"Этот мир, суровый и неприветливый, казалось, что каждая веточка, каждый куст, каждая травинка была абсолютно не рада видеть здесь..." читать дальше
внешностивакансиихочу к вамfaqправилакого спросить?вктелеграмбаннеры
RPG TOP
25°C
Jack
[telegram: cavalcanti_sun]
Aaron
[лс]
Lola
[icq: 399-264-515]
Oliver
[telegram: katrinelist]
Mary
[лс]
Kenny
[icq: 576-020-471]
Justin
[icq: 628-966-730]
Kai
[telegram: silt_strider]
Francine
[telegram: ms_frannie]
Una
[telegram: dashuuna]
Amelia
[telegram: potos_flavus]
Anton
[telegram: razumovsky_blya]
Вверх

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Чайлдфри


Чайлдфри

Сообщений 1 страница 20 из 29

1

https://funkyimg.com/i/2UzMp.png

C a s p e r   M c L a u g h l i n   &   A r l e t t e   M c L a u g h l i n
09 июня 2019 года

Отредактировано Arlette McLaughlin (2019-06-21 20:20:47)

+4

2

[indent] Арлетт нервно прохаживалась по маленькой ванной комнатке, встряхивая руками и шумно вздыхая. Легкий тремор в пальцах рук надежно сковывал её мысли ожиданием. Предложенные производителем теста одна - пять минут, прежде чем можно будет посмотреть на результат тянулись немыслимо медленно. Маклафлин кусала губы до легкой боли — это неплохо отвлекало — и убеждала себя, что наверняка переживает зря. Это просто мера предосторожности, бдительности, только и всего. Сейчас она посмотрит на полученный результат и вздохнет спокойно.
[indent] Все дело в том, что несколько дней назад Арлетт обеспокоилась задержкой в своем цикле, о чем сразу же сообщила Касперу. Но сбой на 5 дней это же полная ерунда, верно? Верно... Однако после случая в марте 2018 года к данному вопросу она подходила щепетильно. Проблема в том, что Арлетт не хочет иметь детей. Каспер их не хочет тоже. А это значит, что ей опять придется делать "это"...
[indent] Она вздыхает крайний раз и неспешно берет в руки тест. Смотрит совершенно тупым взглядом. Две полоски. 
[indent] Почему? — вопрошает безысходно — Ну просто почему?
[indent] Воспоминания о прошлом опыте накатывают на неё неудержимо. Это вяжущее и гадкое ощущение тянущей боли внизу живота после процедуры, её дальнейшее поведение... Плохой секс. Выставка. Питер и Рамона... Ей снова приходится обдумывать все это. Смотреть на неприятные картинки. Обреченность, подобно вязкой жидкости, стремительно разливается внутри по  венам, концентрируясь где-то внутри под ребрами. Она присаживается на пол и утыкается глазами в красные черточки, будто бы надеясь на то, что они исчезнут, а после достает с кармана телефон и открывает женский календарь, заботливо указывающий период овуляции. Она вспоминает и думает, и от чего-то злиться на Каспера, потому что... Потому что нужно же на кого-то злиться, верно? Сейчас же она не виновата. Точно не виновата! Тот самый раз когда он... Она его прекрасно помнит. Им было хорошо. Даже очень. Слишком. Теперь ей нужно будет сделать узи и решить, что дальше... Вернее... Понятно что дальше, нужно просто.... Выбрать способ? Да. Она еще в прошлый раз читала о том, что таблетки не всегда работают, да и вообще после них масса осложнений, но просто все вот это... Ей не приятно будет делать это снова. В первый раз оно, ну... Было как-то проще, а теперь она просто знает, что нужно ожидать. Знает какие мысли полезут в голову, какую боль придется перетерпеть... Что никаких занятий любовью в течении последующих трех недель... А еще Каспер... Арлетт, конечно же, надеется, что он её поддержит, кто если не он, верно? Это её немного успокаивает. Нужно просто скорее рассказать ему. Она поднимается с пола и выходит. Кас был не в курсе того, чем она занималась в ванной. Маклафлин держит в руке тонкую полоску и подходит к любимому сзади.
[indent] Кас? — ждет пока он обернется, кусает губу, пожимает плечами, стараясь быть как можно более спокойной  и протягивает ему свой результат — Я все-таки беременна.

Отредактировано Arlette McLaughlin (2019-06-10 23:26:24)

+4

3

Кас сидит за компом и возносит Богу хвалу за современные технологии, благодаря которым он может работать из дома. Его рабочий день давно закончился, осталось обработать заявки клиентов на отзвон, а вот его коллеги, работающие по другому графику, в рабочем чате страшно матерятся сейчас — в офисе творится настоящий аврал. Так что, да, Кас очень рад, что он может из дома в дневное время принимать звонки, а по вечерам заниматься своими делами, заварив кофе и включив любимую музыку. И сейчас его, конечно, не беспокоит то, что парой дней ранее, когда Арлетт...

Будничным тоном она сказала, что у неё задержка. Это серьёзно? То есть, Каспер знал, о чём в таких ситуациях может быть речь, но ведь они предохранялись, то есть, Арлетт пила таблетки, так что всё в порядке. А даже если и нет... В голосе Арлетт не было тревоги, значит, всё нормально. Ведь не может же быть... Да нет, конечно. Не может быть.

И всё равно он сильно встревожился. Ему двадцать два. Он не хочет детей. Ночной ор? Сопли, слюни, разбрызганное изо рта пюре? Нет, пожалуйста, нет. Они не готовы к такому. И Арлетт. Кас помнит — да и в феминистском паблике, на который он подписан, об этом писали — беременность это большая нагрузка на здоровье женщины, большой стресс для организма. Кас прекрасно знает, что Арлетт не хочет беременеть. И все эти дела про "её тело — её дело". Он, конечно, согласен.

Но что, если. Что они тогда будут делать?

Кас курил. Курил много. Представлял себе, каково это, когда в доме младенец. Вечно уставшая и раздражительная любимая женщина. Опротивеет ему, наверное. Он должен будет её поддерживать. Будет вставать по ночам, чтобы делать слизкие жидкие смеси нужной температуры. Менять подгузники. А работа? Как он будет работать, если в доме будет стоять шум? Придётся вернуться в офис. А ещё... они ведь не смогут теперь заниматься любовью. Да что за бред лезет в голову? Всё, конечно же, обойдётся. Но в крайнем случае... Он же её поддержит. Он не оставит её, он давал слово. Он её муж, а она его жена. И если это всё-таки произойдёт... Ох. Если это испытание, то Небесные Силы их поддержат.

