в моём мире гаснут светлячки. я так много курил в тот вечер, когда ты уехал. так и не застал тебя дома, простоял на улице в пальто на голое тело... читать дальше

внешностивакансиихочу к вамfaqправилакого спросить?вктелеграмбаннеры
RPG TOP
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 10°C
Jack /

[telegram: cavalcanti_sun]
Jere /

[icq: 399-264-515]
Mary /

[лс]
Kenny /

[icq: 576-020-471]
Kai /

[telegram: silt_strider]
Francine /

[telegram: pratoria]
Una /

[telegram: dashuuna]
Amelia /

[telegram: potos_flavus]
Anton /

[telegram: razumovsky_blya]
Darcy /

[telegram: semilunaris]
Ilse /

[telegram: thegrayson]
Matt

[telegram: katrinelist]
Вверх

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » epic battle of food


epic battle of food

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

кофейня "Traveler's Coffee" -> квартира Ласар | 1.03.2018 | 15:00

Lasair O'Flaherty, Adrian Nott
http://funkyimg.com/i/2CYRk.gif http://funkyimg.com/i/2CYQB.gif

рыжее солнце беспощадно, рыжее солнце - никогда не сдастся, не даст слабины, раскритикует, сможет ли тихий лес его победить?

Отредактировано Adrian Nott (2018-03-03 20:47:50)

+1

2

В такие дни Ласар О'Флаэрти старалась вообще не выходить из дома.
Потому что ну давайте серьёзно - что может быть лучше смены в любимом пабе? Только разве что выходной. Заслуженный выходной, когда можно весь день посвятить себе, и тому, чем ей просто нужно было заняться уже давно, но из-за бешеных смен в пабе всё было как-то немного не до того. Честно говоря, она даже плохо помнила, как добралась  до дома и припарковала свой мотоцикл. И нет, она была абсолютно трезвая - потому что в противном случае байк бы остался на парковке рядом с пабом, а она сама вернулась бы домой на общественном транспорте. Просто сама смена выдалась, мягко говоря, огненной - причем настолько, что даже её, человека, который можно сказать, родился у барной стойки, слегка потряхивало. В такие моменты, кстати, на неё и накатывали мысли уже оставить барное дело, и уйти-таки в обожаемую археологию, но потом на неё накатывало, и О'Флаэрти сама же себя начинала тихо ненавидеть. Уйти из барной отрасли?
Да как?
Как она вообще до такого дойдет? Что такого вообще должно случиться, чтобы она на самом деле рискнула провернуть нечто подобное?
Даже в замочную скважину ключом не сразу попала - у неё дрожали руки, настолько она устала. Но когда рыжая расслышала за стеной громкий собачий лай, то она даже на какой-то момент стряхнула с себя то самое сонное оцепенение. Вигго и Бальдр сейчас ведь весь дом перебудят, это уже не говоря о бедной Селесте, которой приходилось делить жилплощадь с рыжей. Вот уже даже и ключ вставился.
- Чёрт..., - Ласар поворачивала ключ непослушными руками, прислушиваясь к возне за дверью, - сейчас-сейчас мальчики, только потерпите немного... Наконец дверь открылась, и парни буквально облепили собой хозяйку, шумно толкались, прыгали, клали лапы на плечи, и облизывали Ласар всё лицо. И всё было бы просто чудесно, если бы не уже совершенно командирский вес обоих ребят, и недюжинную силу. Она, конечно, девушка не хрупкая, и уже многое испытавшая, но попробуй-ка после адовой смены на ногах потом ещё держать на себе две громадные собачьи тушки, пусть даже они бесконечно любимые и родные.
Однако собаки всё не унимались...
- А ну прекратили мышиную возню! - прикрикнула ирландка, после чего прислушалась. Тишина. Только шум постепенно просыпающегося утреннего города за окном говорил о том, что уже вовсю занимался новый день, и только она сейчас может, приняв элементарный душ и переодевшись в домашнюю пижаму, завалиться в кровать. Невольно принюхалась к волосам, поморщилась - да если она так сейчас ляжет, то у неё всё постельное белье провоняет, не отстираешь потом. Чёртовы сигареты. Вот и кури потом сама после такого.
Тогда выпить эспрессо - какую только по счёту чашку за эту ночь - вымыть голову - и только после этого бухнуться спать. А ведь надо бы ещё с ребятами сходить погулять.

