"Мужское драповое пальто человека, чье имя по безбожно жестокому стечению обстоятельств занимало разум в течении последних изматывающих, кропотливых дней, бережно висело..." читать дальше
внешностивакансиихочу к вамfaqправилакого спросить?вктелеграмбаннеры
RPG TOP
25°C
Jack
[telegram: cavalcanti_sun]
Aaron
[лс]
Lola
[icq: 399-264-515]
Oliver
[telegram: katrinelist]
Mary
[лс]
Kenny
[skype: eddy_man_utd]
Justin
[icq: 628-966-730]
Kai
[telegram: silt_strider]
Francine
[telegram: ms_frannie]
Una
[telegram: dashuuna]
Вверх

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Эй ты, чокнутый парень, ты мог мне помять крыло!


Эй ты, чокнутый парень, ты мог мне помять крыло!

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Оживленный перекресток Сакраменто | 02.07.2018| afternoon

Элли Уорнос&Майкл О'Коннор&Эдвард Донован&Кора Тирелл
https://cont.ws/uploads/pic/2018/6/%D0%BF%D1%80%D0%B0%D0%B2%D0%B0.jpg



— Что у вас здесь, Дэнни?
— ДТП. А почему мы не говорим «авария»?
— Авария означает, что никто не виноват (с)

Вы выходите из машины, тот, с кем вы столкнулись, тоже выходит, вы встречаетесь там, где столкнулись ваши машины, вы глядите на них, вы качаете головой. Иногда — хотя, если честно, достаточно часто — эта стадия общения сопровождается забористой нецензурной бранью, каждый винит другого (зачастую не разбираясь, кто действительно виноват), каждый делает вывод об умении другого водить машину, каждый вопит, что дело должно пойти в суд. Но Ральфу всегда казалось, что на самом деле все эти люди хотят сказать только одно: "Слушай, дурак, ты напугал меня до смерти". (с)

+2

2

Неприятности начались с самого утра. 
День был бы обычным, не подсунь им вместе с обычной почтой извещение. Квартплата выросла; теперь ей было нужно вносить больше на семьдесят пять долларов в неделю. Плохая новость. А теперь ужасная: при максимальной экономии, Элли могла найти только пятьдесят. Деньги на колледж Шарлотты; деньги, которые Элли не хотела трогать ни за что, которые обещала себе откладывать - и откладывала. Откуда взять ещё двадцать пять? Ответ был прост: работать больше.
Будто шестьдесят часов в неделю - недостаточно много.
Элли сидела на кухне и плакала, в первый раз с того дня, когда Дарси исчез из их жизни — исчез раз и навсегда. Обычно шумная, говорливая Чарли понимает — что-то не так. Мама не ведет себя так, когда все нормально. Элли что-нибудь придумает, но пока ей просто было плохо. Вариантов было не так много. Самый простой — найти себе новую квартиру — никак не подходил. Школа для Шарлотты. У нее должно быть все лучшее из возможного, в том числе — достойная школа, а не какой-нибудь гетто-шалашовник, откуда она уже никогда в своей жизни не выберется. Нет-нет-нет, этого нельзя допустить. Нельзя уезжать в район хуже только потому, что Элли не может себе позволить жить здесь. Образование Шарлотты — важнее всего в мире, и...

Но триста долларов в месяц — это триста долларов. Это деньги, которых у нее просто нет. И они не возьмутся из-под земли, их не подарят, не свалятся ей на голову. Ей нужно придумать что-то радикальное, ради того, чтобы их достать.
Мысли в голове невеселые, околопанельные. Интересно, сколько платят соскам? Ебаться с мужиками у нее не выйдет, не с ее телом. Она старается сосредоточиться на деталях для того, чтобы не думать о главном. О том животном почти ужасе, какой вызывала у нее сама идея близости с мужчинами. Каждый из них — или сволочь и предатель, или просто больной на голову ублюдок. С другими они могут быть вежливыми, милыми, нормальными — но стоит им только убедиться в своей безнаказанности, как они тут же прекращают себя контролировать. Каждый шрам на ее теле — доказательство, и кошмары, от которых она просыпается почти каждую ночь. Но...

Деньги — это деньги. И никак иначе. Можно и потерпеть, раз уж речь идет о Шарлотте. Ради девочки не жаль ничего; ради девочки стоит жертвовать собой. Об этом думает Элли, пока отвозит малышку в школу. Та уже перестала беспокоиться о том, что мама плакала, и подпевает песенке по радио. Надо просто подумать, и Элли обязательно найдет выход из ситуации. Всегда находила. Всегда, всегда, всегда находила.