Сейчас Арлетт обратилась к нему, и Кас снял наушники, но Арлетт всё равно пришлось повторить два раза.

— Тебя тошнило?

Или что? Кас непонимающим взглядом смотрит на неё и на вещицу, похожу на такую штуку, которой делают тест на беременность. Так, стоп. Минуту. Касу нужно переварить.

— Это что, уже точно?

Не решаясь взять предмет в руки (он слишком... слишком женский), Кас вглядывается в две красные отметки. Вот они, те самые легендарные "две полоски". Снова поднимает глаза, выдыхает и отворачивается, ударяясь лбом в руку.

Если она в самом деле беременна... Это значит, что у них будет ребёнок. У. Них. Будет. Ребёнок. Кас не может этого себе представить. Кас знает. Они оба не хотят. Это будет очень тяжело. Но кто их спрашивал?

Да как такое вообще могло произойти?!

Кас ошарашен. Но Арлетт, должно быть, ещё больше. Ведь это... это у неё внутри сейчас происходит. Она, должно быть, ошеломлена и испытывает невероятный стресс. Он даже представить себе не может... Каспер подрывается. Приближается. Обнимает жену, аккуратно беря за талию. Говорит вполголоса:

— Не переживай. Мы справимся.

Отредактировано Casper McLaughlin (2019-06-09 20:10:16)

+4

4

[indent] Тебя тошнило? - от чего-то передразнивает про себя и мысленно кривляется. Если бы её тошнило в прошлый раз... Арлетт злиться, но, конечно, понимает что это иррационально, успокаивается, вздыхает, ждет пока Каспер переварит. Ей просто нужна его поддержка. Конечно же ему тоже не просто, он еще так молод... По правде сказать он и жениться решил рано, но...  Маклафлин сложно представить какая буря разворачивается у него сейчас внутри. Это же... Это его ответственность. Арлетт предупреждала о том, что делать так не стоит. Упоминала, что существуют риски, но вероятно была недостаточно строга, не слишком настойчива и потом...
[indent] Она ждет реакции и от чего-то ей кажется, что Каспер в ужасе. Интересно... О чем он думает? Это Арлетт уже все решила, но он-то об это ведь не в курсе. Вдруг ему кажется, что она размышляет о том, чтобы оставить малыша? Хотя с чего бы... Ребенок, понятное дело, нежеланный, вполне очевидно же...
[indent] Любимые руки водружаются на талию, Арлетт вздыхает и приникает своей щекой к его плечу. Нет, она даже сравнивать не будет насколько ей лучше сейчас нежели в прошлый раз, когда она осталась с такой проблемой совсем одна. С другой же стороны... С другой стороны в каком-то смысле было проще. Пришла. Отмучилась несколько часов. Забыла... Никто и вспомнить об этом не сумеет, да и она с легкостью это отпустила, а теперь... Теперь этот опыт застрянет с ними навсегда. На всю жизнь... Отразиться на поведении в постели (она так и представляла себе теперь эту неловкость и страх), да и вообще... На всем отразиться.
[indent] На упаковке пишут, что в девяносто девяти процентах -  "да", абсолютно точно... — старается отвечать спокойным голосом — Но нужно будет, конечно же, проверить... — отстраняется и смотрит пожирающим взглядом — Ты же сходишь со мной на узи? — находит руку Каспера и крепко-крепко сжимает — С этим нельзя затягивать... Я думаю, что... Возможно три недели или около того. Может быть можно будет просто вызвать выкидыш — лицо искажается гримасой боли — Я так не хочу все эти медицинские инструменты и... — она утыкается лбом в его грудь и прижимает к себе второй рукой. Ну же, Каспер... — сейчас ей очень сильно нужны его эмоции...

Отредактировано Arlette McLaughlin (2019-06-09 21:23:58)

+4

5

Это что-то потрясающее. Что-то невероятное... Держать в руках женщину, у которой внутри... у которой внутри завязывается новая жизнь. Не просто какая-то чужая жизнь. Её жизнь. Жизнь Каспера. Часть Каспера. Его часть. Их общее произведение. Он сделал это. Да, это ужасно... Но это и поразительно. Это в каком-то смысле мерзко, но это и волшебно. Какое удивительное создание — женщины. Кас держит Арлетт за талию и смотрит ей в глаза. И жалеет, что они не смогут теперь (нельзя ведь?) заниматься любовью. (Или как-то можно? Вроде бы...) Поглаживает её по боку. Мысленно трогает живот. И чувствует трепет. Трепет перед ней и тем, что происходит, и трепет за неё.

Он всё ещё думает, как это трудно. Сколько им придётся вынести. Но теперь от этого силы только прибывают к нему. Только что ещё подкашивались ноги, но теперь... Он убьёт за неё. И, если уж на то пошло, то и за... Кто будет эта маленькая душа? Они ведь совсем не знают. Ещё пока не знают. Да там всего лишь пара клеток, наверное. Маленькая завязь. Вредная завязь, без спроса влезшая в их жизнь. Пьющая соки его жены. Но это и удивительно. Это как... Как инопланетяне. Как мистер Грей, да, Джоунси? Но в то же время это сам Кас. Его частичка. Его зерно в этом восхитительном теле.

Всё это проносится в голове за секунды. Не в голове даже, а где-то в грудной клетке и ниже. В солнечном сплетении. Ровно до того мгновения, когда... Он слушал её вполуха, конечно, ещё переваривая. Конечно, он сходит с ней на узи. Конечно, нужно узнать срок и всё такое... Всё это проносится в голове за секунды ровно до того момента, как Каспер слышит слова "выкидыш" и "инструменты", а далее — огромным чёрным комком несётся вниз, сворачивает в животе и поднимается тошнотой к горлу.

Конечно, как он мог не подумать. Его любимая... Она, конечно, рассматривает вариант аборта. Совершенно естественно так (понятно, что волнуется, но), относится к этому совсем иначе, чем Каспер. Конечно, она современная женщина, и это совершенно нормально, но... Тошнота мутит голову. Нет. Нет. Нет!

— Погоди, погоди, — он сжимает её руку, и пальцы на талии прихватывают крепче. Вызволяет ладони и берет в них лицо. — Арлетт. Ты хочешь сделать аборт?

Смотрит в её глаза... Он как представит... Её организм... Он даже думать об этом не может.

