в моём мире гаснут светлячки. я так много курил в тот вечер, когда ты уехал. так и не застал тебя дома, простоял на улице в пальто на голое тело... читать дальше

внешностивакансиихочу к вамfaqправилакого спросить?вктелеграмбаннеры
RPG TOP
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 10°C
Jack /

[telegram: cavalcanti_sun]
Jere /

[icq: 399-264-515]
Mary /

[лс]
Kenny /

[icq: 576-020-471]
Kai /

[telegram: silt_strider]
Francine /

[telegram: pratoria]
Una /

[telegram: dashuuna]
Amelia /

[telegram: potos_flavus]
Anton /

[telegram: razumovsky_blya]
Darcy /

[telegram: semilunaris]
Ilse /

[telegram: thegrayson]
Matt

[telegram: katrinelist]
Вверх

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Degree Day


Degree Day

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Degree Day
Сакраменто | 25-26 мая 2018 | вечер и ночь с пятницы на субботу

Dexter Mayhew & Emma Morley
http://funkyimg.com/i/2NXz1.gif http://funkyimg.com/i/2NXz2.gif

Выпускной. Универ позади, впереди - взрослая жизнь. И между этим двумя шагами осталась одна ночь...

+1

2

Мы виделись с ним трижды в неделю - посещали одни лекции - только он всегда сидел на галёрке, в цветнике то и дело дико смеющихся обожательниц, а я впереди, возле кафедры преподавателя, среди себе подобных чахликов до науки. И ладно бы мне действительно было хоть какое-то дело до науки. Всё моё ученичество сводилось все эти годы только к страху внезапно осознать, что делать мне больше нечего, что ничего от меня более не требуется. А он был честен перед самим собой, вот и всё. Хотел трахаться - трахался. Благо, обстоятельства располагали. И никогда не видел меня. Я наряжалась в эти дни, как на праздник. Надевала темно-синее платье чуть ниже колен с белым воротничком и всегда мыла голову... Нет-нет, конечно же не для него! Не для того, чтоб он увидел, оценил... (Ну да, хорошо, или потрахался со мной, так, в мимолетной шутке воображения.) Просто, если вдруг его взгляд натолкнется на меня (случайно ведь чего только не заметишь в этом мире), чтобы я - не увидела выражение брезгливости на его лице. Не заинтересованности - упаси, Боже! - нет, даже не любопытства... Мне надо. Чтобы не было. Брезгливости.
Я не уверена, что пережила бы это.
Господи, почему я была такой дурой?! Хотя, почему "была"? А сейчас я кто? Нарядилась в это шелковое серое с голубым платье, открыла колени - и, чтобы никто не догадался - обулась в новые осенние ботинки. Надеялась ли я, что повторится история с одноклассником, и Декс пригласит меня танцевать? Не думаю. В меня просто не вливается столько алкоголя. Но, впрочем, уже всё, вот мы сейчас расстанемся с ним на площади, он с пойдет в одну сторону, с Каллумом, своим уже бывшим однокурсником из телевизионщиков, а я - я пойду и продолжу бухать с Тилли, с моей вечной старой доброй наполненной гормонами Тилли. Какая умница, эта Тилли, сегодня. Вот просто взяла и подарила мне праздник напоследок. Спасибо, Господи, за ее гормоны! Мы возвращаемся по домам так близко друг от друга, почти вместе! Я слышу его голос добрых полчаса. Он такой вязкий от выпитого алкоголя и от долгих многообещающих медленных танцев с уже затосковавшими по нему поклонницами. Он такой... Я беспросветная дура, но я так не хочу, чтобы мы расставались! Может, они что-нибудь забыли в универе и надо вернуться? Сейчас, без двух минут шесть следующего дня, пока есть время до отрезвляющего рассвета, Тилли ведь и увязаться за ними может, а я, конечно же, поною, что пора идти, что они мне все надоели до чертиков... Ну давайте! Этот момент, он уже наступил, ведь вот сейчас уже всё, и эта его походка, выдающая уверенного в себе харизматичного самца - коих я в принципе презираю, только не в этот раз - теперь сниться будет мне до самой старости, если она вообще когда-нибудь наступит... Лицо его, такое милое, изнеженное вниманием и заботой, растворится в волнах моей скуки, и начнет преображаться в нечто собирательное, не имеющее отношение ни к Декстеру, ни к моим лирическим изысканиям, о которых он никогда не узнает.
- Тилли? - что это с ней? Что это за внезапная волна страсти к Каллуму?
Мне осталось неведомо чудо нечаянного пьяного просветления, к которому вдруг пришла моя Матильда: когда Декстер сынициировал обнимашки, я осталась стоять в стороне, растопырив по обыкновению ноги и сгорбившись от показной подростковой насмешливости к подобным сентиментальным выходкам.
Боже, зализались, как помолвленные перед смертью! - закатываю глаза и ною своим противным блеянием:
- Тилли! Тилли, пошли, пора домой.
Не верю своему счастью - мы наконец-то что-то делаем вместе! И это не тот случай с напитком и моей блузкой. Это реально совместное ожидание. В двух метрах друг от друга. Да ладно? Закусываю нижнюю губу и нелепо скрещиваю внизу пальцы. Сейчас как раз получилось то самое небывалое "мы", о котором и не мечталось всерьез ни разу.
Думаю ли о таком же вот как у Тилли поцелуе? О, нет, слишком жарко для меня, гоню даже предпосылки всех этих гадких мыслишек! Прочь! Разлепляйтесь уже и проваливайте! Для прощального подарка, мне и этой двухметровой близости с Дексом хватит.
Он зовет Каллума, а у меня в душе всё замирает: зачем Бог дал ему этот голос? Наглый, и в то же время, тёплый, будто бы ласковый, хоть и насмешливый, пофигистский. Как? Как это делается?!
До свиданья, Декстер. Пора разрывать это мы. Я слишком пьяна для этого утра.
А дальше всё, как в кино, как в замедленной съёмке. Его бонет летит в Каллума, а попадает в Тилли, Тилли возмущается, а я уже знаю, что теперь он заговорит... После подобных действий всегда тянет перед кем-нибудь оправдаться.
А кроме меня тут и нет никого...

