"Этот мир, суровый и неприветливый, казалось, что каждая веточка, каждый куст, каждая травинка была абсолютно не рада видеть здесь..." читать дальше
внешностивакансиихочу к вамfaqправилакого спросить?вктелеграмбаннеры
RPG TOP
25°C
Jack
[telegram: cavalcanti_sun]
Aaron
[лс]
Lola
[icq: 399-264-515]
Oliver
[telegram: katrinelist]
Mary
[лс]
Kenny
[icq: 576-020-471]
Justin
[icq: 628-966-730]
Kai
[telegram: silt_strider]
Francine
[telegram: ms_frannie]
Una
[telegram: dashuuna]
Amelia
[telegram: potos_flavus]
Anton
[telegram: razumovsky_blya]
Вверх

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » побитый интеллигент


побитый интеллигент

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

[NIC]Roger Hetfield[/NIC]
[STA]побитый интеллигент[/STA]
[AVA]http://sd.uploads.ru/sBfKC.png[/AVA]
[LZ1]РОДЖЕР ХЭТФИЛД, 20 y.o.
profession: задрот-художник; на Ноэля дрочер
[/LZ1]

лифт | перед отъездом братьев в Норвегию | утро

Roger & Noel, Abel [но это не точно]
https://thumbs.gfycat.com/DefinitiveActualAmazondolphin-size_restricted.gif

- хотел тебя послать, но ты вроде не такой противный, как твой брат

лз
Код:
[NIC*]Roger Hetfield[/NIC]
[STA*]побитый интеллигент[/STA]
[AVA*]http://sd.uploads.ru/sBfKC.png[/AVA]
[LZ1*][align=center][size=9]РОДЖЕР ХЭТФИЛД, 20 [sup]y.o.[/sup] 
[b]profession:[/b] задрот-художник; на Ноэля дрочер
[/size][/align][/LZ1]


Код:
[STA*]DON'T TOUCH ME[/STA]
[NIC*]Noel Kaplan[/NIC]
[SGN*][align=center][img]http://s9.uploads.ru/EWOto.gif[/img]
[/align] [/SGN]
[LZ1*][size=9]НОЭЛЬ КАПЛАН, 22 [sup]y.o.[/sup]
[b]profession:[/b] рядовой первого класса ВВС США;
[b]lovelytwin:[/b] [url=http://sacramentolife.ru/profile.php?id=6763]Abel[/url]
[b]fiancee:[/b] [url=https://pp.userapi.com/c850328/v850328743/4994b/aJrGc..]Sam[/url][/size][/LZ1]
[AVA*]http://sh.uploads.ru/hlNap.png[/AVA]

Отредактировано Abel Kaplan (2018-12-27 01:30:16)

+1

2

[NIC]Roger Hetfield[/NIC]
[STA]побитый интеллигент[/STA]
[AVA]http://sd.uploads.ru/sBfKC.png[/AVA]
[LZ1]РОДЖЕР ХЭТФИЛД, 20 y.o.
profession: задрот-художник; на Ноэля дрочер
[/LZ1]

[indent] Большая папка с рисунками перевешивает плечо, толкающиеся в час-пик люди в автобусе - это не то, чего мне мне сейчас хотелось. Тел так много, кто-то жрет сандвич прямо здесь, где-то навзрыд кричит ребёнок, а кто-то слишком громко говорит по телефону, заглушая даже музыку в моих наушниках, и эти звуки так глухо бьют по мозгам, что мой глаз начинает нервно дергаться. И так каждое чертово утро, дорога в полтора часа для того, чтобы оказаться в мастерской. В такие моменты я всегда представлял, что еду в личном автомобиле, пью ванильный кофе с клубникой под мелодичный инди, работы стопкой лежат в багажнике, да и добираюсь я за тридцать минут собственной дорогой. Вот она мечта, что согревала меня в каждый из таких поганых моментов. А потом обязательно кто-то все портит. В этот раз была ворчливая бабулька, от которой пахло кошачьей мочей и гнилыми зубами. Она что-то говорит мне с недовольным лицом, а мне приходится вытащить наушник, чтобы её расслышать. Я понимаю, что зря это сделал, когда в мою сторону после моего вопросительного "извините", летит шквал обвинений. "Толкаешься", "куда со своей папкой лезешь", а на моё молчание меня и вовсе обзывают отвратительным хамом. Ты, видимо, ещё хамов не видела в своей жизни, бабуля. Она меня нервирует, я стараюсь её не замечать и настолько увлёкся, что не сразу расслышал название своей остановки. За людьми не видно окон, я стоял в самой гуще этих тел, что даже не смог сориентироваться сразу. Сердце падает в пятки от осознания того, что я вот-вот не успею. Хватаю сумку, кричу водителю, чтобы не торопился, прошу подождать, а сам расталкиваю народ, стараясь пропихнуться. Бабка опять орет, кто-то корчит недовольное лицо, выпускает в мою сторону реплики, а я путаюсь за поручень наушниками, стараюсь пропихнуться вперёд, тяну слишком сильно, но я не замечаю, из-за чего они все же рвутся. Черт. И где теперь взять деньги на новые? Выкатываюсь на улицу кое-как, и продолжаю сетовать на свою потерю. Слишком больно от мысли, что отныне всех этих бабок и орущих людей я буду слышать не сквозь любимые мелодии, а в полном стерео звуке. Или крики придурков за стенкой в мастерской, кошмарные стоны их телок и нервирующие отвлекающие ударные. Просто отлично. Выкидываю провода в мусорку, и иду в сторону здания мастерской в тишине. Слишком непривычно и пусто, приходится считать секунды до того момента, как я дойду до двери. А потом еще один неприятный сюрприз по пути. Приторная розовая тачка с пони на капоте и знакомая ненавистная фигура за его открытой дверью. Какого черта ты здесь, а не со своими такими же тупыми дружками в Норвегии? Прохожу мимо, ожидая очередную язвительную ремарку в свою сторону, я даже придумал, что выплюну в ответ, но к моему удивлению он даже не обратил на меня внимания. Ты сегодня не в настроении грызться? Но мне насрать. Я прохожу мимо, захожу первым и быстро жму на кнопку, стараясь вызвать единственный лифт быстрее, чем он допрется до меня и нам придется ехать вдвоем, опять подыхать от стойкого запаха табака. Но, понятное дело, от этого ничего не поменяется, а лифт быстрее спускаться не будет. Стою, запустив руки в карманы, нервно стучу носом кед по кафелю, но циферблат показывает седьмой этаж, а за спиной я уже слышу чьи-то шаги. Он или нет? Не такие тяжелые, как обычно, но я даже не оглядываюсь. Сжимаю челюсти и молчу, делая вид, что его тут нет. Кто первый начнет? Но и я и он стоим в тишине. Захожу первым, толкая нарочно сумкой, а в ответ слышу извинения. В смысле. Подождите. Что?! Спрашивает, на какой мне этаж, тон вежливый, совсем не такой, каким я привык его слышать. Поднимаю взгляд впервые встречаюсь с его, и слова застывают на выдохе, потому что я не сразу понимаю, в чем был подвох. Зависаю на несколько секунд, трясу головой и только потом, неожиданно дружелюбно для самого себя говорю:
[indent] - мне последний, - а потом еще и зачем-то добавляю, - двадцать второй.
  [indent] Слежу за тем, как он улыбается, жмет на кнопку и безмятежно облокачивается на поручень лифта. Не пойму, что за херня происходит. Пялюсь, сначала стараясь не палиться, но потом кладу на это хер, и смотрю во все глаза. Морда все та же знакомая, но без это самодовольной противной усмешки и чавканья жвачки, шмотки тоже те же, но волосы темные и вместо табака приятный запах парфюма, а так же полное отсутствие напряжения в кабинке. А где же твой фирменный оскал, на который я бы с удовольствием послал тебя в ответ? И чем дольше я смотрел, тем больше мне казалось, что это совсем не тот человек, о котором я думал. Он как будто вообще меня не знал, а когда мы встретились взглядами, то я окончательно понял, что это не Каплан. Точнее, не тот, что был бесячим борзым ублюдком, а совсем другой. Брат-близнец? Охренеть, конечно. На лице удивление, а я все так же пялюсь, когда он смотрит на красные цифры над дверьми. Семнадцатый. Остается еще несколько этажей, а он все еще не вышел. Почему меня это так интересует? Хотя, куда ему идти, если на панели белым горит двадцать второй. Мой взгляд меняется с резко враждебного на мягкий, я сам того не замечаю, хотя у меня все еще были сомнения по поводу того, кто стоял сейчас передо мной. Сжимаю пальцами натянутую лямку папки, плечо уже отсохло, но я настолько увлекся, что вовсе не заметил этого, да и до конца пути было всего два пролета. Подхожу к двери первым, готовясь к выходу, а сам боковым зрением продолжаю следить за парнем. А потом резкий толчок, мигание ламп и я падаю вместе с папкой на задницу, глухо ударяясь головой о металл кабинки.

Отредактировано Abel Kaplan (2018-12-26 01:06:07)

+1

3

[STA]DON'T TOUCH ME[/STA]
[NIC]Noel Kaplan[/NIC]
[SGN]http://s9.uploads.ru/EWOto.gif
[/SGN]
[LZ1]НОЭЛЬ КАПЛАН, 22 y.o.
profession: рядовой первого класса ВВС США;
lovelytwin: Abel
fiancee: Sam
[/LZ1]
[AVA]http://sh.uploads.ru/hlNap.png[/AVA]
Мне совершенно не хотелось выбираться из-под тёплого пледа, но как я не старался уснуть повторно у меня так и не вышло. Совершенно не хотелось будить Ави, а останься я рядом, я бы просто не смог позволить ему спать дальше. Уже сейчас, гранича между сном и пробуждением,  моя рука ползет в его сторону и мягко обводит ладонью бедро. Это просто невозможно контролировать, мне хочется касаться его постоянно, наверстать упущенное за восемь лет, а после вчерашнего разговора, который вытянул на поверхность все то, в чем я не хотел и боялся себе признаваться,  стало только хуже. Я просыпаюсь с мыслью о том, что я рядом с ним, здесь и сейчас,  окрыленный одним только пониманием, что он рядом. Но вторая мысль тут же перечеркивает предыдущую. Саманта. Предложение.  Невеста. Хочется перестать об этом думать, хочется проснуться одним утром с амнезией о последних восьми годах, было бы легче,  было бы проще.  Я хотел думать только о брате. Все же встаю, пересиливая себя. Я смотрю на то, как он спит и с огромным трудом держу себя в руках, чтобы не возобновить телесный контакт. Хочется сделать что-то приятное, а потому я надеваю кожанку на футболку, потому что никак не могу найти после вчерашнего свитер. Черная футболка в некоторых местах мятыми влажными пятнами неприятно прижимается к телу, но мне хочется поскорее спуститься вниз.
Когда вчера я принебрегал кофе, я и подумать не мог о том, на сколько вчерашняя кружка будет актуальна этим утром. Голова шумела от выпитого, но вместо того, чтобы похмелиться на старые дрожжи, я думал только о том, как мне хотелось кофе. Подозреваю,  что после пробуждения брат не разделит моих стремление, но если бутылка бухла ещё осталась не открытая,  то кофемашины в студии за ночь так и не появилось. Черный, горячий, обжигающий, ароматный. Ммм. У меня даже слюна выделилась. А ещё чистая и свежая одежда, которая возбуждала моё воображение не меньше. Беру ключи от машины со стола, на котором все так же валялись остатки вчерашних украшений, а после тихо прикрываю за собой входную дверь. Не смотря на тяжёлые предшедствующие дни и насыщенную ночь, я все равно чувствовал себя лучше, чем несколько дней назад.  Окрыленность и лёгкость,  в совокупности с помятостью и недосыпом,  просто нереально заряжали позитивным настроением. Я давлю широкую лыбу,  когда нажимаю на кнопку лифта, и не менее довольный спускаюсь до самого низа. Ни много ни мало двадцать два этажа. За это время можно прожить целую жизнь: жениться, завести детей и животных, выкупить дом и развести на лужайке на заднем дворе несколько редких растений. А ещё можно закончить этот ужас суицидоми мыслями о том, что вся жизнь, как и восемь лет, были идиотский ошибкой.
Лифт оповещает коротким сигналом о том, что мы на первом этаже. Быстро, но в голове прожит не один вариант собственной жизни. Говно. Кофе, мне срочно нужен кофе. Захожу в первую же кафешку за зданием и заказываю три кружки кофе. Два здоровенный ведерка и малыша, рассчитывая на то, что расправляя с ним по дороге. Первый глоток очищает и расслабляет, отгоняет плохие мысли и снимает напряжение. Райское удовольствие. Я беру два на вынос, расплачиваюсь картой брата, а после иду на парковку перед зданием. Найти машину - раз плюнуть - не составило труда, её особенный цвет, который резко отличался от чёрных,  серых и белых одинаковых тачек.
Коротко улыбаюсь, возвращаясь мыслями к брату. Хочется поскорее вернуться и увидеть твоё лицо, когда уже сейчас вот-вот разбужу тебя свежесваренный крепким напитком. Но сначала поцелуй, однозначно, а лучше, чтобы им все не закончилось. Открываю багажник, достаю оттуда самый большой чемодан,  предварительно проверив его на наличие одежды. Класс, а теперь поскорее вернуться к тому, кого я хотел сейчас видеть больше всех. Ни много, ни мало двадцать два этажа. За это время можно миллиона раз целовать и ласкать его в своём воображении. Я тороплюсь к дверям, так как вижу, что там уже кто-то стоит, а мне совершенно не хотелось ждать пока он дотащит свой зад на какой-то этаж, а потом я буду ждать эту чертову кабинку обратно. Настроение было на высоте, а потому даже после того, как этот парень задел меня своей сумкой , я вместо того чтобы огрызнуться,  просто коротко извиняюсь, сопровождая это столь же короткой улыбкой. Закатываю в лифт чемодан и спрашиваю на какой этаж, предполагая, что он уже точно раньше меня выйдет.
Двадцать второй. Я немного удивлён,  но все равно нажимаю на кнопки, задавая команду. Моё удивление связано лишь с тем, что ни вчера, ни сегодня я не видел на этаже больше ни одной двери. Или... пытаюсь вспомнить всех, кто был на вчерашних плакатах, но понимаю, что его там точно не было. Или друг? Очередной один из многих или какой-то особенный? Тихий выдох. Он говорит, что у меня нет причин для ревности, но он не знает, сколько их у меня на самом деле.  Я вижу, как блондинчик пристально на меня пялится,  встречаюсь с ним взглядом, но просто улыбаюсь в ответ на все его взгляды. Надеюсь, что он не в студию, в противном случае его присутствие обламает мне шикарный утренний секс, и сразу, как я пойму, что это действительно так, этот парень резко и окончательно перестанет мне нравится и вызывать у меня улыбку.
Я полностью поглощен своими мыслями для того, чтобы акцентировать на парне свое внимание, но его взгляды, даже при сильном желании я бы не смог проигнорировать.  И все же, видимо, он действительно знаком с Ави, раз не упускает возможности так пялится. Он себе голову такими темпами свернет. Усмехаюсь по доброму своим мыслям, представляя эту картину. Все это время расслабленно опираюсь на поручень, но когда цифра меняется на двадцать и я вижу, как парниша собирается на выход, выпрямляюсь и берусь за поручень. Резкий толчок,  мигание ламп и лёгкое потряхивание, а после темнота. Я слышу, как по металлической поверхности от меня на колесиках отъезжает чемодан, а после глухой удар.
- Живой?
От толчка руку обжигает небольшим количеством расплескавшегося кофе, но я игнорирую этот факт. Нащупываю рукой чемодан, откатываю его в сторону, а сверху ставлю подставку с двумя стаканами. Стряхиваю капли, а после протягиваю руку вниз и нащупываю плотную ткань джинсовой куртки. Я помогаю ему встать, но не тороплюсь заводить или поддерживать разговор дальше. Чувствую себя словно на минном поле, где каждый шаг или каждое действие может понести за собой последствия на поле Ави.
- Ты как? Все хорошо? Сильно ушибся?
Я не старался быть похожим на брата, как минимум потому, что слишком плохо себе представлял то, как он ведёт себя сейчас с остальными. Это злило, как минимум осознание того, что я совершенно точно не знал собственного брата на сто процентов. И, пожалуй, это волновало меня сейчас намного больше, чем состояние этого парня. Выпускаю его руку из своей и поворачиваюсь к табло с кнопками. Несколько раз нажимаю на кнопку этажа, потом на кнопку этажа ниже и еще ниже и так по порядку, пока на дохожу до первого. - Блять... Нет. - Мне не хочетсядет озвучивать очевидное, но я все же говорю вслух о том, что мы застряли. Спасибо кэп,  а то без этой информации итак не понятно, что произошло. Я немного нервничаю, но стараюсь не подавать виду, я блять, в конце концов, тороплюсь, неужели нельзя было застрять тут перед вылетом в Норвегию? Тихий выдох, но громкий удар кулаком по панели с кнопками. - Ебанное блядство!