В итоге спать Ласар легла только около девяти утра, а проснулась она ни много ни мало уже ближе к часу дня.
В квартире стояла тишина, даже собаки и те притихли. Селеста точно бегала где-то по делам, да ещё город шумел под окнами, но рыжая не спешила вставать с постели. В конце концов, когда у неё ещё будет такая возможность просто взять и поваляться в кровати, при этом зная, что ей никуда не нужно. От слова совсем. И что сейчас она может не бежать сломя голову на парковку, и не нестись к мотоциклу, потому что ей пора на смену, а может не снимая пижамы, надеть поверх длинный махровый халат, и не спеша пройти на кухню, где под вручную сваренный в турке кофе, с добавлением корицы, кардамона и мускатного ореха, столь же не спеша приготовить себе завтрак. В какой-то момент Ласар поймала себя на мысли, что она хочет чего-то плотного и горячего, что позволит надолго зарядиться энергией и не даст быть голодной уже спустя два-три часа после того, как она выйдет из дома. А она хотела выйти. Пока она пила кофе, у неё родилась идея - доехать до кофейни Traveller's coffee, и взять какой-то десерт специально для Селесты. В конце концов Тирелл это заслужила - уже хотя бы потому, что она присматривала за Вигго и Бальдром, да и в принципе терпела настолько непростую соседку, как она. И пока в голове рыжей рождался план относительно того, чем она сегодня займется, в голове наконец-то родилась идея для собственного завтрака. Яичница из двух яиц, пара ломтиков бекона, фасоль в томатном соусе, который она делала собственноручно, с добавлением паприки, перца чили и смеси итальянских трав, жареная сосиска, картофельная котлета - а вдогонку пара зерновых тостов со сливочным маслом, и всё это под свежий номер газеты, которую ей, очевидно, оставила Селеста, прекрасно понимая, что подруга, скорее всего, тоже захочет ознакомиться со сводкой новостей. Ну вот а вы говорите - и вот как не отблагодарить такого человека?
Да это просто решительно невозможно.

- Привет, Тим! - радостно мурлыкнула О'Флаэрти, когда с завтраком было покончено, и теперь у неё остался разве что ещё кофе и тост с маслом и клубничным джемом, - не подскажешь, мой заказ ещё не подъехал? Внимательно выслушав владельца небольшой антикварной лавочки, рыжая только неглубоко вздохнула: - Жалко. Ну ладно, ничего - ты ведь мне в любом случае наберёшь, когда его привезут, правда? Огромное спасибо! - и положила трубку. Тост между тем медленно, но верно пропитывался подтаивающим маслом и джемом, в сочетании же с кофе это и вовсе было что-то абсолютно фантастическое, ни один клафути с вишней не будет рядом стоять, как бы кощунственно это ни звучало. И откуда в ней только вот это вот всё, включая абсолютно не вяжущуюся с её образом жизни любовь к кухне? Ласар не знала. Да и так ли это было важно? Зато её друзья никогда не останутся голодными - а это было важным элементом в её жизни, практически одним из самых основополагающих. Будучи от природы натурой хлебосольной и общительной, одной из величайших радостей для О'Флаэрти было именно осознание того факта, что она может накормить всех, кто ей близок и дорог.
Но вот и в выходной настал момент, когда стоило уже выйти из дома. Простые классические джинсы, кашемировый свитер, шарф - и классическое же пальто оттенка "сливочная карамель" - воплощение классики, и это даже с учетом довольно массивных и грубых ботинок на шнуровке, да огненно-рыжих волос, которыми свободно играл ветер. Сейчас ей не хотелось даже садиться на мотоцикл, ей хотелось просто пройтись по городу, просто вдохнуть ту самую атмосферу улиц и первого дня весны, а ведь обычно она проносится по этим самым улицам подобно метеору, ни на что и ни на кого не обращая внимания.
- Haaappy naaation, living in a happy natiooon..., - рыжая толкает дверь, и её окутывает волна карамельно-кофейного тепла, она даже жмурится от одного только сочетания запахов и атмосферы, - where the people understaand, and dream of the perfect man..., - не переставая петь, она наконец оказывается перед витриной, и уже заранее знает, что чисто теоретически могло бы понравиться Селесте. Но рисковать она тоже не может, и поэтому заказывает кофе мокко и кусок шоколадного брауни с солёной карамелью и орехом пекан. Кто же знал, что всё в итоге получится... именно так?

