Представляете, Сакра онлайн уже целых 7 лет! Спасибо, что поселились в этом солнечном городе вместе с нами.
Где-то за стенкой капает не до конца закрытый Славиком кран, понемногу мотает оксимироновский счётчик, по копеечке тянет оксимироновские денежки... читать дальше




внешностивакансиихочу к вамfaqправилакого спросить?
вктелеграмбаннеры
Forum-top.ru RPG TOP
сакраменто, погода 10°C
Jack
[telegram: cavalcanti_sun]
Aaron
[лс]
Tony
[icq: 399-264-515]
Oliver
[telegram: katrinelist]
Mary
[лс]
единорог Kenny
[skype: eddy_man_utd]
Justin
[icq: 28-966-730]
Aili
[telegram: meowsensei]
Francine
[telegram: ms_frannie]
Una
[telegram: dashuuna]
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » HELLOKITTY


HELLOKITTY

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

переулки сакраменто| 1-2 апреля | ночь

элмо, толпа пидоров
https://pp.userapi.com/c846322/v846322225/19b6a/Fq6QYB6tXJo.jpg

ходить одному по переулкам ночью очень опасно.

Отредактировано Cole Cord (2018-05-24 11:05:22)

+4

2

[indent] Входящее смс звуком утопает в музыке бара. Опускаю взгляд на лежащий на столе айфон, после чего я на мгновение замираю, бегая взглядом по строчке диалога: "ты где я не понял". Мои губы трогает улыбка, когда я дочитываю предложение до конца. Что ж, оно и к лучшему. Кореец уже заваливал меня вопросами, суть которых я едва улавливал, а когда он поднимает за мое здоровье бокал, я чокаюсь с ним конфеткой, которую тут же отправляю в рот. Он предлагает мне выпить, но я отрицательно качаю головой, прожёвывая сладкое.
[indent] - Я не пью алкоголь, - бармен подкидывает мне в руки бутылку с водой, а я с удовольствием прикладываюсь к горлышку пластика, ощущая живительную влагу. Кажется, я не пил так давно, что готов был осушить две, а то и три таких бутылки. Но не смотря на весьма жадные мысли, я все-таки останавливаюсь на середине, а после вытираю рот рукавом, забывая про яркую помаду, которую я так и не смыл. Вот черт. Красный пигмент тут же красит серую ткань толстовки, и я недовольно свожу брови к переносице, когда влажная салфетка, которой я пытался оттереть помаду, нисколько не помогала. Прошу у коллеги еще одну, но она едва ли помогла мне больше первой. Сука. Пора бы уже отчаливать домой, - Вообще-то да, я тороплюсь, - я бегло смотрю в его глаза, все еще увлеченно отдирая ткань кофты, а потом легко улыбаюсь, когда вижу его реакцию, - Мне пора идти, так как время позднее и меня ждут, - я соскальзываю со стула, накидывая капюшон на голову и рюкзак с вещами на плечо, - Но я уверен, что мы еще увидимся, - тяну ему руку в знак прощания, а он отвечает мне рукопожатием, после чего я уже быстро иду в сторону выхода, кидая из-за плеча, - Доброй ночи.
[indent] Ушел я и правда быстро. Мне хватило одного только сообщения от Коула, чтобы бросить все и пойти домой. Хотя, разве были еще какие-то варианты? 
[indent] Я иду вдоль улицы, а мои руки уже тянутся в карманы брюк за сигаретой, а когда заворачиваю за угол, не сразу замечаю, как яркий свет от уличных фонарей сменяется на тусклый, а убранные тротуары в засранный переулок между улицами. Глубокие лужи, заполненные дерьмом мусорные баки и уличные кошки с жирными крысами, от которых хотелось блевать. Но я слишком хотел побыстрее оказаться дома, чтобы отказаться от короткого пути в пользу длинного, но более эстетичного. А потом, как выяснилось, еще и более безопасного. 
[indent] - Огня не будет? - знакомый голос позади меня заставляет медленно сбавить шаг, а когда передо мной возникают две мужские фигуры и вовсе остановиться, - А может, даже, и сигаретку найдешь? 
[indent] Блять, это что, вырезка из блядского дешевого кино? Обычно так начинаются старые фильмы, записанные на потрепанный вихаэс. От банальности хочется посмеяться, но я не могу, так как понимаю, что ситуация сейчас совершенно не смешная. Сука. Я поворачиваюсь, и разглядываю в полутьме знакомую нахальную улыбку одного из тех, с кем была разборка в клубе, а вокруг еще и собралась толпа его дружков, которая в количественном соотношении превышала меня в четверо. То есть их было четверо. И что мне, блять, теперь делать? Я торможу, но все равно достаю из карманов пачку сигарет, хотя понимаю, что они им нахуй не нужны. Мысль о том, что будет происходить дальше, меня на самом деле пугала, но я не показывал этого. Вбираю побольше воздуха в легкие, и понимаю, что събаться у меня навряд ли выйдет.

Отредактировано Elmo Kennedy O'Connor (2018-04-06 16:30:42)

+5

3

[AVA]http://sg.uploads.ru/DgH8W.png[/AVA]

если устанешь, то визуализация

https://st.kp.yandex.net/im/kadr/1/9/0/kinopoisk.ru-Wilson-Bethel-1908611.jpg

[indent] Одно того, что узкоглазый получил кулаком по ебалу оказалось недостаточно. К концу вечера, под пьяный ржач своих друзей я уже разминал кулаки чтобы уебать ему во второй раз, однако все вышло не совсем так, как планировалось. Поучив в ответку косым движением вдоль скулы, я только разжег в себе азарт. Отлично, хотелось куколку, а получил смазливое ебало япошки, ну не совсем равнозначный обмен, но тоже вполне весело. Однако и потасовки так и не получилось. Подоспевшая так не вовремя охрана разняла присутствующих и рассадила гостей по местам. Конечно, не в их интересах выгонять такое количество людей, приносящих им стабильный доход. К тому же каждая собака знала нас  в лицо, учитывая стабильность нашего тут появления. Да, мы однозначно были не самыми желанными клиентами для обслуживающего персонала, но глава заведения - Тони, который окупал свою дыру сполна только парой таких компаний как наша был бесконечно рад, щедр и сговорчив.
[indent] Дейв шепнул на ушко, принимая на грудь пятый коктейль, о том, что та красавица, которую стянули под громкое улюлюкание была из разряда "особо приглашенных", что только добавило задора в пьяные головы. Стоило только этобму блестящему стриптизеру договорить, как за ним пришел охранник, забирая новогоднее украшение на ковер. Не повезло, блестящему. Чтож, сегодня его день не задался и, похоже, не только у него. Стив пихает меня в бок, кивая в сторону выхода, а сам заливается неконтролируемым смехом, чтож наверное надо было ему все же сказать, что те таблетки не мешают с алкоголем. Перевожу взгляд, цепляя знакомую макушку япоши в сопровождении длинноного парня, так вот ты какой. Любопытно. Решение поиграть в следопытов мелькнуло в накуренной голове моментально. Прихватив с собой еще троих мы следуем за ними, вплоть до нового блядушника. Потанцуешь для нас и тут? Щеки горели адреналином, а в голове зрел план мести.
[indent] Сворачивая косячок, я уже подбиваю сам себя на то, чтобы съебаться и не тратить свое время, однако подбадривание моих дебилов вселяет надежду, что эти пидорские посиделки закончатся весьма скоро. Раз-два-три-четыре-пять, я иду с тобой играть. Ахахаха. Вопреки моим страхам, цыпа довольно скоро вываливается на улицу уже без своего дружка, что несколько огорчает. Я все еще не решил, что буду с ними делать, но посмотреть, как сжимается их очко от страха было интересно. Его. Впрочем, оно и к лучшему. Плавной, я бы сказал летящей, походкой красотка направляется за угол. Мышеловка захлопнулась.
[indent] - Огня не будет? - мы ржем как не в себя, а я прокручиваю меж пальцев самокрутку. Он замирает на месте, а в моих глазах уже плящут черти. Начнем веселье! - А может, даже, и сигаретку найдешь?  - заправляю свою за ухо и подхожу ближе, когда Трой И Девис преграждают ему путь с другой стороны. Я бы тоже не пошел, если бы Трой встал на моем пути - низкорослый крепкий негр с бычим взглядом, зрелище не для слабонервных. Мы загоняем его в кольцо между собой, сжимая ряды, а по моему ехидному ебалу понятно, что я сюда не покурить пришел. - Я заплатил из-за тебя штраф в пять косарей, придется отработать. Быть может даже не один раз. - гадкий смех разнесся по узкой улочке, фонируя от всех поверхностей. Четверо на одного - как нехуй делать, мы сюда не за справедливостью пришли, а развлекаться. - Ну че, красавица, язык проглотила, где твой смех и вежливая улыбка, что за беспредел?

Отредактировано Cole Cord (2018-04-07 08:22:24)

+5

4

[indent] От его слов пробегают мурашки по телу. Мне кажется, или ноги начинают подкашиваться? Руки застывают на уровне карманов, так и не выудив оттуда пачку сигарет. Да она, в общем-то, нахуй была не нужна. Не мне, не им.
[indent] Я смотрю в его лицо, в черные глаза, что во тьме казались просто дьявольскими, и мне становится точно не по себе. Какого хуя я? Почему во все ситуации попадаю только я? Прокручиваю в голове момент в клубе и вспоминаю про корейца, который влез в несостоявшуюся потасовку. Только сейчас понимаю, что, от части, в этом была и его вина. Конфликт был бы улажен охраной, а я бы не словил сразу четверо обдолбанных неприятелей, которые сейчас прессовали мне к стенке. Очко и правда сжимается. Становится страшно. Нутро сводит от тошнотворного рефлекса, когда кто-то выдыхает в меня противный запах перегара и курева. Боже. Что ты хочешь от меня? Деньги? Не вопрос.
[indent] - Если нужно, я выплачу штраф, - уверенно говорю я, -совершенно ничего показывая на его провокации. Внешне я спокоен. Я не паникую. Нет. Сердце бьется как бешенное, адреналин ебашит в кровь. В голову бьет мысль убежать, но плотное кольцо из мужиков меня буквально окунает в безысходность. Я загнан, словно овца на убой, которая все еще лелеет надежду хоть как-то спастись. Холод проникает под кожу, а я сглатываю, прислоняясь к стенке. Хочется закрыть глаза, чтобы развеять этот кошмарный сон и проснуться в постели с Коулом, но я понимаю, что нихуя. Это реальность, в которой удача не на моей стороне. А когда-то было иначе?

+6

5

[AVA]http://sg.uploads.ru/DgH8W.png[/AVA]
[indent]   - Заплатить? - мои брови выгибаются в удивлении и до меня только сейчас доходит, что возможно его вариант действительно логичный, но мне уже похуй, я настроился на развлечения, - Пять тысяч за штраф, плюс пять за моральный ущерб, - указываю ладонью на щеку, показывая ему на ссадину на скуле, - по две тысячи ребятам за то, что им пришлось бросить отдых, чтобы поехать со мной, плюс оплата мне, - я загибаю в воздухе пальцы, под каждое слово, а не под счет тем цифрам, что я говорю, - итого пятьдесят тысяч. Как тебе такой вариант? - оскаливаюсь в улыбке, подходя ближе плавной походкой. - Расплатишься прямо сейчас получишь скидку десять процентов и унесешь ноги. - смотрю в его глаза, буквально сжигая на расстоянии. Я прекрасно понимал, что такого количества денег у него с собой нет, даже если учесть, что ему щедро заплатили за сегодняшний вечер.
[indent] Я вижу его взгляд, смотрю в самую глубь, словно рукой вытягивая из черноты его душу. По-пал-ся! Бинго, ахахах! Я снова смеюсь в голос, уже сходя с ума и совершенно себя не контролируя. Мне хочется начать прыгать на месте и хлопать в ладони, повизгивая как сучка. Очени мою снисходительность, у тебя был шанс, у тебя он был, я тебе его дал! Сжимаю зубы, растягивая рот в сумасшедшей улыбке и приближаюсь к его лицу. - Я так и знал, - тихий, противный, едкий голосок, пропитанный ядом и желчью. Маразм и шизофрения. Я хлопаю в ладони перед его носом, а потом приближаюсь вплотную, опираясь ладонями о кирпичную влажную стену. - Все-таки придется постараться, красавица! - под мой сумасшедший вскрик ребята переглядываются и начинают мерзко хихикать и улюлюкать, - посмотри, моим ребятам нравится эта идея. Раз, два, три, четыре, - я тыкаю поочередно в каждого пальцем, а в конце тычу в свою грудь, очень настойчиво, - только посмотри, четверо против одного, мы в большинстве. Ну не расстраивайся, - я хлопаю его по щеке, на которой едва заметен красный смазанный след из уголка губ, - в следующий раз я учту твои пожелания и сделаю так, как ты попросишь. Обещаю, - последнее слово я буквально шиплю над его ухом, а потом следом хихикаю и отстраняюсь, заглядывая в его глаза. Ну же, куколка, я хочу видеть, как ты боишься.
[indent] Беру в свою руку его лицо, поворачивая его в свою сторону, - почему ты не смотришь на меня, красавица, похлопай своими глазками и подари мне улыбку добровольно. Если ты будешь хорошей девочкой, то я обещаю, что тебе понравится.  Я скалюсь сжатыми зубами ему в лицо, стараясь получить по максимуму эмоций. - Так что там с огоньком, ты там мне и не прикурил, - из-за уха достаю папироску и вставляю между губ.

