегка продавливая между передними зубами. Вежливо не выплевывает ее под ноги на грязный асфальт, как будто ожидая появления урны, но через секунду уже цветисто поливает матом сразу на двух рандомно перемешанных языках подернутую ледяной пленкой лужу, в которую едва не наступил.

Все потому что Мирон – «невероятно разносторонняя творческая личность».
Все потому что Мирон – вшивый интеллигент с замашками гопоты из восточного Лондона.
Все потому что Мирон слишком занят собственными беспорядочными мыслями, чтобы смотреть под ноги.

Ему бы сейчас нацепить наушники, втянуть голову в плечи, засунуть продрогшие татуированные пальцы в карманы, и брести так через весь город, мысленно подбирая рифмы и мечтая о прекрасном далеком, которое все время пытается дать пизды по поводу и без. Но на дворе 2017й, и в тридцать с хуем лет как-то не к лицу косить под молодого Маршала. На дворе 2017й, до концерта в Ледовом осталось чуть меньше недели, а где-то между ребер все еще пульсирует гостеприимное солнце Лос-Анджелеса, согревая изнутри. А может быть, это просто алкоголь, который вот-вот выветрится из головы, и тогда Мирон точно закоченеет к хуям, прежде чем доберется до дома.

Два квартала. На часах - два ночи и двадцать две минуты сверху. На улице - ни души, но Мирон почему-то все равно сворачивает в сторону, прячась от дрожащего на промозглом ветру света фонарей. Туда, где темно и нихуя не безопасно, но почему-то уютнее, чем на виду у отсутствующих зевак, и это невозможно объяснить логически, даже накидавшись до состояния нестояния. Мирон предпочитает думать, что его тянет к подворотням нестершимся прошлым – тем самым, которое накрепко привязало к Питеру, да так, что ни оторваться, ни дернуться, ни вздохнуть. Мирон, конечно, не жалуется, Мирон быстро шагает через дворы, стараясь не отсвечивать, и поглубже натягивает на голову капюшон. Здесь его некому узнавать, слишком темно, слишком слякотно, слишком поздно, но все-таки…

Все-таки.

До парадного остается метров пять вокруг небольшого палисадника, и Мирон даже успевает кинуть взгляд на припорошенные снегом желтые листья, пожухшую, сморщенную в полумраке траву, и почти формулирует какое-то хитровыебанное сравнение, которое никогда нигде не использует. Почти успевает сделать глубокий вдох, проверяя, сколько осталось от сладкого дурмана дорогого бухла, почти стягивает с головы настоебивший мокрый капюшон, делая еще несколько шагов из узкого прохода между домами к пятну белесого фонаря, висящего над входной дверью. Почти начинает мысленно перебирать планы на завтрашнее утро и содержимое холодильника, когда откуда-то сбоку, прямо в висок врезается чей-то пьяный, ленивый и до невозможности липкий голос.

Мирону хватает секунды, чтобы распознать его; он не цепляется за интонации или прочую хуйню, просто понимает, что за пределами баттл-площадки так его стал бы называть или бухой школьник, или…

Хотя это, в общем, практически равноценные понятия.

Он оборачивается, привычно вздергивая подбородок, как делает каждый раз, встречая условного противника, хотя вокруг нет шумной толпы друзей и хейтеров, где-то сбоку не маячит Саня и не крутится оператор. Есть просто сырой двор, расплывающийся в лужах под ногами, и голос, доносящийся из глубины подворотни. Мирон не спрашивает «какого хуя тебе надо, Карелин» и «откуда ты знаешь мой адрес», а просто смотрит в пьяную темноту несколько секунд, не обращая внимания на то, как холодно становится голове от моросящего дождя, и как редкие снежинки застревают в ресницах, словно те чертовы осколки льда из сказки Андерсена. Он смотрит и молчит, постепенно сводя брови ближе к переносице, а затем дергается, с прежней уверенностью продолжая идти.

- Отъебись, - вылетает сквозь зубы с усталой резкостью, Мирону не хочется, да и не нужно бодаться с ним, все уже было сказано в августе, и потому его совершенно, абсолютно, фантастически не ебет, что Слава делает так близко от его квартиры в третьем часу ночи мерзлого осеннего понедельника.
[NIC]Мирон Фёдоров[/NIC]
[AVA]https://i.imgur.com/YJqnUqU.gif[/AVA]
[STA]погоняй лысого[/STA]
[LZ1]МИРОН ФЁДОРОВ, 32 y.o.
profession: поэт-песенник.
[/LZ1]
[SGN] [/SGN]

+4

4

У Славы носки с бананами и дыркой на большом пальце, Славе немного зябко, хочется курить и куда-то в тепло - сидеть на продавленном диване в засаленных тапках, рассматривать висящий на стене ковёр, знакомиться с родителями, с бабушкой подцепленной в клубе давалки и "бабушка, почему у тебя такие большие уши", "бабушка, почему у тебя такой большой нос".