— Арлетт, ты хочешь... избавиться от него?

Отредактировано Casper McLaughlin (2019-06-09 22:09:06)

+5

6

[indent] Она смотрит на Каспера взглядом абсолютно не понимающим. Пустым. Не может даже сообразить и умом осознать смысл, сказанных им слов. Почему он спрашивает? — только и вопрошает внутренний голос как заезженная пластинка. В мозгу не укладывается, просто не может уместиться информация о том, что он хотел бы оставить и воспитывать ребенка. Она смотрит и моргает — лицо абсолютно безэмоциональное и пространное. Тупое. Пытается словно бы рассуждать про себя, разжевывая каждое слово в отдельности. Мы не хотим детей — утверждение точное и ясное, практически аксиома — Но аборт не кажется ему очевидным — и снова мысль будто ломается, бьется, крошится о стену непонимания. Может быть это...? Может быть этот эмбрион уже поглощает её ресурсы?
[indent] Арлетт на мгновение задумывается о том как могла бы протекать беременность и хмурит брови. Ей дурно от одной лишь только мысли. Воображает себя с огромным животом, с вечно ноющей поясницей под лучами калифорнийского жара. Пот. Живот весь в синяках, потому что малыш слишком уж толкается. Странный необузданный аппетит, растяжки на гладкой коже, нервные срывы и потом ей в конец заклинит голову. Ладно... Ей, может быть, и не заклинит, но все остальное... Пришлось бы сутками сидеть дома (ближе к моменту, когда будет подходить срок), постоянно посещать ведущего врача... А грудь? Что станет с грудью? И потом... Все эти риски... Вдруг он родится не здоровым? Дело тут даже не в наследственности, а вообще, в случайности. Умудрилась же она как-то забеременеть, принимая контрацептивы... А если она вообще его не выносит? Просто Арлетт не знает... Могут ли после аборта быть подобного рода осложнения? А еще она продолжала пить таблетки, вдруг это тоже сказывается? Столько вопросов... Она просто не хочет всего этого в своей жизни.
[indent] Она стоит все так же, разве что только погрустнев в разы. Их лица совсем близко. Каспер по-прежнему держит её ладонями. Но мы же... — она не знает как сказать, это просто... Почему он ничего не понимает?! Какого черта вообще происходит?
[indent] Не понимаю... — берется руками за его запястья и убирает их от своего лица — Я думала мы... — её охватывает необузданная паника. Ну вот! Теперь она что еще и доказывать ему должна, что имеет полное право поступать с этим так как решит сама?! — предвосхищает заранее самый негативный вариант развития событий и от этого преждевременно выходит из себя, защищается. В какой момент мы решили, что хотим детей и почему я тогда об этом ничего не знаю? — она смотрит с вызовом и злобно, внимательно и вкрадчиво, как львица, крадущаяся перед атакой, а потом... Потом из-за эмоционального стресса и нахлынувших очередной волной флешбэков ей окончательно сносит голову — Ты это что специально, да? — она сверлит его взглядом еще секунду, а после закрывает лицо руками и садится на тот самый стул, на которым еще некоторое время назад сидел сам Каспер. Вздыхает. Извини — она не хочет, чтобы в неё снова вставляли расширитель и эту отвратительную трубку, подключенную к насосу...

Отредактировано Arlette McLaughlin (2019-06-09 23:15:52)

+5

7

— Тише, тише, — после внезапной вспышки Арлетт, не которую Кас от шока просто не успел среагировать, а теперь просто интерпретировал как гормональную бурю беременной женщины, он берёт её, севшую на стул, за плечо, легонько сжимает, гладит. Думает.

Каспер тоже, конечно, современный человек. Он всё понимает. Но относится всё же иначе. Не то чтобы он за то, чтобы запретить женщинам делать аборт. Нет, конечно. Просто это очень деликатный вопрос. Очень ответственный. Примерно как эвтаназия. Надо сознавать, ради чего. Точно давать себе отчёт, что это того стоит. Благополучие, свобода — всё это стоит того, чтобы лишить кого-то потенциальной жизни.

И ещё: всё в нём кричит. Это проявляется в цвете кожи, во влаге на ладонях, в сердцебиении, пересохшем горле, пульсирующей вене на виске. Просто нет. Только не она. Только не с ними.

Окей, это нормально, но только не они. ТОЛЬКО НЕ ОНИ.

Ядовитые вещества, которые заставят её организм извергаться сгустком крови? Или, может быть, металлический скребок? Он не может выносить даже мысли, но он не может думать ни о чём другом. Он как будто связан с ней. Как будто жилы и сухожилия протянуты к её телу, и это всё, что она хочет сделать, он будет чувствовать.

Дело же не в паре клеток. Он просто... Нет, он просто не может об этом думать. Сам не знает, почему.

— Извини, я...

Неопределённый жест, Кас выходит на балкон и стрикает зажигалкой, выдыхает дым. Снова втягивает и снова выдыхает. Боль, почти что физическая — больше и обширнее, чем физическая — скопилась в середине грудной клетки и не хочет рассеиваться. Он не может. Не может допустить. Только не она. Она не должна этого делать. Кас никогда ни в чём не пытался переубедить Арлетт, но сейчас... Нет, это просто невозможно. Он тушит сигарету и возвращается.

— Давай подумаем, — он ходит по комнате, не может присесть ни на минуту. — О мой Бог, Арлетт, я даже боюсь представить, что ты чувствуешь! Но давай подумаем.

Всё же садится рядом, берёт её руки в свои. Опускает взгляд. Заглядывает в глаза. Снова опускает и снова заглядывает, и по мере речи всё проникновеннее и убеждённей.

— Это... Мы... Мы не готовы, да. Но... У нас есть другие варианты. Нам не обязательно делать это. Я с тобой. Мы можем справиться. Ты не должна...