Отредактировано Cole Cord (2018-04-07 09:36:26)

+6

6

[indent] Моя идея с выплатой казалась мне вполне неплохой и логичной до тех пор, пока он не начал загибать пальцы. С каждым разом, когда он озвучивал новую цифру вслух, подкрепляя это обоснуем, я буквально чувствовал и слышал, как трещала по швам моя надежда на то, чтобы уйти отсюда целым. Десять тысяч. Чувствую, как ноги ступни проваливаются в асфальт. Пятнадцать. Я уже по колено в вязком дерьме. Двадцать. Проваливаюсь по пояс, ощущая, как земля давит со всех сторон. Тридцать. Медленно иду вниз на дно этого чертового болота. Тридцать пять. Я уже по шею. Сорок. Гнилая жижа покрывает мое тело, и я не вижу света. Пятьдесят тысяч. Я мертв.
[indent] Тихий выдох. От ощущения того, как надежда высыпалась из моих рук сквозь пальцы, как вода в песок, было тошно. Страшно. Ужасно. Пальцы немеют, отмирают, холодеют. Я понимаю, что мне некуда деться, а последний шанс лопнул так же, как и надежда несколькими секундами назад. Я понимал, что он делал это специально, мне было понятно, что он просто медленно издевался. Но, тем не менее, легче от этого мне не стало. И не станет.
[indent] Его голос противный. Отталкивающий. Неприятный. Едкий и гадкий. Мне хотелось закрыть уши, лишиться слуха и стереть его из памяти. А я молча смотрю на него, не зная, что сказать, потому что, собственно, мне и нечего ответить.
[indent] Постараться? Я слежу за тем, как он поочередно указывает на своих дружков, которые скалились на меня своими ужасными улыбками, почесывая при этом яйца. Боже, нет. Что-то больно падает внутри меня, а вслед за этим чем-то холодом в пятки опускается сердце. Прерывистый вдох. Мой мозг, он оказался куда умнее, чем я. Картинки двухлетней давности. Коул. Изнасилование. Ковер. Деньги. Что, тот же сценарий, но только больше участников? Какая ирония. А я боялся этого слишком сильно и ощущаю, как самозащита начинает давать сбой.
[indent] От его близости кружилась голова. От его запаха хотелось блевать. От прикосновений сводило челюсть. Слова больно режут по моим мыслям, по чувствам и ощущениям, отчего каменный ком остается в моем горле. Я слишком боялся этого. Настолько, что желал бы скорее сдохнуть, чем повторить это снова. Воспоминания в панике снуют в моей голове, лишь только усугубляя ситуацию. Мне хочется отодвинуться подальше, но кирпичная сырая стена полностью убивает это желание на корню. Может, сейчас появится Коул со своими дружками и все это закончится? Но нет, его рядом точно нет, а я чужая пятерня на моем лице только отрезвляла, как и ядовитый шепот почти над ухом. Тебе все еще нужен огонь, а не пойти ли тебя на хуй? Но вместо того, чтобы сказать это вслух, я все-таки засовываю руки в карманы и достаю зиппо, медленно поднося ее к его лицу. Огонь горит, а в воздухе витает любимый мною запах бензина. Я волнуюсь, нервничаю и боюсь. Страх гложет меня, обдавая душу языками горячего пламени, но я все еще держусь. Секунда и верная долгие годы зажигалка летит из дрожащих рук вниз, падая прямо в лужу под моими ногами. Сука.

+6

7

[AVA]http://sg.uploads.ru/DgH8W.png[/AVA]
[indent]Но улыбки так и нет. Неоспоримый минус, который заставляет мое лицо скорчить жалостливое выражение, - я расстроен. Почему ты не улыбаешься? - вот-вот и я захнычу как ребенок, но я быстро меняюсь в лице, когда он подает первые признаки жизни, начиная шевеления. Запускает руку в карман, достает зажигалку, прикуривает мне. Делаю тягу, краем глаза наблюдая за тем, как тлеет трава и бумага. Терпкий запах травы тут же заполняет пространство, вытесняя из легких сырость улицы, смешанную с блевотным привкусом отходов и тухляка. Надеюсь, что это не твой первый раз, хотя так даже будет забавнее. Сдавленный смешок на собственные мысли.
[indent] - Я бы хотел поделиться с тобой тем, что в моей голове, но пусть это будет лучше сюрпризом, - из его рук падает зажигалка и мое выражение лица вновь меняется, - ну вот. Она тебе нравилась? - накрываю его руку ладонью и крепко сжимаю. Холодные пальцы обжигает в горячей руке и разница температур просто неописуема. - Подними ее, - я лишь сжимаю крепче руку, до побеления собственный костяшек, на лицо ложиться тень злости и я делаю глубокую тягу, - поднимай. - Вижу, как медлит, как бегают его глаза, но тут же начинаю смеяться. Боже, как это забавно, мне это нравится. Мышка. Ужин. Добыча. Он медленно наклоняется и я не могу упустить такой шанс, сжимая его толстовку на загривке, бью коленом под дых, а сверху прикладываю локтем. Бух! Бах! Все веселее и веселее. Дергаю вверх, за одежду, прижимая спиной к холодной стене.
[indent] - Улыбайся, я же сказал тебе улыбаться. Почему ты не улыбаешься? - злость окрашивает лицо складками и морщинками и меня раздражает, что он выше меня, пускай всего на каких-то несколько сантиметров. Но от сильного и резкого удара он сгибает ноги в коленях, от чего мы становимся на одном уровне. Может ему вообще укоротить его ходули? Отличная идея! Вокруг раздается пересмеивание ребят. Я чувствую, как в воздухе подвисает напряжение. Ожидание. И его страх. Боже, как это здорово, мне нравится. Я определенно точно не знал, чем все это закончится, но вот Трой подносит руку к ширинке и в голове уже вырисовывается план. Мне снова хочется хлопать в ладоши от собственной находчивости.
[indent] - Тебе нравятся такие, Трой? - я поворачиваюсь в его сторону и киваю на нашу красавицу, - вавилонская блудница, хороша, - я расхваливаю его словно барыга, который предлагает свой лучший товар, надеясь получить по максимуму деньжат. Но в этот раз на кону веселье. - Ребята, поможем Трою, - Дэвис и Стив подходят к нам вплотную с двух сторон, - опустись на колени, куколка, - но, к сожалению, очередная просьба тает в тишине не находя ответа, - тебе придется делать то, что я говорю. Так или иначе ты это сделаешь сам или с нашей помощью, только во втором случае тебе будет больно. Ты должен быть послушной куколкой, помнишь, - я перехожу на шепот и киваю согласно головой, словно сам поддерживаю то, что говорю. Посмотри на мое безграничное терпение, красотка, я дал тебе столько шансов, но ты совершенно не хочешь идти на контакт. Подсечка. Отрывая его от стены в виде опоры, легкий удар под колено и наша принцесса становится коленями на сырой асфальт, утопая одним в неглубокой лужи чего-то слишком мерзкого для представления. Резким движением снимаю с него капюшон, а следом и резинку, что собирала волосы в пучок. - Ты так только прекраснее, - часть волос падает на лицо, но легким и осторожным, можно даже сказать нежным, движением я убираю пряди. Отхожу немного в сторону, уступая Трою место и с восхищением наблюдаю за тем, как он расстегивает джинсы и достает из трусов полувозбежденный член. Чудеса! Черный член в черных трусах, почему так волнительно! Глаза горят от возбуждения и радости. Веселье! - Давай, сладенькая, открой ротик, - запускаю пальцы в его волосы, оттягивая голову резким рывком назад, тебе должно быть больно, я очень стараюсь.

Отредактировано Cole Cord (2018-04-07 09:40:54)

+6

8

[indent] Страх окутывает меня цепями, с головы до ног, превращая мое тело в камень. Как только зажигалка падает, он сжимает мою руку, заставляя от тактильного контакта вздрогнуть. Противно. Наверное, мое лицо озаряется отвращением, но я стараюсь быть спокойным. Даже тогда, когда его ладонь слишком сильно, до глухой боли сжимает мои пальцы, заставляя ломить кости. Сука. Страх сменяется ненавистью, и я понимаю, что уже ненавижу каждого, кто находился тут рядом со мной. Но что мне от этой ненависти?
[indent] Злая просьба, подкрепленная еще более жёстким сжатием моей руки, заставляет все-таки подчиниться. Он просит меня нагнутся, а я уже предвкушаю, как после этого получу коленом по ебалу, потому удар под дых пусть и был ожидаем, но от этого он не был менее болезненным. Болезненный стон, и я чувствую, как он этим ударом выбивает из моих легких воздух, а следом бьет локтем, отчего я на короткое мгновение теряю зрение и ориентацию. Мне хочется въебать ему в ответ, но я понимал, что сделаю только хуже. Сжимаю от накатившей злости зубы, сдерживая болевой шок. Нет. Я не сдамся. У тебя не получится. Тяжелая рука поднимает меня за ткань толстовки обратно к стене, заставляя удариться головой о каменную плиту. От боли в глазах витают звезды и мутно настолько, что я не сразу различаю его лицо. Оно искажено злостью и яростью, меняясь почти каждую секунду на новую эмоцию. Еще один психопат. Ебанная судьба.
[indent] Очередную просьбу улыбнуться я игнорирую и еле сдерживаю себя от желания харкнуть в его рожу, что так активно маячила передо мной. Даже если бы я мог, то все равно бы не смог натянуть и подобие улыбки. Не для тебя. Не для вас. Боль от резкого и сильного удара все еще разливалась по моему телу, а я едва ли мог стоять на ногах без опоры, которой служила мне эта ебаная мокрая стена. Слышу их дружный смех и сердце очередной раз падает в пятки. От унижения хочется избавиться, но от ощущения беспомощности больше хочется просто сдохнуть. Прямо сейчас. А особенно в тот момент, когда черный коротышка начинает дергать себя за хуй. Блять. Я закрываю глаза, молясь о том, чтобы все это было кошмаром. Розыгрышем. Приколом. Шуткой. Пожалуйста.
[indent] - Тебе нравятся такие, Трой? Вавилонская блудница, хороша.
[indent] Сука. Горло неосознанно сжимается, а я сглатываю тот самый каменный ком, застывший в моем горле несколько минут назад. Он видит, с каким взглядом я смотрю на них всех и это, вероятно, раздрачивает их еще сильнее. Слова больно задевают что-то внутри, а я невольно понимаю, что меня сравнивают со шлюхой. Шлюха. Блядь. Вавилонская блудница. Обидно до ужаса, но я молчу, скрипя зубами от ненависти.
[indent] Он озвучивает мне свои условия, и, в общем-то, они были вполне логичными и понятными, но я отвечаю на них тишиной. Я не шлюха. Осознание того, что у меня не было выбора, пришло ко мне в самом начале, однако идти на поводу у этих уебков было ниже моих принципов. Даже не смотря на то, что я понимал - это облегчит мне мое существование все время, пока они будут находиться рядом со мной. И потом тоже, если я вообще останусь сегодня в живых. Хотя сдохнуть я боялся не так сильно, как того, что ждало меня дальше.
[indent] Когда он подзывает своих псов ко мне еще ближе, новая волна холода льдом прокатывается по моему телу с головы до ног. Это как ощущение приближающейся неизбежности, от которой ничего не ожидаешь хорошего. В моем случае, совершенно ничего. Просьба встать на колени была проигнорирована мной, как и все до этого. Я просто смотрел на него, на его черного дружка, что дрочил свой хуй, и на остальных уебков, от которых меня тошнило. Последняя капля и моя защита лопается. Я проиграл.
[indent] - Пошел нахуй, - вкладываю в это всю свою ненависть и отвращение, что съедали меня изнутри, когда эти блядские четыре пары глаз смотрели на меня. Блять. Хриплый выдох от неожиданной подсечки, и я чувствую, как мои колени больно вписываются в мокрый раздробленный асфальт. Камни впиваются кожу и кости, заставляя мне скорчиться от боли и выпустить в воздух болезненный полустон. Чья-то рука резко сдергивает с меня капюшон, а потом я ощущаю, как больно тянутся волосы, когда она же стягивает с них резинку. Он касается моего лица, убирая с него часть волос, но я дергаюсь, стараясь стряхнуть с себя эти грязные руки. На лице ненависть, в душе страх. Я делаю только хуже, закапывая себя в это ебаное дерьмо.
[indent] Властный резкий рывок за волосы, настолько болезненный, что я кричу от боли, что сжимает мою голову мгновенно.
[indent] - Давай, сладенькая, открой ротик.
[indent] Я вижу перед собой хер сраного негра, он тычет мне головкой в рот, но я отворачиваюсь, отказываясь принимать в себя это дерьмо. Секунда, и еще более резкое движение на моем затылке и удар носком ботинка в живот, заставляют меня очередной раз вскрикнуть от боли, а чьи-то пальцы уже держат мою челюсть, насильно разжимая ее настолько широко, что мне казалось, что мышцы вот-вот лопнут от этого натиска. За болевым шоком я не замечаю, как чужой член входит в меня до основания, заставляя давиться от недостатка воздуха. Я не могу закрыть рот, или отстраниться, хотя слишком этого хотел. Хватка настолько сильная, что отбиться просто не было сил. На глазах проступают слезы, но это от боли, и резкости, с который черный ублюдок ебал мне в рот. Грубо, быстро и больно. Хотя бы потому, что его хуй был слишком большим, толстым и противным. Настолько, что я, казалось, сейчас блевану. Моя глотка сужается, я чувствую, как к горлу подходит рвотный ком, но негр вопреки этому не останавливается, а пидор, держащий мои волосы, не ослабляет хватку. Я упираюсь руками в его бедра, стараясь его оттолкнуть от себя, чтобы остановить его, но получаю на это довольно сильный удар в скулу кулаком откуда-то справа, и это заставляет меня прекратить свои жалкие попытки выбраться, опустить руки и потерять несколько секунд сознание. Черная мгла. Серая пелена. Я ничего не чувствую, ничего не вижу. Медленно задыхаюсь от асфиксии, теряя слух и обоняние. Я перестаю слышать его гортанные стоны, я перестаю видеть его безобразное ебало, что было искажено животной похотью и развратом. Оно и к лучшему. Но как только я начинаю сгибаться пополам от того, что задыхаюсь, как только моя глотка сужается до максимума, член резко выскальзывает из моего рта и я чувствую, как семя горячей струей разливается по моему лицу, попадая в саднящую рану от удара и разъебанные губы, пока я откашливался. От ощущения чужой спермы тут же накрывается рвотным рефлексом и мой желудок выворачивает наизнанку прямо под собственные колени. Вода и конфеты. Освобождая желудок в три захода, я никак не мог остановиться. Мне было настолько противно, что я готов был выблевать даже ебанную душу, которую сейчас, казалось, так же грязно выебали в рот, как и мое тело.

