У нас есть лучшие сисечки в мире.
Точнее - они есть у Мэри, а она - у нас ♥
"Где-то над горизонтом город начинает заниматься предрассветной дымкой, как будто над ним из-за хребтины многоэтажек поднимается..." читать дальше




внешностивакансиихочу к вамfaqправилакого спросить?
вктелеграмбаннеры
Forum-top.ru RPG TOP
сакраменто, погода 6°C
Jack
[telegram: cavalcanti_sun]
Aaron
[лс]
Tony
[icq: 399-264-515]
Oliver
[telegram: katrinelist]
Mary
[лс]
единорог Kenny
[skype: eddy_man_utd]
Justin
[icq: 628-966-730]
Aili
[telegram: silt_strider]
Francine
[telegram: ms_frannie]
Una
[telegram: dashuuna]
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » я больше не могу удержать этот день


я больше не могу удержать этот день

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Lowell Pucey & Pandora Walsh
hogwarts, christmas 1991 year
http://funkyimg.com/i/2F1po.png
// этот странный день, поедающий меня заживо.
его тень пудингом заполнила все мои прорези
и внутри меня ещё растёт, кажется.
запомни меня сейчас.
скоро я точно стану другим,
я уже перевариваю разноцветный мир,
но не мир делает меня таким. //


[LZ1]ЛОУЭЛЛ ПЬЮСИ, 16 y.o.
profession: slytherin, 6
[/LZ1]
[NIC]Lowell Pucey[/NIC]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2m6Vu.png[/AVA]
[SGN]http://funkyimg.com/i/2m6VP.png
thx домашнее чудовище

[/SGN]

Отредактировано Adrian Nott (2018-04-20 20:11:36)

+1

2

// болезненные цветы кажется
держатся лучше, чем моё отражение.
взгляд среди света теряется
в бликах потерянного зрения. //

кажется, ты когда-то хотел узнать, каковы на ощупь стены, которые тебя окружают, узнать их шершавость, почувствовать грубые песчинки под своими пальцами - ты зачарованно протягивал руку и касался камней, но между вами всегда были твои перчатки цвета молочного кофе, но ты уже давно запутался, был ли ты слишком грязен для этих стен или они слишком грязны для тебя, слишком долго ты возводил незримую неосязаемую стену мизофобии между собой и остальным миром. иногда, проснувшись от очередного кошмара ночью, ты уходил сразу под душ, чтобы смыть с себя его, чтобы смыть с себя всё существования мира вокруг, капля за каплей растворяясь в этом искусственно созданном водопаде негативных эмоций. ты боялся соприкоснуться с тем, что извне тебя, тем, чем наслаждалось всё остальное человечество - для тебя это было недоступно.

только это не помогло избавиться от обязательств, которые заставляли тебя выходить из комнаты, отправляться каждый конец лета в Хогвартс [где было лучше, чем дома, если бы не количество людей]. но ты представляешь перед собой другую участь: насколько бы хуже было бы, если бы ты был обычным магглом, который не может использовать волшебную палочку, для очищения одежды и самого себя. впрочем, ты испытывал это летом, когда тебе нельзя было колдовать - поэтому ты раздевался сразу на входе в свою комнату, складывая одежду в корзину, переодеваясь в заранее приготовленное чистое - однажды ты смог выпросить у домовика, чтобы он зачаровал твою комнату на постоянное самоочищение. ты был благодарен ему, но даже не смог прикоснуться, глядя на его грязную простынь вместо одежды [грязная кровь, которая текла по твоим венам, очерняла тебя и не давала шанса прикоснуться к такому чистому воплощению магии], поэтому ограничился улыбкой и сухим кивком. тебе хотелось сделать его свободным - ведь если не ты, то хоть он пусть будет таким, но тогда на тебя выльется ушат новых претензий, да и пообщавшись с ним, как с единственным в доме, не смотрящим на тебя с осуждением, ты задумывался: а нужна ли ему свобода? а нужна ли она тебе самому?