Отредактировано Emma Morley (2018-12-09 22:39:41)

+1

3

Сентиментальность - это не про меня. Однако сегодня, к моему большому удивлению, накатило это незнакомое до селе мне чувство. Конец чего-то старого всегда означает начало чего-то нового. И вот ещё один этап жизни позади, впереди открытые двери к тысячам возможностей. Я думал, что долго ждал этого дня, а сейчас вдруг осознал, что совершенно не представляю свое будущее. В стенах универа я чувствовал себя "при деле". А вот что дальше? Кабельный канал и шоу для меня - по большому счету, слишком призрачная перспектива. В одночасье я не получу ни славу, ни признание, к которым стремился последние годы. А это ли мне надо? Уже и не знаю. Непостоянность и метание от одного к другому. За это меня упрекает отец, из-за этого расстраивается мать. Я разочаровал своих родителей. И теперь бы не разочаровать самого себя. Знаю, что хочу добиться успеха, стать гордостью родителей, чтобы у меня было много женщин. Но в этом ли заключается успех?
Очередной стакан красного сухого выветрил из моей головы тяжкие размышления о будущем. Напоминаю сам себе, что сегодня выпускной, типа праздник, надо веселиться!
[indent]
До рассвета оставалось от силы часа два-полтора. Мы, пьяные, галдящие, вчерашние студенты, а сегодня выпускники, гурьбой идем по узкой улице. Сонные домики вдоль тротуаров будто бы с укором смотрят на нас, а эхо наших голосов разлетается по всей округе. К моменту, когда дошли до круглой площади с фонтаном в центре, наша компания заметно уменьшилась. Все разбрелись, кто по домам, кто по подворотням, чтобы пообжиматься.
- Хэй, Каллум! - похоже, мой приятель тоже готов утащить девчонку куда-то в уединенное место. Вообще-то, мы с ним собирались продолжить гулянку на квартире сестричек Родригес, двух сговорчивых латиноамериканок, исправно ублажавших меня вот уже несколько месяцев своими искусными ласками. Думал, сегодня в честь окончания универа, познакомлю с мастерицами и Каллума. Но, похоже, придется идти одному. Не плохо, конечно, мне больше достанется. Но идти пешком еще два квартала в одно лицо скучно.
Хотя... Почему в одно?... Мутным от вина и бессонной ночи взглядом вылавливаю в предрассветном сумраке скромно стоящую в стороне девушку. А, подружка этой самой Тилли. Молчала всю дорогу. Свет угасающей луны отражается в ее круглых очках. Мне кажется, что в этом есть что-то привлекательное. Огромные глазищи за стеклами очков. Пухлые губы различимы даже в темноте. Бонет смотрится так забавно на ее пышной шевелюре, а у меня возникает желание увидеть ее без мантии выпускника, что не дает оценить ее фигуру взглядом. Мотаю головой, отгоняя такие мысли. Для моих мимолетных желаний есть другие особы.
- Кажется, мы не знакомы? - глупо улыбаюсь, припоминая, так ли это. Впрочем, для меня это не столь важно сейчас. Не знакомы, так познакомимся. Сестрички Родригес подождут, а я же не могу бросить девушку одну посреди улицы. Тем более и моему приятелю, и ее подруге совершенно не до нас. Парочка самозабвенно целуется у фонтана. - Раз уж нас кинули, давай я провожу тебя до дома.
Фокусирую на ней более внимательный взгляд и замечаю, или мне это только кажется, некую взволнованность. Чепуха! Не до такой же степени она тихоня, чтобы теряться в компании парней.
- Идем уже, - подхожу ближе, легкомысленно кладя руку на ее плечо, приобнимая.
Честно говоря, мне было все равно, о чем почти без умолку болтала девушка. Я слушал ее голос, а не слова. Кажется, она спрашивала, кем я вижу себя в будущем. Давай не сегодня, ладно? Мы только получили дипломы!
Ей-Богу, мне ничего не оставалось делать, чтобы заставить ее умолкнуть! Поцелуем. Наверно, с моей стороны это было нагло. Не дав договорить девушке, сгреб ее в охапку и без предисловий поцеловал. Не дав вздохнуть, отстраниться.
Если целью было просто прекратить болтовню, то на этом можно было бы и остановиться. Но мягкие губы, хранившие вкус вина, опьяняли. Страсть во мне вспыхнула мгновенно. Я с самого начала вечера был настроен на секс. И в этот момент я не мог, и не хотел сопротивляться притяжению, возникшему к Эмме. Охватившее желание полностью отключило мозг работоспособности. И только что-то неуловимое в сладких губах девушки удерживало меня на грани. Иначе я бы уже запустил наконец руки под ее мантию и исследовал все изгибы девичьего тела.

