"После визита в злополучный отель Кристина практически перестала тратить время на сон. Её максимум отдыха теперь - часа три-четыре за ночь. Спала готическая королева..." читать дальше
внешностивакансиихочу к вамfaqправилакого спросить?вктелеграмбаннеры
RPG TOP
25°C
Jack
[telegram: cavalcanti_sun]
Aaron
[лс]
Lola
[icq: 399-264-515]
Oliver
[telegram: katrinelist]
Mary
[лс]
Kenny
[icq: 576-020-471]
Justin
[icq: 628-966-730]
Kai
[telegram: silt_strider]
Francine
[telegram: ms_frannie]
Una
[telegram: dashuuna]
Вверх

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » У твоих ног минное поле


У твоих ног минное поле

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Nicholas Franklin & Larita Whittaker

http://funkyimg.com/i/2R5vk.png

Шарлотт, Северная Каролина
01 марта 2016 года

[NIC]Larita Whittaker[/NIC]
[STA]Адвокат Дьявола[/STA]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2M3BU.png[/AVA]
[SGN]http://funkyimg.com/i/2M3Ct.gif  http://funkyimg.com/i/2M3CD.gif[/SGN]
[LZ1]ЛАРИТА УИТТЕЙКЕР, 30 y.o.
profession: адвокат
[/LZ1]

Отредактировано Christopher Banks (2019-05-18 10:14:31)

+2

2

Когда на суд безмолвных, тайных дум
Я вызываю голоса былого, —
Утраты все приходят мне на ум,
И старой болью я болею снова.

