Представляете, Сакра онлайн уже целых 7 лет! Спасибо, что поселились в этом солнечном городе вместе с нами.
Где-то за стенкой капает не до конца закрытый Славиком кран, понемногу мотает оксимироновский счётчик, по копеечке тянет оксимироновские денежки... читать дальше




внешностивакансиихочу к вамfaqправилакого спросить?
вктелеграмбаннеры
Forum-top.ru RPG TOP
сакраменто, погода 10°C
Jack
[telegram: cavalcanti_sun]
Aaron
[лс]
Tony
[icq: 399-264-515]
Oliver
[telegram: katrinelist]
Mary
[лс]
единорог Kenny
[skype: eddy_man_utd]
Justin
[icq: 28-966-730]
Aili
[telegram: meowsensei]
Francine
[telegram: ms_frannie]
Una
[telegram: dashuuna]
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальное время » Атака Гроба


Атака Гроба

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Сакраменто | Февраль 2019

Marianna Coates & Guido Montanelli as Kidnappers
http://s8.uploads.ru/EjzNf.jpg http://s5.uploads.ru/V6Q1j.jpg

Это такая Игра!
С клетки на клетку в отчаянном прыжке
Это такая Игра!
Кем-то сегодня пожертвуют на доске.

Отредактировано Guido Montanelli (2018-12-01 13:32:26)

+1

2

http://s7.uploads.ru/2VUyQ.jpg

Лёжа на кровати в спальне их домика в резервации, Монтанелли пытался вздремнуть, но как только он прикрывал глаза, погружая себя самого в темноту, тяжёлые мысли одолевали настолько, что веки поднимались сами собой. За последнее время он прокрутил этот замысел в своей голове, наверное, миллион раз, но продолжал его обдумывать, глядя на происходящее то с одной, то с другой стороны, словно надеясь отыскать в нём такой фатальный - и, видимо, подсознательно такой желаемый ему, - изъян, который позволил бы отказаться от этой затеи, пока ещё есть возможность. И одновременно, зная, что едва ли найдёт таковой. Не потому, что было уже поздно, возможность остановить всё находилась на расстоянии лежавшего на тумбочке мобильного, поставленного на беззвучный режим сейчас. Это было даже ближе, чем дотянуться до стоп-крана в вагоне несущегося поезда.
В миссис Коатс всегда было что-то... не так - этим ему и запомнилась фармацевт, у которой он покупал лекарства для Ольянты-младшего, брата своей жены, вот уже последние года полтора. Лекарство было довольно специфическим, что делало периодические походы в аптеку делом из разряда обязанностей, во-первых, и сам круг аптек довольно серьёзно сужало, во-вторых. Как-то само собой получилось, что он начал ходить именно в ту, где работала Коатс - сначала это было удобным, заехать по пути откуда-нибудь, потом превратилось в привычку, на которую не обращаешь внимание, что-то рефлекторное: одно упоминание лекарства для Ольянты заставляло вырисовываться в голове дорогу до этой аптеки. Затем - Гвидо мог бы поймать себя на мысли, что сама миссис Коатс стала ему приятной, и, проделывая этот путь, именно её он рассчитывает увидеть в её конце. Именно ассоциируется с тем, что поправляет здоровье его шурина.
Отчасти, сейчас он корил себя за то, что не поймал себя на этой мысли раньше.
В миссис Коатс всегда было что-то не так. Только теперь он понял, что именно. И теперь понял, что за непонятное чувство она вызывала у него. Сочувствие. Теперь для этого чувства было слишком поздно.
Её убийца ожидал суда в городском изоляторе. Что самое страшное - это был её муж. Та легендарная статистика полицейских детективов, расследовавших убийства, если она действительно существовала, конечно, - в этом случае подтверждала сама себя: убийство было совершено членом семьи жертвы. В эту статистику, правда, не входят дети, страдающие от каких-либо синдромов... и здесь ему тоже виделась определённая параллель, Марианне тоже необходим был уход - как и его шурину. Они были ровесниками, кажется, к слову сказать. Они могли бы играть на одной площадке. Но что было ему важнее с более рациональной стороны вопроса: в том же изоляторе сейчас находился тот, кто заказал его убийство два месяца назад. И он знал, как до него можно добраться теперь.
"Похищение"... слово было отвратительным - по разряду своей отвратительности находилось аккурат рядом с "изнасилованием". Особенно в том случае, если речь идёт о детях. Что только подчёркивало ту серьёзность, с какой нужно было подходить к организации всего этого процесса, и как важны были исполнители. Подобное преступление - уже федеральный уровень, и Гвидо уже знал, что подобное происходило в той же самой школе... и значит, Мерсер всё ещё будет рядом. И если агенты Бюро либо полицейские сумеют достать их - срок будет суровым. В том числе, и для него тоже: и потому в том числе нужно было позаботиться и о том, чтобы в этом случае никто не сдал его самого, как заказчика. Но помимо этого, нужен был бы желательно кто-нибудь, кто не имеет своей семьи - детей, жены, пожилых родителей, того, кто стал бы страдать, если бы он попал в тюрьму на долгий срок. Но одновременно с тем, исполнитель должен был быть и достаточно деликатным для такого рода операции, понимать подростковую психику хотя бы на том уровне, чтобы не относиться к Коатс как к куску мяса. Это исключало Рино-Носорога и Мака, Алекса, многих других, у кого были семьи; это исключало Нико - он был неплохим боевиком, но на этом его главные таланты и заканчивались, а одной грубой силой тут не справиться. Он подумал ещё о Чипе - но засомневался, что тот не расколется, случись что. Он был слишком молод, к тому же... Поколебавшись, Гвидо остановился на Сонни. Из всех остальных, казалось ему, он наиболее подходил для такой работы.
...если усилием воли заставить утихнуть собственные мысли и прислушаться - становились различимы весёлые крики за окном. Там, снаружи, играли его дети, Шейенна, и её брат - ремонт на их вилле обернулся тем ценным временем, когда вся семья смогла собраться собраться вместе. Они в ближайшее время тоже могут услышать новые тревожные новости о капитане шахматного кружка из школы Дольфо - и ему придётся всё это время делать вид, что он не имеет к этому отношения. Его замысел был хорош... но Гвидо всё равно был в дурном расположении духа. Лучше бы ему не выходить из этой комнаты в ближайшие пару часов. Пусть лучше семья думает, что он использовал время для своего дневного сна по назначению.

Выбросив окурок на асфальт, Сонни раздавил его подошвой ботинка, с силой, которой было более, чем просто достаточно. И так отслужившая своё, сигарета теперь превратилась в крошево, состоявшее из частичек фильтра и табачных ошмётков. Остатки никотинового облака рассеялись в воздухе, когда он небрежно несколько раз провёл ладонью туда-сюда у своего лица, а никотиновый осадок во рту - встретился затем с мятным вкусом жевательной резинки, когда он отправил в рот две подушечки. На территории школы курить было нельзя. Привлекать к себе лишнее внимание - тоже не стоило. Вчера они с Приколом обследовали здание на предмет видеокамер, полночи потом пытались выяснить, какой маршрут лучше использовать для того, чтобы поменьше попадать в объективы - идеального всё равно не нашли, но пришли к выводу, что школьный двор слишком широк для того, чтобы камера могла выхватывать детали, если не находиться к ней слишком близко. И потому, хоть декабрьское Солнце и было уже не таким ярким, как летом или осенью, глаза Сонни были скрыты за тёмными очками.
Парень по кличке Прикол - он же Эндрю, - сидел за рулём их автомобиля. О предстоящем деле он знал меньше, чем Пульс - только тот необходимый минимум, сводившийся в основном к деталям техническим: в одиночку Сонни не справился бы, с Марианной рядом должен был постоянно находиться кто-то бодрствующий, и ещё кто-то - должен был в состоянии ещё ездить за едой, или чем-нибудь ещё, если вдруг понадобится. Определённый запас был сделан заранее, однако, Сонни допускал, что, как обычно и бывает, чего-то не окажется в необходимый момент.
А отголосок школьного звонка был слышен даже здесь. Эндрю это заставило вздрогнуть, и потянуться за биноклем с приборной панели. Сонни же неторопливо повернул голову в сторону школьного здания... звонки, сетка, автобусы... двор и внушительное здание. Не хватало только нескольких вышек, чтобы сделать пейзаж знакомым до боли, заставляя въевшиеся под кожу и под печёнки воспоминания подниматься вверх. Школьный двор несколько напоминал тюремный. Неуютно, впрочем, было совсем не поэтому. Дети начали выходить через несколько минут после, и Эндрю сдвинулся на пассажирское сидение, наблюдая за ними. Сейчас его задачей было найти Марианну - так, чтобы у Сонни не возникало необходимости находиться на школьном дворе лишнее время. Чтобы он мог найти девчонку сразу.
- Кажется, вон она. - Прикол оторвался от окуляров на секунду, сверившись с фотографией - затем прильнул к ним снова, всматриваясь в фигуру девочки. - Да, я уверен. - указав Пульсу на Марианну, Эндрю дал краткое описание её одежды - впрочем, это было уже не так обязательно. Коатс держалась несколько в стороне от остальной толпы школьников и их родителей. Это было на руку.
- Я пошёл. - отделившись от кузова автомобиля, Сонни зашагал ко входу на школьный двор. Попутно - сплюнув утратившие вкус и свалявшиеся в один комок подушечки жевательной резинки. И из всех мыслей, которые должны были бы кружить в голове человека, собирающегося совершить то, что он намеревался... забавно, у него была только одна, которая как раз не очень-то подходила начинающему похитителю. Нечто как раз субъективное. "Только бы Аарон меня тут не увидел".
Все вокруг - были незнакомцами, и представляющими лишь абстрактную опасность. Встретить сына своей бывшей, или даже просто попасться ему на глаза - было опасностью уже вполне конкретной. Пульс хотел бы убраться отсюда поскорее. Без Марианны он сделать бы этого не мог, потому, выражаясь фигурально, камень на его шее был его же спасательным кругом одновременно.
- Привет. Ты - Марианна Коатс? - он был осведомлён о том, что у девочки - лёгкая форма аутизма, даже попытался прочесть что-то на эту тему, но это не дало понимания о болезни, которое он мог бы считать завершённым; и ещё менее - сказало о нужном поведении рядом с человеком с подобным синдромом. Приходилось импровизировать, что, впрочем, в подобной ситуации означало придерживаться изначального текста. - Меня зовут Клифф Джонсон, я социальный работник. - вымышленное имя, и вымышленная роль - это они с Эндрю придумали заранее. В это имя они не старались вложить какого-то определённого смысла, просто нужно было бы как-то себя представить... и называться настоящими именами, даже в случае с тем, чья голова не вполне хорошо работает - было бы сродни самоубийству. То, что ребёнок может запомнить их лица - уже большой риск. Но ещё более подозрительно было бы заявиться сюда в масках, конечно.