+1

4

ЧТО?.. Да нет, не может быть. Он заговорил со мной?..
- Хм...  - смешно... Ведь он не подкатывает, да? - Вообще-то знакомы, - улыбаюсь как-то глупо. Наверное, надо было сначала выдохнуть, чтобы... Вот так, да... Так значительно лучше.
Улыбается, старается вспомнить. Да куда уж тебе? То есть, мне, конечно же, мне!.. Не бери в голову... Поясняю:
- Виделись как-то...
Ну да, опустим те моменты, когда видела тебя я, это неважно, а вот ты меня видел едва ли, конечно... Поясняю-2:
- Ты завалился на мой день рождения, - о, вот этот тембр голоса мне нравится гораздо больше, продолжай в том же беспечном духе, Эмма, умоляю тебя, не сбивайся с тона! - Обозвал меня Джули, - и, главное, дыши.. да, и смешинок поменьше. Всё, заканчивай хмыкать! - ... и залил красным вином мой топик.
Отлично вообще! Еще и вино помню. Молодец! Дала понять парню, что дофига злопамятная ты зануда. За-ме-ча-тельно!
Поднимаю глаза со страхом: вот сейчас он уже и отвалит. Но его взгляд фокусируется на мне еще более цепко, чем раньше. Вот это действительно то еще испытание!..
- Я Эмма! Эмма Морли! - зачем??? - тяну руку для рукопожатия. Типа: вот и познакомились. Круто. Еще бы не паясничала так. Боже, ну и зажим!!!
Я потрогала его. За руку. Вот и отличненько. Пора домой, да?..
... Проводить меня? Ты?.. Наверное, глаза у меня норовили вывалиться за оправу очков, потому, что судя по тому, как изменилось его лицо, он еще не понял, смеяться надо мной или сразу передумать меня провожать.
Так судорожно сглатывать точно не стоило: подумает еще, что я его за насильника тут держу! Улыбаюсь кривенько и опускаю голову, мол, согласна, если ты не изменил своих намерений.
Боже, ну как же это всё глупо! Мечта идиотки сбывается прямо у нее на глазах, а она совершенно к этому не готова.
И вот мы идем. И вот я болтаю о чем-то... Об учебе, о планете, о лекциях, о преподах, которых мы с ним больше никогда не увидим (Боже, спасибо тебе за это "мы", снова)... И всё так сумбурно, перескакивая с одной темы в другую, как испуганная первоклашка на вступительных испытаниях...
- Ну вот мы и пришли, - интересно, он хоть что-то мне отвечал? Почему я не слышала?.. Едва не сказала "как жаль, что я тебя больше тоже никогда не увижу!" И вообще! Почему, ну почему я живу так близко к универу?
- Дебаты - это, конечно, хорошо, говорить-то все умеют! - это я снова перескочила на своего любимого экологического конька. Тараторю, как ошпаренная перед казнью. Что я делаю вообще! Отпускай его уже, Эмма!
Но, Господи, этот его физиологический взгляд... Хищный, сладкий, немного похабный, но одурманивающий наповал - и я уже ничего не могу, только долепетать, пока его лицо приближается:
- Но надо же еще и дейс..тво..вать.
Все слова падают внутрь, теряются где-то в недрах гетров - и я исчезаю на время с такой беззащитной без моего неусыпного ока планеты Земля.
Его губы требовательные, ненасытные. О, да, он знает свое самцовое дело. Но я-то, я? Так и буду тут стоять и сикать от счастья??? Или я всё-таки Эмма, мать ее, Морли?!! Оло, Эмма! ПРИЁМ, ТВАЮМАТЬ!
Я заставила себя оторваться, я смогла! Я просто вытянула руки вперед, хотя он к этому и был готов, даже, по-видимому, только раззадорился. А вот с этим я вряд ли умею справляться...
Он снимает мои очки и улыбается. Коротко так, словно воздуха набрал перед прыжком в воду.
- Господи... - теперь целую его я! Я ведь тоже тут чего-то да хочу, правда?
Только теперь бы понять, чего именно... Неужели того самого?
У-ух, как сердце-то ёкнуло... У него, конечно же, это всё на поток поставлено, без сучка, как говорится, без задоринки, конвейером, так сказать... Ну а я-то, в целом, не то, чтобы прям опытна в данном вопросе... Нет, всё понятно, чудо - оно не спрашивает разрешения на место и время в твоем личном графике неотложных дел, и разве не об этом я мечтала все эти четыре долбанных года?!?!! Но... Но!
Мы вваливаемся в поцелуе в мою с Тилли оплаченную еще на четыре дня вперед квартиру. Где-то она будет сегодня ночевать - надо ли мне это знать? Не думаю. Я ни о чем теперь не думаю, я вообще еле дышу, я потеряла счет времени в пользу сорвавшимся в чудовищный ураган ощущениям восторга и неистовства... Я просто умираю и наконец-то живу - одновременно.
Моё тело хочет большего, его тело этого большего требует. Шапочка срывается на пол, мантия расстегивается. Платье. Ох, как же в нем жарко, Боже! Только не останавливайся. Не отрывайся от меня.
НЕТ.
ТАК НЕЛЬЗЯ!
Я слишком согласна, слишком! Я же не шлюха... Он не должен думать, что я...
Отрываюсь от него снова. Моё платье! Где оно? Беру себя в руки. Надо договорить, прийти в себя. Мой голос, он поможет мне найти реальность и снова обрести своё гравитационное поле. Задыхаясь, шепчу, отступая от него:
- Чтобы сделать мир... лучше.
О, он согласен. Да, об этом говорят его руки, плечи, лоб, даже губы, но.
Но надо остановиться, всё равно, что бы там ни было, как бы он ни был сейчас притягателен. Я смогу. Это просто. Я ведь не асс. Я ведь смешна сейчас. Даже сейчас! А что будет после? Фиаско? Ладно бы с кем-то другим, но с ним - как пережить фиаско с ним???
И вообще надо разуться. Не в ботинках же, право.
Сажусь на кровать. Какая же жалкая у меня конура! Собиралась к нему на выпускной - покидала всё, как придется. И вот он, позор. Ну здравствуй, давно не виделись. Свинья, неряха!... Боже, почему так голова-то кружится??
Стыд накрывает меня волной еще большей, чем до этого накрывали страсть и желание.
Я уже остановилась, уже. Даже уговаривать себя больше не надо. Теперь бы просто исчезнуть. Говорю жалко-веселеньким не-своим голосом:
- Ну хорошо, выпускник... Ну и кем ты будешь, ну, скажем, в сорок, а? - не смея поднять головы, я разуваюсь. Но зачем??? Я ведь ничего не собираюсь... А как быть? О! Туалет! Моё спасение.
Боже, как же всё банально! ПОШЛО! Противно от самой себя настолько, что надо сбежать срочно, не глядя ему в глаза. Нажимаю на кнопку радио своей старенькой магнитолы, еще дисковой, слышу приятно согревающие звуки джаза и отшучиваюсь более подходящим к моему лицу сарказмом. Всё-таки я змея. Не для меня все эти нежности. Или нет, не змея - ящерка. Сейчас, вот-вот, хвост отвалится - и всё хорошо будет, привычно, хладнокровно, пресмыкающе.
Веду себя, как старая бабка. Даже сгорбилась вся. Обзываю его снобом зачем-то. Уже и не помню, под каким аргументом, брошенным походя, через плечо, свалила в ванну. И сижу теперь тут, жду, когда он исчезнет... Ведь исчезнет же. Как пить дать. Сейчас уже светло, наверное... Да и спать пора. Или заснул? А вдруг заснул? А я тут...
Жалкая, страшненькая, ничем не примечательная ТРУСИХА!
Проверить?

Отредактировано Emma Morley (2018-12-20 16:19:58)

