Представляете, Сакра онлайн уже целых 7 лет! Спасибо, что поселились в этом солнечном городе вместе с нами.
Где-то за стенкой капает не до конца закрытый Славиком кран, понемногу мотает оксимироновский счётчик, по копеечке тянет оксимироновские денежки... читать дальше




внешностивакансиихочу к вамfaqправилакого спросить?
вктелеграмбаннеры
Forum-top.ru RPG TOP
сакраменто, погода 10°C
Jack
[telegram: cavalcanti_sun]
Aaron
[лс]
Tony
[icq: 399-264-515]
Oliver
[telegram: katrinelist]
Mary
[лс]
единорог Kenny
[skype: eddy_man_utd]
Justin
[icq: 28-966-730]
Aili
[telegram: meowsensei]
Francine
[telegram: ms_frannie]
Una
[telegram: dashuuna]
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » будь нежной


будь нежной

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

дом Куперов | 3.03.2018 | вечер

Eggsy & Lenny
Что делать, если она замужем? Инструкция для чайников.
Бухать и плакаться (по-мужски, сурово) дяде - ✔
Доводить её неделями - ✔
Проникнуть на задний двор - ✔
Петь песни - ✔
Вы великолепны! 


Ost: The Hatters – Будь нежной

Отредактировано Lenny Cooper (2018-05-18 21:33:02)

+4

2

Март, ты че такой ебанутый то?

Его бесила вся эта ситуация с гребаным мужем.

Почему именно он? Почему ему в очередной раз так «повезло»?

Одна ему ножик в брюхо. Вторая ножик в спину и сердце.

Что лучше нужно еще подумать на самом деле.

Сбегает из дома прихватив с собой собаку, гитару и вещи.

Не может находиться тут. Ему нужен человек, который готов его слушать. Сегодня это не друзья.

Просит политического убежища у дяди и берет с мужчины слово, что не Ленни не родители не узнают где он. Девушку он сам найдет.

К счастью Джордж не работает по выходным, и весь вечер пятницы уделяет внимание племяннику.

Ривер выворачивает дяде душу на изнанку. Тот понимающе слушает и разливает янтарный напиток по стаканам. В какой-то момент парню кажется, что мужчине тоже есть что сказать, но он молчит.

Эгсси ебаный эгоист и сейчас не в силах расспрашивать мужчину о его переживаниях ссылая их на переживание о Ленни.

Впервые курит при дяде без осуждения. Лишь изредка ловит недовольный взгляд в грустных, шоколадных глазах. Интересно, ему жаль, что пропахнут шторы и его дорогущие рубашки или легкие засранца?

- Что с женщинами не так? – парень в очередной раз развалился в кресле мужчины. Он был слишком раздавлен, чтобы сидеть по-человечески, свесил ноги через подлокотник и непонимающе жестикулировал руками. - Почему когда тебе хорошо и все у тебя есть, на самом деле все не так и тебе нужно иначе. – он замолчал и уткнулся взглядом в потолок.

Пока Ривер рассуждал и пытался понять причину всего этого он пришел к выводу, что он просто мудак, на что получил сразу несколько негативных высказываний от дяди, тот долго не думая подал парню еще стакан с виски. Спасибо ему за это.

Щенок все это время терся об Джорджа, словно ощущая, что отец не особо настроен сейчас уделять внимание маленькому комочку, и старался получить внимание от старшего поколения.

Эггси в очередной раз наковырял свой телефон. Проверил наличие ответов, они не удовлетворяли его. Ему хотелось большего и плевать, что Купер просто уже устала отвечать в 150й раз на одно и тоже. Но он был молодым и не всегда адекватным парнем, он должен был поднять все для себя, но это было слишком сложно.

Случайность, это не причина для брака. Он читал «не люблю», «так получилось» и прочие ответы и не понимал. Он тоже пил, дико пил, но чтобы воспользоваться ситуацией и утащить девушку в загс это полный бред. Ее муж, конечно, не нравился брюнету. Его жизни хотелось добавить красок, красная пошла бы этому болвану.

- Ты понимаешь – ему трудно про это говорить, хотя перед ним человек с которым он всегда максимально честен. – она… - подбирает слова что тоже не так просто - что-то делает со мной - задумчиво выдыхает сигаретный дым – я ведь даже – последний раз сомневается, стоит – ли, но решается – песни ей пишу – говорит почти шепотом чтобы точно услышал только дядя. Это очень важное, сокровенное и словно если это кто-то еще услышит то сможет ворваться под его броню, растоптать его, почувствовать его уязвимость. Он замолкает и допивает еще один стакан. За окном почти 2 часа ночи.

- ты хочешь спать? – вдруг спрашивает мальчик, у мужчины заметив как тот поднял очки на лоб и трет переносицу. – Нет, Эггси, все хорошо – Джордж сегодня очень мягок, частенько мужчина не забывает свой профессиональный тон педагога, но сегодня он остался за дверью, как только встречающий его дома мальчишка чуть не развалился на части перед ним. Мужчина знал правильную терапию, терапия алкоголем.  6 лет назад они уже проходили ее вместе, тогда дяде пришлось доставать из ребенка нож. Вот уж потеха.

Сегодня нож застрял глубже и в этот раз, точно задел важные органы. Поломал все ребра. Отрезал возможность дышать. Ривер был уничтожен, но эти раны нельзя было зашить обычными нитками. Нужны были особые нити красного цвета. У Фальконера они были, вот только где-то глубоко под кожей и парню они не помогут он и так любил частенько развязывать эти чертовы бантики.

Эггси очень тяжело вздыхает. Но тут приходит идея в его голову. Резко садиться чуть, не уронив очередную сигарету. – Сыграешь мне ? – вдруг словно читая мысли мягко произносит дядя. Парень чуть удивленно кивает головой и отправляется за гитарой.

В своей комнате парень несколько минут думает, а стоит ли это делать. Ящик Пандоры обнаружен, но еще не открыт. Но алкоголь дает о себе знать. Берет гитару, пробегается кончиками пальцев по струнам, окидывает комнату взглядом и покидает ее.

Минут десять он мучает струны, все еще сомневается, боится открыть душу полностью, хотя и знает, что этот человек точно не навредит. Тогда Джордж просто поднимается с кресла. Собирает стаканы из-под алкоголя и выносит их из гостиной.

Ривер впервые на столько открыт перед кем-то. Вся его броня осталась в шкафу и от этого страшно.  Хочется кутаться в свою защиту и выкинуть эту гитару, но от чего-то так легко. Он загружается. Не замечает то, как в комнату возвращается мужчина и тот разбавляет тишину своим голосом. – Ты помнишь тетушку Фло? – словно, между прочим, произносит Джордж и усаживается в кресло вновь. Эггси молчит почти с минуту, а потом вспоминает. – ту очаровательную старушку что любит пихать в меня пироги с курагой которые я ненавижу? – пока он говорит его голос словно окрашивается в цвет столь ненавистной ему кураги. Рыжий, теплый, веселый и очень уютный. – Да-да, именно та, так вот – мужчина мягко улыбается – у нее во дворе растут красивейшие ирисы. Я позвоню ей и попрошу не кормить тебя пирогом сегодня. – Ривер откровенно тупит – но сейчас уже – смотрит на часы – твою! 5 утра! – парень понимает, что Джорджа пора отправлять спать, он работал весь день. Но тот явно планирует это сделать и без помощи племянника. Берет щенка на руки и поднимается. – Она как раз проснулась. Ты можешь, что угодно говорить про своего отца, но я знаю, что все мы одна семья и эта семья не сдается так просто как сдался ты. А после можешь сыграть свои песни и мне, я не против. Доброй ночи, Эггси. – произносит Фальконер и прихватив с собой телефон уходит к себе в комнату.

Ривер просто стоит в ахуе.

Идти к кому-то в 5 утра?

И это совет от такого всегда правильного Джорджа.

Но пока он переваривает информацию хватает гитару, накидывает на себя любимую толстовку и покидает дом. Кепка как вечный спаситель, скрывает его глаза большим козырьком от утреннего, но достаточно обиженного, а от этого холодного солнца.

