Jack
[telegram: cavalcanti_sun]
Aaron
[лс]
Lola
[icq: 399-264-515]
Oliver
[telegram: katrinelist]
Mary
[лс]
Kenny
[skype: eddy_man_utd]
Rex
[лс]
Justin
[icq: 28-966-730]
Kai
[telegram: meowsensei]
Marco
[icq: 483-64-69]
Shean
[лс]
внешности
вакансии
хочу к вамfaq
правилавк
телеграмбаннеры
погода в сакраменто: 26°C
Ни один ребёнок из тех, кто любит свою семью, не захочет выводить своего родителя из себя. Ни один. Зачем это ему?..Читать дальше
RPG TOP
Forum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » pawns in the game


pawns in the game

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Vincent Jervis & Jean Jervis
- начало декабря, больница

- У меня скоро будет ребёнок, теперь я отец, я обещал, что буду ответственней. Я прихожу в сознание в больнице, рядом с Джин, после передоза. И я ничерта не помню, что произошло на афтерпати.

+2

2

Короткая стрелка изящных часов, приобретенных Фредо Ардженто в бутике Anne Klein и поблескивающих на ее запястье, близится к десяти. За окном давно стемнело, но в тусклом свете фонарей на широкой улице в спальном районе так и не показались яркие фары серебристого цвета мазерати. Несколько пропущенных звонков на мобильный Винса остаются без ответа, и Джин нервничает, набирая его номер в пятый или шестой раз, и вновь сталкиваясь с автоответчиком. Нагловатый голос сообщает ей, что Винс занят и не может ответить ей сейчас, и что она могла бы написать смс, которое будет прочитано в отсутствие других важных занятий.
- В чем дело? - строгий голос Фредо нарушает напряженное молчание. Он уверен в полной безответственности ее супруга и не питает иллюзий не его счет, - Ты могла бы остаться на уикенд. В доме есть все, что тебе нужно, а завтра я сам отвезу тебя к доктору Лоуренс, если захочешь.
Игнорируя предложение, Джин отвлекается и вздыхает.
- Вероятно, что-то случилось с его телефоном или автомобилем. Я подожду, мы должны поехать в клинику вместе, - она устраивается в большом кожаном кресле в кабинете отца, рядом с зажженным камином и столиком, на котором экономка Ветта оставила горячий кофе с кусочком ее любимого домашнего пирога. В духе традиций старого Лондона - просто идеального, как и все в этом доме. Но к еде Джин, тем не менее, не притрагивается. Резкие, насыщенные нотки в чужой туалетной воде и необычные вкусы уже не кажутся ей такими тошнотворными, однако, когда с открытого балкона едва уловимо доносится запах табака, Джин слегка морщится и ворчит, - Неужели нельзя оставить эту дурную привычку, хотя бы пока я здесь!?
Возмущенно фыркая, она бросает раздраженный взгляд в сторону распахнутой двери, из-за которой спустя пару секунд показывается один из цепных псов отца. Молодой парень, американец с итальянскими корнями и виноватым выражением лица, в шмотках из коллаборации h&m и Balmain.
- Ты свободен, Нил, - едва заметно покачав головой, Фредо отпускает его пораньше, после чего садится в кресло напротив дочери и ровным голосом добавляет, - Ты стала нервной и капризной, Джин. Но, делая вид, что все в порядке, и цепляясь к другим, ты не изменишь привычки своего мужа.
В комнате слышится треск свежих поленьев в камине, сквозь который слова Фредо кажутся еще более серьезными и опасными, - Просто признай, что, даже получив деньги своей семьи, Винс не способен о тебе позаботиться.
В этот момент ей ужасно хочется ответить, что в свое время и сам он не справился с этим, но Джин сдерживается, проглатывая накопившуюся обиду вместе с горьковатой на вкус жидкостью из маленькой чашки. Возвращая фарфор на поднос, она вспоминает, как прохладно Фредо отреагировал на новость о ребенке, сухо кивнув и не показав хоть какой-нибудь радости или заинтересованности ("Надеюсь, вы знаете, во что ввязываетесь", - и это не звучало как поздравление), и как был счастлив Винс, услышав, что станет отцом...
- Он просто задерживается. У известного актера очень насыщенный график и много дел, - повторяя заученной фразой то, что произносила вслух уже сотни или тысячи раз, выискивая новые оправдания и объяснения, Джин все же чувствует болезненный укол где-то внутри, - Ты не знаешь, о чем говоришь.
Серьезный разговор прерывает громкий звонок, и с шумом выдыхая, она тянется к телефону в надежде увидеть имя Винсента на дисплее. Но впоследствии разочарованно фыркает, замечая инициалы МакКуина, - самодовольного и слегка высокомерного актера, о котором много слышала от гримеров и операторов на съемочной площадке, и которого застала в их доме с неизвестной девицей и Саммер, когда возвращалась из отеля Хилтон пару месяцев назад.
- Здравствуй, Кевин.. - не будучи расположенной к долгим разговорам и нервничая о том, что Винс задерживается и не выходит на связь, Джин хмурится. Она дает понять Фредо, что это не займет много времени, но уже в следующие несколько секунд меняется в лице и вскакивает с места, словно это могло бы помочь выяснить детали сбивчивого и путанного рассказа.
- Что случилось? Что значит "перебрал слегка"? - останавливаясь у окна и касаясь холодными пальцами кожи на шее, Джин чувствует, как становится сложно дышать, - Черт! Кевин, беременность не сделала из меня идиотку! Где Винс? Почему он не отвечает? Его телефон недоступен!
Вынужденная выслушивать, как все еще уклоняясь от прямых ответов, чередуя слова "афтерпати" и "это был всего лишь косячок, Джин, ничего серьезного!", в конечном счете она добивается от Кевина названия больницы. Кажется, во взгляде Фредо впервые за долгое время возникает волнение. Тем не менее, дочь отказывается от его помощи и набирает номер Хита.
- Я не хочу, чтобы ты видел его сейчас. Ты не нужен мне там, - отрезая довольно жестко настойчивые уговоры и упреки, Джин выходит из комнаты и, игнорируя застывшую в дверях Лору, без слов покидает дом.
Подъехав довольно быстро, Хит, к счастью, не третирует ее нравоучениями и фразами в духе "я же тебе говорил, и все мы говорили!", а просто молчит, положив на руль грубоватые руки. Коротко кивая каждый раз, когда Джин просит его ехать быстрее, пропустить светофор в центре города или ускориться на пустой дороге. Она смотрит в окно, за которым проплывают обрывки незнакомых, похожих одна на другую улиц, и шепчет едва слышно, как бы хотела, чтобы все это было дурным сном или ужасной шуткой МакКуина, но пальцы с красивым маникюром слишком сильно сжимают телефон с адресом одной из больниц. Происходящее - реальность. 
- Он всех нас переживет Джин, - неприязненно бросает Хит, не выдерживая молчания, когда автомобиль поворачивает к высокому, состоящему из стеклянных окон и коридоров светлому зданию. - Наркотики - не то, от чего твой муж... в общем, он будет в порядке, вот увидишь!
Не отвечая на неловкую попытку поддержать, Джин выскакивает из машины, как только та останавливается, и громко хлопает дверью. В простой одежде, без яркого макияжа и высоких каблуков, она торопливо поднимается по ступеням, чтобы увидеть его. В то время как сердце в груди предательски стучит, словно отсчитывая секунды до чего-то ужасного и непоправимого, что могло бы разбить весь ее мир на мелкие кусочки, которые не склеит назад даже самый талантливый мастер. Чувствуя, как от запаха медикаментов в коридорах ее слегка мутит, Джин требует отвести ее к мужу, остановив одного из мужчин в длинном белом халате. Она слышит глухие шаги Хита позади, и смотрит на него испуганными глазами, когда им обоим объясняют, что придется подождать какое-то время, прежде чем станет известно хоть что-то.
- Какого черта, вы же врач! Что происходит? Винсент Джервис, слышали здесь о таком?! - хватая Джин за руку, Хит выходит из себя, повышает голос и не стесняется в выражениях, - Самовлюбленный придурок, которого вы просто обязаны откачать! Где он? Эта девчонка его жена!
В коридоре с десятком закрытых и совершенно одинаковых дверей, почти пустом от людей, они ведут себя достаточно шумно.
- Пожалуйста, скажите, что с моим мужем.. - наблюдая за происходящим со стороны, Джин едва слышным шепотом повторяет, - Могу я его увидеть? Пожалуйста..
Неужели то, чего она всегда так боялась, случилось именно сейчас? Когда жизнь их обоих должна была круто измениться. Цепляясь за Хита, она чувствует легкое головокружение, но не унимается в настойчивых просьбах, - Послушайте, у вас есть жена, доктор Харди? Я вижу на вашем пальце кольцо. Если бы что-случилось с вами, она бы сошла с ума, не имея возможности быть рядом.
Удерживая Хита от новых попыток решить проблему силой, Джин слышит, как вздрагивает от волнения ее собственный голос.
- Просто проводите меня к нему, умоляю, - и доктор сдается. Как любой мужчина, который способен вынести что угодно, кроме запрещенного приема - женских слез.
Их ведут по этажам с палатами, откуда раздаются самые различные звуки. Кто-то сообщает Джин о произошедшем, а доктор Харди накидывает на ее хрупкие плечи светлый, предназначенный для посетителей халат.
- Он все еще в тяжелом состоянии и очень слаб, но уже пришел в себя, - уставшим голосом произносит невысокая женщина. У нее темные волосы и красивые голубые глаза, холодные и чистые, словно лед, который не тает от человеческих эмоций за проведенные в больнице годы. - Это передозировка амфетамином. У твоего мужа серьезные проблемы, девочка.
Когда дверь в идеально белую палату с приглушенным светом открывается, Джин на какое-то время замирает на месте, не в силах пошевелиться. То, что с ней происходит от увиденного, больше похоже на внезапное падение в пустоту или на выбитую из под ног твердую почву. Бесшумно приблизившись к кровати, она почти слышит, как рушится, разбиваясь на острые осколки, весь ее тщательно собранный воедино мир, внезапно сжавшийся до одного единственного мужчины.
- Винс, - она зовет его по имени и осторожно опускается рядом. Поглаживая волосы, мягко целует в пересохшие от обезвоживания губы и чувствует, как по ее собственным щекам скатываются слезы, которые уже нельзя удержать. - Они не хотели меня впускать. Врачи считают, что тебе повезло... еще совсем чуть-чуть, и я могла бы тебя потерять.
Приглушенный голос от волнения немного садится, но пальцы крепко сжимают его руку, ослабленную долгими медицинскими процедурами.
- Кевин рассказал, что произошло, но я не хочу об этом слышать. Мы должны были поехать к доктору Лоуренс сегодня, чтобы следующие несколько месяцев спорить об имени для ребенка. Хочешь узнать, что будет со мной, если с тобой что-то случится?
Невыносимо больно оказалось видеть его таким. Когда каждое движение дается с усилием, а кожа, с красивым загаром обычно, кажется бледной и желтоватой.
- Я останусь на ночь, побудем вдвоем. Ты не должен находиться в этом ужасном месте один, - касаясь кожи на груди Винса, свободной от рубашки с нотками Acqua Di Gio, Джин заботливо поправляет тонкую зеленоватого цвета накидку и добавляет мягким шепотом, - Кое в чем Оуэн не ошибся, теперь я имею на это полное право и хочу быть рядом. Нашему ребенку очень нужен его отец. Ты просто не можешь не справиться...

