"Этот мир, суровый и неприветливый, казалось, что каждая веточка, каждый куст, каждая травинка была абсолютно не рада видеть здесь..." читать дальше
внешностивакансиихочу к вамfaqправилакого спросить?вктелеграмбаннеры
RPG TOP
25°C
Jack
[telegram: cavalcanti_sun]
Aaron
[лс]
Lola
[icq: 399-264-515]
Oliver
[telegram: katrinelist]
Mary
[лс]
Kenny
[icq: 576-020-471]
Justin
[icq: 628-966-730]
Kai
[telegram: silt_strider]
Francine
[telegram: ms_frannie]
Una
[telegram: dashuuna]
Amelia
[telegram: potos_flavus]
Anton
[telegram: razumovsky_blya]
Вверх

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Альтернативная реальность » heading North


heading North

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

ORIGINAL ADVENTURE


https://i.imgur.com/xk7lanW.png

[NIC]White Face[/NIC][STA]чужой среди своих[/STA][AVA]https://i.imgur.com/hl0fw2J.png[/AVA][LZ1]ТОСААВИТЕ
spirit: отшельник
[/LZ1]
[SGN]Home. Heart. Choice. Path. Anger. Spirit.[/SGN]

Отредактировано James Richter (2019-06-07 00:20:31)

+1

2

Настали темные времена. Страх, ощущение полной беспомощности, осознание своей ничтожной роли в этом слишком большом и неприветливом мире, населенном опасностями. Куда идти? Куда бежать? Этими вопросами один человек задается на протяжении пяти последних лет. Все началось тогда, в далеком одна тысяча восемьсот сорок восьмом году. Отец Александры был человеком, вечно вращающемся в высшем обществе. Талантливый полководец, имел виды на  высокий пост, возможно, даже мог бы возглавить небольшой город. Но ничего не может пойти нормально, когда в дело врываются деньги. Ходили слухи, что небольшой отряд американских солдат нашли золото. Все довольно банально. Битва при Сьерра-Гордо. Силы генерала Скотта уступали числом противнику во главе с «Наполеоном Запада», но талантливые инженеры смогли найти пути обхода вражеских укреплений, а те, в свою очередь, находясь под угрозой окружения и полного уничтожения, отступили в сторону Мехико.

Но не все было так просто, как может показаться на первый взгляд. Победа это, конечно же, хорошо, но чем занимались отряды после? Кто-то зализывал раны, другие – чистили свои винтовки, но лишь немногие занялись по-настоящему стоящим и интересным делом. Оказалось, что группа инженеров нашла некий тоннель во время копания траншеи. Никто поначалу не придал особого значения данной находке, но позже, когда настало время покидать расположение, генерал Уинфилд Скотт вместе с дюжиной подчиненных отправился на исследование. Возможно, это была ловушка со стороны мексиканцев, но слишком долго этот проход оставался под землей. Неизвестно, что именно находилось в этих прохода, генерал не раскрыл этой тайны даже в своих мемуарах, написанных полутора десятилетиями позже – во время поездки по Европе, но факт оставался фактом. Трое из одиннадцати людей, находившихся тогда в том месте людей, погибли при неизвестных обстоятельствах меньше чем за неделю. Еще один – спустя полторы. Четверо погибло во время сражений, но истории неизвестно, от чьей пули пали эти храбрые войны.  Оставался лишь генерал Скотт, его адъютант Харрис Голд и отец Александры – Хантер Блэкберн. По неизвестной причине он подал в отставку раньше окончания войны, хотя в то время было абсолютно понятно, что Мексика проиграет, и шансов у нее практически нет.
События следующих месяцев путаются, Александра видела своего отца лишь пару раз. Она с матерью квартировалась в Новом Орлеане, была безмерно рада снова увидеть отца, но не понимала, почему он постоянно спешит. Этот человек с длинными черными волосами ничего не говорил о войне, лишь судорожно пытался объяснить своей дочери, что его жизнь находится в серьезной опасности, что ему нужно покинуть этот город, и лучше всего это сделать со всей семьей. Тогда Александре было двадцать три года. Она готовилась выйти замуж – за одного местного молодого аристократа. Но тихая жизнь закончилась в одночасье, когда в их дом ворвалась группа неизвестных людей с факелами. Они размахивали большими ножами, что-то требовали от отца, но тот ничего им не сказал, поэтому они принялись допрашивать мать, Александра пыталась сбежать, завязалась драка. На помощь пришли соседи и прислуга. Нападавшие одержали верх, но отступили из-за приближающихся отрядов местных правозащитников. Дом, конечно, подожгли, старшие из Блэкбернов остались внутри, но они не чувствовали жара, их убили еще до этого. Алекс повезло выжить, хотя она и получила несколько тяжелых ран.