Отредактировано Elmo Kennedy O'Connor (2018-04-07 07:32:38)

+6

9

[AVA]http://sg.uploads.ru/DgH8W.png[/AVA]

[indent] Держу его голову даже когда он начинает отключаться. Я вижу, как закатываются его глаза, опускаются веки, ослабляется хватка. Людишки такие смешные и таких хрупкие. Особенно эта хрупкость заметна на таких как этот. Высокий, щуплый, длинноволосый, с ярко выраженными скулами. Мне казалось, что если я возьму его ладонь и сожму, то проломлю его черепушку, а кость под пальцами раскрошатся словно стекло. Ку-кол-ку. Фарфоровая, хрупкая, таких не доверяют детям из страха, что мелкие личинки будут не слишком осторожно. Но ведь я уже не ребенок. Но я все равно тебя сломаю. Его слова находят отклик слишком быстро, глубокий гортанный смех, наполненный басом. Сладенький, сегодня все хуи для тебя! Ты немного не угадал.
[indent] Рвотный рефлекс, а следом блевотина заставляют мое лицо перекоситься от недовольства. Мы так не договаривались, однако его сдавленные хрипы, возвращали меня к хорошему настроения. - Эй, красотка, ты только не умирай так сразу, я еще не поигрался, - склоняюсь к нему ближе, говоря все так же сдержанно, но более низким тоном, - мертвые сопротивляются не так забавно. Разверните его, - Трой довольно прячет член в штаны, все еще довольно похрюкивая от пережитого оргазма, а вот остальные двоя уже заметно взвинчены и хотят повторить его судьбу. Терпения, ребята, всему свое время.
[indent] Стив берет парня за шкирку, с силой отрывая его коленями от земли и разворачивает ко всем спиной, вжимая смозливую намейк-апленную мордашку прямо в стену. Легкий жест рукой, мол, опусти его обратно на колени, и Стивен проходит его щекой вдоль шершавой стены, опуская парня обратно на асфальт. Дэвис ставит на него сверху ногу в ботинке, нажимая ступней и заставляя прогнуться в спине. Тебе нравится? Не так высоко падать придется, если ты в самом низу. Подцепляю пальцами резинку его спортивных брюк и медленно, словно распаковывая рождественский подарок, спускаю их с его задницы. Молочные ягодицы, плотно обтянутые черным кружевом, талия с таким же кружевным поясом и короткие подтяжки, цепляющие широкое кружево чулок. Ваааа! Восторг! Я не сдерживаюсь и все же впервые часто хлопаю в ладоши. - Какой сюрприз, только посмотрите, - Дэвиз вальяжно потягивает остатки пива через соломинку, но я только сейчас обращаю на это внимание, так как из-за того, что жидкость в бутылке закончилась, он стал тянуть вляжные капли, перемешанные с воздухом и издавать звук, который меня раздражал, - заебал, - рывком выхватываю у него из рук темную бутылку и замахиваюсь ей в сторону мусорки, чтобы избавиться. Идея! Губы расползаются в гадкой улыбке и я приседаю на корточки, опуская аккуратно бутылку на асфальт. - Какой вид, ты всегда так ходишь? Мне казалось это только сценический образ, - провожу ладонями по ягодицам, поглаживая словно кобылку, нежно, трепетно, словно вообще касаюсь чужого тела впервые. Я похож на девственника и восторг у меня такой же. Как же круто! Тихое зажатое посмеивание себе под нос, словно сумасшедшему на ум пришла идея.
[indent] Он пытается дернуться, но тут же получает мыском кроссовка по лицу от Стива. - Очень грубо, -  я делаю ему замечание с серьезным ебалом, а потом тут же расплываюсь в улыбке, показывая, словно это шутка. Все четверо заливаются смехом. - А ты почему не смеешься, это же смешно? Ну да ладно, - я похлопываю его по заду, - сейчас я сделаю тебе приятно. Провожу пальцем между его ягодиц, а после запускаю палец под трусики, нажимая подушечкой на сфинктер. Оп! Входит и выходит. Входит и выходит. - Тебе нравится в попку? Ты не такой узкий, как мне хотелось бы, - он тут же сжимает мышцы, обхватывая мой палец, а я смеюсь ему в ответ, - так намного лучше. - Силой вталкиваю в него палец, а после отодвигаю в сторону кружево. Сейчас будет приятнее. Я беру бутылку и приставляю влажное горлышко к его входу. Напряженные мышцы не без труда поддаются напору, но мне все же удается пропихнуть рельефную часть бутылки совсем немного. - Если ты будет так напрягаться, то она лопнет прямо в тебе и я потом не смогу сделать тебе приятно, - наигранно-грустный голос, но я и правда хочу его попробовать, - ты такой гладенький, словно хотел меня порадовать своей попкой. Скажи, негодница, ты заранее все знала и соблазнила меня. - Меня заводит эта мысль и я чувствую, что начинаю возбуждаться. - Тебе бы понравился этот вид!
[indent] Я во второй раз слышу короткую мелодию мобильного и перевожу по очереди взгляд на каждого из своих ребят. Отрицательные, несколько испуганные взгляды и активное мотание головой, так это у тебя, аххахах, и как я сразу не догадался! Я достаю из его кармана мобильный, скидываю оповещения с экрана и направляю камеру на его зад. Беру бутылку у основания и вдавливаю в него сильнее, - будешь стонать, хочу услышать, как ты стонешь, можешь передать приветик, помаши попкой, - дружный гогот, я достаю из него бытылку, резко вставляя ее пока сфинктер не сжался до конца. И раз, и два, и три! - Я не слышу твоих стонов, куколка.
[indent] Мне надоедает это весьма быстро, хотя хом-видео, которое в нашем варианте скорее стрит-видео, само по себе возбуждает своей идеей, перевожу камеру на его лицо, обхватывая пальцами скулы, вожу из стороны в сторону, подсвечивая вспышкой мобилы его поцарапанное лицо, - улыбайся, - нажимаю пальцем на уголок губ и тяну вверх. Я останавливаю запись, обхватываю его лицо рукой, чтобы тот не отвернулся и показываю ему его же зад, который разрывается под натиском бутылки. - Это потрясающе! - сразу после, я бросаю телефон возле ног Стивена, теряя к нему всякий интерес. Опуская ботинок на дно бутылки, я с трудом проталкиваю ее глубже, пока горлышко узкой частью не утопает в кишечнике, а за ним не входит на половину широкая часть, - давай, красотка, стони от удовольствия.

Отредактировано Cole Cord (2018-04-07 11:11:47)

+6

10

[indent] Блять, как же мне хуево. Казалось, что я сейчас выблюю свой желудок, если не перестану думать о том, что со мной сейчас происходит. Мой мозг начинает медленно взрываться от происходящего, и я, кажется, начинаю терять рассудок. Мне так хотелось забыться и уйти в черную мглу, что только что накрывала мой разум, но вопреки этому желанию, я остаюсь в сознании. Хриплыми вдохами втягиваю воздух, из глаз текут слезы, я вдыхаю сопли, хочу стереть с лица липкую кончу, от которой щипала рана и вновь подкрадывался горький ком желчи. Дрожащие руки тянутся к лицу, чтобы избавиться от противного семени с кожи, но гадкий голос, вместе с резким движением, заставляют меня оставить все эти жалкие попытки. Грубая хватка поднимает меня вверх, а я, словно тряпичная кукла, поднимаюсь на ноги, стараясь не ебунться обратно, но мне держат. Чужая пятерня ложиться на лицо, слишком сильно вдавливая меня в шершавую поверхность стенки, а потом, я чувствую, как меня насильно опускают снова вниз, ощущаю, как кожа сдирается о каменную кладку, как огнем горит лицо от яркой и резкой боли. Блять. Я упираюсь ладонями в стенку, чтобы отстраниться, но мужик слишком сильно бьет меня под ребра, отчего я лишь сжимаюсь от боли и издаю хриплый звук, едва ли похожий на человеческий вздох. Лицо щиплет, саднит и колет от боли, но мне не дают даже смириться с этим, как тяжелая нога давит мне на спину, заставляя прогнуться в спине и опустить лицо в вонючую лужу. Из собственной блевотины, и хуй пойми чего еще. Раны болят. От обиды и унижения хочется сдохнуть. Я надеюсь, что сдохну этим вечером, и не увижу собственную смерть от мучительного сепсиса. 
[indent] Холод уличного ветра проходится по моей коже, когда он медленно спускает мои штаны вниз, а я зажмуриваюсь от отвращения, когда он обводит ладонью мои ягодицы. Прикосновения не приносят никакого удовольствия. Мне хочется сблевать еще раз и, желательно, тут же задохнуться в собственной рвоте. Чтобы не продолжать этот медленный парад разрушения моего сознания. 
[indent] - Какой сюрприз, только посмотрите - я слышу, как он хлопает в ладоши, как в его голосе различается искренне удивление и радость, отчего мне хочется огрызнуться. Я дергаюсь, стараясь встать, но грубый ботинок тут же снова прижимает меня к асфальту, и я опять чувствую, как в рот заливается блядская лужа. Крепко смыкаю губы, насколько это возможно, а когда он садится рядом со мной, я стараюсь не смотреть на него. Закрываю глаза, но он находит меня даже в моей голове, пробираясь туда своим едким голосом. Как тебя земля носит? - Какой вид, ты всегда так ходишь? Мне казалось это только сценический образ.
[indent] А вот тут я действительно жалею, что не переоделся. Внутри что-то неприятно сжимается, натягивается, словно струна, а когда он снова касается моей кожи, я неосознанно делаю очередную попытку вырваться, но на этот раз получаю грубый и сильный удар по лицу. От хруста собственных костей звенит в голове, и я даже не чувствую, как из онемевшего носа горячей струей стекает кровь, пока я не ощущаю ее на губах и языке, когда пытаюсь захватить воздух ртом от боли. Мгновение и я чувствую, как его палец входит в меня, пользуясь моим расслабленным состоянием. Мышцы тут же рефлекторно сокращаются, и я искренне хотел сломать эти ебанные пальцы, а потом засунуть их в его задницу и затолкать туда эту сраную бутылку, которую он уже подставляет следом. Блять. Лицо искажается ненавистью, а потом и болью, когда холодное твердое стекло глухой болью проникает внутрь. Болезненный стон. Не от удовольствия. Мне правда больно. Но я тут же стискиваю зубы, не позволяя себе больше издать и звука. Внутри все горело, буквально разрывалось от обиды и ненависти, и я понимаю, что это самое худшее, что происходило со мной в моей жизни.
[indent] В кармане брюк вибрирует телефон, я понимаю, что это звонил Коул, но от безысходности снова разрывает душу и останавливается сердце. Сука. Он шарит по моим карманам, я чувствую, как он достает телефон и по его словам я понимаю, что он снимает меня на камеру собственного айофна. Я закатываю глаза от горячей обиды, нутро буквально раздирает от раскаленной злобы от собственного унижения, а когда он подносит экран к моему лицу, я и вовсе смачно плюю в его ебало собственно кровью, спермой его друга и моей рвотой. Попадаю прямо в глаз. Почувствуй, сука. Но реакция не заставила себя долго ждать. Кто -то снова натягивает мои волосы в кулак, а бутылка настолько глубоко проникает внутрь, что я чувствую, как рвутся стенки кишечника, причиняя мне дикую боль. Мне так хотелось, чтобы прямо сейчас она лопнула внутри, чтобы никто из них не всунул в меня свой грязный хуй. Я лучше сдохну от кровотечения, чем минуту за минутой буду умирать от этого унижения. Я прикладываю все усилия для этого, плотно сжимая кольцом мышц это ебанную бутылку, а уже через секунду я ощущаю, как кто-то тычет мне в плотно сжатые губы хуем, но я отворачиваюсь, сопротивляясь до последнего. Губая подошва давит на мои пальцы, раздавливая их в холодной луже, а тяжелый кулак очередной раз ебашит по лицу, разбивая губу в кровь и сдвигая челюсть, ослабляя мое сопротивление. Я снова где-то далеко, в ушах гудит, мне плохо. Руки снова раздвигают мои челюсти, и я снова чувствую на своем языке отвратительный вкус грязного члена.