Несколько лишних километров для дурной собаки не крюк. Тяжело дышит к очередному завороту в сторону дома чудной старушки, вон уже виден ее дом и кажется Эггси видит странное пятно рядом со старушкой. Не сразу понимает. Добегает и почти ложиться руками и подбородком на невысокий забор, дышит, выкатив язык наружу словно собака. Старушка смеется. – у тебя точно нет времени попробовать мой пирог? Он будет готов через минут 40 – парень мотает головой не в состоянии рождать слова.
Женщина понимающе улыбается. А потом вспоминает что-то и протягивает свежее срезанный букет ярко-фиолетовых цветов. – Твой дядя мой должник – подмигивает пожилая дама и гладит мальчишку по кепке. – Он когда-то был таким же. – тут парню становится крайне неловко и взяв цветы, благодарит женщину и покидает ее.

К счастью она живет достаточно близко от его конечного пункта назначения. Риверу нужно это время чтобы восстановить дыхание.

Распеться бы. Но такой роскоши ему не дадут. Главное не курить, а то приятный подарок зальется рудниковым кашлем.

Рудники епт.

Вот он. Ее дом. Ее дверь. Окна. Тепло.

Перелазит через забор и аккуратно стараясь не упасть, спрыгивает вниз.

Главное не шуметь.

Интересно она спит?

Он точно знает, где ее спальня.

Пробравшись на заднюю часть двора, парень удобно уселся на лужайке фиксируя гитару получше.

Вот теперь все должно быть идеально.

Пробует несколько струн, ловит звук, ощущает его.

Все звучит идеально, и теперь самое время сбросить броню с тела. Расстегивает собачку на куртке, снимает ее и укладывает ее на траву, на нее кепку, цветы туда-же и чуть прикрывает их стараясь не смять. Теперь их не видно. Ощущает себя голым. Отключает телефон.

Кажется, он тренировался 100 тысяч раз, но не был достаточно готов, физически все знал, умел, все было идеально. Но заставить голос петь. Не дрожать. Слишком сложно, когда земля уходит из-под ног.

Поднимается на ноги. Чуть подходит, чтобы его точно было слышно. Выдыхает, ощущая темноту перед глазами как что-то родное.
Бежать больше некуда. Он Ривер и он не привык сдаваться. Муж. Жена. Плевать. Это его женщина и от отступит от нее только в случае пули в его голове.

- Моё море, прошу тебя, не выплюни меня на берег. Во время очередной бури твоих истерик. Я так давно тебя искал по грязным пресным руслам, зубами сети рвал, напрягая каждый мускул. – его голос чуть дрожит но это не мешает мелодии идеально сочетаться и проникать в дом блондинки. Окутывать там все, заполнять воздух собой.

Отредактировано Eggsy River (2018-01-29 17:53:10)

+4

3

- Нет, нет и нет! Ты не будешь здесь ночевать и точка! – руки на боках, брови нахмурены. Не хватало ей еще больше проблем из-за этого лопоухого. И с какой бы нежностью он сейчас не молил остаться в её доме лишь на ночь, Ленни будет непреклонной. Она прекрасно знает этот сценарий, сама его репетировала пару раз в жизни и с успехом выступала.

И вот он. Стоит, перекинув кожанку через плечо, а в другой руке дорожная сумка: - Куда я пойду на ночь глядя? – и голос такой жалостливый, манящий. Стоит на пороге и топчет её коврик, а дверь за ним уже открыта. Ленни устало вздыхает. Господи, как же она измотана. Как же она наглоталась этого дёгтя за последние несколько недель в Сакраменто. Поднимает взгляд к потолку, ища спасения в старой трещине. – Джош, это не моя проблема, - её голос дрожащий и неуверенный. Еще немного, и он найдет лазейку, заставит её сдаться и постелить ему постель в гостевой спальне. Это уже будет первый шаг.

Джошуа появился на пороге её дома две недели назад. Две недели и один день как Ленни знает о своём удручающем положении. Замужнем положении. Столько же времени назад, когда она пыталась получить заём на оплату квартиры, ей сообщили о кpeдитной истории её мужа. Если до того момента в центральном банке, она еще надеялась подняться на поверхность озера её жизни, то после – её затянуло в пучину. Теперь он требует от неё невозможного. Наладить отношения. Попробовать стать семьёй. Даже для неё это слишком.

Какое замужество? Какая семья? Опустить тот факт, что он скрывал их юридическую связь годами, не получится. А теперь явился к ней на порог и улыбается своей кошачьей улыбкой. Вот поэтому Ленни ненавидит котов. Гулящие комки шерсти, которым все принято прощать за урчание под ухом и мягкие поцелуи в шею.

Она делает шаг к нему, выставляет руки перед собой и буквально толкает в грудь. – Кэссиди, уходи, - тяжело вздыхает, ненавидит свою слабость. Толчок показался бессмысленным, точнее даже провальным по всем постулатам нападающего. Она осталась беззащитной на это мгновение и позволила ему перехватить инициатив, взяв её ладони и притянув к себе. – Эл, я не подпишу документы, пока мы не попробуем, - она чувствует его дыхание на своей шее, пытается оттолкнуть, но его руки обездвижили её, превращая любую попытку в смехотворную возню. – Если дело в свадебном торжестве, сыграем её снова, - разбить бы об его челюсть стоящую в углу вазу.

- Пусти, Джошуа! Прекрати! Черт. Да что с тобой?! Дело не в торжестве, не в тебе или мне. Дело во всём этом грёбанном браке, которого не должно быть! – она пинает мужчину в коленку и выталкивает его силой за дверь. Быстро запирает её на все замки, а главное - на петлю. Лёгкие вместе с сердцем готовы выпрыгнуть из груди, а голова кружится от резкости движений. Он еще стучит кулаком, пугая её грохотом.

Вооружившись вазой, она бегом поднимается на второй этаж и открывает окно в коридоре: - Кэссиди, если не хочешь стать жертвой домашнего насилия, проваливай! – демонстративно прицелившись несчастным фарфоровым достоянием семейства Купер, Ленни выжидающе смотрит на мужа. Он оборонительно поднимает руки. Показушник. Но Купер уступает, опуская вазу на подоконник: - В понедельник в суде. Постарайся не облажаться, - захлопывает в окно и отходит от него на несколько шагов.

Подождать. Стрелки часов издевательски тормозят. Она нервно перебирает пальцами, опускается на коленки и подползает к окну сбоку. Выглядывает из-за шторки, пытаясь разглядеть двор. Наконец-то спокойно выдыхает, но на всякий случай не встает и на коленках добирается на безопасное расстояние. В голове полный бардак. Внутри всё как после мясорубки. Она разваливается на ковре перед родительской  кроватью и закрывает глаза ладонями. Когда же всё это кончится? Настолько хреново, что девушка не прочь оказаться в объятиях матери.

Держись.

Так хочется натянуть на себя маску Бэйли. Заказать билеты на первый попавшийся рейс и улететь подальше. Намерения не благие, но вдруг сработает.

Воздух давит на лёгкие, оседая поднятой пылью их скандала.

Она бессильно поднимается на локте и дотягивается до телефона, валится обратно. Пролистывать список контактов, так и не решаясь никого набрать. Большой палец застывает над именем Ривера. Услышать бы его голос, но она знает, что на том конце провода её снова ждут вопросы. Отвечать ему честно страшно. А она та еще трусиха. Нельзя впутывать его во всё это еще больше. Нельзя снова быть эгоисткой. Ленни открывает его контакт и слабо улыбается дурной фотографии, где часть лица прикрыта средним пальцем. Не менялась со времен его старшей школы, кочевала с ней от телефона к телефону.

Мобильник одноразово брякает, и перед глазами появляется сообщение в мессенджере от него. Ленни прижимает гаджет к груди и судорожно ловит губами воздух. Еще немного и готова уверовать в его сверх-охуенность (читать «сверхспособность»). Просто совпадение. Читает сообщение с заблокированного экрана, чтобы он не получил статус прочтения. Нет, ей точно нужно с кем-то поговорить. Отвести душу подальше от греховных мыслей. Сгорел сарай, гори и хата, да? Нет, так она не умеет.

Плакаться Бэйли – не панацея. Кузина и так переживает разрыв, не хватало еще вешать на неё свои проблемы. А вот получить втык от Малдер – это дело почти благородное. Нетрезвый голос школьной подруги заставляет её широко улыбнуться. Без всякого лоска рассказать ей обо всем, что творится. Получить от неё смешок и «ты идиотка», согласиться и разреветься в трубку, как маленькая девочка. Где найти силы, чтобы положить всему конец, когда она не знает, что вообще поможет ей завтра подняться с кровати? – Эй, я люблю тебя. Так что намотай сопли на кулак, выпей винишка и включи Клинику. Если реветь, то лучше из-за сериала, - лекарство от всех болезней для ФБР-овца – выпить, залипнуть в ноутбук и отрубиться. Ленни не нашла в себе силы отказаться от такого расклада. – Я тоже люблю тебя. И прости за это, - она любит извиняться за неудобства, а потом почти слышать, как Роуг закатывает глаза.