С тех пор она не задерживается на одном месте подолгу. Кто-то хочет от нее информации, которой она даже не обладает. Хантер так и не рассказал, что именно было в тех катакомбах. Скорее всего, золото индейцев, которое он смог вывести, причем не оповестив своих коллег. Конечно, наблюдая за тем, как свидетели умирают один за другим, невольно задумываешься над сохранением своей собственной жизни. Приездом домой он подставил под удар своих родных – сделал ошибку, о которой жалел бы всю свою жизнь. Судьба же распорядилась совсем иначе, он умер, и теперь весь груз ответственности за богатства, о которых никто ничего не знает, лег на плечи хрупкой девушке, которой пришлось учиться выживать в большом и неприветливом мире. Первые два года она передвигалась из одного штата в другой, тратила деньги, которые ей выдали после установления факта поджога дома. Когда финансы закончились, а опасность так и не пропала – Блэкберн решает перебраться подальше от всех передряг, уплывает на Ямайку. Этот островной рай находился под протекторатом Английской короны, и Александре казалось, что ее там не достанут. На оставшиеся деньги, она смогла выкупить старое имение, на котором жило в то время несколько старых черных рабов. Старый хозяин, новый хозяин – им было все равно, да и Блэкберн тоже, она просто пыталась где-то закрепиться. Жизнь нельзя было назвать легкой и приятной. Приходилось постоянно решать какие-то проблемы, то с хозяйством, то с соседями. Масла в огонь подбрасывали и постоянные восстания местного чернокожего населения, не согласного с покровительством Британии. Между делом Александра училась стрелять, понимая, что когда-нибудь ей это навык весьма пригодится. Получалось у нее весьма неплохо, для человека, который раньше оружия не держал. Отцовские пистолеты были почти всегда при ней, и однажды она пустила их в действие. Это было во время очередных волнений. Ее рабочие отказывались выходить в поле, ссылаясь на то, что сейчас по всей стране никто не работает. Заставлять Блэкберн их не желала, понимала о последствиях, однако она не представляла, что кто-то подговорит этих чернокожих перерезать ей ночью глотку. Весьма неплохой способ избавиться от «хозяина». Ей повезло, той ночью почему-то не спалось, и она заметила крадущегося человека. Выстрелы поумерили его пыл, но ситуация оказалась куда более закрученной. Во всем виноваты были люди, которые шли по следам сокровищ. Они думали, что Александра вывезла их с собой на Ямайку, но ошиблись, заставив девушку снова бежать. В этот раз она добралась до Балтимора, где провела пару месяцев. Ей повезло встретить там человека, который раньше служил у ее отца. Он не желал сокровищ, либо просто делал вид, что ничего о них не знает. Сказал, что может сопроводить ее в любое место. Решение принимать было сложно, но выбор остановился на путешествии на дальний Запад. Опасно? Несомненно! Но там было куда больше шансов затеряться среди сотен и тысяч путешественников, находящихся вдали от больших городов.

