"После визита в злополучный отель Кристина практически перестала тратить время на сон. Её максимум отдыха теперь - часа три-четыре за ночь. Спала готическая королева..." читать дальше
внешностивакансиихочу к вамfaqправилакого спросить?вктелеграмбаннеры
RPG TOP
25°C
Jack
[telegram: cavalcanti_sun]
Aaron
[лс]
Lola
[icq: 399-264-515]
Oliver
[telegram: katrinelist]
Mary
[лс]
Kenny
[icq: 576-020-471]
Justin
[icq: 628-966-730]
Kai
[telegram: silt_strider]
Francine
[telegram: ms_frannie]
Una
[telegram: dashuuna]
Вверх

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » [bedlam in Paradise] ‡2018 - 2019


[bedlam in Paradise] ‡2018 - 2019

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

before: [lo.li.ta]
2018 - 2019. Deutschland. Europe
Christina & Westwood,
father Lukas & Alexandr Toma,
Melissa, Ragna, Lutz & Helga

Many stand against us but they will never win,
We said we would return and here we are again,
To bring them all destruction,
suffering, and pain,
We are the hammer of the gods,
We are thunder, wind, and rain!
Manowar   —   Warriors of the World

http://funkyimg.com/i/2SvkJ.gif

[NIC]Jason Westwood[/NIC] [STA]rumpelstilzchen[/STA] [AVA]http://funkyimg.com/i/275yM.png[/AVA] [SGN]персонаж опасен и нестабилен
МДП. расщепление личности. циклотимия.
мистер Шон - антихрист;
доктор Вествуд - мессия

by яснеть
[/SGN]
[LZ1]ДЖЕЙСОН ШОН ВЕСТВУД, 42 y.o.
profession: антиквар, в прошлом психолог, привлекался к уголовной ответственности, бежал из Штатов, психически нестабилен, был обнаружен в Штутгарте, нынешнее местоположение неизвестно;
family: Melissa & Ami (2 y.o).
[/LZ1]

Отредактировано Grant Hall (2019-03-19 14:45:32)

0

2

Код:
<!--HTML--><center><font size="2" color="#1C1C1C" face=Century Gothic">Unheilig — Vollmond</font><br><object type="application/x-shockwave-flash" data="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf" width="300" height="10">     <param name="movie" value="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf">     <param name="bgcolor" value="#1C1C1C">     <param name="FlashVars" value="mp3=https://content.screencast.com/users/Der_Wind/folders/Default/media/55de2e88-e167-445c-9376-e74a204bdccf/unheilig-vollmond.mp3"> </object> </center>


[float=left]Ich hab ein Licht gesehn
http://funkyimg.com/i/2SvEa.gif http://funkyimg.com/i/2SvE9.gif
[/float]Осень. 2018. США. Сакраменто.
В кошмарном сне Незабудка видел призраков с полотна Седлачека. Рядом была Кристина. Она всегда рядом. Художник смотрел на перстень Эрика Бёрше. А спустя несколько минут к нему вышли. Он должен был опознать тело и поговорить с американскими полицейскими. Сестра сжала его руку. А когда американцы обратились к нему, он поднял голову. Надел перстень papa и поправил копа:
Александр Тома - Бёрше. Мой творческий псевдоним Тома. Извините, об этом мало кто знает.
Незабудка даже не дрогнул. Его любовника вскрывали и зашивали опять. Синюшное и тучное тело. Он совершенно не был таким при жизни. Для Алекса он и правда являлся совершенно другим. Кристина стояла за его спиной. В какой-то момент она опять сжала руку брата. Тогда молодой человек, наконец, отвел взгляд в сторону:
Да. Это мой отец, — проговорил тихо, затем добавил, — я могу с ним попрощаться?
В машине их ждал Ульрих. Он не захотел бросать детей. Стал их личным телохранителем. И Александр знал, что часть имущества Эрика будут воровать гнилые родственники. Он встречался недавно с Девоном. Тогда всё понял. Масон сообщил, что кое-кто хотел бы, чтобы они с Кристиной вернулись во Францию. Ненавистную для Незабудки страну. Парень подумал о сестре Амелии. Но чертовски удивился. Жасмин. Тогда он долго смотрел в глаза Девону. Тот был готов жертвовать многим, чтобы угодить ей даже сейчас. А рыжая американка, в свою очередь, не бросила детишек Бёрше. Несмотря на их далекий спор, разные взгляды. Но тогда Алекс сказал Говарду:
Передай Жасмин, что я ценю ее. Но я не уеду. Я останусь. Я не трус.
А бизнесмен отдал парнишке перстень Эрика. Теперь он по праву принадлежал Александру. Как того хотел сам старик.