Матери снова нет в городе. Мнимая взрослость мешает ей пригласить Малдер к себе. Боится, что упадёт в её глазах еще больше. Достаточно последовать совету, спуститься вниз в погреб, выбрать бутылку красного полусладкого и налить себе неразумно большой бокал. Ленни терроризирует взглядом полупустую бутылку. Видимо бокалы придумали для алкоголичек. Что ж такими темпами, ей недалеко. На фоне её личных проблем от карьеры тоже ни осталось ничего, кроме упоминаний в журналах и блестящих медалей в рамочках. Куда уж дальше? На какое дно?

Осушив бокал в прогулке по комнате, она доливает еще и выбрасывает бутылку. Идёт в свою комнату на первом этаже и достаёт ноутбук. Немного налаживает контакт с техникой и спустя пару роликов рекламы, наконец, слышит любимую заставку. Напевает почти отчаянно: - I’m no superma~n,- проклинает Рошу, отпивает вина. Пока Джейди погружен в свой типичный монолог, девушка переодевается в майку и шорты, и устраивается под двумя одеялами на кровати. Ногам холодно, прижимает их поближе к груди. И только её тяжелая голова касается подушки, она отключается. Вино ли тому виной или банальная вымотанность, износ нервной системы – уже не так важно.

Наверное, ей что-то снилось, но серии заканчиваются и вместо мелодичных голосов комнату заполняет шум вентилятора. Девушка лениво открывает глаза, протягивает руку к ноутбуку и закрывает крышку. Взгляд цепляется за нетронутый бокал на тумбочке, Ленни морщится и переворачивается на другой бок, лишь бы не видеть его. Отлично, теперь в глаза бьёт кислотный цвет циферблата её будильника. 5:03. Рановато для субботнего утра.

Тишина давит на уши, проникая пустотой глубоко в тяжелые мысли.

Она почти сочла себя сумасшедшей, услышав пение. Доносилось из открытого окна, пролетело над ней ветром, заставляя сильнее укутаться в одеяло. Пять секунд, десять. Нет, ей не кажется. Ленни поднимается из кровати. Сонное состояние отчего-то изобразило Джошуа. И в этот раз она действительно швырнет в него…треклятый будильник. Вооружившись несчастными цифровыми часами в одной руке, другой же придерживая одеяло, девушка подошла к окну и приоткрыла ногой шторы.

Рука дрогнула. Будильник приземляется на пол. Ладонь прильнула к губам, скрывая удивление. Второй – роняет одеяло, закрывает шторы и отворачивается. Она закрывает глаза. Больно дышать. За что? Она же просила, они же пообещали, он же знает. У неё нет таких чувств, она просто не может их испытывать к нему. Он просто не может смириться с тем, что всё не по его плану. Но слова царапают кожу, проникают в свежие раны и льются по венам.

Мучается. Знает, что если впустит, будет хуже. А если прогонит, простит ли себя? Сможет ли остановиться и найти хоть какое-то оправдание?

Кусает губы изнутри.

Он ведь не прогнал.

5:23.

Не открывая штор, протягивает ладонь к ручке двери на задний двор, замирает. Да определись ты! В голове голос Роши как ментальный удар по затылку. Убирает задвижку, отпирая дверь, но не открывает её. Делает шаг назад, продолжая слушать.

Ривер, ну, почему ты такой невозможный?

+4

4

Он вновь чуть-чуть умирает. Так умирают любя. С каждым коротким шагом по тому самому оголенному лезвию. Оно принадлежит все тому же ножу что торчит у него в спине и протыкает сердце. Вынуть бы. Только это не возможно. Физически не возможно.
Совсем как той ночью отвечая на те самые вопросы. Что резали слух. Пугали. Эггси не признался бы ей. В жизни не хватило бы смелости. Слишком страшные слова да еще после них развязываются руки. Ты уже не так сильно боишься. Ты идешь, вперед продавливая все на своем пути.

Оказывается не все так просто как может показаться в твоей жизни. Ты вроде и готов идти дальше. Вести за собой. Готов к чему-то большему, но безумно страшному. Но ты слишком ебанутый и все не бывает хорошо для таких как ты.

Оказывается все очень просто сломать. Разбить. Уничтожить. Совершенно обычными фразами холода и непонимания.
Как страшно порой слышать простые слова, что отдаляют вас друг от друга. Заставляют задыхаться.  От этих слов хочется спрятаться. Скрыться. Забиться куда-то под стол, обхватить колени руками и ждать пока это все закончится. Только слова не уходят.

Сжимают твое горло и впускают в твое сердце страх.

Не спрашивая.

Словам так хочется.

Нахуй слова.

Чувствует себя дураком пока держит в руках гитару. Перебирает ее струны. Касается словно женщины. Хотя наличие гитары делает ситуацию скорее милой и романтичной. Вот если бы он стоял ночью, в свете фонаря и смотрел бы ей в окна, вот тогда да. Тогда было бы еще хуже. А сейчас он просто влюбленный ребенок. Который боится потерять то, что имеет. Боится потерять себя ведь Ленни живет в самой прекрасной его части. Навсегда закроет ее для других.

Слишком слаб. Как баба развалился тут на заднем дворе.

Может самое время сбежать?

Видит движение штор.

Бля. Добегался.

Смелости это не прибавляет. Хочется провалиться под землю, согнуться на этих ватных ногах.

Но не может. Сколько чувств и эмоций вложено в написание этой песни. Музыки.

Сложно вспомнить, сколько было всего продумано. Представлено. Не так он представлял себе этот момент. Вернее момент то идеальный. Вот только что-то все равно не так.

А с другой стороны, кто вы такие чтобы судить.

Он допевает море более уверенно, чем начинал. Получает своего слушателя. Она где-то там. В глубине комнаты. Или сбежала?

Тут они похожи.

Он бы тоже это сделал, но выглядеть еще большим дураком так себе перспектива.

У него в запасе есть еще очень много песен о ней, про нее, для нее. Но нет. Не сегодня и скорее всего вообще не сыграет их. Пока доигрывает мелодию наблюдает за тем, что хоть как-то ему доступно.

Не  понимает реакцию девушки. Это ей понравилось или иди нахрен что ты вообще приперся то такой красивый. Хмурит брови, смотря на шевеление штор.

Все.

Наступает тишина.

Он кланяется как маленькая, задорная обезьянка импровизированной, не существующей публике.

Немного не та реакция, на которую он надеялся. Кажется, Джорджи ошибся. Или это просто не лучшая его идея. На секунду теряет свою уверенность и тупо смотрит на дверь.

Выдыхает и понимает, что ему нужно покурить и, судя по всему выпить. Много выпить. Кажется, дядя сегодня не ляжет спать.

Парень разворачивается и идет к куртке. Ему вновь необходима его броня.  Кажется на улице слишком холодно. Или это его душа?
Садится к куртке на корточки, раскрывает ее и видит цветы. Черт.

Яркие, сочные краски букета словно туманят его разум. Наполняют его энтузиазмом. Вот зачем нужны именно букеты. Улыбается своим уверенным уголком губ. Поднимает цветы, укладывает их себе на колени. Накидывает на голову кепку. Сгребает куртку и отряхивает ее. Придерживает цветы и поднимается.

Дверь ему открыли. Цветы у него есть. Эта дьявольская, пиздецки –очаровательная улыбка имеется. Чего он теряет?

Как минимум нужно отдать цветы. Им нужна водичка.

Эггси подходит к двери и на секунду замирает. Думает. Взвешивает. Решает. И все же открывает дверь перед собой. Дверью натягивает шторы. Аккуратно пробирается в дом втягивая в себя воздух и с максимальной заботой несет с собой фиолетовую радость. Выдыхает. Он в тепле. Не смотрит на девушку, закрывает за собой дверь.

Вдох.
Выдох.

Ривер забывает все слова, как только видит ее. Ничего лучше не придумывает кроме как протянуть девушке цветы и проговорить. – Это фиолетовые. Ваза нужна им. – округляет глаза поняв, что он несет. Чуть краснеет. Не выдерживает, закатывает глаза. – Дааа, вот это альфа самец. – он смеется и отдает Ленни цветы. – Водичку налей им, а то боюсь, подмерзнут, за 10 минут одиночества-то.

