"После визита в злополучный отель Кристина практически перестала тратить время на сон. Её максимум отдыха теперь - часа три-четыре за ночь. Спала готическая королева..." читать дальше
внешностивакансиихочу к вамfaqправилакого спросить?вктелеграмбаннеры
RPG TOP
25°C
Jack
[telegram: cavalcanti_sun]
Aaron
[лс]
Lola
[icq: 399-264-515]
Oliver
[telegram: katrinelist]
Mary
[лс]
Kenny
[icq: 576-020-471]
Justin
[icq: 628-966-730]
Kai
[telegram: silt_strider]
Francine
[telegram: ms_frannie]
Una
[telegram: dashuuna]
Вверх

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » Он говорит, что видел смерть и что сам ею был


Он говорит, что видел смерть и что сам ею был

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

[NIC]Ike Batler[/NIC]
[STA]твоя ноющая заноза в сердце[/STA]
[AVA]http://sh.uploads.ru/k0XiK.jpg[/AVA]
[SGN]

Код:
<!--HTML-->

[/SGN]

[LZ1]Айк Батлер, 22 y.o.
profession: художник;
relations: тянет к нему.
[/LZ1]

https://funkyimg.com/i/2U5vZ.jpg
Ike Batler & Dick Horan
Сакраменто//2019

Отредактировано Ike Batler (2019-05-21 11:04:40)