+1

4

[indent] В глазах темнеет вместе с тем, как тухнут лампы в кабине. Сначала я подумал, что это от удара, но только потом, когда от звона в голове я отошел и услышал его голос, до меня дошло, что дело было совсем не в этом. Говорю что-то неразборчивое ему в ответ, и пытаюсь нарыть рядом с собой слетевшие очки, но рядом их не было.  До тех пор, пока я не натыкаюсь пальцам на разбитые стекла и выпускаю жалобный стон. Ну нет же. Почему все в один чертов день?! Просто отлично. Скандал с мамой. Вонючая бабка. Порванные наушники. Каплан, который мозолит перед глазами. А теперь еще и это. Застрять с ним в одном лифте, серьезно? Хотя, в общем-то, насчет предпоследнего я все еще был не уверен. Это у меня так на короткое время отшибло память? Оглядываюсь вокруг и ничего не вижу, потому что темно. Ну да, логично. В глазах бегают мошки, я хочу встать на ноги, но не сразу ориентируюсь в пространстве, а потом еще и чувствую чужое прикосновение к своему телу. Сердце в пятки уходит, я хочу что-то возразить, чувствую по привычке в этом действии подвох, но он всего лишь помогает мне подняться на ноги. Нет, это точно не он. Не Авель. Интонация не та. Все не то. Слишком хорошо для него. Слишком не по петушиному. От заданных вопросов я и вовсе теряюсь в замешательстве, очень и очень открыто торможу, слава богу света нет и он не видит мою глупую физиономию в этот момент. Шаблон рвется просто с треском, да так громко, что у меня у самого в мыслях возникают вопросы, в стиле - я что, сплю? Бр.
[indent] - да, я... а.. э... в порядке, - отряхиваю джинсы на заднице от пыли, сжимаю в руках раздавленную оправу, а потом давлю ему улыбку в темноту, сам для себя оставаясь в непонятках, почему я это сделал, - только очки сломал... спасибо.
[indent] Он держит меня за руку, а я только сейчас ловлю себя на мысли что в любой другой ситуации, если бы кто-то сказал мне, что такое с ним возможно, я бы сказал, что этот человек болен на голову или просто не знает Авеля лично так, как знал его я. Уделять мне так много внимания? Точнее, уделять его не в том ключе, в котором мы оба привыкли? Максимум, на что он был способен - толкнуть меня посильнее или постараться сбить тачкой с пешеходки около универа, но не подать руку, нет. Что угодно, но только не это. Да и, впрочем, я уже окончательно убедился, что этот парень им не являлся. Туплю все еще. А он, судя по звукам, старается нащупать на панели кнопку вызова диспетчера, но вместо это жмет на все подряд. Слышу недовольные возгласы, от которых поджимаю губы, а потом глухой удар о стену, после которого подскакиваю я и резко включается свет. Правда, в три или четыре раза более тусклый, чем изначально, но хоть что-то. Я видел, что он нервничает, наверное, куда-то торопится, а судя по двум именным стаканчикам на чемодане, я понимаю, что торопился он к брату. Один крупно подписан "Abel", а вот имя на втором я не могу разглядеть из-за плохого зрения, да и стоял он боком от меня. А ведь мне стало действительно интересно. Приехал к своему брату издалека? Интересно, какие у них были между собой отношения, потому что этот выглядел вполне себе адекватным и создавал приятное впечатление, в отличие от...
[indent] Его голос снова выдергивает меня из своей реальности. Спохватываюсь буквально сразу же. Он говорит, что у него нет с собой телефона, а кнопка диспетчера не работает, а я тут же шарюсь по карманам в поисках своего, - сейчас... я. минуту, - сбивчиво тараторю под нос, а сам все так же не могу отвести от него взгляд с того самого момента, как свет в кабинке снова заработал, даже не смотря на то, что я был без очков, - у меня был... есть, - щурюсь, как слепой крот, а у самого руки дрожат только от того, что я чувствовал перед ним какую-то ответственность, хотя, по сути, мне должно было глубоко посрать и на него, и вообще на все. Но нет же. Опускаюсь на колени перед сумкой и выуживаю совсем не сразу оттуда телефон, который я не помню как положил туда. Нажимаю на кнопку блокировки, а он показывает, что зарядка кончилась, и я разочарованно вздыхаю. Кидаю на него виноватый взгляд, вижу, что он все и так понял без слов, а потому просто кидаю телефон за ненадобностью в папку, и ищу там свои старые очки,- всегда разряжается в самые нужные моменты. дурацкий андройд, - пытаюсь себя хоть как-то оправдать перед ним, но не знаю, зачем я это делаю. Хотя, в общем-то, я знаю, просто не хочу об этом думать.
[indent] Достаю очки, быстро и резко их надеваю, тут же прекращая щурится. Разбитые убираю в футляр, а сам поправляю сломанную душку, которую я забинтовал изолентой в прошлый раз, когда сломал и эти. Только вот они еще держаться, а мои новые полностью растоптаны и уж точно ремонту никак не подлежат. Я снова встаю, снова смотрю на него и хочу что-нибудь сказать, чтобы продолжить диалог, но нахожу слова не сразу. Во рту пересохло.
[indent] - надеюсь у тебя нет клаустрофобии? - мягкий тон, изначально не совсем уверенный, но все же с улыбкой. Я видел, что он нервничал, а потому старался хоть что-то сказать, чтобы сделать лучше, но, казалось, слова мои вырывались изо рта вопреки тому, что я на самом деле хотел сказать, - лифтом тут редко пользуются. он ведь даже не грузовой. сегодня еще четверг, среди рабочих никого нет. но если наверху есть кто-то, то, возможно, мы выберемся отсюда быстрее, чем до конца остынет твой кофе. - понимаю, что команда поддержки из меня такая себе, а потому стараюсь тут же реабилитироваться, протягивая ему руку, - я роджер.

[NIC]Roger Hetfield[/NIC]
[STA]побитый интеллигент[/STA]
[AVA]http://sd.uploads.ru/sBfKC.png[/AVA]
[LZ1]РОДЖЕР ХЭТФИЛД, 20 y.o.
profession: задрот-художник; на Ноэля дрочер
[/LZ1]

Отредактировано Abel Kaplan (2018-12-27 15:25:49)

+1

5

[STA]DON'T TOUCH ME[/STA]
[NIC]Noel Kaplan[/NIC]
[SGN]http://s9.uploads.ru/EWOto.gif
[/SGN]
[LZ1]НОЭЛЬ КАПЛАН, 22 y.o.
profession: рядовой первого класса ВВС США;
lovelytwin: Abel
fiancee: Sam
[/LZ1]
[AVA]http://sh.uploads.ru/hlNap.png[/AVA]
- Не думаю, что они тебе сейчас понадобятся, - слабые слова поддержки, хотя я понимаю, что проблема была не в том, что они разбиты сейчас, а в том, что они разбиты вообще. Но, собственно, мне все равно не разделить его боль. Очки, линзы. Я не страдал плохим зрением, а потому, просыпаясь по утрам, даже не задумывался о том, что я просто вижу, и о том, что мне для этого не нужно ничего делать. Очки были просто атрибутом, да и то по большей части солнечные.
Редко, часто и настойчиво, со всей дури, словно это могло что-то изменить, вдавливаю конченную кнопку с колокольчиком каждую секунду. Мне кажется, что моя нервозность распространялась по лифту сиреневым туманом и была видна даже ему, даже без очков. Пусть тоже понервничает, хотя, собственно, моей нервозности хватило бы на троих. Стараюсь не думать о том, что Ави остался один, о том, что он вот-вот проснется, о том, что и-за того, что вышел всего на десять минут ни оставил даже записки. Запускаю по привычке руку в карман, а потом с неподдельной грустью в голосе, говорю о том, что у меня нет телефона. Ну, собственно, ладно. Ничего страшного. Сейчас у каждого есть мобильник, не девяностые. Вот только телефона не было и у брата. Однако я могу с уверенностью заявить, что даже сейчас ни на секунду не жалею о том, что оставил их в ящике. - Вызови аварийку, я не хочу сидеть ту до рождества.
Каждый раз, когда ситуация выходила из-под моего контроля я начинал злиться. Это было моей главной обязанностью - контролировать ситуацию, и когда сделать это было невозможно, я всецело готовился к тому, что именно я тот, кто будет нести за это ответственность. Блять. Ну давай уже! Очередной удар, после которого загорается тусклый свет. Разворачиваюсь в сторону парниши, который дерганными движениями перерывает свои сумки в поисках телефона, а после, когда достает его наружу, одаривает меня счастливой улыбкой. Хочется похвалить его и погладить по голове, но больше этой ассоциации придает силу то, что он стоял над сумкой на одном колени и смотрел на меня снизу вверх. Он был похож на милого спаниеля, который вот-вот от радости завиляет хвостиком и я улыбаюсь ему в ответ. Ровно до той секунда, пока его мобильный дерганным движением не мигает экраном, а после не подсвечивает нижней лампочкой. Сел? - Да ты гонишь! - я снова начинаю заводиться. Я понимаю, что он ни в чем не виноват, но от чего-то, злюсь на него, ведь больше мне злиться не на кого. Вымещаю злость и обиду на двери лифта, громкими стуками, пытаясь привлечь к нам внимание. Нет, ну я, конечно, понимаю праздники все дела, но не может же быть, чтобы в здании кроме нас никого не было. - Ты в гости или местный? Что на двадцатом этаже? Там кто-то работает? - продолжаю барабанить какое-то время, потом возвращаюсь к кнопкам, а потом снова к двери. И так минут пять, пока голова не начинает гудеть от собственного шума. Он копается в папке, надевает очки, а дальше просто бездействует. Блять, ну это не серьезно, сделай что-нибудь, что ты стоишь?!
- Надеюсь у тебя нет клаустрофобии?
- Нет, но сидеть в лифте в мои планы не входило, - слишком резкое начало, а после сбавляю обороты. Ведь, если задуматься, то он ни в чем не виноват. Тихий выдох. - Если под "наверху" ты имеешь ввиду двадцать второй, то там только Авель, но он спит. Не уверен, что это нам как-то поможет.
Он представляется, протягивает руку, а я молча пожимаю ее. Мне все еще хочется продолжить видеть его замешательство, не смотря на то, что по моим словам было очевидно, что я не Авель. Игра из детства, которая, вопреки собственным ожиданиям, до сих пор приносила мне удовольствие. И даже если я не притворялся братом, то все равно ловил удовольствие от его взглядом. Так и хотелось спросить какого хрена он пялится, но я знал ответ на этот вопрос. - Очень приятно, Роджер, - намеренно не представляюсь в ответ, хотя улыбаюсь, - ты друг Ави? Работаете вместе? - киваю в сторону большой папки, а потом все же сжаливаюсь. Рукопожантие длиться неприлично долго, он все еще трясет мою руку, все еще смотри, все еще в замешательстве, да и я не тороплюсь отпускать. Предлагаю тебе негласный бартер, я представляюсь, а ты рассказываешь мне про брата. Все-таки было зверски интересно, как и всегда, кто и что скажет нам друг о друге, или о самих себе, в зависимости от того кем мы представлялись. - Ноэль, как ты уже мог понять - брат Ави.

Отредактировано Cole Cord (2018-12-29 16:54:36)