Внешний вид

Отредактировано Guido Montanelli (2018-11-22 14:00:50)

+1

3

[NIC]Marianna Coates[/NIC][SGN]


[/SGN][AVA]https://d.radikal.ru/d37/1811/bb/db332e9d1824.jpg[/AVA][STA]Royal Pawn[/STA][LZ1]МАРИАННА КОУТС, 14 y.o.
profession: ученица средней школы.
[/LZ1]

внешний вид

https://i-h1.pinimg.com/564x/03/a3/b5/03a3b58ecba89cbbf26ce9747bb34244.jpg

После пожара произошло пара месяцев, но неприятный опыт и эмоции в ходе этого действа остался неописуемый. Первые пару дней после этого меня пугали яркие вспышки, да и в целом яркий свет. Виной всему сенсорная перегрузка. По этой причине последние пару дней я до сих пор хожу в солнцезащитных очках, несмотря на то, что погода была не самой солнечной. Однако, в школе меня не особо теребили потому что на днях мои папа и мама снова поссорились. Я вернулась домой и собиралась скрыться в своей комнате, но не успела. Когда я прошла в гостиную, то увидела как папа стоял над лежащей в кроваво-красных пятнах на полу. В общем сцена была более, чем однозначная. Дальше была суета, много движения, тетя Джейн вызвала полицию и я не без того шоковая ситуация стала еще больше усугубляться. Много посторонних и лишних людей, много незнакомцев. Интуитивно я жалась к тете Джейн, так как она была единственной, кому я могла довериться в тот вечер. Тот человек, которому можно было быть близко. Однако из-за эмоционального и нервного перенапряжения, я так и не повела ни одним мускулом на лице. Женщина психолог, которая со мной работала, была несколько удивлена, потому что не ожидала от меня такой неестественно спокойной реакции на потерю родных людей. Но после некоторого рода разбирательств, когда я оказалась наедине со своими эмоциями и чувствами, то проревела всю ночь. Проблема в том, что я оттаиваю и раскрываюсь в полной мере, когда нахожусь в пресловутой зоне комфорта.
В общем, когда я вышла из здания школы, я застегнула свой плащ и оглядела обстановку вокруг. Рукава моей одежды были длиннее положенного и от этого казался, будто он мне не по размеру. Но зато мне нравилось сжимать мягкую ткань руками. Она ощущалась очень приятно. Я очень ценю тактильные ощущения, но при этом настороженно отношусь к тем людям, которые пытаются прикоснуться ко мне. Это выводит меня из состояния душевного равновесия. Особенно это касается незнакомцев.
Моя фамилия только пишется Коатес, а произносится Коутс. — спокойно произнесла я вместо приветствия, встретив мужчину, который представился социальным работником. За последнее время я часто встречалась с подобными людьми и новые имена дело довольно привычное. Напротив меня был человек, мужчина, высокий (в смысле выше меня), одет хорошо. Кивнув ему, мы направились к машине, которая стояла неподалеку. Шли достаточно быстро, практически бежали (технически переходила на бег я, ведь была пара моментов, когда обе мои ноги не касались земли). Ощущение будто хотели скрыться с территории школы. Но я ничего против этого не имела.
Когда меня провели к машине, я увидела большое и любопытное транспортное средство с аккуратным и плавным изгибом ближе к задней части крыши и приятного коричневого цвета с номерной табличкой 120 WST.
Мне нравится число 120. Оно фигурирует в таблицах умножения на 1, 2, 3, 4, 5, 6, 8, 10, 12, 15, 20, 24, 30, 60 и 120. Это означает, что есть возможность использовать его для различных полезных частей. Думаю 60 используется чаще и больше. А еще я очень привязана к числу 24. Если заострять на номерной знак больше внимания, то буквы "WST" образует слово "west", только с пропущенной гласной. Интересно, эта машина работает как компас и ее постоянно тянет на запад?
Когда задняя дверь оказалась открыта, я увидела еще каких-то людей. Но я никакого подвоха не заметила, ведь если есть сидения, то их должны быть заняты. В любом случае лучше, чем автобус. Причем не школьный автобус, а городские автобусы, которые двигаются по различным маршрутам вдоль улиц Сакраменто. Иногда, во время самостимулирующего поведения я не думаю о том, где находится мое тело и что с ним происходит. Таким образом я однажды чуть не оказалась под колесами автобуса, но мне повезло и меня выдернули из опасной ситуации. Да и в целом для меня возникают проблемы с переходом дороги, даже по зебре. Ведь машины непредсказуемы. Какое-то время я считала, что если закрыть глаза, то они исчезнут, но это так не работало. Присев на сидение я провела ладонью по обивке двух задних сидений, объединенных в диван. Было очень приятно. Затем стал звучать приглушенный шум двигателя и мы поехали куда-то по дороге.

Отредактировано Rosemary Delgado-Flatley (2018-12-01 16:44:37)

+1

4

ost

Такое вот нехитрое выражение - "не от мира сего". Сонни, конечно, много раз его слышал за свою жизнь, знал, что оно должно подразумевать, но никогда не пытался его обдумать, не стремился по-настоящему понять его. Не до того ему было в этой жизни. Да и случая подходящего как-то не представлялось. Да, ему много раз приходилось наблюдать странноватых людей, встречаться со странными человеческими привычками, или чрезмерным увлечением чем-либо, знавал как до безумия смелых, так и до откровенности глупых. Но все людские пороки, все людские болезни, склонности, привычки, нравы, желания и удовольствия, которые попадались ему на жизненном пути, его довольно-таки приземлённому сознанию вполне удавалось объяснить с точки зрения логики, или скептики, в том случае, когда недоставало одной только логики. В тех нечастых случаях, когда не хватало ни того, ни другого, Пульсоне предпочитал просто абстрагироваться от ситуации, которой не понимает, делая то, что должен был. Обычно, в том случае, когда дело не касалось его самого - этого хватало.
Сейчас было по-другому.
Не очень как будто складная, аляповатая слегка, и сидевшая как будто не совсем по размеру, одежда на девочке сама по себе казалась ему чем-то настолько заметным, что было даже странно, как остальные дети и взрослые на школьном дворе этого не замечают. Возможно, это просто потому, что по сути - он был единственным, кому было дело до этой девочки здесь и сейчас, но всё же... эти очки, хотя и его глаза были скрыты солнцезащитными стёклами. Сквозняк, созданный кем-то из других подростков, пробегавших мимо, коснулся её волос, чуть растрепав - что-то странное было и с причёской Марианны. Она не казалась "неухоженной" или "запущенной", но... в ней чувствовался некий привкус одиночества, сиротства даже. Мамы не заплетают так волосы своих дочерей. Сонни сам не понимал, откуда мог заключить такой вывод. Казалось, он просто знал это. И
Мужчина ещё помнил этот самый привкус. Он особенно горек, когда свеж; себя самого в возрасте этой свежести он помнил очень мало, может даже меньше, чем мог бы вспомнить среднестатистический человек, но не эту горечь. Даже сейчас, через много лет, когда и сами образы приютов и казённых домов стали таять в памяти, когда и адреса их он едва мог воспроизвести в своей голове, давно став взрослым, он всё ещё мог ощутить остатки этой горечи.
И всё же, этого было ещё мало, чтобы полностью объяснить, что он видит. Не просто образ сироты. Не то горе, не успевшее ещё и застыть настолько, чтобы его можно было назвать маской. Вот именно, что не наблюдал скорби - ни детской, ни взрослой... казалось, что именно ей было бы место здесь и сейчас. Девочка выглядела отстранённой, но не грустной. Не казалась чужой этому месту - но и не подходила ему. "Не от мира сего". Почему-то вспомнилось именно это выражение. Он не знал почему. И вряд ли и теперь его понял, но, возможно, и стал на шаг ближе к этому пониманию.
И от неожиданности даже извинился перед Марианной.
- Прости, пожалуйста. Мне, эээ... - запнувшись, Сонни вспомнил, что нужно попытаться улыбнуться. Дальнейшее как-то вылилось само собой. - Мне приходится ведь много дела иметь с бумагами сначала. А вот произносить имена я начинаю уже чуть позже. - как бы там ни было, он, похоже, начинал вживаться в свою роль. И девчонка, хотя и не проявляя явных признаков доверия и открытости, не проявляла и враждебности тоже. Хотя уже просто того, что она не начала бы кричать, Пульсу хватило бы, чтобы чувствовать себя преуспевшим. Было бы худшим его кошмаром, пожалуй - если бы его приняли за какого-нибудь педофила прямо тут, на школьной площадке. Затем он вспомнил, кем на самом деле сейчас и является. Последствия не были бы так различны, стоит сказать... - Коутс. Да. - кивнув, повторил он, чтобы лучше запомнить. И знал, что теперь запомнит. Уж лучше бы ему, чтобы не выйти из роли... и чтобы не утратить то нечто... баланс, да, - наверное можно было это назвать равновесием, - который начинал нащупывать. Во всяком случае, не сделав это слишком быстро. Уж точно не прямо сейчас.
- Нам нужно поехать в одно место, некоторое время ты будешь жить там. Это связано с процедурой... процессом, твоего переезда. - Сонни поправился. Неловко выпавшее слово, "процедура", показалось слишком отдающим чем-то больничным. И ему думалось, что Марианна наверняка должна быть знакома с больницами, но он не думал, что это знакомство, и поддержание этого контакта с кабинетами врачей, ей нравилось. Пусть самих этих врачей и то, каковым должно быть наполнение этих кабинетов, представлял довольно слабо. - К твоим опекунам, и... ты меня понимаешь? - спросил он уже на ходу. Его сомнение в том, что Марианна понимает его, сопоставимо было разве что с сомнением в понимании того, что он сам говорит. Наверное, это было не так уж важно. Главное, чтобы самой девочке всё это казалось правильным. И тогда они смогут уйти отсюда быстрее, чем кто-то обратит на них внимание... или сюда явится настоящий социальный служащий, который и должен был её забирать со школы.
- У тебя какие вещи с собой? - вопрос, который звучит как-то запоздало, если дверца машины уже закрылась; но мотор завёлся, как только щёлкнул замок - так что придётся принимать это так, как оно есть. Коутс изучала внутреннюю обстановку салона машины, Сонни же имел в виду её школьный рюкзак: там могло бы оказаться что-то полезное... чтобы занять её, на какое-то время, или чтобы просто продолжать поддерживать свою легенду. Которую, впрочем, самому получалось воспринимать с некоторым трудом. - Мы для тебя приготовили комнату, собрали там кое-что. Но если будет надо ещё что-нибудь, то скажи, хорошо? - Пульс стянул тёмные очки с носа. Он вряд ли смог бы прятать своё лицо от Марианны вечно, а больше его прятать уже было неоткуда, да и в салоне автомобиля ориентироваться лучше получалось без них. На краткий момент, свет из окошка с пассажирской стороны всё-таки ударил по глазам, заставив прищуриться, но затем Сонни привык к нему.