+1

2

Просыпаюсь не от двусмысленных ощущений. Зажмуриваюсь, закусываю губу, подавляя стон, но сдерживаться получается совсем не долго. Чей-то тёплый рот орудует по всей поверхности моего члена так умело, что стон действует за стоном, срываясь с приоткрытых губ. Чей-то – ключевое слово во всей этой ситуации. Я просто не помню, кто со мной в одной постели сегодня. Нет, имена запоминать мне приходится, но сейчас, со сна, в голове всё смешалось в одну большую кучу, а глаза открывать вовсе не хочется. Мне это сейчас и ни к чему. Выгибаюсь, подаюсь бедрами вперёд, резко и глубоко в женский рот. Она почти давится, заглушая рвотные позывы, а я улыбаюсь сквозь стоны, вновь и вновь повторяя поступательные движения. Вздрагиваю, кончая в тёплый рот, откидываюсь назад, позволяя языком облизывать свой член. Она скользит пальцами от мошонки к паху, царапает, впиваясь ногтями. Вот стерва! Просил же не портить кожу.
- Лаура, прекрати, - перехватываю запястье пальцами и подминаю под себя, разглядывая её лицо на расстоянии ладони от своего. Она улыбается, несомненно очень довольная собой и не понимает, что я и правда злюсь, думает, что я сейчас её трахать буду в благодарность за утренний отсос. Я же только держу её крепко, придавив тело своим и не двигаясь несколько долгих минут, борясь с искушением послать куда подальше. Но ей незачем знать, что я вовсе не тот милый мальчик, каким хочу казаться для неё. Не стану говорить гадостей, расстанемся по любовно. А вообще она даже не сразу догадается что я её бросил. Я просто больше не позвоню, сломав и выбросив сим-карту с номером, который она знала и уж точно не приду. Я уверен, что вчера выжал из неё всё, что только можно. Большего она мне не даст, да мне и не нужно. С её вечной тягой кусаться и царапаться, портя мой товарный вид, она меня откровенно подзаебала. Лаура у меня не одна такая, а как прикажите объяснять другим дамочкам подобные следы в интересных местах?
- Мне на учёбу нужно, - ослабляю хватку, соскальзывая на пол, собираю разбросанную по всей комнате одежду, изредка поглядывая на красивое загорелое тело, распростёртое на ярко-фиолетовых простынях. Она неплохо выглядит в свои сорок пять, по ней даже не видно возраста, но я бы быть рядом не хотел в тот момент, когда она станет страшной и дряхлой бабкой. Спорим, она бы этого хотела? Но мне похуй на её желания. Льнёт, прижимается сзади, голыми грудями трётся о спину, не давая натянуть рубашку, я же высвобождаюсь от объятий уже едва сдерживая отвращение. Хорошо, что она сзади и не может видеть выражение моего лица. Ей бы не понравилось. Она бы поняла всё раньше времени.
- Ты позвонишь вечером?
Я лишь едва киваю, задерживаясь в дверях на пару секунд. И вроде не сказал ни да, ни нет, а уйти могу с абсолютно спокойной совестью. Передёргиваю плечами и ухожу, тихо прикрыв за собой дверь. Мне не жаль её оставлять, как и тех, что были до.
Конечно, ни на какую учёбу я не еду, потому что просто на просто и не учусь нигде. Я тунеядец и получать образование, чтобы найти нормальную работу в какой-то хорошей фирме, мне нахуй не надо. Басни про учёбу – это сказочка исключительно для дамочек, которых я обалтываю. Бедный студент, оставшийся в большом городе совсем один, живущий скромно и очень скудно в общаге при универе… Аж самому себя стало жалко. Другие меня тоже жалели, кормили, одевали, дарили подарки и просто давали деньги. На самом деле, это страшно, на что способен пойти человек, устав от одиночества и бесконечных обломов, особенно женщина, особенно, если ей далеко за тридцать. Вот именно этим я и пользовался каждый день.
Сразу еду домой. Мой дом – моя крепость. Здесь никогда не было ни одной из моих женщин, кроме одной, той самой, что мне её купила. Мгновенная меланхолия накатывает волной при одной только мысли о Лу. Прежде всего мне не хватает её, как друга, потом уже всё прочее. Грязную одежду скидываю по дороге в ванную, а затем долго и с наслаждением моюсь под совершенно обжигающими струями воды. Убирать за собой и не думаю, сразу заваливаюсь в кровать и засыпаю. Домработница придёт вечером, когда меня уже не будет, а тратить хоть какое-то количество личного времени на уборку или готовку не в моей стихии.
Просыпаюсь уже на закате. На телефоне куча пропущенных и среди знакомых есть и один совершенно неизвестный. Впрочем, важно сейчас вовсе не это. Я бы никогда не стал перезванивать, если бы не нашёл в почте собственное обнаженное фото с просьбой связаться, если не хочу не обратимых для себя последствий. Из кровати подрываюсь резко, пелена сна слетает за пару секунд. Я знаю, кто сделал это фото, но совсем не понимаю, как оно могло оказаться в чужих руках, потому что есть оно только у меня одного, было, по крайней мере, до этого самого мгновений.
Я зол просто до зубного скрежета. Сжимаю телефон в пальцах до побеления, пока вылезаю из тёплой кровати и плетусь на кухню, включая по пути на минимум музыкальный центр, плейлист с какой-то ненавязчивой вечной классикой - самое то, чтобы никого не убить.
- Ты ещё кто? – сразу претензионно ещё хриплым со сна голосом. – И какого хуя тебя от меня нужно?
Слушаю затаив дыхание, под тихий аккомпанемент Queen из гостиной и яростное жужжание кофеварки, чувствуя, как внутри холодеет. Кажется, пора готовить бабло, Айк. Не один ты любишь лёгкие деньги.
[NIC]Ike Batler[/NIC]
[STA]твоя ноющая заноза в сердце[/STA]
[AVA]http://sh.uploads.ru/k0XiK.jpg[/AVA]
[SGN]

Код:
<!--HTML-->

[/SGN]
[LZ1]Айк Батлер, 22 y.o.
profession: художник;
relations: тянет к нему.
[/LZ1]

Отредактировано Artyom Sheppard (2019-05-03 12:06:02)