[indent] Осень. 2018. Франция. Тулон. США. Сакраменто.
Им пришлось вернуться домой. Ульрих настоял. Они кремировали Эрика. Вернулись в резиденцию с позолоченной урной. Начиналась суматоха с переоформлением имущества и бизнеса старого извращенца. Алекс вновь встретился с Девоном. Это были переговоры. Незабудка отложил в сторону краски и холсты. Он обещал Эрику, что будет сильным. Что сможет заботиться о себе и сестре. Что не предаст наследие Бёрше. И он не мог.
В свете новых событий, политической ситуации в Европе, он поставил себе новые задачи. В одну из ночей, парень был с сестрой. Она боялась. А он чувствовал, что это только начало. Начало конца.
Ты найдёшь того, кто сможет отомстить. Найдёшь того американца.
Тогда ответил он Кристине. С того дня черноволосая готическая королева тратила деньги Бёрше на поиски Джейсона Вествуда. А сам Александр сосредоточился на поисках убийцы. Они обращались лишь к своим прикормленным фараонам. И Девон Говард знал об упрямстве детишек Бёрше. Александр покинул Францию и вернулся в Штаты. Он искал зацепки в доме, который хотел продать. Ему ненавистны были эти напыщенные стены. Комнаты, которые запятнали убийцы его любовника. Только попросил Ульриха отвезти в Тулон копию картины с теми самыми призраками. Эрик ее любил.
Ульрих. Скажи, что скрывал от меня Эрик?
Немец, кажется, опешил. Этот разговор произошел незадолго до визита в отель "Райское Наслаждение", который отошел по завещанию именно Александру и Кристине. Ульрих не хотел говорить о многом. Юноша чувствовал это. И от того задавал еще больше вопросов, пока помощник не сдался.
Огненный мальчик. Когда-то твой отчим воспитывал парня.
Он говорил мне, что я первый.
Ульрих следил за дорогой. Замолчал. А сам Незабудка крутил перстень на руке. Он научился прятать эмоции глубоко под нежной мраморной кожей. Но Эрик ему солгал. Не впервые. Тогда художник перевел тему. Сказал, чтоб Ульрих рассказал обо всем. В особенности об отеле. Абсолютно всё, вплоть до судов и штрафов. С разговора голубоглазый ангел узнал о том, что отель покрывает один прокурор. Что был скандал с детьми. Александр вспомнил. Кажется, именно тогда в их жизни и появилась тень Джейсона Вествуда.
Сейчас в твоем подчинении Арнольд. Он управляющий отелем. Все вопросы ты можешь решить с ним. И ему придется подчинится, — ответил Ульрих.
Даже если я потребую закрыть бордель?
Как такового борделя уже не существует, дружок. Скорее, это подпольное место развлечения для тех, кто в теме.
А дети?
Ульрих замялся. О том, что Бёрше продавал детишек, Александр знал давно. Только именно из-за этой пагубной страсти и началось всё. Оставшуюся часть дороги он молчал. Это было привычно. Причем для всех. Он обдумывал слова Ульриха. Пытался вспомнить хоть что-нибудь об "огненном мальчике". Удивительно, что Эрик никогда и ничего не рассказывал о своем первенце. Словно скрывал того, или прятал собственные скелеты. Здесь француз был не уверен.
[float=right]http://funkyimg.com/i/2SvEb.gif http://funkyimg.com/i/2SvEc.gif
in ihm ruht ein wildes Tier
[/float]А потом он увидел Арнольда. Управляющий чем-то напоминал ворону. Причем весьма странную, общипанную и недовольную. Арнольд хромал на одну ногу. Но делал это уверенно. А значит, он с этим живет уже долго. Он широко улыбался и постоянно говорил о смерти Эрика. За десять минут, проведенных в пафосных стенах заведения, Александр успел устать от Циммермана. А тот, казалось, ничего и не замечал.
Я хочу здесь всё сменить, — ответил Незабудка.
Что? Простите, что? Я...
А еще моя сестра хочет вас кое о чем расспросить, — обошел Арнольда.
Еще через десять минут Александр заподозрил, что хромой мог знать чуть больше. А через полчаса двери отеля закрылись. Ульрих оставался безмолвным, как и Кристина. Какое-то время управлял разговором Алекс. Захотел с ним поговорить в более спокойном месте. Тогда Арнольд похромал вперед. Он выглядел жалким, несмотря на дорогой костюм. Райское Наслаждение ожидало вердикта. А с ним и Арнольд Циммерман. Рабочие и элитные проститутки.
Какая чудная работа. Я могу взглянуть? — Незабудка указал взглядом на трость управляющего и улыбнулся.
Ну разумеется. Это моя гордость.
Кроме Кристины и Ульриха был еще один охранник со стороны отеля. Арнольд опять начал тараторить, чем чертовски раздражал Александра. Он медленно отошел в сторону, рассматривая набалдашник трости. А затем резко развернулся и с силой зарядил головой льва по шее подчинённого. Ударил снова по спине. Третий удар пришелся по уху. Александр раскраснелся. Тяжело дышал и сопел. Никто его не остановил. Едва охранник хотел прийти на помощь Арнольду, как Ульрих его присадил одним жестом. Это было не их дело. Незабудка хотел разбить или трость, еще лучше голову американца. Чертовски хотел выплеснуть весь негатив, скопившийся за долгое время.
А когда он устал, посмотрел на сестру. Она по-прежнему стояла в углу и молчала. Она видела его разным. А он обещал ей не терять никогда целиком самообладание. Тогда он ударил в последний раз и проговорил:
Это тебе за то, что умер Эрик, — выдохнул, — советую сейчас собраться с мыслями. Дальше продолжит моя сестра. И поверь, она хуже меня. Пойдем Ульрих, посмотрим, что можно изменить в этом адском месте.
[NIC]Alexander Toma[/NIC] [STA]незабудка[/STA] [AVA]http://funkyimg.com/i/2QLPo.gif[/AVA] [SGN]http://funkyimg.com/i/2QLPq.gif http://funkyimg.com/i/2QLPp.gif
убит в начале декабря 2018
[/SGN]
[LZ1]АЛЕКСАНДР ТОМА, 22 y.o.
profession: художник - иллюстратор, наследник;
family: Christina & Amélie & Eric
[/LZ1]

Отредактировано Grant Hall (2019-03-19 19:22:09)