[LZ1]САНТИНО ПУЛЬСОНЕ, 45y.o.
profession: gangster
[/LZ1]
[NIC]Sonny Pulsone[/NIC]
[AVA]http://s7.uploads.ru/I2Xg3.png[/AVA]

Отредактировано Guido Montanelli (2018-11-23 23:06:14)

+1

5

[NIC]Marianna Coates[/NIC][SGN]


[/SGN][AVA]https://d.radikal.ru/d37/1811/bb/db332e9d1824.jpg[/AVA][STA]Royal Pawn[/STA][LZ1]МАРИАННА КОУТС, 14 y.o.
profession: ученица средней школы.
[/LZ1]Я снова сказала что-то не то, из-за чего собеседник посчитал меня грубой. Мужчина с которым я говорила ощущает неловкость и некоторое неудобство после моего замечания. Это удручает. Печально, что люди понимают мои реплики не так, как я их задумывала в голове. Я лишь подметила ошибку, касающуюся моей фамилии. Мужчина, что сел за руль и через центральную панель активировал замки, заперев двери. Это достаточно безопасно и логично. Я спокойно сидела на заднем сидении осматривая обивку сидения из кожи или кожезаменителя. Я не особо различаю эти материалы на ощупь, они кажутся мне одинаковыми. И не такими привлекательными как бархат, замша или кашемир. Шерсть мне тоже нравится, а вот шелк слишком скользкий и гладкий на ощупь. Он не вызывает никаких ассоциаций. Просто пусто как-то от этих прикосновений. Машина ехала плавно и мягко, без рывков и дергания, а также по ровной и гладкой дороге. Это расслабляло, отчего я даже вытянула ноги под переднее пассажирское сидение. Глаза по преждему прикрыты солнцезащитными очками, хотя в салоне автомобиля они не особо и нужны. С запястья я снимаю браслет четки и начинаю перебирать в руках. Это выплескивает скопившуюся внутри меня энергию и при этом я никому не надоедаю.
Да, я понимаю вас. Каждое слово. — произнесла я, посмотрев нет, не в глаза, что отражались в зеркале заднего вида перед лобовым стеклом, а в затылок мужчины. — Мой папа поссорился с мамой и поэтому вы везете меня в другое место. — из-за того, что событие было достаточно недавно и очень близко для меня, я стала напрягаться и нервничать, сильнее сжимать бусины в руках, а голос был неуверенным и сбивчивым, что, несомненно, влияло на мою дикцию и произношение.
Я тоже опускаю слово опекуны, потому что оно для меня какое-то чужое. На самом деле хотелось бы, чтобы мужчина отвез меня к тете Джейн. У нее приятный голос, в ее доме приятно пахнет, а также у нее очень мягкая одежда. Но наверняка, Клифф Джонсон везет меня куда-то в другое место, может быть в больницу на внеочередной курс терапии. Мне сложно было сформулировать мое отношение к терапии. Хотя в большей части мне нравилось в больнице. Я видела маму и тетю Джейн и других докторов. Они были добры ко мне, а процедуры не доставляли большого дискомфорта или боли. Мне там не нравилось только освещение свет был там слишком ярким и белым, что напрягало глаза, а также запах был какой-то безразличный.
Однако вопрос о вещах меня несколько сбил с ходу. Сначала я стала разглядывать салон, посматривая по сторонам, что вылилось в то, что я посмотрела на мужчину, что сидел со мной по соседству. Оглядела его с ног до головы, впервые обратив внимание на лицо незнакомца рядом с собой. Однако вскоре из обозримого содержимого меня ничего не заинтересовала, да и по поводу названий большинства предметов я имела смутное представление, поэтому я открыла свой рюкзак и заглянула внутрь.
У меня есть доска с набором шахмат, набор для оригами, тетради, книги и ручки с карандашами. — когда моя голова показалась из портфеля, я застегнула молнию обратно. Шахматы были занятными, потому что я нашла в комиссионке занятный набор. Доска была размером с учебник по английскому языку, а также в доске было много (ровно 64 по количеству черных и белых) точек-отверстий. потому что фигуры были вырезаны из дерева и имели небольшую палочку, которая вставлялась в отверстие. Так можно было вести партию в любом положении, ведь сохранялась устойчивость фигур. У меня была отдельная тетрадь с персонажами диснеевского мультфильма про Винни-Пуха. Там аккуратным почерком были записаны все партии, в которых я принимала участие за этот учебный год, хотя для постороннего человека это лишь список букв и цифр мало о чем говорит. — Хорошо. Можете приоткрыть окно? — ответила я сразу после просьбы мужчины.

+1

6

Та чёткость, с которой девочка преподнесла ответную информацию, граничила с чем-то безапелляционным, сухим, с отсутствием эмоций, будто она сказала не про собственных отца с матерью... а просто - передала что-то, донесла определённую информацию, не пытаясь осознать его значения, как передают его компьютеры, или мобильные телефоны, или там - кинопроекторы, экраны телевизоров, что-то в этом роде. Подтверждение совершаемой команды. Отзыв на корректно введённый пароль. Но одновременно с этим ощущалась и тяжесть, подобрать сравнение к которой оказывалось даже и ещё сложнее. Что-то сродни давлению, наверное, словно процесс такого машинного отзыва, который должен подразумеваться, как нечто простое, до незаметного обычное, вдруг затребовал каких-то усилий этого, и теперь весь механизм, или весь организм, начинает испытывать что-то типа перегрузки. Чувство неприятное, даже страшное, но совсем не схожее с чем-то, что ожидаешь от человека, который потерял своих близких несколько дней назад. И вызывало оно желание тут же свернуть тему, пока эта самая перегрузка не стала настолько сильной, чтобы не случилось чего-то опасного. Сонни почувствовал, как будто что-то сдавило его собственный затылок; это заставило взглянуть на девочку через зеркало заднего вида в салоне. Он вообще сможет привыкнуть к подобному?.. Впрочем, самое главное, казалось, было совершено, контакт, сколь деликатным и туманным ни казался, был установлен. Что же касается доверия, как такового, на это можно было бы и изначально не рассчитывать... с учётом того, что происходило на самом деле. Глубоко вздохнув через нос, Пульс повернул рулевое колесо. Они направлялись за город - туда, где начнётся лесополоса, вдали от чужих глаз, в удалении от основных дорог - но и не в таком сильном, чтобы назвать местность дикой. Охотничий домик станет их пристанищем на ближайшее время... каким бы ни оказалась его протяжённость. Сезон охоты как раз закончен, так что их никто не потревожит.
Второму парню, находившемуся в автомобиле, этот антураж напоминал классическое начало фильма ужасов: они едут в какую-то хренову глушь, с ними - дебильный ребёнок, а что будет дальше - непонятно уже сейчас. Обычно в кино подобные детишки с отклонениями начинают привлекать всякие кошмары, то духов, то монстров, то ещё какую-нибудь чушь, и в итоге для незадачливых главных героев дальнейшее представляет собой долгие-долгие муки перед смертью, либо при ином сюжетном исходе они лишаются рассудка, и иногда чего-то дорогого в придачу, собственности там или родных людей... то было, конечно, в кино. Но что-то подсказывало, что и в реальной жизни от подобных девочек не стоит ожидать ничего, кроме неприятностей. Эндрю нервничал. Марианна почему-то заставляла его нервничать.
Оттого ответ на просьбу с его стороны прозвучал неоправданно резко.
- Нет! - настолько резко, что Пульс даже вздрогнул.
- Ты чего? Пусть откроет.
Эндрю идея приоткрыть окно, чтобы в салон стало поступать побольше воздуха, не виделась такой уж невинной: ему пугало, что так кто-нибудь сможет увидеть лицо Марианны, опознать её, кинуться в погоню прямо сейчас - загубив, в общем, всё дело на самом корню. Лишь за тонировкой автомобильного стекла он чувствовал себя в полной безопасности. Согласие Сонни разрушить эту защиту вызывало его возмущение.
- Но, С... Клифф!
- Приоткрой, тебе говорят, окно. - взглянув в зеркало на своего напарника, Пульс перевёл взгляд на Марианну. Сейчас, когда всё шло вроде бы хорошо, его сильнее волновала перспектива напугать её - он всерьёз боялся последствий её паники. Истерика и дети - и без того были слишком подходящими друг ко другу, в дурном смысле слова, факторами; у них же с собой был не вполне обычный ребёнок, и предпосылки для истерики тоже были далеки от социальных и общепринятых, и результаты в воображении Сонни рисовались чем-то катастрофическим. Повинуясь его взгляду, Прикол всё-таки нехотя потянулся к рычажку, приспуская оконное стекло, недовольно буркая:
- Так нормально?..
- Это Ник, он мой помощник. - обратился Пульсоне к Марианне, оправдывая присутствие своего молодого товарища в автомобиле - и одновременно как бы и знакомя её с ним. Так они и обговаривали все детали: представиться социальным работником и его ассистентом, назваться вымышленными именами, и оперировать словами поумнее в том случае, если всё не удаётся объяснить просто. Никто всё равно толком не понимает деталей работы социальных служащих. Наличие у них ассистентов - можно поставить под сомнение, но в итоге Сонни и Эндрю пришли к выводу, что четырнадцатилетний подросток не разберётся в подобных тонкостях.
- Да. Очень приятно. - Эндрю улыбнулся ей. Улыбка получилось широкой и вымученной.
Медленно погружаясь в сумерки, кое-где город ещё сиял огнями неоновых вывесок и новогодних гирлянд. Рождество минуло пару месяцев назад, но не все украшения на улице успели или захотели снять; правда, теперь огоньки выглядели немного уныло и одиноко, остатками былого великолепия, осыпающимися руинами праздника, отлетающей новогодней краской. Настроения внутри светло-коричневого кроссовера настроения тоже были далеки от праздничных. Обстановка на его борту вполне соответствовала обстановке за бортом.