+1

3

[indent] Тихим шорохом сползает на пол тонкое одело, как в кино, медленно, картинно, резко ускоряясь под конец и замирая у кровати недвижимой тушей мёртвого кита. Передёргиваю плечами, но не от холода, скорее от самого факта, что в моём состоянии что-то изменилось. Неуловимое, пока не ясное вдруг обняло меня за плечи и коснулось груди, продолжая мягкими пальцами вести по телу вниз. Мокрые солёные простыни, по которым веду лопатками ёжась, собираются под моим телом сбитые в борьбе яви с мороком, и в итоге мне становится окончательно не комфортно. Несвязные недосны, ускользающие, утекающие из основы мысли путают сознание, не дают отрешиться от полуперегоревшей реальности, тонкой струйкой дыма из пепельницы утекающего за окну. Свет тугими волнами отражается, резонирует, выливается из переполненной чашки сквозь плохо задёрнутые шторы, обжигая роговицу уставших глаз сквозь тонкие веки, окончательно выбивая из-под ног табурет.
[indent] Ненавижу дни, когда не могу уснуть, болтаясь между мирами, не имея возможности отключиться или продолжить бодрствовать. Тело отзывается нервными судорогами, унять которые я так и не научился. Промучившись около часа, сонный и недовольный, я всё же поднялся с кровати и отправился в душ. Легче мне не стало. Спать хотелось по-прежнему, но я прекрасно понимал, что не усну, и отправился туда, где мне всегда было комфортно вне зависимости от состояния тела - в сеть. Паутина из набора цифровых хитросплетений не знает усталости, не испытывает желания утолить голод, ей не нужно никого трахать, чтоб снять нервное напряжение, и я ныряю в неё, желая заразиться этим безразличием и утонуть в водах отрешённости от реальности. В компанию себе выбираю виски и Джима Моррисона.
[indent] В сети время бежит незаметно, день плавно перетекает в ночь, а ночь торопится стать утром, сменяя бутылку за бутылкой и пластинку за пластинкой, когда мои скитания по чужим жизням всё же отзываются успехом. Ничего нового я не нахожу, всё те же фото, всё те же переписки, всё те же истории неверности и преступных схем. Мне не жаль тех, кто оказывается втянутым в такие схемы, мне не жаль тех, кто оказывается втянутым в мои схемы. Не думаю, что я вообще не очень расположен к эмпатии, хотя социопатом всё же не являюсь. Привычка никому не доверять, зная, что в мире большая часть людей до отвратительного похожа на меня, не позволяет мне доверять и доверяться. Так, как живу я, жить всё же проще.
[indent] С телефона беру всё, что может мне пригодиться, запоминаю нужную информацию, и отправляю фото для затравки прежде, чем набрать номер. Долгие гудки немного удручают, но ничего, мне определённо точно перезвонят. Я не жду и снова ныряю в сеть, но уже не за тем, чтоб накопать компромат на неверного мужа, запечатлённого в объятиях юной любовницы, или грязного политика, который любит стоять раком с кляпом в руках и страпоном в жопе, а просто за тем, чтоб убить время. Бесцельно копаться в сети мне надоедает быстро, никакого азарта, если ты легко можешь найти в сети всё, что пожелает как светлая, так и тёмная сторона души. Выныриваю на поверхность из глубокой паутины, возвращаясь к привычному Фейсбуку, где нахожу девушку, которая совершенно точно будет не против со мной встретиться. Что будет особенно уместно, если абонент так и будет вне зоны доступа. Но абонент находит меня сам и достаточно скоро после моего звонка.
[indent] - Ты ещё кто? И какого хуя тебя от меня нужно? - Он не церемонится, начиная сразу и сходу давить агрессией, но меня его тон не трогает ни за одно место, ни один мускул на лице не дрогнул, хотя меня явно порадовал этот звонок. Я не рассчитывал, что реакция будет такой быстрой, давая себе фору хотя бы в сутки, но позвонил он мне буквально через пять-шесть часов.
[indent] - Фу, как грубо. Скажи привет, а то я расстроюсь и положу трубку. Ладно, я скажу первым. Привет, Айк. - Тяну его имя, испытывая нервы на том конце провода на прочность. Я знаю, что он зол. А кто бы ни был, оказавшись в подобной ситуации. Но мне не привыкать слышать гадости в свой адрес - крики, угрозы скорой расправы и даже смерти давно меня не трогают. Думаю, я был бы даже рад, если быть один из тех, чьи деньги находятся теперь у меня на счету, действительно надрал бы мне задницу, но никто и приблизиться не смог ко мне и тем более надрать мне хоть что-нибудь. - Знаешь, а ты довольно самовлюблённый парень. Столько фоток жопы даже у тёлок редко встретишь. Будь у тебя выбор, зуб даю, ты бы себя трахнул, я прав?