Отредактировано Jean Jervis (2017-11-30 20:08:26)

+5

3

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано Vincent Jervis (2018-05-19 23:10:32)

+3

4

В небольшой и практически пустой от вещей палате, с тусклым светом пары ламп и больничными запахами, она чувствует себя спокойнее, чем в уютном и просторном доме Фредо Ардженто или рядом с Хитом в его новом, приобретенном на заработанные в мастерской деньги автомобиле марки Ford Mustang. Пальцы их рук переплетаются, когда Винс притягивает ее к себе и целует в губы, соленые от исчезнувших дорожек слез, несмотря на то, что движения даются ему с трудом. Кажется, словно он действительно не понимает, что произошло этим вечером, или недооценивает опасные прогнозы врачей.
- "Твой муж - наркоман, ему нужна помощь", - строгий голос женщины с холодными глазами неприятным эхом следует за путанными словами Винсента. Джин хмурится, но не решается его прервать, вспоминая разговор в коридоре, - "Он будет говорить, что в полном порядке, и все под контролем. Но это не так."
- Мне позвонил Кевин, - неохотно признается она, поглаживая руку Винса, и робко отводит глаза, как если бы и правда в нем сомневалась. - Твои друзья, которые были на вечеринке, и Оливия очень волнуются, но им не позволят войти сюда еще какое-то время. Знаешь, врачи считают, что ты отключился из-за передозировки наркотиками. Это серьезно, Винс.
Коснувшись уголка карточки с адресом реабилитационного центра, спрятанной в кармане светлого халата, Джин закрывает глаза и ощущает, как все внутри сковывает страх перед следующими несколькими месяцами и тем, что их обоих ждет впереди. Что если эта женщина, протянувшая ей визитку, права? Что если прав Фредо? Возможно, Винс просто не способен остановиться сам.
Думая об этом, она смотрит в его лицо немного рассеянно. Слегка опущенные плечи выдают сильную усталость. В коридоре слышатся чьи-то тихие шаги. Джин знает, что за дверью ее ждет Хит, готовый поддержать любое сложное решение, особенно если оно связанно с возможностью избавиться от Винсента на несколько долгих недель. "Так будет лучше для всех", - сдержанно кивнет Фредо, когда узнает, что врачи запретят им видеться и ограничат связь скандального актера с внешним миром парой телефонных звонков.
- Что последнее ты помнишь? - опускаясь на краешек кровати, Джин с заботой дотрагивается до его лица и немного взъерошенных волос. Ласково поправляя короткие пряди, она больше не отводит взгляд и не уходит, хлопая дверью, - Расскажи мне.
Пытаясь восстановить в памяти детали вечера накануне, Винс оправдывает себя возможностью решить пару связанных с новым проектом вопросов. Планируемый к выходу в широкий прокат фильм - последний в его съемочном графике, и работа над ним почти завершена. "Как насчет того, чтобы взять перерыв?" - несколько раз Джин почти решалась спросить, но откладывала неловкий вопрос до более удачного случая. Чтобы застать Винсента в подходящем расположении духа, уговорить оставить съемки хотя бы на несколько месяцев, и, возможно, убедить попробовать заняться чем-то еще. Жалея, что не сделала этого раньше, Джин внимательно слушает его слова и щурится, сомневаясь в их правдивости. [float=right]http://funkyimg.com/i/2zTs1.gif[/float]
- Хорошо. Если все действительно так, то почему ты не предупредил об этом меня? - склонив голову на бок, она немного теряется, предполагая, что, возможно, придется позвонить Оуэну, чтобы обсудить с ним проблему, а также встретится лицом к лицу с Оливией, чтобы та с помощью своих связей замяла историю в прессе. Скорее всего, ей придется использовать все свое влияние, потому что угодивший в центр для реабилитации популярный актер сделает продажи любому коммерческому таблоиду. Обещая себе однажды, что этого никогда не случится, Джин чуть сильнее сжимает его теплую руку в своей, прохладной и тонкой. Сможет ли Винс однажды простить ее за это?
- Мне нужно сказать тебе кое-что... - но он опережает ее, добавляя, что уверен в своей правоте и отсутствии на вечеринке каких-либо наркотиков.
- Я давал слово, и я... я не врубаюсь, что случилось, - слышать это немного больно, и сердце невольно сжимается, заставляя Джин замолчать. Пронзительный взгляд темных глаз в какое-то мгновение становится просто невыносимым, и, закрывая лицо руками, она отворачивается. Поднимается с места и бесшумно отходит к окну, за которым едва различим внутренний двор и изломанные ветки деревьев. Приоткрыв створку, Джин замирает и вдыхает прохладный воздух. На секунду ей кажется, что внизу, неподалеку от пустой, выкрашенной в белый цвет скамьи кто-то есть, но движение позади отвлекает ее от происходящего снаружи. Винс приподнимается в кровати, когда Джин оборачивается, скрестив на груди руки.
- Эти люди вытащили тебя с того света сегодня, понимаешь? Это реальность, о которой многие меня предупреждали. Фредо, Хит, Патриция и даже Оливия, - черты красивого лица искажает неприятная маска, свидетельствующая о мучительных эмоциях, с которыми ей даются следующие фразы, - Ты актер, и я видела мир, в котором ты живешь, когда уходишь из нашего дома и садишься в свой автомобиль. Я не знаю, что делать, Винс. Возможно, тебе действительно стоит пройти курс реабилитации...
Замолкая, она до боли прикусывает губу, встречаясь с удивлением и разочарованием в его глазах. Подходит ближе, но не решается прикоснуться, и мягко шепчет то, что уже не имеет значения.
- Я боюсь за тебя.
Оказываясь в объятиях больших рук и слушая, как учащенно бьется его сердце, Джин касается губами широкой груди в месте, свободном от рубашки, кончиками пальцев проводит по мышцам и проступающим кубикам крепкого пресса. Прижимается, щекоча кожу с красивым загаром локонами темных волос. В комнате с высокими, цвета слоновой кости стенами замирает липкая, давящая тишина, - следствие обманутых ожиданий, - и только на прикроватной тумбочке с едва слышным звуком отсчитывают секунды стрелки крупных наручных часов. Винс не обвиняет ее в предательстве или сомнениях, но почему-то Джин становится мерзко и тошно самой от себя.
- Мы останемся здесь, - слабые попытки избежать вмешательства врачей встречают решительный отказ. Спокойным, не терпящим возражений голосом Джин дает понять, что общение с ними в ближайшие пару дней будет неизбежно, - Мне нужно позвонить Фредо и сказать, что я в порядке. Ты прав... он уже знает.
Уговаривая Винсента не подниматься и обещая вернуться, как только поговорит с отцом, Джин выскальзывает из палаты и оглядывает длинный коридор. Замечая ее, из кресла для посетителей вскакивает Хит. С громким звуком он бросает на стеклянный стол журнал с рекомендациями о здоровом питании, который нервно крутил в руках последние несколько минут, и подходит к ней большими тяжелыми шагами.
- Здесь Пол и Мег. И приятель Винса из Остина, - приглушенно сообщая, Хит закрывает ее собой, но Джин отвечает, что хочет поговорить с Полом. Впервые за долгое время без обид, упреков и злости. Ей нужна его помощь, чтобы узнать правду и принять единственное правильное решение. Оуэн сможет все организовать в случае необходимости, и Винсу придется ее послушать. От мыслей об этом внутри с болезненным скрежетом что-то переворачивается, превращая подобный поступок в нечто худшее, чем просто удар в спину, вне зависимости от целей и намерений. [float=left]http://funkyimg.com/i/2zTrX.gif[/float]
- Пол? - обхватывая себя руками, Джин не смотрит на Мегги, испуганную и держащую парня за руку, потому что ей невыносимо, видеть их вместе, - Скажи мне правду. Сколько раз ты видел его таким? Мой отец нашел в нашем доме наркотики. Винс соврал тогда, чтобы выкрутиться, ведь так? Это не было случайностью.
От волнения, Хит хрустит костяшками пальцев, когда Пол отводит ее в сторону, чтобы поговорить наедине. Тщательно подбирая слова, он неохотно признается, что знал о проблеме друга с наркотиками, но не думал, что это может зайти настолько далеко. Оправдывая слабости Винса давлением влиятельных людей, вниманием фанатов (порой удушающим и неадекватным), Пол избегает прямого ответа, но конечном счете не отрицает необходимости вмешаться.
- Не подпускай к нему Джулиана. Сделай, что сможешь, - вместо благодарности, Джин еще раз бросает короткий взгляд на Мег, растерянную, уставшую и тихую в тени ламп коридора, - Не стоило ее приводить.

Голос Фредо в динамике телефона звучит встревоженно, но ровно и слегка по-деловому. Контролируя эмоции чуть больше, чем полностью, итальянец не высказывает раздражения или злости, но выражает надежду, что к утру новость не разлетится по желтой прессе и не превратится в самую обсуждаемую в дешевых передачах на радиоволнах. Почему-то забота именно об этом уже не вызывает в Джин удивления и обиды, по причине сильного утомления или долгого нахождения между двумя враждующими, но любимыми мужчинами.
Отключаясь, она сталкивается с доктором.
- Мисс Джервис? - перехватывая бумаги в коричневых папках с инициалами пациентов, женщина приглашает Джин пройтись, - К утру вам необходимо принять решение. Вы знаете, какое из них будет правильным.
Сменив тон на более официальный, женщина приоткрывает дверь небольшого кабинета. В нем отсутствуют окна, а стены кажутся еще более белыми, чем в других помещениях больницы. [float=right]http://funkyimg.com/i/2zTrY.gif[/float]
- Впечатляет, не правда ли? - замечая заинтересованный взгляд Джин, прикованный к фотографиям и бланкам ученых степеней, закрепленным на огромной доске над рабочим столом, Эрика Райт (как гласит надпись на бейджике) предлагает ей присесть и занимает место напротив, - Поверь мне, девочка, это сработает. Полная конфиденциальность. Твоему мужу не о чем беспокоиться. Он не первый актер, не способный справиться с зависимостью сам. Месяц реабилитации для начала. Взгляни на это?
Разворачивая к Джин экран ноутбука, Эрика демонстрирует ей статистику, согласно которой эффект от лечения стоит того, чтобы в это ввязаться.
- Я знаю, что была права, - утвердительно кивнув, женщина мягко улыбается уголками губ и продолжает, - Скажи, он уже солгал о том, что не виноват в случившемся?
- Мне нужно подумать.