Внешний вид

+1

3

ЛСП – Маленький принц.mp3

твоё [о?]сознание металось между огнями, окружающими тебя, словно ты был фонариком, сотканным из чистого солнечного света в непроглядной ночи, привлекающим мотыльков на верную погибель. ты перевернул всё с ног на голову опять: даже в своей метафоре ты сам стал в итоге огнём, а огни - тобой, но может, действительно, это они мельтешат и куда-то всё время спешат [нарушение гравитационной связи первого уровня: вы забыли про ремни безопасности, поэтому вас ждёт долгий полёт в никуда], а ты остаёшься на месте, топчешься с ноги на ногу, перебираешься с одной мысли на другую, шаг за шагом - будет ли это восхождение по лестнице, ведущей вниз? ты не знаешь ответа на многие вопросы, которые задаёшь, поэтому растерян, потерян, растоптан - и высушен, ведь новости одна за другой сменяют друг друга, а ты остался где-то во вчера [было ли оно несколько лет назад?], ты собирался там обосноваться и предаваться неге, но тебе не хватает кислорода, ты выныриваешь на поверхность - и задыхаешься от его переизбытка.

сегодня тебя ждут выходные, хотя ты нырял в работу, как в спасительный тихий омут, где было позволительно не думать о том, что происходит вокруг тебя во вселенной, а только о том, что было в этом здании, только об окружении из нескольких знакомых человек - и постоянно сменяющихся незнакомцев. ты уже закончил свою смену, но, как всегда, остался, чтобы приготовить себе домой что-нибудь, ведь дома у тебя не будет никакого желания этим заняться - дома ты рухнешь на кровать лицом вниз [только бы не начать опять задыхаться], вдыхая запахи старого дерева и пыли, и будешь лежать так до наступления сумерок. что будет потом - ты не мог загадать, ведь до сих пор не мог устоять перед магией спрятавшегося за горизонтом солнца, которое освятит твой путь своим последним лучом, таким непривычно ярким и теплым, что, возможно, тебе станет лучше, ты вновь станешь тем самым старым и добрым, как в сказке, которую ещё нужно рассказать.

и ты рассказываешь её сливам, разрезая их на две половины острым лезвием, ведь они - твои двенадцать друзей, добавишь ещё одну - и будет чёртова дюжина, но это будет - завтра, сегодня ты ограничишься тем, что есть. мякое масло тонет в сахаре, смешиваясь с яйцами в едином порыве, который уносит их из привычного существования, который делает их чем-то иным - как тебя сделали чем-то иным события последних месяцев. ты продолжаешь изменяться, когда песчинки твоих личных часов, которые стоят в чёрном особняке между мирами и пространством,  падают вниз, но сейчас у тебя есть возможность замереть: и вместо твоего песка в миску сыпется лишь мука, укрывая, как одеяло, нежно и страстно, исполняя свою давнюю мечту - но в скором времени тоже становится чем-то иным, перешагнув на новую ступень или сделав шаг назад? какой шаг сделал ты, запустив это колесо, которое ещё не успело прокрутиться - и ждёт ли тебя дальше подъём наверх или спуск вниз? ты не смотрел на другие арканы и сочетания, ты был зачарован самим ходом событий, но являются ли случайности такими случайными, какими ты их видишь, или всё же - ты сам в них повинен, сопровождён к гильотине, казнён? тебе остаётся лишь выложить сливы на тесто, посыпать сверху корицей и сахаром - и ничего больше, ничего лишнего не остаётся в твоей пустой голове.

но ты выходишь в зал, садишься за пустой столик у окна - и начинаешь её наполнять, рассматривая прохожих, обращая внимания на мелкие детали, но всё равно каким-то образом умудряешься пропустить рыжее торнадо, зашедшее в вашу тихую обитель [когда клиентов становится слишком мало, то даже время замирает в этих стенах, ты это заметил], радуешься возможности понаблюдать - ведь сегодня свою работу ты сделал, тебе только нужно подождать около сорока минут. а когда ты видишь человека с веснушками или родинками - тебе хочется сразу стать хищником, который нападёт на беззащитную лань, который зафиксирует в одном положении и пересчитает медленно, отмечая каждую цветом, каждую веснушку, составит картину звёздного неба, рассчитав все координаты в ключицах. но ты не должен, ты помнишь это? поэтому отводишь взгляд, переводишь его на книжку, которую нашёл в одной из коробок вещей, которые ты до сих пор не разобрал после переезда, хотя времени прошло больше, чем нужно, чтобы просто собраться с силами. ты купил её после путешествия в Норвегию - и читал её в запой, упиваясь незнакомой тебе культурой, выучивая новые для тебя скандинавские мифы. тебе становится интересно - является ли эта девушка воплощением госпожи Фрейи, которую привезли с собой давным давно выходцы её родных островов, и оставили здесь, перестав верить, перестав поклоняться, постепенно утрачивая её милость шаг за шагом?