[indent] Заигрывая с опасностью, веду пальцами по стеклу в ванной, перечерчивая собственное лицо. Убираю влажные волосы со лба, вязко и на распев выдавая каждое слово. Сигарета дымится в зубах, сладковато оседая на языке. На фоне слышу Меркьюри и просто молчу. Молчит и трубка, плавно стекая словами в раковину, путаясь с паром и дымом. "Я немножко того. Буквально всего-ничего." Может быть и я того всего ничего или даже слишком, но внешность компенсирует буквально все огрехи личности. Если не погружаться в меня, не вытаскивать на поверхность демонов, которые мешают ночами спать, то жизнь не кажется мне такой уж поганой. До того, как я начинаю думать за рамками сети.
[indent] - Деньги, конечно же. - Наконец выдаю я на повторяющийся на том конце провода вопрос. - И лучше ищи наличность, натурой в качестве платы я не принимаю. Я ж не твои тётки. - Едко усмехаюсь, сообщаю сумму и место встречи и кладу трубку, не желая слушать о себе лестный отзыв из ещё одних уст.
[indent] Общая левая территория в виде ночного клуба, где можно без проблем затеряться, смешаться с толпой и ускользнуть, если вдруг ситуация станет совсем горячей, была очевидным выбором, казался вполне удобоваримым, чтоб совместить приятное с полезным. Девушку я позвал туда же, договорившись встретиться на месте. Она уже ждёт меня у стойки, предлагая начать с алкоголя, но у меня мысль получше. Утягиваю её за руку подальше от света и закидываю диск с игриво выдавленным знаком отличия в виде сердечка в себя, и один протягиваю ей. Пошло, примитивно, но зрачки расширяет, а большего и не надо. Она подхватывает идею без слов. Воздуха становится много, краски ярче и нервная улыбка расчерчивает лицо, когда, возвращаясь в гущу событий, ловлю в фокус того, кого так долго ждал. Его взгляд мечется, явно ищет того, кто мог бы оказаться тем самым парнем, что крепко держит его яйца в стальных тисках. Вот же я, ты не видишь? Конечно нет, как тут поймёшь среди толпы, кто есть кто. Я знаю его хитрое ебальце, он моё лицо не увидит никогда. Музыка качает, я сливаюсь с танцующими, обнимаю за талию свою знакомую на одну ночь, что трётся рядом. Мы так близко, и у меня, кажется встал, но я не смотрю на неё, я держу в тисках взгляда того парня с фоток. Такой прилизанный, такой противный мне до зубного скрежета. Мы танцуем ещё часа два, а когда действие экстази начинает отпускать, едем ебаться в ближайший мотель, где я совершенно забываю, что должен был обобрать очередного засранца. Засранца, который в итоге всё же напоминает о себе настойчивым террором моего телефона.
[indent] - Привет, Айк. - Накручиваю полотенце вокруг бёдер, стряхивая с волос капли влаги и сажусь на кровать, подкуривая сигарету и глубоко, почти до тошноты, затягиваясь дымом. Он обволакивает лёгкие, продираясь вниз по трахее с болью, но я не замечаю дискомфорт, и после паузы продолжаю, как ни в чём не бывало свой издевательский монолог. - Я снова один дома, за окном снова мерзкое утро, а значит время интимных разговоров. Как в нашу первую встречу на проводе, помнишь? - Улыбаюсь трубке, но трубка в ответ мне только гневно вопрошает о несостоявшейся встрече. - Неужели ты думал, что я такой тупой? На твоём месте меня бы смутила уже сама сумма, а уж клуб... Как тебе удаётся хоть кого-то обмануть? - Смеюсь в трубку, слушая нервную злость на том конце. Я почти физически чувствую, как его кулаки сжимаются, как ярость от невозможности ничего сделать и ничего изменить рвёт по швам на части напускную выдержку. Продолжаю провоцировать его, цепляя за самые больные места - его шашни с богатыми дамочками и деньги, что он от них получил и которыми не хотел делиться. Обстановка на том конце трубки быстро накаляется, и он срывается, начиная орать на меня и угрожать, но его слова по-прежнему меня не трогают. Что бы он не говорил, как бы не старался напугать, деньги я получу и мне за это ничего не будет. Абсолютно ничего. - Не нравится? А как же те женщины, верой которых играл ты? Мне их не жаль, кто хочет обмануться, тот обманется, но не тебе меня судить. Вопрос денег в силе. Но отложим всё на потом, мне нужно идти. Пока.