+1

5

Наверно я был слишком пьян, когда завалился на день рождения этой девчонки. Потому что в упор не помню ничего из того, что она мне рассказала. И помнит же подробности... Стоит ли извиняться за то, что тогда облил ее вином и назвал другим именем? Вряд ли оно нужно и ей, и мне, поэтому просто пожимаю плечами, изображая позднее раскаяние.
Забавная эта Эмма все-таки. Кстати, хорошо, что не Джули, терпеть не могу это имя. В какие-то моменты мне казалось, что она больше сама с собой говорит, чем со мной. Мой пьяный мозг отказывался выдавать ответы на ее пространные вопросы, и пока я думал, что сказать, Эмма уже сама давала ответ. И на поцелуй тоже ответила. Более, чем красноречиво. Молодец, девочка. А ведь думал, что придется уламывать и уговаривать.
Улыбаюсь, снимая ее очки, за которыми прячутся дивные глаза. Редко я могу утонуть в глазах девушек, больше прельщают другие части их аппетитных тел. Но эти, цвета горячего шоколада, проигнорировать невозможно. Я четко вижу борьбу в ее взгляде, слабые попытки к самоконтролю. Да ладно? Хочешь устоять? Не со мной, детка! Видно же, что ей самой нравится, хочется. Я готов, я хочу дать тебе то, что тебе понравится.
Дразню ее, целуя в шею, щекоча дыханием нежную кожу за ушком. Черт возьми, мы не подростки, чтобы целоваться возле дома! Нам обоим пора в кроватку, вместе, и вовсе не для того, чтобы спать.
- Идем к тебе, - хрипло шепчу ей и снова припадаю к ее губам в жадном поцелуе. Плохо скрываемое волнение Эммы заводит не меньше, чем кружевное белье на роскошном теле одной из моих подружек. И как только мы оказываемся в ее квартире, наконец стаскиваю с нее мантию. Мои руки уже давно определили, что под шелковой мантией еще есть и платье. Ощущение, что я срываю упаковку с рождественского подарка - долгожданного и желанного, и специально завернутого в несколько слоев бумаги. Нетерпеливо, быстро. С тем же рвением Эмма избавляет меня от рубашки, вместе мы путаемся в рукавах нашей одежды, хихикая в губы друг другу.
- Я сделаю твой мир лучше, прямо сейчас, - обещаю и тянусь к ее груди, касаюсь губами ложбинки меж двух круглых холмиков.
Подталкиваю Эмму к кровати, право, пора уж заканчивать с болтовней. Утро не бесконечное.
Если бы я только знал, что случайно и нелепо споткнувшись о кучку из нашей одежды, обломаю весь кайф, ей Богу, я бы взял эту стыдливую девчонку еще по пути в ее крошечную квартирку! Какая-то секундная заминка, пока я вытаскивал свою ногу из кармана ее платья, вместе с ботинком, изменила все планы!
- Что? - Она правда спрашивает меня, кем я вижу себя в 40 лет? Сажусь на кровать рядом с ней, накрывая ладонью обнаженное бедро, во все глаза разглядывая Эмму. В этот момент вдруг понимаю, что она себя совсем не ценит. Если бы только знала, как красива, вся такая тоненькая и хрупкая, в несуразных ботинках (точнее уже без них) и старомодном белье (к сожалению, все еще в нем), с этой гривой темных кудряшек, огромными глазами, пухлыми губами. Тянусь к ним за поцелуем, говоря: - Понятия не имею. Буду богатым и знаменитым. Эм, ты куда?
Она увернулась от моего поцелуя? Убежала? Неожиданно.
- Эмс... - сидя на кровати, посмотрел вниз, на свои топорщащиеся в районе паха трусы. - Нас обломали?
С трудом в это верилось. Впервые девушка ускользнула прямо из моих объятий. Нет, в себе я уверен, это с ней что-то не так. Мне бы стоило это понять еще раньше, когда она всю дорогу болтала об учителях, которых никогда больше не увидит.
Побег Эммы несколько отрезвил меня. Только теперь я осмотрелся по сторонам. Типичная квартирка студенток. Наверняка она снимает ее с кем-то из подружек. Скорее всего с Тилли, с которой ушел Каллум. Древняя мебель, блеклые обои на стенах. Стопки книг почти на всех поверхностях. За четыре года студенческой жизни я не мало повидал таких квартирок, ночуя то у одной, то у другой девушки. Наверняка где-то среди этих книг найдется и "Грозовой перевал", от которого почему-то фанатеют все студентки. Хоть я и редко бывал в таких квартирах дважды, могу с уверенностью сказать, что все они похожи между собой, как и их хозяйки в своем большинстве. Разве что мне попадались более сговорчивые девушки чем Эмма.
Странная она. Еще и эти вопросы. Мне даже думать не хочется, что будет со мной через двадцать лет. А она уже ждет от меня конкретных ответов. Мы же только универ закончили, у нас вся жизнь впереди!
Из-за двери доносились жалобные джазовые аккорды, а в меня все навязчивее вселялась мысль, что было ошибкой прийти сюда. Хорошо,что не успели переспать. А то начались бы потом слезы и выдуманные обвинения. Не нужные мне телефонные звонки. Так, все, пусть она сидит в своей ванной, а мне пора валить отсюда. Это знак, провидение. Может, и она это поняла? Хватаюсь за эту мысль, убеждаю себя, что Эмма и сама поняла, что это ошибка. И в принципе, правильно сделала, дав мне возможность уйти, навсегда, и не испытывать потом каких либо лишних эмоций. Признаться, я бы и вообще не обратил внимание на нее, если бы на площади у фонтана мы не остались, можно сказать, вдвоем.
Я уже натягивал брюки, когда дверь открылась, на пороге возникла Эмма, облаченная в мантию. Я даже не заметил, что она забрала ее с собой. Зато заметил, что теперь она надета на голое (ну или почти) тело. Шапочка выпускника набекрень. Соблазнительная поза. И я, которого застали врасплох, в попытке бегства.
Вижу, как на ее миленьком личике появляется разочарование. И поражаюсь, как быстро девушка берет себя в руки, тут же пряча свои эмоции.
- Ну... - никогда еще не чувствовал себя так нелепо перед девчонкой. Мне не приходилось оправдываться ни перед одной из них. Но сейчас именно это я и делаю: - Уже утро. Я подумал, что ты захочешь выспаться. В этот момент понимаю, что не могу уйти. Должен остаться. Снова стягиваю брюки. - Но, если ты хочешь... То есть, если ты не хочешь спать, то я могу задержаться. Да... - Разглядываю ее, снова чувствуя, как возвращается сексуальное желание. Черт возьми, я хочу ее. Хочу видеть ее обнаженное тело на фоне этой мантии.
- Тебе идет, - беру Эмму за руку, возвращаясь вместе с ней в кровать, слишком узкую для двоих. Если обычно мне не составляет труда возбудить девушку, попавшую в мои объятия, то с этой маленькой мисс-всезнайкой, совершенно не понимаю, как себя вести. Что за штучка эта, Эмма Морли? Вся наша встреча превратилась в сплошную нелепость.
- Все нормально, - говорю, успокаивая не только ее, но и себя. - Если хочешь, мы можем остаться просто друзьями.
Да уж, что она со мной сделала? Раньше я говорил такое только после секса, отлично понимая, что фактически это означает - расстанемся навсегда и не будем надоедать друг другу.