[indent] Мужское драповое пальто человека, чье имя по безбожно жестокому стечению обстоятельств занимало разум в течении последних изматывающих, кропотливых дней, бережно висело в шкафу, где находится ему было не просто чуждо. Изнеможденные тонкие пальцы, по прошествии очередной лишенной должного отдыха ночи, невесомо касались аккуратного воротника, не то в попытках привыкнуть к духу человека его некогда носившего, не то по причине тривиально бережного отношения к вещам, пусть второе предположение на фоне первого и было всяко лишено доподлинного смысла. Его присутствие ощущалось повсеместно: в черной папке, лежавшей на заваленном данными столе; ноутбуке со слишком подробнейшим досье на него и людей ему не безразличных; мобильном телефоне за пару дней наполнившимся неоспоримыми фактами неприятной биографии; разложенных документах на полу и кровати, на которую за последние сутки ни разу не ложились;её собственной голове, занимая целиком собой все участки свободного сознания; и в мужском драповом пальто бережно хранившемся в шкафу...
[indent] Некогда будучи безжалостно наивной и желавшей знать всё о личности, представлявшей опасность для неё самой и мужчины, сердце к которому казалось не остынет никогда, она наконец владела информацией, ныне о которой предпочла бы ничего не знать. Бесчеловечная ирония вновь бесстыдно усмехалась ей в спину. За истечением срока давности, за принятыми и оградившими её, казалось, от этой прежней жизни решениями, за страхами и нежеланием хоть сколько-нибудь иметь к нему свою причастность, она владела всем и вместе с тем понимала теперь слишком много для того, чтобы позволить себе остаться в стороне.
[indent] Плотная ткань его одежды, укрывшей от холода острые плечи мисс Уиттейкер в день похорон на крыльце лицемерного дома Куперов, все еще хранила в себе едва уловимый тонкий запах, действуя удушающе и вызывая стремительное желание распахнуть окно на улицы промозглой от частых дождей в этот период года Северной Каролины. Уиттейкер вожделенно наполнила легкие свежим воздухом, опираясь руками на мраморный подоконник, затаивший в себе могильную прохладу. Решение было принято, вопреки многочисленным отказам тех, чьи контакты были получены ею вместе со всеми остальными данными и обязательствами, кои она по необъяснимым для себя на тот момент причинам взяла обещание выполнить, прикрываясь перед собственным "Я" разве что упорством и целью воздать по заслугам тем, кто посмел лишить этот прогнивший город едва ли не последнего достойного человека. Множество вопросов, на которые так и не удалось получить ответы. Они выедали воспалённый мозг, требуя предпринять и угомонить себя хоть каким бы то ни было откликом ясности немедля. Ларита выжидала. Всё еще слишком рано. На месте быть необходимо с точностью буквально до секунд.
[indent] Уиттейкер отступила вглубь комнаты. Преисполненная ненавистью к слабости своего характера утомленно толкнула рукой деревянную створку двери шкафа, однако избавиться от ауры мистера Франклина, заполнившей целиком помещение небольшой комнаты, все равно не получалось, впрочем на это она нисколько и не рассчитывала. Опустившись на край тахты и позволив себе на несколько скоротечных секунд прикрыть покрасневшие от напряжения глаза, после она взяла лежавшее на столе рядом фото отнюдь небезызвестной ей женщины, лицо которой не вызывало ныне ничего иного кроме сочувствия, ибо мысли о пройденном ею жизненном пути, будучи бок о бок с человеком которого сама Уиттейкер предпочла бы никогда не знать, и о том, какое будущее уготовано ей же по вполне логичным и обоснованным гипотезам, кои выдвигала Ларита теперь ознакомившись с деталями переданных ей материалов и в подтверждении которых несколькими часами позднее собиралась убедиться, иных чувств вызывать и вовсе не могли. Розмари Кэролайн Мориарти-Франклин. Дочь патологоанатома и учительницы французского. Доктор наук. Отнюдь не ангел, но и совершенно точно не та, кто заслужил нести ответственность за поступки собственного мужа очевидно собиравшегося исчезнуть. Уиттейкер вполне могла себе представить, что может ожидать Роуз посмей Николас притворить в жизнь свое решение, ибо человеку вскрывающему столь глубокие тайны собственной жизни терять уже совершенно точно нечего. Будучи матерью полуторагодовалой Лили Агнесс, рожденной четырнадцатого августа две тысячи четырнадцатого года в десять часов двадцать пять минут (Уиттейкер и сама не понимала к чему данная информация столь подробно въелась ей в голову), она являлась абсолютно точно слишком уязвимой. Стоило, конечно, предположить и то, что мафиози не поскупился позаботиться об этом, однако никакой осведомленности о его моральных качествах, их твердости и силе у Лариты конечно не было. 