Путь был долгим и опасным. На коней и снаряжение были потрачены последние деньги. Питание зачастую приходилось добывать самостоятельно, бывало время, когда эта Алекс и ее спутник не ели по несколько дней, просто двигались вглубь страны. Земли были дикими, населенными племенами, о которых девушка только слышала, но ни разу не видела. Приходилось останавливаться, разбивать лагерь, затем спутник Блэкберн отправлялся на разведу,  которая порою занимала три или четыре дня, и, вернувшись, он мог с уверенностью сказать, что путь чист, что где-нибудь впереди находится небольшой форт, где можно отсидеться, или что он заметил следы группы колонистов, двигающихся в том же направлении. Лагерь собирали и отправлялись за ними.  День за днем, неделя за неделей. Дни были очень похожими друг на друга. Изменилось все через месяц пути. За это время удалось преодолеть немалую часть маршрута. Александра и Стивен находились где-то в северной Оклахоме, недалеко от Колорадо. Стивен сильно заболел. Причина осталась неизвестной, но он продолжал выполнять свой долг, только теперь вот отходил максимум на несколько километров от лагеря, искал какие-то травы, которые не помогали и постоянно жаловался на жар. А что могла сделать Александра? Она не разбиралась в медицине, просто пыталась хоть как-то ухаживать за больным, которому нужно было просто дотянуть до ближайшего большого города или форта.
- Ты не можешь идти в таком состоянии, завтра мы отправимся на поиски города вдвоем, лучше полежать! – Безуспешно пыталась отговорить своего сопровождающего девушка. Но он не желал ее слушать. Набрал немного воды, взял свой револьвер и двинулся вперед, даже без коня, оставив Блэкберн одну в небольшом лесном лагере, разбитом у большущего камня, который играл роль одной и стен, защищая от ветра и непогоды.

Какой-то шум раздался в кустах. Алекс была не самой наблюдательной, однако подобное не ускользнуло от ее слуха и взора. Дикий зверь или другие путники? Нужно быть готовой ко всему. Девушка отложила в сторону книгу, за которой проводила долгие вечера, взяла револьвер. Заряжен и готов к бою, если потребуется. Ее убежищем была палатка, натянутая на нескольких бревнах с одной стороны, и упирающаяся в скальную породу с другой. Медленно отодвинула ширму, вышла к тому месту, где вечером разводили костер. Рядом никого, вроде бы, вот только почему по спине пробежали мурашки, почему было так страшно?
- Мистер Кенсмит, Стивен, это вы? – Обратилась она будто бы в никуда. – Не пугайте меня так, вам стало хуже?
Ответа не последовало, однако, девушка была на сто процентов уверена, что в радиусе нескольких метров от нее есть еще одна живая душа, которая явно не хотела выходить на контакт.

[NIC]Alexandra Blackburn [/NIC][STA]forlorn hope[/STA][AVA]https://i.ibb.co/JBj4qq8/GUNFIRE.jpg[/AVA]
[SGN]  Lesser Know Good
[/SGN]
[LZ1]АЛЕКСАНДРА БЛЭКБЕРН, 28y.o.
profession: наследница, путешественница, пропащая;
[/LZ1]