+2

6

[indent] - я снимаю мастерскую на последнем этаже, - отвечаю на вопрос, а сам гружусь, что он так заводится. Чувствую себя виноватым, что телефон разрядился, но потом он смягчает тон и мне становится проще это проглотить. Пытаюсь вспомнить, что на двадцатом, хмурю брови, и складываю руки на груди в закрытой позе, - на двадцатом... там, кажется, какой-то офис, но сейчас там никого нет, потому что канун рождества и никто не работает. работают только первые шесть этажей, там какая-то фирма, и у них свои календарные выходные, - говорю медленно, смотрю на него, заторможено моргая, как будто меня кирпичом приложили. Хотя, отчасти, так и было. О металл кабинки, ха, - как  уже сказал, этим лифтом редко пользуются. он для рабочих. у тех, кто сидят в офисах, своя лифтовая система, что в этом случае очень печально... - потом он произносит имя Авеля вслух, и я чувствую, как от этого холодеет где-то внутри. Так значит я был прав. Ну конечно же, блин, прав. Сейчас самое время позлиться на этого придурка за то, что он спит, но я был занят совсем другим и это было куда приятнее, по правде говоря. Я улыбаюсь, когда продолжаю то, о чем думаю, хотя ему, наверное, сейчас не до моих шуток, - печально, потому что кофе все-таки остынет.
[indent] Он молча пожимает мою руку, я ждал, что он назовет свое имя, но он вовсе не торопился. Почему? Касание рук слишком долгое, но это, наверное, моя вина. Я все еще трясу ее в рукопожатии, а он и не против. Мой шаблон в голове все еще рвался, поэтому я такой тормознутый, а в его глазах, наверное, кажусь полным придурком. Даже как-то стыдно, что-ли. Да и и пялиться, как это делал я, все же, не очень прилично, но я не могу перестать.
[indent] - ты друг Ави?
[indent] Ха-ха. Друг. Ави. Я. Ну да, конечно, друг. Я не могу даже подобрать действительно подходящее слово, чтобы описать наши с ним отношения, но другом его назвать я не могу. Да и он не сможет. Да и не захочет, я уверен. Хотя раньше, когда только мы познакомились, у нас могли были получиться действительно какие-то отношения, а не это подобие вечного напряжения и гнобления. Он называл меня стремным лохом, а я его безнадежной бездарностью. По правде говоря, я не совсем так считал на самом деле, но молчать на его ремарки я тоже не мог. Он был просто невыносимым, а я в нем разочарованным, разочарованным его поведением и отношением, но ему, конечно же, было глубоко насрать, ведь я "заразный задрот". Я слышал, что близнецы в большинстве своем очень похожи, но у этих, кажется, кроме одинакового вкуса в одежде и похожей внешности я общего ничего не видел. Мне так не хотелось портить впечатление о себе правдой о том, что с его братом мы далеко не друзья, ведь я не знал, как он отреагирует на это и что скажет. Там ведь между ними может быть и установка "брат за брата за основу взято", так что я бы мог попасть в немилость и ему. Не могу сказать, что я умею врать, но в этот раз мне слишком хотелось казаться хорошим в чужих глазах. 
[indent] - да... мы друзья. учимся в одном университете, правда на разных факультетах - он мультипликатор, а я живописец. снимаю с одногруппниками небольшое помещение рядом. дверь соседняя, но ее не видно сразу, потому что она за углом... - и само помещение в десять раз меньше, чем его, но об этом не сейчас. Он, наконец, говорит свое имя, а я улыбаюсь, пропуская тупорылую шутку в ответ, о которой думал с того самого момента, как понял, что он его брат, - а я думал, что тебя зовут каин. ну... каин и авель. правда в вашем случае, если опираться на мотивы библейской притчи, вас надо было назвать наоборот, - сам смеюсь, смотрю на его, ожидая реакцию, но вместо этого получаю только снисходительную улыбку, а потому замолкаю, когда понимаю, что сказал глупость, - наверное, лезу не в свое дело. извини.   
[indent] Сначала он говорит, что ничего страшного, все так же улыбается, а потом как-то резко замолкает, когда констатирует, что мы здесь надолго. Я хочу сказать что-то в утешение, но боюсь опять сболтнуть лишнего, поэтому просто пожимаю плечами, отслеживая то, как он садится на свой чемодан с многочисленными наклейками из разных стран, и думаю о том, чем же таким он занимался, раз так много путешествует. И, судя по всему, путешествует не с братом, ведь до этого рядом с Авелем я его ни разу не видел. Ни в группе, ни в блогах. Нигде. Хочется спросить ужасно, но лезть в глаза так не хотелось. Я вижу, что он напряжен и нервничает. Я сажусь со своей папкой в соседний угол, а он ходит туда-сюда и не может найти себе места. Минут пятнадцать это продолжается, если не больше. Тут постоит. Здесь посидит. Мне хочется его подбодрить, поэтому я лезу в сумку, достаю оттуда скетчбук и мягкий карандаш. Присматриваюсь внимательнее, начинаю с быстрых набросков одной линией, чтобы взять характер и разгореться. Так проще подмечать различия между ними, ведь Авеля я рисовал не раз и даже не два. Отвратительный человек с выразительной внешностью. Для меня он действительно был вдохновляющим, я в тайне при каждом удобном случае старался взять его фигуру или портрет с натуры, а когда кто-то просил показать, что я рисую, прятал, словно там было что-то постыдное. Мне просто нравилось, как он самовыражался, мне нравилось то, каким ярким он был и привлекала его индивидуальность, по сравнению с другими, я даже могу сказать, что я завидовал, так как сам считал себя посредственностью в этом плане. Рядом с ним я чувствовал себя крайне не комфортно не только потому, что он во всем остальном был пидарасом и мы были скорее врагами, чем просто знакомыми, а потому, что он слишком много привлекал к себе внимания. Я не знаю, как у него это получалось. Ему даже говорить ничего не нужно для этого. Слишком агрессивная харизматичность, которая лично меня отталкивала и пугала. Ноэль был другим. Мне не нужно было долго с ним общаться, чтобы понять это. Характер идет изнутри, и сейчас, находясь с ним уже больше получаса в одном закрытом помещении, я не чувствовал себя лишним. Не испытывал дискомфорт, от его давящего присутствия. Мне впервые было спокойно с ним, хотя я и понимал, что это совсем не он. Но это даже у лучшему.
[indent] Они не такие одинаковые, как кажется при первом взгляде. Разные даже внешне. За этим всегда интересно наблюдать, ведь я не так часто сталкивался с чем-то подобным, а сейчас, имея такую возможность, я ею не без удовольствия пользовался. Они кажутся идентичными, но у Ноэля более узкие плечи, фигура кажется более худощавой, он меньше сутулился, чем брат, его шаги были более легкими и невесомыми. За полчаса я сделал кучу набросков его фигуры, и, когда он наконец устал бродить и уселся, принялся за портрет. Один. Второй. Высовываю кончик языка, прикусывая его, а сам быстро вожу грифелем по желтоватой бумаге, тут же улавливая его индивидуальный характер. Взгляд более открытый, спокойный, черты лица более мягкие, менее острые, чем у брата. Они улыбаются по разному. У Ноэля улыбка харизматичная, не такая широкая, но более приятная, асимметричная и я тут же передаю это на бумаге, когда он смотрит на меня, замечая, что я рисую с него набросок. Еще немного. Пара завершающих линий, скольжу ластиком по волосам, ставлю блики, тем самым заканчивая последний. Смотрю сначала на лист, а потом на него. Я так старался показать разницу между ними, что у меня это получилось даже лучше, чем я изначально планировал. Встаю со своего места под его взгляд, и молча протягиваю в руки свежую стопку этюдов.
[indent] - если понравится, можешь забрать для себя... на память.

[NIC]Roger Hetfield[/NIC]
[STA]побитый интеллигент[/STA]
[AVA]http://sd.uploads.ru/sBfKC.png[/AVA]
[LZ1]РОДЖЕР ХЭТФИЛД, 20 y.o.
profession: задрот-художник; на Ноэля дрочер
[/LZ1]

Отредактировано Abel Kaplan (2018-12-28 03:27:25)

+1

7

[STA]DON'T TOUCH ME[/STA]
[NIC]Noel Kaplan[/NIC]
[SGN]http://s9.uploads.ru/EWOto.gif
[/SGN]
[LZ1]НОЭЛЬ КАПЛАН, 22 y.o.
profession: рядовой первого класса ВВС США;
lovelytwin: Abel
fiancee: Sam
[/LZ1]
[AVA]http://sh.uploads.ru/hlNap.png[/AVA]

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано Cole Cord (2018-12-29 18:36:16)

0

8

[STA]DON'T TOUCH ME[/STA]
[NIC]Noel Kaplan[/NIC]
[SGN]http://s9.uploads.ru/EWOto.gif
[/SGN]
[LZ1]НОЭЛЬ КАПЛАН, 22 y.o.
profession: рядовой первого класса ВВС США;
lovelytwin: Abel
fiancee: Sam
[/LZ1]
[AVA]http://sh.uploads.ru/hlNap.png[/AVA]
- Живописец, окей, - протягиваю как-то слишком задумчиво.  Это те, кто природу рисуют? Бля.. молчу, игнорируя свой вопрос, а то мало ли каким ранимым он окажется, набросится еще на меня с кисточками и карандашами. Я был как-то далек от этого.. Увлечение Ави искусством в направление рисования, а точнее, легкое увлечение Ави рисунком переросло в нечто большее, чем кривые рожицы на полях тетрадей, уже после моего отъезда. В тот момент, когда я был рядом, он активно увлекался музыкой, заражая и вовлекая меня в свои интересы. Я всегда шел у него на поводу, легко перенимая хобби, интересы и прочее. Он говорил: хочу заняться музыкой, а я искал инструменты и вылезал из кожи вон, чтобы удовлетворить все его "хочу", тем самым и сам вовлекался в процесс, получая от этого удовольствие. Тему рисунков мы не проходили, останавливаясь на текстах песен. До сих пор не могу определиться на сколько я жалел, что уехал. - Вы близко общаетесь? Не удивительно, что я не заметил, думал, что на этаже всего лишь одно помещение - студия, - улыбаюсь как-то слишком игриво, а в голове просто взрывами салютов разрываются вчерашние стоны, хорошо, что он приехал только сегодня, - а у тебя в мастерской никого нет? - как продолжение собственных мыслей, озвученный вопрос. Не ну мало ли, кто-то вчера передернул на похотливые звуки, было бы интересно знать. - Я давно не слышал этой шутки, правда, даже как-то детство вспомнил, - улыбаюсь и делаю очередную попытку достучаться до цивилизации, стучу по двери, громко кричу, но все безуспешно. - Знаешь, а я ведь так и не знаю о чем там было. Ну Каин и Авель. Почему наоборот? Расскажи в чем весь замут, а то как-то стыдно даже. Ну будет этакий ликбез лифтовый, скрасим хоть как-то время ожидания. - продолжаю ему улыбаться, пока жду ответ. Но мысли о брате слишком быстро приводят меня к другим - его отсутствию. - Похоже, мы тут на долго, -  еще и дополнение Роджера о кофе окончательно стирает улыбку с лица.
Опускаю чемодан на пол кабинки лифта, сажусь на край и киваю Роджеру на второй, мол, присаживайся.
Прикрываю глаза, откидываюсь спиной на стенку лифта. Чувствую усталость и раздражение, а потому не могу долго усидеть на месте и вновь поднимаюсь на ноги. Хожу туда-сюда и не могу найти себе места. Минут пятнадцать это продолжается, если не больше. Тут постою. Здесь посижу.  Готов на голове ходить, а молчание только больше раздражает, до тех пор пока он не абстрагируется, начиная заниматься своим делом. Мне не было непривычно. В часы вечерних занятий все занимались своими делами, обучением, увлечением, в конце концов просто маялись дурью, под моим непривычным наблюдением. Мне было не в первой ощущать, когда человек занят чем-то своим еще и потому, что прожил все детство с Авелем: делил с ним комнату, ванну, кухню, зал, беседку. Он часто писать, играл, занимался чем-то своим, просто находясь рядом, совершенно не испытывая дискомфорта от моего присутствия. Мы могли быть наедине с собой даже рядом друг с другом и, пожалуй, в такие моменты, это становилось еще более личным. Сажусь, наконец, на чемодан рядом с ним и заглядываю через плечо. Да ладно? Это было непривычно. Именно то, чем он занимался, вырисовывая простыми линиями фигуры, в совокупности которых легко угадывался я. Я всегда завидовал тем, у кого получалось это так легко. Линия, вторая и уже без подсказок понятно, что он хочет показать. Контур лица, а после, улавливая шевеление с моей стороны, он поворачивается в мою сторону, а я закрываю глаза и запрокидываю голову. Чувствую его взгляд кожей. Улыбаюсь. - Зачем ты это делаешь? Коротаешь время? - но он молча продолжает, а через пару минут встает и протягивает мне листы. Он предлагает взять то, что мне нравится, но мне нравится все, однако я выбираю последний, который лежал самым верхним. Не могу понять это сейчас или в самом начале, когда, разочарованный, я подпирал стену. Мне нравится. Складываю лист в четыре раза, пряча собственный выразительный взгляд и кривую улыбку в складках бумаги.
- Садись, - киваю на чемодан, но предложение звучит как приказ и он медлит, но потом все же садится. Я беру стаканчик Ави протягиваю его ему, сжимая его сверху и жду пока он обхватит его ладонями, - он вкусный только горячий и пусть я упустил момент за собственным расстройством, давай не дадим ему окончательно потерять свою актуальность? Угощайся. Уверен, Ави не будет против, - мягкая улыбка. Сейчас после такого порыва он определенно точно располагает к себе, чем после проеба с телефоном. Он милый и старается понравится, как маленький щеночек, который ждет угощения. Улыбка. Точно, именно так. Запускаю руку в карман кожанки, которая от колыханий дает в нос очередной порцией запаха брата, и достаю на свет две печенюшки с предсказаниями, которые мне дали в презент из-за рождественских акций. - Раскрывай, давай посмотрим, что там у тебя.
Если ты не можешь изменить ситуацию, то стоит изменить свое отношение к ней. Мне остается только надеяться на то, что Ави все так же плохо спит, когда солнце слепит глаза, что, проснувшись, он начнет меня искать и что, не получив положительный результат, он все же додумается выйти из студии. Мне хотелось в это верить и надеяться на то, что за моим отсутствием он от радости не кинется покупать билеты к просто хорошему другу в Норвегию. Тихий выдох и я жалею о том, что начал загоняться на эту тему. - Расскажи мне что-нибудь о вашей дружбе, расскажи о брате. Я слишком давно с ним не общался.

+1

9

[indent] Он смотрит на наброски, а потом складывает их в несколько раз и я чувствую, как у меня колет в сердце от одного только вида, как он это делает, - я бы не советовал так де... - но он уже складывает в четвертый раз, и я пропускаю разочарованный выдох, - они же испортятся, - тихо добавляю, но это так, я уже не уверен, что он услышит. Да и поздно уже было, потому что хуже не сделаешь. Неужели они настолько плохие? Слежу за тем, как он убирает их в карман, и немного становится попроще - значит все-таки понравились? Хочу спросить, но он говорит мне сесть рядом, таким тоном, что как-то стоять уже и не хочется. Сажусь, а он протягивает мне стаканчик с именем Авеля и говорит, что он против не будет. Ну да, конечно. Первый маленький укус совести от того, что я солгал. Стакан все же беру в руки, но пью. Как будто ком в горле застрял от осознания того, что кофе был не мой, а его. Сложная психологическая штука, с которой всегда так сложно справиться... Из закрытого стаканчика в моих руках пахнет медом и орехами, сочетание интересное, но я не тороплюсь пробовать. Он улыбается мне, как будто бы мы были знакомы до этого, и я улыбаюсь, наблюдая за тем, как он лезет в карман и вытаскивает оттуда два печенья с предсказаниями. Чувствую, как горят щеки, когда он вкладывает одно в мою ладонь. Это мило или я просто романтизирую? Почему я об этом думаю? Ломаю ванильное печеньице, осыпая крошками коленки, и вытаскиваю оттуда маленькую бумажку.

