Вообще-то, Юль с интересом улавливал в девке какие-то перемены, которые для него казались внезапными.... читать дальше

внешностивакансиихочу к вамfaqправилакого спросить?вктелеграмбаннеры
RPG TOP
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 10°C
Jack /

[telegram: cavalcanti_sun]
Jere /

[icq: 399-264-515]
Mary /

[лс]
Kenny /

[icq: 576-020-471]
Kai /

[telegram: silt_strider]
Una /

[telegram: dashuuna]
Amelia

[telegram: potos_flavus]

Anton /

[telegram: razumovsky_blya]
Darcy /

[telegram: semilunaris]
Matt /

[telegram: katrinelist]
Aaron

[telegram: wtf_deer]
Вверх

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » Начинай снова. Начинай с нуля.


Начинай снова. Начинай с нуля.

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

The Coleherne | 20 декабря 2019 | около полуночи

Adam Placentino & Denivel Simon
https://i.imgur.com/TC6hAJe.gif

- Всё так сложно…
- Всё так просто. Просто плати проценты и не выебывайся.

Отредактировано Denivel Simon (2019-12-23 21:13:33)

+1

2

Внешний вид

Музыка ударяет по ушам громкими битами, заставляя мурашки расползтись по коже в разные стороны, разбежаться стайками. Я смеюсь, прикрыв рот ладошкой, и сверкаю чертиками в глазах в темноте зала. Дискоболы вращаются где-то над головой, свет бьется о темные стены помещения и отскакивает от них, чтобы плясать на людях, их лицах и всех доступных поверхностях вокруг. Смотрю сверху вниз на танцпол, который лежит где-то у моих ног. Если прикрыть глаза, можно представить, что там расположился целый мир. Двигающиеся тела отсюда кажутся единым живым организмом, и смотреть на него – завораживает. Хочется танцевать, но идти вниз – не хочется. Я поднимаюсь с коленей девушки, на которых сидела последние полчаса, наклоняюсь к её уху и говорю, что хочу бокал шампанского. Мои слова – руководство к действию. Её рука без промедлений касается кнопки-звоночка на столике и спустя каких-то пару минут, в течение которых я стою, облокотившись на перила и смотрю по сторонам, в нашей вип-ложе появляется официантка. Девушка, имени которой я не помню (но, кажется, это было что-то вроде Сэм), заказывает мне бутылку MOET, а себе джин-тоник. Я оборачиваюсь и улыбаюсь ей уголками губ, всем видом изображая, что мне хорошо.
Мне не_хорошо. Мне никак. Пусто. Внутри выжженное поле. Но внешне я всё ещё сияю. Сияю и думаю о том, что у меня нет времени, чтобы сдаваться и идти ко дну. Сэм у меня за спиной раскуривает косяк с марихуаной, предлагает мне, но я отрицательно качаю головой, отказываясь. Сама не знаю почему, но марихуана никогда не была мне по вкусу. Впрочем, чем развлекается и балуется Сэм мне абсолютно безразлично. Кажется, она юрист. Или я опять перепутала с кем-то другим? Не важно. Это всё совершенно неважно.