+1

3

Они оба были там. Присутствовали на опознании тела. Их отца вскрывали, перебирали внутренности, а потом вновь зашивали всё грубыми нитками. Кристина смотрела на Бёрше стеклянным, отстранённым взглядом. Она не узнавала своего papa. При жизни он был совсем не таким. Нутро сводило от жалости и отвращения. Эрик Бёрше больше не был для неё Богом и Дьяволом в одном флаконе. Всего лишь умерший человек. Старый извращенец, называвший её принцессой. Тот, кто продавал детей. Своих и чужих. Но когда-то от одного его слова зависело многое. И теперь после смерти опекуна они с Алексом должны были исполнить его последнюю волю. Справиться с этой ношей. С грузом огромной потери.
Замороженные и погружённые в вакуум детишки. Ни один из них не дал волю эмоциям. Не позволил себе пролить хотя бы слезинку. Алекс молчал и выглядел излишне хладнокровным. Кристина сжимала руку брата и пыталась понять, насколько сильно его ранила смерть Эрика Бёрше. Не хотела оставлять Александра одного и, конечно же, боялась.
Она первая села в машину, не дожидаясь, пока брат попрощается с опекуном. Вышла из здания, сжимая пальчики в кулак. Слишком много в этой истории было чёрных дыр и белых пятен. Того, что намеренно пряталось или же искажалось. По словам Бёрше Алекс был его первым воспитанником, а девочки появились только потому, что голубоглазый Незабудка попросил себе сестру.
Кристина знала обо всём, что происходило рядом с Алексом. Они никогда ничего не скрывали друг от друга. Незабудка рассказал ей о разговоре с Девоном, о просьбе Жасмин. О своём отказе. Девушка не перебивала и не перечила. Разумеется, всё это было частью какого-то глобального плана их papa. Тот смог вовремя предугадать последствия взаимоотношений Незабудки и готической принцессы. Смешно и, наверное, обидно понимать это. Но кое-что не входило во все эти сложные схемы, а именно - её чувства к наследнику Бёрше. О, Кристина действительно любила голубоглазого мальчишку. Так было всегда. Ему она была обязана многим, в том числе и своим статусом. И его поклялась оберегать даже ценой своей жизни.

В одну из ночей Алекс пришёл к ней сам. Сидел на постели Кристины и молчал. Гладил сестру по волосам и всё пытался сказать что-то важное. Тогда Крис обняла его и уткнулась носом в шею. Дрожала. Сжимала пальцами рубашку Алекса.
- Ты опять не спал. - вздохнула и крепко зажмурилась. Голос оборвался, так и не позволив закончить фразу. Кристина замолчала. Пыталась подобрать слова. Ей и правда было страшно. - Это убийство, дело вовсе не в papa, хоть я и любила его. - не так, конечно, как Александр. В каком-то смысле престарелый миллиардер не был её любовником. Его ласки были игрой в то время, как к голубоглазому мальчишке старик испытывал особый трепет. - Как думаешь, мы правда сможем? - девушка отстранилась и заглянула брату в глаза. Тогда он поцеловал её и сказал, что только Крис сделает это. Найдёт того татуированного американца и заставит его отомстить. Это будет подарок всем гнилым родственникам Бёрше. Всем этим стервятникам, приготовившимся пировать на чужой могиле.