[indent] Настенные часы с бесшумной стрелкой продемонстрировали нужное время. В течении полу часа ей должен поступить звонок, оставалось лишь кроткое время на суетливые сборы. Как не прискорбно было признаваться в том (еще пару дней назад) что город этот нисколько её не отпускает, сегодня былые связи в полиции, в частности в лице старого приятеля Брайна былой случайностью усилившего в прошлом её личную романтическую драму, пришлись ей только на руку. Уиттейкер размерено подошла к ноутбуку и закрыла его крышку, предварительно отправив операционную систему выключаться. Вытащила шнур из розетки. Учтивыми движениями собрала со стола бумаги, после проделав все то же самое и с теми документами, что покоились на других поверхностях, сложив их воедино и спрятав внутри все той же черной (как и персона о чьей жизни повествовали бумаги) папки. Выключила тот самый секретный телефон. Покинула комнату, закрывая дверь на ключ и двинулась в гостиную, где успевшая позабыть всякое горе мать зачитывалась юридической литературой.
[indent] Мне нужен отцовский сейф — молвила ровным голосом, плотно прижимая к своей груди вещи, запросто могущие стоить ей и всей её семье жизней. Снова. Страх, гулявший по пятам, столь продолжительно долго, ужас последствий ухнувшийся на неё с прикосновением к подноготной его существования... Едва ли в ней оставались силы бояться кого-либо кроме него самого. .   
[indent] Саманта смерила дочь вопросительным взглядом, прищурив умные и пытливые глаза. Она не собиралась задавать вопросов — казалось всякий, кто некогда жил в этом доме, теперь уже точно знал, что безопаснее и разумнее всем оставаться в неведении. Во взгляде этом выражалось ни что иное как забота, оттенки родительской любви, пожалуй, если можно конечно было столь скупые чувства именовать подобным образом. Ключ от кабинета и комбинацию — лишь повторила она, высказывая тем самым свою уверенность и подтверждая собственные возможности разобраться со всем тем, чему нельзя было просто так за закрытой дверью храниться в доме.
[indent] Обитель покойного отца, подарившего Уиттейер стойкость характера и непоколебимость в своих принципах, встретила её затаившимся воздухом с легким запахом пыли. Мебелью из красного дерева и стенами с деревянными резными панелями, левая из которых, у самого окна, легким движением руки открывалась подобно двери, обнажая взору тот самый пуленепробиваемый надежный ящик. Внутри было пусто. Лишь пистолет калибра 12,7, соблазнявший для большего успокоения прихватить его с собой, впрочем особого желания бороться в очередной раз со смертью за эту жизнь у неё в последнее время не было. Ларита сложила вещи и разместилась на полу. В джинсах и самой обыкновенной трикотажной кофте она выжидала той самой отмашки от брайна, дабы перейти к активным действиям. Трель надоедливой мелодии сработала буквально через несколько минут. Уиттейкер погасила свет, закрыла кабинет, вручив по пути к входной двери матери от него ключи, взяла заранее собранную и стоявшую у входа сумку, обулась, схватила верхнюю одежду и шарф, вышла на улицу и села за руль автомобиля.
[indent] Треклятое дежавю пробежалось холодком по коже. Ларита нервно коснулась правой рукой места, где под одеждой таился шрам от пули. Не так ли же точно всё начиналось и в прошлый раз?
[indent] Дорога была не долгой. Ларита припарковалась загодя. Розмари и Лили уже совершенно точно ушли из дома. Определенности о располагаемом времени, увы у Лариты не было — только расплывчатые предположения — значит необходимо было торопиться.
[indent] Выжатые ожиданием мучительной встречи крайне взволнованные глаза встретились с его хладнокровным и не эмоциональным взглядом. Как жаль, что не нашлось достаточной причины сюда не приходить. Как жаль, что нравственности истощившиеся остатки твердили, силились спасти человека, который этого не заслужил. Как нестерпимо жаль, что встречи этой ощущение собственной ответственности и наивного предположения о том, что может она хоть на что-нибудь и как-то повлиять, не позволило равнодушно миновать.
[indent] Сожалею — молвит вслух. Он как никто иной несомненно понимает и вероятно ощущает сам нарастающее с каждым мгновением все сильней нежелание находиться в поле зрения друг друга. И он как никто иной должен в точности осознавать насколько искренне и сильно должно быть желание и причина находиться здесь, ибо иначе Уиттейкер несомненно нашла бы способ передать ему информацию, будь бы на самом деле причина в ней. Ей нужен разговор. И покуда уходящие секунды тикали она стремилась быстрее начать его и тем быстрее кончить. Ты просил не делать одолжений — совершенно точно впервые и фамильярно на "ты". После всего, что она узнала... После всего, что она увидела... Просил оставаться верной себе. — она выжидает паузу и кротко добавляет. Поэтому я здесь.

Веду я счет потерянному мной
И ужасаюсь вновь потере каждой,
И вновь плачу я дорогой ценой
За то, за что платил уже однажды!

У. Шекспир, Сонет № 30

[NIC]Larita Whittaker[/NIC]
[STA]Адвокат Дьявола[/STA]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2M3BU.png[/AVA]
[SGN]http://funkyimg.com/i/2M3Ct.gif  http://funkyimg.com/i/2M3CD.gif[/SGN]
[LZ1]ЛАРИТА УИТТЕЙКЕР, 30 y.o.
profession: адвокат
[/LZ1]

+2


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » У твоих ног минное поле