Отредактировано Elmo Kennedy O'Connor (2018-04-07 13:56:41)

+6

11

[AVA]http://sg.uploads.ru/DgH8W.png[/AVA]
[indent] Я отхожу на два шага назад, наблюдая за тем, как сжимая свой зад он постепенно выталкивает из себя бутылку и та со звоном падает рядом, прокатываясь круглым боком по грязному асфальту. Достаю из внутреннего кармана носовой платок и утираю им его плевок с тихой усмешкой. Это ты зря, красавица, очень зря. Во мне брезгливости больше, чем понтов и если раньше он мог отделаться еблей с минимальным ущербом, то сейчас мне было уже не весело. Ярость кипела в крови, хуяря в голову. Я начинаю посмеиваться сам с собой и генерировать какую-нибудь очередную хуйню, которая разорвет мою фантазию на куски миллионами фейерверков восторга. Мне мало того, что уже произошло. Дикий пиздец ненасытным зверем сидит во мне и просит больше зрелища, теперь мне хочется не просто развлечься, теперь мне хочется своими руками потушить в его глазах эту искру с которой он так отчаянно сопротивлялся. Плюнуть на подушечки пальцев и затушить, словно свечку. Сжать в кулаке хрупкую бабочку.
[indent] Часы тикали. Секунда за секундой это развлечение для нас отражалось часовыми пытками для него. Ох, конфетка, нужно было просто добровольно отсосать и дать мне выебать твою кружевную задницу и всего этого бы не произойти. Я качаю головой, ведя внутренний диалог с самим собой, словно разговаривая с ним. А когда я поймал себя на этой мысли, то рассмеялся не сдерживая ни себя, ни эмоции. А ведь и правда, если задуматься, то все могла закончиться еще лучше. Посидел бы на коленочках в клубе, поерзал бы своим задом, отсосал бы напомаженным ртом. И даже получил бы дохуя бабла. Мне всегда было интересно наблюдать за такими принципиальными. Шли работать в стриптиз, приватные танцы, сверкая голыми задницами, а строили из себя святош, которые ни в рот не берут, ни в жопу не дают. А запретный плод, как известно, сладок. Особенно после того, как все складывается так интересно.
[indent] К тому моменту, как я вернулся в этот мир из собственных мыслей, Стив и Дэвис поочереди ебали его в рот, присовывая со зверским аппетитом. Трой держал в тисках своими жирными ляхами его талию, словно сидя на гнедой кобыле и сжимал его волосы в кулаке, фиксируя голову. Боже, они пытаются запихать ему в рот сразу оба хуя. Это выглядело смешно, особенно со стороны. Кажется такими темпами они разорвут ему весь рот. Интересно, как скоро он сможет снова выйти на сцену? Его откляченный зад в трусах, разодранные чулки, что сияли широкими стрелками и спущенные штаны. Он подмахивал задом, разумеется, по инерции, но от этого данный вид был не менее зомбирующим. Он даже так умудрялся соблазнять меня. Хитрая шкура, я ведь сразу понял, что тебе это нравится.
[indent] Трой уже меняет положение, разворачиваясь лицом в мою сторону, но все так же продолжает сжимать его талию между ляшек. Он спускает кружевные трусы вниз к брюкам, оттягивает лямку-резинку, что поддерживала чулок и отпускает ее, а потом повторяет вновь. Кажется его просто заводит звук шлепка резинки о кожу. О, да, я совершенно прав. Я вижу как поверх резинки его трусов уже сверкает стоящий член, а он то и дело, поглаживает его, глупо улыбаясь. На мое удивление, Трой даже умудряется дергать его за член, видимо стараясь возбудить. Господи, ну кто так дрочит?  Они словно стая голодных охотничьих псов кинулись на кусок мяса во время кормежки. Дэвис спускает парню на лицо, Стивен пихает свой член в его рот, после чего кончает в его глотку, а Трой растягивает указательными пальцами его очко, развлекаясь с дыркой. Этот зад и вправду был сексуальным. Я чувствовал себя старшим братом, который снял для младшего терпеливую шлюху, в надежде, что тот научиться не только дрочить, но и ебать живое тело, но выходило это убого. Мне было смешно. И снова весело.
[indent] Низкий смешок. Я вижу, как Трой запускает в его дырку уже три пальца и понимаю, что мне уже хочется присоединиться. Я простил тебя, куколка, за твою дерзость. Теперь моя очередь. Подхожу ближе, звонко шлепая по его заднице ладонью и подхожу к его лицу, наклоняясь и разглядывая его ближе. - Если ты еще раз сделаешь что-то подобное, я изуродую тебя так, что тебе будет стыдно выйти на улицу, - я понимаю, что он не особо слушает, что я говорю, хотя бы потому, что Трой активно ковыряется в его задница пальцами, заглядывая внутрь. - Трой, блять, остановись, - он замирает даже не удосужившись вытащить пальцы из него, а я беру разбитое лицо в свою руку, - попроси, чтобы я тебя выебал. Выебал, как дешевую шлюху, готовую сосать за пятерку. Ты должен просить так, чтобы я сжалился и выебал тебя, чтобы поверил, что без моего члена в своем очке ты просто не можешь жить.
[indent] Опускаюсь на корточки под его молчание. Эх, это было так ожидаемо, настолько, что я совершенно не удивлен такой реакции, - чтож, на этот случай, у меня для тебя есть отличная мотивация.  - Достаю из кармана перочинный ножик. Вжух! Холодное острое лезвие пером рассекает воздух, выпрыгивая из рукояти. Мой любимый. Он не на столько длинный, чтобы вскрыть ребра, но хватит для того, чтобы загнать лезвие на всю длину и причинить не мало вреда. Я прижимаю холодную сталь плоской стороной к его губам и сильно вжимаю. - Я дам тебе еще один шанс, ты должен попросить, - легкое и нежное, едва ощутимое движение вниз. Под пухлостью губ лезвие рассекает поверхность кожи, что буквально лопается под слабым напором.

+6

12

[indent] Когда чужие ноги сжимают мою талию, когда я уже не понимаю, кто сует член в мой рот, я уже трезво осознаю, что мои силы заканчиваются. Защита падает, рушится на миллион осколков, рассыпаясь в собственной душе горечью от осознания происходящего. Я чувствую, как слезы комом замирают в моей глотке. Но уже не столько от боли, сколько от того, что я чувствовал. От обиды. Происходило что-то немыслимое. Странное. Страшное. Я утопал в тошнотворных звуках монстров, которых назвать людьми у меня бы никогда не повернулся язык. Хрюканье, стоны, смех, ругательства. Мне кажется, я никогда не слышал по отношению к себе столько синонимов слова "шлюха". Это было похоже на какой-то жесткое подставное порно с изнасилованием, но вот только это нихуя не постановка. 
[indent] Я понял тогда, что события двухгодовой давности, это вовсе не то, что можно было бы назвать изнасилованием. Коул и произошедшее между нами недоразумение на ковре моего дома по сравнению с этим было просто грубым сексом, пусть и не до конца добровольным, но не настолько сумасшедшим. До этого я думал, что то, что происходило со мной тогда, было самым худшим, что только могло быть в моей жизни. Но нет. После того, что произошло сегодня, я едва ли смогу жить дальше. По крайней мере, сейчас мне именно так и казалось.
[indent] Когда они пытаются выебать мне в рот вдвоем, ком медленно растворяется, выливаясь в холодные слезы, что начали течь по моему лицу, собирая своими каплями кровь, чужую кончу, грязь и мою собственную рвоту. Казалось, что от частых ударов по голове на моем лице не осталось живого места, но это было лишь началом. Как выяснилось потом. Все это было так унизительно и обидно, что обида уже просто лилась неконтролируемыми слезами из меня, потому что ей просто нужно было найти выход, а я сам уже был куском безвольного мяса, с которым делали все, что угодно: водили хуями по лицу, ебали по самые гланды, шлепали по заду, рвали одежду, пинали под ребра. Мне было похуй. Холодные руки дергают мой член, внутри меня двигаются чьи-то пальцы, а в рот ебут сразу двое, медленно разрывая грубыми и резкими движениями мои рот и губы. Сейчас все это кажется мне верхом унижения, о котором я только мог думать. Но нет, Элмо, на этом твои мучения еще не закончились. Дальше будет только хуже.
[indent] Снова слышу этот голос, он заставляет меня вздрогнуть. А я так надеялся, что он съебался. Мои глухие мычания прекращаются, так как хуй изо рта выскальзывает так же резко, как и входит. Я не могу закрыть рот, просто потому, что адски болит челюсть, а язык вообще онемел. Звонкий шлепок по моей заднице эхом откладывается в моей голове, а я лишь сдавленным хрипом дышу, когда он подходит ко нме ближе. Я не вижу его лица от мутных слез, но это и к лучшему. Мне даже похуй на то, что он видел мою слабость. Однако даже вопреки этому от его просьбы сжимается все нутро, и я нахожу последние силы для сопротивления, потому что это было слишком больно. Собирая остатки последней воли, гордости и самоуважения, я отвечаю ему молчанием. 
[indent] - Чтож, на этот случай, у меня для тебя есть отличная мотивация.  - слышу легкий глухой звук металла, как щелкает рукоять ножа. Нет. Я пытаюсь дернутся, но у меня не получатся, так как я все еще был зажат между жирными ляжками его ущербного друга. Черная свинья. Он подносит нож к моему лицу, нажимая на кожу. Шепот противно отзывается в моей голове, а я болезненно скалюсь, когда кожа под натиском пера резко лопается, разлетаясь по телу колючими рефлексами. Слова и правда находят больное место, как и действие. Ебаннный психопат. Он ждет от меня ответа, но я все еще молчу, продолжая смотреть в его глаза. Там ненависть, злоба и страх. 
[indent] Секундная заминка. Горячей полосой боли обдает лицо, когда он резко полоснул ножом по моей щеке, достаточно глубоко прорезав кожу. Это последняя капля. Я сдаюсь. Сдаюсь как последний трус, у которого просто не было выбора. Я задерживаю дыхание, чтобы найти в себе силы сказать хоть слово. Язык с трудом поворачивается озвучить это в слух, а мне было так обидно, что я буквально умирал сейчас морально с каждой секундой, когда осознавал собственную никчёмность. Меня втоптали в грязь в прямом смысле, а теперь еще и в переносном. Я просто раздавлен. Разбит. Убит. Повержен. Это настолько унизительно, что я хотел сейчас собственной смерти сильнее, чем когда-либо до этого.
[indent] Напряженная тишина повисает в воздухе. Он проводит ножом по второй щеке, и я чувствую, как он медленно надавливает лезвием на кожу. Губы открываются в немом слове, но потом я зажмуриваю глаза, выпуская холодные слезы и все же тихо говорю, чувствуя, как громко падаю на самое дно:
[indent] - Прошу, выеби меня...