Отредактировано Casper McLaughlin (2019-06-09 23:22:42)

+5

8

[indent] Да он как будто нарочно издевается... Арлетт, конечно, понимает где-то в глубине, что на самом деле все не так, но абстрагироваться сложно. Он к ней как... Он относиться к ней и её чувствам несерьезно. Что это за проглаживание по плечу? Разве же она его заслужила? Да, несомненно ей и самой понятно, что эти эмоции как будто бы извне, не её собственные, а инородные, странные, и она, в отличие от Каса, даже знает почему все именно так, но... Нет ничего страшного, в конце концов, в самой беременности и необходимости аборта. Да и процедуру пережить не так уж сложно и больно... Ей просто обидно. Есть столько женщин мечтающих о том, чтобы в их жизни случилось такое счастье... Так почему же это происходит с ней?
[indent] Арлетт глубоко вздыхает и все же находит в себе силы, чтобы накрыть своей ладонью руку Каспера. Он старается её поддержать, конечно, она понимает... И все же почему он так ведет себя? Она же никогда с ним так не поступала... Не в тот раз, когда он от нахлынувших чувств смял руками упаковку йогурта... И даже не тогда, когда разбил зеркало... Она никогда не относилась к нему снисходительно...  Не делала вид, что все это "просто его шизотипия", а он... Кас попросту игнорирует её вопросы, тогда, когда ей крайней важно понимать почему он, вдруг, просто взял и передумал...
[indent] А потом он вообще и вовсе встает и уходит, оставив её одну. Арлетт не нравится то, что Каспер курит и сейчас, в момент, когда она и без того довольно уязвима это буквально добивает её с концами. Контролирует ли она вообще хоть что-нибудь в этой жизни?
[indent] Сложив руки на столе, она опускает на них голову в бессилии, но чувства, концентрирующиеся скопом прямо в груди невыносимы. Она встает и начинает ходить кругами, не замечая как постепенно обгрызает ногти, а после садится на стул и снова поднимается... Арлетт не находит себе места, только и думает о том, что хочет поскорее расправиться со всем этим раз и навсегда. Ей просто нужно было, чтобы он обнял её и взял за руку, внушил уверенность... Сказал, что пройдет с ней через это. Неужели это такая большая просьба?
[indent] Когда Маклафлин возвращается, Арлетт сидит в кресле, спрятав лицо в коленях, которые подобрала к туловищу для того, чтобы обнимать ноги руками. Всё её естество словно куда-то провалилось. Она совершенно ничего не понимает и просто ждет, что сейчас он объяснится, скажет почему захотел ребенка и они... Она не знает, что с этим делать. У неё нет совершенно никаких сил на то, чтобы отстаивать свое право на возможность самостоятельно распоряжаться собственным телом, при том гадком условии, что она конечно, конечно же (!) не хочет производить со своим телом подобных манипуляций. И вообще... Если Каспер хочет иметь детей... Это что же получается? Выходит, что они в этом решении не совместимы? Значит ему нужна другая женщина для нормальной и полноценной семьи?
[indent] Вязкие и гнетущие мысли отзываются желанием отключиться, просто обо всем забыть. Может быть она вообще зря ему сказала? Но как же... Разве же она могла..? Ей казалось они вместе, а выходит... Выходит, что он против неё, и... Нет, это очевидно в разы страшнее и хуже, нежели беременность от абсолютно постороннего мужчины...
[indent] Давай подумаем — она  поднимает  голову и смотрит. Что? О чем ты собрался думать?
[indent] Какие варианты? — говорит измученно — Каспер, я не понимаю... Ты хочешь иметь детей? Объясни мне: в чем дело?

+5

9

— Нет, Боже, нет, — Кас трёт лицо. Его вся эта ситуация, весь — внезапно такой беспомощный — вид Арлетт ужасно выматывают. — Конечно я не хочу детей. Да, Господи... — он нервно успехается. — Сама знаешь, как я не готов к этому, к тому же...

К тому же ребёнку могут передаться его дефектные гены. Но...

Каспер смотрит на Арлетт и не может ни о чём думать, кроме как о клубке тканей в её матке. Он воображает себе ужасные инструменты или... кровавый ошмёток плоти, который будет отторгнут её телом из самого нутра... Внутри всё содрогается. Кас откидывает на спинку кресла и смотрит в потолок. Собирается. Снова обращается к любимой.

Его на самом деле не волнует, что "жизнь начинается с зачатия" и всё такое. Жизнь для Каспера никогда не была сверхценной идеей. Душа — да. Уничтожить потенциал — да, это ужасно ответственно. Но разве его сейчас это волнует? Именно это? Нет. Что-то другое. Кас сам не понимает что, но это что-то невыносимое, что крутит его изнутри, не позволяя, требуя не позволить Арлетт сделать это со своим телом и с его... Да, вот оно. Его плодом.

— Слушай, я просто не могу этого допустить. Ты... Я... Это просто жутко! Мы не можем... Ты не можешь просто так взять и... выколупать прочь моего ребёнка. Для этого... — он не находит, куда деть взгляд, сглатывает, — Должны быть веские основания.

Наконец взгляд останавливается, прямо на глазах Арлетт, убедительный. Нет. Она должна понять его. Нет. Он едва заметно качает головой.

Он сказал "моего ребёнка". Для усиления эффекта, должно быть. Нет, Кас не чувствует эмпатии к эмбриону. Он чувствует связь с ней... Он чувствует себя в ней. Моё.

Отредактировано Casper McLaughlin (2019-06-10 16:58:46)

+5

10

[indent] Арлетт смотрит на Каспера совершенно дикими глазами, наполненными до краев ужасом. У неё нет слов. Просто. Нет. Слов. Как так вышло, что между ними столь необъятная и немыслимая пропасть? От услышанного в голову лезет столько гадости, столько необузданных сентиментов, находящих свое отражение в самых жестоких и неуместных, горьких фразах, но Арлетт их проглатывает. Давит своим, пусть и давшим сегодня сбой, несгибаемым спокойствием. От этого тело становится парализованным, и она не может шевелится, переживая и борясь с душераздирающими ураганами внутри своей природы. Ей плохо. Пожалуй так, как не было плохо никогда, словно крючкообразная игла вогнана прямиком в её отверстую грудь и теперь Каспер просто дергает за удочку, а она только и может, что из последних сил сопротивляться, сидеть недвижно и изображать смелость, покой, силу... Ведь все они (люди, которых она встречает) так сильно к этому привыкли, да? Она прикрывает глаза и думает о том, как сильно сейчас хочет обнять своего отца — необъяснимо, но именно в этих руках вопреки всему ей кажется она смогла бы найти поддержку и окутывающее теплом умиротворение. Папа её любит, а он... Она вообще порой не знает почему Каспер с ней. Арлетт снова размыкает веки и вновь смотрит на Маклафлина. Любимое лицо больше не кажется очаровательным, любимое лицо кажется жестоким, бесконечно черствым и эгоистичным...
[indent] Что все это значит? Я не отдам тебе его, потому что это, блин, "мое"?
[indent] От всех этих мыслей, от захватившего тело и все её мироощущение въедливого "мой ребенок" хочется сделать что-то импульсивное: собрать вещи и уйти, сказать что разводиться с ним,  да что угодно, что только бы могло заставить его опомниться, взять свои совершенно нелепые и так глубоко ранящие слова назад, но... Она все еще сидит в оцепенении, да и потом... Все это так глупо...
[indent] Она смотрит разочарованно — Не думала, что ты такой... — и отводит взгляд. Арлетт просто больше не может его видеть. Насколько же сильно в действительности она оказалась одинока. Все эти тонкие моменты, идеи, кажущиеся навязчивыми, странное беспокойство, попытки убедить себя, что на самом деле все в порядке, и легкая неуверенность, которую Каспер взрастил в ней просто своим присутствием... Все это, высказанное в одной обыкновенной фразе — "мой ребенок", как нельзя лучше говорит теперь о том, что она едва ли ошибалась...
[indent] Она встает со своего места и отходит дальше, просто чтобы отойти... Суетливо наливает себе в стакан воды и делает несколько жадных и необузданных глотков, а после, словно набравшись смелости, готовая сражаться за свое мнение (вероятно от прилива злости), с вызовом и вздернув брови, вопрошает — То что я не хочу не достаточно веско?