Они приехали в бордель, чтобы поговорить с управляющим. Это была одна из ниточек, что могла бы привести их обоих к желаемой цели. Только Алекс искал убийцу, а Кристина - американца шизофреника. Последний не раз уже засветился в стенах "Райского наслаждения". Возможно, будь на месте готической королевы кто-то другой, Арнольду удалось бы выкрутиться, спасая собственную шкуру. Но он не учёл одно обстоятельство: дети Эрика бёрше были чертовски умны и упёрты. А ещё - жестоки, если дело касалось их собственных страстей.
В машине Кристина молчала. Только сжала руку Алекса, едва речь зашла об "огненном мальчике". Что-то подсказывало ей, что этот "мальчик" давно уже вырос. А ещё, что это простое открытие могло ранить Незабудку. Даже если тот упорно сохранял бесстрастный вид. Кристина ненавидела весь этот фазаний притон с его тайнами и скелетами в шкафах. У игр Эрика Бёрше ставки были высоки. И сейчас его детишки готовились ступить на опасную территорию. Подёргать за ниточки, которые приведут в движение всю хитросплетённую конструкцию. Порой даже такая гнусная мошка как управляющий борделя может вызвать настоящее извержение на другом конце паутины.
Кристина не вмешивалась, позволяя брату самому задать тон предстоящей беседы. Стояла в тени, облокотившись о стену. Изучала Циммермана и тёрла пальцами виски. Всего за несколько минут нахождения в душном помещении у девушки разболелась голова. Управляющий говорил много и не по делу. Когда он в очередной раз принялся сыпать никому ненужными соболезнованиями, Крис скривилась. Испытала жгучее желание ударить ублюдка по физиономии. И гораздо сильнее чем это делал её брат. А тот не сдержал собственных эмоций, наносил удар за ударом. Остановился так же внезапно, как и начал. Обернулся в сторону Крис. Попытался выправить сбившееся дыхание, пока готическая принцесса смотрела ему прямо в глаза. Ей не нужны были слова для того, чтобы Алекс всё понял. Кристина не осуждала брата. Ни тогда, ни в этот момент. Она сама бывала жестокой. Умела выбивать из людей правду. Жизнь научила. Не хотела только, чтобы Незабудка увидел это в полной мере. Пусть лучше просто знает.
А потом Ульрих увёл юного наследника, оставляя Крис наедине с Циммерманом.
- Давай, я тебе всё объясню. - Кристина не спешила. Она наслаждалась моментом. Передвигалась по комнате размеренно, говорила, не повышая тон - Эрик Бёрше мёртв, теперь это место принадлежит Александру, моему брату. А значит все вы - тоже. От его решения будет зависеть судьба "Райского наслаждения". Поэтому молись, чтобы его всё устроило. - Крис умолчала лишь о том, что сама теперь является такой же хозяйкой. Что имущество Бёрше также принадлежит и ей. Разве что papa не оставил ей свой перстень. Но всё, что есть у Алекса автоматически становится её собственностью. Её и Амелии. Каждый из этих детей имел весьма солидный счёт в банке. А крысы не получат и драного цента, уж об этом они с Алексом позаботятся как следует.
- У вас был странный клиент, на первый взгляд ничем не отличающийся от прочих извращенцев. Джейсон Вествуд. - Кристина потянулась к сумочке и вытащила на свет кучу снимков, один из которых ткнула под нос Циммерману. - Помнишь его? - мужчина ответил "нет" и получил увесистую затрещину. - Ты, кажется, не понял. Я - не мой брат, я гораздо хуже. И лучше тебе сотрудничать с нами, если не хочешь, чтобы легавые разодрали ваш гадюшник на куски. Спрошу ещё раз, что ты знаешь о Джейсоне Вествуде? И советую на этот раз хорошенько подумать, прежде чем раскрывать свой рот. - Кристина скрестила руки на груди, смотрела на управляющего презрительно, сверху вниз. Она знала очень много. Столько раз входила неслышно в кабинет papa, в гостиную, да куда угодно. А потом они сидели в борделе и просматривали запись с камер. Бёрше гладил ножку Кристины, а у неё самой горели глазки. Большой и татуированный фрик возбуждал её. Сейчас же на кону стояло гораздо больше. От этого непредсказуемого психа зависела жизнь её брата - Потом пришли ещё двое. Местный священник и какая-то девка. Они копали под ваш бордель, правда безуспешно. - Кристина пожала плечами. Ударила управляющего ещё раз. Беззлобно. Вообще без каких-либо эмоций. Как красивая, но бездушная кукла. Наблюдала за тем, как хромой уродец корчился на полу. Рано или поздно он заговорит, и тогда Крис сможет выстроить в голове всю картинку целиком. - Нам нужны любые сведения. Его родня, близкие. Любой, кто может знать что-то о настояем местоположении американца. Я не верю, что вы даже не пытались разыскать его потом. - в такой среде легко находят виноватых и пускают в расход. Словно пушечное мясо. А поскольку Циммерман всё ещё держался на плаву, был не таким уж идиотом, как хотел казаться. Жалким? Да. Но не слабоумным. Скорее уж - мерзким и скользким как уж на сковороде. Говорил много, но всё не о том. Значит, этой белой вороне было что скрывать. Как, например, Эрику - своего первенца, а Кристине - глубину собственного омута от брата. Она уже сейчас понимала, что ночью не будет спать. Не сможет. Слишком много работы. Слишком много загадок и одновременно - зацепок. Она найдёт татуированного фрика, а потом расскажет всё брату.
[NIC]Christina Bercheux[/NIC] [AVA]http://funkyimg.com/i/2NdgT.png[/AVA]
[LZ1]КРИСТИНА БЁРШЕ, 20 y.o.
profession: любовница семьи Дюпон, воспитанница Эрика Бёрше;
love: Alexander.
[/LZ1]

Отредактировано Linda Green (2019-05-21 12:33:31)

+1

4

Код:
<!--HTML--><center><iframe width="60%" height="110" scrolling="no" frameborder="no" allow="autoplay" src="https://w.soundcloud.com/player/?url=https%3A//api.soundcloud.com/tracks/622023696&color=%23292525&auto_play=false&hide_related=false&show_comments=true&show_user=true&show_reposts=false&show_teaser=true"></iframe></center>

В феврале 2017 года немецкий Бундестаг принял закон,
предписывающий ношение «электронных браслетов» для всех лиц,
находящихся в списке потенциальных террористов. © wiki


2018. Deutschland
Du. Ich. Wir. Ihr. *
Мы вернулись домой, падре! Это наш мир. От Отто фон Бисмарка и до Адольфа Гитлера. В Берлинской стене. От Америки и до СССР. От ультра-левых и до либералов. На лезвии ножа. По тонкой грани. От Каина и до Авеля.
Ты и я. Мы одно целое. Феномен человечества, который существует в каждом индивидууме. Только слегка деформированный и утрированный. Наш мозг работает на два фронта. И если ты СССР, то я явно Америка. Если я мозг, ты — душа. Или как там любят разделять? Мы всегда были полноценными частицами, и наше тело не выдержит однажды. Невозможно вылечить того, кто в общем-то привык жить в хронической агонии. Мы дома. Вернулись в лоно Германии.
Всё началось с рецепта сидра. Ты так жаждал его вернуть другой стороне семьи. И мы приехали в Берлин. Ненадолго правда. Мелисса носила под сердцем моего ребенка. Расслабься, у тебя стоит на полшестого. Это мой ребенок. Правда, ты считаешь иначе. Да и хер с ним. Ты нашел дальнего родственника. Теперь он с семьей жил в Берлине. И нам открыла дверь его жена. Вот только Мартина не было. И она сказала мне (тебе):
Дальний родственник. Надо же, Мартин знал, что кто-то живет в Штатах, но никогда не связывался с американской стороной.
Бывает. Я могу с ним встретится?
Немка рассматривала нас, изучала. Пропустила даже в дом. Вцепилась в сигарету. Закурила. Тот неловкий момент, когда видишь в какой педантичной чистоте живут немцы. Падре, кажется, это твоя паранойя. Чашка кофе на столе. Ты достал конверт с реликвией рода. А она сказала:
Мартин. Мартин и наш сын погибли. Не знаю, дошло ли до Америки. У вас что-то говорили об Рождественском теракте?
Ты слишком долго соображал, святоша. Тупил. Иногда стоит смотреть новости. Но нет. Не дано. Из нас двоих, имбецилом был и есть ты. Я отложил конверт на журнальный столик. Уйди, срань Господня. У меня лучше получается общаться с людьми.
Прими мои соболезнования. Но что конкретно?
Теракт. Мартин с сыном попали под колеса фуры. Более одиннадцати человек погибло. Фура въехала на рождественскую ярмарку на Харденберг штрассе. Снесла торговый ряд. Говорят, что ответственность взяла на себя организация "Исламское государство", — она подняла на нас взгляд.
Скажи мне падре, почему от вашей засраной религии столько проблем? Вы, блядь, жить не можете спокойно или где?
Ты ничего ей не сказал. В дверном проеме появилась девочка. Мы смотрели на нее. Ее звали Петра. Младшая сестра погибшего Уве. И мы ушли из дома Мартина. Под эгидой растерянности. Представили себе нашего будущего ребенка на ярмарке. Кажется, это был общий страх. Мы отдали вдове рецепт. Как реликвию и историю. И как искупление перед арийской стороной за предательство. Deutschland!

