vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules
Сейчас в игре 2017 год, январь. средняя температура: днём +12; ночью +8. месяц в игре равен месяцу в реальном времени.
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru
Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Она проснулась посреди ночи от собственного сдавленного крика. Всё тело болело, ныла каждая косточка, а поясницу будто огнём жгло. Открыв глаза и сжав зубы... Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » В наше время чего не стоит говорить, то поется


В наше время чего не стоит говорить, то поется

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Участники: Габриэль Ливано, Джеймс Ричмонд.
Место: Сад "Public Garden".
Время: 4 мая 2012, суббота.
Время суток: первая половина дня.
Погодные условия: ясно, тепло.
О флештайме: весна - самое время для уличных концертов, а городской парк - вполне подходящее для них место.
Джеймс бывал в "Public Garden"  не раз и не два и на прогулке, и в поисках подходящей натуры, но никогда не обращал внимания на музыкантов. Но как не заинтересоваться, если гитарист играет так хорошо и держится настолько артистично?
Интересные знакомство часто начинаются именно со случайностей: Джеймс найдёт хорошего музыканта и модель, с которой хочется работать, а Габриэль - благодарного слушателя и весьма увлечённого собеседника.

+2

2

Перебравшись в Сакраменто, Габи ни дня не проводил без Сью – такое прозвище он дал своей гитаре. Пожалуй, это была единственная вещь из его небольшого багажа нелегального мигранта, которая действительно была ему необходима. Когда резко накатывало уныние, или так же резко нападала безудержная лихорадочная активность, стоило провести по струнам рукой, и все становилось на свои места. Конечно, кому-то могло показаться, что в жизни у парня все складывается как надо – еще бы, только сунувшись в великие Штаты, тут же найти себе добродушную квартирную хозяйку, которая, проникшись к парнишке, оставила у себя жить, несмотря на все недовольство родственников, претендовавших на квартиру. Даже устроила в университет, что для парня было вообще пределом мечтаний. Но все равно он чувствовал, что что-то в жизни идет не так. Возможно, всему виной был его дурацкий переменчивый нрав, возможно он просто был слишком молод, чтобы понять, как ему везет.
Так или иначе, оставаясь один в комнате, он перебирал струны, стараясь не давать им звучать громко и положив голову на бок гитары. Вспоминал Барселону и некрасивое расставание с родственниками, вспоминал все, что увидел и пережил до этого, в другой стране, которую так любил и в которую уже ни за что бы не вернулся, попробовав солнечную американскую жизнь. Вспоминал свои увлечения, но некоторые образы до сих пор приносили боль сердцу, и он встряхивал голову и гитара начинала звучать более резко и надрывно. Конечно, на такие моменты наедине с собой у парня не было много времени: хозяйке и соседям могла надоесть постоянно звучащая музыка, и его бы вытурили, а это в планы Гэба не входило.
Где ему точно не могли помешать, так это в парке. И он был благодарен судьбе за подаренный шанс – смотрители оказались вполне человечны, и за определенную небольшую таксу разрешали играть на территории, заполненной туристами и гуляками в любое время суток. Сперва «репертуар» Ливано включал в себя песни, популярные в Испании, которые он пел, когда жил там. Постепенно, наблюдая за подобными себе, он включил в список исполнения проверенные американские хиты, преимущественно Элвиса – туристы охотно подпевали и реагировали на них. Особенность этих песен была в том, что они не приедались даже ему, пропевавшему каждую раз 20 за неделю. Потом пришла идея петь рок-хиты и просто старые добрые песни в акустической обработке, потом появились деньги на микрофон и вот уже первые несколько человек остановились, чтобы послушать его. Это был прорыв, до этого множество людей и лиц проходило мимо, падали монеты в футляр, но никто не задерживался около кудрявого паренька, певшего обо всем на свете.
А в этот день, который останется в его памяти надолго, первый раз у него появились настоящие, никуда не бегущие и не лижущие свое бесконечное мороженое, слушатели. Сперва неизвестная девушка, с кудрявыми темными волосами, напомнившая ему до боли двоюродную сестренку. Она остановилась внезапно, на песне If you’re going to San-Francisco, и стала негромко подпевать. Кругом конечно был тот еще гвалт, но Габи не сводил с нее глаз и даже различал тихий голос, пока к ней не подошел неизвестный парень, и покачав в такт головой, шепнул что-то и пара удалилась.
Потом двое студентов, судя по всему художников, с тубусами за спиной, стояли и удивленно перешептывались, слыша старых добрых Eagles под аккустику. А на Tu vuo fal’Americano выделился светловолосый парень. Габи заметил направленный на себя объектив и слегка погримасничал на проигрыше, напоследок подмигнув фотографу и забацав последний аккорд с особым энтузиазмом.
Глянув на часы, он сообразил, что концерт пора завершать, ибо в планах было поговорить с хозяйкой по поводу переселения в общежитие. К тому же еще была парочка дел, а выручка сегодня была неожиданно неплоха. Гэб начал складывать вещи и выгребать деньги, не убирая пока гитару. Поднял глаза и встретился взглядом с парнем, фотографировавшим его до этого. Тот вроде бы не собирался уходить, и Ливано заинтересованно уставился в ответ.
- Могу сыграть что-нибудь на бис, если хочешь, - улыбнувшись, крикнул он ему и брякнул на гитаре какой-то аккорд наобум.