Даже если сейчас она прогонит его, не станет слушать, уйдет. Он сделал первый шаг. В очередной раз дал понять, что он не будет отступать от нее и это очень эгоистично. Хотя они оба вполне себе эгоисты. Он может проиграть этот бой, но первую часть он уже выполнил. Залез ей под кожу. Уверен в этом. С музыки все начинается. Песня что написана для тебя не может игнорироваться. Ты послушаешь ее пусть даже нехотя первый раз. Потом услышишь второй. Третий. И сама не заметишь, как ты погружена в свои мысли, а фоном для всего этого именно та самая песня. Она словно вирус проникает в тебя и не отпускает.

Девушка принимает цветы, к счастью по лицу ими же не получает. Он умница, знает, что дарить девушкам розы, когда на горизонте не все так чисто может быть фатально для твоего лица. Плавали. Знаем. Эггси знает, что шипами по морде получать уж очень больно, особенно когда ты ждешь совершенно иную реакцию. Да и ирисы намного нежнее «ледяных» и стойких роз, один такой удар по взрослому мужику и бедная красота разлетится по всех комнате окрашивая фиолетовыми кусочками всю спальню.

Ленни берет вазу и покидает комнату. Ривер осматривается. Делает несколько шагов, по-хозяйски забрасывает куртку на стул, ее никогда не поздно забрать себе и покинуть это место. Отогревает пальцы. Разве на улице так холодно? Или дело в почти 6ти утра? Ее нет, кажется целую вечность, даже успевает соскучиться по ее запаху, что так приятно наполняют его легкие. Сам того не замечая начинает перекатываться с пяток на носки, ох уж эти привычки с детства.

+3

5

Просто открыть дверь. В свою комнату, в свою жизнь, в своё сердце. Это не так просто как хотелось бы. Коснуться прохладной ручки, оставить на неё своё тепло. Она только сделала это, а уже чувствует вину перед Эггси. Будто поощряет его плохое поведение. Нет ничего хорошего в том, чтобы чувствовать к ней это.

Уже не такая смелая, чтобы задавать вопросы. Чтобы хотя бы просто произнести вслух название этого чувства. Ему хватило сил и мужества на песню. На песню, которая продолжает звучать в её голове, разбивая каждую отстроенную кровью и потом стену. Разбивая их и проникая в маленький дворик, где сидела забитая матерью и испуганная Леннетт. Сидела и ждала спасения. Не надо рушить стены, если не сможешь забрать её с собой и защитить.

Она боялась слов. Слова имели слишком большую власть над её маленьким миром. Одно слово, одна статья в журнале, и её считают неспособной проявить эмоции. Столько ярлыков, столько проблем и переживаний приносили ей слова, закаляли и лепили из неё монстра. Как с проклятиями. Только произнесешь их, и пути назад не будет. А его песнь делает ей больно. Показывает, каким монстром она стала. Неужели она действительно с ним так жестока?

А что он хочет?

Не будет мелодрамы. Она не побежала бы к нему в объятия, наплевав на босые ноги и холодную траву. Он бы не закружил её над газоном и не отнес на руках обратно, приговаривая о том, какая она дурочка. Всё слишком сложно для такого сценария. Да и они никудышные актеры. Просто люди. Люди, которым надо бы бежать в разные стороны, а они делают по маленькому шагу навстречу. Неуверенно, как по тонкому льду на глубоком озере. А если дойдут до середины, наверняка утонут. Этого она и боится.

Дрожит как лист на ветру. Терзает нижнюю губу изнутри, прикусывает её до боли, чтобы немного протрезветь. Ленни проходится пальцами по уголкам глаз, убирая отпечатки сна с лица. Поднимает одеяло и укутывается в него. Сердце замирает с затиханием песни. Надо бы отвернуться от чертовой двери. Не хочется. Поднимает взгляд вслед за натянутой шторой. И наконец, слышит его шаги за ней, видит его спину. Сжимает челюсть до легкого скрежета и выдыхает, услышав его вздох.

Смущенно опускает взгляд. Она не видела его таким с момента знакомства. Этот комментарий лучше оставить при себе. Его тихий смех вызывает улыбку. Ленни берёт цветы в свободную от одеяла руку, дрожащими пальцами обхватывает букет, не прикасаясь к парню. «Спасибо» почему-то только в мыслях. Не может нарушить собственное молчание, кивает. Фиолетовые ирисы. Невыносимый Ривер в самом хорошем и светлом смысле. Ни черта не понятный ей.

Ноги путаются в одеяле, но она, вцепившись в него и букет, выходит из комнаты. Хочется сделать всё быстро и вернуться к нему. Не потерять ни секунды такого Эггси, незнакомого ей. Кладёт букет на столешницу, одеяло вешает на стул и пока вода набирается в вазу, прикрывает лицо руками, по-идиотски счастливо улыбаясь. Первый раз за столько времени. Кажется, так сильно, что пульсация передается в плечи. Мотает головой. Шумно вбирает воздух в легкие сквозь пальцы, глупая улыбка не хочет исчезать с лица. Ленни упирается ладонями в столешницу. Выключает воду и ставит цветы в вазу. Позволяет себе пройтись кончиками пальцев по одному из бутонов. Вряд ли Ривер знает их значение, она и сама не особо сильна во всей этой "цветологии". Не надо искать смысл там, где его нет. Эггси вряд ли что-то гуглил. Но они всё же её любимые, и это ведь главное.

Интересно, он ждёт ее?

Или уже убежал также через заднюю дверь?

Смелость имеет свойство заканчиваться, и её собственная уже на исходе. Ленни не знает, как вернуться в комнату. Ты даже слова ему не сказала. Да, это определенно помогает. Одеяло забывается на стуле.

Вот так в шортах и в майке с принтом реактора Железного человека на груди, ваза в руках – она и возвращается в комнату. Мнётся на пороге, словно первоклашка впервые пришедшая в класс, будто это вовсе и не её комната. Встречается с взглядом серо-голубых глаз, будто пытается найти в них какое-то объяснение происходящего. Ваза с букетом устраивается на прикроватной тумбе в трёх шагах от него.

Помедлив, Ленни поворачивается: - спасибо, Эггси, - говорит быстро, не поднимая глаз, не хочет, чтобы он услышал эту предательскую дрожь в её голосе.

Это очень странный период её жизни. Она абсолютно не знает, кто она. А человек перед ней совершает поступки. Делает хоть что-то. Она абсолютно не понимает почему. Почему ему так хочется доломать её окончательно?

Почему ей так не хочется пытаться построить что-то с Джошуа?

Она о нём сейчас совсем не думает. Бардак в голове отошёл на второй план. Эггси заполнил собой все мысли. Он даже не представляет, какой властью обладает.

Ленни выдыхает, натягивает на себя маску с улыбкой и делает уверенный шаг к парню, снимает с него кепку, забирает куртку из рук. Наклоняет голову набок и по-детски оставляет невесомый поцелуй на его холодной щеке, после тут же отступая: - спасибо за цветы. Я люблю ирисы, - слова застревают в горле, маска сползает. Кепка и куртка устраиваются рядом с вазой. Ленни стягивает второе одеяло с кровати и укрывает им Эггси. Её способ сказать «мне не все равно». – Ты замёрз, а я…я не знаю, что говорят в таких случаях. Я…я, - не отпускает края одеяла, судорожно вздыхает. Просто не могу дать тебе то, чего ты хочешь. Просто скажи это и отпусти его. Это ведь будь правильно. -…не знаю, чего ты хочешь. Эггси, я замужем. Я уже говорила тебе. Что мне еще нужно сделать? - звучит не так уверенно, как хочется, еще больше опустить голову, чтобы лицезреть его влажные от росы кроссовки. Дать ему повод сбежать и при этом сжимать одеяло сильнее в кулаках. Какая же ты лицемерка, Купер.

Отредактировано Lenny Cooper (2018-01-29 23:09:00)

+3

6

Она вновь возвращается. Все словно плывет перед ним. Он больше не уверен. Эггси словно маленький ребенок, что потерялся в огромной вселенной. Странная сказка с красивыми, яркими декорациями. Ему становится не по себе. Холодно. Слишком холодно для его голой души. Черт.

Его ноги наливаются свинцом. Он не может сбежать.

Спрятаться.

Вот такой он трус.

Видит ее. По телу пробегает дрожь. Это вообще нормально?

Законно ходить в таком виде перед человеком, который так тебя любит?

Воздуха не хватает. Судорожно сглатывает порцию столь необходимую его легким.