+1

6

Всю жизнь видеть себя дерьмом, ощущать от себя именно это, и вдруг - получить такой шанс! Целого Декстера, собственной персоной!
Казалось, я схожу с ума, и там его попросту нет. Вот сейчас откроешь дверь - а там нет его, и всё тут. Но как быть, если он всё-таки там?.. Что-то я совсем запуталась.
Какая жуткая перемена во мне, какое несуразное чувство двоякости: с одной стороны я тот же задрот, что и полчаса назад, а с другой - вот она, мечта, бери-хватай, пока не улетучилась! Вижу в зеркале собственное ошалелое лицо, механически хватаю зубную щетку и трясущейся рукой выдавливаю на нее пасту. Обещала же вроде, что от меня не будет вином вонять. Надо хоть ради приличия сделать что-нибудь с собой. Очки... Ах, да, они там, с ним... Вот почему не видно этих дурацких мелких прыщей на лбу...
Ну и вообще. Без очков я еще ничего даже...
Неужели он?... Ну нет, не запал на меня (хоть и очень бы, конечно, хотелось), но... Как это называется? Кхм, готов трахнуть называется это, деточка.
В этом-то и проблема. Потому, что не надо трахать меня. Даже тебе, любимый мой Декстер Мэйхью... Как бы ни хотела я сейчас, может быть, того же, что и ты, там, на кровати... Уф, всё равно передергивает от одной только мысли о том, что вот мы сейчас с ним, с звездой моего сердца, будем сношаться, как сссобаки... аж тошно стало.
В душе накипает неистовая волна сопротивления обстоятельствам. Что это? Капризы? Кокетство? Протест? Но нет, только не так, только не так, как со всеми этими девушками, как бы там у тебя с ними ни было.
Не то, чтобы я считаю себя какой-то особенной, отличной от них всех, просто это ведь неправильно - перепихнуться одноразово, а потом выбросить воспоминание об этом вслед за презервативом, в ту же мусорку. Не получится у меня! У Декстера-то получится, тут не сомневаюсь. Он опять будет думать, что это у него Джулия была на выпускном. Или еще какая-нибудь Анна там, Клэр и прочий хлам. Ну ладно, не хлам. Это просто я в хлам сейчас от всех этих мыслей. Они вылезают из меня, как перекипающая из кастрюли пена. Стоп, хватит! Выключите уже эту конфорку!
На том же автомате выключаю, пусть и не конфорку - кран. Вода затихает, тишина без нее призывает звучным воем к действию. Он там совсем потерялся, небось... Сидит (лежит?), ждет меня... Или уже нет?
Боже, а вдруг удрал? Одумался и всё?...
Так, надо быстренько собраться, хоть выглянуть, на месте он там или?...
Наскоро ополаскиваюсь и растираюсь, дрожит всё: колени, пальцы, локти - всё. Но я кое-как справляюсь с бельем. Хоть чтобы не так вот ушел... Не сбежал. Я себе никогда этого не прощу.
Страшно открывать дверь. Столько незаконченных "если" там, за этой треснутой медной ручкой. Но вот тебе еще одно: если я не открою сейчас эту дверь, я так ничего и не узнаю, и, может быть, именно в эту секунду промедления я теряю его навсегда!..
Жуть. Как быстро меняется во мне пристройка. Под толчком мысли о том, чтобы задержать его, пулей вылетев из ванной, я в последний момент преобразилась в некое подобие совратительницы, чтобы... Чтобы что? Чтобы не выдать испуг? Свои опасения, свои сомнения в том, что он - настоящий, а не плод моего разыгравшегося от давным давно уже выпитого спиртного, которое по всем законам антропологии растворилось в раскочегарившем все системы отрезвления в организме волнения?
Это я так прикрываю просьбу не уходить, да. Ногой вперед. Ногой, обвивающей дверь. Классная поза, что тут добавить. Всё же, несмотря на стыдливый румянец, уже начавший свое победное шествие по моей коже, я продолжаю согласно заявленной афише весь этот бред с перевоплощением в бабу-вамп. Ладно. Где еще у нас не спотыкалось? Спотыкнется и в этом месте.
И точно. Трусы у него, конечно, не самого романтического кроя. Но да и мы тут с нашим порно-костюмом не слишком в тему: вышла-то я во время, парень удрать не успел.
- А, ты, в смысле? Да?.. Уже уходишь.
Жалкий голосок, жалкий вид. Всё как-то слишком плачевно, чтобы мозг был в состоянии оценивать и этот мой крах. Просто буду сидеть и плакать теперь. Или пойду уродовать свое лицо чем-нибудь нехорошим. Пусть уходит теперь. Слишком ничтожна я, чтобы остановить его. Всё сломалось, разбилось, надорвалось и сникло во мне. Этого, конечно, и следовало ожидать. Просто я в очередной раз оказалась к этому не готова.
- И правда утро... - зачем-то констатирую я, неприятно щурясь на исчерпывающе развесёлую прорезь окна. Никогда раньше я так не проклинала яркий солнечный свет на своей задрыпанной шторе.
- Выспаться надо, да... - Мне очень не хочется этого говорить. Но не получается ни говорить путного, ни молчать. Наверное, настолько жалкой я еще не была никогда. Разве что не блею теперь и не плачу. Но это оттого, что отвернулась от него и пытаюсь одеться. Где-то тут была моя черная футболка. О, вот же она, как кстати! Спасибо тебе, футболка!
Декстер... Он говорит что-то. Что-то совсем другое, не то, что я ожидаю, не похожее на него. И голос такой... Надежда пробивается вместе с этим светом из окон в самое далёко-глубоко, о котором я и представления ранее не имела.
"Милый..." - чуть не сказала я. Он берет за руку, и всё во мне отзывается на его зов плоти. И да, это и мой зов тоже... Как бишь я там думала? Отчего-то нельзя было... Отчего же?
Просто этот его взгляд. Умереть же так можно, Декстер! Не смей! - уже улыбаюсь я. Рука нелепо тянется к бретельке, задевает пальцами волосы, и я отвожу глаза. Опять жарко щекам. Да и не только им, скажем прямо.
- Ох уж прям и идет... - начинаю отмахиваться, снова погружаясь в привычное болото стыдливости. Ведь не со мной это всё должно было происходить, правда? Я вряд ли достойна такого доброго утра? И снова не о том... Мне бы надо ему как-то намекнуть о том, что у меня всё всерьез, что я не так, не как обычно это бывает, у него, например...
- Понимаешь... Это у меня всегда очень, ооочень - протянула я для пущей убедительности, - сложно всё... Если не смех, то слёзы, словом. Мучения одни...
Вот так взяла и призналась, что полный ноль в сексе. Без палочки то есть. Что не получится у него ничего со мной.
Кошмар. Эммочка целочка... Сижу, жмусь в только что надетую футболку пижамного типа, не смею поднять голову, не то, что взгляд. Сказанное им снова оживляет меня, заставляет меняться цвет окружающего пространства. То есть, он не в обиде даже? И не смеется? Не даром я влюбилась в него без памяти. Просто он хороший очень. Сам не знает, насколько хороший!..
- "Друзьями"? - удивление выплескивается ему в глаза чистым, свежим, благодарным потоком. Смотрю на него, как на единственного оставшегося в живых после апокалипсиса человека. Что-то во мне всё это слишком. И для меня слишком. Заныриваю к нему (к нам!) под одеялко детским комочком счастья. И правда, не надо было сейчас секса. Всё это необычно, конечно. И дико для него, должно быть. Но именно это его решение отпустило буквально все зажимы в моей голове. Даже неминуемое прикосновение к его руке, а потом и груди - не бьет меня током, не отшвыривает в другой конец комнаты. Он сказал, что мы просто друзья - и это очень важно сейчас для меня, важнее спасения планеты и собственной жизни вместе взятых.
Мой выдох, моя радость столь заметны теперь, что я в полной уверенности, что влюбленность моя прошла, мгновенно сменившись чем-то сродни сестринскому счастью. Его рука, запрокинутая за мою голову, говорит о том, что и он без натуги воспринял это преображение. Мне, правда, всё еще стыдно повернуться к нему лицом, да и страшно потерять эту вдруг пришедшую смелость и легкость: он, всё-таки, мужчина... Но я верю ему: в конце концов, дружить с девушкой - это тоже опыт. (И это хоть как-то обнадеживает в плане возможности дальнейшего общения, если уж на то пошло.) У меня вот никогда не было такого друга, как Декс. Который, в смысле, стал другом именно после поцелуя и обоюдного желания близости, а не до него. Так-то друзья всё чаще заканчивались после поцелуев...
- Друзьями... - улыбаюсь я. И вдруг в голову приходит идея, которую озвучиваю, не мешкая, чтоб не передумать, если что:
- Слушай, Декс... Если дождя не будет, проведем день вместе?
Сон уже проникает в утомленное всем пережитым этим ранним утром сознание. Голос Декса успокаивает, обещает что-то чудесное, с продолжением. Да так, что я понимаю: никогда прежде так сильно не хотелось жить.