ты шагал по коридорам замка, ступая на бордовые ковры, вдыхая аромат хвои [автоматически ассоциация со свежестью леса, от которого ты предпочитал держаться подальше] и праздничного веселья, буквально пронизывающего всё пространство вокруг. ты ненавидел рождество из-за вседозволенности и всеобщей радости, которую ты не мог разделить, тебе приходилось постоянно напоминать всем тем людям, с которыми у тебя получалось более-менее ладить, что даже сегодня не тот день, когда тебя можно коснуться. тебя радовало, что практически все уезжали на эти праздничные дни, не было необходимости посещать занятия, поэтому ты мог просто не сталкиваться с другими людьми. все соседи по твоей комнате уехали - и это было спокойное, блаженное время, когда ты мог легко поддерживать чистоту вокруг себя, когда ты мог хоть немного расслабиться, позволяя улыбке растерянно гулять у тебя на лице.

[пять шагов вперёд] ты ушёл с пира в большом зале, ограничившись одним куском пирога и кружкой сливочного пива, выпив перед этим успокоительные таблетки, чтобы сбить симптомы своей болезни хоть на время. [разворот, пять шагов назад] ты осознаёшь, что тебе нужно место, где тебе будет спокойно, для этого оно должно быть очень чистым, где не будет ничего постороннего и - обязательно раковина с проточной чистой водой. [разворот, пять шагов вперёд] в голову закрадывается предательская мысль, образ, который ты отгоняешь: то веселье, которое происходило в Большом Зале, когда все друзья друг друга обнимали, принимая друг от друга поздравления и подарки. кидаешь взгляд на стену, вздыхая с облегчением - она вновь появилась, дверь в твою выручай-комнату. ты был поражён, оказавшись там в первый раз, и потом потратил очень много сил, чтобы узнать об этом мифе и маленьком чуде, созданным как будто бы только для тебя.

темно-зеленую подкладку твоей мантии тревожит сквозняк, но ты медлишь на пороге. - Abstergo! - наводишь палочку на свою одежду, очищая её от всей той грязи, которая успела осесть на тебе, пока ты не успел добраться до комнаты. хоть у входа тебя ждала чистая одежда, ты не мог ей до конца доверять, поэтому предпочитал очищать свою. комната была бело-молочного цвета, практически стерильно-белого цвета, но небольшой оттенок цвета топлёного молока позволял ей быть хоть немного уютной. она не изменилась с твоего самого первого попадания сюда, ещё на первом курсе, когда тебя накрыло панической атакой, когда ты был готов метаться из угла в угол, как раненное животное. за ширмой во всю стену скрывалась прозрачная душевая кабинка с блестящими хромовыми деталями, без единого развода и пятнышка, кричавшая всем своим видом о девственной чистоте; в самой комнате у входа стояла раковина [ты снимаешь перчатки и первым делом тщательно моешь руки, выдавливая мыло. оно попадает в ссадины, щиплет болезненно], тумбочка с аккуратно сложенной формой, идеально подходящей тебе по размеру, аскетичная кровать, заправленная белыми накрахмаленными простынями, пахнувшими кондиционером "альпийские луга", и полка с несколькими книгами [к ним ты прикасался, если тебе было совсем скучно, предварительно надев перчатки, которые снимал у входа].

ты абсолютно уверен, что никто не сможет попасть в твой личный уголок свободы, поэтому на шестом курсе полностью расслаблялся, закрывая за собой дверь. раздеваешься, сложив одежду на тумбочку, заходишь за ширму, включая едва теплую воду, очищающую тебя от сегодняшнего дня. прижимаешься к прозрачной стеклянной стене, закрывая глаза, прокручивая у себя в голове, всё, что тебя тревожило. у тебя не было друзей, у тебя не было родителей, практически все - ты знал это, - ненавидели тебя, но ты сам был виной этому. со временем у тебя хватило сил скрывать свою боль от других людей, а у них - скрывать своё презрение к тебе, пахнувшее запахом едкой смолы и горящего пластика.

твоё безумие пахнет антисептиком с ароматом мяты.