найдешь того, с кем хочешь стать лучше, чем вчера

[indent] Теперь краснею до ушей. Сминаю ее в пальцах, пока он не видит, и убираю в карман джинсовой куртки. Наши локти соприкасаются, а я по старой привычке тут же убираю руку. А потом сокрушаюсь. Подумает ведь еще, что я какой-то дерганный, но он вообще не обращает на это внимание. Хорошо. Вздыхаю. Решаюсь попробовать кофе, только тогда, когда он делает глоток из своего стакана. Очень сладкий и пряный. Приторный, я бы сказал. Чувствую на языке странный привкус, и не могу понять, что это, но грло согревало неплохо. Не думал, что Авель любит что-то подобное, а потом мне стало интересно, что же для себя выбрал Ноэль. У них похожие вкусы или все же разные? Думаю об этом, соединяя носки кед друг к дружке, и пялясь на них, пока делаю следующий глоток. У них даже имена созвучные, только у Ноэля более мягкое. Оно ему подходит, определенно точно подходит. Смотрю на него снова, все так же не в силах оторвать взгляд. Только вот на этот раз не потому, что я пытался понять, кто передо мной, а просто так. Смотрю до тех пор, пока он не озвучивает свою просьбу и я медленно не мрачнею на его глазах. Второй укус совести, на этот раз очень и очень болезненный.Смотрю в пол, ставлю уже стакан Авеля на пол и сцепляю руки в замок. Молчу, как мне кажется, слишком долго, но потом все же говорю, когда мое молчание затягивается неприлично долго. Сказать или продолжать врать дальше, выгораживая себя в его глазах? А что, если он потом спросит у своего брата про меня и он ему скажет всю правду? Так будет куда хуже, чем если я не признаюсь сейчас. Не хочу, чтобы меня хейтили сразу два Каплана, ведь одного мне хватает просто по горло. Если Ноэль все же хоть чем-то похож с братом, то от их двойной дозы негатива я просто умру от передозировки. Хотя, если я скажу правду, то тоже не факт, что после подобного он не пошлет меня на хер. Но тут хотя бы вероятность положительного исхода куда выше.
[indent] - на самом деле... - на самом деле я врун. затихаю на последнем слоге, взгляд не поднимаю. вздыхаю, набриаю побольше воздуха в легкие, и говорю, - на самом деле мы с Ави не друзья, - ну вот, пиши пропало. можешь начинать гнать на меня, я подготовился. но вместо этого он сначала с ощутимым волнением в голосе спрашивает "а кто", но тут же дополняет, зачем я солгал, и мне не остается ничего, кроме как сказать ему правду, - мне просто хотелось произвести хорошее впечатление на тебя. не хотелось начинать общение с такой ноты, да и кто я такой говорить о твоем брате плохое? потому что хорошего в наших взаимоотношениях мало, можно по пальцам пересчитать... - он говорит, что давно его не видел, а мне интересно, почему и как давно. Поэтому они такие разные? Я молчу, а он все равно просит меня рассказать правду и все, что я думаю. Рассказать то, что происходит между нами и почему. Неужели тебе действительно это интересно? Заглядываю в его глаза, но не вижу в них ожидающего пренебрежения или чего-то такого. Улыбка, конечно, не такая широкая, но все еще открытая и располагающая к себе. Не было того, чего я так боялся и меня это подбадривает. А еще, кажется, в том кофе было спиртное, потому что я чувствую, как развязывается мой язык и клубок мыслей медленно выпрямляется. Кожа горит. Я не пил даже в компании, или делал это настолько редко, что заставить меня опьянеть было слишком просто. Почему я не удивлен, что в стакане Ави был алкоголь? Смеюсь, и смотрю на Ноэля. С ним хочется говорить, а я не знаю с чего начать, но когда он хлопает меня по плечу, я даже размыкаю руки и расправляю плечи. Вспоминаю про свою шутку, про его вопрос, и решаю, что начну я, пожалуй, именно с этого, - Каин и Авель. два брата, дети Адама и Евы, они же первые рожденные на земле люди. история в Библии начинается с того, что каждый из братьев выбрал то поприще в жизни, которое им более подходило. Каин - старший сын - выбрал путь земледельца, а его младший брат, Авель, избрал жизнь пастуха. когда пришло время показать преданность и отдачу Богу, оба брата принесли на жертвенник труды своей работы, в искреннем желании угодить Богу. Каин вознес начатки урожая, а Авель первородного ягненка из своего стада. господь принял дар младшего брата, но отверг подношение старшего. исполненный завистью и злыми помыслами, Каин убил своего брата, а потом, отвергая покаяние за содеянное, был наказан Богом и стыдливо изгнан из людского рода. навсегда. - я замолкаю и мне кажется, что я был слишком занудным, и что под мой тон можно было просто уснуть, а поэтому я тут же пытаюсь придать голосу хоть какой-то оттенок, и оживленно добавляю, - вот такая древняя история о добре и зле. как ты понял, Авель - невинная жертва, он же добро. Каин - непокаявшийся убийца, то есть зло. когда я говорил про вас, то имел ввиду вашу противоположность. мне вы показались совершенно разными, но это чисто мое субъективное мнение, основанное на довольно длительном общении с твоим братом, и с непродолжительным с тобой. говорят, что первое впечатление о человеке всегда правильное, вот в случае с Авелем это не сработало, но мне почему-то кажется, что сработает с тобой. - случайное, но желанное касание моей ладони к его бедру, с каких пор я умею флиртовать? точнее, все еще не умею, и с каких пор меня это не останавливает? Наверное, я выгляжу со стороны очень глупо, а потому смущенно отвожу взгляд и улыбаюсь, ощущая, как меня накрывает легкой волной опьянения, - извини, если сказал что-то лишнее. и заранее прости за все, что я буду говорить дальше. а что касается твоего брата и нашей с ним... дружбы. то он из тех людей, которых лучше не трогать, чтобы не получить в ответ в три раза больнее. изначально он произвел на меня хорошее впечатление на одном из концертов его группы, на котором я как-то был с друзьями. хорошее шоу и музыка их мне нравится. а потом, в более неформальной обстановке, нас познакомила моя сестра, Клэр. они до сих пор очень хорошие друзья, даже после того, что произошло между нами, она продолжает его поддерживать, и я не могу понять, почему. они дружат с первого курса, а я как-то всегда держался в стороне, хотя очень хотел, но в силу своей скромности, сдерживался и просто наблюдал из тени, ведь они из тех ребят, с кем хотят иметь знакомство каждый. я интроверт, по сути, так что меня это несколько смущало, наверное, правильно даже сказать, что я боялся такого огромного количества внимания, которое могло на меня обрушится. когда Клэр взяла меня с собой на один из их закрытых квартирников, я познакомился с ребятами... и Ави. первое время он был приятным, с ним было интересно, меня тогда не смущала его резкая манера общения, и даже казалось, что я ему нравлюсь, но потом я понял, что он так общается со всеми. делает это до тех пор, пока не начинаешь стараться с ним сблизиться. а я очень хотел тогда. и чем ближе я хотел к нему быть, тем более несносным он становился. я не знаю, как это получилось у сестры, но она говорит, что он не такой, каким кажется, но я считаю, что она просто субъективна. для меня же он просто двуличный, отвратительный и мерзкий, и я никак не могу понять, почему люди к нему тянутся. заносчивый и грубый. в нем слишком много отталкивающей борзости и дерзости, что очень часто перерастают в необъяснимую агрессию по отношению к другим. например, по отношению ко мне, - голос предательски дрожит, когда я говорю о том, что меня волнует. я часто моргаю, поправляя очки, а потом обнимаю колени,перевожу дух, и тихо продолжаю свой монолог, - Авель хороший музыкант, но я не считаю его художником, как он называет себя, и я не считаю "современное искусство", которым он занимается, искусством. возможно, я слишком старомоден или, как он говорит, "зашкварный зануда", но разве... коммерческий успех это показатель таланта?.. я работаю над картиной, чтобы заработать себе денег на краски, месяцами, а ему достаточно пролить краску на холст и накидать туда орехов, приклеить односложные силуэты из медной проволоки, придумать пафосное название и продать это за несколько тысяч просто так. у меня бы рука не поднялась отдать такое кому-то или хотя бы даже показать. возможно, ты подумаешь, что я завидую, но я просто не понимаю и не принимаю это. я как-то имел неосторожность сказать ему об этом. высказался на тему его работ на одном из мероприятий, организованном нашим университетом в поддержку молодых художников, предоставил ему конструктивную критику, на что потом получил необоснованный абьюз на свои работы в видео на его канале, которое собрало больше пяти миллионов просмотров за несколько дней. и, к моему несчастью, сторонников его мнения нашлось больше, чем тех, кто разделял мое. ты представляешь, что было потом?..

[NIC]Roger Hetfield[/NIC]
[STA]побитый интеллигент[/STA]
[AVA]http://sd.uploads.ru/sBfKC.png[/AVA]
[LZ1]РОДЖЕР ХЭТФИЛД, 20 y.o.
profession: задрот-художник; на Ноэля дрочер
[/LZ1]

Отредактировано Abel Kaplan (2018-12-30 02:50:49)

+1

10

Свежее песочное тесто рассыпается в руках, когда я ломаю печенюшку ровно по сгибу, осыпая острые колени крошками. Напеваю под нос рождественский мотив небезызвестных колокольчиков, кидаю в рот светлые половинки и продолжаю мурлыкать под нос популярный мотив. Настроение становится чуть лучше и я с предвкушением разворачиваю предсказание. Маленький кусок бумаги, свернутый в тугую трубочку и запеченный в куске текста, а предвкушение словно перед первым учебным днем.

впереди увлекательное путешествие

Хуйня. Стандартный текст, который вкладывают в двадцать процентов печенья, а для восьмидесяти еще четыре вида предсказаний, которые в рандомном порядке вкладывают в выпечку. Но все равно молодцы, постарались, да и столь незначительный пустячок  обязан поднимать настроение. Роджер сминает свое и я понимаю, что, вероятно, его сообщение те самые двадцать процентов, которые были не с лучшими словами. Может, оно и к лучшему, ведь оно могло достаться Ави, а он бы точно расстроился. - Не грусти, - толкаю его плечом в бок и улыбаюсь, - ты такой милый, не удивлен, что вы с Ави поладили.
Делаю крупный глоток уже не очень горячего, но все еще теплого кофе и прикрываю глаза. Ром приятно ласкает горло, а, смешанный с кофе, только тонко оттеняет ванильный вкус напитка, но не дерет спиртом. То что нужно после вчерашней ночи. Жаль, конечно, что Ави не досталось, но что ему холодный кофе? Вот выберусь, обязательно схожу с ним вместе в ту кофейню, а потом, я и в лифте буду застрять не против. На лицо ложиться теплая улыбка, а мысли о брате подталкивают к определенным вопросам. Не то, чтобы я хотел пошпионить, просто уже одна совместная тема у нас нарисовалась, а заваливать его вопросами, прощупывая еще что-то общее мне не хотелось. Он итак был слишком скован и вечно от всего шугался, дерганными движениями поправляя волосы. Я давно с таким типом людей не контактировал, в моем взводе были совершенно другие личности.
Он чем-то напоминал мне Ави в детстве и от этого располагал к себе только сильнее. Длинные волосы, робость поведения, которая охватывала брата на людях, на минуту, готов поклясться, я флешбекнулся в детство, ловя себя на мысли, что мне безумно этого не хватает. Хотелось защищать, быть опорой, дарить надежность, заботиться. Он снова краснеет, а я улыбаюсь, увлеченный своими мыслями. От этого даже пропускаю начало его монолога, на автомате задавая встречный логичный вопрос. Если не друзья, то кто? Брови хмурятся, потому что в голове тут же всплывает то что было только что, только с Ави в главной роли. То, как он о нем заботится, защищает, пригревает под крылом. Но долго об этом думать у меня не получается, так как он тут же отвечает. Причина его лжи в моей голове совершенно иная, ведь он мог быть одним из множества тех самых "хороших друзей". Я знал брата как никто другой, и когда он сказал мне о том, что у никого нет я не сразу поверил - такой человек не мог оставаться в одиночестве долго. И дело было совсем не в нем. Точнее именно в нем: добрый, нежный, отзывчивый и внимательный к ближнему. Таких людей быстро замечают среди остальных, делают своими. Особенный. Теплый. Светлый. неиспорченный.
- Начинать знакомство со лжи тоже такое себе. Но ты продолжай теперь, все равно все рассказывай.
Он меняет тему, отвечая на вопрос, который был многим ранее. Ну, собственно, продолжай, я не против. Он увлечен рассказом, а я внимательно вслушиваюсь в его голос. То, как он пересказывает библейские мотивы, специально трансформируя их доступным языком. Вот она безвыходность ситуации, когда приходится подстраиваться под собеседника, хочешь ты того или нет. - Твой Авель, читер просто, - смеюсь с рассказа, - я бы тоже мясо предпочел зерну. Только дурак от мяса откажется, - ловлю на себе взгляд распахнутых глаз, а потом все же добавляю свои опасения, - надеюсь, ты не веган?! - выгибаю бровь и вопросительно смотрю на него, - как по мне Каин просто тот самый недолюбленный сын, а второй просто старался хоть как-то угодить отцу. А потом, переполненный обидой, а не завистью совершил ошибку. Не, убить брата это, конечно, пиздец, - провожу ладонью по плечу, стряхивая мурашки, - страшно даже об этом подумать. Эта история не про нас. И про смену имен ты ошибаешься. Даже если предположить, что все так и есть, то ты сопоставляешь моего Ави с Каином, который олицетворяет зло, а это абсолютно не так. Не знаю никого, кто был бы добрее и светлее брата, - я даже не злюсь, но мои эмоции весьма смешанные.
Опускаю взгляд вниз в тот момент, когда он опускает ладонь на мое бедро. Это что, флирт? Наблюдаю с интересом и улыбкой. Нет, не с тем самым интересом, который с сексуальным подтекстом, а с любопытством. Меня не напрягают случайные прикосновения и я не шарахаюсь от них, как Роджер от прикосновений локтями. Меня не напрягает его присутствие в личном пространстве, а ещё очень забавно наблюдать за тем, как даже в столь тусклом освещении заметно краснеют его щеки и кончики ушей. Это так мило и не испорчено, что хочешь не хочешь обращаешь и заостряешь на этом внимание. А дальше что? Так или иначе ловлю себя на мысли, что со мной никто не заигрывал уже года полтора точно. Плюс ко всему Роджер не создавал впечатление активного пикапера, и от этого данный порыв его окрашивался ещё больше красками невинности и неумелости.
Улавливаю женское имя и понимаю, что уже слышал его от Ави. Клэр, да? Сестра? Как же тесен мир, не поспорить. Кто бы мог подумать, что все так сложится? Он говорит, а я продолжаю внимательно сушать. После таких откровений в фильмах обычно закуривают и я от части пожалел, что не курю. Делаю глоток, пропуская через себя его откровения. Все что он говорил, как то слабо соответствовало образу Авеля, но я понимал, что врать этому арню мне просто незачем. Или все же? Сложно было сопоставлять в голове образ брата - истинного светлого ангела - с тем, что он рассказывал. Мне до сих пор не верилось, да и, собственно, никогда не поверится. Три один не в мою пользу. Третий человек, старающийся внушить мне, что Ави уже не тот. Пропускать через себя это было еще сложнее и дело было даже не в том верил я его словам или нет.
Мен цепляет многое, стараясь представить ситуацию, я слишком детально ее представляю. Автерпати, вписка, Ави, который сжимает пальцами бумажный стаканчик. В моей голове он еще хоже, чем в его словах и, уверен, еще хуже, чем было на самом деле. Это мой страшный сон, ночной кошмар, который сбывался наяву. Главная суть его слов в том, что Ави больше не мой маленький братишка, который плачет от разбитых коленок и именно это разбивает мое сердце. Не то, что он грубил или отталкивал от себя людей, когда раньше было совершенно иначе. И самым страшным в жтой ситуации было осознавать то, что это все произошло из-за меня, из-за того, что меня не было рядом. Ведь раньше именно я ьыл тем, кто отгонял от него всяких приставучих зануд. Молчу, прокручивая раз за разом слова Роджера, а он продолжает меня грузить своей правдой.
- Все совершенно не так, веришь, нет?
Я не знаю, по парвде говоря, что вкладывал в свои работы Ави, точнее какой смысл, но я определенно точно знаю, что он вкладывал всего себя во все, что он делал. Я не готов спорить, да и понимаю, что ничем хорошим это не закончится, а потому все это остается при мне, а собеседнику лишь малая часть. Я был готов вступаться за него, рассказывая о том, как тяжело было матери и о том, что не было возможности зарабатывать на краски месяцами, или еще о чем, но я в любой момент мог оступиться в своих суждениях. Все это могло начаться и после успеха группы, а своеобразное, по словам Роджера, творчество могло оказаться лишь способом выражения себя. Но я знал наверняка одно - что бы не случилось, я всегда буду на его стороне.
- Я могу начать монолог, который не закончиться до Рождества о том, какой на самом деле Ави. О том, что его внутренний мир настолько велик и прекрасен, что я не достигну его в этом никогда, как и во многом другом. Он в действительности лучший из тех, кого я когда либо встречал и это не преувеличение. Но что бы я не сказал, ты скажешь мне то же, что и сестре: я субъективен. Мне жаль, что у вас не заладилось, ведь за всем этим фарсом, кроется удивительный человек. Все, что ты говоришь звучит как какая-то шутка и мне хочется верить в то, что где-то в углу кроется скрытая камера, а с минуты на минуты двери распахнуться показывая счастливое лицо Ави, но я понимаю, что это не так. Мне хочется сказать, что ты вновь соврал, но я не вижу в жтом смысла. Хотя, знаешь, в детстве мы так часто сталкивались с тем, что нам говорили друг о друге гадости, стараясь рассорить. Я могу лишь догадываться о причинах такого поведения, но я абсолютно уверен в том, что они есть.
Провожу пальцами по волосам на его макушке, приглаживая выбившиеся пряди. Я слышал, как дрожит его голос, как ищет он понимания и поддержки, но понимал, что не могу встать на его сторону, особенно, когда не знаю и половины. Но даже если бы и знал, то никогда бы не пошел против брата. Когда в детстве я ненавидел кого-то, Ави недолюбливал его вместе со мной и вовсе не обязательно, что его чувства были именно такими, он просто разделял мои, а потому рассказ про Клэр меня огорчил. Я извинялся таким образом за нее и за себя, чувствовал его негодование и не хотел усугублять.
- Ты так и не сказал, что было в твоей записке. Ну же, мне же любопытно.