Тонкими пальцами обнимаю ножку фужера, когда девушка подает мне его, касаясь моих пальцев своими, глубоко и томно заглядывая в глаза. Я отвечаю на её взгляд с вызовом, чувствую как тонкие пальцы ложатся мне на талию и притягиваю к себе для поцелуя – я отвыкла от женских прикосновений. Вздрагиваю, но прикрываю глаза, подаюсь на встречу, чтобы столкнуться губами в следующем мгновении. В нос ударяет запах травки, но я не обращаю внимания, чувствуя, как такие чужие руки сползают на бедра, а затем ложатся на ягодицы. Возбуждение привычной волной подкатывает к низу живота, и я бессознательно чуть сильней сжимаю бедра, поднимаю руку свободную от бокала вверх и обнимаю ей Сэм за шею, глубже увлекая в поцелуй. Влажно и горячо. Абсолютно безрассудно. Но я знаю, что в этом месте можно не бояться и не переживать, не оглядывать на каждый свой шаг – мои снимки не появятся завтра на всех новостных порталах, тут безопасно.
Поцелуй заканчивается так же быстро, как начался – я рукой легко отталкиваю девушку в грудь и снова поворачиваюсь к перилам, чтобы опустить взгляд вниз к людям. Среди всех мне тут же бросается в глаза Адам – когда твой рост 190 см, трудно быть незаметным. Он скользит взглядами по вип-ложам и в какой-то момент наши взгляды пересекаются, цепляются друг за друга. Расплываюсь в улыбке, машу ему рукой и посылаю воздушный поцелуй. Где еще вести себя так, если не в этом баре, который местами больше похож на рай для исполнения желаний? Кивком головы и жестами показываю, что была бы рада, если бы он поднялся ко мне перекинуться парой слов. Девушка, которую я целовала всего пару минут назад, неожиданно начинает казаться мне навязчивой, и я хочу, чтобы она ушла, но вслух пока ничего не говорю.
Падаю на диванчик напротив нее, закидываю ногу на ногу и тянусь к пачке сигарет, оставленной на столике между нами. Щелчок зажигалки, глубокая затяжка и облако вишневого дыма, привычного как объятия матери для иных детей, врывается в пространство между мной и Сэм. Я прикрываю глаза и хочу, чтобы когда я их открою, её тут не было. Но чуда не происходит.
Проходит пару минут и вип-ложе появляется Адам. Сейчас, когда я сижу, а он стоит, разница в росте кажется просто… колоссальной.
- Адам, давно не виделись! – Я подымаюсь ему на встречу и порывисто обнимаю, улыбаясь.
Конечно давно не виделись, в последнее время я была очень хорошей девочкой и почти примерной женой, пока всё не пошло прахом и не покатилось в ебеня со скоростью света.
- Сэм, можешь оставить нас наедине? – приходится повышать голос, чтобы меня было слышно.
- Вообще-то я не Сэм, а Джес, – фыркает девушка, а я вместо того, чтобы почувствовать себя неловко и покраснеть, вдруг сержусь и закатываю глаза.
- Да какая разница? Просто уйди, – а потом я делаю вид, что ничего не произошло и поворачиваюсь к Адаму уже с улыбкой, - о, прости за эту сцену.