Кивает ей на благодарность. Его всегда забавляло, когда ему говорят спасибо за такие вещи. Это внимание. Его дарят не за благодарность. Вот оно. Получает то, что так хотел получить. Делает глубокий вдох, словно затягиваясь девушкой. Это пьянит лучше любого алкоголя. Очень сложно удерживать этого дикого зверя, что сидит внутри. Не давать ему срывать вещи с девушки, не давать кидать ее на кровать, запрыгивать и кусать за соски. Чуть встряхивает головой прогоняя пелену зверя.

Ленни укутывает его теплом, одеяло ложиться на плечи. На лице Ривера появляется его дурная улыбка, что так часто красуется на его лице. –Замерз, ты права – слышит ее слова, ее голос, интонацию но слышит совершенно другие слова. Сокращает расстояние, между ними делая полу-шаг ближе к блондиночке. Стягивает ее ручку с одеяла. Приближается к ее лицу. Смотрит в, кажется ледяные глаза. На самом деле это не так. В жизни не поверит в это. Не после той Леннетт что была тогда у него в гостиной. Нет-нет, это все вранье, маски, броня. Замирает, не в силах оторваться от желания целовать ее. Но он будет не прав. Хватит брать ее насильно не смотря на силу этого желания. Облизывает свои пересохшие губы кажется, касаясь языком девушки. Плавится от ее воздуха. Погибает. Бежать.

Обхватывает пальцами края одеяла и, не выпуская их, обнимает девушку, прижимает к себе. Целует в волосы. – Замужем. Да. А еще ты замерзла, и я просто не могу бросить тебя в таком холодном состоянии без одеяла. – наполняет свои легкие ее духами.

Кружится голова. Можно он вот так будет стоять и не отпустит ее.

Всё пополам. Такие дела! Босиком на углях!
Я поднимаю белый флаг, глотая слова.
Я так устал тебе доказывать с пеной у рта -
Мы неделимый элемент - теорема проста!

Удерживает одной рукой обе стороны одеяла, другой скользит рукой по талии девушки. Он знает про мужа. Знает, что все, что он делал с самого начала не правильно. Но он готов продолжать, если не правильным называют его любовь.

Все те эмоции, что заполняют его. С каждым вдохом стараются разрезать его изнутри.

Изничтожить.

Он не хочет всему этому сопротивляться.

Готов бить каждому лицо кто скажет что-то в их сторону.

Каждому кто осудит.

Ривер понимает, что не имеет права требовать чего-то.

Но он поборется. Попытается.

Не готов отпустить ее. Это словно отказаться от воздуха.

Или воды.

Прикрывает глаза.

- Той ночью ты тоже была замужем. И тем утром все еще. – его голос на удивление тверд.

Сам себе удивляется и гордится собой. – Только скажи и я уйду. Оставлю тебя в покое. – говорит, улыбаясь, но Ленни не видит этого, Эггси добавляет – Но потом вновь вернусь. Я словно бумеранг. – в голове рождаются шутки по поводу человека-бумеранга но хотя бы в этот раз хватает мозгов не шутить.

Его не хватает на признание в любви. Эти слова застревают даже не дойдя до горла. Нет. Слишком близко. Достаточно того что он чувствует и того что он делает. Поглаживает волосы блондинки, без желания отрывая руку от талии. Хочется молчать целую вечность.

Отредактировано Eggsy River (2018-01-30 00:27:36)

+3

7

Florence and The Machine – Over The Love
Она еще не понимает этого. Не осознаёт, но уже отрицает. Ленни искала эти прикосновения. Не такие, как той ночью. И тогда ей тоже хотелось именно их. Таких осторожных. И всё равно неправильных. Каждая клеточка тела хочет впитать его, поддаться дурману и иллюзии однодневной защиты. Нельзя. Она не хочет теряться в нём. Каждая клеточка тела дрожит от недовольства. Мозг как всегда не в ладах с сердцем, не даёт и шанса следовать за болезненным желаниям.

Ленни борется. Боролась всю свою жизнь за то, чтобы быть самостоятельной. Ни от кого не зависеть – её главная цель. Алогично рушить всё выстроенное годами. Ради чего? Мимолетного счастья с ним, не осознающим, идеализирующим, капризным до неё.

Её дурная привычка всё решать за других выросла из золотого правила морали. Поступай с людьми так, как хочешь, чтобы поступали с тобой. Кажется, так оно звучит. Она бы не хотела быть влюбленной в него, а потом разочароваться, когда спадут прекрасные маски и начищенные до блеска доспехи. Это бы уничтожило её. Она знает о чем думает. Потому что она вовсе не та прекрасная дочурка подруги его матери с улыбкой во все зубы, как будто только что предстала перед олимпийскими судьями. Далеко не такая.

Но сейчас она такая маленькая в его объятиях. И его спокойный голос над её ухом путается в волосах. Он совсем не облегчает её попытки отдалиться. Она ведь хотела расставить все точки над ё, но была слишком осторожна и нежна, так что сама попалась. Клетка из одеяла и его тела замкнулась за её спиной, вызвав судорожный вздох прямиком в его влажные губы. Клетки мало. Он ставит капкан сильной рукой, заставляя прогнуться в пояснице и невольно прижаться к напряженному прессу.

Ленни отчаялась. Смотреть в его серо-голубые глаза. Встречать серьёзный, неготовый уступать её собственному взгляд. Чувствовать тонкий шлейф выпитого им алкоголя. Обнимает её крепче, прячет лицо. Ей становится легче и сложнее. Она сжимает кулаки, а после расслабляет ладони, пытается протиснуться ими между телами, создать хоть какое-то пространство между ними. Поставить хоть какой-то мало-мальский щит. Под её ладонями бьётся его сердце. Ритм собственного усиливается, будто двигатель набирает новые обороты. Не может оттолкнуть его как Кэссиди. Грандиозное бессилие.

Он говорит очевидные вещи. Упускает только факт, что она не знала о замужестве. И хорошо. Потому что Ленни не знает, пришла бы она тогда к нему домой или нет. Да и не хочет знать, не хочет думать. Иначе снова придётся обдумывать свои поступки, взвешивать насколько хорошими или плохими они были. И еще, тогда ей пришлось бы столкнуться с виной. Каждый раз, когда телефон брякает новым сообщением от него, она по чуть-чуть умирает. Ведь воспринимать случившееся как нечто серьёзное для такого парня, как Ривер, больно.  - Только скажи и я уйду. Оставлю тебя в покое, - её пальцы дрожат у него на груди. Кусает губы изнутри, взгляд смотрит в пустоту. Хотела бы она представить это, но он не даёт ей возможности, вызывая почти измученную улыбку. – Капитан Бумеранг, - на вздохе произносит она, тихо смеясь. Есть такой ужасно пьющий злодей. Как будто сошел из комиксов и пришёл в их оперу.

Ладони мягко ложатся на его холодные щеки. Ленни приподнимает его лицо, заглядывает в него и едва заметно качает головой. Что мне с тобой делать? Коснуться его лба своим, закрыть глаза. Аккуратно и неторопливо. Сегодня утром они именно такие. Хотелось бы понять, что происходит в этой голове. О чем он вообще может думать, как представляет их вместе, как они преодолевают эту пропасть. Прыгают ли в неё с головой, навстречу и находят друг друга на самом дне, где забыты все и вся, где потеряны они. Или обходят её стороной, не упуская другого из виду. – Что тебе сказал Джордж? – тихо спрашивает она, расплываясь в улыбке. Знает, что нужно объяснение и даёт его: - Он налил тебе тот же виски, что наливает мне, - поджимает губы.

Ленни поворачивает голову набок, трется лбом о чужой: - Той ночью я была пьяна, Эггси. Но ты не сошлешь всё на опьянение, да? - её ладони опускаются, отдав своё тепло. Ответ не нужен. Он ведь здесь. Она сама стала катализатором всего этого безумия. Ей нужно разобраться со всем постепенно. Как же объяснить это ему? Нельзя обещать ему, что после всего у них будет шанс. Возможно. Черт, никто не знает. – Я не знаю, что делать. Я не знаю, чего от меня все хотят. И чего хочешь ты? – Ленни пытается отстраниться, хоть чуть-чуть. Ей нужна трезвость, хотя бы намек на здравомыслие. – Ходить со мной под ручку у всех на глазах и трахаться до бессилия в остальное время? – сама удивлена своей смелости, но не отступать же теперь после таких заявлений. Пусть лучше наорёт на неё, но объяснит. Потому что она уже ни черта не понимает.