у неё звонкий голос - ты откручиваешь события назад, как плёнку на старой кассете, прежде чем маркером написать её название, - и давняя знакомая песня, которую ты когда-то где-то слышал, но её пение отложится у тебя в памяти больше, чем оригинал. с ней ворвался тот самый луч солнца, который должен был застать тебя не здесь и не сейчас, и он продолжил развлекаться в её волосах, огненной бурей существующих собственной жизнью: они кусали меню, они кусали её спину, они кусали всё, до чего могли дотянуться, но так и не смогли ничего поджечь, хоть ты ждал этого с минуты на минуту: и готов был сгореть в едином порыве со всем. но вместо этого ты читаешь строки про плодородие, про жизнь и смерть, войну и любовь, а затем - вновь возвращаешься к её звонкому голосу, который заставил тебя прислушаться и попытаться вникнуть в суть. это даже может тебя развлечь перед уходом, ведь ждать сливовый пирог осталось совсем недолго.

+1

4

Sound
Кофе, без сомнения, выше всяких похвал - мягкий, нежный, с тонкой нотой шоколада и порошка корицы, и даже сливочная свежесть мини-зефира, в сочетании с горячим вспененным молоком и той самой "прослойкой" из эспрессо. Ласар делает первый глоток, и упоительно щурится, и кофе, то немногое, на что её на самом деле реально поймать - это тот редкий момент, когда она открыта, счастлива и добродушна. Рыжая забавно фыркает, сдувает со лба особенно надоедливую прядь огненных волос, и случайно ловит на себе странный взгляд, словно сотканный из морской воды у самой кромки берега, где присутствует и малахитовая зелень, и стылый холод штормового неба, а кое-где проглядывают искорки корабельного дерева и уже успевшей превратиться в янтарь смолы.

Именно так она впоследствии назовет этого странного молодого человека, у которого на дне зрачка бушует северное море - "морской принц", столь же прозрачный и хрупкий, сколь и невероятно сильный, ведь сколько силы должно быть, чтобы каждый день сражаться с волнами и толщами морской воды, взбивая в мириады осколков шелковистую пену, проявляющуюся на волнах. Ласар ловит себя на мысли, что наверное, он совершенно не боится холода, отлично плавает, и ещё он совершенно точно слушает песни чаек по утрам, но потом одергивает себя, улыбается, и чуть отводит глаза. Вдобавок от морского принца пахнет сливами, маслом и пушистым тестом /добавить бы ещё к сливам мускатный орех и корицу!.../, и за всеми этими размышлениями она и не замечает, как тянется к вилке, дабы наконец-то попробовать тот самый брауни с солёной карамелью и орехом пекан. И тут Ласар настигает странное, и очень неприятное понимание того, что что-то не так, что-то очень сильно не так. Но что именно? Кофе прекрасен, в глазах напротив бушует море - персональное море, разве это не ч у д о? - что в этой иддилической картине может быть не правильно? Но свою чуйку не обманешь, равно как и фальш в рецептуре.
И она практически уверена, что этот брауни делал новичок. Где лёгкость? Где эта шоколадная вязкость и тягучесть, когда само тесто смешивается с шоколадом, и уже непонятно, где что? Ласар делает ещё кусок, и понимает ещё более отчетливо - проблема именно в брауни.