+1

4

Нет, я не зол, я в ярости. Голос по ту сторону трубки же наоборот слишком спокоен, как-то по-особому мелодичен даже в своей вкрадчивости. Сладко поёт, но какую-то бесячую хуйню, выводящую меня из себя всё больше. Хочет денег и позыв этот мне вполне понятен, вот только способ мне не нравится совершенно. Я сам никогда не забирал их насильно, да и добровольно тоже не обирал людей до последней нитки. У меня были определенные принципы, а у этого чувака их не было.
Сучара! Как же бесит!
Я буквально скриплю зубами от злости, когда голос по ту сторону стихает и заменяется на короткие гудки. Он даже имя моё знает и это бесит меня больше всего. Кажется, незнакомец знает обо мне многое, если не всё, а я о нём вообще ничего, кроме одного единственного номера телефона и того, что он мразь.
Остаток дня я не нахожу себе место. Кофе вливаю в себя кружка за кружкой, кофемашина гудит натужно, уже устав его для меня варить, а окурки заполняют пепельницу до самого верха – ни один из них не докурен до конца. В этом беспорядке и хаосе я весь, когда волнуюсь ни одно дело не может принести мне успокоение. Телефон же не даёт мне покоя коротко позвякивая сообщениями и взрываясь звонками. Я его в стенку готов кинуть ближе к вечеру, но пока что он мне нужен.
На вылазку собираюсь нарочито тщательно. Долго моюсь в душе, верчусь перед зеркалом, укладывая волосы и выбирая рубашку к отглаженным брюкам. На меня смотрит перепуганный пацан и мне это вовсе не нравится. Я в жизни бывал в передрягах и похуже, но это почему-то нисколько не успокаивает, наверное, потому что я всегда знал своего противника в лицо, а это многое значит.
Не беру машину или мотоцикл, просто заказываю такси и еду на место встречи загодя. Атмосфера в клубе весёлая, расслабляющая, но меня не цепляет абсолютно. Клубных баб отгоняю от себя ещё на подлёте, одного взгляда достаточно, чтобы понять, что лучше меня сейчас не трогать. Одна всё же цепляется за меня и долго трётся рядом, явно специально танцуя свои откровенные танцы так, чтобы я её видел. Красивая, но я почти не смотрю на неё. Немного растерян, разбит, а через какое-то время уже зол. Время истекает, хоть и тянется очень медленно, а он так и не приходит.
Я так зол, что готов что-то разъебать. Первое, что попадается мне под руку зеркало в туалете, но я слишком рационален, чтобы порезать себе руку, поэтому просто с силой прокручиваю кран, открывая воду во всю мощь и срываю резьбу. Мне нужно сейчас кого-то убить или трахнуть, чтобы успокоиться. Я не стану звонить ни одной из своих дамочек, просто потому что с ними я играю другую роль и не могу показать себя такого. Выхожу в качающуюся толпу и вытираю мокрые руки о футболку какого-то чувака, удачно подвернувшегося. Он слишком занят сиськами какой-то бабы, к которой жмётся, а я лишь хмыкаю и протискиваюсь дальше. Та самая девица цепляется ко мне уже почти у самого выхода и тянет обратно, в толпу. Я даже расслабляюсь рядом с ней на какое-то время, лапая её за все возможные места и приходясь ладонями по красивым изгибам. Минут через пятнадцать понимаю, что не хочу её, не хочу совсем и с этим мне ничего не хочется делать. Я мог бы себя заставить, как делал десятки раз с женщинами, которые мне совсем не нравились, но сейчас отпихиваю девицу от себя почти со звериным раздражением.
- Отцепись, если не хочешь, чтобы я был груб. – Девушка выпускает меня не без сожаления, потому что уже практически уверилась в своей неотразимости и решила, что сегодня я буду принадлежать ей. У меня же в планах спустить то бабло, что я принёс в качестве откупа этому мудаку на выпивку.