Отредактировано Lenny Cooper (2018-01-31 17:33:08)

+1

8

Кажется, весь мир замер.

Он часто задавал себе вопрос.

А что он может дать ей?

Вот именно ей.

У него были девушки до нее и чаще всего их интересы заканчивались на куда-то пойти, хотя чего от них можно ждать, они же молоденькие совсем.

Но что он может дать взрослой девушке?

Ривер знал, что не имеет права хоть на что-то надеется. По факту у него есть лишь душа. Еще той ночью понял, что у него есть лишь деньги.

Но разве в них счастье?

Если ей нужна его душа, тогда… он готов выворачивать ее на изнанку. Она вся будет для Ленни. Кроме маленьких комнат. Туда он не допускает других людей. Они его личные. У каждого же есть такое.

Смотрит на нее. Ее руки словно обжигают его кожу. Хочется плавиться как кусочек масла под нагретым ножом. Ноги подкашиваются. На самом деле не особо приятно показывать то, каким ты бываешь на самом деле.

Ты придумал себе себя.

Ты такой.

Но появляются вот такие люди в твоей жизни. Хотя на самом деле они у тебя есть всю твою жизнь.

Ленни словно часть его.

Он не помнит себе жизнь без этой девушки.

И она не заставляет тебя открываться перед ней. Нет.

Твоя броня сама разлетается. На маленькие осколочки. Превращается в пыль.

Эггси знает, что стоит чуть обжечь этого человека, что сейчас так близок к блондинке. И он полезет обратно. Обрастет коркой. Но парень готов рисковать. Это и пугает. Пугают последствия вот этого всего.

Но Ривер уже тут. Он не очень трус. Хотя может, спасает его интерес к риску. Почему бы не кинуть свою душу в печь. Мальчишка не уверен.

Знает точно, что он любит ее. Но какие чувства у нее? Даже если все это не любовь, той ночью это был не просто секс. Это проникало куда-то глубоко под кожу.

Под вот эту все ситуацию идеально подошла бы музыка из еще одной его крайне болезненной для души песни.  Интересно, Купер еще услышит его музыку? Где она сейчас? Прошла по кончикам пальцев? Задержалась где-то в душе?

На его лице появляется улыбка. – Черт, а ведь я так долго скрывал свое место нахождения, даже себя чувствовал секретным агентом на операции под прикрытием – шутит Гэри проводя пальцем по щеке блондинки. – В основном говорил я – препираться не имело смысла все и так было понятно. Куда он еще может пойти, чтобы спрятаться и пострадать. От его шуток не остается и следа. Голос звучит тихо, неуютно как-то. – отличный виски знаешь ли. – говорит он правду, сложно спорить с напитком который старше тебя на столько. – я бы может тоже стал педагогом если бы знал что меня ждут такие подарки от студентов.

Ривер проводил рукой по белоснежным волосам, гладит ее. – Да, я заметил, что ты была явно смелее, чем обычно – замечает Эггси и почти готов вцепиться в нее губами.

Сдерживается и проклинает себя за это.

Так необходимо сейчас быть к ней близко. Трогать ее. Просто знать, что она на самом деле тут и это не пьяное воображение играет с ним. Понимать, что он не валяется в кресле икая и напрягая дядю своим очередным всхрапом.

Знать, что у него хватило смелости переступить этот порог.

Чего он хочет от нее? Сложно сказать.

Хочет ее. Хочет спокойно дышать, когда выходит на улицу. Вдыхать своими легкими воздух и не ощущать маленькие, колкие осколочки той боли что живет. Хочет просто знать, что она есть у него. А он у нее. Спокойствия хочет. Спать нормально, засыпать как человек, а не в пять утра. Не писать эти дурацкие песни хочет. Хочет держать ее за руку пока смотрит какой-то фильм и засыпать рядом.

Слыша ее вариант, становится чуть обидно, что он годится вот только на это. Но он прогоняет маленький уютный мир из своих мыслей. – Знаешь, у меня был свой вариант, но твой, кстати, очень даже мне нравится – отшучивается он и аккуратно делает шаги, назад утягивая девушку за собой. Усаживает ее рядом с собой, дает ей свободу и возможность дышать не собой. Проводит рукой вновь по ее лицу не сводя своего чуть безумного взгляда. – а что хочешь ты? – хотелось проговорить это тихо, заговорчески, но не получилось, получилось как-то уверенно, видно кто-то в нем знает как делать лучше. – тебе понравилось? – не может не спросить, еле сдерживает свою улыбку и старается не улыбаться во все 32 зуба.

+1

9

Нет, не надо снова надевать эту смеющуюся маску. Никакую не надо. Никому из них. Душой она открыта и гола перед ним сейчас как нерв. Он отшучивается, и делает ей больно. Сейчас, именно сейчас, когда ей хочется тянуться за каждым прикосновением его ладоней, как кошки тянутся за шариком с валерьянкой. Но она слушает его, не прерывая. Заметно опускает плечи и отводит взгляд в сторону.

«Смелее», вот как это выглядело со стороны. И вовсе не так, как было в её стороны, где она скорее более убита, чем обычно. Откуда ему знать, какая она обычно с мужчинами. Не хочет позволять проникать этим мыслям в голову. Не хочет вообще думать о ком-то другом. Ни сейчас, ни после. Хотя «после» всё равно придётся, но хотя бы сейчас…

Они устраиваются на краешке ее кровати. Она может спокойно вдохнуть. Её комната даёт ей какую-то непонятную энергию. Пусть она никогда не любила этот дом. Пусть ночует здесь только из-за отъезда матери. Вот еще одна причина, по которой она догадалась о Джордже. Ленни уже успел пожаловаться названному отцу на очередную прихоть его бывшей любовницы. Энергия уверенности течет по венам. А всё равно сил не хватает, чтобы посмотреть на него. Не глядя, стягивает с его плеч одеяло. А еще ей почти хочется заставить его снять обувь. Какая глупая и нелепая мысль. Как всегда вовремя. И вот снова его ладонь на её щеке. Нет причин краснеть, когда оба так серьёзны. Взбирается на постель с ногами, полностью поворачиваясь к нему. – Ты не ответил на мои вопросы, - ни намека на смешок, улыбку, тёплый взгляд. Держать стойку. Быть упрямее, хотя бы в этом. Это, черт возьми, крайне важно. Знать, что он хочет.

Мужчины. Они так ненавидят неопределенности. Но знали бы, насколько эти самые «если» и «может быть» могут терроризировать разум женщины. Когда ты не совсем понимаешь, что от тебя хотят. Когда боишься, что твоя догадка окажется неверной. Ведь в итоге таких раскладов, она останется одна. Очередной поверившей в действия дурой. Слова должны подкрепляться действиями. Но слова всё равно нужны.

Ленни подбирается ближе, нарушает его личное пространство. Не строй стены, и она не будет. Чего она хочет?

Чего я хочу?

Он не потянет всех её хотелок. Потому что они крутятся не только вокруг него. Ей нужно заново сложить свою жизнь по кирпичикам. И сейчас ей нужен фундамент. Хотела бы она его плечо. Чтобы опереться на него рукой, чтобы прятаться за ним, чтобы просто положить голову и заснуть. Она оставляет это желание внутри себя. Взваливать на 23летнего парня такую ношу верх наглости и себяжаления.

Ленни верит в него. Верит ему.

Такие слова не мог бы написать человек, если бы она просто была его прихотью и забавой. Увлечением или гонкой за более старшей девицей, чем там еще развлекаются парни в его возрасте. Ленни не подходила под формат «старшей», разве что чуть-чуть. Это всё суета. Одна нескончаемая драматичная суета.

Чего я хочу?

Сейчас? Через неделю? На год? На жизнь? Сама же задала такой же вопрос.

А потом другой. Такой непосредственный, что она не сдерживается, и вся её серьезность рушится как карточный домик.

Достаточно, если хотя бы один из них не будет меняться.

Торопиться с ответом не хочется. Какой-то глупый ребенок в ней просыпается, прогоняет взрослую и закомплексованную девушку с её вопросами. Ненадолго. Когда же ребенок и девушка станут цельным человеком? Сколько еще менять эти личины?
Можно я просто побуду собой здесь?