Она ведёт, не переставая в голове перекидывать числа. Найти деньги никак не удавалось - разве что вообще перестать есть что-то кроме хлопьев по купонам. А может больше не ходить в прачечную, стирать все на руках? Это принесло бы ей двенадцать долларов восемьдесят пя...

Мальчика выезжает на дорогу неожиданно - Элли даже притормаживать не стала на светофоре, только зелёный ведь вспыхнул. Отчаянно выкручивает руль, машину заносит, и...
Звон. Боль в руке. Чарли плачет, но главное, - она плачет. Она плачет. Она живая. Ещё через секунду -другая мысль. У Элли нет страховки. Какой-то пидрила врезался в неё!

+1

3

Я выхожу из школы незадолго до полудня. Нагретый воздух обжигает лицо, забирается под распахнутую толстовку, согревая после кондиционера. Полдень выжигает на земле силуэты-тени, бьет в глаза. Наступающий день - тихий, освободились лишь те, кто сегодня сдавал тесты. Я сделал все что мог, а значит - справился. Чуть больше двух суток толком без сна. Скрежет скейта по асфальту, поначалу глухой, становится всё отчётливее вместе с тем, как я разгоняюсь под уклон. Звуки оживают тем больше, чем ближе сити. Гремят стёртые колёса. Во дворе возится собака, сонно плетясь к забору и провожая взглядом. Неуверенно подаёт голос вслед. Слышен шум сдвигаемых жалюзи, распахивается окно - на плите шкворчит разогретое масло. Характерный запах пробивается сквозь аромат подсохшей травы. Солнечные лучи, изрешетившие улицу, ласкающе скользят по лицу, пекут плечи. Я замедляю движение, позволяя скейту катиться под уклон самостоятельно. Сегодня смогу, наконец-то, выспаться. Приехать и лечь, и не проснуться до самого утра, а может, и дольше.
За поворотом враспах, бросая в лицо волосы, встречает ветер. Горизонт - улицы от края до края, синь в синь, серое, белое, желтое, потоки машин, редкие прохожие, солнце лупит в глаза до слёз. Солью по губам, солью за соль. Я натягиваю капюшон глубже.
Позади раздаётся шорох шин - я подбиваю доску и ухожу на тротуар чуть раньше, чем водитель успевает нажать на сигнал. Три неверных шага: бордюр, рытвина, бордюр. Доска вертится в воздухе. Тишина. Свет, дыхание, движение воздуха. Машина проходит рядом, не цепляя. Я прыгаю обратно на доску, подлетающую на вздыбленном асфальте. Машина сворачивает - ругань стихает. Скейт набирает скорость.
Ветер играет в листве, ерошит нескошенную траву волнами. Ниже, ниже. Асфальт в рытвинах, колёса дребезжат по камню. Декоративные литые фонари - полосой препятствий. Запах сдобы перебивает аромат молотого кофе и пряностей. Отражение в витрине протягивает руку. Не успевает. Направо, опять под уклон. Я притормаживаю, затирая подошву об асфальт, чтобы не столкнуться с котом. Чёрный чёрт шипит, отпрыгивая и выгибая спину. Ну, прости, брат... Усмехнувшись и передразнив кошака, затыкаю городской гвалт наушниками. Этому городу нужен не герой - ему нужен саундтрек. Two Steps From Hell знают, как звучит сила тысячи человек. Примерно столько промелькнут за время дороги до дома.
Ещё квартал - и знакомая будка на перекрёстке. Асфальт гладкий, словно стекло. С мерным писком впереди загорается светофор. Я вижу его - это мой свет, мой зеленый сигнал в новую жизнб. Скейт вылетает на переход на пределе. Я разрезаю воздух, словно невесомое лезвие, я на гребне волны, на гребне звука, на гребне мира.
Но волна обрушивается, погребая с головой.
Это не больно. Меня просто сносит в сторону, тяжело и сильно, выбивая воздух, доска уходит из-под ног, отлетая за пределы перехода. Я здороваюсь с асфальтом, успев прикрыть голову - обдирая руки, плечо, пропахивая боком покрытие. Я сажусь, едва чувствуя свое тело. Во рту кислый привкус. Я дышу - вдох-выдох, я здесь, я вижу. Картинка такая четкая как из журнала дискавери. Свет яркий - словно софиты. Я сижу на дороге, и это не правильно.
Я поднимаюсь, придерживая плечо - его я чувствую лучше всего, но оно, по-моему, совсем не чувствует меня. И торопливо пытаюсь убраться с проезжей части.
Сейчас уже, наверное, красный - пешеходам здесь делать нечего. Я сажусь на тротуар и медленно оглядываюсь.
Где моя доска?..
Детский плач. Белый шум. Мне становится больно.

Отредактировано Michael O'Connor (2018-09-15 22:57:21)

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Эй ты, чокнутый парень, ты мог мне помять крыло!