Отредактировано Arlette McLaughlin (2019-06-10 21:32:30)

+4

11

Кас понимает, что его слова звучат... сухо? Резко? Может быть, он где-то перегнул палку? Он старается быть деликатным. На самом деле старается, подбирает слова. Но всё равно её отталкивает. Он видит это. Наверное, она сильно переживает? Не каждый день бываешь беременной. Она ведь явно расстроена. Ей нужна его поддержка. Но почему она так близко к сердцу принимает... нет, смотрит просто как на предателя. Почему? Каспер кривится. Ему неприятно. Вся эта ситуация. Его тошнит. А Арлетт...

Кажется, они впервые ругаются. Не важно, что к голосу Арлетт сложно применить "на повышенных тонах". Впервые они разговаривают вот так. Нет, второй раз. Первый раз он потом пытался пробить ладонь ножницами. Теперь... Теперь всё гораздо хуже. Она хочет ковырять свой организм хрен знает чем. Каспер едва сдерживает ком в горле.

— Я так и знал, что ты уцепишься за эту фразу, — он тоже встаёт. Суёт руки в карманы. Сам не может на неё — такую — смотреть, обводит взглядом комнату, потолок. Снова смотрит. Как на сказавшую что-то грубое и глупое. Ведь по сути она даже не услышала его.

— Арлетт, блин... — он начинает ходить по квартире. Осекается и снова смотрит. И что-то ёкает.

Потому что Кас вдруг понимает, что балансирует. И Арлетт не шутит. У неё такой взгляд, словно там собралась гроза. И если до него ещё не доходит, что сейчас он делает выбор, кого больше любит — свою вторую половину или моего будущего сына неоформившийся сгусток материи, то он уже близко к этому. Можно было понять ещё полминуты назад, сразу по реакции, но...

Его тоже сковывает. Он чувствует, что что-то упускает, и это что-то очень важное. Но почему он должен оправдываться?! Кас замирает, выдыхает, закрывает глаза рукой.

— Арлетт. Я люблю тебя. Я люблю тебя больше, чем... чем что-либо!

Взгляд дикий, загнанный, почти жалобный.

— Я просто хочу, чтобы ты серьёзно подумала.

Рискует подойти ближе. Он нужен ей. Ну же. Она хочет, чтобы он её обнял, притянул к себе. Кас продолжает вкрадчиво.

— Я просто хочу, чтобы ты серьёзно подумала. Это очень... это же очень большой стресс для организма. И для психики... Особенно для психики. Тебе нужен будет психолог. Потому что к этому нельзя отнестись просто. Как ты справишься с мыслями о том, что могла бы дать ему выжить? Арлетт...

Он тянется к ней.

Отредактировано Casper McLaughlin (2019-06-10 23:19:48)

+5

12

[indent] А за какую из твоих фраз я должна была уцепиться? — слова абсолютно бессмысленные вклиниваются в разговор не потому что Маклафлин хочет знать ответ, они вклиниваются, чтобы вклиниться. Перебить, продемонстрировать уверенность, твердость... Он снова не придает тому, что она сказала значения, в очередной раз уходит от ответа и это так... Её взгляд все еще сердитый, строгий, но смотрит она не на него, куда-то пространно в пол, копаясь в сути их отношений, и то что она находит там едва ли намекает на благостный финал.
  [indent] Каспер же как будто считывает эти мысли, включается и сыплет признаниями в любви, но сердце Арлетт не топиться. Все это звучит ужасно лицемерно в свете предыдущих, сказанных им реплик. Она не верит, хочет, но не может поверить. Фраза про "выколупать" отпечаталась внутри слишком уж четко, и вот так вот просто она теперь с неё не переключится. Он пытался упрекнуть её — это же очевидно. Как угодно иначе... Он мог сказать "избавиться", мог выбрать слово "удалить", но нет... Есть не так много вещей, которые Маклафлин считает неприемлемыми, но вот одна из них — это давление и манипуляция, и теперь, когда он видит, что это не работает, а их союз едва ли не трещит по швам, он взывает к её чувствам и... Арлетт просто не может это слышать.
[indent] Это что же получается? Выходит нужно учинить скандал для того, чтобы он обратил на нее внимание? Ужасно, что его чувства  включаются лишь от потенциальной угрозы её лишиться... Это, конечно, не любовь. Это называется совсем иначе. Ему просто комфортно с ней, ему нравится сама идея, и теперь Арлетт и сама не знает как убедить себя в обратном. Эдакие потребительские отношения получаются, и это его "мой ребенок" как нельзя лучше вписывается в картинку с таким определением.
[indent] Все это несомненно можно будет переварить и переосмыслить, нужно разве что только успокоится, но сейчас... Сейчас она не чувствует ничего кроме того, что вновь находится наедине со своей проблемой, в образовании которой, между прочим, виновата отнюдь не она сама, и Каспер, он... Он мог бы как минимум извиниться перед ней вместо этой мнимой и вымученной заботы про стресс для организма и психолога. Это вообще-то из-за его несдержанности ей придется "выколупывать" из своего тела его следы, а он еще смеет учить её как жить, взывая к ответственности. Мальчишка — констатирует про себя и кусает губы — Что он может понимать...
[indent] Когда же Кас подходит к ней ближе, Арлетт лишь отрицательно качает головой и отступает на пол шага в сторону — от этого ей и самой становится в душе невыносимо больно — она же не перестала его любить из-за каких-то слов. Жилы на шее напрягаются. Она нервно поправляет волосы и отворачивается. Это больше не полемика о том как нужно поступить с ребенком, теперь уже это совсем иной разговор...
[indent] Арлетт  зажмуривается — её лицо недосягаемо для взора Каспера —, скрещивает на груди руки и пробует высказать ему все, что терзает её разум — Это не вопрос для обсуждения, Каспер. Это вопрос о том поддержишь ли ты меня — она все еще стоит отвернувшись и говорит как будто в пустоту — Не понимаю о чем тут можно думать: положить всю жизнь на воспитание человека, чье появление в нашей жизни начинается с вот такого вот скандала или... — фраза обрывает и Арлетт продолжает о другом — Я не твоя собственность. И не сосуд для твоего ребенка — выразительно и с нотками отвращения подчеркивает нужные слова, а после разворачивается и  смотрит в его голубые глаза печально —  Любовь — это что-то совсем иное, Кас — и с этими словами она медленно уходит в спальню. Она сказала всё. Нет смысла затягивать, теперь она должна позвонить и записаться на узи. Арлетт сильная, он даже не представляет себе насколько...