Отредактировано Gabriel Livano (2012-07-30 20:50:00)

+2

3

Когда переселяешься с севера на юг, привыкать к новому образу жизни трудно и немного странно. Вроде бы не так далеко уехал: и люди такие же, и язык по-прежнему родной, а всё равно чувствуешь себя чужим.
Первое время Джей думал, что это просто нечто вроде акклиматизации и само пройдёт по прошествии пары недель, потом понял: так просто отделаться не выйдет. Ни общество брата, ни работа, ни мечты о будущем не помогали окончательно избавиться от ощущения собственной чуждости этому городу. Осознав это, Джеймс решил, что надо бы помочь самому себе рассмотреть город, сжиться с ним и стал снимать Сакраменто. Улицы и парки, кафе и набережные, люди, птицы, просто забавные уличные вывески - Калифорния оставалась на плёнке во всех возможных проявлениях, и Джей, рассматривая эти картинки, начинал постепенно привыкать к ней, как к родной.
Он завёл привычку ходить в Городской сад, когда совсем потеплело. Солнце вошло в полную силу, расцвели цветы и, даже если не находилось подходящей натуры для фотографий, можно было отдыхать, просто глядя ветер качает ветви деревьев.
Впрочем, сегодня предаваться медитации не понадобилось: забредя в парк, Джей попал на настоящий уличный концерт, вроде тех, что любил ещё дома, на Восточном побережье. Здесь не было полноценного оркестра и суровых, всё на свете повидавших музыкантов в старомодных шляпах, зато один-единственный гитарист играл песню, которую Джей всегда любил и ассоциировал с Италией, где никогда не был, но всегда хотел побывать.
Слушателей было немного, в толпе не затеряешься, но зато она и не закроет от тебя всё самое интересное. Поколебавшись немного, Джей стал так, чтобы свет под максимально удачным углом падал на гитариста, и навёл на него объектив фотоаппарата. И выдохнул с облегчением: кажется, невольная "модель" его заметила и не была против подобного интереса. Если Джей хоть что-то понимал в человеческих реакциях, то темноволосый музыкант даже подхватил игру и его забавные гримасы предназначались быть запечатлёнными. Довольно улыбаясь себе под нос, Ричмонд принялся щёлкать фотоаппаратом и не сразу заметил, что снимает в ритме звучащей песни.
Импровизированная фотосессия закончилась так же внезапно как началась: Джей щёлкнул фотоаппаратом на последнем аккорде и закрыл объектив. По-хорошему теперь следовало бы оставить музыканту деньги и уходить, но уходить не хотелось. Ричмонд немного помялся, собираясь с мыслями, потом решительно зачехлил фотоаппарат и уже совсем было собрался подойти к гитаристу, когда тот сам его окликнул.
- Хочу, - откликнулся Джей, улыбаясь в ответ на улыбку и подходя ближе. - Сыграй, пожалуйста, ту итальянскую песню, название я никак не могу запомнить, но она такая одна. И ещё. Ты не на бис можешь? Ты знаешь Леонарда Коэна?
Услышать Коэна вот так, под открытым небом вдруг отчаянно захотелось, и почему-то подумалось, что это темноволосый улыбчивый парень может поймать нужную волну. Джей нащупал в кармане пару купюр, чтобы, когда дойдёт до дела, точно расплатиться за заказ.