[LZ1]САНТИНО ПУЛЬСОНЕ, 45y.o.
profession: gangster
[/LZ1]
[NIC]Sonny Pulsone[/NIC]
[AVA]http://s7.uploads.ru/I2Xg3.png[/AVA]

Отредактировано Guido Montanelli (2018-12-01 16:42:35)

+1

7

[NIC]Marianna Coates[/NIC][SGN]


[/SGN][AVA]https://d.radikal.ru/d37/1811/bb/db332e9d1824.jpg[/AVA][STA]Royal Pawn[/STA][LZ1]МАРИАННА КОУТС, 14 y.o.
profession: ученица средней школы.
[/LZ1]Люди в машине были какими-то чудными. Они нервничали и были какими-то странными. Не такими как обычные "другие" люди, когда замечают что ты ведешь себя не так как они. На твою довольно безобидную просьбу, а главное осмысленную, потому что в салоне автомобиля было душно, а еще неприятно пахло сигаретами. Хотелось, чтобы появился сквозняк и освежил обстановку, потому что кондиционер не дал бы необходимого эффекта, ведь ты не страдала от жары.
Затем были пререкания на тему выполнения твоей просьбы. Незнакомые мужские голоса пугали, как и интонация, поэтому ты быстро наклоняешь голову и прижимаешь пальцами к ушным раковинам. Можно было бы залезть в сумку и вытащить наушники капельки и телефон-плеер, но до него нужно еще добраться, а мужчины уже начинают спорить. Поэтому пальцы в уши и спиной вжаться в спинку сидения.
Водитель, тот что постарше, оказался победителем в словесной баталии, после чего пассажир, мужчина, который был на соседнем со тобой сидении, смирился со решением и наклонившись прямо передо тобой, чтобы приоткрыть окно. В салон попал свежий воздух, который стал трепать твои волосы. Пока пассажир проделывал нехитрые действия с крутящейся рукояткой на внутренней стороне двери автомобиля, тебе удалось внимательно рассмотреть его профиль. Лицо должны быть широким, ведь эта половина должна быть похожа на ту. Волосы черные, прямо как у тебя, но короткие. Лоб большой как головка фигуры коня. Однако, туловище больше напоминало ладейный силуэт. Такая же массивная, большая и широкая. Джинсовая ткань расстегнутой рубашки парня была мягкой и погладила по коленям и юбке. Приятные прикосновения. Так как звуки голосов больше не доносились с заткнутыми пальцами ушами, ты освобождаешь раковины. И руки начинают теребить полы рубашки. Да, ты помнишь, что мама говорила, что это делать неприлично в транспорте и с незнакомцами, но ты с собой ничего не можешь поделать. Особенно, учитывая, что матери с тобой уже нет рядом.
Что?! — оглядываешься ты, наблюдая в приоткрытое окно. Уровень стекла опустился аккурат до уровня глаз. Не будь солнцезащитных очков, пришлось бы немного щуриться, но поток воздуха не такой уж и сильный, потому что скорость низкая. — Д-да, спасибо, Ник... Можете, пристегнуть ремень безопасности на мне?
Тебе не нужна эта штука из-за безопасности, хотя так гласит название устройства. Нет, ты любишь ощущение сжатие вокруг на твое тела. Оно успокаивает. Ощущение, будто энергия, которой насыщенно твое тело распределялась вокруг. Ты не особо обращала внимание на то, что делают эти два человека, а также о том, в каких они отношениях друг с другом.
А скоро мы приедем? — произнесла я, смотря в окно. Мы были на перекрестке. На светофоре только зажегся красный свет. В соседнем левом ряду машина успела повернуть. С моей стороны машины, я наблюдала за тротуаром и пешеходной зоной, а по другую сторону на свободное место забралась патрульная полицейская машина черно-белого цвета. Тебе они не нравятся. Они очень яркие, очень громкие, страшно рычат и на заднем сидении сидишь за решеткой. Поэтому ты к ним так плохо относишься. Они напоминают тебе страшных злых собак внешне. Но сейчас хорошо и ты не видишь, потому что обзор патрульной машины мешает фигура Ника и высокая посадка автомобиля.

+1

8

Отлично - малолетний ублюдок её напугал своим тоном. Но отчего-то это злило даже сильнее, чем то, что Эндрю едва на назвал его настоящим именем. Возникало смутное желание дать ему по уху, но, конечно, отвлекало от этого слишком многое - начиная от того, что руки были заняты баранкой, и завершая тем, что драка в салоне напугает девчонку только ещё сильнее. Чуть позже Пульс поймёт, что встревожила его даже не возможная её паника и попытка к бегству, - чего опасаться тоже более чем просто стоило, - а тот факт, что ко всему прочему было как-то особенно, тяжело и неприятно, видеть её в такой позе. Сжавшейся на сидении, замеревший, зажмурившей глаза и очень, просто до картинного, по-детски наивно пытаясь спастись от посторонних шумов засунув пальцы в уши. Будто бы просто игнорирование неприятных и страшных факторов способно защитить и помочь. Как это работает с монстрами, вылезающими во тьме из-под кровати, или что-то в этом духе... способ, который Сонни был совершенно незнакомым - даже в самом глубоком детстве, там, где он просто может хотя бы что-нибудь вспомнить о себе самом. Практически всё своё детство проведя по шелтерам, приютам да подворотням, Пульсоне слишком рано научился отличать настоящих демонов от выдуманных. Реальной опасности вокруг тогда вообще было, как правило, слишком много, чтобы оставалось место и время выдумывать себе несуществующих врагов.
Оказалось, Сонни слишком мало знал о вымышленных демонах, чтобы превращаться в такого; потому что вдруг осознал, бороться с ним только что попытались именно тем способом, которым пытались справляться с ними. И попытаются снова, если что-то случится. Ощущение беззащитности Марианны его собственное сердце заставляло сжиматься, в какое-то подобие этой же позы, которую девочка приняла. Только у сердца нету ни глаз, ни ушей, чтобы закрыться. Да и конечностей, которые могли бы помочь их закрыть.
- У тебя своих рук нету?.. - недовольно взвился Эндрю на подобную просьбу. Так как получилось в унисон мыслям Сонни, это вывело его из этого лёгкого оцепенения - но с коротким запозданием. Марианне могло бы хватить, чтобы почувствовать его взгляд. Приколу - могло бы хватить, чтобы подумать немного, но этого не случилось. Вновь захотелось курить... в присутствии ребёнка Пульс не стал этого делать. В машине пахло дымом и так, хотя они и договаривались не курить в салоне. Может быть, настоящий её владелец зазорным это не считал, а может быть это и Эндрю успел, теперь сложно было сказать, да и не сильно важно.
- Тебя вежливо попросили. - нажал со своего места Пульсоне, попытавшись загасить возмущение своего "помощника". В сущности, проблемы у них были одними и теми же: Эндрю был сиротой, как и он, потеряв родителей, вырос фактически беспризорником, заботиться о себе привыкал самостоятельно, притом не привык заботиться о других от слова совсем. Беспомощность его совсем не трогала. Она раздражала, напротив.
- Взгляните на меня: я нянька теперь... - обратился парень непонятно к кому. Непонятно, потому что в Бога он не верил; соответственно, и к своим мёртвым родным, если и помнил кого-то, достучаться мог тоже вряд ли, на Сонни же его ворчание не возымело такого эффекта, на который парень, может быть, рассчитывал. Тем более, что Пульс был согласен с этим, никакого сарказма: оба они должны превратиться в нянек. На такое количество времени, на которое будет необходимо. Эндрю потянулся к ремню безопасности, перекидывая его через плечо Марианны; застегнуть получается не сразу, что заставляет его недовольно пыхтеть. Хотя это не стояло даже в сравнении с тем неврозом, который вызвало у него появление рядом полицейской машины. Едва только заметив её, он так вцепился в неё взглядом, будто боялся потерять её из виду хоть на секунду или сморгнуть - в этом положении, повернув голову в сторону патрульного автомобиля, и потянулся вперёд, чтоб тронуть Сонни за плечо.
- Да вижу я... - вжавшись в сидение, Пульсоне пытался унять участившееся сердцебиение размеренным дыханием, а воздух, попадая в прокуренные лёгкие и возвращаясь обратно, издавал при этом слегка свистящие звуки. Он тоже старался следить за полицейской машиной, но усилий его воли хватало, чтобы не делать этого постоянно. Копам бессмысленно смотреть в глаза - подсказывал жизненный опыт. Разве только в том случае, когда они тебя заковывают в наручники - а брали Пульса неоднократно, - хотя, и так его тоже немного. Лучше пусть видят твою спину, если уж собираешься убегать. Или просто готов это сделать. Нога напряглась на педали газа, готовая вдавить её в пол при первых признаках настоящей опасности, даже если это будет значить, что придётся рвануть на красный... Однако, не последовало ни света проблесковых маячков, ни звука сирены или мегафона, черно-белая машина с сигнальными огнями на крыше оставалась просто тёмным пятном на фоне, движимым, но не стремящемся менять свои очертания открытием дверей, либо попыткой разделиться на её несколько пятен, выпустив кого-то из салона. Зелёный свет показался спасительным. Даже выглядел ярче. Перестроившись, Пульсоне пустил машину на соседний поворот, чтобы выйти на отличный от патруля маршрут - поглядев на багажник копов в последний раз, и больше не оглядываясь. Эндрю выдохнул. Можно было заметить, как редкие волоски на его предплечьях, там, где они торчали из-под рукавов, встали дыбом - теперь они улегались.
- Скоро приедем. - чуть запоздало отозвался Сонни в ответ. Улыбка вышла слишком облегчённой. Теперь-то - снова появилась надежда, что достаточно скоро. Что... что вообще доедут. Впрочем, времени было ещё достаточно для того, чтобы возникали вопросы о том, куда его девать, пока свежий воздух в салоне не стал сгущаться снова из-за тяжёлого молчания. Вот только темы для непринуждённых бесед в такой ситуации подбирались как-то не очень хорошо. Неуклюже.
- Марианна, ты, это... есть хочешь? - не было уверенности в том, что вопрос о погоде был бы более к месту. Почему-то в такие нелепые моменты приходит именно он. Сейчас, когда момент был страшным в своей нелепости, и фигурально, и буквально, почему-то пришёл именно он. Затем - вот этот... чтобы возвестить об отсутствии аппетита у себя самого. - Мы приедем и сядем кушать сразу. Ник вот кое-что приготовил... - Пульс оглянулся на Эндрю, попытавшись улыбнуться. Хотя бы в этом парень был хорош. Во всяком случае, на его вкус... вот только вкусы непритязательного холостяка, вообще-то, могут и отличаться от предпочтений девочки-подростка. Как-то не подумал он об этом. - Надеюсь, тебе понравится. Но мы просто не очень в курсе, что ты привыкла есть.