Отредактировано Emma Morley (2019-01-21 18:49:28)

+1

7

Предложение остаться друзьями было высказано случайно, я тупо не успел удержать себя за язык, поняв, что, кажется, догадался о причине, по которой Эмма такая зажатая и смущенная. По ходу, она того, девственница! Слово какое-то дурацкое! Как и мое положение. Таких у меня еще не было, и я не хотел бы становиться у какой-нибудь девчонки первым мужчиной. С ними ведь надо устраивать все эти телячьи нежности, обнимашки, которые так любят невинные девочки. А я предпочитаю страсть, огонь. Внутренний голос подсказывает мне, что зря я не ушел, когда еще можно было. А теперь нельзя. Никак. Взгляд Эммы не отпускает.
Ладно, признаюсь! Мне просто стало жалко девчонку. Она старалась казаться соблазнительной, и так расстроилась, когда застала меня в попытке бегства. Таких испытывать еще не доводилось. Всегда все было просто. Слишком просто. Увидел, захотел, предложил, получил. А тут каждый взгляд и слово кардинально меняют следующие минуты. И мои решения.
Если не смех, то слезы, как сказала сама Эмма. На эти ее слова я только криво улыбнулся, не зная, что ответить. Тут-то и вылетело это дурацкое предложение о друзьях. Язык-то я прикусил, но поздняк метаться, как говорится. Лицо Эммы расцветает на глазах. Взгляд олененка прожигает почище огненных посылов всех вместе взятых соблазнительниц. И моя совесть жестко затыкает внутренний писклявый голосок, напоминающий об ошибке.
Глубокое сожаление на лице скрыть не удалось, к счастью, Эмма в этот момент была занята тем, что уютно укладывалась у меня под боком. Похоже, что для девушки "остаться друзьями" значит совершенно не то, что для меня. Вот же попал!
Моим рукам было некуда деваться, кроме как обнять девушку. И это машинальное движение оказалось таким естественным, будто мои объятия созданы именно для нее.
Отгоняя от себя все эти романтические бредни, появившиеся в моей голове, прижимаюсь губами к ее затылку. Мысленно говорю себе, что такого больше никогда, никогда не должно повториться! Вот сейчас Эм уснет, и я уйду. Не уверен, что после этого мы еще когда-нибудь увидимся. Может быть лет через десять, на встрече выпускников... В мои мысли снова врывается ее голос, сонный и мягкий.
- Ммм? - мычу, все еще раздумывая, как понезаметнее сбежать. Провести день вместе? Черт! Скажи, что занят! Но моя совесть, или что-то другое, новое во мне, появившееся вместе с Эммой, категорически не согласно с внутренним голосом, вновь прорезавшемся. И вслух отвечаю: - Да, конечно.

Дождя не было. В окно пробивались лучи послеполуденного солнца. Я так и не ушел. Я вырубился одновременно с Эм, в тот момент, когда в тесной комнатушке еще звучало мое согласие провести день вместе и ее умиротворенный вздох. А разбудило нас не солнце, а сигнал моего мобильника. Сообщение от родителей с номером рейса и временем, когда они прилетают из Парижа. Это будет завтра. И сегодня, получается, мне решительно нечем заняться. Поворачиваюсь к Эмме, сонной и взъерошенной, похожей одновременно и на невинного ребенка, и на чертовски сексуальную красотку. Однако, воспринимать ее как объект своих похотливых желаний, я почему-то больше не могу. Она стала вдруг для меня табу в этом плане. Ну да, мы же вроде как друзья!
- Вставай, соня. Нас ждет новый день! - новый день нашей новой жизни. Взрослой, самостоятельной. - Отправимся искать работу? - шучу, вылезая из-под одеяла, потягиваюсь с нахальной улыбкой.
Я еще не совсем осознал, но уже принял тот факт, что так просто избавиться от этой девчонки мне не удалось и не удастся, а значит надо взять от этого дня максимум, чтобы не жалеть и дальше о том, что упустил момент и не ушел вовремя. Как и это, так называемое, свидание выбивалось из ряда привычного, так и предстоящий день не должен быть обычным и банальным. В голове появляется совсем шальная мысль - что-то сделать такое, что станет символом не только нового дня, но и новой жизни. Да, конечно, есть диплом, но это так, просто атрибут.
Несколько мгновений я разглядываю Эмму, скользя взглядом по ее длинным стройным ногам, пока глазами не упираюсь в подол футболки, слишком большой по размеру для этой хрупкой девушки. Приходится с силой отогнать разыгравшееся в миг воображение. И тут появляется нелепая мысль: кровать! Символ новой жизни так себе, конечно.
- У тебя ужасная кровать! - выпаливаю в слух. - У меня кости ломит, как у дряхлого старика. - В шутливой манере продемонстрировал "скрипящую" поясницу. - Еще одна такая ночь в этой, кхм, койке, и твой новоиспеченный друг, - дурашливым жестом показываю на себя, - рассыпется, как песок с задницы египетского сфинкса.
Протягиваю руку, чтобы помочь Эмме встать с кровати, которая действительно скрипт при каждом движении, и кроме того слишком тесна для двоих. Не то, чтобы я планировал провести здесь еще свои ночи, но почему-то захотелось что-то самому лично изменить в этой комнате. Ничем не могу объяснить свое странное пожелание, разве что похмелье замутило рассудок. Или как там говорят, бес попутал. Ага, бес! И имя этому бесу - Эмма Морли. Самая странная девчонка из всех, кого я знал. И именно она сделала таким же странным меня на один (я надеюсь) день.
- Мы едем покупать тебе кровать! - с этими словами скрываюсь за дверью ванной. Через секунду выглядываю и спрашиваю: - Приму душ, ты не против? - отгоняю мысль позвать Эмму с собой. Наверно девчонка решит теперь, что я чокнутый. Ночью оставил все попытки заняться с ней сексом, а утром заявил о покупке новой кровати. Сам же усмехаюсь этому. Лично я бы, скажи мне такое девушка, однозначно подумал, что у нее не все дома.
На душ ушло всего несколько минут, на принятие того факта, что теперь у меня есть дружба с девушкой, (дружба. с девушкой.) потребовалось больше времени. Немного помогло то, что вылезая из-за пластиковой занавески в душевой, увидел Эмму с зубной щеткой и тюбиком пасты в руках. Она стояла так, словно мы просто соседи по квартире. Я спокойно беру полотенце и заматываю его вокруг бедер, как будто так и должно быть. Не удержавшись, обнимаю девушку сзади и касаюсь губами ее щеки в дружеском поцелуе. Признаться, ощущение немного странное от этой дружелюбности.
- Позавтракаем в городе.
Завтрак, последнее, чего я сейчас хотел. Но кодовое слово "друзья" казалось мне теперь даже на лбу выжженым, и перерубало все мои остальные желания.