- Нет..., - наконец-то произносит О'Флаэрти, достаёт свой верный bullet journal, тот самый, в цвете Tiffany, и начинает писать про этот брауни, что она уже поняла, и что бы дополнила, потому что ну честное слово - ну кто так делает? Нельзя добавлять сливочную помадную тянучку, она делает всю сладость десерта искусственной, фальшивой и ненатуральной, это же сразу чувствуется! - убрать вот эту... тянучку, и вместо этого добавить ванильный экстракт и тростниковый сахар, вот тогда всё получится как надо. Можно, правда, ещё поэкспериментировать с мукой, например пользоваться не пшеничной, а например миндальной..., - и пока она пишет, то парралельно проговаривает, потому что она уже твердо решила воспроизвести этот самый брауни на их кухне, и тогда уже точно порадовать Селесту, да не чем-нибудь, а брауни собственного приготовления.
И пусть она сначала не сильно хотела вообще хоть каким-то боком приближаться в этот день к кухне, этот брауни раскрыл в ней несколько задремавший азарт. Между тем рыжая уже вовсю катает на языке варианты алкоголя, которые могли бы добавить для этого брауни совершенно особенные ноты, тем самым только дополнительно его украсив. Ром или коньяк. Или бренди! Но тогда нужна будет вишня... а это уже тема для совершенно другого рецепта, к соленой же карамели вишню нельзя ни в коем случае. Хотя вишня любит орехи... Но нет, в другой раз, потому что тогда весь рецепт снова придётся переписывать с самого начала, а у неё уже даже практически полностью сформировалась картина того, что она хочет в итоге увидеть. Ласар продолжает крошить брауни - аккуратно, деликатно - но именно за тем, чтобы нарисовать для себя полную картину того, что она в итоге хочет увидеть уже на своей кухне. Вот взять хотя бы шоколадную глазурь, которой полит брауни - зачем её нужно было делать такой толстой, и такой жесткой? Этот шоколад же нужно натурально разгрызать, в то время, как в настоящем брауни всё должно быть едино - мягким, податливым, и слегка влажным, а тут перед ней лежит практически сухой брикет, но ведь так же нельзя!

Ласар добавляет ещё строчку, о чём-то размышляет... и ловит сообщение на свой телефон, лежащий тут же, рядом. Это мама, она пишет, что Сюзетт, их соседка из дома напротив, через три месяца выдаёт замуж Полли, свою старшую, вот и спрашивает - сможет ли Ласар прилететь, чтобы вместе со всеми погулять, как того требует случай. О'Флаэрти робко улыбается - чёрт возьми, надо же - оказывается, где-то люди ещё могут жить вполне себе нормальной жизнью. Они женятся, рожают детей... надо же, как сильно она, оказывается, выпала из этой жизни. Ласар пишет в ответ - мама любит, когда она пишет на гаэлике, не стоит лишать её этого удовольствия - потом поднимает глаза, и обнаруживает, что море само пришло к ней. В хаосе из ароматов, вкусовых интонаций и какафонии голосов и музыки вокруг кое-что выглядит практически совершенно, как своеобразная константа всего происходящего - а именно вид и запах северного моря, которого она не видела уже, кажется, целую вечность. Рыжая в ответ только чуть нагло пробует соленую карамель, и едва заметно качает головой - кто это вообще делал? Кто? Словно кто-то просто растопил упаковку ирисок Meller, слегка присыпал получившийся соус крупной морской солью, и теперь выдаёт ЭТО за настоящую солёную карамель. Вот это было вообще очень жестоко.
- Здравствуй, - говорит рыжая, в этом приветствии отчётливо слышится её родной гэльский, и Ласар улыбается. Сейчас тот редкий случай, когда она особенно остро ощущает единение со своей родиной, но не потому, что злится - как это обычно бывает - а потому что рядом с ней теперь вновь плещется море. А если море - то всё хорошо. Уже. Потому что море - это СВОБОДА.

Отредактировано Lasair O'Flaherty (2018-03-12 18:45:37)

+1

5

ты перебираешь в голове ряд ассоциаций: с рыжей листвой, падение которой обжигало тебя смесью горечи и чувством перемен, что случились с тобой этой осенью [за утратой пришло и что-то новое]; рыжей лисой, бег которой вдалеке ты видел в далеком-далеком путешествии, как по расстоянию, так и по времени [осмелишься ли ты вновь на это?]; рыжим подсолнухом, лепестки которого тянулись всегда к обжигающему и палящему солнцу [но ты, в отличии от него, всегда отворачивался]. а затем отбрасываешь их - тебе надоело та хмурость серого неба, что зависло над тобой, иногда ты был уверен, что вот-вот сможешь потрогать то облако, которое нависало над тобой, ведь его очертания, как и очертания твоего настроения, становились с каждым днём всё чётче. пора это прекращать, убеждаешь ты себя, ведь всё по сути неплохо, никто же не умер - но на первом же заезженном аргументе ты спотыкаешься, почти. поэтому ты тянешься к спасительному солнечному свету, надеясь, что оно отгонит непогоду, а не ты скроешь его под собой от остального мира.