+1

3

Человек пришёл с юга вместе с холодными ветрами. Медленно передвигая ноги, отхаркиваясь время от времени и тяжело дыша, он хватался за кроны высоких сосен и торопился в неизвестном направлении. Белое Лицо заметил его днём, возле ручья, куда спустился за родниковой водой, и, оставшись незамеченным среди высоких зарослей, проследил весь его петляющий и неразборчивый путь до тенистой опушки. Там незнакомец, сморенный ухабистой и недружелюбной дорогой сквозь девственный лес, присел на поваленный ствол. Белое Лицо не рискнул приближаться к нему, решив сохранить дистанцию и сложить в одно целое всё, что выхватили его зоркие глаза. Судя по лёгкой седине, человек был умудрён жизнью; истёртые дорожные сапоги ниже колен и с оторочкой выдавали в нём опытного путешественника, которому был по зубам дикий лес, об этом же говорило и гладкое оружие в его руках – любимый ствол всех бледнолицых. Что до самого незваного в этих краях гостя, то кожа его была ещё белее, чем полагается, нездорового землистого цвета, а глаза окаймлялись кровавыми подводами. Он словно ссутулился под тяжестью лет и своего похода, быть может, последнего в жизни, и даже не обращал внимания на мошкару. Человек был определённо болен – и создавалось впечатление, что болезнь эта куда серьёзнее, чем он сам мог представить. Она гнала с него ручьями пот и заставляла сгибаться в погибель от разрывающего изнутри кашля. Казалось, он отказывался подчиняться этой болезни, но едва ди мог что-то ей противопоставить. В конечном счёте ноги его подвели, слабость взяла верх – едва не споткнувшись о муравейник, он в полусогнутом состоянии дошагал до сорванной ветром сосны и устроился на стволе, выкашливая всё нутро вместе кровью на содранную кабанами кору.
Белое Лицо стоял бессловесной тенью поодаль и выжидал удобного момента. Помимо очевидной хвори, подкосившей путника, ему казалась очевидной другая истина: он заблудился. Его затейливый маршрут в несколько петель вокруг одного и того же холма давал право думать именно так, и молодой индеец стоял перед неочевидным выбором: тихо уйти, вверяя судьбу бледнолицого в руки их Бога или же предков, или раскрыть себя и протянуть руку помощи. Второе казалось глупым, едва ли не сопоставимым с добровольной пляской в медвежьи силки, но что-то не позволяло Белому Лицу двинуться с места.
Быть может, дело было в его природе – в ощущении принадлежности и к индейцам, и к бледнолицым, отчего внутри всё распирало от стремления протянуть руку помощи практически своему – или в простом юношеском благородстве, которым славились самые из мудрых в его родном племени. Быть может, его разбирало простое любопытство, быть может, подсознательное желание доказать этим странным бледнолицым, что его народ не желает распрей и не лишён сочувствия. Быть может, это напускное бахвальство и корыстная потребность услышать чужую благодарность после. Как бы там ни было, Белое Лицо наконец принял решение.
Складывая руки вигвамом возле рта, он проухал из кустов, привлекая к себе внимание – осторожности ради. Человек, хотя и находился практически в обморочном состоянии, повернулся на сторонний звук, очевидно, не отличая его от совиного крика. Сил в нём едва ли осталось, чтобы поднять руку с револьвером – на полуобороте он выронил оружие и протяжно простонал от собственного бессилия; найти ствол в траве, достающей до щиколоток, для человека, сражённого хворью – то же самое, что покорять голые скалы. Неизвестный не мог теперь не мог угрожать ему горячим свинцом, но прежде чем выйти из укрытия, Белое Лицо подал голос – ровный, по-молодецки звучный и приятный на слух.
– Я не причиню вреда, но могу помочь. Вам нужна помощь?
Говорил он практически чисто, подражая местному южному наречию без индейских вкраплений – человек на опушке, казалось, даже приободрился, что на выручку ему пришёл не дикарь. Увы, он ошибался – хотя порой дикарь в такой глуши лучше той разбойничьей скотины, которую принято считать «цивилизованной» исключительно по праву расы. Индеец двинулся из кустов, наконец являя своё лицо на тусклом вечернем солнце – смуглое, закалённое прериями, с размазанной и устрашающей боевой краской. С первого взгляда его черты казались острыми и пугающими, отталкивающими, как и бывало с любым индейцем. Но тот, кто умел заглядывать глубже, мог бы рассмотреть самого обычного человека. Такой же нос, только крылья широкие, неровная кожа – да, другого цвета, но стягивающая такой же сгусток физической силы, молодости и энергии, как и у любого белого в местном городке. Те же руки с выступающими венами, только загрубевшие от рукоятки лука, та же шея, только вместо карманных часов на ней висели клыки хищников и ухо медведя. Как и большинство молодых команчи, Белое Лицо сбривал виски и оставлял жёсткую щетину волос вдоль макушки. Его внешний вид безошибочно определял его родовую принадлежность, только характером он был, вероятно, даже больше белым, чем красным.