[STA]DON'T TOUCH ME[/STA]
[NIC]Noel Kaplan[/NIC]
[SGN]http://s9.uploads.ru/EWOto.gif
[/SGN]
[LZ1]НОЭЛЬ КАПЛАН, 22 y.o.
profession: рядовой первого класса ВВС США;
lovelytwin: Abel
fiancee: Sam
[/LZ1]
[AVA]http://sh.uploads.ru/hlNap.png[/AVA]

+1

11

[indent] Он говорит, что все не так, а я даже не удивлен. Стараюсь не выдать своего разочарования, что тут же маской легло на мое лицо, хотя, в общем-то, на что я рассчитывал? Они же братья. Странно, что такая тактика не работала с моей сестрой. Он говорит про Авеля точно так же, как говорила про него Клэр. Слова иные, а смысл тот же. Я не знаю, почему Клэр удалось быть с ним настолько близкими друзьями, и я совершенно без понятия, почему не смог я. Чем я хуже? Я готов до бесконечности долго злиться на то, что никто из них не принимает мою сторону, а потом я думаю, что, наверное, дело было во мне. Или нет? Слишком сложно.
[indent] - но он не только со мной такой...
[indent] Пустая фраза, которую я помычал себе под нос, пока он говорил. Поджимаю губы от накатившей обиды, но меня потом отпускает, когда я понимаю, что обижаться было не на кого. А еще этот алкоголь и горящее от него лицо. Зачем-то трогаю свои щеки, и чувствую, как меня развозит еще сильнее. Почему он не сказал мне, что там спиртное?
[indent]- его внутренний мир настолько велик и прекрасен, что я не достигну его в этом никогда, как и во многом другом. Он в действительности лучший из тех, кого я когда либо встречал и это не преувеличение.
[indent]Такое яркое описание его достоинств, что я не могу скрыть своего удивления. Неужели так было на самом деле, или, все же, Ноэль просто слепой и не видит действительности, которую видели все? Как давно, говоришь, ты с братом не виделся? Кажется, достаточно, раз он говорит о нем такое. Столько вдохновения в его словах... Столько восхищения и любви к нему, что когда я смотрю в его глаза, всматриваюсь в его лицо, я, наконец, понимаю, что он искренне верил во все то, что сейчас говорил мне. Прокручиваю в своей голове все это, сопоставляя между собой все, что говорили о нем другие люди и картинка скалывается действительно впечатляющая. ...кроется удивительный человек... Так чем же я так не угодил тебе, удивительный человек? И вот тут становится искренне жаль от того, что я все-таки так и не смог увидеть в Ави то, что видят в нем другие. Те, кто был с ним близок. Клэр, Ноэль, Майло, Джерри...  И с каждым его словом желание узнать его ближе становится в несколько раз сильнее, чем до этого. От алкоголя или от того воодушевления, что вызывал его брат своими рассказами? Не знаю.
[indent]Думаю в какой-то момент, что зря все это начал. Зря открылся. Зря сказал все это именно ему. Где гарантия того, что потом он не пойдет к своему брату и не расскажет ему мое "занудное нытье", а после они вместе надо мной от души посмеются? Это было бы в духе Ави. Хотя, Ноэль совершенно не выглядел таким. Совершенно не был похож на своего близнеца. И сейчас, я могу точно сказать, что он был куда лучшим братом для него, чем Клэр была для меня сестрой. Нет, я ее совершенно точно люблю, между нами хорошие отношения, вот только она была другой. Она всегда указывала на мои недостатки, порой была резка, прямолинейна и даже груба в какой-то степени, но говорила правду. Горькую и не всегда приятную. И мне и другим. А Ноэль... Он нет. Сглаживал слишком острые углы характера Авеля, даже тогда, когда это было очевидно невозможно. Какой же он милый... Идеальный брат, а на фоне Ави он выглядит просто в несколько раз идеальней. Такой красивый. Кажется, меня развезло просто окончательно. Понимаю не сразу, что смотрю на него влюбленными косыми глазами, подпирая щеку рукой. Еще немного и из моего рта потечет слюна, но я вовремя беру себя в руки, когда он вырывает меня своим вопросом из моих влажных мечт. Хочешь перевести тему? Ну давай. Тяжело перевожу дух, поправляю очки и тут же краснею, когда вспоминаю текст той записки.
[indent]- да там... ничего особенного.
[indent]Делаю вид, что ищу бумажку, а на самом деле стараюсь придумать что-то другое, что сказать ему в ответ. Он смотрит на меня с улыбкой, а я смотрю на него и меня шатает. Не могу оторвать взгляда от его глаз. Такие большие, темные, глубокие... Он умеет гипнотизировать? Блин. Взгляд скользит ниже, на губы, встречаясь с его улыбкой, и в этот момент я перестаю швыряться, замираю. Туплю несколько секунд с открытым ртом. Вижу его вопросительный взгляд, слежу за тем, как поднимаются его брови, а потом я стараюсь выпрямить подогнутую под себя затекшую ногу, но я неловкий, поэтому... Падаю на него настолько неуклюже, что мне бы было стыдно, если бы не горячительный кофе Авеля, которым он меня напоил. Упираюсь ладонью в пол между его ног, потом пытаюсь подняться, слышу его вопрос, хватаю за бедро, пытаясь снова опереться, а потом поднимаю на него взгляд и... Сердце набирает ритм как бешеное. На моих губах застывает неуверенное "извини", а потом все переворачивается с ног на голову. Нервно моргаю и тянусь к его лицу, в молниеносном порыве накрывая его губы своими. Я чувствую его удивление, но я неловко-настойчив, да. Губы такие мягкие, боже. Аромат кофе с ромом, их привкус остается на моем языке. Сжимаю под пальцами его бедро, робко двигаясь выше, а вторая неуверенно ложиться на его шею, нежно забираясь пальцами в темные вьющиеся волосы. Хочу подвинуться еще ближе, но я думаю только о том, лишь бы он от меня не отстранился и не вдарил за эту выходку по лицу.

[NIC]Roger Hetfield[/NIC]
[STA]побитый интеллигент[/STA]
[AVA]http://sd.uploads.ru/sBfKC.png[/AVA]
[LZ1]РОДЖЕР ХЭТФИЛД, 20 y.o.
profession: задрот-художник; на Ноэля дрочер
[/LZ1]
[SGN]-[/SGN]

Отредактировано Abel Kaplan (2019-01-12 01:08:17)

+1

12

Он милый и улыбчивый. Тёплый,  солнечный и, кажется, немного пьяный. Серьёзно?  Ну ты чего, Роджер? Я и не подумал о том, что две столовые ложки алкоголя могут оказаться на взрослого парня такое внимание. Улыбаюсь. Это действительно очень мило, прям очень. От таких эмоций меня нереально флешбеком в детство. Разбитые коленки, слезы, палящее солнце. Мой маленький братишка, который обещает мне быть осторожнее, садясь на велосипед в следующий раз. Я ему верю, хоть и не тороплюсь поднимать его с пыльной сельской дороги. Утираю слезы с пыльных пухлых щек. Только не плачь, но слезы все равно текут, даже не смотря на широкую детскую улыбку. Такая параллель между ними навеянна умилением, тусклым светом и светлыми волосами. Сейчас он даже больше самого Авеля похож на малютку Ави. Я улыбаюсь шире на его прикрытый нетрезвый взгляд.  От этого внутри разливается тёплое чувство, как в детстве. Или это все же был ром?
Он шуршит по карманам, светится и вешается,  тонкая меня локтем, но теперь, к удивлению, он больше не одергивает руку. Осмел? Не могу стереть с лица эту глупую улыбку. Да и его внимание не уменьшается, а, кажется, наоборот. Он не отводит взгляда, прекращает шарить по карманам и даже раскрывает рот. - У меня что-то на губах? - провожу пальцами, словно стирая невидимую грязь. Но от не отвечает. Брови в удивление ползут выше, а мне просто интересно,  что будет дальше.  Боюсь спугнуть,  как синичку с ладони, которая лакомится угощением. Лакомится. Синичка. Я начинаю улавливаю фантомную мысль, но никак не могу собрать в голове все в кучу. Его выпад вперёд и он резким движением выбивает у меня из руки бумажный стаканчик. Я не вижу, но слишком хорошо представляю, как он крышку срывает от удара о пол,  как брызги летят в разные стороны, а несколько капель ложатся на моё бедро через ткань джинсы. Но я игнорирую это. Подхватываю его под руку, стараясь помочь подняться. - Живой? - смеюсь, но не долго.
- Извини.
- Ничего, всё....
Но он не дает мне договорить.
-  Я хочу тебя поцеловать.
- Тебе не обязательно спрашивать об этом каждый раз. Если хочешь - просто целуй.
Он неуверенно сокращает дистанцию, медленно приближаясь к губам, после чего следует поцелуй. Обнимаю нежно за талию, прижимая к себе ближе, но он накрывает мои руки своими и просит остановиться. Я сам. И я убираю ладони.
- А что на счёт остального? Я тоже могу не спрашивать?
Во мне кроются чувства, которые наводят смуту.  Внутри что-то неприятно замирает, осаживаясь тяжёлым камнем во мне. Я тихо сглатываю, не отводя уверенного взгляда. Ничего не должно во мне показать хоть на секунду, что я сомневаюсь или боюсь. Только не сейчас.
- Разумеется, когда пожелаешь и что пожелаешь. Я принадлежу тебе ровно столько же, сколько ты принадлежишь мне.
Хрупкие касания к коже. У меня мурашки. И когда он снимает водолазку,  то видит, как все тело трепещет от его прикосновений. Мне страшно, но я боюсь не его. Боюсь боли и того, что он испугается причинить её мне, даже не смотря на свое желание. Условная активность, которую я не хочу, но поддерживаю. Все чего я хочу - его. Даже таким способом. Слияние, страх того, что отказ нас отдалит, я не знаю,  понимает ли он, как я боюсь остаться без него, как боюсь,  что он отвернется от меня. Я поддаюсь, невольно веду его, подставляя шею. Мне сложно просто бездействовать, я хочу полностью принимать участие в процессе. Отдаюсь и беру не меньше. Он нежен,  трепетно ласкает каждый участок открытой кожи. Только не останавливайся. 

Замираю, позволяя ему сделать это. Он настойчив,  а я не отталкиваю его. Сжимает ладонью моё бедро, проводит языком по губам и я раскрываю их. Неумело,  но настойчиво. Лакомится, пытаясь распробовать вкус и только сейчас в моей голове цепь окончательно замыкается. Тебе он нравится, верно? Мои мысли совсем не о нем, хотя я отвечаю на поцелуй, продолжая сжимать его под руку, с тех пор, как пытался помочь ему встать. Он опускается на второе колено между моих ног, устраиваясь поудобнее, запускает вторую руку в мои волосы. В голове так много мыслей и я просто не успеваю развить каждую из них. Все начинается с навязчивой мысли о том, что он третий парень, которого я целую в своей жизни и именно сейчас я могу с твёрдо уверенностью заявить, что девушки заводят куда больше. Вижу, как дрожат его светлые пшеницы,  а в голове мысли о домике бабушки в Польше.  Думаю о том, что нужно заехать к ней хоть на сутки, перед тем, как я вернусь на учёбу.  Думаю о кофе, ведь его губы насыщенного орехового вкуса. Ави любит орехи. Закрываю глаза, замещая очертания в собственном воображении. Тихий выдох в его раскрытие губы.мне так жалко было этих ангельских локонов.... запускаю пальцы в его волосы, сжимая пальцами и перехватывая инициативу. Провожу языком вдоль его, а после так же редко отстраняюсь, когда его рука поднимается слишком высоко.
- Не нужно, это лишнее.
Провожу ладонями вдоль скул,  соскальзывая пальцами вниз. Достаточно. Интерес кончился в ту минуту, когда поцелуй закончился, а мысли все так же были далеко. Я чувствую, что ему необходимо слышать что-то ещё,  но не могу никак подобрать нужных слов. Клево целуешься? Представлял вместо меня Ави? Я тоже. Каламбур, блять. Мягко улыбаясь,  стараясь сгладить ситуацию. Мы ещё не выбрались, а терпеть напряженные атмосферу и слышать как он мысленно убивает себя было мне не на руку. Убираю светлые пряди за ухо и помогаю ему сесть рядом.
- Ты был под властью печеньки,  это она тебе приказала?

Отредактировано Noel Kaplan (2019-01-15 00:41:34)