[LZ1]САНТИНО ПУЛЬСОНЕ, 45y.o.
profession: gangster
[/LZ1]
[NIC]Sonny Pulsone[/NIC]
[AVA]http://s7.uploads.ru/I2Xg3.png[/AVA]

+1

9

[NIC]Marianna Coates[/NIC][SGN]


[/SGN][AVA]https://d.radikal.ru/d37/1811/bb/db332e9d1824.jpg[/AVA][STA]Royal Pawn[/STA][LZ1]МАРИАННА КОУТС, 14 y.o.
profession: ученица средней школы.
[/LZ1]Молодой человек продолжал упрямиться и не проявлял энтузиазма и желания выполнять твои довольно простые и посильные задачи: открытие окна и использование ремня безопасности вполне посильны для обычного человека. Не очень то похоже на поведение социального работника. Нет, правда. Ты видела угрюмых людей, которые были недовольны тем или иным, а также откровенно грубиянов. Но не знаю... обычно социальные работники, которых ты видела на своем коротком, но уже настолько насыщенном жизненном пути, более заботливые и заинтересованные в тебе, хотя бы внешне. Может быть это потому что они работают, но первоначально они более предрасположены к помощи тебе. Но не он. Он другой и по этому он не очень нравится тебе этим подходом. Ты бы могла высказать это в лицо, но видишь, что и водитель и парень сзади напряглись и перешептываются. Ты напрягаешь слух, чтобы расслышать и все равно мимо ушей проскальзывают слова. Слышны лишь интонации и они крайне обеспокоенные. Ты пытаешься слегка оттолкнуть локтями от спинки, чтобы разглядеть все в округе. Ведь интересно, что заставило людей замолчать и смотреть в левую сторону. Но нет, ремень плотно держит тебя на месте и ты остаешься в неведении.
Если не считать того, что ремень плотно держит тебя, обхватывая в трех точках, пояс и правое плечо, то он очень даже приятный. хотя гладить его тебе не нравится. Возможно из-за синтетической ткани, из которой он сделан. После того перекрестка дорога шла спокойно и тихо. Машина двигалась плавно, хотя ощущалось, что порой дорожное полотно двигалось то в подъем то полого в спуск. Не лихачила быстро, но и не плелась со скоростью велосипедиста. Толком о езде было сказать нечего, кроме того, что Клифф неплохо управлялся с такой большой машиной. К тому же он сказал, что скоро поедем. Все что тебе остается это тихо сидеть на пассажирском сидении и двигать носками моих туфлей из стороны в сторону.
Да, я проголодалась. В школе сегодня давали жаренную картошку и сосиски с кетчупом. — произнесла ты, не обращая внимание на водителя и посмотрев на город, который провожал заходящее солнце. Несмотря на то, что зима шла на убыль и световые сутки увеличивались, темнело все равно все еще рано. Сегодня был четверг. Мама в этот день обычно готовила макароны с сыром и ветчиной. А вместе с этим подавался стакан яблочного сока. Но уже около недели как привычный ритм был сброшен и, скорее всего, так и останется где-то в прошлом, если только... что только? Вряд ли Клифф и Ник будут что-то подобное делать, да и вряд ли заменят маму. Никто не заменит.
Я раньше не была в этом районе города. — оглядывалась ты. Нет, не в попытке найти ориентиры или что-то такое. Если тебя поведут из дома в школу по другому маршруту и оставят где-то между, то ты тоже начнешь плутать, даже если любая из конечных пунктов будет близко, буквально за поворотом. Тебя пугает непостоянство. Это очень сильно напрягает и заставляет нервничать. Нервничая ты начинаешь тихо жужжать, вторя и усиливая шум от работающего двигателя впереди машины. — Я думаю, у вас получится приготовить что-нибудь вкусное. — звучит, конечно, не так хорошо, как ты задумывала в голове, но ведь могло получиться и хуже, обидев Ника или что-то в этом духе.

+1

10

Как это - никогда не испытывать одиночества? Марианна ведь не испытывает его, верно? То есть, просто неспособна это делать - наверное, соответственно, и не понимает, что это такое, как с этим бороться. И что с этим вообще надо бороться. В это ведь можно заключить её... болезнь, это можно отнести к тому, чем можно характеризовать её? Но всё же - как это, не испытывать никакой потребности в общении, не чувствовать необходимости его поддерживать, не... нуждаться, в общем, в этом? Это попросту не укладывается в голове. Кажется чем-то запредельным, за это у него не получается ухватиться разумом, на этом не получается сфокусироваться, даже представить это не получается. Это немного жутко. Это бессмысленно. И голова заметно начинает уставать, если думать об этом. Почему он вообще сейчас думает об этом?..
Сейчас кажется, что всю свою жизнь Сонни просто пытался бороться с одиночеством, практически всеми доступными ему способами. Начиная с самого детства. Поиск смысла жизни и чего-то особенного, обернувшийся накопленной агрессии и попыткой выплеснуть её в рядах вооружённых сил, попыткой скорее неудачной, чем наоборот, - и всё то, что было потом; преступления, которые он совершал, люди, с которыми общался, и даже те люди, которых убивал; женщины, с которыми он был, машины на которых ездил... всё, что он делал, было просто ради того, чтобы делать что-то, чтобы куда-то двигаться, чтобы набивать дыру под названием "одиночество", хотя бы на время, хотя бы оставить её края полными до тех пор, пока она снова не станет больше. А она становилась всякий раз. Шире. Глубже. Поглощая всё больше.
Проблема была не в этой дыре, её наличие не казалось ему ненормальным. Он свыкся с ней. Более того, Сонни склонен был полагать, что у всех людей есть подобные дыры. Но её не было у Марианны. Вот что более всего заставляло чувствовать себя неловко, вот что было наиболее странно, вот что пугало даже немного: собственная потребность в общении была сильнее, чем у той, кто предполагался сейчас его жертвой, тишина в салоне его душила сильнее, чем её - и ему, а не девочке, хотелось её нарушить. Хотя по всей логике он должен был бы радоваться тому, что Марианна ведёт себя тихо и спокойно.
При всём этом - он понятия не имеет, о чём говорить... просто чувствует необходимость заполнить пустоту, дабы она не становилась болезненной. Как если бы дыра увеличилась снова.
- Угу-м. - согласно промычал Сонни в ответ, кивнув головой. Сосиски с картошкой. И кетчупом. Зачем эта информация, к чему она была?.. Это должно быть важным? Он об этом не спрашивал. Марианна поделилась сама, но значит ли это, что у неё есть какое-то доверие - или это просто... отголосок, что ли, симптома, при котором всё нужно упорядочивать - вроде так делают аутисты? В любом случае, не похоже, что остаётся что-то иное, кроме имитации заинтересованности. А это делать не так сложно, если тебе и так приходится держаться в образе. - И как, тебе понравилось? - спросил Пульс, вложив в свой голос столько серьёзности социального работника в частности и добропорядочного гражданина, обеспокоенного качеством еды в школьных столовых, в целом, сколько смог. И только затем подумал, а было ли вообще правильным спрашивать? Есть ли вообще у таких людей вкусовые предпочтения, и если есть, стоит ли подталкивать к тому, чтобы они начали о них задумываться?
- Красиво тут, правда? - тихо и спокойно; немноголюдно, как на дорогах, так и на тротуарах, что скорее хорошо для них - и город, в общем-то, всё с большей охотой терял верхние этажи, всё больше и больше открывая взору небо. Уже не город, можно сказать, а пригород. Дом Сонни был недалеко отсюда, буквально через пару улиц, но он об этом не стал говорить, разумеется. Просто маршрут эта местность была знакома ему довольно неплохо. И, в самом деле, нравилась. - А за городом когда-нибудь бывала? Мы едем за город, наш... твой временный дом будет там. - хотя правильнее будет назвать его всё-таки "их" домом, потому что кто-нибудь из них двоих, либо Сонни, либо Эндрю, постоянно будут находиться с ней там. Пульс планировал оставаться чаще, чтобы его помощник мог пополнять запасы продуктов, но ему, скорее всего, тоже придётся выходить от времени - чтобы держать связь с заказчиком. О том, что будет потом, когда "дом" перестанет быть "временным", он старался не думать. И том, как долго всё это продлится - тоже.
- Что это за звук?.. - насторожился Сонни, прислушиваясь - оглядываясь на Эндрю сначала; полагая, что этот посторонний шум, несколько сочетающийся со звук мотора автомобиля, от мотора и исходит. Это было одной из обязанностей как раз парня: достать машину для дела, так что выбор целиком и полностью зависел от него; тут Пульс был доволен - он привык к подобным габаритам, его БМВ была почти такой же. Даже цвета раньше имела сходный с тем, в который была окрашена их машина, но он её перекрасил довольно скоро после покупки.
- Это она делает! - Эндрю указал на Марианну пальцем в жесте вульгарном почти по-детски, с долей какой-то злорадной ябедности - хотя скорее такие нотки проскальзывали потому, что подобное поведение его раздражало, скрывать у него это не получалось, а от того, чтобы заявить об этом открыто, он почему-то предпочёл себя удержать; во всяком случае, попробовать. Спорить с Сонни всё равно бессмысленно.
- Это ты делаешь?.. - Пульс же усмехнулся, ему отчего-то это показалось забавным. По-глупому как-то, по-детски, не увязываясь с реальным возрастом Марианны, но всё же - забавным. Ненадолго, впрочем. Ровно настолько, пока догадка сменялась осознанием... когда пришло осознание ситуации, вернулись и непонимание того, что нужно делать с ней. Вновь встали все вопросы, "зачем?" или "почему?", или "что это значит?". Это было что-то новое, такое сложнее понять, чем картошку с сосисками... что-то подсказывало, что это не последний сюрприз, но легче от этого не было.
Меж тем, городские пейзажи окончательно остались позади. Теперь к обеим сторонам вечерней дороги подбиралась почва обочины, казавшаяся почти полностью пустой насколько хватало взгляда, если не считать редких деревьев и тех мест, где её поверхность переставала быть ровной, превращаясь в холмы; сейчас они скрывали за собой уходящее Солнце. При дневном свете эти пейзажи были смесью из зелёного и жёлтого. Сейчас, в угасающих лучах, они из золотистого превращались в тёмный. А вдалеке, впереди, чёрной стеной приближалась лесополоса...