[AVA]https://i.imgur.com/LcHiA9K.gif[/AVA]

Отредактировано Denivel Simon (2020-01-07 02:39:36)

+2

3

Вечер. Сколько всего он таит в себе особенно для меня. Часов в семь я как обычно собираюсь на работу. Закуриваю сигарету, наливаю чашку крепкого кофе и не спеша растягиваю это удовольствие. У меня есть десять минут на то, чтобы собраться с мыслями. Десять минут на то, чтобы прикинуть порядок дел, которые мне нужно будет сделать именно сегодня и в каком клубе. Десять минут и вот я готов ехать в клуб, чтобы без меня там ничего не произошло. Да и просто отдохнуть.
Да, я из числа тех извращенцев которые любят свою работу. Которые идут туда с улыбкой на лице, предчувствуя что-то интересное, а не просто рутину. Готов поспорить, что меня считают психом за такое. Да и плевать. Кем меня только не считали за мою жизнь. Пидором, отморозком, психопатом и даже маньяком. Хм, последнее интереснее всего. Но… похуй. Главное, что мне было наплевать на все эти сплетни, которые были за моей спиной. Главное, что я научился никак на них не реагировать, а просто наслаждаться жизнью, которая у меня была. И наслаждаться было чем.
Нескончаемые вечеринки, деловые переговоры, взгляды завистников, выпивка и шлюхи. Кто-то скажет, что последнее можно было бы исключить в моём возрасте и поискать что-то стоящее. Но нахера? Зачем себя ограничивать, когда ты баловень судьбы? Зачем накидывать на себя ошейник и тону обязательств, когда можно жить припеваючи и знать, что ты сам себе хозяин. И за чьей-то любви? Одного человека? Серьёзно? Меня любят гораздо больше людей и это чувствуешь, когда перешагиваешь порог главного клуба The Coleherne. Все эти голубки обожают меня и каждый раз присвистывают, когда я захожу. Всем хочется обнять своего «отца», который приютил их под своей крышей и делает всё, чтобы их замок похоти был надёжным и комфортным. Неплохо да? А шлюхи Парадиза? Мой маленький гарем, который спасает от одиноких ночей и прочей ерунды.
Вот оно счастье.
- Привет Марк.
Стоит мне зайти в клуб, как около дверей меня встречает угрюмый вышибала. Он так и сверлит глазами толпу, выискивает людей, которые могу перейти черту дозволенного. Лучший, мать его, работник месяца.
- Добрый вечер босс. Пока всё…
- Тиш Тиш. – Обрываю на полуслове. К чему слова, когда и так всё видно. Музыка, огни, танцы, выпивка. Всё идёт в привычном темпе. – Вижу, что всё хорошо. Я к себе. Если уж что-то произойдёт, - моя ладонь ложится на плечо мужчины и чуть поглаживает, - то ты знаешь где меня искать.
Все эти пидорские штучки его жутко смущали. Даже сейчас, когда я смотрел в глаза Марка, он опускал свои и переводил в сторону. Забавно. Нет, я точно буду гореть в аду хотя бы за то, что любил подъёбывать над людьми. Как удержаться от такого? Не представляю. Но долго вышибалу тоже нет смысла, да и надоедает. Поэтому хлопнув его по плечу, спешу подняться в свой кабинет. Надо немного выпить и посмотреть, как идут дела.

Часа через три меня одолела скука. В спине заломило, а свет настольной лампы резал глаза не хуже ножа, который воткнули в спину. Надо пройтись, выйти из кабинета и явить свой лик народу, который пребывал в отличном настроении. Да и ещё разок подъебнуть над Марком.
Музыка ударяет, чувствуешь её всем телом, когда выходишь на балкон и спускаешься вниз, чтобы пройтись между столиков. Почти ничего не слышно, но зачем слышать, когда прекрасно видно улыбки людей, которые меня замечают. Улыбнуться, приобнять, подмигнуть. Стандартный проход Пласентино по своим владениям. Мне не трудно, а посетитель начинает думать, что он особенный и в следующий раз обязательно пойдёт ко мне. Поэтому я не брезгаю в общении с людьми. Кстати о них. Когда поднимаю голову, чтобы посмотреть на вип столике, то замечаю давнюю клиентку. Милую мордашку, которая успела засветиться в модельном бизнесе. Знакомство выгодное поэтому я с радостью откликаюсь на её жест приглашающий к себе. Почему бы и нет?
- Вечер добрый дамы. – Когда я оказываюсь в вип ложе, то сразу расплываюсь в своей самой любезной улыбке. Хотя некоторые называют её улыбкой дьявола. В чём-то они правы. – Да, давненько ты не радовала меня своим обаянием. Только не говори, что нашла себе другой клуб. Я не переживу этого. – Пара стандартных шуток для разогрева и взгляд сразу цепляется за компаньонку Симон. Кажется, она бывает здесь очень часто и цепляет девочек для одной ночи. Таких я люблю. Именно они делает мне кассу, когда хотят впечатлить или напоить пассию на одну ночь. Загляденье. – Да ничего. Я тут всякого насмотрелся, так что этот проход маленькая невинность этой ночи. -Но видимо в этот раз Симон будет сама за себя платить. Не каждая девушка сможет не обратить внимание на то, как её отшили. Тем более в присутствии мужчины. Впрочем, мне нет до этого никакого дела. – Не понравилась? – Оценивающим взглядом провожаю неудавшуюся любовницу и вальяжно устраиваюсь на диване, даже не спрашивая разрешения. Да и зачем оно, когда и так очевидно, что меня тут ждали. – Или появился вариант поинтереснее. – Ладонью поглаживаю по кожаному дивану рядом с собой приглашая сесть. Да, за мою наглость меня тоже не любили, но что поделать. Я-то себя любил. – Что у тебя там, Симон, выкладывай. Или ты так сильно по мне соскучилась, что никакие предлоги были не важны, чтобы заманить меня к себе?