+1

13

[indent] Он замирает, позволяя мне сделать то, о чем я так давно мечтал. Настолько давно, что мне самому от этого становится стыдно перед ним, что это было до него, но только на короткую долю секунды, ведь все остальное время я просто боялся не свихнуться от удовольствия, которое мне приносил этот долгожданный поцелуй. Где там мой список желаний за 2016 год и все последующие? Можно смело ставить галочку напротив сноски - "поцеловаться с Капланом". И пусть то был совсем не тот, о котором я думал в тот миг, когда писал это короткое желание, но крышу от этого мне сносило не меньше. Отвечает мне на поцелуй. Отвечает! Мне! На! Поцелуй! Боже мой! Я смелею, прижимаясь к нему телом, хочу, чтобы он перенял инициативу в свои руки, хочу почувствовать это. Его, хотя это был не он. А может, так даже лучше? Мой мозг затуманен, я не вижу разницы, а одна личность накладывается на другую, и я просто схожу с ума. Запускает руку в мои волосы, сжимая их, и я не могу пропустить тихий стон в его губы. Я чувствую его инициативу, долгожданную, я так много раз представлял это в своей голове... Я не мог представить, что все сложится именно так. Они разные, но одинаковые. У них у обоих есть легкий акцент. У Ави он, почему-то, был сильнее. Вдыхаю его запах. Смакую вкус губ, и, когда он проводит языком по моим, смелею до конца. Ладонь скользит все выше, пробираясь к паху. Я так хочу потрогать, почувствовать, ощутить. Я почти рядом, но все обрывается резко. Так же, как и начинается, но только по его желанию. Он отстраняется, но не убирает мою руку, а я замираю сам, так и не осмелившись дойти до конца. Я слишком поторопился? Да? Правда? Он говорит, что это лишнее, а я как щенок, заглядываю в его глаза, кивая головой на каждое его слово.
[indent] - прости, пожалуйста, прости...
[indent] Хочу еще много чего сказать, но он берет мое лицо в ладони, проводит по щекам, а потом медленно опускает их в низ. Влюбленно хлопаю глазами, пялюсь на него, а сам облизываю свои губы, собирая с них его вкус. Он не отпрянул, не послал меня и даже не сказал ничего грубого. Он такой мягкий и боится меня обидеть, а я теперь думаю, как бы пригласить его куда нибудь погулять. В голове так много мыслей, они все о нем одном. В кино? В кафе? Ты любишь читать книги? Может сходим купим парочку?? Попозируешь мне? Представляю, как целую его снова. А лучше, чтобы он сделал это сам. Улыбка глупая, но мечтательная. Он помогает мне снова усесться рядом, а я только и рад. Двигаюсь максимально близко, двигаю к себе коленки, и облокачиваюсь о них рукой, чтобы смотреть на него с самого удачно ракурса. Тут тень хорошо падает и я вижу его взгляд, улыбку, глаза. Мне не стыдно и я не боялся быть настойчивым. Он показал мне, что я нравлюсь ему, а это было самое главное. Надо было давно так сделать - выпить и поцеловать его. Вот только за своей влюбленностью я совсем забыл, что Ави не Ноэль. И, собственно, наоборот. И вспомню это еще совсем не скоро.
[indent] - нет, я сам захотел этого. - говорю честно, а потом заливаюсь краской от собственной откровенности. Он пытается перевести тему, я не замечаю, что он слишком далеко от меня мыслями и что на самом деле ему было все равно на это печенье, ведь я думал, как лучше пригласить его на свидание завтра. Что делаешь завтра в восемь? Не хочешь поесть пиццы? Я знаю тут рядом хорошую бургерную... Ты любишь тако? Я хочу с ним провести как можно больше времени. Надеюсь, что он в Сакраменто надолго. Навсегда. Хочу сводить его в мастерскую, хочу показать ему работы, хочу написать его во всех ракурсах, хочу сходить с ним в кино, хочу целоваться с ним на последнем ряду, хочу взять у него номер телефона, хочу добавить его в фейсбуке, хочу переписываться с ним ночами и утром ждать от него "доброе утро, соня http://funkyimg.com/i/23b5P.png ", хочу слушать и слышать его голос, хочу... Я так много чего хочу, что совсем не знаю, с чего начать, - прости, что поторопился. На первом свидании не целуются, говорят. Хотя, это и не свидание вовсе... - нервный смешок, после которого я прячу лицо и счастливую улыбку за локтями. Вот тут тот самый момент, где я должен предложить ему сходить на свидание со мной, но мне пока что сложно сказать это вслух, хотя я уже сто раз за минуту это обмусолил в своей голове. Снова поднимаю взгляд на него, а потом понимаю, что совсем ничего о нем не знаю, да и рассказал о себе только я. Опускаю взгляд на чемодан с огромным количеством стикеров, и снова возвращаюсь к нему, - на твоем чемодане так много наклеек из разных стран... Италия, Франция, Латвия, Британия, Япония... Ты много путешествуешь? У тебя очень милый акцент. Никогда не был в Европе, хотя очень хотелось бы однажды побывать. Кстати, моя бабушка рассказывала, что у нас тоже были родственники оттуда, откуда вы родом, но правда из Украины, хотя на самом деле это было очень давно, и наш род в Америке с девятнадцатого века... а на самом деле мои родственники из Англии, и меня назвали в честь моего прапрапрапрапрапрадедушки, первого мужчины в нашем происхождении, что ступил на новую землю, - понимаю, что опять занудничаю, так что снова стараюсь придать своему тону бодрую окраску, - А еще, ты сказал, что давно не видел брата. Почему? Ты живешь в Польше? А можешь что-нибудь сказать на польском?

[NIC]Roger Hetfield[/NIC]
[STA]побитый интеллигент[/STA]
[AVA]http://sd.uploads.ru/sBfKC.png[/AVA]
[LZ1]РОДЖЕР ХЭТФИЛД, 20 y.o.
profession: задрот-художник; на Ноэля дрочер
[/LZ1]

Отредактировано Abel Kaplan (2019-01-15 04:04:10)

+1

14

- Тогда это абсолютно меняет дело, - смеюсь, - печеньки они коварные, знаешь? Будь с ними остороджен, не поддавайся их чарам, - я жалею о том, что уронил стаканчик ведь теперь абсолютно нечем занять руки. Сцепляю пальцы в замок и откидываюсь спиной на стенку лифта. Хорошо все-таки, что я взял чемодан с собойх, ведь изначально я планировал взять из него только первую попавшуюся одежду на смену. Зато теперь нам есть на чем сидеть. Я, конечно, совершенно не предугадал бы такой поворот событий, но был рад своей дальновидности и интуиции. Она, кстати, подсказывала, что пора бы уже и закругляться. Ненавязчивые темы обсуждены, знакомство состоялось, недостаток общения с посторонними восполнет, расходимся. В такие моменты я обычно улыбался, говорил, что меня ждут дела и сваливал в закат, оставляя чувство недосказанности и интереса, которое окутывает собеседника до следующей, столь же ненавязчивой встречи. Но тут все складывалось иначе и я не мог сказать, нравилось это мне или нет.
Свидание? Не успеваю озвучить свой вопрос, как он тут же выкладывает мне на него ответ. Своевременно, знаешь ли. Думаю, как лучше подобрать слова, чтобы не обить его ими, но в голову по-прежнему ничего не идет. Черт, где же этот пиздежный скил, когда он так нужен. Но я слишком занят собой. Мой, отошедший на второй план, нервоз возвращался уже мыслями о брате. А что если он уже давно проснулся? Постукиваю большим пальцем по второму, а после стараюсь занять мыслями вопросами Роджера.
- Это чемодан Ави, - и правда, обращаю внимание на наклейки, о которых он говорил, только сейчас всматриваясь в места, которые он посетил. В голове всплывают все теже вопросы, которые только что озвучил блондин и я, в отличае от него, совершенно точно хотел бы получить ответы на все.
Роджер болтает за двоих и мне бы стоило быть ему благодарным, если бы не такое огромное количество вопросов, которое он задавал. Он действительно хочет чтобы я ответил на все или это просто вынужденная мера чтобы заполнить повисшую тишину. Этот поцелуй несколько испортил атмосферу. Парень был мне симпотичен изначально в качестве приятеля, который был милым объектом наблюдения, а теперь я терялся в мыслях, как себя с ним вести. Я испытывал дискомфортное чувство неловкости и хотел уже, чтобы нас побыстрее достали. Блять. Выдыхаю сквозь сжатые зубы, завожу рукой волосы, собирая их от лица назад.
- Ну ты, конечно, не лучшее сравнение выбрал, - сливаю тему беспощадно игнорируя все его увлекательные (нет) факты, маскируя безразличие улыбкой, - почему ты выбрал искусство? Что в этом особенного? Чем картина лучше фтографии, сейчас ведь век технологий, фото можно распечатать в любом формате и на любой текстуре, - непроизвольная ответка на сравнение с Украинцами. Тихое фырчание, но, не смотря на это, у меня не было намеренний его этим задеть, просто было интересно, что на подобное ответит именно он. Некоторые выбирают профессию для того, чтобы она приносила доход, как, например, я. А есть те, кто вкладывают в дело своей жизни всего себя, такие, как брат. Вопросительно выгибаю бровь, глядя ему прямо в глаза. Твой ход.
- Ох, нуу, - затягиваю гласную, когда он говорит про польский, - kocham ciе, это значит - я тебя люблю, -  говорю то, что первым приходит в голову. Я так часто говорил эту фразу для Ави, что мог бы повторить ее еще сотни раз, даже во сне, даже с закрытыми глазами, даже если я вообще забуду польский. Осознание того, что я не говорил на родном языке почти десяток лет приводит в удивление. И правда, как давно я на немговорил? Вспоминаю бабушку, которая гоняла Ави с кухни тряпками, когда пекла пирожки, а дед только больше науськивал нас украсть из таза очередную порцию румяных с мясом. Я боялся бабушку еще больше, чем брат. Грозная женщина, которая чувствовала себя на кухне, как в крепости. Нарушать ее территорию приравнивалось к самоубийству. И только ангельский взгляд Ави, которй гипнотизировал ее похлеще любого маятника, мог выбить нам пораньше ароматный печеный пирожок. Хотя бы один на двоих. Признаться, даже дед ее боялся в такие моменты. - Я учусь за пределами штата - летчик, - зачем-то добавляю, а потом тут же жалею, наблюдая за тем, как расиряются его глаза и открывается рот. Он становится вновь таким же забавным, как и при первом впечатлении, смеюсь, а потом торопливо добавляю, - только я не очень люблю это обсуждать.
Он только раскрывает рот, чтобы выплеснуть на меня очередной поток радуги, которую он излучал всем своим присутствием, как я слышу громкий стук, по ту сторону двери лифта, а после недовольное матерное ворчание. Глаза тут же меняются и я поднимаюсь с чемодана, стучу в ответ.
- Ави, Ави! - я не вижу кто это был, не могу даже с уверенностью сказать стучали сверху или снизу, но я точно уверен в том, что это он, - Ави, вытащи нас отсюда! - прижимаюсь ухом к двери стараясь хоть что-то расслышать, но не выходит. Роджер тоже поднимается со своего места, берет в руки сумку, прижимая ее к своей груди и отходит к дальней стенке лифта. Я замечаю его поведение краем глаза, а после, удостоверившись, что брат меня услышал, поворачиваюсь к парню, широко улыбаясь. Ну вот, собственно, и все. - Сейчас он нас вызволит, не переживай, - взлохмачиваю его волосы, тут же приглаживаю их обратно и заправляю локоны за ухо.