[LZ1]САНТИНО ПУЛЬСОНЕ, 45y.o.
profession: gangster
[/LZ1]
[NIC]Sonny Pulsone[/NIC]
[AVA]http://s7.uploads.ru/I2Xg3.png[/AVA]

+1

11

[NIC]Marianna Coates[/NIC][SGN]


[/SGN][AVA]https://d.radikal.ru/d37/1811/bb/db332e9d1824.jpg[/AVA][STA]Royal Pawn[/STA][LZ1]МАРИАННА КОУТС, 14 y.o.
profession: ученица средней школы.
[/LZ1]Твоя проблема с общением можно поделить на несколько подпунктов:
1. Тебе сложно поддерживать беседу, которая тебее не очень интересна. Тебе сложно делать заинтересованный вид. Поэтому некоторые называют тебя грубой.
2. Ты плохо понимаю, когда можно и нужно продолжать разговор, а когда лучше прекратить диалог. А также могу перебивать людей, что снова заставляет думать, что ты грубиянка. Хотя просто общение заставляет тебя смущаться и растериваться.
3. У тебя хорошая память... и тут многие подумают, что ты злопамятная, но нет, не об этом сейчас. У тебя хорошая память и ты помнишь значения странных, старых или "сложных" слов. Ими даже оперировать проще, чем кажется нормальным людям.
В общей сложности это список причин, почему тебе трудно общаться с людьми, трудно находить и заводить новых знакомств. Какое-то время назад, когда ты только начинала учиться в школе, тебе хотелось иметь большое количество друзей. Однако нельзя сказать, что ты не нуждаешься в общении или не хочу заводить друзей. Как и любой другой человек, у тебя тоже есть социальные потребности. Просто они проявляются и утоляются по-другому, нежели у нейротипиков. И да, людей, подобных тебе обычно недооценивают. Из-за диагноза окружающие ведут себя как-то странно, либо гипертрофировано реагируют и ведут себя в твоем присутствии, либо наоборот излишне безэмоционально. У тебя есть способности к синергии и эмпатии. Да, твои способности отличаются от них, но это не значит, что они совершенно не работают. Например, мужчины в машине нервничают. А еще больше нервничают, когда все молчат.
Да, мне нравится кисло-сладковатый вкус кетчупа. — произнесла ты, не отвлекаясь от своих занятий. — Нет, я раньше не была за чертой города.
По поводу красоты было тяжело сказать, потому что темнело и ничего такого запоминающего не было видно. Обычный поздне зимний город. Ничего такого выдающегося. Потом мужчины обратили внимание на издающиеся от тебя звуки... и ничего. Им показалось это забавным, имитация звука автомобиля. Возможно, с точки зрения нейротипиков это и так, но на самом деле им стоило бы насторожиться, потому что ты жужжишь, когда нервничаю. Например, после пожара в школе я частенько жужжала, особенно когда слышала громкую сирену или просто громкие высокие звуки, например звонка на/с урока, а также яркие вспышки, собственно по этой причине ты сейчас и в очках. Но факт есть факт, ты так же поймала настроение мужчин и нервничаешь в столь поздний час в незнакомом районе. Хотя это более чем логично.
Д-да? Это я. Мне перестать? — ты посмотрела на водителя, а потом на Ника. Он показывал на тебя пальцем. Мама говорила тебе, что показывать пальцем на людей не прилично, но ты не говоришь это вслух. Тебе кажется, что этот человек не очень хороший. Ему не нравится тебе помогать и не будь рядом Клиффа, то, наверняка, это бы не делал. Странное ощущение, ведь ты ничего плохого ему не сделала. Наверное. Ведь всегда есть возможность и вероятность того, что ты обидела кого-то своими словами или действами. Дальше прошло не больше получаса и солнце окончательно скрылось за горизонтом, после чего мы прибыли к какому-то домику. Наверное тут тебе нужно будет провести время.
Мы приехали, да?

+1

12

Кисло-сладковатый вкус кетчупа... Сонни не был уверен в том, должен ли был кетчуп быть на вкус кисло-сладким, или это вкусовое впечатление должно было в большей степени относиться всё же к соусу (граница между тем и другим вообще до сих пор оставалась для него несколько размытой), но не в этом суть, просто это было уже кое-что, он получил от девочки какую-то конкретную информацию, которую не нужно было домысливать, и которая, в общем-то, могли оказаться полезной. Не принеся какую-то вселенскую пользу, конечно, но всё же - он узнал что-то о предпочтениях Марианны. Отчего-то казалось, что она будет спокойнее, если её вкусовые, цветовые, звуковые даже или какие-либо ещё предпочтения окажутся соблюдены - что, если удастся создать вокруг девчонки своего рода "зону комфорта", общение должно пойти легче, и в целом, работу будет выполнить проще. Кисло-сладкий вкус кетчупа - часть того, что могло бы помочь в этом; небольшая, откровенно мизерная, но всё же. Информация отложится в голове. Но, прав он был или нет, уже сейчас было очевидно, что Эндрю этой частью стать было гораздо сложнее. Оба попутчика Марианны отреагировали на её вопрос одновременно:
- Перестань!
- Нет, делай, если хочешь.
Сонни хмуро взглянул на своего "помощника" в центральное зеркало, перехватывая его ответный взгляд. Нужно было переговорить с парнем, но сделать это следовало, когда они окажутся наедине, без присутствия Марианны, когда она пойдёт спать, или уроки сядет делать, или там... в общем, не в машине уж точно. Дорога была ровной, прямой, и их машина была пока единственной на ней - так что взгляд Пульса мог задерживаться на лице Эндрю столько, сколько от того потребовалось картинно развести руками, нехотя соглашаясь с шефом:
- Ладно. Жужжи на здоровье.
Далёкие деревья неторопливо, но верно приближались, становились всё больше и выше, пока в какой-то момент всё, что высвечивалось фарами, кроме асфальта и дорожной разметки, и не оказалось одними деревьями; машина вскоре свернула с шоссе, и стало возможно расслышать шуршание гравия и земли под её колёсами, но трясти намного сильнее не стало - высокая подвеска автомобиля довольно удобно компенсировала эту разницу. Дорога была знакома Сонни и Эндрю уже неплохо, они преодолевали её несколько раз, когда готовили домик к приезду Марианны. Вокруг - было сколько тихо, столь и темно; тот скудный свет, что ещё привносило небо после заката, почти полностью прятался за верхушками деревьев, так что практически всё, что можно было разглядеть вне салона, умещалось в свете автомобильных фар, слегка искажавших настоящие цвета - впрочем, смотреть тут было особенно и не на что. Лес наверняка был обитаем, но все животные находились гораздо глубже. Настолько крупные, во всяком случае, чтобы представлять интерес для охотников - или опасность для них. Машина свернула ещё раз, древесные стволы сменились видом небольшого бунгало; затем погасли фары, заставив его снова скрыться в темноте. Автомобильный мотор прекратил свою вибрацию, свет приборной панели тоже растворился, забрав с собой все показания приборов.
- Да, мы на месте. - улыбнувшись Марианне (хотя и вряд ли она могла бы видеть эту улыбку теперь), Пульсоне толкнул дверцу автомобиля, выбираясь наружу. Свежий вечерний воздух, в лесу превращаясь в несильные и нерегулярные сквозняки, коснулся его волос, пошевелив прядь на лбу, и он повторил его движение рукой, проведя от своего лба ладонью назад, к затылку. Это дуновение, поддерживаемое почти полной, гулкой тишиной, внушило ему какое-то облегчение и спокойствие, они разминулись с копами, они доехали в целости, и теперь этот небольшой домик казался чем-то, что сделает их безопасность абсолютной. Хлопнула дверца с другой стороны - отсидевший себе всю задницу Эндрю тоже поспешил выбраться из машины и направиться к дому прямой наводкой. Притом тот факт, что девочка осталась пристёгнутой на сидении, его явно озаботил не слишком.
- Помочь тебе?.. Давай помогу. - открыв дверь со стороны Коутс, Сонни перегнулся через её колени, скрывшись наполовину в салоне, пытаясь найти язычок ремня - это получилось не сразу, пришлось повозиться; но когда нашёл, придержал он его в руке, чтобы тот вернулся на место плавно, не задев Марианну или его самого по пути, заодно и отгибая немного ремень, дабы она могла выбраться. - Тебе, наверное, лучше будет снять очки сейчас? А то ты ведь не видишь ничего. - заметил он попутно, но не стал совершать попыток снять с неё очки самостоятельно - просто на всякий случай, опасаясь возможной негативной реакции от такого самоуправства. Технически - ему ведь не стоило таких уж больших трудов довести её до дома и за руку; даже если он её донёс бы и на руках до порога - не перетрудился бы. Это было бы как-то глупо, наверное, неловко, но в подобной ситуации в целом - на глупость и неловкость было уже бессмысленно оглядываться. Вместо этого, Пульс просто коснулся её ладони своей, предлагая взяться за неё. Он понятия не имел про проблему ярких вспышек - да и про пожал в школе не слышал: общение с несостоявшимся пасынком как-то само собой сошло на нет, по причине этого же самого "несостояния", вполне обычной и понятной.
Домик встретил их мягким теплом - происходившим со стороны, не успевшей ещё остыть после их отъезда, небольшой железной печки цилиндрической формы, стоявшей в углу гостиной и выпускавшей от себя длинную трубу, которая скрывалась прямо в потолке, и дальше следовала через крышу, выпуская наружу дым. Небольшая поленница находилась тут же, неподалёку от неё; и срубы были ещё достаточно свежими, чтобы по помещению слегка разгуливался мягкий древесный запах. Эндрю, присевший у печи, как раз чиркал спичками, чтобы разжечь печку вновь - разогреть обещанный ранее ужин. Видавшая виды, явно находившаяся в этом домике ещё с тех самых пор, как он был построен, чёрная чугунная сковорода уже стояла на верхнем борту печки. Её накрывала светло-бежевая крышка.