+6

13

Она отходит и всё обрывается. Надежда на понимание, надежда нормально поговорить. Кас представляет себе её скрытые волосами глаза слезящимися, он теряется, он в отчаянии. И тут Арлетт начинает говорить. Упрекает его в том, что он якобы её не поддерживает, что он её не любит... Теперь Каспер сам чувствует себя преданным. Как она могла подумать, что он считает её "сосудом"? Как? Начиталась статей этих? Но Каспер же так не ведёт себя! Он не давал повода его в таком обвинять! Он просто...

Гнев накапливается. Больше всего Кас не может терпеть, когда его заставляют чувствовать вину. Арлетт уходит в спальню, оставляя его переваривать. И мысли вертятся, вертятся. Её фразы повторяются. Просто очень обидно. И Каспер очень зол. Он разочарован — она утопает в собственной печали, когда он хотел — хотел! — её поддержать в этот непростой период. Не любовь, да?

Кас взрывается. В несколько шагов подлетает к двери спальни, останавливается в проходе, хватаясь за края проёма.

— Если на то пошло... Это, конечно, нисколько не похоже на любовь — положить жизнь на воспитание человека, который — наш с тобой. И что я, совершенно этого не желая, готов был принять это, с тобой, ради нас с тобой. Нет, конечно!

Слова злые и резкие, но он не может долго сверлить взглядом, глаза слезятся, Каспер в отчаянии.

— Я тебе что, запрещал? Я сказал, ты должна подумать! Если бы считала это необходимым, ты думаешь, я бы... Как по твоему выглядит любовь?!

Понимая, что стоять и орать — не лучший способ договориться, Кас пытается успокоиться. Опускает руки, отходит, делает небольшой круг. Но поток мыслей не иссякает.

— Может, мне надо было сказать: да, конечно, любимая, подумаешь, какая ерунда? Я даже... Я даже подумать об этом не могу!

Отредактировано Casper McLaughlin (2019-06-11 13:43:20)

+5

14

[indent] С камнем на сердце Арлетт присаживается на кровать и берет в руки ноутбук — онлайн запись будет сейчас удобнее. Чертовски хреново рассчитывать на кого-то, а после убеждаться в отсутствии опоры. Она вспоминает как сказала ему про "подушку безопасности" еще тогда, в очень далекое время, когда они впервые встретились. Очевидно, что больше так это быть не может. Что ж, ничего... Она все может и сама. Всегда же так было в конце концов...
[indent] Каспер появляется в дверях практически сразу, она разе что успевает запустить систему. Шквал абсолютно необузданных эмоций обрушивается на нее безудержно. Она откладывает компьютер и безэмоционально смотрит на то как её муж распаляется, заводясь с каждым новым словом все сильнее. Молча. До конца. Спокойно... Даже слишком спокойно.
[indent] Что значит не желая готов принять? — смотрит на него так, будто бы он не слишком умный — Не надо приплетать сюда "нас" и бахвальствовать теперь своей жертвенностью. Я сразу тебе озвучила свое желание. И повторю еще раз: я не хочу детей, ты утверждаешь, что не хочешь тоже. Так недостаточный ли это повод для того, чтобы считать данное решение необходимым? — она сидит спокойно, практически не шевелясь, разве что подгибает под себя одну ногу — Ты сказал мне в тот день, когда я сидела с Майклом, что не хочешь. Мы говорили об этом в первые дни когда въехали в эту квартиру. Откуда вообще могли появиться сомнения? Ради чего? — она проводит рукой по собственному лбу и с искренним удивлением произносит — Господи, да я и подумать не могла, что тебе так сильно снесет голову из-за вот этого "мой ребенок".  А мое тело? Это тебя не волнует? Маклафлин, о чем ты вообще думаешь? Ты таких ужасов мне наговорил... За что вообще? — Арлетт откидывается на спинку кровати и смотрит в потолок — Знаешь, я и правда думала, что ты скажешь мне, что все это ерунда. Я думала, что ты меня обнимешь и пообещаешь быть рядом, пока весь этот, как ты говоришь "стресс", не закончится. Я очень рассчитывала на твою поддержку, а ты просто взял и... — она вздыхает и опускает голову — Я думала, что мы вместе, что ты со мной... — грусть подкрадывается незаметно, облачаясь жалостью к собственному существованию, губы начинают дрожать предательски, и она просто отворачивается. Ну же, Арлетт, что это еще за слезы?

+4

15

Она говорит, бахвальствовать жертвенностью. Каспер смаргивает. Вот это вообще обидно. "Это не вопрос для обсуждения", — вот что звучит в его голове. И слова Арлетт, холодные, железные, — об этом же. Её не волнует его мнение. "Ты не хочешь". "Тебе снесло голову". И это "моё тело" — её ли собственные это слова? В конце концов, что такого произойдёт с её телом?..

— Да, не хочу! — резко. — Но, Арлетт!..

Он же не подразумевал — это.