[LZ1]ЛОУЭЛЛ ПЬЮСИ, 16 y.o.
faculty: slytherin, 6
[/LZ1]
[NIC]Lowell Pucey[/NIC]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2m6Vu.png[/AVA]
[SGN]http://funkyimg.com/i/2m6VP.png
thx домашнее чудовище

[/SGN]

Отредактировано Adrian Nott (2018-04-22 20:54:15)

+1

3

[NIC]Pandora Walsh[/NIC][STA]витражи цвета лжи[/STA][AVA]https://i.imgur.com/FtujT6N.png[/AVA][SGN]https://i.imgur.com/v4hgVxa.png[/SGN]
[LZ1]ПАНДОРА УОЛШ, 16 y.o.
faculty: гриффиндор
[/LZ1]

если бы у стен были уши. если бы у стен были глаза. если бы у стен были пальцы.
они бы слышали твое тяжелое дыхание и полувсхлипы-полувздохи, тихим эхом разлетающиеся по пустым и темным коридорам.
они бы видели твои неуклюжие шаги, которые ты делаешь медленно и осторожно, практически не ощущая ног, размякших за последний час и потому переставших тебе беспрекословно подчиняться.
они бы цеплялись за тебя изо всех сил, притягивая к холодной каменной кладке и не пуская дальше, чтобы ты не натворила каких-нибудь глупостей. ведь ты их обязательно натворишь, без этого ты - не ты. вся твоя сущность с самого рождения соткана из мелких ошибок, досадных оплошностей, самоуверенных поспешных решений и традиционно следующих за ними разочарований. ты - концентрация безумной жизненной энергии, которая бьет из тебя ключом, и абсолютного незнания, как этой энергией распоряжаться.
ты - вещь-в-себе, существующая где-то вне рамок, которыми каждый пытается упростить себе жизнь; ты - шкатулка Пандоры, действие которой зациклено на тебе самой. родители не ошиблись, дав тебе при рождении именно такое имя. и хоть вы никогда не были с ними знакомы, ты думаешь, что чувство юмора у них было просто отменное. ты - ходячая взрывоопасная смесь, инь-янь в одном лице, Солнце и Луна, столкнувшиеся на небосводе. ты - Эрида, подбросившая на свадьбе "яблоко раздора", ты - Шива, уничтожающий Вселенную.

весь тот парадокс, который ты являешь собой, мешает тебе спокойно жить, заставляя день за днем набивать новые шишки. и ты уже даже не пытаешься их избегать, идя напролом, и действуя так, как считаешь нужным, посылая при этом всех тех, кто пытается научить жить правильно. ты не веришь в то, что кто-то лучше тебя самой может знать, как тебе прожить эту жизнь. вот только под всей той бравадой, которую ты несешь на себе как латные доспехи, можно откопать толстенный клубок из страхов, сомнений и разочарований. после очередной ошибки ты иногда перестаешь верить сама себе и тогда отчаянно ищешь, на кого бы опереться, кому бы излить душу и получить в ответ хотя бы долю понимания. но раз за разом свое дружеское плечо тебе подставляет только одиночество. ты одновременно со всеми и ни с кем. и осознание того, что в этой жизни можно положиться только лишь на себя, каждый раз дается одинаково болезненно.

раньше ты думала, что со временем ты привыкнешь. с возрастом станет легче.
но нет. больно всегда.
прямо как сейчас.

- поганая грязнокровка.. никакого воспитания, - слышишь недовольное шипение сквозь зубы от одного из портретов. все-таки у стен есть глаза и уши. и не все из них бывают вежливыми. показываешь портрету средний палец, чем вызываешь волну недовольного бубнежа себе в спину. ну да, сейчас бы от исторической пыли выслушивать всякую дрянь. идешь дальше, размышляя почему-то о том, что может быть у стен все же есть еще и пальцы. иначе как объяснить тот факт, что тебе уже который раз хочется привалиться к холодному камню, осесть на пол и просидеть здесь до самого утра? к земле тебя притягивают незримые руки или все же бутылка огневиски, которую ты жадно вливала в себя в общей гостиной гриффиндора? и которая, к слову, все еще с тобой. твой верный спутник на этот вечер, чье горло ты не выпускаешь из своей ладони, держась за него одновременно крепко и нежно, чтобы не расплескать драгоценные капли. все же целая бутылка огневиски - сильный удар по студенческой стипендии. но ты решила, что это твой рождественский подарок самой себе. напиться впервые в жизни так, чтобы забыть, как зовут родную мать.

громкий неестественный смех разрезает тишину коридора. твой.
ведь мать то ты никогда и не знала.

