К этому все и шло, да, мой милый? Каспер это понимал, но боялся признать. Боялся признать, что правда все идёт к черту в адское пекло... читать дальше

внешностивакансиихочу к вамfaqправилакого спросить?вктелеграмбаннеры
RPG TOP
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 10°C
Jack /

[telegram: cavalcanti_sun]
Jere /

[icq: 399-264-515]
Mary /

[лс]
Kenny /

[icq: 576-020-471]
Kai /

[telegram: silt_strider]
Francine /

[telegram: pratoria]
Una /

[telegram: dashuuna]
Amelia /

[telegram: potos_flavus]
Anton /

[telegram: razumovsky_blya]
Darcy /

[telegram: semilunaris]
Ilse

[telegram: thegrayson]
Вверх

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » witness


witness

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Erik Olsen & Lina Solar
https://i.imgur.com/1x4WgqF.gif https://i.imgur.com/plDfTyF.gif
РАБОЧИЙ АДРЕС ЛИНЫ | 20.06.19 | ВЕЧЕР

ЭРИК НАХОДИТ РАБОЧИЙ АДРЕС МИСС СОЛАР, СВИДЕТЕЛЬНИЦЫ ПРОИЗОШЕДШЕЙ ВОСЕМЬ МЕСЯЦЕВ НАЗАД АВАРИИ, И ПЫТАЕТСЯ УЗНАТЬ ПРАВДУ. #DEPRESSION  #STRANGERS  #FIRSTMEETING

Отредактировано Erik Olsen (2019-06-21 22:37:11)

+1

2

На часах уже перевалило за восемнадцать. Колени жалостливо хрипят от усталости, и рука жадно хватает ручку трости, - уже лучше, но еще недостаточно для таких длительных прогулок. Последний месяц реабилитации проходит особенно хорошо - терапевт так сказал в конце прошлой недели, с какой-то излишне довольной улыбкой на лице, будто рад, что вскоре избавится от ежедневного лицезрения страдальческого выражения лица Ольсена. Эрик ненавидит врачей, но этим он бы выдал медаль за проявленный героизм и терпение; он не был идеальным пациентом. Целая команда специалистов, от хирургов до мозгоправа, рвала на себе волосы и лезла из собственной кожи, чтобы помочь Ольсену выбраться из задницы, в которую он ворвался на скорости 180 километров в час. - Мистер Ольсен, у вас повреждение спинного мозга с частичной утратой сенсорной и двигательной функций нижних конечностей. При благоприятном прогнозе, функции восстановят свою работу через пару месяцев. Но... Это "но" и случилось. Новость о смерти отца, пять стадий Кюблер-Росс, причем дважды, и инвалидное кресло. Жить не хотелось, и организм, улавливая общее настроение хозяина, добивал себя сам. - Если вы будете сопротивляться, то так и останетесь инвалидом. Пожалуйста, дайте себе шанс. - мелодичный голос психотерапевта нежно поглаживал гудящие струны нервов. Но как только дверь ее кабинета захлопывалась за его спиной, они снова колебались в такт беззвучному death metal.

  Все это в прошлом. Теперь у Эрика новый диагноз - параноидальная шизофрения. Нет, это не официально. Психотерапевт все еще выписывает седативные, но абсолютно уверен что Ольсен здоров. Только окружающие говорят об обратном. - Ты болен! - голос рвал телефонный динамик, - Выпей свои таблетки и иди спать, Эрик. Уже поздно. Я позвоню завтра. - гудки резко лупили по ушам. Нет, он не перезвонил. Ни завтра, ни через неделю. Эрик не ожидал, конечно, внезапный приступ братской любви и понимания, но Маркус мог бы быть чуть менее равнодушным. Это был и его отец тоже. Навязчивая мысль прокралась в череп змеей и затаилась под потускневшими листьями его сознания; авария не была случайностью. Он отчетливо помнит минуты до. В сумерках Форд плыл спокойно, точно белоснежная яхта по голубой глади океана, впереди - пустота, ни встречных, ни ям. А потом резкий скачок, и схватило дыхание, так что Ольсен потерял контроль. И все пошло по пизде. Он несколько раз возвращался к тому месту. Съезд с развязки на freeway, недалеко - кондитерская, пиццерия, парад магазинов и кафе, в котором он сидел часами. Но находил там пустое ничего. Ничего, что могло бы пролить свет на случившееся.