Приятный слуху голос сработал в обратную сторону, и никакие благие намерения не могли переубедить незнакомца – он шарахнулся назад. Вздрогнул от ужаса – или, может, то был сильный спазм боли, от которого у него перекосило рот – и завалился в траву, теряя равновесие. Белое Лицо не стал рваться вперёд, чтобы помочь, потому что твёрдо знал: незнакомец его боится, а резким движением он только сгустит это чувство страха.
– У Вас кровь. Нехорошо. Хочу помочь. Могу помочь, - перешагнув через толстый пятнистый валун, опустился рядом, одновременно отодвигая лук, висевший за спиной – чтобы не цеплялся за бедро. – Я знаю, что Вы заблудились. Вы ходите кругами, а в лесу опасно. Скоро совсем стемнеет.
Незнакомец с усердием разлепил обсохшие и покрывшиеся корочкой губы, но не выдавил ни звука, а прикрыл глаза и потерял сознание. Под тяжестью тела примялась трава, сохраняя за собой сгрудившееся тело. Белое Лицо, тяжело вздохнув, отыскал в зарослях револьвер, а затем, взвалив странника на плечи, отправился в свой лагерь – в глухой тесноте меж елей он оставил свой дорожный дом, навьюченную лошадь и вяленое мясо, которое не первый день вывешивал для сушки.
К тому часу, когда он свернул полевую стоянку и вновь нашёл след незнакомца, уводящего на юг, сумерки сгустились до непроглядной черноты. Белое Лицо очень хорошо знал этот лес, едва ли не до каждого пня и кустарника, но с лошадью передвигаться практически впотьмах было трудно. Верный конь неторопливо шёл за ним, изредка недоверчиво стягивал на себя поводья, но всё же топтался следом за другом – именно другом, а не хозяином. В роду Белого Лица всякое животное почиталось и заслуживало уважения, и его любовь к буланому жеребцу проявлялась в тихом подбадривании, с которым они продвигались через чащу.
Лагерь незнакомец разбил у подножия горы, выбрав защищённое от ветра укрытие. Белое Лицо внимательно обошёл его со всевозможных стороны, чтобы убедиться, что след в действительности был один, и если в лагере кто и есть, то явно не толпа вооружённых до зубов бандитов. С подобными личностями Белое Лицо разговаривал коротко – при помощи томагавка и лука, насыщая их кровью выполненного долга перед погибшими от рук белых соплеменниками. Разбитый же лагерь не являл никаких следов белых разбойников – только пара коней, разобранные сумки, да падающий на скалу слабый, едва видимый свет, пробивающийся сквозь ткань палатки. Стоило Белому Лицу потянуть за собой коня, свет задрожал от волнения, пропуская фигуристую тень, а затем являя перед глазами девушку. В темноте было не разглядеть её лица, зато очертания – вполне, в особенности руку, которая оканчивалась гладким стволом. Тоже револьвер. Белые всегда носят с собой эти пороховые железки, полагая, что с ними чувствуют себя в разы безопаснее – только вряд ли револьвер спасёт в лесу от медведя или, к примеру, стаи изголодавшихся волков. Последние представляли вполне возможную угрозу – Белое Лицо наблюдал за ними не первый день и знал, что хищники мигрировали с востока на запад, откуда их гнал голод – местные охотники, отстреливая дичь целыми дилижансами, не задумывались о том, что нарушают природный баланс. Глупцы.
Подав голос издали, индеец не поспешил вылезать из кустов:
– Я иду с миром и не держу в руках оружия. Опусти своё.
Заговорить решился он не сразу, но пришлось, а иначе рисковал получить случайную пулю. Глупо было бы умереть вот так, спасая чужую жизнь, только миновав двадцать четвёртую зиму и наткнувшись на чужую мнительность. Бледнолицые, в отличие от индейцев, всюду были гонимы навязчивой мыслью преследования и угрозы – соответственно, чаще стреляли там, где рука должна была оставаться твёрдой.
Белое Лицо поднял руку в знак того, что не собирается нападать, и вышел на свет – почти шесть футов роста, небрежный кожух на плечах, а позади него – конь, с переброшенным через седло телом. Индеец, аккуратно намотав кожаные поводья на толстой ветке, медленно отстегнул тело незнакомца и вытащил из седла. Сероволосый неизвестный тяжело дышал, со слышимыми хрипами, а глаза его беспокойно дёргались под веками. Белое Лицо знал эту болезнь – как и то, что её исход нельзя было остановить, только отодвинуть.
– Его забирает болезнь. Нужен целитель, – индеец подошёл ближе, держа на руках обмякшее тело, – здесь его не найти. Синий цветок уже не поможет. Город. Надо в город.[NIC]White Face[/NIC][STA]чужой среди своих[/STA][AVA]https://i.imgur.com/hl0fw2J.png[/AVA][LZ1]ТОСААВИТЕ
spirit: отшельник
[/LZ1]
[SGN]Home. Heart. Choice. Path. Anger. Spirit.[/SGN]