+1

15

[indent] Не могу сказать, когда в последний раз я спал так сладко. Твое тепло, чувствовать тебя рядом, знать что ты со мной, а не где-то хуй пойми с кем и хуй пойми где - вот оно лучшее снотворное и успокоительное. Я вчера так надрался, просто от души, да и ты был не очень трезв, но этот вечер был лучшим из всех тех, что были у меня в моей жизни. Совместный поход в магазин [все совместное с тобой в несколько раз делало это лучше], срач, примирительный секс, откровенный разговор, танец, признание, елка, обещание, веселье, моя серенада для тебя, пьяные поцелуи перед сном, разговор до утра... Господи, это всего один день, что нас ждет впереди? Я был нереально счастлив быть рядом с тобой, чувствовать тебя, видеть и слышать. Я заснул с неописуемо теплым чувством в груди, полной удовлетворенностью жизнью, чего не было со мной давно. Я забыл о письме от Саманты, этот нюанс совершенно вылетел у меня из головы, и теперь вообще не имел никакого смысла. Он просто потерялся в тебе, ведь я весь был пропитан тобой и мыслями о нас с тобой и не мог думать ни о чем другом, кроме как о том, как мне с тобой заебись.
[indent] Похмелье утром - не то, от чего бы мне хотелось вставать. Впрочем, когда я проснулся, было уже далеко не утро, да и причинами были не только муть в желудке, сушняк и головная боль, но и четкое ощущение того, что я больше тебя не чувствовал. Оно приходит почти сразу, как я открываю глаза. Мне даже не нужно смотреть за спину, чтобы понять, что рядом со мной было пустое спальное место. Решил мне завтрак в постель принести? Окей, я даже готов закрыть глаза на то, что здесь нихуя нет кухни и жратвы мы вчера так и не купили, лишь бы оправдать твое отсутствие. Впрочем, в детстве, первым всегда вставал я, а ты, напротив, любил еще немного понежиться в моих объятьях или, если мне приходилось отдуваться за тебя перед матерью, вместо того, чтобы быть с тобой, ты обнимался с подушкой. А сейчас я поворачиваюсь на твою сторону, стягивая простыни и утыкаюсь в них носом. А нос у меня сломан, поэтому я нихуя не чувствую, но отлично воспроизвожу в памяти по нотам твой родной аромат. Жаль, что ты встал раньше, ведь мне так хотелось обнять тебя, касаться с простым осознанием, что ты рядом. Лежу так еще несколько минут, но ты не торопишься возвращаться. Я нехотя разворачиваюсь, а потом поднимаюсь на локтях, растирая по лицу остатки сна, с языка слетает первое и протяжное "блять", когда у меня кружится голова, но я быстро прихожу в себя, когда щурясь от дневного света, оглядываю помещение на предмет твоего присутствия. А тебя нигде нет. Окей, наверное, ты блюешь в толчке после вчерашнего виски, поэтому я все еще спокоен. Встаю с дивана, разминаю затекшие шею и мышцы, а сам никак не могу перестать думать о тебе. Чувствую себя вопреки всему дохуя окрыленным, словно Купидон запулил в мой зад ни одну стрелу любви с твоим именем. Черная футболка в некоторых местах мятыми влажными пятнами неприятно прижимается к телу, и мне хочется принять душ и переодеться. Закуриваю, откупоривая последнюю бутылку виски, до которой мы вчера так и не дошли. Хожу из стороны в сторону, на часах уже третий час, билеты на пять. Почему ты не разбудил меня раньше? Вторая сигарета пошла хуже второй. Я кашляю, но запиваю дым спиртным. Чувствую на зыке привкус тревожности и пиздеца, когда не слышу в ванной ни звука, который смог бы мне дать понять, что ты, собственно, там. А я вслушиваюсь, даже понимая, что смысла в этом нет. Взгляд греет елка, которую мы с тобой вчера вместе наряжали, истлевшие свечи по периметру студии, твой [мой] свитер, на который я наступаю босыми ногами, когда подхожу к кровати. Беру его в руки. Смотрю несколько секунд, как будто это поможет мне успокоиться, а на деле же, тревога только усиливается, хотя, в общем-то, паниковать было не с чего. Ты же в ванной. Да? Кидаю вещь на кровать, а сам собираю в себе последние остатки терпения, но оно кончилось. Открываю дверь, но свет даже не включен. Чувствую, как мурашки пробегают по коже, но я все еще не осознаю. Не хочу. Окликаю тебя по имени, а в ответ тишина. Свет включаю и здесь уже становится все ясно. Я не хочу в это верить, но осознание приходит ко мне против моей воли. Если ты, блять, не в ванной, то где? Встаю в центр и осматриваюсь по периметру, в поисках тебя. Ну да, может ты в прятки так играешь? Вижу, что твоих кед у входа нет, как и нет моей кожанки, в которой была моя кpeдитка. Чувствую, как голова снова кружится, когда правду уже невозможно было игнорировать. Ладно, может ты просто вышел купить мне кофе? Но нахуя, блять, мне кофе, если у меня похмелье? Допустим. Я готов подождать тебя еще полчаса, не вопрос. Стараюсь сохранять спокойствие, но меня уже нормально трусит. Ебучий флешбек из прошлого о том, как ты меня оставил восемь лет назад. Кусаю ногти, убивая черный лак до конца, нервничаю. Смотрю на дверь, ожидая, что ты вот-вот откроешь ее и скажешь мне, что принес мне булочки с корицей на завтрак. Но тебя все нет. Ни через минуту, ни через пять. В желудке неспокойно, как и в моей голове. Сердце вот-вот вырвется из груди, а я чувствую, как горит все мое тело от медленного осознания того, что на самом деле происходит. Я так старательно отгонял эти мысли. Просто не позволял себе думать о том, что это возможно. Ты ведь не мог со мной поступить так второй раз? Самый кошмарный страх, который только может быть. Ищу взглядом, хоть что-нибудь, за что зацепиться, но вместо этого понимаю, что ключей от машины тоже не было. Я точно помню, что клал их на стол вместе с ключами от студии, которые, лежали на месте. Да нет, блять, не может такого быть. Я подлетаю ближе, скидывая нахрен все эти ебучие игрушки, но да, конечно же, их там не было. Как и твоей [моей] обуви, как и моей куртки, как и тебя самого. И тут цепь замыкается, а я стою, словно мне сказали, что у меня рак простаты, блять, - ебаный ты... - мудак? Кретин? Ублюдок? Я не знаю. Провожу руками по голове, а на лице просто вселенское охуевание. Не знаю, куда себя деть, первые секунды я вообще не понимаю, что происходит и в глазах темно. Тру их до бесконечности долго, внутри так больно, я чувствую, как сердце просто разрывается от принятия того факта, что ты съебался. Даже не попрощался. Ни слова, блять, не сказал. Ебучей записки не оставил. Я так своих шлюх кидаю, как ты, блять, меня кинул. Вспоминаю все те слова, что ты вчера говорил мне, вспоминаю, как я плакал перед тобой, а ты говорил мне, просил меня, чтобы я дал тебе шанс все изменить. Дать тебе надежду, ага. Говорил мне, что я смысл твоей жизни. Центр твоей блядской вселенной, да. Ты говорил мне, что в тот раз причиной, по которой ты ушел, была мать, а теперь? Теперь, блять, какая была у тебя причина? Я даже не хочу об этом думать, но все равно думаю и знаю ответ. Ком в горле встает от этих мыслей, я чувствую себя разбитым, убитым, брошенным и ненужным. Внутри пустота, как будто бы из меня выдернули все хорошее, оставив только вот это вот все дерьмо, что я носил в себе все восемь лет. На глаза давит влага, но я не позволяю себе слабостей, поэтому злость вспыхивает буквально сразу. Охватывает меня, застилает глаза яростью и обидой. Я обижен на тебя так сильно, что не уверен, что когда-нибудь смогу посмотреть в твои глаза и не разбить тебе ебало за то, что ты сделал. Вокруг все пропитано тобой. Все напоминает мне о тебе, а это словно ножом по сердцу, только в сто раз больнее и я не знаю, как не думать о том, чтобы прыгнуть нахуй с двадцать второго этажа. Но я же дал тебе обещание и я должен его исполнить. Ведь я не ты. Но теперь я не уверен, что оно тебе было нужно. Взгляд тут же цепляет елка, которую мы с тобой вчера вместе наряжали, а так же истлевшие свечи по периметру студии, которые ты так старательно ставил. Нахуя? Зачем все это? От бессилия я загораюсь еще больше. Вижу сраную ленточку, где твоей рукой написано "лучшее событие в моей жизни - ты", и это, теперь, принимает новые смыслы. Вчера я готов был ссаться от счастья, а сейчас это выглядело как смачный плевок в лицо, как издевка, как... Я не знаю. Я импульсивный. Тяну ее на себя, но ты ее привязал к ветке, поэтому я завожусь и дергаю сильнее, так, что стеклянный ангел с макушки падает на пол и разбивается. Выглядит он, как я, только лучше. Меня это только подначивает. Подливает масла в огонь, блять. И я упираюсь ногой в горшок, резко тяну ленту на себя, отрывая к хуям ветку. Но меня это дерьмо уже не интересует. С силой опрокидываю дерево, слышу, как раскалывается горшок и игрушки, я бы еще по нему походил, вот только я без обуви, - че, говоришь, лучшее рождество у тебя за восемь лет? Пиздабол, сука, - жалко мне? Да, очень. Безумно жалко, мне хочется орать от того, что я испытывал, хотелось, блять, до тебя наконец достучаться, а ведь мне казалось, что я смог. В тот вечер в беседке. Сейчас все эти слова, все то, что ты говорил мне, оно имеет хоть каплю правды? Я понимаю сейчас, что к чему. Почему ты мне ничего не обещал. Хотя, что тебе мешало вновь послать нахуй все обещания? Ты же любишь так делать. Пиздеть. Просто голова взрывается. Я совершенно ничего не вижу перед собой, все как будто бы покрыто ебучей непроглядной пеленой, которую невозможно сорвать с глаз. Что это за хуйня? В ушах шумело от подскочившего давления, адреналина и жгучей обиды, от которой раздирало все нутро. Адски обжигающее пламя. Я прям чувствую, как все внутри кипело от осознания того, что ты меня снова кинул. Пиздец. А я повелся. Какого хуя я повелся? Каждый раз, как первый. Я буду вечно вестись на это, вечно тебя прощать и получать в ответ в два раз больше. Злюсь на себя. На тебя. Я не понимаю где я, что я. Злость буквально переполняла меня, выливаясь в то, что я ходил из угла в угол, царапая обкусанными ногтями кожу на голове. Нос сломан, я не дышу им, не чувствую запахов, но в голове твой аромат. От этого сжимается все внутри. Я не могу от него избавиться. Не могу выкинуть из головы, как и тебя самого. Он стоит у меня в легких. Такой стойкий. Это сводит меня с ума. Все вокруг, как напоминание о тебе. Кажется, я больше не смогу сюда вернуться, и большее, что я хочу сейчас, съебаться отсюда, чтобы не думать о тебе и о том, о чем думать нельзя. Жалею, что сейчас не было рядом Майло, как в прошлый раз. Я не могу ему даже позвонить, но мне так нужна его поддержка. Как той самой ночью, когда мне стоило бы сделать выводы, но я снова прогнулся под тобой. Та самая случайность, которая оставила меня в Сакраменто. В этот раз больнее, хотя я не должен был удивиться. Совсем. Ты специально делал все так хорошо, возводил все до высшей точки для того, чтобы мне было больнее падать, да? Если это месть за твою телку, то просто охуенно все придумал. Как же сильно ты ее любишь. Пиздец.
[indent] Я больше не могу оставаться здесь и минуты. Здесь везде был ты. На кровати, на сцене, на полу, блять, везде, ВСЕ ГОЫОРИЛО О ТОМ, ЧТО БЫЛО ВЧЕРА. Забрал телефон, чтобы я не мог дозвониться. Мне не жалко для тебя ни денег, ни машину. Мне вообще похуй на это, страшно лишь от того, как ты до всего этого додумался. У меня нет денег даже на такси, но я надеюсь успеть перед рейсом в банк, чтобы снять наличку. Улечу без тебя. Хули блять мне. Ты ведь все равно не хотел. Я быстро собираю свои вещи, нахожу паспорт в своем рюкзаке, а свой ты, вероятно, забрал. Стараюсь о тебе не думать. Первая волна злости уходит, оставляя в душе гадкое ощущение ничтожества. Закрываю студию на ключ и дрочу кнопку лифта, надеясь, что он приедет быстрее. За порогом быть проще. Чтобы не вспоминать о тебе. Жму минуту, вторую. Нихуя не происходит, и я начинаю злиться опять. А потом я понимаю, что лифт нихуя не работает, - ебучая дрьянь, каждый раз блять, - я с силой стучу ногами по металлическим дверкам, вымещая на технике свою злость на тебя. Хочется разъебать ее нахуй, заебала ломаться, - каждый, сука, раз, бесполезная ты блядская хуйня, - двадцать два этажа ебашить. Серьезно, блять? Может идея с окном была и не такой уж и плохой? Но да ладно. Я готов был идти спускаться по лестнице, пока не слышу твой голос где-то внизу. Зовешь меня по имени. Это мои ебучие галюны, да? Пошел нахуй из моей головы. А потом до меня доходит, что звук шел где-то снизу, на этаж ниже, из кабинки лифта. Просишь меня вытащить тебя отсюда. О, вот как. Попался, блять. Я даже не знаю, радуюсь я тому, что ты не успел уехать, и я смогу тебя снова увидеть, или тому, что я могу набить тебе ебало. Спускаюсь на несколько этажей ниже, к офисникам, вызываю лифтера, а сам стою и жду, когда ты оттуда выйдешь. Нервничаю, да. Злоба и обида наваливаются на меня с новой силой и, я уверен, что мое ебало сейчас не предвещало ничего хорошего. Я говорил, что не знаю, как буду смотреть в твои глаза, но теперь я точно знаю. Проходит минут десять, может больше. Этого времени мне достаточно, чтобы накрутить себя просто до предела. Сейчас лопну от злости, а еще мне кажется, что этот дядька так долго копается, поэтому я ору ему - блять, а можно там побыстрее? - он что-то бурчит в ответ, но мне похуй вообще. Я только о тебе думаю, поэтому когда двери лифта открываются, когда я вижу твою счастливую улыбку, меня просто с катушек срывает. Я не вижу ничего, кроме твоего довольного ебала и раскрытых для меня объятий. Ага, конечно. Вижу сквозь пелену, как на меня в ахуе пялится задрот, я говорю ему, хули он уставился, шлю нахуй, он что-то отвечает, а я уже не слышу. Тут же теряю к нему интерес, - и хули ты теперь улыбаешься, а?! Охуенно делаешь вид, что все заебись, я почти поверил, - ты идешь ко мне навстречу, а я срываюсь с места и беру тебя за грудки, за собственную куртку, и с силой тебя впечатываю в заднюю стенку лифта. Вообще не замечаю, что рядом был еще кто-то, все крутилось вокруг тебя одного. Но только в своем ином смысле. Хочу тебе въебать посильней, толкаю тебя с силой в грудь, готов вот вот сорваться, но вместо этого я ору тебе в лицо десятки обвинений, все то, что так накопилось во мне за это короткое время, что я накручивал себя, пока тебя не было. Называю тебя предателем, говорю, что ты мне больше не брат, что невесту твою я ненавижу, и вообще как ты мог после всего того, что было... Смотрю в твои глаза, мои зрачки сужены, как будто бы я под феном, но вся дурь была в кармане у тебя. Ты не понимаешь меня или делаешь вид, что не догоняешь? Полное отсутствие в твоем взгляде. А потом из этого потока говна, что я на тебя выплескивал с такой яростью, вырывает твое обеспокоенное "Ави", спускающее меня на землю. Спрашиваешь, что на меня нашло. Просишь успокоиться, а я не понимаю. Опускаю взгляд вниз, под ноги, вижу свой собственный чемодан, лужу от кофе и стаканчик с моим именем, а второй с твоим. Осознание реальности приходит медленно и очень мучительно. Я прямо чувствую, как разбивается мое сердце на осколки от того, что я себе позволил. Поднимаю взгляд на тебя, мои глаза широко раскрыты, ты с легкостью можешь прочитать в них испуг. Накал эмоций не спадает, я так хотел тебя ударить секундами назад, так хотел выплеснуть на тебя свою обиду и злобу, а вместо это я тяну тебя на себя, впиваясь в твои губы в резком и грубом порыве, как будто бы кроме этого не нашлось ничего, что я бы мог тебе ответить. Целую жадно и с напором, как будто бы не видел тебя сотню лет, ты мне смазано отвечаешь, а я готов на тебя залезть прямо здесь. Ярость переходит в агонию. Но ты разрываешь поцелуй слишком быстро, а потом что-то говоришь, говоришь, что мы не одни, а мне похуй. Не слышу никого, кроме тебя, потому что стоявший все это время ком вырывается наружу неконтролируемым потоком слез от мыслей, как я мог себе позволить так думать о тебе. Агония превращается в раскаяние. Я уже не прижимаю тебя к стенке, моя хватка ослабляется, чувствую, как подкашиваются мои ноги и темнеет в глазах. Я соскальзываю перед тобой на колени, с губ срывается "прости", но ты не даешь мне упасть до конца и поднимаешь под руки на ноги. Я повторяю это слово столько много раз, но понимаю, что это нисколько не делает мне легче. Грудь разрывает от рыданий. Говорю тебе, что я думал, что ты снова меня кинул. Говорю, что это самый кошмарный страх в моей жизни. Говорю, что мне безумно жаль за все мысли, что я себе позволил. Смотрю на тебя, изливаясь в слезах, цепляюсь пальцами за твои плечи, а сам снова норовлю перед тобой упасть, но ты опять держишь меня, не позволяя это сделать. Я только что хотел тебе набить морду, потом выебать, а теперь хочу ползать у тебя в ногах и просить прощения. Как я мог подумать о тебе так плохо? Мне от самого себя противно. Говорю, что беру свои слова обратно, говорю, что мне безумно стыдно перед тобой, умоляю тебя, чтобы ты меня простил. Мне так больно, внутри пустота, я безумно счастлив, что ошибался, но и слишком разочарован самим собой за то, что я позволил усомниться в тебе еще раз. Хочется перемотать назад, хочется выйти сразу же и найти тебя здесь, чтобы не повторять собственных ошибок. Я настолько себя накрутил, что готов приравнять этот поступок к предательству. Эмоции горячие, колючие и жгучие. Они разрывают меня изнутри, выпуская наружу хриплые стоны и нескончаемую истерику. Твою же мать. Горечь и боль от собственной вины перед тобой. Слезы горячим градом стекают по щекам, я сжимаю тебя в своих руках и прошу никогда больше не оставлять меня одного.

Отредактировано Abel Kaplan (2019-01-18 01:07:16)

+1

16

[NIC]Roger Hetfield[/NIC]
[STA]побитый интеллигент[/STA]
[AVA]http://sd.uploads.ru/sBfKC.png[/AVA]
[LZ1]РОДЖЕР ХЭТФИЛД, 20 y.o.
profession: задрот-художник; на Ноэля дрочер
[/LZ1]

[indent] Его слова меня совсем не обижают. Я не замечу даже, если он пошлет меня, так как все мысли были только о поцелуе и о том, какие у него губы мягкие. Он произносит на польском что-то странное, а потом говорит, что это признание в любви. Мне? О господи! Куда же ты торопишься, мы ведь еще даже за ручку не держались!
[indent] - Польский язык странный, очень похож на русский. Такой же резкий и немного грубоватый. Признаться честно, я вообще бы не отличил...
[indent] Но он не дает мне договорить, потому что говорит сам. Летчик! Открываю рот в протяжном "ооо", а потом киваю головой, типа, ого, круто. И как я не догадался, что чемодан принадлежит Авелю? Ведь это было так очевидно. Я ведь смотрю его видео каждый раз, когда он выкладывает новые. Милан, Вена, Токио, Париж... Теперь я понимаю, почему они не путешествуют вместе. Хочу еще спросить, как давно они в Америке, но не успеваю, потому что он срывается с места и подлетает к двери лифта. Слышу голос наверху, но не пойму, чей он. А Ноэль кричит имя Авеля, и внутри как будто все замирает. Я только что целовался с его братом. Боже мой. Он говорит, что брат нас вызволит. А я киваю головой, да, да, хорошо... Как так бывает, что жизнь поворачивается за одну встречу к тебе удачей? Ноэль такой милый. Я совсем забыл о существовании Ави, хотя, кажется, я забыл вообще даже, что они близнецы. Все слилось в одну картинку, и сейчас я, все еще под легким опьянением, лишь отчасти это понимаю. Он заправляет мне локоны за ухо, а я помню его признание в любви мне на польском, и, как-то даже не знаю, как держать себя в руках, чтобы не поцеловать его еще раз. На языке все вертится вопрос про свидание и, когда появляется, наконец, тишина, осмеливаюсь до конца и решаюсь.
[indent] - Давай сходим завтра куда-нибудь? Или в любой другой день, когда тебе удобно. Можно сходить в кино, например, - я выпаливаю это очень резко, но тут же сую в его руки написанный на чеке от транспорта свой номер телефона, - Это мой номер. Звони, пиши, я буду очень рад тебе, - улыбаюсь очень мило, насколько это возможно, провожу по волосам в том направлении, в котором делал это только что он, - Спасибо за кофе. И за приятную компанию, ты очень милый.
[indent]Я понимаю, что времени все меньше остается на то, чтобы побыть вдвоем, поэтому я тороплюсь. Мне даже немного жаль, но я слишком окрылен произошедшим. Он смотрит на меня, а я решаюсь и целую его робко, но быстро, в щеку, хотя изначально целился в губы. Стеснительно отвожу взгляд и именно в этот момент открываются двери лифта. Перевожу взгляд на фигуру в дверях и не сразу признаю в ней Ави, хотя его спутать с кем-то было просто невозможно. Новая прическа? По лицу вижу, что он не в настроении, и, конечно же, именно я оказываюсь тут же в немилости, ну, как всегда. Ничего нового, собственно. Я тоже по тебе скучал. Он отпихивает меня в сторону, я больно ударяюсь головой, а потом шлет "нахуй", и говорит, что бы я "съебался" когда наваливается на своего брата с такой яростью, что я даже за него начал волноваться. За Ноэля, естественно. Он наезжает на него с такой злостью, что я сам чувствую себя виноватым в чем-то, я не знаю, в чем, но и не очень-то хочется. Вообще он пугал меня в таком состоянии и я очень рад, что не часто его таким вижу. Отхватить перед рабочим днем? Нет, спасибо. В нем я не сомневался, поэтому мне совсем не хотелось быть соучастником драки или хотя бы как-то иметь к этому отношение, поэтому я не против свалить отсюда побыстрее. Они же братья. Сами разберутся. Беру сумку и ухожу, стараясь не слушать его ора и мата, от которого закладывало уши. Выбегаю из лифта, на ходу ищу в карманах ключи от мастерской, а потом скрываюсь за ее дверьми, почти благополучно избежав повседневного хейта.