  Мистер Эванс, солидный мужчина средних лет в темной синей тройке от Tom Ford со сверкающими Rolex на левом запястье, адвокат семьи и хороший приятель отца. Три дня назад он передал конверт курьером с конфиденциальными данными: имена, даты, адреса. И маленькое послание от себя лично:

Мистер Ольсен,
Я одалживаю вам эту маленькую услугу, только потому что ваш отец был поистине блестящим профессионалом и исключительным специалистом. Я искренне надеюсь, что вы уладите все ваши личные вопросы и в скором времени вернетесь к более важным делам.
С наилучшими пожеланиями, Д. К. Эванс.

Конечно же, этого сукина сына совершенно не беспокоила кончина старшего Ольсена. Он трясся за свои деньги, которые успешно делал благодаря Миккелю. А теперь тактично намекал, что ждет ответную услугу и от Эрика. Ольсен в тот же день отыскал в контактах телефон мистера Эванса и отправил сообщение с одним лишь словом: "Спасибо". В конверте помимо записки лежали три отсканированных листа бумаги, - заключение экспертов на одном, данные свидетелей на двух других, - и несколько фотографий с места происшествия. Последние вызвали лишь рвотный рефлекс и желание принять седативное.

  Восемь гребанных месяцев. Восемь месяцев назад. Все, что Она когда-либо знала Она закопала где-то на кладбище за городом и никогда туда не возвращалась. Он сделал бы также. Он видел эти фотографии три дня назад - это была откровенная задница. В которой он выжил. Ты счастливчик, Ольсен, понял? Это твой джек-пот, с которым должен уйти в закат с развивающимися по ветру волосами прямо сейчас и начать новую жизнь. Но Эрик привык к риску, поэтому ставит на красное... почти как Ее волосы. Он прислоняется затылком к раскаленным от летнего солнца кирпичам и прикрывает устало глаза, делая глубокую затяжку ментоловой Marlboro. Солнце въедается в кожу; вообще-то Эрик не любит палящее, у него кельтский тип кожи. Но жар прогревает больные кости. Что-то внутри жалостливо скулит и дрожит от страха как щенок корги. Эрик недовольно морщит лоб и сводит брови, глотая царапающий горло комок. Сомнение скребет череп изнутри - зачем он здесь? Вся эта нелепая херня, будто другой мир. Прежнему Эрику не пришло бы в голову сталкерить незнакомую девушку, в попытках восстановить события восьмимесячной давности. Да, но он больше не прежний Эрик. Осознание сего факта размазывает по асфальту как каток. Живот крутит и кружится голова. Запахи проходящих мимо людей усугубляют без того поганое состояние. Он был готов сдаться. Уйти. Но рыжие волосы волнистыми локонами проплыли в шаге от его лица.

- Мисс... - неуверенно и с жалостливой хрипотой голос срывается с губ. Эрик бросает недокуренную сигарету под ноги и тяжелыми шагами, опираюсь на трость, следует за ней. Лица касается едва ощутимый цветочный аромат, стеснительно прячущийся за спиной целой палитры медицинских запахов. Еще пара месяцев интенсивной реабилитации в клинике, и Эрик сможет назвать весь состав Ее фармацевтического парфюма. Она двигается осторожно, мягкими бесшумными шагами, как кошка. Совершенно не хочется ее беспокоить. Но Эрик следует ей в такт, по ее правилам; только так ты можешь добиться расположения кошки - играя по ее правилам. Влажные от пота пальцы дрогнули и рука потянулась вперед, только едва коснувшись кончиков шелковых прядок. - Мисс, простите... Я... - прочищая горло, он сплевывает последнюю каплю неуверенности на землю, - Лина Солар? Мадемуазель резко останавливается, Ольсен почти врезается в нее. Мучное лицо, округлый подбородок и тонкие брови. Он не уверен, видел лишь копию водительского удостоверения. Но она развернулась после произнесенного им имени. - Мисс Солар, я прошу прощения. Я - Эрик. - он протягивает девушке руку, прежде перехватив трость в левую. - Эрик Ольсен. Возможно, вы меня не помните, но восемь месяцев назад вы стали свидетелем моей аварии...