[float=left]Überraschen,  überfallen,
https://funkyimg.com/i/2U6jy.gif https://funkyimg.com/i/2U6jx.gif
Deutschland,  Deutschland  über  allen.
[/float]Deutschland!   Deine  Liebe
Ist  Fluch  und  Segen. **
Скажи, падре, ненавидишь ли ты так же сильно мусульман, как и я? Заткнись. Лучше молчи.
В мире религии стало столько, что взлетают школы в воздух и взрываются бомбы. Вам бы угомониться, но не дано.
Мы ужились в Штутгарте. Мелисса родила. И к нам наведались соседи. Лютц и Каталина. Притащили бутылку вина да фикус. Мы реставрировали всякую хрень. Скрывались от американских властей. Ни разу не позвонили Паркеру и Ангелине. Мы начинали с начала там, где Ад и Рай сошлись в одно. Прямо как у нас с тобой. Германия - ядовитая страсть на губах. Тремор рук моих и головная боль. Любовь и ненависть в одном флаконе. От страсти и до убийства.
Я тащил за волосы одного мусульманина. Даже не обратил внимание, какой национальности ублюдок. На нем был браслет. А он доказывал мне обратное. И правда, развелось по Германии правоверных сукиных детей.
Ты. Я. Мы. Они. Вы.
Ты и я.
Удар головой об стену. Во имя Германии!
Еще одна подача по почкам. Как месть всем приехавшим в лоно Германии.
Они не мы с тобой. Мы всегда были арийской крови. И нам никогда не было срать.
Мы грохнули ублюдка. Достаточно было найти зажигательную смесь в его доме. Было это возможной предстоящей провокацией или терактом не ясно. Но вслед за правоверным я нажал на курок и вышиб мозги его бабе. Она кинулась на нас с ножом. Не успела. Я не расист, но что-то нацистское в нас есть. Ты не закон, но имеешь право защищать свои права на будущее. Мелисса и Ами были твоим настоящим и будущим. И если по улицам Германии будут ходить ублюдки из шариата; будут требовать одеть женщин в паранджу и ввести новые законы для мусульман, я разнесу их мечети. Германия для белых.
Мы находились в состоянии вертиго. Резко обернулись. Ты и я. Я и ты.
Ребенок стоял на пороге. Мусульманский ребенок. Годков так пяти.
И ты представил, что он может учится в одной школе с нашей дочерью. Моргнул и присел на корточки. Мальчик смотрел на тела убитых родителей. В нем было много страха, и в нас тоже. Германия впустила столько ублюдков. Либерализм — еще одно проклятье в контексте терактов против человечества.
Я поднялся и взял сумку со взрывным веществом. А ты. Ты выстрелил в голову ребенку.

Deutschland. Deutschland ...
В канун Сочельника ты посетил церковь. Ты хотел исповедоваться. Нуждался в облегчении. Спихивал на меня убийство. И не одно. Но мальчишку убил ты. К твоему великому счастью мы попали в руки одного залетного священника пенитенциария из Рима. Отец Лукас. Вот досада. Вот удивление. Вот, блядь, подстава!
Тебе так хотелось оставить после себя хоть что-нибудь. Но мы всегда топтались. И наши следы были кровавыми.
От Иисуса Христа до Понтия Пилата.
Я убил трех мусульман. Одного священника, — ты обернулся к окошку и добавил, — он растлил моего друга в детстве. Я изнасиловал нескольких девушек, одна из них — моя племянница. Отец Лукас, у вас было когда-то ощущение, что вами кто-то управляет?
Более дебильной исповеди я еще не слышал. Типичные арийцы. Сначала истребите часть Европы, а потом просите прощения. Так символично, и так смешно. Цикл замкнулся. Никогда нельзя верить исповеди человека, который завтра нажмет на курок снова.
Никогда нельзя верить. Никому. Даже себе.
Утопия Германии. Молчаливая Европа. Инертная Европа.
[indent] Deutschland!
[indent] Deutschland!
[indent] Deutschland!
* Ты. Я. Мы. Вы.
** Германия! Твоя любовь —
Это и проклятие, и благословение. (нем.)