Проходит около часа, больше похожего на вечность в ночное время, прежде чем Джин возвращается в палату. Застав Винсента в постели, разбитого и ослабленного медикаментами со сложными названиями, она все еще обдумывает сказанное доктором, Полом и отцом. Все те обстоятельства, которые сложились в идеально выстроенную картинку, больше не кажутся такими уж случайными. И кто такая доктор Эрика Райт?
- Родной мой, - мягкий голос едва слышно вздрагивает, когда они вновь остаются наедине, - Кто-то очень хочет, чтобы ты оказался в реабилитационной клинике в Малибу. Но ты же не делал этого сегодня, верно? Это правда.
Останавливаясь у изголовья кровати, Джин отключает мобильный телефон.
- МакКуин не общается с Джулианом и Полом, но они здесь, - устраиваясь рядом, она опускает руки на плечи Винсента и обнимает его, слегка прижимаясь и вдыхая слабый, едва уловимый запах знакомого парфюма, - Я тебе верю. Утром мы поедем домой. Оуэн решит этот вопрос в два счета. Пообещай, что не будешь делать глупостей. Позвони Оливии, она нужна нам сейчас.
На прикроватной тумбочке издает короткий звук мобильник.
- Это твой.

Отредактировано Jean Jervis (2017-12-01 15:20:09)

+2

5

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано Vincent Jervis (2018-05-19 23:10:41)

+3

6

Беспокойное биение сердце не удается унять даже глубоким и размеренным дыханием. Замечая взгляд Хита, Джин несколько раз едва заметно кивает ему, без слов давая понять "я в порядке", но уже в следующую секунду с тревогой оборачивается на звук отчетливых в тишине больницы шагов. Она понимает, что произошло уже тогда, когда силуэт Пола, в легкой одежде и с виновато опущенными плечами, только появляется из за угла. Он один и не торопится приближаться, в то время как ее сердце судорожно пропускает очередной удар, заставляя больно оборваться и сжаться что-то внутри. Что не так с этим человеком? Почему он отпустил его? Осознание случившегося приходит раньше, чем парень успевает сообщить им обоим, уставшим и расстроенным, что Винсент сбежал. Неловко и неуверенно Пол объясняет, как такое возможно, а рядом с ноги на ногу переступает испуганная и робкая Мег.
- Джин, он будет в норме. Я уверен... - звонкая пощечина оставляет красный след на его щеке, неожиданно болезненный и заметный даже в холодном свете тусклых ламп. Находящиеся на пределе нервы окончательно сдают, и она чувствует, как слезы одна за другой непроизвольно обжигают красивое лицо, образуя влажные, соленые дорожки. Дотрагиваясь до плеча подруги большой и грубоватой рукой, Хит пытается что-то сказать, помочь или успокоить. Но Джин хочется лишь одного. Ударить Пола еще раз, заставить его пожалеть, чтобы вернуть все назад. Словно только он один во всем виноват. Винс не должен был этого делать. Но обвинения и угрозы ужасным комом застывают в горле. Вместо вскриков и истерик Джин лишь слабо качает головой и шепчет одними губами.
- Какая же я идиотка. Он не изменился, и никогда не изменится.
Обессиленно она опускается в одно из жестких кресел для посетителей, не позволяя никому к себе прикоснуться.
- "Я знаю, что была права", - в мыслях тихим эхом вкрадчиво отзывается голос Эрики Райт, и кажется, что кроме него, Джин не слышит ничего больше. Только убедительные и холодные слова женщины, знающей, о чем она говорит, и встречавшей за годы своей блестящей карьеры многих самовлюбленных и уверенных в себе знаменитостей. Заботливый шепот Мег тонет в слабых всхлипах и прерывистом дыхании. Тщетные попытки справиться с нахлынувшими эмоциями не приносят желаемого результата и делают лишь хуже. Прохладными пальцами Джин дотрагивается до шеи и слегка сжимает ее в точках, где особенно сильно ощущается учащенный пульс. Окруженная знакомыми людьми, она чувствует себя беспомощной, и совершенно не представляет, что должна делать дальше. Однако очень скоро решение появляется само собой.
- Это Оливия? Он уехал с ней? - больше не скрывая заплаканное лицо руками, внезапно Джин поднимает голову и пристально смотрит на Пола, - Впрочем, это уже неважно. Мне нужно поговорить с доктором Райт, прямо сейчас.
Коротким жестом она показывает, что хочет сделать это одна и не нуждается в чужой помощи. Потому что давние привычки не вытравить комфортной жизнью, когда трещину дает оберегаемый так ревностно мир. Почва под ногами вновь перестает быть надежной и ровной, а впечатление о непредсказуемости следующего дня не спутать ни с чем другим.
- Можешь сказать Винсенту, что я в полном порядке, и смогу о себе позаботиться. Ему нет нужды спешить, - довольно жестко отрезав и полоснув Пола презрительным взглядом, Джин уходит, накинув на плечи халат.

Темные синяки под ее глазами без макияжа кажутся особенно заметными, а вид слегка болезненным, когда спустя какое-то время и пару лестничных пролетов она останавливается напротив знакомого кабинета. Идеально белая дверь и отполированная до блеска табличка на ней больше не внушают чувства опасности или паники. Тревожное состояние становится частью ее самой.
- Мисс Джервис? - Эрика Райт приветствует ее в просторной комнате, перебирая бумаги, исписанные аккуратным почерком, и карты незнакомых пациентов, - Поздний час. Что-то важное привело вас ко мне? Вы приняли решение?
Ее тонкие брови с идеальным углом слегка приподнимаются в удивлении, но уже через секунду женщина снисходительно вздыхает.
- Утомление может повредить ребенку, - указывая на уютное кресло неподалеку от низкого, заваленного документами столика, она предлагает присесть.
- Мой муж не наркоман, и в его пребывании в клинике нет необходимости, - не шелохнувшись и, тем самым, лишь усиливая легкое замешательство, Джин продолжает более уверенным голосом, - Он покинет больницу сегодня же, я подписала все бумаги. Вы больше не несете ответственности за его состояние.
Не позволяя себя прервать или вставить хоть слово в качестве возражения, она опускает на стол из темного дерева небольшую визитку с инициалами, выведенными каллиграфическим, пафосным и вульгарным, золотым шрифтом, - Оуэн Берк, старший партнер в "Herrington, Arms & Burke". Уверена, вы о нем слышали, и без труда решите оставшиеся вопросы совместно. Разумеется, я рассчитываю на полную конфиденциальность.

Этот день должен был стать идеальным во всех отношениях, вдохновляющим и счастливым, несмотря на упреки Фредо, пасмурную погоду с прохладным ветром за окном, дорожный траффик и головную боль, которая доставляла ей неудобства пару последних недель. Но вместо этого, события обернулись настоящим, тонко спланированным кошмаром. Возможно ли вообще предугадать такое?
Успокоившись и покинув кабинет Эрики Райт, Джин в действительности подписывает все документы, официально подтверждая полный отказ от претензий.
- Почему я не могу отвезти тебя? - под едва слышный хруст костяшками пальцев (он всегда так делает, когда нервничает), Хит снова и снова задает один и тот же вопрос, - Можешь не разговаривать, если не хочешь. Послушаем Eagles или Криса Ри, и я не скажу ни слова о нем, обещаю. Кто-то должен быть рядом, ты выглядишь ужасно расстроенной.
Пустую улицу за окном окутывает неподвижный мрак, а в темном небе сквозь открытое от плотных штор стекло не виднеются мерцающие звезды. Замирая и положив на узкий подоконник руку, Джин наблюдает за приближением к медицинскому центру маленькой точки. Белеющей в конце той же дороги, по которой, взвизгнув тормозами, словно раненый дикий зверек, не так давно поспешно скрылся спортивный автомобиль Оливии Сингер. Почему-то, Джин не сомневается, что Винсент покинул больницу именно с ней. Чувствуя это очень отчетливо, она закрывает глаза, когда слышит, как позади тихо и обиженно ворчит Хит.
- Прекрати это, а? - недовольно хмыкнув, он заставляет ее обернуться и тяжело вздохнуть, - Я был с тобой дольше их всех, и не могу ничего сделать сейчас? Ведешь себя как избалованная, капризная девчонка! На Винсенте Джервисе мир клином не сошелся... особенно для Джин Леншерр! - понимая, что сумел задеть слабое место, Хит тянет ее к себе и обнимает за хрупкие плечи. От него пахнет пылью из автомастерской, машинным маслом и каким-то очень простым парфюмом из масс-маркета, - Эй, где та девчонка, которую я знаю? Независимая от плохих парней и глупого стечения обстоятельств, смелая и красивая. Помнишь ее?
Поглаживая Джин по шелковым, с запахом яблок и корицы волосам, он убирает с ее лица пару темных локонов, и серьезно добавляет. - Я отвезу тебя.
Спокойный и уверенный голос с нотками провокации помогает ей немного ожить. Опущенные уголки губ даже вздрагивают в едва заметной, но по-прежнему грустной улыбке, сопровождаемой тихо брошенным, - А ты все еще невыносим и бесконечно упрям.
"Джин Леншерр" - как давно она не слышала своей первой фамилии, от которой словно свежим порывом морского ветерка веет воспоминаниями о беззаботном (относительно настоящего) прошлом. Годы и месяцы, проведенные под жарким солнцем, в пыли улиц и на набережной Сан-Хосе больше не кажутся ей такими уж ужасными. Замечая это, Хит негромко продолжает шептать.
- Пару лет назад, расплачиваясь за подстриженный газон, старик Хэнк Дженкинс говорил нам, что мы глупые дети, и следует полагаться лишь на себя. Это единственное, что никогда не погубит. Кажется, потому что я пообещал тебе тогда, что буду рядом, даже если однажды ты выйдешь за самоуверенного мудака, - такого как Джервис, - и уедешь с ним в Лос-Анджелес или Нью-Йорк, - фыркая себе под нос, Хит издает рваный смешок и, немного помедлив, добавляет, - Ты соврала мне в тот день, ответив, что этого никогда не случится. Вот только я - нет.
В этот момент откровений, очень трогательный и личный, Джин почти удается расслабиться, но не проходит и нескольких минут, как позади раздаются громкие женские крики. 
- Джин! - под торопливый стук высоких каблуков от Джимми Чу, к ним приближается Мег, а за ней тяжелыми шагами следует Пол, мрачный и придерживающий девушку за локоть, чтобы та не споткнулась. Неужели он ей действительно нравится? Хмурясь, Джин раздраженно оборачивается. На ее лбу возникает маленькая морщинка, когда вслух звучит недовольный вопрос.
- Что еще, Мег? Что вам нужно? Пол уже сделал все, что мог, и этого достаточно!
- Ты не понимаешь!
- Уходите, Мегги.
- Здесь Логан! Он в реанимации! Его провезли мимо нас в холле, прямо из автомобиля скорой помощи! Джин, он был весь в крови... - вздрагивая, Мег замолкает, и сжимает пальцы Пола в своей руке, хватаясь за них, словно это может помочь сохранить самообладание. Пугливая и безобидная, она всегда боялась боли и крови, - Он разбился в аварии..
Тихий писк тает во внезапно ожившем коридоре больницы. Дверь открывается с глухим хлопком, и мимо них проносятся пара молодых мужчин в медицинских халатах. Переговариваясь на ходу, они произносят сложные врачебные термины и выглядят очень сосредоточенными.
- Джейми.. что с его сыном? Логан не работал сегодня! Джино во Франции, - отпуская Хита, Джин чувствует, как паника заполняет ее изнутри. Севшим голосом она повторяет, как если бы уже догадалась об ответе, - Что с мальчиком? Он был с ним?