Если начать анализировать, Слава - в полном дерьме. Славу мутит от резкого привкуса мяты и он сплёвывает жвачку куда-то в сторону, кое-как отцепляется от держащей его стены, выходит ближе к свету и устало щурится большим пьяным котом. Какие вообще реальные шансы тупо шататься по ночному Питеру и выйти к дому Мирона? Какие шансы бухим в говно выудить из памяти адрес, какие шансы не проебаться по дороге в тёмных дворах? Какие шансы на то, что Слава делает это неосознанно - не задумываясь выбирает направление и тянется сюда блять ебучим магнитом, и может быть Мирон мог бы придумать метафору похитровыебанней, кто угодно мог бы, но Слава сейчас - точно не способен. Уровень пьяного до пизды Славы - не анализ, а шутки про анал и дерьмо.

Слава - ебучий сталкер, девочка-фанатка, выебавшая кумира на глазах у миллионов и кончившая сквиртом, Слава может повторить как деды в сорок пятом, ему хочется ещё и ещё, ему хочется вывернуть Мирона наизнанку и повесить его шкуру над своим отсутствующим камином - разведённым костром из обложек "Пионера" и страниц ненаписанных текстов. Его до сих пор качает, от него до сих пор пахнет дешёвым бухлом, куртка до сих пор грязная - и он до сих пор представляет собой что-то среднее между бомжом и панком. Мирон - ебучее совершенство, от Мирона несёт дорогущим виски, от которого Слава будет блевать дальше, чем от портвейна три топора, Мирон со своими белыми рибоковскими кроссами напрашивается на то, чтобы ему дали пиздюлей прямо здесь и сейчас - но прямо здесь и сейчас Славе хочется курить и куда-то в тепло.

Слава закуривает быстро, зажимает сигарету губами, выдыхает горячий дым - подходит ближе, догоняет упрямую лысую карлицу, дёргает за плечо, разворачивая к себе. Мирон не рад его видеть, конечно он блять не рад, Слава широко ухмыляется, пялится почти в упор как будто не успел насмотреться на баттле, но прошло уже два месяца, а Мирон - всё так же бесит. Ебаный жид, спешащий домой отсыпаться перед Ледовым - Славе смешно от того, насколько он этим гордится.

Смешно и сука сколько можно, непомерное эго Мирона освещает Питер, Слава смотрит на него сверху вниз - и нихуя не понимает. Мирон для него слишком сложный - в голове у Мирона полный пиздец, спутанные мысли вперемешку со словами, о которых уже пару веков никто не слышал, вперемешку с философами, критиками и писателями, о которых никто никогда не узнает за пределами ебучей оксфордской библиотеки. Отсылки, отсылки, отсылки, высокомерное ебло и высокопарные речи - Славу бесит этот его образ, но блять, неужели он тащился через весь город только для того, чтобы высказать ему это в лицо?

Мирон даже не удивляется, как будто к нему под подъезд каждый день приходят тусить пьяные Славы - может, конечно, и приходят, но только вот два часа ночи и больше никого вокруг. Мирон не обращает на него внимания и Слава не то что сильно обижен, не то что на что-то рассчитывал - он не собирался сюда вообще приходить, о чём речь, но всё-таки нет, "отъебись", какого хуя? Слава разочарованно морщится, как будто Мирон решил использовать извечное школьное правило против хулиганов - не отвечай на доёбки и всё будет заебись, но ведь не будет, но ведь Слава так просто не отстанет, но ведь они уже не в школе. Сейчас бы задвинуть выёбистую метафору из говнопабликов вк о том, что вся жизнь - это школа, что мы все учимся каждую секунду и каждую сука секунду пиздим одноклассниц портфелем по голове. Сейчас бы задвинуть, но Славу пробивает на ржач и жрачку, он улыбается, сдерживая хриплый смех.

- А чего, пельмени у тебя есть дома? - Слава спрашивает практически без перехода, у него в голове всё это как-то логично увязывается с тем, что сраный Оксимирон - пидор и гондон, а он сам хочет жрать и не хочет идти в свою квартиру. Слава немного шатается, покачивается, перекатывается с пятки на носок и обратно, но в целом стоит почти ровно, выжидающе смотрит, всем своим видом показывая, что не замечает нихера необычного в собственном вопросе - заражает своей уверенностью и Мирона, превращая обычный в общем питерский двор в фильм Тима Бёртона, братосестёр Вачовски или кого-то настолько же ебанутого. Вейк ап, Нео, блять, приди в себя.

[NIC]Слава Карелин[/NIC]
[AVA]https://i.imgur.com/4xjqQoX.gif[/AVA]
[STA]почему мы ещё не ебёмся[/STA]
[LZ1]СЛАВА МАШНОВ, 27 y.o.
profession: вот это вот всё.
[/LZ1]
[SGN] [/SGN]

+2


Вы здесь » SACRAMENTO » Альтернативная реальность » нам пизда