+1

4

ost:
Northumbria - Sunstone
Northumbria - The Night Wolves / Black Moon
Northumbria - Still Clearing

Этот мир, суровый и неприветливый, казалось, что каждая веточка, каждый куст, каждая травинка была абсолютно не рада видеть здесь какие-то посторонние лица, нарушающие их покой. Она чувствовала напряжение во всем, что ее окружало, даже внутри палатки было не так уж и безопасно. Ты можешь быть лучшим стрелком, хорошим солдатом, девой, к которой не притронется рука рыцаря, но порядки в этих местах совершенно иные. Нельзя достучаться до голодных волков, которые рыщут в поисках еды. Нельзя сказать им, что одних есть можно, а других – нет. Александра боялась, ей было просто по-человечески страшно, хотя она пыталась изо всех сил не показывать этого, а ведь иногда так хотелось. Она была одна подавляющую часть времени. Пусть рядом с ней держал путь сопровождающий, которому с каждым днем становилось все хуже и хуже, но даже он не мог восполнить зияющую дыру ее души. Потери были невосполнимы. Не было матери, не было отца, не было никаких других родственников, близких людей, друзей и даже знакомых, лишь одна девушка замужнего возраста, мистер Кенсмит, в голове которого были свои убеждения и цели касательно всей этой дороги и два верных коня, которые просто несли своих наездников вдаль.
Мысли разбегались, прятались, не поддаваясь зову мозга, не могли собраться воедино. Как Алекс ни пыталась, она не могла ступить и шагу, ее словно вкопали в землю по пояс. Невидимая рука надела на нее оковы страха, от которых невозможно было избавиться. Одно дело – учиться стрелять на своей собственной ферме, где мишенями выступают то бутылки, то какие-то фигурки из воска и глины, иногда даже трупы животных, но совсем другое – столкнуться с ситуацией, когда тебе нужно принять решение, от которого будет зависеть дальнейшая судьба нескольких людей. Алекс могла бы сейчас попытаться стрельнуть, но обманывать себя было глупо, она не способна кого-то пристрелить. Помнила, как ее хотели убить на британском острове, но в тот раз она защищалась, да и далеко не факт, что три пули, выпущенные по силуэту, задели жизненно важные органы. Тогда не было времени что-то проверять, устанавливать факт смерти, ибо враг шел по пятам. Здесь все иначе…