+1

8

От его поцелуя в темечко становится необыкновенно, в душе что-то нарастает, клубится и вспыхивает одновременно. Я думала, что невозможно любить больше, чем я уже смогла, ан нет. Новые ощущения пробивают ознобом до мурашек, и я благодарю этот день за то, что он все-таки был, пусть даже скорее всего во сне (даже не стану плакать, если вдруг завтра окажется, что всё это мне приснилось), но я запомнила его во всех подробностях. Особенно это последнее "Да, конечно..." - мягко вплетающееся уже в ткань перехода в другую реальность. Последним обрывком мысли этой было что-то про "надо бы уже начать писать стихи", а то что это за любовь?
- А?.. Черт, что за... - странный, неестественный звук продрался сквозь пелену тихого теплого блаженства, и вдруг я увидела - Декса!!!
Чтоооо?...
Он действительно был?.. Даже больше - ЕСТЬ?!
Суматошно хлопаю по прикроватной тумбочке в попытках нащупать очки. Нахожу их ориентиры не сразу, уже много после его настоящего, бодрого приветствия... Нахожу, но не дотягиваюсь.
"Господи, как же так получилось, что всё это правда?" - стараясь сделать свои глаза менее круглыми, моргаю я в процессе треморного приведения своего лица в должный вид. Лица и головы, да... Божечки! Мы спали! Вместе! На моей уууузенькой кроватке!!! С серьезным лицом ощупываю свои бретельки под майкой и вообще, около, а то знаете, как это бывает... И только после всего этого закрываю рот и, сглотнув, начинаю дышать носом.
А он... А он просто потягивается. Я никогда раньше не видела его таким простым, и улыбка глупым разводом стремительно расползается по моему лицу.
- Уже?.. - задорно подыгрываю я ему, совершенно оправившись от первого шока и делая вид, что всё в порядке, что для меня в таком пробуждении нет ничего необычного! - Ну и правильно, а чего зря время терять! Но сначала позавтракаем, да?.. У меня где-то есть для тебя новая зубная щетка...
Чувствую, что под любым предлогом надо срочно смотаться в спасительную ванную - выдохнуть просто, чтоб не начать прыгать от восторга прямо при Декстере. Или попрыгать именно там, только чтоб очень тихо... Сложно, однако же, сдерживать такую радость за въевшейся в саму плоть маской делового, околоравнодушного, ни к чему не обязывающего общения. Но Декс опережает меня - вот же талант ежесекундно корректировать все мои планы!
- Да что ты! Как чудна и непредсказуема твоя жизнь, Дон Жуан! - всплескиваю руками в очень театральном жесте и тут же со смехом нападаю на этого великовозрастного мальчишку, чтобы пощекотать ему ленивые буржуйские бока. - Как думаешь, до этого момента успеешь еще поваляться на дюжине таких же или еще похуже, м, старичок?
- Эй! Не смей меня щекотать! - хватаю подушку с очень рассерженным выражением лица (я надеюсь) и - даю стрекача вокруг собственной охаянной сейчас так незаслуженно кровати! Вот именно сейчас я бы точно не стала ее менять! Что мне делать с новой кроватью, на которой НЕ СПАЛ мой милый, милый друг?
В пылу погони пытаюсь перепрыгнуть свою горе-койку поперек и, зацепившись не в меру длинными ножными пальцами, застреваю на подлёте, как подстреленная олениха! Ну всё, это фиаско, братан, ой, то есть, дружбан, конечно, дружбан!
- Ааа! Я сейчас грохнусь, - от хохота сдавливает горло, мне больно даже вдохнуть, я сворачиваюсь клубочком и скидываю себя на пол, продолжая смеяться до слез, до запрокинутой навзничь головы, до мутно мелькающей передо мной фигуры Декса, любимого друга, которому надо бы запретить отныне называться любимым.
- Хорошо, милый, - уже спокойнее произношу я каким-то не знакомым доселе грудным голосом и понимаю, что слово "милый" тоже надо искоренять из лексикона, пока не поздно. Или все-таки поздно? - Кровать, так кровать.
Да что угодно, лишь бы с тобой... Ой. Хотела что-то срочно сказать, но он снова выглянул из-за двери и сбил меня своим вопросом.
- Хах, конечно, не против! - машу на него рукой, мол, вали ты уже в свой душ и дай, наконец, моему лицу прийти в прилично-овальную форму!
Надо поставить чайник, поставить чайник...
- Ох, дубина ты, Эм! А как же щетка! - подлетаю к двери ванной и тихонько скрежещу по ней ногтем. Лучше бы опомниться себе дала и надела штаны ради приличия, да что там штаны - надела бы, наконец, очки! Нет же... Знаю, что без очков мне лучше - и лезу, лезу к нему на глаза, фу такой быть, кокетливая профурсетка Эмма! Всё в тумане (или это пар?), и нет, я так и не дождалась ответа от Декса, просто услышала, как он задвинул занавеску и включил воду.
- Я только поищу тут щетку, - оправдываюсь я вполголоса, скашивая глаза в сторону душевой и открывая шкафчик над раковиной. Конечно, мне ничего и не должно было быть видно, но я почему-то выдыхаю с облегчением - он весь целиком за узорчатой (слава Богу, недавно постиранной) занавеской. Да, дружба с Дексом - то еще испытание для моих нервов. Не думаю, что она продлится дольше, чем один этот день.
- Алё, Декс? Щётка! - торжественно показываю ему свою находку, запакованную в картон и пластик, а сама, резко отвернувшись, тянусь уже и за своей щеткой. - Кладу сюда, на зеркало.
Я просто чищу зубы, что тут такого? И уж точно не буду подглядывать, пусть даже не надеется!
Сердце, правда, барабанит при этом, как ошалелое, и с лица не сходит чуть кривенькая усмешка, но я очень ровненько намазываю на щетку пасту и запросто чищу зубы, нимало не смущаясь пузырящейся изо рта пены. Кто-нибудь когда-нибудь чистил зубы так, чтобы лицо сохраняло при этом рекламно-плакатный вид? Ну вот и я за правду. Ты погоди, я сейчас еще плевать эту пену начну. (Боже, что я делаю?.. В попытках прекратить кокетничать с Дексом, я, по-моему, начинаю мудрствовать, причем не без лукавства.)
Черт... В глазах темнеет от его приближения, но я не опускаю мало что разбирающего взгляда через зеркало. Через зеркало не так страшно. Изо рта течет пена, как тут иметь романтический вид? Остается лишь хмыкнуть укоризненно и, замерев на полсекунды, продолжить натирать ни в чем не повинную правую сторону верхней челюсти, пока Декс целует меня в левую. Смешинки так и брызжут из моих глаз, я едва сдерживаюсь, чтобы не гыгыкать от появившейся снова так глупо мысли подцепить слегка его (моё!) полотенце пальцем и посмотреть, что будет дальше. Разошлась, чертовка. Цыц, говорят тебе, оголтелая!
Наконец-то! Наконец, Декс выходит за дверь, и у меня снова появляется возможность прийти в себя и стать настоящей, хмурой, угрюмой Эммой, Эммой, которой не светит никогда.
Одеваюсь в то, что было на сушилке: какой-то подростковый джинсовый сарафан выше колен да единственное, что под него подошло бы без глажки - рубашку в клетку с коротким рукавом, что едва-едва застегивается на груди, если надеть тот обтягивающий топик, что у меня в шкафу, а значит, вне досягаемости. Ок, обойдемся и тем, что есть: не при Декстере же одеваться!
- Кстати, Декс! - вырываюсь из ванной с щеткой для волос в руке, вспомнив кое-что важное, о чем не успела сказать во время. - А начерта мне тут новая кровать, скажи мне на милость? Я же съезжаю отсюда навсегда на следующей неделе! Надеюсь, что навсегда, - хохотнув, добавляю я, ловя реакцию красавчика на свою ответочку в деле обламывания планов на день.
- Вот и пошли! Позавтракаем для начала, - как хорошо, что он успел одеться... И прическа, и запах... Очень дружественные. - А то мне толком и предложить тебе тут нечего.
- О, вот вы где! - свершилось! Очки на месте. И с ними я будто обрела привычное свое лицо и начала дышать ровнее и смотреть увереннее в глаза своему новоиспеченному другу.