[LZ1]САНТИНО ПУЛЬСОНЕ, 45y.o.
profession: gangster
[/LZ1]
[NIC]Sonny Pulsone[/NIC]
[AVA]http://s7.uploads.ru/I2Xg3.png[/AVA]

+1

13

[NIC]Marianna Coates[/NIC][SGN]


[/SGN][AVA]https://d.radikal.ru/d37/1811/bb/db332e9d1824.jpg[/AVA][STA]Royal Pawn[/STA][LZ1]МАРИАННА КОУТС, 14 y.o.
profession: ученица средней школы.
[/LZ1]Кетчуп — отличный соус, на самом деле. Многие недооценивают его из-за распространенности или каких-то других причин. А это один из немногих продуктов, которые заставляют активизироваться все вкусовые рецепторы во рту, отвечающие за восприятие соленого, сладкого, кислого и горького/острого вкусов. По крайней мере, так говорили по телевизору. В остальном, небольшой отрезок дороги, проведенный в машине завершился под мерное жужжание, которое издавалось из твоих органов, за здоровье которых ответственны отоларингологи. Порой жужжание приостанавливалось, когда тебе нужно было сделать вдох или выдох.
В общем, машина доехала до какой-то постройки, точнее жилого дома, и мужчины начали выходить из машины. Ты терпеливо стала ждать до тех пор, пока кто-то не откроет дверь и не отстегнет ремень, потому что сама ты не дотягиваешься до заглушки или язычка устройства. В отличии от Ника, что закрепил на тебе это устройство, в этот раз услугу оказывает Клифф. Причиной тому было то, что "ассистент" отправился к дому. Водителю же потребовалось чуть больше времени из-за темноты сгущающихся сумерок, ну и снаружи это сделать, наверное, сложнее. В этот раз тебе удалось разглядеть профиль второго человека, так как взгляд было убрать особо некуда. Он напоминал ладью полностью, без каких-то особых различий или сносок. Даже лицо обладало какими-то квадратно-прямоугольными чертами. При этом они выглядели угловато даже там, где изгиб должен быть больше и круче, как например уши, брови или нос. Губы тоже были какие-то прямые и тонкие, без посторонних черт. Одни прямые линии, ну максимум ломанные. Но вот Клифф вытаскивает меня из объятий заднего сидения машины.
Да, хорошо. — руки потянулись к лицу и сняли очки, открывая взору Клиффа твои глаза. Да, в них темнее видно, чем при солнечном свете, но предметы и вещи вполне различимы. К тому же, люди, которые с тобой общаются, зачастую не оставляют тебе никакого выбора и варианта. — Нет, я хорошо вижу... и Вас тоже...
Когда меня коснулись, я одернула руку. Мне не нравятся прикосновения к себе. Но какого-то вида страха или отвращения на моем лице не было, да и продолжала я сидеть практически в той же позе.
Не нужно, я сама дойду. Это этот же дом? — произнесла я, выйдя из салона машины и не забыв прихватить свои вещи, который перестал быть таким гостеприимным и стал заметно охлаждаться без тепла работающего двигателя. Дальше я спокойно прошла к жилому месту. Как всегда было неприятное ощущение прежде, чем войти в незнакомое помещение. В голове роется огромное количество предположений каким будут комнаты изнутри, какого цвета стены, полы и потолок, а также другие различные детали интерьера и расположения мебели. Дверь открывается и ты видишь довольно аккуратный дом изнутри. Внимание привлекла непонятная конструкция, у которой что-то делал Ник. Ты никогда не видела ничего подобного.
А... что... что это такое? Мама всегда готовила еду на плите. — произнесла ты, наблюдая за манипуляциями. После того, как твои ноги пересекли порог дома, а за спиной закрылась входная дверь, ты продолжала держать свои вещи, ожидая момента, когда Клифф или Ник объяснят где ты могла бы устроиться.

+1

14

Осознание того, что глаза девочки он видит, по хорошему счёту, первый раз за всё время их знакомства, потому что они всю дорогу были скрыты за тёмными стёклами очков, приходит как-то не сразу; но почему-то - именно это и кажется удивительным... ну, что ожидаешь, когда смотришь в глаза человеку, который, скажем так, нездоров - нездоров, что тоже немаловажно, ментально? Чего-то... ненормального. Странного. Отличного от обычного, что само по себе выдаёт, что с человеком что-то совсем не в порядке, и отклонение во взгляде прекрасно объяснит отклонения и в его поведении. Но всё было не так просто; ирония заключается в том, что это-то - и было странно, будто Сонни не нашёл чего-то, что должно было там быть, но при этом... не заметил этого недостатка сразу. Ожидая того, что что-то будет так - не понял, что же именно это было или не было. Взгляд у Марианны был самый обыкновенный для подростка её возраста, если, конечно, можно применить такое определение для "зеркала души" вообще - среди которых одинаковых быть вроде и не может, и не должно... она его быстро отводит, а вечерние сумерки только помогают его укрыть.
Пульс тоже отдёгивает руку, словно в отражении её движения - не то от неожиданности, не то как раз-таки потому, что мог бы ожидать подобной реакции. Мог бы ожидать и худшей, на самом деле; в этом была главная сложность - он не знал, чего именно ожидать, и несмотря на то, что пока всё шло более-менее гладко, всё равно присутствовало ощущение, что в любой момент, абсолютно в любой, всё может пойти наперекосяк. И он не мог забыть об этом... соответственно находился в какого-то рода напряжении постоянно. И не считая это, с одной стороны, слишком плохим свойством, - с другой стороны, понимал, что оно не должно присутствовать вечно, но не знал, как с ним справиться, и как не делать это напряжение - взаимным; надеялся, что либо привычка даст это знание, либо всё просто закончится раньше, чем он и успеет привыкнуть. Так было бы ещё лучше. В каком-то почти инстинктивном, не поддающемся ни собственному контролю, ни собственному объяснению, жесте, он заводит протянутую ранее ладонь за спину, будто спрятать её желая от Марианны, чтобы та её не нервировала. Осознание наивности такого поступка пришло чуть позже, и пальцы за спиной сжались в кулак, но затем разжались обратно.
- Да, это он. - всё же сохранив руку в том же положении, заведённой за спину, второй рукой Сонни закрыл дверцу автомобиля, и поспешил поравняться с Коутс, стараясь принять позу как можно более непринуждённую, но при этом - и важную тоже. Нельзя было выходить из образа соцработника, ответственного за неё и её судьбу - вернее, можно было, но стило, если они далее не хотели удерживать ребёнка тут одной только грубой силой; возможно, Эндрю бы этот откровенно разбойный вариант и устроил бы больше... хотя на самом деле Пульс и не был уверен, что он жесток настолько, насколько хочет казаться. Трудно было бы сказать сейчас и за себя самого. Та возможность выбора, с которым он сталкивался сейчас, была одной из тех вещей в жизни, которая кажется чем-то безусловным. Вероятность того, что придётся пересечь эту условность, искажала его самого - с обещанием того, что что-то и совсем переломится, если через неё и впрямь нужно будет переступить.
Дверь слегка хлопает, прикрываясь за ними, щёлкает замок и раздаётся бряцание связки ключей - Сонни прячет ключ в карман затем; двери они будут держать закрытыми - по причинам, список которых будет довольно длинным, и наличие диких животных в относительной близости в нём будет занимать в этом случае не первую строчку, но объяснить это действие будет проще именно таким фактором... наверное. Если, конечно, вопросы вообще последуют - девчонку же заинтересовало сейчас больше другое...
- Ты чё, печки никогда не видела? - насмешливо хмыкнул Эндрю, оглянувшись через плечо назад, на Марианну; но уже из-за её спины Сонни продемонстрировал сообщнику тот же самый кулак, который сжимал на улице, и, проворчав что-то себе под нос про чью-то маму, парень вернулся к своему занятию; спичка, наконец, чиркнула, подпалив клочок газеты, который придерживал двумя пальцами - став открытым, пламя слегка разгорелось, и когда оно охватила бумагу с достаточной силой, Эндрю отправил его в печь, подсунув под щепки. Дверца осталась пока открытой - разгоравшемуся пламени ещё нужен был кислород, и потому оно было видимым, заставляя повторять движения за собой почти все тени, которые были в помещении - включая те, что отбрасывали Сонни, Эндрю и сама Марианна. Оно же было тут единственным источником света, не считая луча от фонаря, лежавшего на столе и направленного в противоположную стену.
- Это такая печка, да. - указав на печь ладонью, Пульс хотел было тронуть Марианну за плечо - вовремя осёкся, вспомнив опыт предыдущей реакции, и обошёл её, вместо тактильного контакта входя в поле её зрения. Кажется, так было правильно? Ей не обязателен и не всегда приятен зрительный обмен, но оттого как раз не менее важно видеть то, что находится перед ней... и то, как именно это выглядит. А всё новое и незнакомое кажется странным, и неприятным... поэтому нужно предоставлять больше информации, чтобы таким незнакомым оно уже не являлось, - такой Сонни сделал вывод. - Она обогревает помещение, и еду мы тоже на ней готовим. Плиты здесь нет... - а почему её нет - это важно?.. Пульс решил не объяснять причин, если вопросов не последует. Так проще; в том числе и потому, что даёт немного времени на то, чтобы придумать на них ответы... - Пойдём, покажу тебе твою кровать. - взяв фонарь, кивнул Сонни на дверной проход, ведущий в соседнее помещение - и оно же единственное во всём домике, кроме кухни, хотя и довольно просторное. Здесь находился широкий стол, видимо, когда-то давно бывший письменным, но теперь использовавшийся скорее как охотничий верстак - его поверхность была в отметинах от лезвий ножей, которым здесь в разное время охотники разделывали свою добычу; но никаких тушек, естественно, не было - раньше на стене висела лисья шкура, как предмет декора, но и её Пульс и Эндрю спрятали, сочтя, что это может травмировать и так нестабильную психику ребёнка. Вместо этого на столешнице стоял маленький переносной телевизор, он не работал сейчас, но антенна была разложена и торчала под небольшим углом, указывая в сторону единственного окна. Единственная кровать стояла у стены - это была койка с дном, сотканным из пружин, и спинками из металлических прутьев. На ней лежал пышный матрац, и комплект постельного белья, явно новый, и на фоне общей обстановки казавшийся контрастирующим - нежно-голубоватого цвета, с ярким орнаментом, изображавшим плюшевых мишек. В ногах кровати находился продолговатый шкафчик, у которого отсутствовали дверцы, хотя и сохранились петли от них - сюда, возможно, ставили ружья в сезон охоты. Кроме этой мебели, присутствовало раскладное кресло и массивная табуретка; на табуретке лежал свёрнутый в трубочку матрац потоньше, из трубочки этой торчал белый уголок подушки. - Располагайся, как тебе удобнее будет. - Пульс высветил шкаф в луче фонаря, предлагая Марианне положить свои вещи туда; хотя не был бы против, найди она и какое-нибудь другое место для своего рюкзака, если сочтёт его более выгодным.