Стакан с виски приятно холодит руку уже минут через десять, когда я меняю клуб на ближайший к нему бар. Здесь гораздо тише и никто не виснет на мне, пытаясь привлечь внимание. Бармен тихо-вежлив и у него красивая улыбка в добавок к удивительным голубым глазам. Я трахаю его прямо на барной стойке через пять минут после закрытия. Он тихо стонет от каждого толка в его тело, а стаканы и бутылки с горячительным вторят ему своим звоном. Я пьян, но пьян в меру и спиртное лишь слегка кружит голову, когда я кончаю и тут же натягиваю штаны, чтобы взяться за телефон и позвонить. На улице слегка похолодало с того момента, как я пересекал улицу от клуба до бара. Свежий ветер треплет спутавшиеся волосы, заползает под рубашку, щекоча вспотевшую спину и проскальзывая между лопаток. Я комкаю бумажку с номером телефона бармена, которую он сунул мне за секунду до того, как я ушёл, и бросаю прямо под ноги, пока слушаю длинные гудки в трубке. Напряжение и злость, слегка снятые сексом, возвращаются с удвоенной силой.
- Издеваешься? – сжимаю кулак свободной руки до боли. – Скажи, что ты от меня хочешь, мудак!
В конце концов я опускаюсь до оскорблений, взбешенный до предела. Понимаю, что ничего не смогу сделать этому парню, но удержаться не могу, разрождаясь гневной тирадой и почти ору на всю улицу, забыв совершенно, что сейчас глубокая ночь.
Так ли нужные ему деньги? После звонка мне начинает казаться, что от меня он хочет совсем другого. Его больше привлекает игра в кошки-мышки, а значит это дерьмо не закончится так легко и быстро, как мне хотелось бы. Я возвращаюсь в бар почти на автомате, чувствуя, что меня буквально трясёт то ли от холода, то ли от негодования. С барменом сталкиваемся в самых дверях, и он мне рад, я рад тоже, мне кажется, что сейчас я был бы рад любому человеку, который мог бы побыть рядом со мной.
- Мы можем поехать к тебе? – Он кивает и утягивает меня за собой. Забыться – вот и всё, что мне сейчас нужно. Иногда мне кажется, что следует найти себе кого-то вроде этого парня, просто для души и завязать с тем, чем я сейчас занимаюсь. Однажды мне придётся это сделать, я не вечно буду красив и привлекателен, но не уверен, что тогда со мной окажется тот, кто захочет со мной остаться.
Быть с ним приятно, но я не строю иллюзий, уходя утром, пока парень спит. Мы не нужны друг другу. Дом встречает меня тишиной и стерильной чистотой. Я старательно пихаю в себя завтрак и ложусь спать, чтобы вечером проснуться почти на закате и начать рисовать. Краска слой за слоем ложится на холст разноцветными мазками, почти хаотичными, но твёрдыми. Я часто рисую по памяти то, что видел когда-то. Сегодня там вчерашняя улица, по которой я брёл от клуба к бару, только не ночная, а вечерняя, разукрашенная осенними листьями и мокрыми лужами, поблёскивающими в свете только что зажжённых фонарей. Успокаиваюсь, нанося аккуратные уже, завершающие мазки, любуюсь некоторое время на своё творение, а затем спихиваю с мольберта на пол и продавливаю в самой середине холст ногой, размазывая не успевшую ещё просохнуть краску. Мне не нравится, как и большинство из того, что я в последнее время рисую.
Мудила звонит через несколько дней, когда я в койке с одной из своих женщин. Быстро говорю, что звонит друг и закрываюсь в ванной, нажимая кнопку принятия вызова. На этот раз никаких оскорблений, я просто молчу, жду, когда он заговорит первым. Неприятные мурашки ползут по телу от шеи и до кончиков пальцев, словно со мной сейчас происходит что-то жуткое.

Отредактировано Ike Batler (2019-05-22 18:25:12)

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » Он говорит, что видел смерть и что сам ею был