[NIC]Jason Westwood[/NIC] [STA]rumpelstilzchen[/STA] [AVA]http://funkyimg.com/i/275yM.png[/AVA] [SGN]персонаж опасен и нестабилен
МДП. расщепление личности. циклотимия.
мистер Шон - антихрист;
доктор Вествуд - мессия

by яснеть
[/SGN]
[LZ1]ДЖЕЙСОН ШОН ВЕСТВУД, 42 y.o.
profession: антиквар, в прошлом психолог, привлекался к уголовной ответственности, бежал из Штатов, психически нестабилен, был обнаружен в Штутгарте, нынешнее местоположение неизвестно;
family: Melissa & Ami (2 y.o).
[/LZ1]

Отредактировано Grant Hall (2019-05-21 23:01:28)

+1

5

blue stahli — scrape [instrumental]
[float=left]https://funkyimg.com/i/2U6vR.gif https://funkyimg.com/i/2U6vQ.gif[/float] Арнольд смотрит на них. Широко улыбается.
Арнольд старается угодить детишкам погибшего работодателя. Очень старается угодить.
Арнольд хромает по жизни с поднятой головой и хитростью в кулаке. Держит трость. А дети кричат Арнольду вслед:

[indent] Эй, уродец! Хромай домой, ублюдок.

Арнольд оборачивается к детишкам и смеется. А потом ставит им подножку. Чтоб хрустнули и сломались косточки. Арнольд никогда и ничего не прощает. Но он честен. С самим собой, в первую очередь.
Эрик Бёрше мёртв, теперь это место принадлежит Александру, моему брату. А значит все вы — тоже. От его решения будет зависеть судьба "Райского наслаждения". Поэтому молись, чтобы его всё устроило.
И Арнольд моргает в ответ. Затравленный зверёк. Лежит на полу и сопит. То ли от боли, а быть может играет роль. Арнольд смотрит на нее. Он думает, что всё делал верно. Циммерман искренне надеется найти подход к новым работодателям. Ведь он вложил столько сил в отель. Его смысл жизни, его достояние и ценность. Арнольд не собирается сдаваться.
Я. Я, — он прикасается к опухшей губе, чувствует кровь во рту, — я всего лишь хотел. Я. Конечно же, всё что захочет мистер Александр Бёрше. Я с гордостью...
Но она не слушает Арнольда. Его никогда не слушают. Бесит это всё! Да только, если хочешь шагнуть вперед, стоит пригнуться и подчиниться. Все любят покорных. И Арнольд старается вовремя склонить голову. Но он вспомнит. Арнольд всегда и все помнит.
Она бьет. Наносит с удовольствием удары, а Арнольд прячется.
Она задает вопросы. Он уже не может их сложить в единое целое. Не контролирует ситуацию.
Циммерман боится. И от того старается быть еще более покорным.
Я не знаю, — он кричит изо всех сил, прикрываясь от ударов, — меня наняли как раз в разгар облавы легавых. Бёрше даже не спросил о моем предыдущем месте работы! Я ничего не видел.
Он говорит правду. Плюется кровью и ползет от нее подальше. Она наступает. Беспощадная. Малолетняя сука из Франции. Она хуже брата. У нее в глазах горит ненависть. Садистка во плоти. И Циммерман пытается выкрутиться. Закрывает голову руками. Воет, сопит. Арнольд сдается:
Я всего лишь знаю, что те двое попали к легавым. Ребенок помер в больничке. С момента моего прихода в отель, здесь не продают детей. А та парочка живет где-то в пригороде. Я слышал. Паркер. Его так называли. Падре Доминик. Постояльцы говорили, что его отлучили от церкви после инцидента в нашем отеле, — он выдыхается и смотрит с мольбой на нее.
Она осекается. Изучает Арнольда. А он выдыхает. Остановилась. Притихла. Ждет.
Циммерман облокачивается о диван. Вытирает кровь с лица. Еще не так больно, но уже опухло лицо. А он так не любит, когда на теле появляется кровь. Арнольд не любит кровь. Моргает опять. Вжимается и группируется. Старается следить за каждым ее шагом. Бледная тварь — одна из детишек Бёрше. Он слышал есть и другие. Даже узнал, что старика прихлопнул первенец. И Арнольд находит выход из ситуации, как всегда, своевременно:
Я могу добыть для вас информацию. Я знаю многих, кто с радостью ею поделится, — Арнольд аккуратно ползет навстречу Кристине, облизывает окровавленные губы и кивает, — да-да. Я могу узнать о той парочке. А они, пожалуй, знают о вашем фрике. Не мог же он кануть в бездну. А его не посадили, — Циммерман пожимает плечами и вяло улыбается, очень старается, — нет. Иначе, — выставляет палец, — вы бы его быстро нашли.
И он даже не спрашивает зачем им ублюдок. Циммерману это пока не нужно. А вот доверие новых боссов — вот, что важно. Арнольд землю будет жрать, но не потеряет свое местечко. Уж сильно он привык к хорошей жизни. А от нее, как известно, могут отказаться лишь альтруисты и дебилы. Ни тем, ни другим он себя не считает.
Я знаю многих постояльцев нашего отеля, которые расскажут много интересного. Главное знать, у кого спрашивать.
А уж он то знает. Арнольд умеет слушать. Кристина больше не бьет. Кажется, поверила. Или быть может устала. Во всяком случае, у Арнольда появился шанс выкарабкаться из этой грязной истории. Она подходит. Присаживается на корточки. Сжимает его лицо в пальцах и долго смотрит. Кристина Бёрше изучает его. Ложь — не подходящее слово, но первое, что приходит на ум. А Арнольд не врет. Он, правда, может им помочь.
Арнольду больно. От ее прикосновений. И ноет шея. Циммерман вжимает голову в плечи и сопит. Он уже почти сдался.
Я вам еще пригожусь, — почти со слезами на глазах.
А когда она уходит, он облегченно выдыхает. Плюется. Пытается встать и падает на диван. Манерно обхватывает голову рукой. Пронесло. Арнольд опять вляпался в дерьмо, но умудрился найти выход. Пока всего лишь на словах. Бен — новый охранник и его личный секьюрити появляется. И Циммерман выставляет резко руку. Поджимает плотно губы. Больно, чёрт возьми!
Заткнись, Бен. Даже не думай рот открывать. Принеси лучше обезболивающее.
И Бен отвечает Арнольду:
Я уже, мистер Циммерман.
Всё равно заткнись! — Арнольд обхватывает голову руками.
Она сломала его любимую трость. А ведь он так хотел понравиться наследникам Бёрше.
Циммерман сидит на диване и думает. Теперь он знает, что игра слишком дорога. Теперь Арнольд понимает, что на кону огромный бизнес. Вражда между большими людьми. И Арнольд не собирается терять свое местечко. Он отправляет людей на поиски первенца Бёрше. Говорят, он киллер. Что ж. Арнольд готов. Циммерману нужны союзники.
[NIC]Arnold Zimmerman[/NIC] [STA]TRRR – FCKN – HTLR[/STA] [AVA]http://funkyimg.com/i/2S2Je.gif[/AVA] [SGN]