Отредактировано Abel Kaplan (2019-01-17 02:30:17)

+1

17

Ох, Боже! Я был так рад, что на мгновение даже забыл о Роджере, который стоял за моей спиной и сверлил взглядом. Я не знал, сколько мы тут просидели, но мне казалось, что уже достаточно давно. Чувство тревоги не отступало, хотя от части несколько глохло, но я все равно продолжал думать про Ави и, как оказалось, не зря.
Усмехаюсь от очередного сравнения Роджера о польском языке.Хочется попросить его больше не сравнивать меня ни с кем, но мои мысли заняты другим. К слову, очень хорошо, что  это другое появилось именно сейчас, а то я бы не выдержал пока он переберет всех славян к сравнению. Нужно будет провести с этим мальчишкой ликбез, ну в случае если мы еще пересечемся. Улыбаюсь, киваю и говорю, что что-то в этом есть.
Отхожу от него в противоположную сторону, прижимаясь спиной к дверям. Сидеть спокойно я уже точно не смогу и нужно куда-то деть запал радость. Отвечаю, сейчас эмоций, разумеется положительных, было даже больше, чем в первую встречу. Блять, Ави,  как же я тебе рад. Конечно у меня не было и тени сомнения в том , что нас вытащит кто-то другой, я ни секунды не сомневался в том, что он это все равно сделает. Так или иначе. Других вариантов не было, как и вариантов мыслей об этом. Единственное, что стояло под вопросом - успеет ли он до регистрации в аэропорту.
- Давай сходим завтра куда-нибудь?
- По поводу завтра... - я бы не был так уверен, но он просто не дает вставить мне больше ни слова, да и эти, кажется, уже не слышал. У него так забавно блестят глаза, а на губах по-детски счастливая улыбка. Как мало человеку надо для счастья. Целого другого человека. Мне, например, тоже. Я не был исключением. Как быстро изменил меня и мое душевное состояние один простой, нет, он никогда не был обычным или простым, человек - Авель. Тихий глубоки и такой довольный вдох и медленный спокойный выдох. Я чувствую со стороны, как невооруженным взглядом можно уловить изменения даже сейчас, после того, как я просто услышал его голос. Родж сует мне в руки помятый листок, говорит, что там его номер и, что будет рад звонкам и смс, - по поводу телефона... - но я опять остаюсь неуслышанным. Не могу даже понять это меня раздражает или все же умиляет. Все-таки он забавный. А после очередная попытка к поцелую, склоняюсь подставляя щеку, говорю, что тоже рад знакомству и что не стоит благодарить за кофе. Смотрю на него сверху вниз, как рваным движением он заправляет локоны за ухо и вижу перед собой школьника. Кстати, нужно было спросить сколько ему лет. Я только хочу это сделать, как слышу за спиной очередную порцию мата, а после двери тут же открываются. Это что блять заклинание? И почему я не додумался сделать тоже самое?
_
Мое ебало сейчас просто треснет от улыбки, когда я вижу тебя между раскрывающихся дверей. От яркого света из коридора слепит по глазам, привыкшим к мягким полутонам лифтовой кабинки. Я вижу лишь твой силуэт, а когда двери раскрываются окончательно, ты набираешь скорость и я распахиваю руки, чтобы успеть тебя поймать в объятия... Блять, да, детка, я тоже дохуя рад тебя видеть. Мне хватило этого времени, чтобы успеть соскучиться и сейчас, по закону жанра, мне бы подумать о том, как я жил без тебя все эти восемь лет, но мне не до этого. Я слишком был рад тебе. Я настолько увлечен тобой, что не вижу ни лифтера, хотя точно знаю, что он тут, ни того, как Роджер собирает свои вещи и вылетает из кабинки. Я даже пропускаю мимо ушей и глаз ваше с ним взаимодействие - вспомню об этом позже, сейчас на это нет времени.
Хватаешь меня за грудки, а после с силой впечатываешь в стенку. Эй, полегче, я тоже соскучился. Короткий резкий удар ладонями в грудь, который выбивает из легких весь воздух. Блять. Тело срабатывает рефлексами, перехватываю тебя за запястья, но голова догоняет, маяча красным о том, что это ты, а не кто-то другой. В чем проблема, я не пойму? Да и вообще я так-то, по мелочи, нихуя не виноват в том, что в этом конченном здании этот конченный лифт застрял не доехав всего пары этажей. Чуть сжимаю за запястья. Я не агрессирую, а лишь только вслушиваюсь в поток твоих оскорблений. До меня не сразу доходит, что что-то не так, совсем не сразу. К тому моменту ты успеваешь вылить на меня приличную порцию говна, тряхнуть за грудки и приложить пару раз головой о стену. Как бы то ни было, я не переставал чувствовать вину перед тобой за все те восемь лет. Да, я определенно точно, перестал думать об этом вчерашним вечером и сегодняшним утром, но твои слова вновь выдернули из меня все это наружу. Каждое слово ранило меня так глубоко, что во взгляде застыл шок. Не удивление, потому что я не был удивлен, я прекрасно понимал, что послужило причиной твоего гнева. Ни страх, потому что я не боялся того, что ты скажешь. Каждое слово уже миллионы раз звучало в моей голове до того, как ты произносил сейчас это вслух впервые. Я проваливаюсь в свой самый худший кошмар, который видел и представлял неоднократно. Знаешь, а ведь именно такой я видел нашу первую встречу, которая, я надеялся, никогда не состоится. Мысленно нахожусь совершенно в другом месте, в своей голове, а ты для меня сейчас не более, чем плод воображения. Однако я слишком внимательно тебя слушаю, чтобы пропустить хоть слово, слишком часто слышал это раньше, чтобы понять, что что-то явно выбивается из привычного сценария. Я отмираю, когда до меня доходит, что эта встреча далеко не первая, а ты уже неоднократно сказал о том, что простил. Всего одно твое слово, которое возвращает меня в реальность и я с трудом выдавливаю из себя твое имя. - Ави? - вопросительный взгляд, который встречается с твоим разгневанным. - Что на тебя нашло? - ты имеешь на это право, но ты им не воспользовался ранее, так что же изменилось сейчас. Постепенно осознаю, что это не горечь обиды за то, что я свинтил тогда, - что случилось? - провожу пальцами гладящим движением по запястьям.
Я все еще не понимаю, что не так, но отчетливо вижу, как меняется твое лицо. Как расширяются зрачки, а потом ты переводишь взгляд вниз на пол, по сторонам, снова на меня. Медленно раскрывается рот, распахиваются глаза, вертикальные морщины на лбу меняются на горизонтальные. Мой взгляд по-прежнему вопросительный, но я не говорю ни слова. Все как в замедленной съемке, чувствую твою тревогу. Она окрашивает своим цветом все вокруг, заполняет пространство и мои легкие. Я всерьез обеспокоен твоим самочувствием, к горлу подкатывает липкий ком и мне становится трудно дышать. Ты притягиваешь меня в поцелуе, я делал так каждый раз, чтобы проверить, кто передо мной реальный ты или иллюзия. Но каждый раз это оказывался обычный глюк, а я оставался совершенно один, в очередной раз подлавливая себя на том, что  разговаривал сам с собой. Но в этот раз все было иначе. Я не могу позволить себе не ответить, но выходит слишком смазано и торопливо. - Мы не одни, - шепчу в твои губы, - но я здесь, это действительно я, - хочется вылить на тебя такой же поток слов, что только что сделал ты, но не порцию говна, а чего-то совершенно противоположного, заменить каждое оскорбление на комплимент, но не при посторонних. - Люблю тебя, - тихий шепот, предназначенный только тебе, горячим воздухом по губам. Любимый, единственный, бесконечный. Мой ангел. Мое солнце. Смысл жизни. Не останавливаюсь, но не говорю вслух.
Чувствую, как разжимаются твои пальцы, выпуская мою [твою] одежду, да и сам ты вместе с тем, растекаешься на моих глазах, словно мороженное. О нет. Самые худшие мои опасения тут же воплощаются в реальность и твои глаза наливаются влагой. Нет-нет, - Ави, не смей, - мой голос жесткий, я до последнего надеюсь, что это приведет тебя в себя, но с губ слетает первое извинение и это начало моей агонии. Внутри сразу пусто. Хуевое чувство, намного хуже, чем когда ты на меня орал. Лучше продолжай. Ноги подкашиваются и ты начинаешь сползать, едва цепляясь за меня руками. Пальцы сжимают плечи, я чувствую, как ты меняешься даже в прикосновениях. Каждый раз твои слезы - моя маленькая смерть. Еще мгновение и я готов разрыдаться вместе с тобой, но я все еще держусь. Я чувствую, как напитывается влагой футболка, как горячие слезы впитываются в мою кожу, а сам только и могу, что прижимать тебя к себе. То, что произошло, оно произошло с тобой. В твоем мире, ты, сам того не ведая, разыграл партию, которая меня коснулась лишь косвенно. Подумаешь удар в грудь. Подумаешь приложил головой пару раз. Подумаешь сказал пару гадких словечек. Мне не за что тебя прощать, но я готов сделать это сотни раз, вот только, кажется, тебе от этого легче не становится.Прижимаю голову к шее только крепче, глажу мягкими движениями и отираюсь щекой, - это пустяки, глупости, - хочется спросить какого хрена вообще ты мог обо мне так подумать, но понимаю, что этот вопрос загонит тебя еще глубже на дно. Не сейчас, может быть как-нибудь позже, как-нибудь совсем позже, как-нибудь никогда. Так как судя по тому, как ты убивался, подходящего времени не будет. Твоя боль, как ненависть несколько мгновений назад, вновь заполняет все пространство. Я буквально чувствую ее на себе и в себе. Она течет по моим венам, заполняет легкие, голову и мысли. Она часть меня, как и часть тебя. И я вновь начинаю винить себя в происходящем. И на этот раз тоже небезосновательно. Это ведь только из-за того, что я уехал в прошлый раз, ты подумал тоже и в этот. Только потому, что я однажды уже предал тебя, ты теперь ждешь от меня этого постоянно. Целую короткими частыми касаниями в весок, отираю щекой и только тогда, когда ты во второй раз обмякаешь в моих руках, разрываю наш контакт.
- Давай, малыш, соберись, - провожу ладонями по твоему лицу, утирая слезы, и приподнимаю его выше, чтобы заглянуть в твои глаза, - нам надо выйти, я не хочу просидеть тут еще несколько часов, а вытащить теперь нас будет некому, ведь мой герой тут, - нагибаюсь вниз, ставлю чемодан на колесики, поднимаю за собой стаканчики, которые ставлю сверху. Хватаю резко и крепко твою руку и выдергиваю из кабины. Мне действительно не хочется тут больше оставаться. - Мне нужно переодеться, а потом выезжать, если ты еще не передумал лететь, - хочется кинуть нахер этот чемодан и взять тебя на руки, но там единственная чистая одежда и мне ее очень хотелось, поэтому, прости, но ты пойдешь сам. - Давай же, - голос жесткий только потому, что я понимаю - если я расплачусь вместе с тобой (что вот-вот бы произошло, если бы мы остались в лифте), то это затянется на долго, - спасибо, - киваю лифтеру, проходя мимо него, и выворачиваю на лестницу. Ну же, соберись. Тихие всхлипы я волочу тебя за собой, а второй рукой тащу этот ебучий чемодан, но мне нельзя расслабляться, нельзя выдыхать, нельзя размякать. Ну же, соберись. Это уже скорее себе, ведь до двадцать второго всего пара ступенек и вот она заветная дверь с веселыми пони. Хлопаю по карманам куртки, которая была на тебе, достаю ключи и, выбрав нужный по памяти, открываю дверь. Отлично, - вот видишь, как все просто, - голос немного дрожит, ведь твое безжизненное лицо вовсе не придает мне сил, - Ави, - провожу пальцами по лицу, завожу внутрь тебя, закатываю чемодан, а потом закрываю дверь. Что же за пиздец блять.
Растираю глаза руками, чувствуя прилив истерии, начинаю глубже дышать и все же сдерживаюсь, - каждый, каждый сука раз, когда ты плачешь мне хочется вскрыться, особенно, когда я блять не знаю, как остановить твои слезы, -откидываюсь спиной о входную дверь и чувствую, как ты обхватываешь мое лицо ладонями, - каждый раз переживаю ебанный пиздец, сравнимый с муками средневековья, прошу тебя, остановись, - раскрываю резко глаза, подаюсь вперед, обхватывая твое лицо ладонями, и впиваюсь в твои губы. Грубый поцелуй, рваные выдохи, меня трясёт и я хочу, чтобы ты это чувствовал. Вчера мы посрались из-за поцелуя на парковке, а сегодня ты засосал меня перед двумя свидетелями, как мне блять тебя понять? Рука соскальзывает на твою шею, сжимая пальцы на гортани, а поцелуй становится только жестче. Я не злюсь, я взбудоражен, я простил, ты чувствуй! Разрываю поцелуй, бьюсь лбом о лоб, расслабляю хватку и отхожу на полшага назад, но ты не позволяешь.
- Нет, - глаза вновь наливаются влагой, а взгляд бегает по моему лицу. Что опять?  Не выпускаешь меня из своих рук и от этого меня накрывает очередной волной беспокойства. Просишь уйти сразу, говоришь смотреть только на тебя, но это именно те слова, после которых я сбрасываю твои руки и перевожу взгляд за твое плечо.
- Какого хера? - все что я могу сказать. Глаза расширяются от увиденной картины, а из раскрытого рта выливается какой-то непонятный звук. КАКОГО СУКА ХУЯ БЛЯТЬ ТЫ ОХУЕЛ СОВСЕМ?!?!? Вот сейчас я готов в точности повторить каждое твое слово в лифте, за мелкими поправками. Ты в своем уме, Каплан? Руки сжимаются в кулаки, а я боюсь повернуться в твою сторону, мне кажется, что как только я тебя увижу - тут же наброшусь с кулаками. Разбитый горшок, валяющаяся на боку елка, - охуенный праздник, - переступаю через себя, ведь сказать хочется совершенно другое. Но я держусь, потому что слышу очередной прилив твоей истерики. Вложить в это ебучее дерево столько эмоций, это же блять символ ебучего Рождества. Усмехаюсь, опуская голову и потирая глаза. Это блять какой-то пиздец, если бы я верил в суеверия, то решил бы что кто-то меня проклял, скорее всего ты сам, ведь после того, как я уехал у меня в действительности не было ни одного нормального Рождества. Собираюсь с силами, цепляю на губы улыбку, стараюсь перевести мысли в другое русло. В конце концов, ты рядом, верно? - В Норвегии будет еще лучше, отвечаю,  - поворачиваюсь в твою сторону и прошу жестом подойти ближе. Мягкий поцелуй, вкус твоих губ, все это отвлекает меня от мыслей о том, как ты это делал, с каким азартом срывал игрушки и ломал ветви.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » побитый интеллигент