+2

4

Гэб просиял, моментально поняв о какой итальянской песне идет речь, и согласно тряхнул головой. А Коэн – с Коэном у него были свои ассоциации, еще мальчонкой он видел пластинки музыканта у дяди, в пригороде Барселоны. Давно дело было… Казалось, что лето никогда не кончится… Ливано смотрел на парня, задавшего вопрос, а воспоминания никак не желали прекратить появляться.
Ну все, проснулся быстро, - Габи поправил ремень гитары и придвинул микрофон.
- И не на бис могу, я вообще что угодно могу! Лично правда с Лео не знаком, но это ведь не проблема, м? - говоря, Габи брал аккорды, проверяя строй и время от времени поднимал глаза на собеседника. Что ни говори, но когда тебя готовы слушать, это чертовски приятно.
- Н-но самые горячий его хит воспроизведу, - он в шутку поклонился и объявил: Dance me to the end of love.
На самом деле можно было зарядить и что-нибудь более подвижное из коэновского репертуара, или менее приевшееся, но признаться честно, материал был совсем сырой и мало репетированный.
Габи взял первые аккорды, набрал в легкие воздуха, и переведя взгляд со светловолосого собеседника на перспективу парка, жарившегося под летним солнцем, утопавшего в зеленом от листвы и красном от цветов, начал петь странные и красивые слова песни. О, вот сейчас вполне можно было отвлечься на свои воспоминания, они даже помогали лучше передать настроение. Гэб склонял голову, пропевая слова об оливковых ветвях – и конечно вспоминал деревья, росшие во дворе, точнее по краям спускавшегося вниз тротуара, покатого как горка. Маленькие, не больше четырех этажей дома, жгучие люди со жгучими глазами…
..Dance me to the wedding now, - сумасшедшие свадьбы, уносящие с собой все неудачи и тяжести жизни под жарким южным небом. ..Dance me to the children who are asking to be born, - дети, носящиеся как воробьи из двора во двор, босоногие и безумные. ..Dance me through the panic till I'm gathered safely in, - а это уже про меня. Сквозь панику, пока не почувствую себя в безопасности… Хотя безопасность – это так скучно.
Гэб взглянул на освещенного солнцем заказчика и улыбнулся, пропевая последние повторяющиеся строки.
- У всего свои плюсы, у данного момента – еще и загоришь, взяв последний аккорд, он сделал серьезное лицо и покивал головой, повторив выражение проходившего мимо серьезного господина в костюме и с кожаным портфелем.
- А-а теперь песня о тех, кто страстно желает стать настоящим, ужасно настоящим американцем!
Ливано ударил по струнам и, неторопясь, вывел первую фразу. На этот раз ассоциации упорно хватались за один фильм, безумно красивый и безумно нравившийся ему. Сцена в клубе, трубы, сакс, раз-два-раз-два-три…
Быстрый ритм не дал даже на секунду задуматься, воображаемые трубачи важно отыгрывали свое соло, и Гэб с удовольствием пропевал каждое слово на родном языке. Странно, каждую строчку можно было отнести к нему самому. И хуже от этого песня не становилась.

+2


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » В наше время чего не стоит говорить, то поется