+6

13

[AVA]http://sg.uploads.ru/DgH8W.png[/AVA]
[indent] - Ну вот, - я расплываюсь в дикой улыбке, когда он, наконец, выдавливает из себя эти слова. Я смотрю в его глаза, которые он так старательно отводит. Тик-так. Бам! Я слышу, с каким гулким эхом он падает в самый блядский низ. Ты на дне пищевой цепочки и сейчас я тебя съем. - Я же обещал, я ведь обещал, что сделаю так, как ты попросишь. Ты же хочешь этого, признайся. И себе и мне. Я хочу, чтобы твой хуй стоял, когда я буду тебя ебать, - скалюсь в его лицо, наблюдая за тем, как кровь смешивается с грязью, спермой и блевотиной. Красотища, боже, как же весело. Как прекрасно. Вот такие картины должны заполнять стены галерей. - Мне нравится, я хочу, чтобы ты повторял  это вновь и вновь, пока не устанешь. - Я говорю все, что вертится у меня на языке, не в силах контролировать поток словесного возбуждения.
[indent] Я выпрямляюсь во весь рост, запускаю руку в карман и достаю резинку. Обхожу его по кругу, подходя сзади и рукой отстраняю Троя в сторону. Еще не хватало смотреть на его ебало, когда я буду трахать эту строптивую сучку. Я расстегиваю ширинку, высвобождая полувозбужденный член. - Поднимите его задницу, - я бросаю короткое указание ребятам и они, в очередной раз, оставляют в покое его рот и лицо. Мне бы хотелось, чтобы он поработал язычком, полируя головку моего члена, но разорванные окровавленные губы не возбуждали. Растянутая Троем дырка, покрасневшая от грубого пихания в нее пальцев и разорванная бутылкой, конечно, тоже уже была в потрепанном состоянии, от чего я несколько пожалел, что не трахнул его на сухую сразу. Гладенькая узкая дырочка, которая обхватывала мои пальцы, сжимаясь так сильно, что причинила бы дискомфорт своей теснотой. Нет, пожалуй, я все сделал правильно. Вставать на колени в эту жижу рвотного дерьма и отбросов, подтекающих с мусорки, мне совершенно не хотелось, а потому, лучшим вариантом было поднять его жопу кверху. Очередной шлепок. Его ноги дрожат и согнуты в коленях, а парни держат его за талию и ноги, чтобы тот не рухнул снова на асфальт. Я провожу ладонью по стволу, дожидаясь пока член полностью напряжется, и натягиваю на него презерватив, - Прости, конфетка, я боюсь запачкаться, надеюсь, у тебя нет аллергии на латекс, - свожу его ягодицы, а потом развожу их в стороны приставляя головку и без труда проталкивая член в его кишечник. Руки блуждают по его талии, играют с кружевной тканью трусиков, гладят бока. Я прикасаюсь к его члену и яйцам, не без разочарования понимая, что у него не стоит. - Дрочи, я хочу чтобы у тебя стоял. Ты сам хотел, чтобы я тебя выебал, дрочи свой хуй, сейчас же. Шлепок по заднице, удар по лицу. Стив читает мои мысли и я понимаю, что единственное как можно заставить его выполнять мои желания это сила. Очаредной удар, - еще, сильнее. - И ребята не жалеют сил, чередую удары по лицу и телу. От боли его тело сводит, и его сфинктер обхватывает плотным кольцом мой член. - Хорошо, вот так, девочка, работай попкой, - я ехидно смеюсь загоняя член на всю длину, стуча яйцами по заднице в такт ударам, а он, обессиленно тянет руку к члену. - Хорошая сучка, работай рукой, дрочи, - мне откровенно насрать, что он чувствует. Уничтожая раз за разом, когда он выполняет очередное поручение мне абсолютно похуй получится ли у него возбудить себя, главное - подчинение. Покорство. От "пошел на хуй" до "выеби меня". Мне нравится наблюдать за тем, как он все ниже падает, унижаясь и переступая через свои принципы. От этого оргазм лишь подступает ближе. Ощущение превосходства, силы, адреналин бьет в виски. Я выхожу из его задницы, снимаю гандон, бросая тут же рядом и беру член в ладонь. Находясь на грани, пара движений и вот он долгожданный оргазм. Спускаю струей в его расслабленное кольцо мышц, которое медленно стягивается, пряча в себе часть моей спермы, которая вытекает из его дырки тонкой струей.
[indent] Я прокручиваю меж пальцев нож, вспарывая по бокам его черное белье. Собираю кружевом кончу, а после приставляю ткань ко входу и осторожно проталкиваю ее внутрь. Раз, два, три. Его очко настолько растянуто, что без проблем принимает, пропитанное спермой белье. Словно салфетка после вкусного обеда. Глажу ладонью его ягодицу, а следом его тут же небрежно выпускают из рук, от чего он падает на колени. - Сладкая дырка, ты был послушной шлюхой. - Протираю салфеткой член, бросая ее так же вниз, заправляю ствол в трусы и застегиваю ширинку. - Развлекайтеся, мальчики, - команда фас, а я разворачиваюсь к ним спиной и ухожу. Вечер выдался  настолько интересным, что эмоций и полученного удовольствия на сегодня достаточно.
[indent] Трой тут же пристраивается сзади, толкая свой черный член в уставшее  тело. Раз за разом от каждого толчка, кружевная полоска белья все глубже утопает в кишечнике, пока от очередного резкого проникновения и вовсе не пропадает из поля зрения. Кажется, что негра не на шутку возбуждает этот вид, потому как, он не может остановиться, развлекаясь с рельефным поясом и чулками. Несколько минут динамичной ебли и он спускает внутрь, даже не удосужившись вынуть член, обильно заливая спермой.
Дэвис и Стивен, очухавшись после первого оргазма уже вновь гладят набухшие члены и Дэвис пристраивается сзади, легко проникая в парня. Сперма Троя служит отличной смазкой, а потому, каждое движение сопровождается чавкающими звуками. Сперма вытекает струей из анала, стекая по бедрам вниз. Стивен толкается в рот. Каждое движение сопровождается спазмами глотки, что стимулирует головку. Он кончает первым. Первой пульсацией спуская в рот на язык, а после на лицо, забрызгивая окровавленные щеки спермой. Он смыкает его рот рукой, выдавливая из себя короткое: - Глотай, - зажимает нос и рот, чтобы не было иного выхода. Дэвис кончает почти следом, наполняя кишечник спермой первой волны, а доставая член, разбрызгивает остатки на ягодицы.
[indent] Тяжелое дыхание, злобный смех. Не достаточно унижений. Носы ботинок проходятся по всей поверхности тела практически одновременно. Это даже не злость, а насмешливость и небрежность. Неуважение. Тупое желание по веселиться. Трой сплевывает на лежащего парня сверху. Дважды. Стивен берет в руки опавший  член и, направляя его на ноги, справляет нужду. Характерный звук льющейся мочи, разбиваемый каплями о кроссовки, что разлетаются в разные стороны. Активный низкий ржач всей компании.
Прошло не больше часа. Оставляя парня в переулки, три фигуры, под общее присвистывание, выплыли из переулка, направляясь в очередной кабак, чтобы отпраздновать подобное событие. Полученных эмоций хватит на долго, а злые языки не один день будут обсуждать случившееся, поднимая за счет этого свою самооценку.

+6

14

[indent]Минутой ранее я хотел сдохнуть, а теперь, чувствуя, как моя жизнь была буквально на волоске от пропасти в ту самую мглу, в которую я так стремился минутами ранее, я хотел жить. Я унижался перед ним, ненавидя всем сердцем его за то, что он и его уебищные дружки делали со мной, но ничего не мог с этим поделать. Их четверо. Я один. Для них это развлечение, для меня просто смертная кара. От ударов болела голова, все шло ходуном, и я едва ли вообще чувствовал что-то, кроме пронзающей меня со всех сторон резкой боли. На лице и теле останутся шрамы, когда затянутся раны, но вот в душе эта хуйня так быстро не зарастет. Или не зарастет вообще. Сколько я буду думать об этом, если выживу? День, два, три? Пока не сойду с ума и не вскрою вены от внутренней боли. 
[indent]- Ты же хочешь этого, признайся. И себе и мне.
[indent]Я могу признаться и себе и тебе только в том, как сильно я тебя ненавижу. Горячее чувство ненависти - это единственное, что сейчас я могу чувствовать, помимо этой непрекращающейся боли по всему телу. Его голос обжигает уши даже не смотря на то, что внутри моей черепной коробки все звенит и гудит. Я так хочу, чтобы все это побыстрее закончилось. И мне, по большей части, уже наплевать, с каким исходом. 
[indent]Он дает команду поднять меня, и я ощущаю, как чужие тяжелые руки хватают меня за талию и поднимают вверх, но я едва ли мог стоять на ногах. У меня совершенно не осталось сил. Я ведь уже сдался. Разве не ясно? Осознание этого по новой бьет по голове, вызывая очередную волну неконтролируемых слез. Как же жалко я выглядел. Мне просто страшно представить, как выглядит все это со стороны, но мне, в общем-то, было уже не до этого. В усталой голове крутились совершенно другие мысли, и я думал, что вот-вот сойду с ума от этого. Я медленно начинаю терять нить с реальностью, начиная с того момента, как после просьбы дрочить самому себе, я получаю тяжелый удар по лицу. Животу. Ребрам. Ногам. Это выбивает из меня сознание, а я уже думаю, что вот-вот откинусь от болевого шока. Но я не выполнял его требования просто потому, что физически этого уже не мог. Очередной удар рассекает мою скулу, отзываясь в голове глухой фоновой болью. Из последних сил тянусь к члену, сглатывая слезы, но едва ли я мог даже дотянуться, потому что выбивающие из моих легких толчки, когда он ебал меня сзади, окончательно выводили меня из самоощущения. Я даже не понял, когда он вошел в меня. И когда кончил. Не помню. От слишком сильных ударов голова идет кругом, тело медленно перестает мне принадлежать. Падаю на асфальт, разбивая коленки и лицо, но там настолько нет живого места, что я ничего не чувствую, кроме все той же всеобъемлющей боли по всему телу. Ощущаю, как он что-то запихивает в мой задний проход, а потом, спустя какое-то время, я снова чувствую, как толчки возобновляются, меня снова поднимают и снова пихают в рот член. Внутри кишечника все жжет огнем, словно там лопнула та самая бутылка, но до меня лишь потом доходит, что это было на самом деле. Блять. Легкие сжимаются спазмом от очередной волны обиды, когда я очередной раз осознаю всю суть происходящего со мной, что мне становится противно от самого себя. 
[indent]Ненавижу себя. Ненавижу их. 
[indent]Все идет кругом, я теряю ориентир в пространстве. Мои глаза давно закрыты, а со мной делаю все, что только захотят. Негатива было столько много, что, кажется, его не осталось в моей душе совсем. 
[indent]Меня заставляют проглотить сперму, зажимая рот и сломанный нос руками. И у меня нет выбора. Как только меня отпускают, я чувствую, как рвотный рефлекс просыпается моментально, а организм из последних сил выталкивает из себя эту противную жидкость, и я выблевываю собственную желчь и чувствую, как горькое семя оседает на языке. Меня бросают на асфальт, как только последний хуй спускает в мою задницу. Снова удары. Я сжимаюсь от этого бесконечного града, валяясь в этой зловонной луже, и корчась от боли. Чувствую, как начинаю кашлять кровью, ощущая металл на своем языке и во рту еще сильнее, чем до этого. 
[indent]Грубый смех. Довольный гогот. Слышу, но не вижу, как кто-то, словно завершая этот парад издевательства и унижения, решает поставить точку своим пидорским поступком, обоссав меня сверху. К тому времени, я уже был не в себе, а потому я только слышал, как кто-то из них получал от этого нескрываемое удовольствие. 
[indent] Я не сразу понимаю, что остаюсь один. Меня накрывает темной пеленой, холодом и болью. Я опустошён, сломлен и повержен. Втоптан в грязь настолько, что теперь точно не смогу из нее выползти. Знакомая трель айфона вырывает меня из забытья, заставляя ненадолго прийти в себя. Мне сложно повернуться, сложно встать. Пальцы отбиты, как и руки, но вопреки этому, я прикладываю последние усилия для того, чтобы сделать последний рывок в этой бессмысленной борьбе за собственную жизнь. Синие пальцы тянутся к телефону, а лицо искажается болью от каждого малейшего движения. Экран мигает, корпус вибрирует, а мне стоит целой жизни только то, чтобы ответить на этот звонок. Громкая связь. Недовольный голос.
[indent] - Где тебя, блять, носит?
[indent] Я слышу, что он ждет от меня ответа, но я не могу произнести и слова, потому что просто не могу. Еще немного усилий. Еще, блять, чуть-чуть.
[indent] - Ты где?
[indent] Тяжелый выдох сквозь выбитые легкие. Выходит тихо, но я стараюсь.
[indent] - Я в первом переулке от кабаре бурлеск.
[indent] В глазах темнеет, мозг сжимается, закладывает уши. Тусклый свет ебаного переулка сходится в моих зрачках, а через секунду я уже совсем ничего не слышу. Не вижу. Не чувствую.  Вокруг лишь черная темнота и липкий холод.