Молчание затягивается. Поднимаясь на кровати, подходит к нему ближе на коленках, и перекинув одну ногу, садится сверху. Руки тянутся ему за плечи и виснут на них. – Я почти влюбилась, - смотрит на него с улыбкой: - в эту песню, - добавляет с паузкой, и улыбка превращается в оскал. Не надо дразнить её. А ведь и правда, почти влюбилась. Это «почти» нужно больше ей для самоконтроля. Наклоняется к парню, ловит зрительный контакт: - без нервов только не получится, - чутко касается его губ своими, нежно и долго целуя. Они во всем разберутся, обязательно. Или снова закроются каждый в своей табакерке. Никогда не будет обещанной золотой середины. Но пока дыхание перехватывает так знакомо и казалось почти забыто. Не думала, что снова поддастся. Что будет замерзать без него. Ленни едва отстраняется от него и бормочет: - спой мне, Эггси. А я потом отвечу на любой твой вопрос. Честно, -  утыкается кончиком носа в шею, вдыхает запах его кожи. Нужно остановиться.

+1

10

Иногда бывает так, что тебе просто нечего сказать.

Нет.

Дело вовсе не в человеке, что с тобой рядом. И сказать вам тоже есть что.

Вот только когда любимая девушка вот так вот тебя касается, не хочется не то чтобы говорить, хочется растворяться в тишине.

Он прикрывает глаза.

Глубоко вдыхает.

Вдохнуть бы побольше, стать бы турбонаддувным.

Да вроде он и не трус. Но что делать, то ему со всем этим.

Он не в восторге от ответственности, хотя судя по его вниманию к щенку готов к ней.

Медленно скользит кончиками пальцев по плечу столь желанной девушки. Очень-очень нежно и аккуратно словно может обжечь бархатистую кожу. Не хочет этого.

Она садится на постель перед ним.

Эггси борется с желанием сесть вот точно так же. Чтобы их контакт был еще ближе.

Честнее.

Откровеннее.

Что ему сейчас стоит ответить? На такие вопросы вообще есть правильные ответы? Как ответить так чтобы ему правильно передать все свои эмоции, мысли и желания.

- Что хочу именно я? – Эггси делает паузу, когда она так близко хочется вот именно сейчас открывать себя. И кто бы знал как это стремно пусть даже в мыслях. Интересно, а что сейчас внутри у Ленни? Она боится своих желаний? Боится его желаний? Или же блондиночка сразу думает о последствиях?

А он думает о них?

Или готов опуститься в этот омут с головой?

И как?

Аккуратно и медленно погружаясь в этот кисель или же с шикарным разбегом, под музыку хорошенько занырнуть запрыгнув подальше?

Закусывает губу.

Задумывается.

Погружается в свои мысли.

– Хочется… -исправляется – необходимо показаться не ебаным эгоистом в своих желаниях. - Берет своими пальцами ручку девушки. Рассматривает ее. Тишина затягивается, но она не торопит его. Ей важна, правда и сам ответ.

Ривер всем своим состоянием дает понять что это все не так просто и не только Купер переживает за все сегодня.

- Ведь черт… - как-то тупо улыбается, словно извиняется за то, что не может нормально составлять предложения. – Мы все эгоисты в той или иной степени.

Ощущал себя идиотом.

Ему 23, а генерировать идеи и мысли получается, мягко говоря, не очень. Хотя может дело как раз в самой ситуации.

- понимаешь, я хочу пусть сейчас это прозвучит не верно, но тебя. Нет-нет тут совсем нет пошлого подтекста - понимает как это звучит и начинает интенсивно махать руками. - нет стоп я сейчас не говорил что не хочу тебя как женщину, черт почему же это так сложно то... - Эггси закатывает глаза устав от своей же глупости. - ты понимаешь, невозможно - глотает свои слова, ещё раз. На скольких там языках в одной песне спел Челентано на 4х? А этот парень не может даже на одном и даже просто сказать, страшно, словно после этих слов в неё зальют ртуть - испытывать к тебе такое и находиться на расстоянии. Не иметь возможности касаться твоей кожи. Я наверно говорю как какой-то маньяк - без тени шутки произносит Ривер. - черт я уверен, что для всех других такие вопросы явно легче. А я ещё и говорю про других людей, когда не надо, ай да я...  мне нужна возможность быть вот таким дураком как я сейчас и не видеть в глазах своего человека осуждение. Видеть понимание ситуации - парень говорит это заглядывая в глаза Купер и видя ответы в ее взгляде, он не готов отпустить девушку. Готов ломать стены, что она будет строить, если будет их строить. И это не он такой мудак, он видит во взгляде Ленни то самое, что хочется видеть и слышать любому влюблённому человеку «в ответ» на своих собственных чертенят.

- Может так будет лучше? – прикрывает глаза, но не перестает докасаться до Купер. – Я хочу быть нужным тебе, я хочу, чтобы ты чувствовала, бля не это словно я дикий мудак, но такую, же пустоту каждый раз, когда ты выходишь из комнаты. Хочу видеть твою улыбку, когда ты возвращаешься, видишь меня. Чтобы ты просто радовалась тому, что я вот такой тепленький есть рядом. Хочу, чтобы ты знала, что я всегда с тобой рядом. Что мне можно доверится, вылить свою душу, и я понимаю, что ты вряд ли будешь это делать, как минимум проще высказываться подругам, а не парню, Хочу, чтобы ты просто знала, что у тебя всегда есть поддержка в лице меня. Хочу, чтобы ты знала, что если надо я, хоть трупы за тобой буду закапывать, если тебе это будет нужно. Я поддержу тебя в твоей самой безумной идее. Мне кажется, получилось не очень. – Ривер приоткрывает глаза. Он же не трясся сейчас как лист на ветру?

Правильно?

Ленни становится ближе.

Садится на него. И парень не ожидал такого поворота событий. Приятно удивлен хоть и не знает, что будет дальше. Эггси слышит слова, что заставляют его сердце на секундочку остановиться, но вот продолжение фразы все портит. Ауч. Едва заметно выдыхает обиду. Наблюдает за блондинкой, не теряет ее из виду. Она касается его губ. Глаза Ривера округляются и становятся просто огромными, как же не хочется останавливать этот контакт пусть эта нежность так ему непривычна.

Целует ее.

Скользит руками по пояснице и не готов останавливать тот маленький шар, что начинает кружиться в нужную сторону.

К сожалению все заканчивается. Петь? Сейчас?

Жадно сглатывает воздух. В голове все еще туман.

- Аааа песен больше нет – улыбается Эггси и его улыбка дает понять, что он шутит, но вот только отпускать от себя девушку не хочется. Обнимает ее лишая возможности сбежать.

-Что ты хочешь, чтобы я тебе спел? – ощущает ее дыхание на себе и почти выть готов. Черт.

+1

11

И всё же, как старательно Ленни не отрицала бы, они слишком похожи. Слушать, как он говорит, немного тараторя и запинаясь, пытается объяснить ей так старательно и безо всяких выдумок и театральности. Только приблизившись к нему вот так, сидя на коленях, ощущая какой он тёплый и пытаясь представить, каково ей будет потерять это чувства, она замолкает в поцелуе. Его руки снова пробегаются по её спине, сгоняя за собой волны трепетных мурашек. Спой мне.

Ривер хитрит, одаривая её своей обаятельной улыбкой. Серьёзно, он точно знает, как она действует на женщин. И так хочется в отместку за это создать шухер в его волосах, зарывшись в них пальцами. Со всеми ли он такой искренний? Кому еще так улыбается? Ей хочется узнать и забрать себе это дурачливое поведение. Знает, что не может, но околдована. Оттого и льнёт ближе, обвивая руками шею и сползая ладонями к ложбинке между напряженных лопаток. Победа. Она прячет улыбку в его шее и после, изображая всю серьезность и задумчивость, что ей сейчас подвластно, заглядывает в серо-голубые глаза. - Разве имеет значение, что я хочу? - поджимает губы и прикусывает их изнутри, облизывает, отпускает из капкана зубов. - Можешь просто играть, - озорно вскинув брови, хватает его руки и освобождает себя из объятий, быстро соскакивая с парня. Пятки касаются холодного пола. Ленни подходит к двери на задний двор и заговорщически подмигивает сидящему на кровати парню. Пробежка по траве босиком проходит довольно резво. Ее бы и не было, не оставь он на улице свою гитару. У неё, к сожалению, нет стеклянной комнаты с инвизом для соседей, но она отчаянно надеется, что шесть утра - слишком рано для этих любопытных зевак у окон.