+1

3

[indent]Стрелка электронных наручных часов насмешливо показывала на шесть вечера, но Лина еще незакончила свои записи по недавнему эксперементу, который она проводила вот уже второй месяц с разрешения главного по их команде. Ее мысли со стремительной скоростью проносились в голове, она лишь пыталась успеть за их потоком, стараясь ничего не пропустить, иначе все ее достижения пойдут пойдут коту под хвост. Она быстро печатала заметки в открытом текстовом файле, а в тетрадь, что лежала рядом, схематично зарисовывала химические соединения, дополняя каждый рисунок мелкими письменными пояснениями. Ей совсем не хотелось лишние минуты задерживаться в этой холодной досконально чистой лаборатории, но наука требует жертв. В наушниках играл транс, периодически сменяясь техно, и разбавлял уединенную скучную атмосферу помещения, где Лина ощущала свое одиночество так отчетливо, словно оно касалось ее пальцев  дышало льдом в затылок. В последнее время депрессия возвращалась все чаще, ее приходилось глушить медицинскими таблетками, которые мало помогали, всего лишь вгоняя из без того измученный организм в апатию. Честно, она пыталась обходиться без таблеток, но это переросло уже в наркоманскую зависимость. Ее разум отвергал иные способы отвлечения от плохих мыслей: просмотр фильмов или прогулки, - только таблетки. Эта мысль поселилась на задворках разума, таилась и выжидала подходящего момента, чтобы оглушить девушку, чтобы прогнать из головы все иные мысли, чтобы главенствовать в ее мозгу, набатом отражаясь от черепной коробки. Таблетки всегда были с собой. Каждый раз, когда Лина опускала руку в карман белого медицинского халата, то сжимала баночку, борясь с огромным и таким сильным искушением не отправить в рот хотя бы одну таблетку для успокоения и умиротворения нервов. Она каждый раз цеплялась за эту оранжевую пластиковую баночку, как за спасательный круг, надеясь вместе с ней не пойти ко дну, к забытию.
[indent]В последнее время Лина всегда была в наушниках. Она хотела как можно лучше отгородиться от реальности, от этого чужеродного сурового мира, где так легко люди предают друг друга и рушат судьбы. Как было бы здорово быть слепой или глухой, чтобы не видеть и не слышать весь этот хаос, что сопровождает каждого на жизненном пути, который вообще нельзя привести в порядок. Этот научный эксперимент занимал все сознание и время девушки, она была этому только рада, потому что в последние недели работа перестала приносить радость, перестала быть интересной, Лина шла в здание компании на автомате, потому что привыкла к этому круговороту своей жизни. Но эксперимент вдохнул капельку энергии и вдохновения в мисс Солар, хотя бы на несколько месяцев ее жизнь и мир приобрели краски.
[indent]Лина завершила писать отчет по полученным экспериментальным данным, дорисовав в тетради последнее химическое соединение. Пора было собираться домой и выгулить перед сном корги Макса. Она взяла под мышку свой ноутбук и поспешила выключить свет флуоресцентных высоких ламп лаборатории. В коридоре было намного теплее, от этого по коже сразу же поползли приятные мурашки. Некоторые работники так же задерживались их приглушенные голоса раздавались за закрытыми дверьми, кто-то так же спешил в свой кабинет, чтобы собрать вещи и наконец-то пойти домой. Лина машинально кивала в знак приветствия знакомым коллегам, которые в ответ отвечали кивком, замечая ее наушники. Ей было приятно, что никто не лез к ней с расспросами, что с ней происходит и как дела, что просто все соблюдали личное пространство, ограничиваясь формальными фразами. У нее не было близкого друга, с которым она могла бы поделиться своими страхами и переживаниями, только знакомые и коллеги по работе. Друга ей не хватало. Она всегда мечтала иметь того, кому можно было бы позвонить среди ночи и поныть о том, что жизнь несправедлива, что хочется в отпуск, что вот у этого актера аппетитная попка. Хотелось иметь друга, которого можно позвать играть в приставку в выходной день или выпить сидра вечером с пиццей. Сейчас Лина была одна в этом мире. В большую сумку укомплектовался тонкий ноутбук, рабочая тетрадь и мобильный телефон, потому что наушники были беспроводные.