Но она... Неужели это так... Неужели из-за этого она... готова на всё, чтобы от него избавиться? И что это значит: наговорил ужасов?! Что такого Каспер сказал? А она не говорит ужасы? "Бахвальствовать жертвенностью". "Я думала, ты со мной". Он не может это выносить. Он не вынесет, если окажется "не с ней". Он не хотел так. Он хотел её поддержать. Каспер чувствует, что ломается изнутри, падает на колени. Он слишком привязан к Арлетт, чтобы вот так вот оказаться вдруг "не с ней". Чувство отверженности. Холод. Ужас. Привкус пластика источает реальность.

Может, ему и правда снесло голову? Просто тошнота вся эта... Он просто не может об этом думать.

Но, в конце концов, что в этом такого? Это не человек ещё, его могло бы и не быть... — Но он есть. — В конце концов, что в этом такого? Усыпляют больных животных, людей в коме отключают от системы жизнеобеспечения. Если для человека жизнь — не вариант... Но кто может это решат? Каспер ни на секунду не собирался отбирать у Арлетт право на это решение. В конце концов, если она так хочет избавиться от него... Что в этом такого? Ну, выколупают его...

Преодолевая тошноту, Кас (приближается к любимой, преодолевая фон агрессии и магнитное поле разобщённости, пользуясь её слабостью, обнимает её) опирается спиной о стену и скрещивает руки на груди.

— Слушай, я не хотел. Если ты уже приняла это решение... (Это не вопрос для обсуждения с тобой, Каспер! — Кас проглатывает.) Если это настолько важно для тебя... Я просто... Просто хотел уберечь тебя.

Не может смотреть. Но всё-таки поворачивается. Всё-таки подходит и... (Все эти слова, которые они говорили друг другу. Все эти часы, когда им хорошо было вместе. Эти обещания.) Он всё-таки обнимает её и притягивает к себе, уверенный, что она хочет этого. С гримасой испытания на лице.

— Никто не может отнять у тебя права делать так, как ты посчитаешь необходимым. Я в любом случае поддержу тебя. Я на твоей стороне. Не сомневайся в этом.

Отредактировано Casper McLaughlin (2019-06-11 18:16:25)

+5

16

[indent] Втыкаясь глазами в простыни... В их общее спальное место на котором... Под самый прекрасный на свете голос, ставший менее сердитым, но более болезненным (она буквально чувствует как Каспер переступает через самого себя)... Под смыслы слов, заботливо касающихся спины... Арлетт кусает губы и изо всех сил, старается подавить приступ сострадания к собственной личности, прогоняя прочь вопросы слабости на подобии "за что?" и "почему?". Она прекрасно понимает, что Каспер просто уступает ей — не переубежден на самом деле, а всего лишь гасит конфликт, раздувшийся до неприличных масштабов. Конечно же это совсем не то, и впечатление от слов неизгладимо, но Арлетт благодарна, более чем... Она устала. Просто слишком сильно устала...
[indent] Теплые руки против её холодных, мраморных от стресса оказываются весомы. Она разворачивается и прячет свое лицо в его груди, всем телом, стараясь прислониться. Ей кажется, что еще ни разу прежде она не была в его руках столь же сильно беззащитной, а сам он никогда не казался ей настолько стойким и выдержанным. Арлетт сжимает пальцами его футболку и просто не находит слов.
[indent] Каспер... — произносит имя и щемится к его торсу еще сильнее. Она уже знает, о чем должна рассказать ему теперь, было бы очень справедливо, но... Теперь уже точно не сейчас, потом. Арлетт нисколько не винит себя за то, что позволила себе тогда сойтись на ночь с мужчиной. С их расставания прошло чуть больше чем полтора года... Да и Каспер ведь сам ушел. Нет, нет, она не винит его, скорее винит себя, просто... Все казалось таким окончательным... Она бы сказала сейчас, но он... Она не уверена, что сейчас они это вынесут. Арлетт немыслимо вообразить какая у Каспера может быть реакция и она снова умалчивает.
[indent] Ты просто говорил так... — бормочет не очень внятно — ... Разве беременность и роды уберегли бы нас? — она исправляется, чтобы звучать его словами —  Меня. Разве... Я просто не понимаю: это же невозможно совместить... Воспитание нежеланного ребенка... Каспер, скажи мне: почему ты против?

Отредактировано Arlette McLaughlin (2019-06-14 11:41:52)

+6

17

Он сказал то, что должен был сказать. Сказал то, что она хотела услышать. Поступил как мужчина — вот чем успокаивает себя Каспер. Прижимает Арлетт к себе и слушает её едва разборчивый лепет. Он не совсем понимает, но не отдельные слова или предложения, он не улавливает общий смысл. Он впервые видит женщину, которую так пугают беременность и роды. Или дело именно в воспитании нежеланного ребёнка? С чего она решила, что он не может стать желанным? Но дело не в этом, Кас, а в её чувствах. Её это пугает, сильно, до слёз. И если ты её любишь, ты будешь на её стороне. Это общая проблема.

Да? Проблема общая, а в решении ты не участвуешь?

Кас злится. Уже сам не понимает, на кого. То есть, на Арлетт, конечно, но эта злость оборачивается на него самого.

"Почему ты против?"

— Я не против. Я не против, — утешающе гладит по спине. Такая хрупкая. Невероятно. Только что она готова была заморозить его взглядом, а теперь... Как он всё-таки ей нужен. Почему он против? Он не знает, как описать свои чувства.

Первая книга Рухи: жизнь человека начинается в утробе матери. Да, Кас? Насчёт этого он уже всё обдумал и сделал свой выбор. Бывают обстоятельства. Бывают ситуации. Мать может принять такое решение. Дело в другом. Ему хочется сказать, как есть: мне кажется, ты ненавидишь меня, если хочешь избавиться от моего семени. Если бы он только нашёл эту мысль в словах. Но она витает в подсознании, заставляя его говорить:

— Мне просто страшно представить это. Я не представляю, как ты... Я так сильно люблю тебя, — сжимать в объятиях. Если бы она только поняла его.

Ему хочется сказать, как есть: ведь, Арлетт, это что-то удивительное, что-то потрясающее. Это наше с тобой. Но резервуар чувств захлопнут пробкой наглухо, а построения мыслей без эмоциональной подпитки рушатся. Голова пустеет. И Кас берёт Арлетт за плечи, смотрит в её глаза.

— Просто скажи: ты ни на каплю не пожалеешь?