Следующие несколько часов становятся адом еще большим, чем им всем пришлось пережить. Вытирая слезы и чувствуя красноту вокруг глаз, Джин прижимает к себе пятилетнего сынишку Логана. Она успокаивает его мягкими словами, все еще слегка вздрагивающего при резких больничных звуках, и старается сгладить шок от вылетевшей в кювет машины.
- Твой папа будет в порядке, вот увидишь, - но уверенности в этой фразе отнюдь не больше, чем в завтрашнем дне.
Пол уходит, чтобы проводить Меган домой, а Хит отправляется на поиски хот догов и кофе в забегаловках, открывшихся ранним утром. В опустевшем коридоре перед отделением реанимации, где они с Джейми остаются только вдвоем, пахнет страхом и сломанными надеждами многих людей. В ожидании, пока не закончится операция и из-за металлической двери не выйдет кто-то из уставших хирургов, чтобы сообщить им хорошие или плохие новости, Джин думает о Винсенте и о том, где он сейчас. После бессонной ночи и взвинченных до предела нервов во всем теле ощущается сильная слабость.
- Вам не стоит оставаться здесь, мисс Джервис, - подводя механизм наручных часов, в которых без труда узнается Rado, спустя какое-то время произносит высокий мужчина. Он протягивает ей руку, помогая подняться, и подбадривает встревоженного незнакомым голосом Джейми, - Доктор Гарри Райт сделал все возможное и спас вашему другу жизнь. Ему ужасно не повезло в этой аварии. Признаться честно, я уже давно не видел ничего подобного, но он поправится.

Зимнее солнце поднимается высоко над городом и его лучи совсем не греют, когда связка ключей с тихим звуком падает на прикроватную тумбочку в неподвижно застывшем доме. На лужайке у крыльца по-прежнем стоит ее машина, но смотреть на нее отчего то неприятно и больно.
- "Ты не имел права сбегать", - дважды стирая и вновь набирая сообщение, Джин все же отправляет его на номер Винсента, после чего немного нервно закусывает губу. Убедившись, что Джейми заснул на большом диване в гостиной, она бродит по дому, заглядывая в пустые, без мебели комнаты, и чувствуя полное эмоциональное опустошение. Готовит крепкий кофе без сахара и тосты по привычке, когда на столешнице вибрирует мобильник. Рассчитывая услышать голос Винсента, она ощущает легкое разочарование из-за ошибки в нелепых ожиданиях, но тем не менее послушно поднимает трубку.
- Здравствуй, Люк.

Отредактировано Jean Jervis (2017-12-04 00:25:19)

+3

7

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано Vincent Jervis (2018-05-19 23:10:55)

+2

8

Проходит несколько часов. Без сна, с ногами забравшись в уютное кресло в просторной и светлой гостиной, я забываю, где нахожусь, и невидящим взглядом наблюдаю за спящим мальчиком. Он тихо дышит и сжимает тонкое одеяло во сне, а перед моими глазами внезапно появляется больничная кушетка, на которой в нескольких метрах, за закрытой дверью оперируют тело Логана. Леденящая кровь картина.
- ... уже давно не видел ничего подобного, - голос молодого доктора эхом отдается в голове, и мое сердце болезненно сжимается, пропуская удар. Логан выживет, и Джейми сможет вернуться вместе с ним в их небольшую квартиру под крышей старого дома на Саус-ист виллидж. Иначе просто быть не может, потому что хорошие парни не должны становится жертвами чужих грустных историй.
"Ты прочитаешь это сообщение через пару часов, когда отвлечешься от дел с Оливией или...", - я набираю новое сообщение, чтобы сказать, как мне жаль, что все произошло именно так, когда в комнату входит Хит. Он старается сделать это бесшумно, не потревожив меня и крепкий сон Джейми, но у него не выходит, и я оборачиваюсь на звук тяжелых шагов.
- Не спишь? - обеспокоенно спрашивает он, понижая голос до шепота. В его руках виднеется клочок какой-то бумаги, яркой и напоминающей часть страницы журнала, и я качаю головой, подзывая парня к себе. Когда он протягивает мне листок, слегка смятый по краям и согнутый вдвое, где-то в доме падает один из предметов, но ничего не разбивается. От неприятного звука мы оба вздрагиваем, после чего, прислушавшись к повисшей в комнате тишине, я устало поясняю, - Это Джулиан, кот Винсента. Все в порядке.
Вглядываясь в заметку из популярного глянца, со слабым удивлением спрашиваю, - Откуда это у тебя? - осторожно перебирая вырезку из скандальной статьи, датированной прошлым годом, я вижу снимок Винса в темных очках Ray-Ban и черной кожаной куртке. Он целует в губы высокую блондинку, с оголенными короткой юбкой бедрами и ярким клатчем Ermanno Scervino в руках, в которой узнается одна из известных актрис. Когда Винс прижимает ее к себе за талию, кажется, словно он делает это вовсе не для камеры и рейтингов нового фильма, о чем свидетельствует мерзкая заметка убористым шрифтом на пару абзацев. Переворачивая обрывок журнала, я вижу выведенную от руки надпись "Думаешь, он изменился, когда начал носить кольцо, и оставил в прошлом мимолетные интрижки с голливудскими красотками?".
- Тебе не понравится, - замечая, каким мрачным становится мой взгляд, Хит достает из кармана потертых джинсов что-то еще и оправдывается, - Я нашел это у твоей машины, в белом конверте на лобовом стекле. С инициалами - "J.L", кто-то оставил его утром.
Опуская на низкий столик из темного дерева распечатанную на плотной бумаге картинку, Хит отворачивается и больше не смотрит мне в глаза. Пряча руки в карманы легкой куртки и, уверена, сжимая их в кулаки, он нервничает и ходит по комнате, пока я растерянно изучаю фотографию. Несколько секунд проходят в напряженном, неловком молчании. Не решаясь прикоснуться к доказательству своей ошибки в собственном муже, я вижу, как Винсент наклоняется к незнакомой девушке с высокомерным взглядом и в стильных, дорогих шмотках. Она сидит, положив ногу на ногу, около барной стойки, в то время как несколько пуговиц его рубашки расстегнуты, а в глазах почти наверняка играют хищные огоньки. Я знаю этот взгляд, наполненный похотью и уверенностью, что с наступлением ночи красивая женщина будет принадлежать только ему. Против желания оказаться в руках Винсента ужасно сложно устоять, потому что каждая моя попытка сделать это оборачивалась полным провалом.
- Джин? - кажется, я слишком долго смотрю на них двоих, и что-то в моем лице меняется, - Второй снимок был сделан прошлой ночью. Знаешь, кто это?
Я вновь качаю головой, потому что никогда раньше не видела эту сексуальную брюнетку. "ПРИЗНАЙ, ЧТО Я ПРАВ," - жирные буквы на обороте написаны и подчеркнуты с сильным нажимом, словно человек, сделавший это, хранил в себе искреннюю ненависть к нам обоим. В короткой фразе чувствуется угроза, но по какой-то причине я не испытываю тех эмоций, которые должна. Не ощущаю досады и злости (несмотря на то, что их едва сдерживает, беспокоясь о моих чувствах, Хит) и не строю опасных догадок в духе ревнивой жены.
- Это неправда, - бесцветно бросаю я и поднимаюсь с места, - Кто-то хочет доказать, что мой муж мне врет, и заставить в нем сомневаться.
Хит смотрит на меня с недоверием, и словно не верит своим глазам, что девушка, которую он знал на протяжении всей своей жизни, может быть настолько наивной и глупой.
- Сегодня у него это получилось, - я беру в руки снимок, который он принес с улицы, и прячу в стол вместе с обрывком статьи, не очень понимая, зачем это делаю. - Спасибо, что поддержал. В уикенд автомастерская открывается к полудню, тебе пора.
Мягко поцеловав рыжего парня на прощанье, едва прикоснувшись губами к его щеке, я скрываюсь в кухне, где какое-то время дожидаюсь, пока за ним закроется входная дверь. Когда комнаты просторного дома вновь погружаются в тишину, я вновь набираю номер Винсента, но встречаю лишь короткие гудки и механический голос, оповещающий, что абонент недоступен. В сердце закрадывается липкое и холодное волнение, от которого сложно укрыться за крепким кофе и мягким пледом, и даже бокал крепкого виски или хорошего вина не способен спасти меня от тревожных мыслей. Остановившись напротив высокого шкафа со стеклянными дверцами в широком коридоре, я провожу пальцем по прохладному стеклу бутылки и думаю, как мне не хватает этого - возможности забыться, как раньше, отключив голову на пару часов и притупив болезненные эмоции алкоголем. Привязанность к Винсенту, с его публичной и наполненной провокациями жизнью, сделала меня беспомощной и слабой, и его нет рядом сейчас, чтобы исправить это. Вероятно, так случится еще ни раз, но я все еще не готова оставаться одна.