Перед ней показался человек, да, это был вполне реальный мужчина, вот только таких она раньше никогда в своей жизни не видела. Слыша, да, и даже краем глаза заметила как-то кого-то похожего. Тогда девочка была маленькой, отец взял ее на переговоры с представителями какого-то племени, название которого в голове так и не отложилось. Алекс помнила лишь кожаные сандалии, и странный витиеватый головной убор, состоящий, казалось, из тысяч перьев. Ее поразило буйство красок. С одной стороны, он будто бы выделялся  на фоне деревьев и зеленой листвы, но девушка представила, что тон краски на его лице, а ничем другим это быть не могло, кровь все же была несколько иного цвета, вполне неплохо сочетался с осенними пейзажами, с выгоревшей на солнце травой, со старой корой вековых деревьев. Ей повезло, что намерения были добрыми, по крайней мере, он так сказал, иначе сейчас было бы просто на одного мертвого человека больше.  Почему-то в ее голове даже не возникло мыслей о том, что он весьма неплохо говорил на ее языке. Она приняла это как должное. Наверное, осознание придет потом, ведь сейчас нужно было решать другие вопросы. Бросать на землю оружие было бы жестом неуважения к тем, кто его когда-то сделал. Сначала ее рука медленно опустилась, движения были плавными, она не хотела спугнуть человека, с которым прибыл ее сопровождающий. Точнее сказать, второй то даже отчета себе не давал о своих перемещениях, так как его сознание сейчас было где-то совершенно в ином месте.  На пояске, удерживающим нижнюю часть ее походного костюма не было ни кобуры, ни патронташа, а просто заткнуть оружие за пояс было бы слишком опасно. Однако, ничего другого ей просто не оставалось, в таком случае она смогла быстро использовать его в случае крайней необходимости. Медленно завела руку за спину, аккуратно поместила револьвер на новое место. Места стало меньше, теперь пояс как будто бы стягивал нижнюю часть ее живота, при этом вес этого порохового оружия действовал не лучшим образом. Сейчас даже убежать было бы сложно, либо он вывалится на землю, либо под действием суммарной силы тяжести слетит ее одежда.

Раздалось тихое ржание коня. Стоявший на привязи жеребец учуял своего боевого товарища, поспешил его поприветствовать, но друг не ответил взаимностью, он был слишком занят своей важной миссией – доставкой наездника. Ему нельзя было отвлекаться ни на минуту, ведь, потеряв концентрацию, он мог уронить мистера Стивена Кенсмита, сократив путь до загробного мира.
- В палатку его, - лишь ответила Александра. Почему-то сейчас она не думала об индейце, в первую очередь, все мысли были направлены на сопровождающего, она пыталась несколько раз привлечь его внимание, пока человек-из-леса нес бренно повисшее на сильных руках тело человека, от выживания которого зависел успех всего похода. Свои опасения Блэкберн решилась высказать не сразу, пока просто плелась перед незнакомцем, отодвинула вход, чтобы тому было удобнее внести Кенсмита, которого можно было уложить на походной подстилке. У них с собой практически не было никаких лекарств, лишь скудный набор путешественников, да и еды оставалось очень мало. Пару дней назад, когда болезнь стала проявляться с новой силой, Александра даже задумывалась о самом страшном: о том, что с ней будет дальше, если умрет Стивен. Два коня, один труп, немного припасов и целый мир у ее колен. Вот только идти в нем некуда.
- Мы двигались на запад, - начала она. Наверное, нужно рассказать этому спасителю о своем маршруте, чтобы он предложит хоть какой-то план, ибо у Алекс такового не имелось. Ответственность за чтение карт, составление маршрута, выбор места привала – целиком и полностью лежала на старом вояке. Девушка была, можно было сказать, своеобразной обузой. Хотя она неплохо справлялась со стряпней, кормила всех членов экспедиции, несколько раз сумела подстрелить дичь, да и сбережений у нее оставалось больше, чем у бывшего солдата, посвятившего свою жизнь удовлетворению низменных потребностей, будь то алкоголь, табак или дешевые портовые шлюхи. – Это началось недавно, - добавила она, ладонью указав на спутника. Сама просто понятия не имела, что можно сделать, аккуратно опустилась на колени рядом с человеком, который, казалось, постарел на несколько лет за последнюю неделю. Где-то на мешке нашла тряпку, опустила ее в небольшое ведерко чистой и прохладной воды, которое сама же набрала с полчаса назад. Думала будет пить, ну или хотя бы что-то там сварит, но теперь вода пригодилась для другого. Прохладный компресс лег на лоб старца, а тот лишь что-то пробормотал в ответ. Наверное, им овладел бред. Он пытался поднять руку, что-то вымолвить, но все потуги были похожи лишь на мычание диковинных животных, нельзя было разобрать ни слова.