Отредактировано Casper McLaughlin (2019-06-11 21:23:58)

+5

18

[indent] Арлетт чувствует бессилие и слабость, когда он в очередной говорит с ней так, словно у неё что-нибудь не в порядке с психикой. Эти утешающие проглаживания и повторения слов... А она всего лишь хочет понимать, что случилось с ними. В какой момент... Ну почему он снова и снова выставляет её такой? Почему просто не может взять и назвать правдивую причину? Почему? Почему? Почему? Вдруг бы это все в корне изменило? Арлетт, ведь, не боится. Она просто не хочет. Не сейчас, не на данном этапе жизни, когда оба они даже не успели изучить друг друга. Ну это же нормально не хотеть иметь детей! Почему Касперу так сложно понять и осознать это? Он говорит, что тоже не готов, а после требует её о чем-то думать... Ей Богу это противоречие просто не укладывается в её голове. Если бы он только пришел к ней! Если бы он пришел и сказал, что хочет от неё ребенка, ну что она разве не подумала бы об этом? Но он ведь продолжает твердить одно и то же... И тогда в кафе... Они ведь были так уверенны, он так испуганно смотрел на неё тогда, воображая, что тайно она мечтает о детях... А ведь она и правда сомневалась! Думала тогда о том, что её нынешнее нежелание вовсе не значит, что она совсем не хочет, не значит, что не захочет через год... А теперь что же получается? Он возводит её нежелание (которое раньше казалось обоюдным) чуть ли не в ранг фобии.  Все это все так...
[indent] Арлетт чувствует себя раздавлено. Разбито. Преданно. Она травит себя контрацептивами, чтобы потом услышать... Что? Что он "не против"? Зачем тогда все это было нужно? Ради чего? С таким раскладом он просто мог бы... Каспер словно пользуется ею так, как ему удобно.  Арлетт хочет уйти. Взять свои вещи и уехать...
[indent] Вместо этого, конечно же, ничего не происходит. Она просто не знает, как объяснить ему — кончились слова и силы — что её взбесил его напор, жесткие формулировки, поведение, то как он начал нагнетать ситуацию, запугивая её стрессом, надавливая, манипулируя... Арлетт не знает как рассказать ему о том, что её не переставая триггерит по той простой причине, что она считала аборт необходимостью — единственным выходом в условиях, где они заранее решили, что дети и беременность нежелательны... А после она уже просто защищалась... Потому что... Он просто не вправе решать такие вещи за нее. Вынашивать плод девять месяцев и кончить внутрь вещи едва ли хоть сколько-нибудь соизмеримые... Это не дает ему совершенно никакого права. Это не... Ну какой еще "его ребенок"? Как он может вообще? Несколько миллилитров спермы в порыве неудержимого удовольствия. Его собственная, непоправимая ошибка, после которой он еще смеет говорить ей что делать? — вот что невыносимо. Вся эта не равноценность, это вопиющее неуважение... Она не знает, как выбросить все это из головы и успокоится.
[indent] Ты можешь просто не вникать — говорит спокойно. Если его так заботит вред, который причинят её здоровью — окей, нет проблем, она все сделает сама, он даже не узнает, если дело и правда в этом, конечно. Я могу съездить туда одна, тебе не обязательно... Я только прошу: не ненавидь меня за это. Я не смогу это выносить.
[indent] А после он задает вопрос и...  Нет, я... Мы оба знаем, что это нам сейчас не нужно. А потом, когда мы будем готовы, если мы захотим... Мы всегда сможем вернуться к этому —  он же совершенно ничего не знает, он ведь, и правда думает, что последствием может стать бесплодие, прочие заболевания и осложнения, а Арлетт... Нет, она просто не может больше врать ему.
[indent] Каспер... — она садиться и берет его за руки очень крепко, смотрит в лицо, потом закрывает веки, собираясь с духом (ей не стыдно, она просто боится его реакции), вновь открывает их — Это будет не первый мой аборт…

+5

19

Ну, что она говорит такое? Как можно не вникать. Каспер будет вникать. Он будет до конца с ней. Во всём. Конечно, он не будет её ненавидеть. Он... Он пытается понять, он... Забудет. Они оба это забудут, как страшный сон. Если только она сама сможет...

Он касается её виска губами. И спрашивает. И слушает ответ. Он звучит очень обнадёживающе. Не потому, что Каспер надеется на семью. Просто теперь всё звучит так, будто всё и правда не так уж страшно. В конце концов, он верит ей. Всегда верил. Ну как таким глазам можно не верить? И он согласен. Сейчас не нужно. Потом — сможем решить вдвоём.

А потом она хочет сказать что-то важное, и Кас собирается, готовый услышать это, с надеждой. И застывает. И время застывает, и всё застывает в чёрной смоле.

Как?

Она...

Как?

И Кас делает резонное предположение.

Ведь когда они встречались, у них были вечера доверительных разговоров. Они открывали друг перед другом душу, и тогда Арлетт бы обязательно сказала ему. А потом он узнал, что болен. И ушёл. И тогда... Эти смс, которые он проигнорировал. Она хотела поговорить с ним. Сказать что-то важное. И Каспер делает резонное предположение.

— Когда?

Севший голос. Вегетативные реакции.

Отредактировано Casper McLaughlin (2019-06-12 00:19:45)

+4

20

[indent] Конечно же Каспер спрашивает когда. Должно быть это и вовсе первое что приходит в голову. Внутри у Арлетт все сжимается. Она не хочет говорить. Ей кажется, что он о ней лучшего мнения и теперь страшно, что он разочаруется. Лицо у него пустое, каменное, но выступающая вена на лбу справа и красные пятна на лице говорят красноречивее всякой эмоции. Арлетт отводит взгляд, отворачивается...
[indent] Кас...
[indent] Но он лишь сухо и тихо повторяет ей свой вопрос.
[indent] Арлетт сжимает губы, опускает вниз голову. Ловит глазами его пальцы, невольно сжатые её собственными до белизны. Ну просто зачем ему весь этот ее опыт? Все это в прошлом и совершенно ничего не меняет, кроме того, что может оказаться для него болезненным, если ему, вдруг, захочется узнать подробности. Просто Арлетт, она... Она же не станет врать ему, если он начнет спрашивать. Придется отвечать и... Все дело в том, что... Она знает как это выглядит, знает как прозвучит рассказ. Выставка, мужчина, заговорившей ей россказнями уши, потом немного алкоголя, потом она поехала к нему... И все эти последствия, мол сама во всем виновата, мол так тебе и надо... Она знает как это работает, она... Не может больше молчать под гнетом этого сурового взгляда.
[indent] В марте прошлого года.

+4


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Чайлдфри