Отредактировано Emma Morley (2019-03-12 17:42:49)

+1

9

О Боги! Эта девчонка еще и практична! Интересно, сколько новых зубных щеток она хранит в своей квартире? Редко ночуя по два раза в одной квартире, в одной постели, у одной девушки, я уже давно приспособился к быстрому и простому приведению себя любимого в порядок. Почистить зубы пальцем, выдавив на них пасту, для меня стало привычкой. Просто и эффективно. И сейчас Эмма в который уже раз за короткую ночь заставляет меня на секунду зависнуть от удивления. Этак у меня скоро челюсть привыкнет к отвисанию, и точно стану похож на дряхлого деда, да еще и с деменцией, чьим признаком считается вечно открытый рот. Кстати, о стариках...
- Чееегоооо? - чувствую, как челюсть падает еще ниже от ее веселенького замечания о дюжине кроватей и старичке. Молниеносно, сам не понимаю, как так быстро вышло, прыгаю в кровать, коварно ухмыляясь. - Вот сейчас кто-то получит за старичка! Подцепляю Эмму за футболку, легко притягивая к себе, щекоча ее ребра. От щекотки, говорят, и некоторые животные смеются. Но разве их смех может сравниться с девичьим, звонким, заливистым, настолько заразительным, что и я начинаю хохотать. Наша баталия завершается грандиозным бумом. Сначала Эмма грохается с кровати, следом я, не успевая удержаться на ногах. Еще несколько минут мы ржем в два голоса, валяясь на полу. А потом еще долго в голове слышится звонкий смех Эммы. Ловлю себя на мысли, что снова и снова улыбаюсь, как дурачок.
Оказывается, вовсе не сложно считать девушку своим другом. Ну так, чуть-чуть если только. Организм реагирует на близость женского тела независимо от убеждений внутреннего голоса, что девушка-друг, это как пацан. Ладно, перетерпим! Смешливые искорки в ее глазах как будто бросают мне вызов. Щелкаю слегка ее по носу, чтобы не провоцировала меня, а то ведь точно останемся в этой квартире, пока кровать окончательно не развалится. Выхожу из ванной и делаю глубокий вдох. Все, не думать! Не думать об Эмме и манящих изгибах ее тела. И лучше одеться поскорее, чтобы она не застала меня в состоянии полной боевой готовности.
- Забудь, - говорю Дексу-младшему, упаковывая его в ширинку и затягивая молнию. Стряхиваю с пиджака пылинки и следы штукатурки. Слишком сильно мы обтирали стены подъезда, поднимаясь ночью в квартиру.
- А? - оборачиваюсь на голос девушки, так и не успев надеть пиджак, просто перехватываю его рукой. На улице не холодно, хватит и рубашки. Эмма влетает в комнату, а я снова зависаю, охватывая взглядом копну ее непокорных кудряшек. Хочется забрать у нее щетку, и самому расчесать эти буйные, как и их хозяйка, волосы. Она непредсказуема! Снова вгоняет в ступор одним словом, одним взмахом своих длиннющих ресниц. - Что? - перевожу растерянный взгляд на незаправленную кровать, одеяло одним краем свисает до самого пола, подушки разбросаны после нашей шутливой борьбы. Но больше беспокоит не это, а то, что она говорит дальше. - Ты переезжаешь? - Господи, да, а почему бы и нет? Практически все студенты по окончании учебы возвращаются в свои дома, города... А откуда родом Эмма? У меня не было причины поинтересоваться во время нашего ночного разговора о том, где она планирует жить, что, как. Вся болтовня о планах на будущее больше была философскими и абстрактными размышлениями. Никакой конкретики. Или она говорила? А я даже не заметил, не запомнил. Для меня это не было важным. Так какого черта это вдруг стало важно сейчас? Навсегда... Чуть не брякнул: - а как же я? Мы?
Бред! Какие мы? Сам же знаю, что мы больше не увидимся. Во всяком случае, я не собираюсь и дальше поддерживать эту игру в дружбу. Ничего не важно, и я малодушно бормочу: - точно, ты же говорила, да... А сам понятия не имею, говорила ли.
- Вот и пошли, - вторю ей, выдвигаясь к выходу. Почти с сожалением смотрю, как она надевает очки. По-моему, они не портят ее, но все же делают похожей на недовольную сову. И вообще, это преступление, прятать такие невероятные глаза за безликими стеклами. От кого она пытается спрятаться?

В дневном свете улица выглядела совершенно иначе. Люди спешили по своим делам, то и дело толкаясь, спотыкаясь. Казалось, что только мы в эти минуты чувствуем себя беззаботными и свободными. Смеясь, толкаем друг друга, специально натыкаемся на людей и бросаемся шутками в ответ на их ворчливое "Смотрите, куда идете!" Ловлю себя на том, что мне хочется все время слышать смех этой девушки, ловить ее взгляды и видеть в ее глазах то, что вижу. Теплота ее глаз, как медовый сироп, притягивает. Что-то задевает во мне такое, необычное и новое для меня чувство.
В ближайшем кафе отвратный кофе на завтрак и пережаренный бекон. И снова все превращается в дурачество и детские игры. Перемазать друг друга кетчупом? Да, обязательно! И пофигу, что окружающие с неодобрением косятся на нас. Особенно чванливая дамочка с крошечной собачкой на руках. Да и мужик, читающий утреннюю газету под растворимый кофеек.
- Испортим им окончательно настроение? - подмигиваю Эмме, кивая на строгих посетителей кафе. Погружаю пальцы в ее волосы, притягиваю к себе и целую в губы так, как будто это наш последний поцелуй. Пусть пофыркают в адрес "невоспитанной" молодежи. Смешно же!
Крышу сносит моментально. В штанах опять становится тесно. И мысли о дружбе растворяются в этом поцелуе.
- Ну вы еще потрахайтесь здесь! - слышу со стороны гневный возглас, который возвращает в реальность. Со смехом отпускаю Эмму, подмигиваю недовольной тетке с собакой, вложив в свой взгляд максимум сексуальности.
- Зависть плохое чувство! - грожу пальцем, демонстративно накрывая второй рукой ладонь Эммы. А мелкая собачонка вдруг заходится писклявым лаем. И когда мы в спешке покидаем кафе, та еще продолжает тявкать, а тетка возмущенно выговаривать хозяину о том, что тот поощряет распутное поведение молодежи. А куда ему деваться? Чаевые, что я оставил, в два раза перекрывают стоимость нашего с Эммой завтрака.
Я изо всех сил стараюсь делать вид, что поцелуй прошел бесследно для меня, ничего не значил, да и вообще не произошло ничего этакого, что могло бы нарушить равновесие. Так стараюсь, что меня прет от смеха.
- Раз кровать больше не нужна, - просмеявшись, смотрю в глаза Эммы, - что будем делать дальше? Искать работу я не хочу. Выбирай ты. - Не могу удержаться, чтобы не сгрести ее в охапку и сказать в самое ухо: - сегодня я с тобой хоть на край света. - А отпустив, уже серьезно добавляю: - А завтра мои родители возвращаются из Парижа. В 8 утра мне надо быть в аэропорту.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Degree Day