У входной двери раздается стук, сменяющийся резковатым и настойчивым звуком звонка. Это точно не Хит, и я слегка хмурюсь, беспокоясь, что шум может разбудить спящего в другой комнате мальчика. Дверь до сих пор опрометчиво открыта, но грабители не приходят посреди дня на кишащие людьми улицы спальных районов, и я неторопливо спускаюсь по лестнице с маленькими ступенями.
- Зачем ты пришел? - переступающего с ноги на ногу Джулиана уже на крыльце встречает не слишком дружелюбный вопрос. Я не собираюсь его впускать и не хочу разговаривать, припоминая, как сравнительно легко отделалась в прошлую нашу встречу наедине. Непривычно неуверенно он спрашивает разрешения войти, но получает отказ раньше, чем успевает закончить фразу.
- Винсент уехал, и я больше не собираюсь делать вид, что мирюсь с твоим существованием рядом с нами, Джулиан, - небрежно бросая, я пытаюсь закрыть дверь перед его лицом, не слушая дальнейших объяснений, когда из-за сада в соседнем коттедже раздается звонкий мужской голос.
- Мисс Джервис! Джин! - подтянутый высокий мужчина машет мне большой рукой, привлекая внимание. Его имя Оливер Филдс, и каждое утро его жена отвозит в частную школу младших детей на новеньком минивэне Chrysler Pacifica с салоном из бежевой кожи внутри. - Все в порядке?
Заметив незнакомца, мистер Филдс участливо интересуется, не нужна ли мне помощь. Спустя кратчайшую из пауз в голову приходит мысль, что кто-то из бдительных соседей мог увидеть и человека, оставившего послание. В комнаты дома, тем временем, врывается зимняя прохлада, и в легкой одежде я чувствую, как по коже пробегают слабые мурашки. Джулиан говорит, что мне необходимо поехать с ним прямо сейчас по просьбе Винса, сбежавшего из больничной палаты, что происходящему есть объяснение, а еще - что мне и ребенку может угрожать серьезная опасность.
- За Винсом охотится слетевший с катушек маньяк, одержимый идей мести за прошлые грешки, времен наших тусовок в Остине, наделавших много шума. Мне плевать, но Винс боится, что этот псих может добраться и до тебя тоже.
- Доброе утро, Оливер! - с натянутой улыбкой отзываюсь я в ответ на приветствие соседа, - Давний знакомый, и он уже уходит, - выглядывая из-за спины Джулиана, я стараюсь выглядеть как обычно беспечной, но уже через секунду понижаю голос до враждебного шипения и встречаюсь глазами с парнем напротив, - Убирайся. Ты же не хочешь, чтобы Винсент узнал, что случилось в тот вечер. Уверена, он больше ни о чем тебя не попросит, если я открою рот.
Я угрожаю и делаю это совершенно серьезно, намереваясь открыть Винсу те темные стороны его дружка, о которых он еще не успел узнать, и... кажется, это срабатывает. На мгновение растерявшись, Джулиан отступает назад, и я закрываю перед ним дверь, щелкнув изнутри замком, и со стрекочущим звуком опускаю широкие жалюзи выходящего в сад окна.
- Он поехал к твоему отцу! - голос Джулиана снаружи заставляет меня остановиться, потому что даже дыхание внезапно перехватывает. Зачем Винс делает это? Что ему нужно от Фредо? Мой отец, без сомнений, никогда бы не стал ему помогать. Неужели он, настолько не верящий в людей порой, сейчас не видит этого? Опускаясь на маленькую тумбочку для обувных щеток и сумок, я издаю едва слышный стон, больше напоминающий скулеж Энцо, когда я подобрала его на темной улице пригорода. Винс пытается нас защитить, но даже не представляет, к какому ночному кошмару это может привести.

Я все еще улавливаю глухие шаги Джулиана на крыльце и, кажется, слышу голос мистера Филдса, но удаляюсь в гостиную, не намереваясь с ними разбираться. Мышцы болезненно ноют от каждого резкого движения, но, дотрагиваясь до проснувшегося от сильного шума Джейми, я смотрю на него с теплой улыбкой, не выдавая царапающих изнутри эмоций.
- Твой папа - хороший человек, и пару раз выручал меня, когда никто другой не мог этого сделать, - закрывая глаза, я вспоминаю, как много месяцев назад Логан неодобрительно говорил, что поездка в Лос-Анджелес к Винсенту, украдкой от всех, - плохая идея, и все вновь закончится разбитым сердцем (моим или его), но все же протянул мне пластиковую карточку с инициалами Джино Ардженто, пообещав, что никто не узнает, если я не буду транжирить деньги старика в масштабах нефтяного магната.
- Сейчас мне снова нужна помощь. Как насчет небольшого приключения? Ты когда-нибудь катался на красивой красной феррари? - обращая происходящее в забавную игру, я уже вижу в глазах Джейми, как две капли похожего на отца, любопытство и живой интерес, - Отлично! Вдвоем мы точно справимся. Можешь взять это и спрятать так, чтобы никто не нашел?
Я снимаю с безымянного пальца подаренное Винсентом кольцо и протягиваю его мальчику. Прозрачный камень холодной льдинкой красиво блестит в свете лучей зимнего солнца, проникающих в комнату из окна.
- Не говори никому, что оно у тебя.

Сделав пару звонков, я выбираю в гардеробе стильную одежду, из той, которую все еще могу носить с учетом изменений фигуры. Оглядев себя в зеркале и удостоверившись, что свободное платье Balenciaga и жакет из темного твида от Chanel достаточно убедительно скрывают округлившийся живот, я с легкой грустью меняю изящные лодочки на высоком каблуке на сапоги Stuart Weitzman с плоской подошвой. В конечном счете, получается весьма неплохо.
Когда я спускаюсь вниз, Джейми доедает остывшие вафли с кленовым сиропом, и через несколько минут мы выходим из дома. Запирая дверь, я замечаю автомобиль Джулиана неподалеку, как если бы он вовсе не собирался уезжать.
- Я поеду с тобой, если сделаешь то, что мне нужно, - тоном, не предполагающим возражений и альтернатив, сообщаю я, прижимая к себе мальчика и маленькую сумку с логотипом Furla. Даже не догадываясь, что во внутреннем кармане нее лежит фотография моего мужа и женщины, знакомой Джулиану ближе, чем любая другая девчонка в Сакраменто или Остине. Это правда, никогда раньше я не видела Спенсер Келли.
Таким образом, у лучшего друга Винсента не остается выбора, кроме как выполнить мой лишенный логики, но безобидный с первого взгляда каприз, до того, как автомобиль повернет в направлении особняка Фредо Ардженто.
- Феррари отменяется, пацан! Забирайся! - открывая заднюю дверь большого черного лексуса, неплохо восстановленного после истории с землетрясением, Джулиан пропускает Джейми в салон. Коротко и тихо пояснив, что произошло с Логаном, я не вдаюсь в подробности, и устраиваюсь впереди.
Мы едем в магазин дорогих брэндовых часов, неподалеку от центра города, и брови Джулиана изгибаются в насмешливом удивлении, когда он с издевкой произносит: "Самое время выкинуть несколько сотен баксов за браслетик со стрелочками!", - а я презрительно фыркаю в ответ. Мы не ругаемся при ребенке, но напряжение отчетливо чувствуется в воздухе.
На парковке я настаиваю, чтобы Джейми остался в машине, а Джулиан сопровождал меня в бутике, молчал и не высовывался. В противном случае, Винсент точно узнает о его попытках поцеловать и трахнуть меня (если разыграется фантазия) на нашем кухонном столе, который мы так долго и тщательно вместе выбирали, и о том, что Джулиан ударил меня.
- Может быть, что-то от Дэвида Юрмана или Анны Кляйн? - любезно интересуется миниатюрная девушка-консультант, но я лишь чувствую, как меня слегка мутит от ее туалетной воды с ярко выраженными цветочными нотками.
- Первое, - едва удерживаясь от того, чтобы не поморщиться, я улыбаюсь Джулиану почти дружелюбно, - Как на твой взгляд? Это то, что мне подойдет? - но он не отвечает.
Проходит какое-то время, пока я увлеченно разглядываю часы и иногда подзываю парня к себе, чтобы ты тот взглянул на мое запястье или сказал, что предыдущий браслет кажется ему более стильным. В итоге, мы останавливаемся на изящных часиках от Cartier, но я внезапно вспоминаю, что всю прошлую неделю мечтала совершенно о других и разочарованно фыркаю.
-Лучше поищем что-то подходящее в Сакс на пятой Авеню? Шоппинг в Большом яблоке это то, что нужно и поможет нам отвлечься, - мурлыкая во всеуслышание, я дотрагиваюсь до рубашки Джулиана, после чего приподнимаюсь на носках, закрываю глаза и целую его губы в долгом и нежном поцелуе. Шокированный происходящим, он не успевает меня оттолкнуть и не замечает, как за стеклянной дверью и витриной бутика кто-то несколько раз быстро щелкает камерой.
- Расслабься, - отстранившись, тихим шепотом произношу я, глядя в округлившиеся от удивления темные глаза, и поглаживаю его подбородок с колючей щетиной, как часто делала с Винсентом, - Вот теперь мы можем ехать... если только ты не хочешь купить мне здесь что-то прямо сейчас.
С невозмутимым видом поблагодарив заинтересованную случившимся девушку, я выхожу из бутика и направляюсь к машине, решительно не собираясь ничего объяснять. Парень слегка обескураженно плетется следом. Сложно сказать, что мы в расчете, или что я знаю, что делаю, но того, о чем Джулиан рассказал на пути сюда, вполне достаточно, чтобы убедиться - мне стоит самой позаботиться о нашей с Винсентом семье. Он совсем не знает Фредо. Мой отец непременно захочет использовать сложившиеся обстоятельства, чтобы оградить меня от опасности (реальной или мнимой) и отправить во Францию на ближайшие несколько месяцев и повторить, что нам не следует быть вместе. Поэтому я решаю сделать это сама, не спрашивая разрешения или совета, догадываясь, что Винсент не одобрит.

- Ты же все еще способен вести машину, правда? Живее. Или мы посадим за руль Джейми? - до того, как автомобиль трогается с места, я пару раз подгоняю Джулиана не слишком заботливо, и весь путь до дома Фредо мы проводим в молчании. В салоне играет приятная музыка и пахнет совершенно иначе. Все по-другому, и мне уже не семнадцать. За окном проплывают чужие улицы и деревья с пушистой кроной, а не стройные пальмы, а я думаю, что почувствовала, когда поцеловала Джулиана, используя его в своем маленьком, подлом плане, просто потому что он оказался рядом, однако не ощущаю угрызений совести, проблеска нежности или страсти, которые переполняют меня по отношению к Винсенту. Парень, сидящий на водительском сидении, не вызывает у меня ничего, кроме отвращения (но уже не страха), и, тем не менее, мы целовались. Скоро об этом узнает целый город, и новость грязной сплетней расползется по штатам. Она непременно дойдет и до ушей того, кто так старается выставить Винсента лжецом, не подозревая, что рядом с ним та еще жестокая стерва. Порой мне кажется, что в глазах других людей мы действительно стоим друг друга...