покупая алкоголь в одной из лавок Хогсмида, ты думала, что станет легче. что тебе захочется вместе с другими распаковывать подарки, уплетать рождественский ужин, отплясывать на столе в гостиной родного факультета в лучших гриффиндорских традициях. но почему-то с каждым глотком окружавшая тебя реальность становилась все отвратнее. рождественская индейка не лезла в горло, целующиеся парочки под омелой вызывали только лишь приступы раздражения, а шутки друзей казались слишком плоскими, не вызывая на твоем лице даже тени улыбки. полегчало только в тот момент, когда ты решила свалить куда-то подальше, затеряться под тяжелыми сводами замка и провести эту ночь наедине с собой. все, чего тебе хотелось - уединения.

в какой-то момент координация и силы начинают покидать тебя еще активнее, чем раньше, и ты решаешь, что свернешь в первую же дверь, которая попадется тебе по дороге. на Рождество разъезжается большая часть учеников и преподавателей, поэтому шанс оказаться в переполненной комнате крайне мала. главное - чтобы там было, где прилечь.
дверь "встречает" тебя буквально через несколько шагов, тяжелая и массивная, упирающаяся прямо в потолок. по обе стороны - тускло горящие факелы, и выглядит все это, если честно, даже немного зловеще, как будто за этой дверью держат какую-то опасную магическую тварь. впрочем, это все твое разгоряченное алкоголем сознание подкидывает ассоциации. толкаешь дверь ладонью - и она внезапно поддается твоему жесту слишком легко.

сделав шаг внутрь, ты жмуришься. после полутемного коридора все кажется еще более ослепительно белым, чем есть на самом деле. на звуки воды за ширмой не обращаешь никакого внимания. ты настолько пьяна, что попросту их не слышишь. зато отлично видишь кровать, на которую заваливаешься прямо так, в одежде и обуви, продолжая держать в руках бутылку. правда теперь ты прижимаешь ее к груди, как самое дорогое, что у тебя есть. перед тем, как перед глазами все поплывет, ты успеваешь подумать, что комната очень похожа на лазарет. что ж, так даже лучше. если тебе вдруг станет плохо от количества выпитого, даже не придется никуда идти.

Отредактировано Una Gallagher (2018-10-22 23:44:46)

0

4

вода стекает с тебя, будто бы пытаясь забрать всю ту боль, которой ты был наполнен - но её было настолько в избытке, что она наоборот крепко утрамбовывалась в тебе с каждым прожитым днём; говорят, что вода и камень сточит, но сколько времени ей понадобиться, чтобы забрать у тебя всё это отчаянье? тебе почему-то никто не мог помочь - даже в больнице Святого Мунго картинно разводили руками, прописывая тебе какие-то пилюли, лишь на время заглушающие растущую внутри тебя тревогу, потому что никакое заклинание не могло вытравить из тебя это, ведь ты такой - с детства, даже не помнишь толком, что когда-то жил нормальной жизнью. ведь в тебе всегда текла грязная кровь, отравляя всё твоё существование, тебе не забывали об этом сообщать - и о том, что твоя мамаша была той ещё шлюхой, а отец предателем рода и идиотом, и о том, что ты должен благодарить судьбу просто за один факт того, что носишь чистокровную фамилию - и они, так уж и быть, скрывают от всех твоё происхождение бастарда; и ты покорно опускал взгляд, просто потому что

``слабак.``

и вроде умом ты понимал иногда, что никому ничего не должен, что можно легко и быстро закончить эту жизнь, выбрав один из миллиона способов покончить с этим существованием - но всегда в последний момент пугался, чувствуя рядом с собой что-то ещё, потерянное ощущение чьего-то прикосновения, списывал на воспоминания о родителях, исчезнувшие из-за сильного стресса, но никогда не был уверен до конца. ты не помнил их черты лица, нашёл однажды только фотографию отца - хранил её теперь трепетно в этой комнате, в самом нижнем ящике тумбы, но не мечтал о том, чтобы найти хоть какой-нибудь образ матери, будто её никогда и не существовало; иногда вытаскивал хотя бы то, что было - но поражался тому, что в тебе не находится никакого отзыва на черты лица, отдалённо напоминающие твоё повзрослевшее отражение, просто потому что абсолютно все воспоминания когда-то из тебя исчезли бесследно, поэтому на тебя смотрит и улыбается чужой человек.