[indent]На улице было очень тепло, не спасал положение даже ветер, колышущий зеленую сочную листву деревьев, потому что обдувал горячим воздухом. По тротуарам шел поток людей, которые так же припозднились на работе и решили прогуляться, пока позволяет погода. Автомобиль девушки был припаркован на закрытой стоянке, предназначенной именно для работников, чтобы не загромождать транспортом парковку для гостей. Ей не терпелось оказаться в салоне автомобиля, чтобы включить кондиционер. Еще несколько минут и девушка начнет плавиться под этим слишком палящем солнцем.
[indent]Она смотрела прямо перед собой, держась в стороне от толпы, которая могла увлечь за собой в неизвестном направлении, максимально близко прижималась к правой стороне тротуара, чтобы никто не смог стукнуть локтем или врезаться. В наушниках все так же играла музыка, но уже чуть громче, чтобы перекрывать уличный шум. В тихой паузе между песнями Лина расслышала, что ее кто-то окликнул. В голове сразу же всплыли самые страшные образы того человека, кто мог ее по полному имени назвать. Лина резко остановилась, хотела прислушаться, потому что вдруг это просто обман ее слуха, но тут началась другая песня и мир вокруг утонул в нотах звуках скрипки и бита. Глубоко вздохнув, она собралась с мыслями и сняла наушники, погрязнув в грязном шуме, наполненным гомоном людских разговор и сигналом автомобилей, стоящих в пробке. Она развернулась и уперлась взглядом в глаза незнакомого мужчины с тростью, который уже протягивал руку для рукопожатия. Лина сняла с головы наушники, повесив их на шею. Она всего лишь мгновение смотрела на протянутую руку, не в силах себя пожать ее, поэтому лишь виновато улыбнулась и спрятала свои руки за спину. - Авария … - эхом пробормотала Лина, сжимая ручки сумки до побеления костяшек. В голове моментально проснулись кошмарные образы разбитой машины, от которой не осталось практически ничего, она была в ужасном состоянии. Там был человек. Да, она это помнит. Его покалеченное тело еще долгое время приходило во снах, от которых она просыпалась среди ночи в холодном поту. Лина была уверена, что в подобной аварии просто невозможно выжить, люди с такими травмами не живут. Но сейчас перед ней стоит живое доказательно обратного. Этот человек смог выкарабкаться из цепких холодных рук Смерти. - Но это было давно, и, к тому же, я мало что видела, ведь все произошло так быстро. Вот ехала машина, а потом она уже лежит вверх брюхом. Действительно, события той ночи слились в один запутанный клубок. Как именно это произошло мисс Солар не видела. Она была погружена в свои мысли, в наушниках играла неизменная музыка, ее мало заботил окружающий мир, каким бы красивым он не был. Она лишь краем глаза видела самый обычный автомобиль, который в ночное время несся по дороге. А вот громкие звуки, автомобиль уже был перевернут, а рядом с ней человек уже звонил в 911. Лина тогда даже сняла наушники, чтобы спросить, что произошло, но ей ответили коротко и емко. Но уйти с места аварии она не смогла. Видела, как из машины доставали тело водителя, пока та не взорвалась. Тогда было очень много свидетелей, точнее зевак, которым не хватало зрелищ, чья жизнь была скучна. Лина наивно полагала, что способна выдержать многие ужасные вещи, потому что успела пройти практику в больнице, но такое .вызвало у нее тошноту и головокружение, потому что вместо человека на носилках было какое-то кровавое месиво с человеческими очертаниями. Лина мотнула головой, возвращаясь в реальность. - Это ведь Вы - тот выживший? Простите, но я до сих пор помню, в каком ужасающем состоянии Вас вытащили из машины. Это было ужасно. Тогда на дороге почти не было машин, поэтому, думаю, что была просто яма или что-то попало под колеса, Вы ведь неслись на такой большой скорости, хотя это карается штрафом, - последние слова девушка проговорила с суровым выражением лица. Вот что бывает, когда человек не соблюдает скоростной режим, установленный в городе, где иногда дороги могут быть в плохом состоянии.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » witness