- Все будет в порядке, друг мой, - рука Александры легка на плотный сюртук, под которым пряталась весьма хорошая жилетка из плотной ткани. Как-то Стивен хвастал, что его костюм способен выдержать попадание стрелы, и как глупо было бы умереть не в бою, а от, например, болезни. Его слова оказались пророческими. Этот человек уже был на полпути в мир иной. Ад, будь то Геенна Огненная, Аид, Хель, Джахханам, одна из шестнадцати нарак – не важно, во что верил Стивен Кенсмит. Его душа, если такая у него была, уже отправилась в загробный мир, и, скорее всего, судя по всем поступкам его жизни, там, по другую сторону, жизнь у него будет еще хуже земной. – Он хороший солдат, заслуживает долгой старости. Что я могу сделать? Куда идти? – В глазах путешественницы читалась растерянность. Она попросту была не готова к подобным ситуациям. Ей казалось, что она с легкостью может вынести все невзгоды, упавшие на ее хрупкие плечи, но, пожалуй, именно сейчас впервые столкнулась с ситуацией, которая вполне может ее сломать. Она понятия не имела, что делать дальше. Просто вот так взять и вверить свою судьбу человеку, которого видела впервые? Но ведь она уже сделала так, отправившись в путешествие с мистером Кенсмитом. Он служил с отцом, это все, что она знала о нем. Однако, он имел представление о чести, ни разу не подглядывал за ней во время переодеваний, не приставал, не надоедал разговорами – вел себя как настоящий джентльмен, а чего ожидать от индейца? Их описывали настоящими монстрами, похищавшими молодых девушек, но ведь у этого не было ни клыков, да и оружия, казалось, тоже. Он был сделан из крови и плоти, как и сама Алекс. Она не удержалась, коснулась плеча человека, помогавшего спутнику Блэкберн выбраться обратно к лагерю. Всего лишь мимолетное касание, после которого она одернула руку, но ведь даже его было вполне достатчно, чтобы понять, что перед ней никакой не призрак, а обычный мужчина, коих и в городах предостаточно. Да, немного другой цвет кожи, но они видела полно нигеров-рабов, чья кожа вообще была угольно-черной, а тут всего лишь чуть более красная, плюс узоры, выполненные краской. Может не нужно так бояться, ведь он ее не съест? (Не съест, точно?) Да и у путешественницы была хорошая реакция, а пистолет был довольно близко.

- Я не знаю, как пролегает наш маршрут, но у меня карта, - протараторила Блэкберн, потянувшись к каким-то бумагам, лежавшим поверх старого дубового сундучка, протянула их индейцу. Вполне вероятно, что он знает эту местность, раз смог оставить горе-разведчика обратно в лагерь. В таком случае карты ему не нужны, однако Алекс просто поддалась каким-то внутренним инстинктам, не поддающимся рациональному объяснению. – Где ближайший город, ты сможешь нас туда отвести, я заплачу, у меня есть немного денег, тебе нужны деньги? Или конь, можешь забрать, наверное, коня, я не знаю, просто помоги мне спасти жизнь этого человека! – Она уже чуть не переходила на крики отчаяния, пыталась изо всех сил скрыть наворачивающиеся слезы. Она была сильной, сильнее других девушек, но за безэмоциональной стеной равнодушия скрывалась хрупкая девочка, которая боялась остаться одна в этом суровом и неприветливом мире.


[NIC]Alexandra Blackburn [/NIC][STA]forlorn hope[/STA][AVA]https://i.ibb.co/JBj4qq8/GUNFIRE.jpg[/AVA]
[SGN]  Lesser Know Good
[/SGN]
[LZ1]АЛЕКСАНДРА БЛЭКБЕРН, 28y.o.
profession: наследница, путешественница, пропащая;
[/LZ1]

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Альтернативная реальность » heading North