http://funkyimg.com/i/2S2LW.gif

Sodomie, Sündenbock, Perversion,
Syphilis, Hakenkreuz, Hurensohn,
Päderast, Genozid im KZ,
Bombenbau im Internet.

[/SGN] [LZ1]АРНОЛЬД ЦИММЕРМАН, 34 y.o.
profession: управляющий отелем "Райское наслаждение".
[/LZ1]

Отредактировано Grant Hall (2019-05-22 00:54:51)

+1

6

После визита в злополучный отель Кристина практически перестала тратить время на сон. Её максимум отдыха теперь- часа три-четыре за ночь. Спала готическая королева не всегда. Чаще просто лежала с закрытыми глазами и плавала в океане собственных мыслей и догадок.
Кристина не поверила управляющему. Этому Циммерману. Огромной и несуразной птице, скрюченной под гнётом собственной ничтожности и показной покорности. Слишком громко вопил Арнольд, слишком надрывно просил пощадить его. Он с величайшей готовностью падал им в ноги, склоняя голову. Обещал предоставить информацию, пользоваться которой Кристина побрезговала. Она чуяла подвох за версту и отлично разбиралась во лжи. Ей не понравилась история с борделем и священником, у которого якобы отобрали сан. И потому наследница Бёрше искала другие пути, чтобы распутать клубок ядовитых и очень опасных змей. Были такие, как родня Эрика. Огромные, просто гигантские питоны, готовые сожрать с потрохами и труп, и детишек, и не подавиться при этом. А есть как Арнольд Циммерман - мерзкие, подленькие гадюки. Если придавить, будет извиваться. А если ослабить контроль, начнёт кусать за пятки. Выше просто не дотянется. Рождённый ползать, летать не сможет.
Кристина с тихим стоном перевернулась на бок и прикрыла глаза тыльной стороной ладони. Глубоко вздохнула и закашлялась. С недавних пор девушку начали преследовать призраки прошлого. Она раз за разом сталкивалась с людьми и ситуациями, которые буквально вопили в её сознании разномастными голосами о том, что король-то голый. А короны на головах его детей - блестящие картонки, не стоящие ни цента. Тогда Кристина начинала задыхаться, но каждый раз старалась скрыть это состояние от Алекса. Сегодня у неё не получилось. Он сам вошёл в её комнату. В звенящей тишине молчание брата было красноречивее любой истерики, любого обвинения в бездействии. Времени мало. Тик-так. Тонкие и мрачные силуэты в мутной тьме. Вязкая паутина кошмаров.
- Я не верю ему. - Кристина хрипит, делая усилие над собой. Улыбается уголками губ так, будто самообладание вновь к ней вернулось. - Точнее, не совсем. Он говорит правду, частит разрозненными фактами, но он не будет нам помогать. Я думаю, даже наоборот. Сделает всё возможное, чтобы отмыть своё имя и не позволить нам диктовать правила новой игры. - Кристина качает головой. За последние дни её кожа стала не просто фарфоровой, скорее уж - болезненно бледной. Под глазами залегли тени, а голос стал тише. Маленькая девочка Крис вновь наблюдала за событиями мира из своего укромного угла. Она шла к намеченной цели, не стесняясь быть монстром в чужих глазах. Плевать на остальных, они лишь мусор под ногами сильных мира сего. Значение имеет только он. Голубоглазый ангел, одним своим существованием удерживающий её от падения ниже уровня самой глубокой бездны.
- Я нашла её. - Кристина опускает взгляд, поглаживает прохладными пальчиками ладонь брата. Они вдвоём в своём тайном мирке. Совсем как в детстве. Алекс торопится-спешит узнать всё, что от него когда-то преднамеренно скрыли. А Крис прячет свою боль и отворачивается в сторону. Не хватает только Амелии с её ревностью и поцелуями в губы. Без неё всё не так, но Крис нашла выход. Она об этом не расскажет никому другому, да и Незабудке - с трудом. Рваными частями, такими же как лохмотья у бродяжек из неблагополучных районов Франции. Тех, куда Ульрих вывозил наследника Бёрше в тайне от остальных.
- Райден Вествуд. - огненная девочка - Племянница того американца, что наделал нам шуму. - Кристина заглядывает Алексу в глаза, прижимается ближе. Ластится как кошка. Склоняет голову на плечо и не спешит раскрывать все карты. Вспоминает весь путь, проделанный за последние дни. Вспоминает ночные улицы и разряженных, ярко накрашенных девиц. И как она сама прохаживалась между ними в весьма откровенном наряде. Разглядывала, выбирая себе жертву на вечер. Красивая богачка, юная наследница и жестокое чудовище одновременно. Она и проститутку подобрала себе по вкусу. Не учла лишь, что у суки была тяга к мазохизму. Она стонала, когда Крис оставляла синюшные отметины на стройном теле. Кончала от одного только упоминания