+6

15

[indent] Меня до скрипа зубов бесило, когда он  не отвечал на мои сообщения. Типа прочитал, все понял или не понял нихуя. На само же деле большинство моих сообщений не несли в себе вопросов, голая постановка фактов и того, что он должен был знать, будь то "я дома" или "я не приду". Но все же мог и постараться, ведь каждый его ответ, пропитанный теплом, уже на столько вошел в привычку, что воспринимался, как часть разговора. К хорошему, говорят, быстро привыкаешь. Когда я пришел домой, то не сразу понял, что его нет дома. Сопящий на кресле Честер в полной мере заставил меня ощутить его присутствие, из-за чего я даже был тише обычного, стараясь его не разбудить. Вот только оказалось зря. После второго моего сообщения - тишина. Собственно, как и после звонка. Это начинало бесить. Жрать хотелось дико, как и трахаться, но ни того, ни другого дома не было, а потому необходимость присутствие Элмо дома подходила к критической отметке. Без особого удовольствия достаю из холодильника овощи, рассчитывая на то, что не поднятая трубка означает, что он, как минимум поднимается по лестнице, приближаясь к двери и с минуты на минуту ее откроет. Второй звонок на телефон, который он какого-то хрена скидывает, будит во мне уже злость. Бляяя, так и скажи, что ты просто ужин готовить не хочешь. Хотя в эту мысль мне верилось с особым трудом, а потому, с упорством, я продолжаю чистить овощи и складывать их в миску. Тебе осталось только приготовить, самое время ответить на звонок. Третий, четвертый.
[indent] Я набираю номер в очередной раз, настырно вслушиваясь в длинные гудки на том конце. Сказать по правде я не особо ждал ответа, но успокоиться и перестать долбиться в закрытые двери я уже не мог. В крови бурлила злость и агрессия и хотелось прибить его за то, что он даже смс не написал. В смысле блять, даже я тебе настрочил три сраных слова, когда понял, что работы навалило столько, что до утра не управиться. А потом написал, что уже дома. Что-то я не сломался. Когда я вместо гудка услышал тишину, то не сразу понял, что мне ответили. - Где тебя, блять, носит? - пугать сходу ужином я не стал, просто дожидаясь вразумительного ответа на свой вполне логичный вопрос, - ты где? - его сдавленный тихий хрип возле динамика, тут же заставил все тело напрячься. Хей, ок, приготовлю ужин сам, отвечай на вопрос. Очередной тихий вздох, а я уже натягиваю на себя куртку, прямо поверх домашней футболки, и обуваю кеды, не меняя домашних спортивных штанов. Он говорит тихо и я чувствую, как каждое слово он произносит с трудом, - давай, детка, говори со мной, - я напряжен, мой голос тоже.
[indent] Прохладный ветер дует в лицо, распахивая полы куртки и пробираясь под футболку, но голова сейчас, словно колокол, язычок которого со всей силы ебнул по краю,  и теперь трель разносится эхом в пустоте. Слышу его тихое хриплое дыхание и не могу положить трубку, продолжая говорить с ним, так и не получая ответа. Пытаюсь поймать попутку, но все попытки тщетны. Ночь ебанного района на окраине города и чего я собственно ожидал? В моей голове ни одной путней мысли. Я ставлю звонок на удержание и звоню диспетчеру такси, вызывая машину, а сам пешком иду в сторону центра, выбирая направления движения наобум . Я в душе не ебу где находится это кабаре, но стоять на месте я просто не могу. В голосе сердце отбивает тяжелый ритм, дыхание такое же тяжелое и, кажется, я теряю способность логически мыслить. Переключаюсь между звонками как только девушка принимает заказ, и продолжаю вслушиваться в тишину на том конце провода. В какой-то момент город поглощает своим шумом и я не сразу слышу гудок машины. Такси. - Кабаре Бурлеск. Я заплачу тебе тройную таксу если поторопишься и подождешь, - он довольно кивает, прибавляет музыку, а я раздраженно убавляю магнитолу на минимум, - живее.
[indent] Он останавливается прямо напротив входа и кивает головой на вывеску. Ебанный блядюшник, хули ты тут забыл не пойму? - Первый направо или налево? - я задаю вопрос, хоть и понимаю, что он мне не ответит. Мне кажется я даже перестал слышать его дыхание. Убираю телефон в карман, а сам иду  дальше, заворачивая за здание. В нос бьет отвратительный смрад, а после ярких вывесок улицы глаза с трудом различают в темноте предметы. Шаг, второй. С каждым новым ноги наливаются свинцом и вместо того, чтобы бежать я чуть ли не останавливаюсь вовсе. Сердце увеличивает темп, а к горлу подкатывает липкий ком. Я вижу в темноте лежащий силуэт, валяющийся рядом мобильник, который до сих пор подсвечивает наш разговор, и мне стоит огромных трудов сделать первый шаг. А дальше, все как во сне. Я срываюсь с места и преодолеваю эти тридцать метров, кажется, за секунду. Опускаюсь рядом с ним на колени, тут же прикладывая ладонь к сонной артерии. Я чувствую пульс, слышу хрип от моих прикосновений и осторожно приподнимаю руками его голову. - Прости, - я отвожу его волосы с лица, а сам не понимаю, что блять происходит. Все слишком очевидно, но я предпочитаю закрывать глаза на спущенные штаны, на окровавленное лицо и сперму, смешанную со рвотой на его щеках. Прижимаюсь губами к его виску, не целуя, лишь касаясь, а сам прикрываю глаза, продолжая нашептывать извинения.
[indent] Я поправляю его одежду, стараясь как можно меньше касаться его тела, ведь каждое мое движение отдается в голове его стонами. Блять. Я просто не могу думать, не хочу. Каждое мое движение это результат моих рефлексов, выработанных годами. - Потерпи, пожалуйста, - я слышу со стороны какой хриплый и низкий мой голос. Чувствую, как все мое тело пропитывается этим мерзким запахом, как жижа какого-то дерьма пачкает штаны, мне кажется я тону в этом дерьме. Я приподнимаюсь на одно колено, поддерживая его голову, - ты должен мне помочь, - завожу его руку за голову, прекрасно понимая, что сказать проще, чем сделать. Поднимаю его на руки и поднимаюсь на ноги, направляясь к машине. Хочется пошутить, сказать хоть что-то, разрядить обстановку, отвлечь внимание, оказаться в другом месте, в другой жизни, в параллельной вселенной, где он на собственных ногах пришел домой, приготовил пожрать, а потом... а потом мы легли спать.
[indent] Водила что-то возмущенно трещит, заводя мотор, пока я пытаюсь осторожно уложить Элмо на заднем сидении его драндулета, мне даже кажется, что он пиздит что-то о том, чтобы я вываливался из машины и шел на хуй, но после того, как я резко дергаю его на себя между сидений, он резко притихает. Я сажусь спереди, постоянно оборачиваясь назад. Голова шумит, а воображение подкидывает охуенные картинки происходящего. Блять, нет. Я закрываю руками лицо, растирая до красноты глаза, стараясь спрятаться от навязчивых образов, вот только это все в моей голове. Пустить себе пулю в висок, лишь бы не думать об этом. Но не могу. Я чувствую словно на себе прикосновение чужих рук, каждое касание, каждый удар. Бесформенные фигуры, пристраивающиеся сзади и молюсь только о том, чтобы побыстрее добраться до дома и не свернуть шею водителю. Железный запах крови, заполняющий кабину вместе с остальным смрадом, слишком сильно пробивается в мою голову, вырывая из памяти кровавое месиво лучшего друга. Я помню каждый удар, который превращал его испуганное лицо в кашу, раз за разом, удар за ударом. Как рассекал кожу инструмент и как пахнет раздробленный череп. К горлу подкатил тошнотворный ком, кровь зомбировала. Опускаю стекло, чтобы пустить в салон свежий воздух, а сзади под кожей слышу каждый его стон, что вызывает толпы мурашек. Блять. От них становилось только хуже. В голове что-то щелкает, вытаскивая из глубины все эмоции, чувства, мысли, страхи. Моё, только мое. Ты мой. Повторенное сотни раз, сейчас как удар под дых от самого себя. Не смог, не защитил, не был рядом. Моя вина. Я накручиваю себя еще до приезда, загоняя себя только глубже.
[indent] Я достаю из кармана куртки весь нал, полученный за смену, и без слов отдаю водителю, когда он останавливается возле нашего дома. Я не смотрю на него, но судя по молчанию, понимаю, что его недовольство от полученной суммы разглаживается. Мне сложно,  с каждой ступенькой Элмо все тяжелее осядает на руки, но я понимаю, что дело вовсе не в нем. От части даже жалею, что перестал заниматься после тюрьмы, но в голове сейчас совершенно другие мысли. Я не могу опустить на него взгляд, безмысленно пялясь вперед. Каждый его болезненный стон новыми красками рисует широкими мазками новый более мерзкий способ как все это произошло. Да как же так, блять.
[indent] Открываю дверь, игнорируя Честера, который своими лапами, опирается на тело, от чего ведет в сторону. Прохожу сразу дальше и опускаю его в ванную. Руки тянет вниз и покалывает кончики пальцев. Сейчас мне хочется утопиться там вместе с ним, но я в очередной раз прогоняю из головы все мысли, оставляя звенящую тишину. Я скидываю кроссовки, ощущая едкий запах мочи от чего хочется тут же блевануть и от части я даже рад, что ужин не удался. Хотя, я бы лучше приготовил пожрать, чем все это. Четкие, резкие движения, но заторможенная голова без мыслей. Каждое движение на уровне подсознания, просто потому что так надо. Я избавляю его от одежды, скидывая все в одну грязную мокрую кучу, туда же отправляя свою штаны. Брюки, толстовка, футболка, чулки, пояс, блять. Внутри что-то корябает и я чувствую, как с каждой секундой все больнее.
[indent] Теплая вода мягкими струями разбивается о волосы, от чего маленькая комнатка тут же наполняется  запахом лака для волос. Смывая грязь и запекшуюся кровь с лица, я понимаю что под толстым слоем всего этого дерьма, есть еще слой косметики. Не думать, ни о чем не думать. Мыльные пальцы проходят по коже, влага и пена тревожат раны, вновь выпуская кровь. Губы, скулы. Я впервые замечаю ровные порезы на щеках и из-за этого из глубины вырывается жалобный скрип. Забираюсь в ванну, набирая ладонями больше геля и шампуня, увеличиваю напор. Впервые ловлю на себе его взгляд. Слабые проблески сознания, болезненный стон. Мне хочется с ним говорить, но я не могу произнести ни слова. Овальные синие отпечатки пальцев на длинной шеи, чувствую, как перехватывает дыхание. Гематомы расплываются по коже багровыми лепестками и чем больше грязной воды утекает в слив, тем больше я понимаю, что тело покрыто синяками и ушибами сильнее, чем грязью. Провожу ладонью по его бедру от колена выше, размачивая пеной засохшую сперму. Я не дышу. Просто не могу сделать ни вздоха. И я даже на секунду не могу предположить, что испытывал он. Я умирал вместе с ним. Все больше и больше накручивая в мыслях произошедшее, не мог не представлять, как кто-то трахает это тело, касается, кончает. Слишком не реально, чтобы проверить в происходящее. Чувствую прикосновение его пальцев к бедру и словно выхожу из транса своих мыслей. Слишком сложно. Поднимаю ладонь выше, к ягодицам и между ними, с замиранием провожу мыльными пальцами. Ощущаю под подушечками рельефную ткань. Сдавленный скрежет выдоха. Кажется этот стон боли принадлежал уже мне. Я подаюсь вперед, обнимая его за шею одной рукой и закрываю глаза. - Прости, - тихий выдох, осторожно тяну за край ткани. Блять, кажется, я рассыпаюсь на осколки. Он выгибается мне на встречу, касаясь пальцами моей спины, а я проникаю в него мыльными пальцами, собирая с окровавленных стенок чью-то кончу и запекшуюся кровь. Мне больно так же, как и тебе, - прости, - тихий шепот возле его уха. Мне хочется раствориться в этом слове, вот только слова ничего не меняют. Вода стекает по лицу унося в канализацию всю грязь, смываемую с его тела. Хочется достать его душу, прополоскать, отжать и вложить обратно, если бы все было так просто.
[indent] Выхожу в комнату, достаю из шкафа простыню и возвращаюсь к нему. По телу стекают прозрачные капли, огибая ссадины. Кутаю его в ткань и поднимаю на руку вынося из ванной на кровать. Осторожно опускаю, промокая тело легкими прикосновениями. Я стараюсь по максимуму сократить телесный контакт. Провожу по влажным волосам полотенцем, забирая лишнюю влагу, а после собираю их резинкой. Я боюсь лишний раз выдохнуть в его сторону. Я убираю мокрую простынь, полотенце и перекладываю  на подушку, накрывая покрывалом. Мне хочется умереть вместе с ним. Я чувствую его боль.
[indent] Снимаю с себя мокрую футболку и трусы, кидая их в стирку, собираю его одежду в пакет и плотно завязываю, это придется выкинуть. Остальные вещи заправляю в стирку, переодеваюсь в чистый комплект домашней одежды. Я ни могу ни о чем думать, все действия по наитию из глубин подсознания. Я захожу в комнату, глушу свет и включаю ночник, раскрывая форточку. Его глаза закрыты, но я понимаю, что он не спит. Со мной пачка сигарет, которую я принес с кухни и зажигалка. Я сажусь на пол возле кровати и прикуриваю, делая первую шумную тягу. Тело расслабляет никотином, но, кажется, этого будет недостаточно. Понимаю, что должен что-то сказать, но не знаю ни одного слова, подходящего для этой ситуации. Все будет хорошо? Тебе больно? Что случилось? Может перекусим? Что за ебанный бред? На меня вновь нападают образу, глуша разум картинками случившегося. Я вижу, словно со стороны, как чужие пальцы засовывают в него его же собственное белье. Мне хочется их сломать. Ломать так, чтобы каждую кость вывернуло наизнанку, так, чтобы костный мозг разлетался в стороны, а в воздухе повис запах человеческого умирающего тела.
[indent] Я слышу его за своей спиной. Он тяжело дышит и практически не шевелится, а каждое движение сопровождается болезненным глухим стоном. Поговорим? Я набираю в легкие воздух, но шумно выдыхаю, так и не решившись разорвать тишину, заполняемую лишь табачным дымом.