чувство одиночества разъедало тебя.

но ты с ним успел смириться, не так ли? настолько привык, что за шумом воды ничего не замечаешь, позволяя создать иллюзию того, что она тебя всё-таки очищает, находя в этом своё спокойствие и передышку, но правда была в том, что кровь - не водица. пытаешься вытеснить эту мысль из головы прочь, ссадины на руках показательно начинают кровоточить от того, что ты слишком резко проходишься по ним жесткой стороной мочалки, вода розовеет, а ты лишь закрываешь свои глаза; вид собственной крови тебя уже давно перестал удивлять, только на дне мыслей - вроде обычная, ничем не отличается по цвету от любой другой крови, так почему же она так глупо наречена грязной? вздыхаешь, когда остаёшься один на один с холодом каменных стен, последняя капля уходит от тебя вниз по стоку, остаётся лишь вытереться одним полотенцем насухо, да закутаться в другое, по размерам напоминающее одеяло цвета твоего факультета - изумрудно-зелёное, оно всегда неизменно было здесь, всегда сухое и тёплое, что тебя радовало. делаешь шаг из стеклянных дверей - и замираешь в недоумении.

в одно мгновение твой безопасный мир разрушается, будто карточный домик.

смотришь на кровать, да не можешь пошевелиться, насколько не ожидал увидеть другого человека в своём маленьком убежище - да ещё и её, невыносимо раздражающую своей ураганной энергией гриффиндорку. мысли панически мечутся - как так вышло, ты же читал, что никто не может попасть в комнату, пока здесь кто-нибудь есть, - ты даже забываешь о том, что стоишь, завёрнутый в одно полотенце - тебе не до этого, она ввалилась сюда, принеся с собой хаос и разрушения. руки дрожат непослушно, когда ты хватаешь свою одежду и палочку, через мгновение - ты уже заперся в душевой, сползая по стене растерянно. в висках стучало, но ты нашёл в себе силы хоть как-то унять дрожь, натягивая на себя мантию - вроде, она тебя не заметила; от неё пахло спиртом и настолько чужеродным запахом, что твои глаза были готовы начать слезиться [или это от обиды, что тебя не сберегла эта комната, предав тебя?]. тихо включаешь кран с водой, намыливая руки, хоть ты не успел ни к чему прикоснуться, затем - закрываешь их перчатками. внутри тебя разворачивается злость, ведь это было единственное место, где ты мог быть в безопасности, но теперь ты лишён ещё и его, поэтому дальше ты действуешь необдуманно.

выныриваешь перед ней, так беззаботно лежащей на твоей кровати, - Scourgify! - наводишь палочку на пол и на кровать, шепча заклинание очищения, потому что иначе стоять рядом с ней - невозможно, - Abstergo! - повторяешь на всякий случай и очищение её одежды, ведь ты не знал, что она сейчас будет делать; как бы ты тих не был, она открывает глаза, смотрит на тебя, что тебе приходится взять себя в руки - и выпустить всё своё возмущение наружу, - что ты здесь делаешь, грязнокровка? - сказал с кровью не чище её, но глаза уже затмил гнев, поэтому не следишь за выражениями, вылетающими из тебя с привычной для тебя твёрдостью и внешней уверенностью, потому что иначе - ты бы не смог выжить, - вломилась в мою комнату и разлеглась здесь - сразу видно, что ты гриффиндорец, - щуришься, отступаешь на шаг назад, наводя на неё палочку. в голове целая куча заклинаний, которые ты бы хотел озвучить вслух - как насчёт поцелуя дементора или непростительных заклятий? но ты вовремя останавливаешь себя, балансируя между страхом и вспыльчивым гневом.

а потом чувствуешь прикосновение, почему-то до боли знакомое,
и теряешься окончательно.

[LZ1]ЛОУЭЛЛ ПЬЮСИ, 16 y.o.
faculty: slytherin, 6
[/LZ1][NIC]Lowell Pucey[/NIC][AVA]http://funkyimg.com/i/2m6Vu.png[/AVA][SGN]http://funkyimg.com/i/2m6VP.png
thx домашнее чудовище

[/SGN]

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » я больше не могу удержать этот день