боли. Извивалась на шёлковых простынях, пока верёвки обжигали светлую кожу. Упиралась и не хотела делиться нужной информацией. Готическая королева могла и убить. В этом она никогда не пробовала себя ранее, но безнаказанность порождает распущенность и разжигает звериную жажду свежей крови. Опасно связываться с патологическими садистами, это чревато, минимум, переломанными конечностями. Крис помнит всё до мельчайших деталей. Её память заполнена вспышками-фотоснимками. Безупречные лодочки, острый носок, удары под рёбра. Тоненькая шпилька, сбившееся дыхание. Спутанные волосы и шёпот, больше напоминающий змеиное шипение. Свистящие звуки, приглушённые шаги опасного хищника. Безразличие к чужим страданиям и, наконец, правда. Добытая самым неприглядным способом, перекрученная, изувеченная как психика самой Кристины. Или её маленькой жертвы. Хрупкой бабочки с переломанными крылышками.
- Она знает о своём опекуне не так уж много, но кое-какие сведения предоставила. - Крис умалчивает о том, что девушку изнасиловал её же дядя. Умалчивает о том, как Райден Фелисити стала проституткой и продавала себя богатеньким ублюдкам. Впрочем, она и сейчас занималась чем-то похожим. Только уже не трахалась, раздевалась за деньги.
Кристина нашла её в местном клубе, но так и не подошла ближе. Не попробовала прикоснуться к обжигающему пламени. В темноте, среди похотливых взглядов, переливающиеся тела танцовщик. Хищный оскал улыбок, красная помада. Язык тела призывающий к действиям весьма однозначным и секюьрити, готовые вышвырнуть за пределы клуба любого, чьи лапы потянутся к хрупким девушкам. Что она расскажет ей в этой обстановке похоти и безумия? Что продемонстрирует, кроме отчуждения и настороженности? Что услышит сама Кристина, глядя на сияющее существо, легко и непринуждённо расстающееся с жалким подобием одежды?
Тогда она ушла, бросив чаевые на столик. Оставила недопитым свой коктейль. Скрылась в темноте ночных улиц.
Поговорить с Райден удалось много позже, когда девушка готовилась к вечернему шоу. Обычное сборище творческих людей, поделивших площадь на квадраты. Кристина притормозила рядом с восторженной публикой, наблюдая, как порхает пламя в руках темноволосой девицы и замечая в её глазах что-то ещё, кроме насмешки и недоверия. Судя по всему, это занятие нравилось американке куда больше. Разве что денег не приносило достаточное количество.
Крис усмехнулась своим мыслям и подошла ближе. Склонилась, чтобы подбросить пару купюр в пустую шляпу. Замерла, не спеша выпрямляться и поймала взгляд Райден.
На вопросы девчонка отвечала без энтузиазма. Она ненавидела своего опекуна и, кажется, боялась. Единственное, что смогло хоть как-то её затронуть, упоминание детей. Райден выдала местоположение Вествуда и пробурчала что-то про священника. Сказала, что если успеть поговорить с тем до его отъезда, можно узнать ещё больше полезной информации. Но готической королеве нужен был только татуированный фрик.
- Вествуд сейчас находится в Германии. Я найду его. - впервые за всё время разговора в голосе Кристины появились стальные нотки. Она не оставляла больше себе шанса на ошибку или же сомнения. Всё получится. Всё будет иначе, когда она сожмёт в ладони заветный билет в Штутгарт. И всё изменится для Алекса. Когда сестра вернётся, он может не успеть её обнять.
Кристина целует Алекса. Горячо и самоотверженно. Сегодня они меняются ролями, и уже Крис сжимает в ладонях его лицо. Прикасается подушечками пальцев. Отстраняется. Её сбившееся дыхание и его нежная кожа. Голубые глаза Незабудки и солноватое послевкусие на  губах Кристины. Он и она. Детки без клетки. Такие близкие и разные одновременно. У каждого своя история и груз прошлых ошибок за плечами. Тяжкий камень поражений и мрачных тайн. Цепочка постыдных фактов из биографии. Огромный и хищный мир ненавидит таких как они. Гордые и упрямые, отныне они - единое целое.
Кристина краснеет и растерянно хлопает ресницами, когда Александр с усилием привлекает её в объятия. Девушка морщит нос и прячет лицо у брата на груди, когда тот целует её в макушку.
Если любовь - иллюзия, то что тогда имет право на существование?
[NIC]Christina Bercheux[/NIC] [AVA]http://funkyimg.com/i/2NdgT.png[/AVA]
[LZ1]КРИСТИНА БЁРШЕ, 20 y.o.
profession: любовница семьи Дюпон, воспитанница Эрика Бёрше;
love: Alexander.
[/LZ1]

Отредактировано Linda Green (2019-06-14 14:43:47)

+2


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » [bedlam in Paradise] ‡2018 - 2019