+6

16

[indent] Даже сквозь черную мглу забытья, в которую я провалился, как только произнес последнее слово, я ощущал эту тупую ноющую боль. Мне казалось, что я умер. Прямо так, со спущенными штанами, забрызганный чужой кончой, униженный и утопленный в луже этого сраного дерьма, которое я глотал последние десятки минут. Сколько времени прошло? Тридцать минут, час, два? Мне казалось, это длилось целую вечность.
[indent] Находившись сейчас в тишине собственного разума, в этой непроглядной тьме моего сознания, когда унизительный смех и пошлые, развратные звуки затихли, я ощущал себя как никогда одиноким. Пустым. Ненужным. Мертвым. В болезненном бреду возникает фантомный голос Коула и я на инстинктивном уровне понимаю, что его присутствия рядом мне хотелось сейчас больше всего остального. Больше смерти. Больше жизни. Тяжелую голову тревожит сосущее чувство опустошённости, а мне кажется, что из моей груди вырвали кусок чего-то важного, и это что-то мешало мне спокойной дышать. Поврежденные легкие. Избитое тело. Разъебанный мозг. Убитое сознание. Я оказался слишком слабым для того, чтобы дать отпор, но достаточно сильным, чтобы выжить. А точнее, сделать так, чтобы жизнь не закончилась в этом гнилом переулке картиной сломленного человека. Пидора. Ублюдка. Шлюхи, готовой сосать за пятерку, что умоляла выебать ее в луже этого дерьма. Блять.
[indent] Я не могу открыть глаза, я не понимаю, что происходит, но определенно точно чувствую, что он рядом. Сквозь мертвый холод я впервые за вечер ощущаю тепло, от которого мне не хочется избавиться. Инстинкт? Рефлекс? Или это просто на уровне какой-то невидимой связи? Каждое движение отдаётся в моем теле волнами боли, лишь усиливая фоновый глухой ритм этих страданий моего организма. Я слышу тихий шепот над ухом. Звуки складываются в сложное слово, постепенно доходя до моего разума сквозь заложенные уши. Прости. Этот шепот тихих слов словно маяк во тьме, которая когтистыми лапами с каждой секундой этого блядского времени забирала меня в свои объятья, окуная в смертельную попасть. И если бы не он, то я бы давно растворился в этом огне, что сжег бы остатки моей жизни за считанные секунды. 
[indent] Теплая вода, что мягким потоком лилась на меня сверху, заменяя липкую холодную влажную одежду, постепенно вырывала меня из темноты, возвращая сознание, позволяя мне различать реальность от собственного бреда. Режущая боль заставляет открыть глаза, и я впервые отчетливо вижу его силуэт перед собой. Потолок нашей ванны. Ароматы геля для душа и мыла смешивается со зловонным запахом, лишь очередной раз напоминающим мне о том, что произошло. Но я не хочу об этом думать. Затекшие и воспаленные глаза так сложно поднять вверх, но я стараюсь, превозмогая боль и бессилие, которое все еще держало и еще долго будет держать меня и мой организм в своих тисках. Я встречаюсь взглядом с его глазами, читаю его эмоции на лице и сердце как будто останавливается, перестаёт качать кровь, холодеет. Боль. Я даже не могу представить, что в его голове, но все читается и без того в красных глазах. Господи. Это не галлюцинация, не сон? Я медленно тянусь пальцами к его телу, еле касаясь ими бедра. Нет. Он реальный. Тихий, тяжелый выдох, и я снова прикрываю глаза. 
[indent] Его руки, что осторожно омывали мое тело, стараясь причинять как можно меньше боли по свежим ранам и гематомам, но даже при его усилиях и стараниях я чувствовал отдающую боль от каждого движения. Стоны. Я слышу свои тихие болезненные стоны, от этого становиться до муки противно. От самого себя. От собственного унижения. От пережитого кошмара. Хочется закрыть лицо руками, чтобы он не видел то, что со мной сделали. Как клеймо, от которого теперь никогда не избавиться. А он все видел и от этого становится в три раза сложнее. Почти невозможно выкинуть из головы мысль, что он может от меня отвернуться. Но ты же рядом? Я снова открываю медленно глаза, стараясь очередной раз убедиться в этом.
[indent] Мое тело леденеет, когда его пальцы проходятся по моим бедрам, поднимаясь выше. Я перестаю дышать, когда он проходится пальцами между ягодиц, задевая торчащую ткань трусов. Моих трусов. Я слышу его сдавленный выдох, но не могу увидеть на лице эмоции. Венец унижения. Собственное белье, пропитанное чужой спермой и вдолбленное в меня чужим членом. Это настолько унизительно, что я едва ли хотел, чтобы он об этом узнал, но меня все равно нет выбора. Воспаленные глаза заливаются слезами, когда он обнимает меня за шею, шепча на ухо извинения. Прости. Я так жалок. Мне было стыдно. Стыд, смешанный с обидой и ненавистью, что высасывала из меня последние эмоции. Он тянет за край ткани, а я выгибаюсь к нему навстречу, то ли от физической боли, то ли от той, что была у меня внутри. Или от всего сразу. Мои пальцы касаются его спины, я бы хотел обнять его в ответ, но вместо этого обессилено опускаюсь спиной на белую поверхность ванной, ощущая, как слезы скатываются по моему лицу вместе с теплой водой. Хочу-что то сказать, но не могу открыть рот, потому что кости и мышцы слишком сильно сводило тупой болью. Казалось, что мне отрезали и язык, засунув его так же в задницу, вслед за кружевом моего белья. Хриплый выдох с закрытыми глазами.
[indent] Короткое помутнение сознания. Я не сразу понимаю, что мокрая ванная сменилась сухой постелью. Чувствую, как у моих ног сворачивается Честер, слышу его жалобный скулеж в унисон моим тихим стонам. Свет тусклый. Из окна веет теплым весенним ветром. Я не могу сделать вдоха полной грудью, потому что она болела от хрипов. Я чувствую его присутствие, ощущаю его тепло рядом, даже не смотря на то, что он сидел перед кроватью. Его присутствие меня успокаивает, возрождает и делает моё существование сейчас более сносным. Усталость меня накрывала, вытесняя собой боль, которая не унималась не на минуту. Мне так страшно. Мне кажется, что после этого, после того, как все это произошло, я открою глаза и увижу, что его фигуры больше рядом нет. Но когда утром я вновь открыл глаза, он все так же сидел рядом, пуская серый дым от сигарет в воздух. 
[indent] Я пытаюсь пошевелиться, однако выходит очень плохо. Пес тут же поднимает голову с моих колен, и снова начинает лизать мои посиневшие руки, а я даже не могу открыть рот для того, чтобы сказать ему прекрати. Болезненный громкий стон, после которого я все-таки перестаю делать попытки встать с кровати. И почему я не сдох тогда? Мне даже страшно представить, как я выглядел со стороны, но, когда мои глаза опускаются на мои пальцы, что так усердно зализывал Честер, я не без ужаса понимаю, что это и правда выглядело ужасно. Я пытаюсь сжать ладони в кулак, но не выходит только от того, что мне было слишком больно. Мой взгляд опускается на Коула, на его спину, на напряженную фигуру. Он на меня не смотрит. Да и я бы едва ли мог на себя сейчас смотреть. Противно.
[indent] - Я хочу знать.
[indent] Тяжелый хриплый голос, что разрезает тишину в комнате, заставляет меня вздрогнуть. Может, не надо? Мне не хочется вспоминать, не хочется об этом думать. Было слишком стыдно даже говорить об этом, а я готов был умереть от стыда перед ним за то, что это произошло. Правда о том, что я вовсе не работаю в театре, вылезла наружу слишком болезненно, да так, что это почти стоило мне жизни. И чести. И здоровья. И тебя. 
[indent] Делаю глубокий вдох. Выдох. Больно.
[indent] - Их было четверо, - слова даются тяжело, я несильно шевелю губами, потому что они болели. Неосторожное движение, и я чувствую на языке свою кровь, - Они пристали ко мне в клубе, а потом встретили в переулке и... - вдох - Все это произошло.
[indent]- Рассказывай все.
[indent] Нет. Я не могу. Мне сложно не только потому, что физически было трудно, но и морально. Последнее, пожалуй, было в несколько раз сильнее первого. Но я слышу, что он ждет. И у меня не остается иного выбора, как начать заново.
[indent] - Они пристали ко мне на работе, когда я выступал в клубе с номером, который не имел никакого эротического подтекста. Шутки, песни, сценки. Все шло нормально до тех пор, пока один из них не начал стягивать меня со сцены, зацепившись за край моего платья. Охрана подоспела почти вовремя, а их заставили платить штраф, но к тому времени я уже ушел, - сбитый рассказ, сбитые мысли. Я понимаю, как все сложнее становится говорить, как постепенно немеет мой язык по мере приближения к самому главному, - А потом они встретили меня в переулке, когда я шел домой. Попросили огня. Зажали к стенке. Я предложил вернуть им деньги за штраф, который они выплатили, но сумма была слишком большой. Тогда он сказал, что мне придется отработать. Дважды. Он просит меня прикурить, я достаю зажигалку и роняю ее из рук. Он заставляет меня нагнуться за ней, и как только я это сделал, то получил удар по легким. Потом по шее. Потом мне выбивают колени и... - ком застывает в горле, я не могу говорить, потому что не могу дышать от того, каким потоком воспоминаний меня накрывает. Блять, я чувствую, как начинаю плакать, но продолжаю рассказывать, хотя легче от этого мне не становилось, - Он хватает меня за волосы, и просит открыть рот, но я крепко сжимаю челюсти до тех пор, пока сознание не вышибают ударом. Негр сует в рот мой член, насильно разжимая зубы, а потом бьет еще раз, и... я сдаюсь. Я думал, что задохнусь от того, насколько это было грубо и больно, но, когда он спустил в меня, я начал окончательно задыхаться и не смог сдержать рвотный рефлекс, что накрыл меня буквально сразу же... Меня спускают по стенке щекой, вниз, окуная головой в лужу... А потом... - я снова переживал это заново и слезы, которые лились от избытка эмоций, сейчас уже просто перерастали в истерику. Я вспоминаю про телефон, про видео, про то унижение, которое было дальше, но больше не могу произнести и слова. Я не могу об этом больше говорить. Это сильнее меня, - В телефоне есть видео...

Отредактировано Elmo Kennedy O'Connor (2018-04-10 17:20:18)