Кованные ворота, прерывающие дорожку из темной брусчатки, открыты, но автомобиль никто не встречает, и никому нет до нас дела. Джулиан и Джейми остаются внизу, когда, следуя интуиции, я обнаруживаю родителей и Винсента в одной из обычно пустующих гостиных. Все мое существо тянется к нему навстречу, чтобы почувствовать тепло рук, обвивающих талию, и колючую щетину, приятно царапающую лицо. Когда расстояние между нами сокращается, и Винс привлекает меня к себе с тихим вздохом, прижимая и успокаивая, я цепляюсь за его футболку, сжимаю пальцами тонкую ткань и слегка царапаю кожу с ровным загаром. Это то, что мне хочется сделать больше всего, несмотря на все кошмары предыдущей ночи, на слабость в мышцах, нервы и моральное истощение. Я знаю, что выгляжу превосходно, и буду именно такой на скандальных снимках таблоидов, но в реальности ощущаю, как измучена и полностью разбита. Движения становятся неуверенными и неловкими, а руки едва заметно дрожат, поэтому Винс подводит меня к креслу, мягко целует в шею, касаясь носом нежной и чистой кожи. Фредо и Лора смотрят на нас с осуждением, и я до сих пор не знаю, что здесь произошло. Хотя это больше не кажется таким уж важным, по сравнению с тем, что я слышу его ровное дыхание и слегка учащенный пульс, когда сжимаю запястье с браслетами, и жмусь ближе, чтобы не позволить отпустить себя ни на секунду.
- Как ты себя чувствуешь? - игнорируя обеспокоенные вопросы отца, я слышу, как Ветта, экономка в доме Фредо, с польским акцентом просит оставить нас обоих в покое.
- Девочке нужно отдохнуть, она же на ногах едва держится, посмотрите! Прекратите это немедленно, - обладая в некоторые минуты неоспоримым авторитетом, в строгом тоне она заставляет Фредо поморщиться и сдаться, после чего не менее требовательно обращается к Винсенту, - Проводи ее в комнату, дверь не заперта.
Благодарно улыбнувшись, я чувствую, как Винс послушно помогает мне подняться, но мое тело почему-то не перестает дрожать. Мне столько всего нужно ему рассказать, однако слова комом встают в горле, и вместо этого я пытаюсь сказать Ветте о Джейми.
- Логан в больнице, он попал в аварию. Доктор сказал, что он поправится со временем, позаботьтесь о Джейми, - лицо Винса меняется, но я успокаивающе сжимаю и глажу его руку, и переплетаю в замок наши пальцы, - Он внизу, я оставила его с Нилом. Надеюсь, он еще не успел научить сына Логана курить травку, - уголки губ слабо вздрагивают, но шутка все равно не выглядит смешной.

Мы лежим на моей кровати в доме Фредо, под мягким покрывалом без одежды. За окном освещает огромный сад тусклое зимнее солнце, но в комнате, за плотными шторами царит легкий полумрак. Выровняв дыхание и расслабившись, я вожу пальцем по груди Винсента, а он обнимает меня сильными руками и прижимает к себе. Мы не разговариваем о случившемся, потому что оба чувствуем невероятное утомление и желание побыть только вдвоем. Не представляю, как скажу ему, что уже завтра с легкой подачки Оуэна и его людей, все может перевернуться. И тогда весь мир узнает о том, что наш брак - лицемерная фальшивка, а жена Винсента Джервиса - обычная жадная до внимания вертихвостка. И как Оливия удовлетворенно кивнет, снисходительно улыбнувшись своей правоте. Зато я и наш ребенок окажемся в безопасности, а Винсу понадобятся все его актерские способности, чтобы сыграть роль убитого предательством любимой девушки парня. Остается только рассчитывать, что его сталкер тоже клюнет на этот крючок и выдаст себя, утратив бдительность.
Когда Винс замечает, что на моем пальце не хватает кольца, я беру его руку в свои ладони и тихим шепотом говорю, как сильно люблю его, и как ужасно нервничала и сердилась, когда он сбежал.
- Никто не узнает о том, почему ты покинул больницу. Я подписала нужные бумаги, Оуэн уладил остальное, - время, которое мы проводим друг с другом сейчас, вопреки желаниям, занимают и наши общие проблемы тоже, - Я бы никогда не сделала этого, не упекла бы тебя в клинику. Единственное, что заставило меня об этом подумать - страх тебя потерять.
Тишину нарушает мой тихий вздох, и тщательно подбираемые слова, которых все равно не хватает, чтобы объяснить то, что я сделала для нас обоих.
- Сегодня мы должны были узнать, будет у нас мальчик или девочка, но завтра я сделаю это одна. Потому что ты не вернешься в наш дом и не будешь давать комментарии журналистам. В прессе вспыхнет скандал, - очень коротко, я пересказываю Винсенту то, что случилось и что Оуэн ждет звонка, позволяющего запустить колесо большого обмана, которое заденет очень многих, - Если этот сумасшедший будет считать, что ты разбит и слаб, то он не упустит шанса посмеяться и взглянуть в твои глаза лично. Чтобы удостовериться, что ты достаточно страдаешь.
Перемещаясь и целуя Винсента в щеку, я складываю руки на его грудь и опускаю на них сверху подбородок. Мы встречаемся взглядами, без слов чувствуя, как сильно нуждаемся друг в друге.
- Я бы могла сделать это в одиночку, позвонить Оуэну и заставить тебя смириться. Но ты должен принять решение сам, или найти другой выход, - закусывая губу, я на несколько секунд замолкаю, прежде чем добавить последнее, сомнительное и тяжелое предостережение, - Не следует доверять Фредо. Порой даже любви к единственной дочери не достаточно, чтобы остановить его.
Хочу ли я в действительности знать о том, что натворил мой муж? За что ему мстит опасный человек из Техаса, подбросивший в автомобиль снимок Винсента и неизвестной женщины, и разбивший в нашем доме окно? Все еще сомневаясь, я хмурюсь, когда произношу негромко, - В Остине с тобой случилось что-то плохое, и в этом замешан Уильям Джервис, твой жестокий и властный отец. Ты бросил семью в восемнадцать, и никто из них не попытался с тобой связаться, когда мы встретились в Сан-Хосе. Почему?  Потому что ты разочаровал их и не оправдал ожиданий в карьере? Или баловался наркотиками, бросив тень на безупречную репутацию влиятельных родственников?
Я чувствую, как Винсент напрягается, но прикрываю глаза пушистыми ресницами и очень мягко, осторожно добавляю, - Пусть так. Но неужели ты думаешь, что я оставлю тебя одного или смогу полюбить кого-то еще? Не имеет значения, что произошло много лет назад. Ты - моя семья, Винс.

Отредактировано Jean Jervis (2017-12-10 02:51:43)

+1

9

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано Vincent Jervis (2018-05-19 23:11:07)

+2

10

Впервые у меня возникает ощущение, что я слегка перешла черту. Неприятное, липкое, приправленное мерзким чувством досады от того, что мне дважды отказали.
Холодным взглядом я слежу, как самоуверенный актер Винсент Джервис строит из себя самца и хозяина положения, играя со мной и соблазняя накачанными руками и кубиками пресса, скрытыми под тонкой рубашкой. Я чувствую слабый запах парфюма в воздухе, свежего и с цитрусовыми нотками, когда он немного хищно и нагло улыбается мне в лицо и шепчет дерзкие слова. Он считает, что может ставить мне условия, в то время как правила в этой запутанной истории устанавливаю я, и мне нет дела до ценности чужого брака или эмоций смазливой девчонки, фотками которой пестрит его инстаграм. Поэтому в ответ я только усмехаюсь и, опуская пальцы с идеальным маникюром на оголенную коленку, слегка наклоняюсь к нему.
- Сегодня не твой день, Винс, - мои губы едва касаются в поцелуе его щеки, но со стороны все выглядит так, словно мы переговариваемся о чем-то личном у шумного бара. Перед нами бокалы с крепким алкоголем, и достаточно лишь пары таблеток сильнодействующего вещества, чтобы один из них представлял серьезную опасность для быстро бьющегося, беспокойного сердца.
- Роль получит Кевин, а ты останешься ни с чем. Ходят слухи, что он плох в постели, поэтому ему не придется со мной спать. Но он может поблагодарить за помощь тебя, - мои слова вызывают у парня недоумение, и, довольная произведенным эффектом, я допиваю свой коктейль с причудливым названием. После чего прошу сексуального бармена повторить. Как и пару раз в баре, когда хотела позлить Джулиана нарочно, и вела себя как ужасная стерва. Однако, если подумать, я должна быть ему благодарна. Потому что именно в его украденном телефоне обнаружились фотки известного актера, номер его телефона и еще кое-какая занятная информация, заставившая меня заинтересоваться. Только я думала, что это будет легко, и первый отказ немного подкосил мои планы. В прочем, трахаться с Джулианом, согласным на связь без обязательств, все же не помешал. Еще пару раз я заходила в его бар, находящийся вдали от центра города. Язвила, смеялась, заказывала выпить, и, удаляясь в женский туалет, шептала едва слышно, что под короткой, обтягивающей задницу юбкой, нет кружевного белья.
- А он еще большее трепло, чем кажется, твой приятель, Джулиан, - наблюдая, как Винс осушает свой бокал, я удовлетворенно киваю и фыркаю, - Или делиться впечатлениями о хорошем сексе с клевой девчонкой - это давняя традиция всех парней из Техаса? Если так, то можешь передать ему, что он вовсе не так хорош, как считает.
Игнорируя намеки на возврат вещей и новые попытки втянуть меня в опасный разговор, я поднимаюсь и ухожу, оставляя Винсенту счет за выпивку и чаевые бармену. Завтра в таблоиде появится заметка о его очередной выходке, и девушка, оставшаяся дома одна, поймет, что ночная жизнь, развлечения и наркотики всегда будут для этого парня важнее.
"Нам нужно поговорить", - короткое сообщение улетает на номер Джулиана без пошлых намеков и острых шуточек. От него веет холодом. Я действительно почему-то злюсь. Парень, оставивший на моем теле пару заметных синяков и засосов, от прикосновений которого все внутри вздрагивало в необъяснимом желании и экстазе, разочаровал меня своим длинным языком. А я не привыкла оставаться в долгу. Джулиан перезванивает, но я не поднимаю трубку, думая, что больше не следует впускать его в свой красивый и стильный пентхаус. Проведенная в моей спальной ночь была очень горячей, но в следующий раз охрана вышвырнет его за дверь раньше, чем он приблизится к лифту.
Взгляд Оливии Сингер останавливается на моем платье от Roberto Cavalli с откровенным декольте, и она едва заметно кивает мне в знак приветствия. Мы не разговариваем, но в целом без слов понимаем друг друга. Акула шоу-бизнеса, искушенная в интрижках с молодыми знаменитостями, я уверена, она знает, насколько хорошо может быть в руках Винсента Джервиса и под ним. Интересно, догадывается ли об этом его подружка? И насколько обидно самой Оливии, когда она лишена возможности затащить своего клиента в постель еще раз... Я собираюсь подойти к ней, чтобы поздороваться, но уже в следующую минуту ее глаза округляются, и внимание переключается на происходящее за моей спиной. Не удержавшись на ногах, Винс сталкивается с преграждающими его путь столиками, и в помещении раздается глухой звук падающей мебели.
"Он заслужил то, что с ним происходит", - думаю я о лицемерии заносчивого парня и его условиях, перечеркивающих слова о ценности собственного брака в одну из первых наших встреч. Кто-то спешит помочь ему, а я просто выхожу на свежий воздух, чтобы выкурить пару ментоловых сигарет из пачки Vogue и подумать, что делать с Джулианом. В какой-то момент мне приходит мысль, что его вещи мне действительно ни к чему, но возвращать их было бы опрометчиво. В телефоне раздаются длинные гудки, когда я набираю номер давнего знакомого.
- Джейк? Это Спенсер. Я заплачу тебе пару тысяч долларов, если сможешь оказаться мне достаточно полезным. Интересует?
Джейк - бывший коп, а как известно, бывших в этой ужасно продажной профессии не бывает. Он соглашается без раздумий, и я назначаю место встречи. Что-то здесь не так, и женская интуиция, подстегиваемая раздражением и злостью, подсказывает мне, что Джулиан вовсе не так прост. Разговор обрывается, когда к черному входу клуба подъезжает неотложка, распугивая цветными мигалками и сиреной накуренных торчков. Я не сразу понимаю, что происходит, но у дверей появляется Оливия, а за ней на носилках двое крепко сложенных парней выносят кого-то, кому внезапно стало плохо на парковке.
"Черт".. - догадка поражает меня на долю секунды. Вовсе не желая прикончить сердце Винсента Джервиса, я начинаю всерьез беспокоиться о таблетках амфетамина, которых оказалось слишком много в одном бокале виски. Ночь обещает быть долгой и тревожной.
"Когда?"
"Соскучилась по моему члену?"
"Может, поднимешь трубку? Эй!"
Сообщения одно за другим сыплются на мой телефон, но я отключаю его, бросив короткое - "Да пошел ты!" - в ответ. Совершенно не предполагая, что уже спустя четверть часа мы встретимся в коридорах больницы.