ты подходишь, всё ещё удивляясь своему настроению - ведь всего несколько недель назад сам был со стороны спасающего по отношению к Эйми, а теперь - ты спасающий по отношению к самому себе, иногда полезно рушить преграды, которые сам создаёшь, кооорые являются олицетворением твоей покорности и фатализма. поэтому сейчас ты будешь притворятся тем, кем был когда-то или тем, кем всегда хотел быть - ты не знаешь точного ответа, ты даже не знаешь, когда всё пошло наперекосяк [в конце этого февраля? прошлой осенью? когда она сбежала? когда ты попал в больницу? или же когда ты родился?], но обычно ты даже не задаёшь таких вопросов, это - одно из твоих правил, сохраняющее равновесие. и ты перестаёшь их задавать [главное, чтобы их не задал кто-то другой], присаживаясь напротив, наблюдая за ней вблизи - она не сразу тебя заметила, увлеченная своими размышлениями. были ли они только о брауни, которое ей явно не понравилось или о чём-то другом, лежащим за плоскостью этого помещения, на другой стороне мира?

ты слышал её размышления, в тебе это вызвало интерес, ведь ты по сути был поваром-самоучкой, который всё время учился чему-то у других, которые не успел приготовить все блюда в мире; не признающий научных дисциплин - ты предпочитал больше готовить, доверяясь своим ощущениям о том, как будет вкуснее, поэтому тебе не светили практики в строгих ресторанах, где нет возможности экспериментировать и преподносить что-то своё. тут, на самом деле, тоже не было особо где разгуляться: ведь действовать приходилось в рамках одного меню, но всё равно допускались вольности и собственные трактовки обычно неизменного. и ты лелеял в своих далёких снах, которые улетучивались, стоило тебе открыть глаза, один из вариантов своего будущего: ты откроешь своё кафе, где будешь позволять себе любые эксперименты [сейчас такую кухню называют авторской], возможно, у тебя даже не будет определённого меню, оно будет меняться каждый день - и на такое можно найти своего, пусть даже редкого, клиента. но пока - ты не допускал об этом мыслей наяву, да и нравилась тебе атмосфера нынешнего места работы, с его музыкальными вечерами и с теплым отношением друг к другу.

на раскрытом дневнике видишь её почерк - хоть на и производила впечатление непоседливой бури, которую случайно занесло в это место, ты замечаешь, что пишет она очень аккуратно; даже мельком увидев написанные фразы можно всё понять [о ней]. на мгновение хмуришься, вспоминая, кто же сегодня готовил брауни - кажется, это был ещё один новенький, но который, в отличии от тебя строго следовал рецептуре, данной кем-то и где-то сверху; ты знал его плохо, потому что сегодня вы первый день совпали днями работы. берёшь себе на заметку её записи, а затем - смотришь ей прямо в глаза, почти не моргая, изучающе, словно сова. - привет. а ты кто? - затем смеёшься тихо, осознавая, как глупо выглядишь со стороны, и, не давая ей времени ответить, поправляешься, - точнее я хотел сказать, что слышал твои размышления вслух, ты их говорила достаточно громко, чтобы я мог услышать, - пояснение звучало слегка грубовато, поэтому ты сразу примирительно улыбаешься, - и мне стало интересно, может, ты какой-нибудь повар, учишься на эту профессию или что-то в этом духе? - по ней было сложно определить возраст, поэтому ты по умолчанию считал её своей ровесницей, возможно, даже чуть младше тебя - хоть ты и сам выглядел достаточно мелким [слово произнеслось в твоих мыслях голосом Хорна, и ты не знаешь, гнать это видение прочь или оставить при себе]. и, ты допускал мысль, что сможешь стать с ней друзьями - обычно такие неожиданные знакомства к этому тебя приводили.

Отредактировано Adrian Nott (2018-04-11 13:28:27)

+1

6

- нет игры больше месяца, в архив -

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » epic battle of food