[LZ1]САНТИНО ПУЛЬСОНЕ, 45y.o.
profession: gangster
[/LZ1]
[NIC]Sonny Pulsone[/NIC]
[AVA]http://s7.uploads.ru/I2Xg3.png[/AVA]

+1

15

Осмотрев достаточно аскетичную и довольно странно выглядящую кухню, на которой штатным коком работал Ник, вопросов о происходящем было бы больше, если бы их можно было сформулировать нормально. Однако Клифф опередил медленные разгон скрипящих и плохо смазанных шестерней в твоем мозгу. Разумеется в иносказательном смысле. Если в мозгах есть какие-то шестерни в извилинах, то значит у человека большие проблемы с возможностью продолжать поддерживать активность и нормальное работоспособное состояние. В общем, Клифф предложил проводить до спального места. Ты насторожилась из-за одной детали.
Мистер Клифф, а почему вы не включите свет? — причина, по которой Клифф светит фонариком выбивались из общего представления о том, как должны выглядеть дома изнутри. — В доме перегорели все лампочки?
В этом месте не ощущалось ни уюта дома, ни каких-то либо еще подобных характеристик комфорта. Даже в детском приюте, куда тебя привезли, пока шестеренки системы поиска фостерных семей, как это принято поступать с сиротами в тяжелый для них момент. Да, в приюте многого не хватало, да и с большим количеством людей тебе контактировать сложнее, но там было ощущение дома. Куда можно вернуться после тяжелого дня или место, которое не вызывало страх. Хотя нет, незнакомцы, незнакомые комнаты с безумным количеством возможных вариантов обстановки. И даже темнота не скрашивает это ощущение подкатывающей паники. Вовсе нет. Наоборот, она заставляет твой мозг напрягаться и дорисовывать детали, где одна задумка зачастую конфликтует с другой, а те в свою очередь не вписываются в картину мира третьей. Это заставляет тебя нервничать. Но в отличии от машины ты не жужжишь. Тебе хочется расслабиться и успокоиться. Ты аккуратно напеваешь, точнее бормочешь под нос текст песни из диснеевского мультфильма... или мультсериала.
Слишком часто беда стучится в двери,
Но не трудно в Спасателей поверить.
Лишь стоит только их позвать -
Друзей не надо долго ждать.
Чип Чип Чип Чип и Дейл к вам спешат.
Чип Чип Чип Чип и Дейл лучше всех.
Они всегда спешат туда, где ждёт беда.
Там, где они всегда успех.
— эти слова и мотив тебя всегда расслабляли и позволяли ощущать легкость и спокойствие. Ты прекрасно понимаешь, что это вымышленные персонажи, но было бы замечательно, если бы они были настоящими и помогли справиться со всеми трудностями, которые навалились на твои хрупкие плечи. Испытания, которые готовы были расплющить взрослого и здорового, в максимально развернутом и подразумевающем много оттенков и смыслов этого слова, человека.
Чип и Дэйл спешат на помощь! — продолжается бубнеж, срывающийся с твоих губ, будто ты пытаешься убедить себя в том, что вымышленные персонажи все таки способны услышать зов. Ведь как известно: крик может затеряться в гомоне мира, а шепот способен пролететь сотни тысяч световых лет и многочисленные преграды.
В общем помещение в доме, где тебе предстоит провести ближайшее время выглядит довольно странно или сомнительно. Дом больше напоминал охотничий домик, если не вовсе какую-нибудь сторожку. И в этой комнате, если судить о дизайнерском видении интерьера, то кровать выбивалась из общей картины. Но тебе ничего не остается кроме как присесть на край кровати и смотреть на то, как Клифф нервно поглядывает в твои сторону, а не постоянно пялится, сверля навязчивым неприличным взглядом, как это делают невоспитанные люди (так мама говорила). Оставалось дождаться ужина и лечь спать, потому что ты довольно устала от переживаний, да и дорога затратила определенное количество времени.[NIC]Marianna Coates[/NIC][SGN]


[/SGN][AVA]https://d.radikal.ru/d37/1811/bb/db332e9d1824.jpg[/AVA][STA]Royal Pawn[/STA][LZ1]МАРИАННА КОУТС, 14 y.o.
profession: ученица средней школы.
[/LZ1]

0

16

В доме и впрямь было темно, слишком темно для понятия нормального жилища, - но Сонни и Эндрю это как раз смущало не более всех остальных аспектов дела, темноты они не боялись, львиная часть их жизней так или иначе проходила в сумерках, и близость и доступность чёрного неба давно уже стало привычной. Не то чтобы это означало, что Пульс в действительности так уж часто смотрел на звёзды, хотя и имел для этого возможность... не мог сказать за Эндрю, но что-то подсказывало, что и его на астрономию не тянуло, как, впрочем, и на какие-либо другие науки вообще. Во всяком случае, за всё время, которое они проводили вместе, Сонни ни разу не видел, чтобы его молодой помощник пожелал выйти из помещения за чем-нибудь другим, кроме как покурить... и то это касалось только тех мест, где курить было запрещено. И вопрос девочки был вполне закономерным и логичным. Настолько, чтобы у Пульсоне имелся готовый ответ на него. Довольно простой и незатейливый, он был и вполне правдивым тоже.
- У нас электричества нет. Есть генератор... - вопрос был вполне логичным; странной, однако, показалась та форма причины, которой её обрисовала Коутс. Перегорели все лампочки... Возможно, это могло бы сойти за такого себе рода лёгкую, не очень может быть удачную, шутку, - если бы не ситуация, в которой они все оказались. Вернее, если бы не тот факт, что голова Марианны работала по-другому, чем у большинства людей и большинства подростков. И он уже не мог быть уверен в том, должен ли воспринимать её вопрос серьёзно, или всё-таки как шутку. Это... ощущение было довольно странным. Похоже на то, словно потеряться где-то, что должно было быть тебе знакомым; вдруг оказаться в городе, где уже был, но в абсолютно незнакомой его части. И понимаешь, что идти вроде бы и недалеко, знакомые улицы где-то рядом, но не знаешь, где именно. Но в отличие от обычных блужданий, всегда присутствует чувство, что уже не дойдёшь никогда. - ...но мы его включаем нечасто, он на бензине работает. Это дорого. - у девочки вроде бы не наблюдалось проблем с причинно-следственными связями до этого, и Сонни решил, что работать и дальше следует именно таким образом. Вроде как, стараясь влиться в её ритм. Он-то с самого начала понимал, что придётся с этим считаться, вопрос был в том - влиться именно как. Впрочем, это могло быть не единственным аспектом, с которым считаться придётся. И если им - двоим взрослым, по документам хотя бы, и здоровым мужикам темнота не казалась чем-то страшным, они оба с Эндрю знали, что в ней нет монстров, и давным-давно уже избавившись от тех фантазий, которые помогают их создавать, с Марианной могло быть по-другому. И не обеспокоиться об этом можно было либо по бестолковости, либо по безразличию. Пульсоне не всегда делал верные выборы в жизни, быть может, но и бестолковым не был; безразличным к Коутс его делала если не доброта, то сама ситуация. - Это проблема, тебе страшно в темноте? - его голос звучит озадачено, и это худо-бедно можно охарактеризовать, как заботу. Сонни - не злой человек. Ему не доставляет удовольствия причинять людям боль, - ну, исключая тех случаев, когда есть люди довольно специфические, но Марианна не относится к ним, она просто случайная личность. Сложно отнести его и к социопатам, которым плевать на чьи-либо страдания и переживания в принципе своём. Это выводит на ещё одну часть внутреннего конфликта: ему даже жаль Коутс, его деморализует то, что он делает сейчас, но при этом - понимает, что в этом плане её вроде не за что жалеть. Она попросту не знает, что происходит. И этот обман не лишит её чего-то... чего она уже лишилась, в общем-то. Вот только как это объяснить ей, если потребуется - чего бы как раз не хотелось, - когда даже самому себе это объяснить не получается толком?
Это сводит с ума. Ему хочется закурить... Отголоском сознания он понимает: ещё немного, и захочется выпить, а вот этого делать уж точно не следовало.
И песенка, которую она вдруг начинает напевать себе под нос, - давит на сознание ещё сильнее. Тем более, что мотив её кажется каким-то знакомым, отдаваясь в памяти, но он не может вспомнить, где её слышал, как, когда. Песенка не вспоминается ему, как что-то приятное из детства, для этого он был всё же немного староват, но она поднимает какой-то слой сознания. Зарытый где-то глубоко, подгнивший, - оттого ещё страннее, и даже страшнее. Шёпот Марианны - как какое-то заклинание. Чтобы справиться со злом... а ведь его здесь представляет он.
- Ты по-моему великовата уже для этого мультика, нет?.. - Эндрю врывается, как обычно, с ехидной усмешкой, перечеркивающее молодое лицо наискось, - в его глазах Марианна просто умственно неполноценная, но сейчас это отношение даже помогает. Пульсоне всё-таки вспоминает, кто такие Чип и Дейл. Не то чтобы в деталях, но сейчас подробности и не были нужны.
- Там всё готово, можете садиться. - кивает Эндрю на проём и тут же скрывается в кухне, только слышно, как тарелки соприкасаются со столом. И в воздухе слышен запах пищи: нельзя сказать, что он его наполняет - скорее он проникает в комнату, крадучись, словно стараясь остаться незаметным, но всё равно оставляя след. И вот теперь Сонни чувствует, что проголодался. Сегодняшний день был той ещё нервотрёпкой - как несколько дней до, и какими обещают быть несколько дней после. У кого-то аппетит так пропадает. У кого-то - разгорается только сильней.
- Может, телевизор включить? Хочешь? - предлагает Пульс перед уходом, кивая на походный телеаппарат; он может работать и без электричества, не постоянно, на какое-то время - но этого хватит, чтобы занять Коутс, и чтобы стало немножко светлее. Правда, он сомневался, что в такое время показывают мультики...

[LZ1]САНТИНО ПУЛЬСОНЕ, 45y.o.
profession: gangster
[/LZ1]
[NIC]Sonny Pulsone[/NIC]
[AVA]http://s7.uploads.ru/I2Xg3.png[/AVA]

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальное время » Атака Гроба