- Ну конечно, как я могла сомневаться, - останавливаясь в холле и скрещивая на груди руки, с иронией в голосе произношу я. Мы смотрим друг на друга испытывающими взглядами, в которых смешиваются очень разные эмоции. Удивление и замешательство с его стороны, и раздражение и злость - с моей. Расстояние между нами сокращается под звук высоких каблуков от Alexander McQueen, и я чувствую, как вспыхиваю изнутри, собираясь влепить ему звонкую пощечину, ударить посильнее, чтобы на лице с нагловатым выражением остался красный, очень заметный след. Что еще я могу сейчас? Зная, что сама позволяла делать со мной что-угодно и впивалась в его загорелую кожу ногтями, теряя голову от грубости, резких толчков внутри и сводящих с ума ощущений.
- Хочешь узнать, что привело меня сюда? - отстав от Оливии и других людей со съемочной площадки, - Патриции, Кевина и его подружки, - мы сворачиваем в узкий, безлюдный коридор, и кажется, забываем, что где-то здесь врачи пытаются привести в чувство Винсента, о чьем самочувствии все так ужасно волнуются.
- Мы собирались поехать в отель, когда это случилось, - я облизываю губы, жестоко продолжая, - Безумно интересно, насколько лучше в постели известный актер, по которому сходит с ума куча девчонок. Я обещала ему роль, или ты еще не знаешь? Винс не сказал? В очень хорошем проекте. Перспективном. Оливия будет в восторге! Кому нужен его приятель, бармен, работающий сомнительном заведении? - лицо Джулиана меняется, а я поправляю его расстегнутую рубашку легким движением руки и с ухмылкой добавляю, - Кажется, это все, что я хотела сказать.

[NIC]Spencer Kelly[/NIC]
[LZ1]СПЕНСЕР КЕЛЛИ, 26y.o.
profession: жена успешного бизнесмена, фотограф для глянца, прожигательница жизни;
husband: Steven Kelly.
[/LZ1]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2zaiY.gif[/AVA]
[SGN]http://funkyimg.com/i/2y42x.gif http://funkyimg.com/i/2y42y.gif[/SGN]

+1

11

Наши разговоры всегда заканчиваются одинаково. Нежась в объятиях Винса и томно вздыхая от прикосновений больших рук к груди с твердеющими сосками, я закусываю губу и улыбаюсь его приглушенным поцелуями словам. Мои глаза прикрыты от удовольствия, а мышцы заметно расслабляются от волнительных часов, проведенных в больнице.
- Осторожно, я не хочу, чтобы твое сердце снова пострадало, - понимая, что Винс все еще немного пьян и слаб после сильной передозировки наркотиками, я, тем не менее, притягиваю его ближе, глажу спутанные волосы, запускаю в них мальцы с красивым маникюром и забываюсь. Открывая передо мной новые границы ощущений, которые можно получить от близости, лишь в полной мере доверившись друг другу, Винс проделывает этот трюк с нашими телами снова и снова. Его пальцы скользят по моему животу, требовательно и уверенно, проникая под тонкую кружевную ткань белья и освобождая меня от него. Комнату наполняют сдавленные стоны, потому что я начинаю чувствовать его внутри, совершающего неторопливые движения и в перерывах между жадными поцелуями смотрящего мне прямо в глаза. Его член под боксерами от calvin klein уже очень напряжен, и пару раз я задеваю его рукой, поглаживая и едва ощутимо сжимая. Предвкушая, как буду жадно двигаться на нем, полностью в себя впуская, и кайфуя от затуманенного желанием, потемневшего взгляда.
Дверь в комнате заперта не плотно, и нас может кто-то услышать. В доме Фрэдо Ардженто довольно часто бывает много посторонних, но в этих коридорах без особой нужды люди практически не появляются. Поэтому я не сдерживаю своих эмоций, понимая, как сильно мне этого не хватало. Почувствовать, что мы снова становимся единым целым, связанные крепче, чем бы то ни было. А еще потому что знаю, как сильно Винс любит, когда я введу себя дерзко и шумно. Испорченная и пошлая девчонка - его идеал. Смелая в постели и готовая послушно следовать каждому развратному и подогревающему кровь движению.
- Хочу тебя, - не удержав очередного достаточно громкого стона, я нетерпеливо выгибаюсь навстречу его пальцам, извиваюсь в мучительном ожидании, которое уже слишком сложно выдерживать без слабой, пронизывающей тело дрожи, и прошу прерывистым шепотом, - Иди ко мне.
Проходит не так много минут, но я чувствую, что уже близка к пропасти, в которую неизбежно провалятся все звуки и ощущения. Кроме возбуждения, тепла и яркого наслаждения от быстрых движений его языка между ног. Совершенно запрещенный прием. Слабо постанывая, я сжимаю пальцы на его плечах внизу, бессознательно царапаю шею и зову по имени, словно это последнее, что я способна произнести. Когда Винс внезапно отстраняется, мне кажутся ужасно долгими эти несколько секунд, без ласки от его рук и губ. Но уже в следующее мгновение я получаю его полностью, судорожно закусывая губу и распахивая глаза. В них отражается слепая привязанность к единственному мужчине, способному стать отцом моего ребенка, а еще тем, с кем мне хочется проводить каждую темную ночь, пока мы живем и дышим друг другом. Винс увеличивает темп, нависая надо мной и время от времени целуя, выходя и снова проникая грубоватыми рывками. Делая все в точности так, как я люблю, не совершая ни единого лишнего движения. Довольно скоро мы оба уже оказываемся близки к концу, когда я прошу его сбивчивым шепотом позволить мне побыть сверху, но в ответ слышу лишь хриплое дыхание.
- Сильнее, - царапая ногтями его спину, ощутимо, но не оставляя особенно заметных следов, я требовательно урчу, - Хочу, чтобы ты трахал меня сильнее, - и натиск усиливается, сопровождаясь ритмичным скрипом кровати.
Винс делает еще пару особенно грубых и резких толчков, когда я вскрикиваю, замирая под ним, чувствуя, как все тело пронизывает горячая волна, а руки обессиленно сжимают его широкие плечи. Мышцы отпускает обжигающее напряжение, и все внутри постепенно плавится и расслабляется. Я все еще ощущаю большой член в себе, сжимая его вокруг немного сильнее, и Винс с хриплым, сдавленным стоном кончает следом. С капельками пота, проступившими на коже, мы лежим, прикасаясь друг к другу на пахнущих сексом простынях, и я смотрю на его губы, хватающие воздух, прикрытые в удовольствии глаза.
- Не представляю, как проведу без тебя хотя бы неделю и не сойду с ума от навязчивых мыслей, - слова даются с трудом, но произносить их, вздыхая от усталости и утомления, все равно приятно, - Идеально. Обожаю, когда ты делаешь это.
Благодарно поглаживая твердые мышцы его живота и пах, я тихо мурлыкаю, словно кошка, довольная произошедшим, ручная и ласковая.
- Уильям, Уилл... мне нравится, - догадываясь, что Винсент время от времени все еще думает о своей семье, я слегка подталкиваю его к этому, и добавляю, - Так зовут твоего отца. Думаю, это хорошая мысль. Только если ты действительно хочешь.
После чего между нами повисает не долгое, но немного неловкое молчание, и каждый думает о чем-то своем. Я очень надеюсь, что врач в клинике скажет, сделав очередной тест, что у нас будет сын. Потому что понимаю, как сильно Винс мечтает о времени, которое однажды сможет проводить с ним вместе. Не допуская ошибок, совершенных Джервисом старшим.
- Я справлюсь. Все будет в порядке, и этот кошмар совсем скоро прекратится, - предостережения о жестокости, об унизительных высказываниях в прессе в эту минуту не звучат достаточно серьезно, и отмахнуться от них кажется совсем легко. Однако в действительности, я даже не предполагаю, чем может обернуться обман, начало которому будет положено через пару часов, в прохладный декабрьский полдень. Когда люди Оуэна за хорошие деньги сольют скандальным репортерам историю о грязной измене между известным актером и легкомысленной девчонкой. Уже не следующий день наши фотографии напечатает каждый журнал, от известного глянца до простого, не брезгующего сплетнями таблоида. Интересно, что скажет на это отец?
- Ты рядом, я помню, - послушно кивая, я сажусь в кровати, поджимая под себя ноги, когда Винс поднимается и подхватывает с кресла рубашку. Вкус его долгого поцелуя все еще чувствуется на красноватых губах. Если бы это ощущение можно было сохранить надолго... Кажется, я буду нереально скучать, просиживая большую часть времени взаперти.
- Помощь Джулиана больше не потребуется, Хит сможет меня защитить в случае необходимости. И еще.. если мы хотим, чтобы это сработало, то не должны видеться, бывать в одних и тех же местах, - разочарованный тон выдает легкую грусть, но уже в следующее мгновение я заметно оживляюсь. Сообразив, что могла бы это исправить. - Но у меня есть для тебя кое-что. Мне нужен твой телефон.
В глазах Винсента отчетливо мелькает тень тревоги, однако моя просьба становится лишь требовательнее, подкрепляемая легким раздражением.
- Мы женаты, и в полной заднице, а ты раздумываешь, могу ли я заметить что-то, чего не должна? Ну же! - протягивая руку, я подзываю Винса к себе, и под заинтересованным взглядом несколько минут настраиваю уже знакомую до мелочей программу. Вспоминаю и ввожу пароль, и неуверенно поднимаю глаза.
- Ты будешь видеть меня чаще. За утренним кофе или вечерним просмотром глупого сериала в гостиной, - на маленьком экране одна за другой в черно-белых цветах появляются комнаты нашего дома, заснятые несколькими камерами видеонаблюдения. Майк сдержал слово и действительно постарался. Картинка достаточно четкая и даже в оттенках серого очень живая.
- Я попросила установить их, когда кто-то разбил окно, и это единственное, о чем я тебе не сказала. Заплатила с кpeдитки Джино, - пожимаю плечами и возвращаю Винсенту телефон, - Так ты будешь уверен, что я в безопасности.
Сердится ли он? Или снова расстроен? Скрывать наличие в нашем доме камер поначалу вовсе не было моей идеей, но по возвращению из полицейского участка, шокированная случившимся с Саммер, я просто не знала, как сказать. Чтобы Винсент не счел меня сумасшедшей или слишком пугливой. К тому же за несколько недель ни в один из объективов не попало ничего особенного или хоть сколько-нибудь опасного.
- Не злись, - целуя его в щеку и проникнувшись искренними словами, я обнимаю его и жмусь ближе, - Мы проведем вместе ночь в следующий уикенд. Думаю, у Оуэна получится все устроить. Как насчет небольшого домика у озера Тахо. Не Аспен, конечно, но там не будет никаких камер и журналистов с неудобными вопросами, которых ты возненавидишь за несколько дней. Побудем вдвоем и выберем имя для ребенка. Расскажешь, что удастся выяснить. Пожалуйста, я хочу знать все.
Наши взгляды встречаются, и думаю, что действительно начну сходить с ума, если оставлю его хоть на минуту. Решившего самостоятельно позаботиться о нашем общем спокойствии. Но так будет лучше. Выбрав возможность уберечь от опасности себя, я чувствую, что поступаю правильно и обещаю себе быть осторожной.
- Эй, расслабься. Отдохнуть от моих капризов, давления Фредо и ворчания Хита - не так уж и плохо, правда? А еще мы сможем попробовать секс по телефону, если пообещаешь не болтать за рулем, - на моих губах появляется коварная улыбка, но на сердце почему-то все равно ужасно тяжело.