Девушка возвращается в комнату с гитарой и закрывает за собой дверь, наспех впихивает инструмент в руки хозяина и запрыгивает под одеяло, едва ли не стуча зубами: - Программу тренировки на улице я на сегодня выполнила, - сообщает она, укутываясь в "мантию" и подсаживаясь к парню со спины. - В следующий раз не теряй, а то Фундук найдет и сожрет её, - обнимает его сзади и тянет на себя, поднимаясь губами к уху. - Тебе просто катастрофически повезло, что Роуг забрала его к нам домой, - касаться его, еще раз и еще, губами по линии шеи: - Он бы испортил твоё представление и возможно даже покусал, - слегка смыкает зубы на мошке.

Ей нужно слишком многое переварить, сейчас они не станут это делать. Нет, она не позволит себе говорить о высоких чувствах, об урагане внутри ловушки из его рук, что захватила её в феврале, и тихой гавани их утра, которое хотелось продлить до самой ночи. Сейчас для неё это слишком много.

Она не даёт ему возможности задать вопрос о Фундуке и разузнать, что это за зверь такой. Прикрывает его рот ладонью, даже если он собирался просто начать петь. - Я знала, что ты рядом, поэтому и пришла тогда к тебе. Не к Бэйли, не к Роуг, не к Джорджу, не к кому-либо еще, - шепчет без всякой хитрости и прикрас. Всё, что она сейчас может дать ему - правда. - Но..., - за этим маленьким словом всегда таится подвох, пакость, ужас, а ей хотелось просто немного открыть завесу: - пойми меня правильно, Гэр...Эггси,  - выдыхает и чуть недовольно рычит из-за того, что пришлось исправляться: - ты в этих чувствах дольше меня. Я не буду врать, говоря тебя, что ты мне не нравишься. Той ночью я тебе ни раз доказала обратное, - как же хочется узнать, умеет ли краснеть малютка Гэри Ривер, но Ленни сдерживается и продолжает: - Маньяк ты или дурак, а может я немного нимфоманка с дурной головой, что лезет к мальчику, которого знала с дошкольного возраста. Кем бы мы ни были, я не хочу, чтобы нам мешали. А замужество оно как бы немного, но, знаешь ли, кхм, не способствует. Ты толком не знаешь, что происходит между мной и ним, а уже делаешь выводы, - обнимает свободной рукой крепче, опускает подбородок на его плечо и улыбается: - Давай я сначала разберусь с той частью своей жизни, а потом ты... пригласишь меня на свидание в кино. Хотя ближайший супергеройский фильм только в мае, но что-нибудь мы придумаем, - вышагивает пальчиками одно руки по изгибу гитары: - А пока все вопросы после песни, если ты не убежишь и у тебя останутся силы, - поняв, насколько должно быть неправильно и пошло прозвучала последняя ремарка, девушка немного отстранилась и ткнулась лбом в лопатку. Однако, исправлять себя не стала, просто отпустив уже наверняка готовый бормотать и что-то доказывать рот.

+1

12

Кажется, он слышит сердцебиение.

Свое.

Ее.

Этот контакт кружит голову, влюбляет еще сильнее.

Обнять бы ее и больше не отпускать.

Оставить девушку себе и все. Цыц! Мое! Не трогать и даже не смотреть в ее сторону.

К сожалению, он не имеет на это право. Черт.

Как ей объяснить, что только то, что она хочет и имеет значение на самом деле.

Для него это точно так. Ей явно нравится его творчество, она серьезно сейчас хочет вот это все прекратить ради музыки?

Забавно.

Эггси улыбается, его морда уж очень довольная и он словно дурак пялится на свою принцессу. Она прерывает их контакт. Отрывается от нее, отрывает себя от него. Парень тянется за ней с начала всем телом, потом только руками.

Спорить тут бесполезно, в ее чудесной головке уже что-то созрело и превратилась в план, идею, кто он такой, чтобы с этим спорить?

Куда…? – его вопрос застревает в воздухе, когда блондинка выбегает на улицу, черт, а ведь он гитару там забыл, как он мог то вообще. – холодно там? – она появляется в доме и быстро пересекает комнату. Ривер берется пальцами за свой инструмент. Наблюдает за Ленни пока та перебирается к нему за спину, выравнивается и улыбается.

Хочет начать говорить, вот только ему не дают такой возможности.

Но эти вопросы его все еще волнуют, хотя не сказать, что сильно беспокоят.

Обязательно постараюсь запомнить, Фундук? Что за зверь такой? Судя по любви к деревянным вещам, маленький термит .Ее прикосновения путают мысли и отнимают возможность нормально говорить. Какой страшный и опасный зверь его там поджидает за очередным поворотом в ее квартире.

Но это все подождет.

Дрожь разбегается от кончика уха по всему телу, мальчишка  прикрывает глаза от удовольствия и хочется отбрасывать гитару к чертям, задевает пальцами струны, совершенно случайно и это возвращает его на землю.

Черт.

С другой стороны это позволяет ему слышать ее.

Чувствовать ее, ощущать ее за своей спиной, она прячется от него за ним же? Или от себя прячется? От правды? Но Эггси был согласен на все это, пусть он услышит это вот так, чувствуя ее прикосновения, ощущая ее дыхание, главное услышать. «Но» царапают душу, ну почему, же оно всегда должно присутствовать. «Но» всегда все портит, из-за «Но» начинаются войны, погибают люди и бьются сердца. Собственное имя вновь царапает слух.

Чуть ведет плечом, но вовремя себя одергивает, все хорошо, планета не стала вертеться в другую сторону. Нужно просто расслабиться. Она продолжает, и первая напоминает ту ночь, Гэри поджимает губы пряча за маленькими трубочками медленно расплывающуюся улыбку. Парень ощущает, как чуть краснеют его щеки, серьезно Ривер? Ты же не маленький, с другими девчонками такого не было, с ней все было по другому. С ней он был другим. Мальчишка и правда не знал что у блондинки с ее мужем, но судя по всему, она сама этого не знала. Оставить все как есть? Дать девушке самой разобраться со своими проблемами и просто не лезть? Сложно! С другой стороны, а что ему еще остается делать? Насильно пойти решать ее вопросы? Нет, если бы нужна была физическая поддержка, это одно дело, но тут Купер должна справиться сама. Это конечно угнетало, ведь хотелось быть нужным даже сейчас, а с другой стороны, раз ей хочется именно так, то зачем с ней спорить.

- Может я затащу тебя на ужастик, будешь обнимать меня за руку, и прятаться когда будет страшно – он мягко улыбнулся, сдаваясь, она конечно не же увидела. – Помни, что это тебе некуда бежать, я то у тебя дома – проговорил Эггси и стал перебирать струны кончиками пальцев. – давай просто поиграю – не знал он что петь, слишком много идей было в этой голове, были те, что написал он, а еще море разной классики которую частенько исполнял. Пока его голова была забита выбором он продолжал играть. А потом мелодия сменилась, обрела форму - Над моей пропастью у самой лопасти кружатся глобусы, старые фокусы. – пропел он тихо, но резко сменил мелодию – она женская, давай другую – хохотнул парень – но мне нравится на самом деле.

Ривер сыграл мелодию, но петь не стал, сидел, думал и пытался понять, что ему делать теперь.

Но сделал вид, что сосредоточился на игре, на струнах и своих касаниях.

Времени было не так много, да и думать тут особо не чего, не будет же он углубляться в свои мысли сейчас, тут, рядом с ней, нееет, ему нужен стакан с виски, кожаное кресло, треск дров в камине. Вот это ему поможет. А сейчас поможет другое. Доиграл.

Аккуратно опустил инструмент на пол, не поставил его и облокотил, просто уложил, так у него больше шансов выжить. Гэри стянул с себя кроссы, аккуратно чтобы не помять крылья на них, повернулся к девушке и обнял ее. Не отпуская поудобнее забрался на кровать, поднялся на колени, становясь выше почти на голову чем девушка. Приподнял ее личико за подбородок, заправил прядь волос за ушко. Она сейчас такая маленькая и беззащитная, такая хрупкая. Девушка смотрит ему в глаза, а ему плавиться хочется под этим взглядом.

– Ну что? Что будем делать тогда? Можем фильм посмотреть какой, погулять сходить, можешь мне в принципе завтрак приготовить – он довольный пожал плечами, а потом улыбнулся своей хитрой улыбкой и коснулся женских губ своими. – ну или можем чем-то таким заняться – еле заставляя себя оторваться от ее губ произносит Эггси и возвращается к процессу проводя ладонями по талии Купер. Вот это точно доброе утро.

Отредактировано Eggsy River (2018-03-31 06:04:28)

0

13

- нет игры больше месяца, в архив -

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » будь нежной