+6

17

[indent] Он засыпает не сразу, но за все это время я не проронил ни слова. Сигарета сменяет одна на другую, а в голове все так же пусто. Эта ебанный пиздец, который сбил меня с ног, окуная в адский котел с головой, и придавливая сверху ногой, чтобы я не мог выбраться. Разумеется, у меня не было ни секундного сомнения в том, что ему намного хуже, чем мне. Но от этого не то что  не становилось легче, наоборот - эта ебанная хуйня приносила мне только больше боли. И во всем произошедшем я винил только себя. Я столько раз предлагал его встретить после работы, но каждый из них он встречал отказом. Теперь то понятно в чем дело. Нахуй я его вообще слушал? Я подношу руку к лицу, потирая кистью красные от недосыпа и сигаретного дыма глаза. Осознаю, что завеса сизого дыма не облегчает ему дыхание, но не могу остановиться, выпустить из рук сигарету. Кажется, если я прекращу делать хоть что-то, то утону в собственных мыслях и воображение, которое не собирается отступать.
[indent] Я слышу, как выравнивается его дыхание, но не перестает быть таким же тяжелым, а после и Чес расслабленно вытягивается зевая. Нужно что-то делать, чем-то отвлечь себя, чтобы и без того накрученный клубок нервов не превратился в бомбу, чтобы не рвануло. Нужно чем-то себя занять. Тихо поднимаюсь с пола, прикрывая тяжелые шторы и раскрывая шире окно, чтобы пустить свежий воздух в комнату. Поправляю покрывало и машинально провожу ладонью по морде псины. Звенящая тишина, разбавляемая его хриплыми вздохами, как облако одиночества, что вдруг стало весьма осязаемо. Мне кажется, что я остался в квартире совершенно один. Иду на кухню, достаю нож, разделываю мясо. Я думаю о еде, хотя мне уже не хочется есть, как и трахаться, как и любое другое желание, которое не редко посещает мою голову. Хочется лечь, желательно горлом на нож, но лучше, конечно, метод побыстрее. Что за мысли? Качаю головой, переводя взгляд на окно. Никогда раньше не волновал вид, который открывался из наших окон. Сейчас тоже не волнует, но мне просто необходимо думать о чем-то, кроме того, что произошло. Я начинаю сходить с ума.
[indent] Так называемый ужин выходит ни о чем. Пресно, ужасно не только на внешний вид, но и на вкус. Я пробую бульон и морщу нос. Он готовил намного лучше, но сейчас мне было не до эстетических потребностей. Пожрать, чтобы не сдохнуть. И в идеале накормить его. Я ловлю себя на мысли, что намеренно отрицаю этот факт. Воспоминания десятилетней давности липкой паутиной связывают руки и я обессиленно сажусь на стул. Мне стоило это восьми лет свободы, но я не жалел об этом ни на секунду. Как сейчас слышу крики Одетт, ее испуганный взгляд, заплаканные глаза. То, как она придерживала бретельку сарафана, скрывая свою наготу. Я бы отсидел все двадцать сейчас, лишь бы успеть, лишь бы оказаться рядом. Но я не успел. Я вспоминаю Ариану. Тихая усмешка. Чужая девчонка, чьего имени на тот момент я даже не знал. Успел, а в этот раз я сидел дома, думая о какой-то хуйне, занимаясь хуйней, как никчемный кусок мяса. Почему я не был с ним? Кулаки автоматически сжимаются. Это моя вина. Не уберег свое.
[indent] Я открываю верхний шкаф, доставая корзинку с аккуратно сложенными лекарствами. Это все благодаря ему. Он всегда думал о подобном, а я считал, что подобное в моем доме пустая трата денег. Действительно, нахуй мне обезболивающее, бинты, ватки, витаминки, я же не ебанная принцесса, мне такое не нужно. Наполняю водой стакан и возвращаюсь в комнату, садясь снова возле кровати. Сигареты, дым, красные от усталости глаза, я возвращаюсь в круг самобичевания. Прочная стена похуизма дала трещину и я боялся, что вот-вот она рассыпется на острые осколки, вспарывая меня изнутри. Стоило мне только закрыть глаза, как мельчайшие подробности яркими красками щекотали нервы, одна только мысль о белье выбивала из легких последний воздух. Блять. Я слышу его шевеления, но не могу повернуться. Не могу смотреть в его глаза. Больно.
[indent] - Я хочу знать.
[indent] Слишком яркие фантазии. Лучше знать, чем догадываться. Воображение делает больнее, чем правда. Он рассказывает что-то про клуб, но в голове совершенно не вяжутся факты. Какой клуб? Четверо. И к горлу подкатывает тяжелый ком. Я понимал, что будь там кто-то один, то вероятнее всего этого не произошло. Элмо не малолетняя Одетт, которая не смогла дать физический отпор, не пиздюшка Ариана, оказавшаяся зажатой широкоплечим качком. Элмо, пусть никогда и не вызывал у меня впечатлений борца и агрессора, но вопреки всему был парнем, даже не мальчиком. Но четверо. Одного количества достаточно, чтобы кровь начала закипать. Охуенно быть сильным и смелым, превосходя в количестве. Сразу вспомнились будни за решеткой. Да, определенно, все так и решалось. Очередное подтверждение тому, что когда-то я принял правильное решение, не утащив его за собой.
[indent] - Рассказывай все.
[indent] Никакого эротического подтекста. Платье. Сцена. Я плохо себя контролирую, а потому с губ срывается усмешка и он обсекается, но продолжает свой монолог. Платья, парики, косметика, чулки. Ложь. Ебанных полгода лжи. Откидываюсь головой на кровать, растирая ладонями глаза. Как стереть с лица эту горькую усмешку? В любой другой ситуации разговор сложился бы совершенно иначе, но я делаю над собой усилие и не произношу больше ни слова. Он говорит, а я хочу оглохнуть. Мне не приносит удовольствия ни одно сказанное им слово, я чувствую, что ему тоже. Первый вздох и я рисую контур ящика, второй и сверху ложиться кусок фанеры, а дальше каждым своим вздохом он забивает гвозди в крышку гроба каждого, кто посмел к нему прикоснуться. Это лишь вопрос времени. Очень скорого, молниеносного промежутка, в течение которого я выдерну душу из каждого, кто сделал с ним это. Я выверну их наизнанку.
[indent] - В телефоне есть видео...
[indent] Что? Я не сразу понимаю, что он говорит, прокручивая в голове эту фразу еще раз. В телефоне. Видео. Начинаю перебирать в голове события прошлой ночи, я точно забирал его, вот только куда положил? Я разворачиваюсь к нему лицом и встречаюсь взглядом, который он тут же отводит. Медленно поднимаюсь с пола, беру в руки стакан и упаковку таблеток. Эти мне хорошо знакомы, блестящая облатка каждый раз после содранных кулаков, наличие которых было все меньше, чем дольше мы жили вместе. Одна, вторая, на язык и запить. Я придерживаю ему стакан, помогая. А после подношу к нему ближе корзинку.
[indent] - Какой крем? Название?
[indent] Ты же знаешь, что я в этом ничего не понимаю, ну же, помоги мне помочь тебе. Чувствую себя беспомощным и ни на что неспособным. Однако он с трудом все же указывает на тюбик. Ебанный дегенерат. Я выдавливаю немного крема на пальцы, раскатывая жирную горошину между подушечками, а потом касаюсь ими его лица. Обвожу набухшие порезы, провожу пальцами по губам, нанося крем на их уголки и шероховатую поверхность. У меня очень усталый вид и я рад, что он на меня не смотрит, хоть и понимаю в чем истинная причина. Мне стыдно и я не могу перестать винить себя за случившееся. Обрабатываю лицо, шею плечи, руки. Он не сопротивляется, не отстраняется и не отталкивает, нет резких движений. Это значительно облегчает мне задачу. Спасибо. Однако это несколько меняется, когда я одергиваю покрывало.
[indent] - Прекрати.
[indent] Голос несколько нервозен, но это по большей части из-за усталости. Его слабые попытки к сопротивлению, с которыми приходится бороться, усугубляют положение, о чего я все же применяю остатки сил. Сажусь на кровать возле его ног и подхватывая их под колени, развожу в стороны. Тихий стон. Блять. Я понимаю, что хочу его, что это желание не ослабло ни на сколько, но стараюсь не думать. Лишь бы ни о чем не думать. Обильно наношу крем на ссадины колен, на наполнившиеся цветом синяки. А после свожу его ноги вместе приподнимая. Или лучше попросить тебя повернуться на бок и поджать колени? Я вижу все его эмоции, они слишком яркие. Я чувствую все то, что чувствует он и, поверь, киса, мне не легче. Провожу осторожно подушечками меж его ягодиц, смазывая толстым слоем сфинктер. Все мое тело горит от  осознания этой ситуации. Дыхание утихает, да и он замирает.  Стараюсь делать все быстро, опускаю ноги, накрываю покрывалом.
[indent] Нужно как-то реагировать на его слова, но я слишком усердно стараюсь делать вид, что ничего не слышал или не понял, или оглох, ослеп, отупел, что угодно. Слишком долго сижу неподвижно, а потом все же встаю с кровати и иду в ванну. Поднимаю с пола брошенную куртку и достаю из нее два телефона. Несколько пропущенных, пара смс. Ненавидел копаться в его телефоне. Я иду на кухню, потому что, судя по его словам, там не видео где он чешет за ушком пушистой собачке с розовым бантиком. Опускаю ленту ниже, вижу фотографии Евы, свои, Честера, Майка. Ебанное мнимое счастье на совместном селфи, которое я не хотел делать. По одному превью видео мне уже понятно, что от просмотра я не получу никакого удовольствия. Собственно, разве могло быть иначе?
[indent] Ебанная единица - время. Жизнь, как конченная секунда от рождения до момента пока ты не сдохнешь. И сейчас, я хотел чтобы этот момент настал поскорее. Этот голос, смазанное видео, помаши попкой, конченная бутылка. Я слышал свое сердце, громче этих похотливых слов, которые пронзали словно лезвие каждым звуком. Телефон летит в стену, мелкой паутинок разукрашивая экран. Вина? Нет, сейчас было не до нее. Что это за чувство, чувство вины, горечи, обиды? Голову застилала огненная ярость, которая своими языками обжигала лицо руки, наливала глаза кровью. Где-то в углу продолжали слышаться стоны, слова, голос, который хотелось заткнуть сию секунду. А тело, теряя контроль, вымещало эмоции на окружающих предметах. Мне кажется я кричу, но не слышу ничего, кроме этого голоса, который будит во мне то, что я с таким желанием старался забыть и никогда не вспоминать. В окно летит стул, разбивая стекло и застывая в раме. Стол делает сальто в воздухе, а по кухне разлетаются мелкие предметы. Меня пробивает мелкая дрожь, а успокаиваюсь я только тогда, когда перестаю слышать его стоны, доносящиеся из мобильного. Зажимаю руками уши, постанывая в глубину. Внутри пустота, всепоглощающая тишина. Я никогда бы не смог простить другу того, что он хотел сделать, даже если бы не убил его в тот вечер, я всегда называл это изнасилованием. Но это выходило за рамки моего восприятия.
[indent] Насилие. Как часто я сталкивался с этим не счесть на пальцах. Дом, тюрьма, Элмо. Казалось, что насилие заполняло мою жизнь до краев. Гнев. Я слышу свое тяжелое дыхание от которого сводит скулы и с  трудом убираю руки от лица. Это не сон. Руки саднит и я чувствую боль, но хуже всего моральная. Во мне больше нет тех мыслей, нет трепета и я рад, что сделал сначала все, что запланировал. Сейчас во мне было только одно желание. Жажда смерти. Я чувствовал, как желчь заполняет мое тело своим ядом, как усталость уходит из тела, наполняя его новым приливом сил. Чувствовал на руках фантомное стекло, которое запихивал в его глотку, как крошились осколки превращая рот в кровавое месиво. Чувствовал запах крови. Отмщение.
[indent] Провожу ладонью по коротким волосам, отыскиваю среди разбросанных предметов разбитый мобильник и направляюсь в комнату. Я не смотрю в его сторону, просто не могу, это сильнее меня. Все мои мысли только о том, как я хочу вогнать ножь в чью-то шею, по рукоять и я обязательно воплощу свое желание в жизнь. Раскрываю шкаф и выбираю лучшую рубашку, одну из многих, что он покупал мне сам. Малиновые брюки, которые всегда бесили своим цветом, ну до жути нравились ему. Бабочка. Пиджак в клетку. Я запускаю руку в старую олимпийку, доставая из кармана наличку. Я чувствую на себе его взгляд, но я не хочу, чтобы он знал. Отсчитываю себе пару сотен из заначки и кладу во внутренний карман пиджака. Впервые за все это время разворачиваюсь к нему лицом, бегло огибая его фигуру взглядом.
[indent] - Деньги, если что-то понадобиться. Мой мобильный - номера Майка и Арианы там забиты, позвонишь и скажешь, когда нужно будет что-нибудь купить или выгулять Честера. Там есть номер Одетт, но я надеюсь, что он не понадобиться. Я приготовил тебе еду, не так вкусно, как готовишь ты, но тебе хватит, чтобы не сдохнуть с голода. У меня дела, поправляйся.
[indent] Я кладу деньги и телефон на край тумбочки возле кровати и, разворачиваясь, выхожу из комнаты. Мои любимые ботинки, я с особым трепетом завязываю шнурки, провожу краем носового платка по гладкому носу и закрываю за собой дверь.

+5

18

[indent]Я не знаю, на что я рассчитывал, когда рассказывал ему это. Но после того, как последнее слово сорвалось с моих губ, я едва ли мог выдавить из себя хоть слово. Слезы текут по лицу, разжигая боль на открытых ранах своей солью. Наверное, я рассчитывал на поддержку. На то, что он не отвернется от меня, даже после того, как узнает правду. Но я так же совершенно трезво понимал, что едва и это было так. Внимательно вглядываюсь в его фигуру, стараясь уловить хоть малейший намек на то, что он чувствует. Но не вижу. Фигура все так же напряжена, а в глазах не единой эмоции, лишь пустота и отторжение. Отвожу взгляд. Сглатываю слезы. В мыслях всплывают его слова. Ты мой. Он так часто говорил об этом, так неустанно повторял два этих простых слова, в которых, как оказалось, было больше смысла, чем я только мог предположить. Собственник. Теперь, когда эта самая "принадлежность" ему была нарушена, я буквально чувствовал, как он от меня отворачивался. Теперь он побрезгует ебать меня, прямо как тот ублюдок со своим ебанным гондном, если вообще останется рядом. А я понимал. Мне самому от себя противно. Чувствую себя тем самым куском дерьма. 
[indent]Я не могу унять слезы, не могу перестать плакать, как ебаная истеричка, и с каждой минутой, проведенной рядом с ним, становилось все хуже. Страх потерять его, казалось, впервые за все время, что мы жили вместе, прочно окутывал меня своими цепями, вгоняя в очередные оковы безысходности. Как же больно. Как же чертовски больно осознавать, что все сложилось так паршиво. Кого я винил в этом? Только себя. 
[indent]Я не вижу реакцию на свои слова и от этого становится только хуже. Он приносит корзинку с лекарствами, а я едва ли хотел что-то принимать, чтобы облегчить страдания. Но он настаивает. Выпиваю таблетки. Я сглатываю ком в горле, вдыхаю сломанным носом воздух, и заставляю себя успокоится. Мне сложно смотреть в его глаза, даже не смотря на то, что он тоже это избегал. Неужели тебе не противно находиться рядом со мной? Но он обрабатывает мои раны, а я молча закрываю глаза, стараясь пережить эту жгучую боль. Не от прикосновений. А та, что была внутри. То, что он делает, все-таки дает мне небольшую надежду на то, что мои мысли это лишь плод собственного воображения. Мой кошмар, моя больная фантазия, которая совершенно ничего общего не имеет с реальностью. А может, это просто из жалости, потому что оставить меня подыхать выше его принципов? Я чувствую, как новый поток слез настигает меня, а когда он стягивает с меня покрывало, я чувствую, как сердце останавливается. Как холодеет душа, как слезы снова вырываются наружу. Стараюсь натянуть покрывало обратно, чтобы скрыть собственную наготу, но мои жалкие попытки были слишком слабыми. Обессиленными. Мне было так стыдно, паршиво и до тошноты неприятно. Я так не хотел, чтобы он видел эти следы унижения на моем теле. Мне хотелось скорее сдохнуть, чем пережить это снова. Но он заставляет меня сдаться. Мое тело напрягается от его прикосновений, а когда он разводит мои колени в сторону, я не сдерживаю тихого болезненного стона, потому что даже от такого все мое тело натянулось струной. Я терплю, но понимаю, что сердце вот-вот вырвется их груди от того, что я чувствовал. Каждая секунда этого времени, что он обрабатывал мои раны, была для меня бесконечностью. Мучительной и жесткой. Такой, от которой хотелось вспороть живот, выколоть глаза или натянуть на шею веревку и спрыгнуть с табуретки. В пропасть. 
[indent]Он уходит, а я остаюсь один с Честером, что не отходил от меня и на секунду. Но мне было не до этого. Я слышу каждый звук, исходивший из кухни, а когда до мен доходят до боли знакомые слова гадкого голоса, от которого на инстинктивном уровне сжимается все тело, я замираю. Перестаю дышать, напрягаю больное тело, но понимаю, что картинки произошедшего снова возникают в моей голове ужасающими образами. Я слышу собственные стоны, и это разрывает меня на части. Слышу, звон стекла, глухой удар какой-то мебели и каждый резкий звук отдается эхом в моем сердце. Я все принимаю на свой счет. Это я виноват. И больше всего я сейчас хотел, чтобы он задушил меня собственными руками за то, что произошло. Ведь ты теперь меня ненавидишь.
[indent]Он заходит в комнату, я вижу, как он молча собирается, игнорируя мои тихие всхлипы, которые я старался сдерживать. Я даже затаил дыхание, чтобы он не услышал, как я плачу. От осознания собственной ничтожности. Он надевает лучшие вещи, но это меня несколько не трогает. А просто царапает душу, глубоко впиваясь когтями в ее невидимою плоть. Оставляет деньги. Телефон. Он говорит, я не могу поймать его взгляда. Он и не смотрит в мои глаза. Больно. Я был прав. От того, что мои самые страшные догадки были правдой, сковывает все тело. Болевой шок бьет в мозг, вызывая адскую боль. Голова трещала, давление кипело в крови словно яд. Больше не говори ни слова, пожалуйста.
[indent]Он снова уходит, но на этот раз на совсем, хлопая за собой дверью. Я умираю, растворяясь в собственных мыслях, как будто в ебаной серной кислоте. Существование резко потеряло свой смысл. Чувствую, как слезы, которые я сдерживал, снова текут по лицу тревожа обработанные раны. Честер тыкается своим холодным носом в мою шею, а я понимаю, что на этом, пожалуй, все. 
[indent]Венец из одиночества, собственной никчёмности и самоуничтожения.
[indent] Ебанный конец.

Отредактировано Elmo Kennedy O'Connor (2018-04-12 00:33:27)

+5


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » HELLOKITTY