Отредактировано Jean Jervis (2017-12-17 17:21:11)

+1

12

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано Vincent Jervis (2018-05-19 23:11:21)

+1

13

Мое дыхание становится глубже и медленнее, когда я пытаюсь не сорваться на еще один новый удар очередной жестокой и грубой фразой. Он злится, и я ощущаю это, но вместо страха испытываю слабое моральное удовлетворение, которого пока не достаточно. По какой-то причине мне ужасно приятно замечать, как парень сжимает в кулаки пальцы, а на загорелой коже проступают темные жилки вен. Это сексуально. Чувство опасности слегка заводит меня.
- Бесишься? Почему? - вскидывая бровь, спрашиваю я, и удивляюсь почти искренне, - Ты отлично годишься для случайного секса, который, так уж вышло, повторился еще пару раз. Но теперь я хочу твоего приятеля. Популярного актера, с красивым телом и очень способного, если верить распускаемым в шоу-бизнесе сплетням.
Наши лица совсем близко и я практически слышу, как быстро бьется его сердце настоящего горячего южанина, вспыльчивого, темпераментного и гордого. Не составляет труда понять, что стоит лишь ловко уколоть эго, раздутое до невероятных масштабов, намеком на связь с превзошедшим его лучшим другом, и триггер гнева очень скоро без остатка сорвется. С моего лица пропадает нахальная и наглая улыбка, и я делаю все, чтобы унизить Джулиана еще больше.
- Каждая девчонка, которая не хочет спать только с тобой, обязательно шлюха? А знаешь, сколько из них точно также не выберут тебя? Позволят себя трахнуть, но в конечном счете предпочтут секс с более крутым, успешным и сильным парнем? Спустись на землю, Джулиан!
Я выворачиваю наизнанку одну за другой слабости молодого, свернувшего на кривую дорожку парня. Все они не слишком значительные, однако ощутимые, если задеть одновременно. Выбирая наиболее больные места, я хладнокровно наблюдаю за реакцией на каждый выпад и почти ожидаю жестокости или резкого удара в ответ. Однако ничего не происходит, и это бездействие лишь усиливает повисшее в воздухе напряжение. Кажется, словно от всплеска ненависти и злобы в нескольких сантиметрах между нашими телами вот-вот засверкают маленькие разряды обжигающего тока, а я завороженно смотрю в его потемневшие и прищуренные с презрением глаза. Расслабляя запястья, не пытаюсь вырваться, потому что меня не трогают его жалкие, брошенные с обидой и яростью оскорбления. Я слышала их много раз.
- Каково это? Вечно быть на вторых ролях? - даже не представляя, что играю с огнем, я вкрадчивым шепотом гадаю, - Когда даже девчонку, которую хочешь, не можешь получить, пока она сама не придет к тебе за компенсацией самолюбия, уязвленного другим мужчиной? Все еще хочешь меня?
Шепот превращается в злобное шипение, и я понимаю, что веду себя как первоклассная стерва. Приподнимая подбородок, капризно морщусь, словно оцениваю его и решаю, что Джулс недостаточно хорош для продолжения. Однако мое колено все же упирается в его пах, слегка прижимая напрягшийся от острых ощущений член. Из приоткрытых, накрашенных яркой помадой губ вырывается слабый смешок.
- Кажется, у тебя встал. В жутком коридоре больницы, в то время как неподалеку люди в белых халатах пытаются откачать твоего приятеля от наркотиков. Подумать только, из-за него все так ужасно волнуются! Но тебе же нет до этого дела, правда? Потому что ты сделаешь что-угодно, чтобы ощутить мои губы на своем члене сейчас? Или мой язык слишком грязный? - издеваясь над Джулианом, я сокращаю между нашими лицами расстояние, подаваясь навстречу, и слабый запах дорогого Dewars, который бармен в клубе плеснул в мой бокал, смешивается с почти исчезнувшим, немного твердым парфюмом.
- Признайся, насколько сильно тебе хочется обставить Винса, чтобы я и его глупая девчонка жалели о сделанном выборе? Она такая же испорченная, скажи? Или всего лишь более юная и гибкая? На чьем теле приятнее оставлять ссадины и синяки? Она позволяла тебе такое? - прикасаясь к губам парня, пересохшим от волнения, своими, я вовсе не собираюсь его целовать, а лишь слегка потягиваю зубами и кусаю нижнюю. Желая увидеть затравленный, хищный взгляд, в котором хоть на мгновение мелькнет обычная человеческая боль. Свойственная каждому, кто сталкивается с неприглядной правдой один на один. Я фыркаю пренебрежительно, - Винс уже слишком высоко забрался, а твой бар с безвкусным интерьером, неудачниками-завсегдатаями и стремными телками с вульгарным макияжем так и останется на пересечении Мэдисон и Мидстрим-лейн.
В эту минуту мне нравится ощущение его близости. От вздымающейся от тяжелого дыхания груди я испытываю нереальный кайф, сравнимый с удовольствием, которое может получать только кошка, придавившая лапой с острыми коготками небольшого дворового пса, - соперника куда более сильного физически, но угодившего в хитрую ловушку.
В конце коридора появляется чья-то высокая тень, и портит приятный момент. Я опускаю глаза, фокусируя взгляд на металлической пряжке ремня на черных джинсах из Levi's.
- Убери руки, иначе кто-то может решить, что ты хочешь сделать мне больно, и вызовет охрану. Если тебя вышвырнут на улицу, будет сложно узнать, жив ли твой приятель и насколько неловко почувствует себя Джин. Кажется, так зовут его девчонку? - хватка крепких рук становится слабее, и я коротко киваю "так то лучше". Отступая в сторону и отворачиваясь, я пытаюсь разобраться, что чувствую, перевожу дыхание. Мне чертовски нравится изводить его, вытаскивая на поверхность запрятанные глубоко эмоции. Может, Стивен прав, и я действительно его чокнутая, помешанная на чужих страданиях и слабостях подружка. Ручной дьявол в женском обличье? Именно так он меня ласково называет, когда прижимает к себе, за талию в дорогих платьях от Versace и Марка Джейкобса, коротких, оголяющих стройные ноги на высоких каблуках, которые делают задницу еще более сексуальной. Пожалуй, мой муж знает меня как никто другой. Обеспечивает, исполняет все прихоти, и грубо трахает, когда возвращается домой в перерывах от деловых поездок. А я делаю вид, что довольна роскошной жизнью, потому что не нуждаюсь ни в чем и ни в ком. Идеальная иллюзия.
Мимо нас проходит кто-то из сотрудников клиники в белом халате и папкой с бумагами в руках. Сосредоточенный взгляд и поспешность движений выдают в едва заметно хромающем мужчине опытного врача, но он не обращает внимание на двоих молодых людей, сцепившихся взглядами в узком коридоре. Через несколько секунд от пришедших в голову мыслей меня начинает слегка мутить, однако я списываю самочувствие на окружающую обстановку и едва уловимые запахи медикаментов. Хотя, возможно, виной всему обычный алкоголь.
- Кто знает, может, еще увидимся, - иронично, с нотками издевки бросаю я, но не успеваю скрыться скрываюсь в женской уборной, как Джулиан хватает меня за руки и прижимает к холодной стене. Удар по лицу раздается в следующую секунду, и, шокированная, я не успеваю даже вскрикнуть. Коридор уже пуст, и помощи ждать не от кого. Впервые в моих глазах явно и отчетливо отражается страх, а кожу на щеке обжигает горячим огнем. Кажется, останется небольшая ссадина. Вскрик слабым хрипом замирает где-то в горле. Мне уже знакомо это мерзкое ощущение. Слегка растерявшись, потому что не ожидала такой вспышки агрессии, я пытаюсь вырвать свою руку из его, предчувствуя, что увижу красноватые следы от мертвой хватки крепких пальцев. Но Джулиану окончательно сносит крышу, и он с силой толкает меня на холодный пол из пыльной плитки. Высокие каблуки не оставляют ни единого шанса удержаться на ногах. Маленькая сумочка падает рядом, в ней словно что-то разбивается с неприятным звуком. Из-за спавших на лицо спутанных локонов волос я не вижу обидчика, но инстинктивно отползаю назад, осматривая ладони. Кажется, я сломала ноготь. На нежной коже с легким загаром виднеется след крови от царапин. На месте удара, вероятно, уже к утру возникнет заметный синяк. Будет не просто объяснить это Стивену, если он вдруг заявится в наш пентхаус без предупреждения.
Джулиан уходит с видом победителя, а я остаюсь одна, подавленная и проигравшая ему физически в этой небольшой ссоре. Однако то, что случилось, не сойдет ему с рук, и я думаю, что он еще пожалеет. Каждая из избалованных девчонок может быть ужасной стервой или идеальной принцессой, но я всегда ненавидела мужчин, способных поднять руку на женщину безнаказанно.

[NIC]Spencer Kelly[/NIC]
[LZ1]СПЕНСЕР КЕЛЛИ, 26y.o.
profession: жена успешного бизнесмена, фотограф для глянца, прожигательница жизни;
husband: Steven Kelly.
[/LZ1]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2zaiY.gif[/AVA]
[SGN]http://funkyimg.com/i/2y42x.gif http://funkyimg.com/i/2y42y.gif[/SGN]

Отредактировано Jean Jervis (2018-01-04 15:39:25)

+1

14

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано Vincent Jervis (2018-05-19 23:11:32)

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » pawns in the game