+2

4

Атмосфера в "The Coleherne" всегда приятная и располагающая. Возможно, она такая исключительно потому, что я счастливая обладательница прохода в вип. С другой стороны, мне кажется, что Адам Пласентино просто из тех, кто относится к своем делу серьезно и горит им так, что всех недоброжелателей готов сжечь одним только взглядом – я вижу это в его глазах, хотя сейчас он улыбается мне улыбкой чеширского кота, готовый рассказать о том, как соскучился по мне и моим визитам. Стоит ли говорить, что я ему не верю? Мне хватает ума понимать, что это не я какая-то особенная, а просто хозяин этого места достаточной продуманный человек с деловой хваткой. Достаточно продуманный для того, чтобы вести себя со мной кокетливо и шутить, делая вид, что я для него особенный клиент. С достаточной деловой хваткой, чтобы видеть во мне не только симпатичную мордашку, но и, так скажем, хорошую рекламную площадку для взаимовыгодного сотрудничества. Несколько моих ненавязчивых слов в инстаграме о том, как я сегодня потрясающе отдохнула в  "The Coleherne" обязательно притянут к нему больше внимания. Не надо быть особенно гениальным, чтобы понимать – когда человек достаточно засветился, то некоторые готовы из других штатов приехать и отвалить немаленькие деньги, просто чтобы пройтись по «местам славы», поставить галочку напротив определенного места. Для меня это хороший способ получить пропуск в вип, ничего особенно не делая. Для Адама это способ получить новых клиентов, а значит деньги.
- Ну нет, твой клуб и гостеприимство я не променяю ни на что, – подмигиваю и поправляю прядь светлых волос, которая упала на лицо. Мне нравится манера Адама общаться со мной, потому что рядом с ним я, удивительно, чувствую себя в безопасности. Очень опрометчиво с моей стороны, исходя из всего моего опыта. Потому что если зажмуриться, то издалека Адама можно принять за Йенса [от одного только имени мурашки ползут по коже и дышать становится трудно] – рост, цвет волос, худощавое телосложение, длинные тонкие пальцы. Еще чуть-чуть и я начну вспоминать, как эти самые тонкие пальцы хватают меня и погружают в ледяную воду. Раз за разом. От отчаяния до смирения. От желания выбраться до нежелания жить. И чтобы не попасть в цикл своих дурных воспоминаний, я залпом допиваю шампанское в своем бокале.
- Тогда сделаем вид, что этой невинной шалости просто не было, – я ставлю бокал на стеклянный столик между диванчиками, и легкое позвякивание от соприкосновения стекла со стеклом тонет в окружающем шуме.
- Появился вариант поинтереснее, – подтверждаю я и улыбаюсь, беззастенчиво намекая на то, что этот самый вариант находится сейчас в моей ложе и опускается на диванчик, чтобы поманить меня к себе легким похлопыванием по дивану. Если флиртуют со мной, то почему бы мне не флиртовать в ответ? В конце концов, меня ни что не держит. Разобиженная Джес совершенно не в счет – до неё и её мнения мне нет никакого дела.
- Ты же в курсе, что очарователен в своем нахальстве? – я приземляюсь на диван рядом с Адамом, прижавшись своим боком к его и заглядываю в глаза, - невинный треп с клиентами входит в твои обязанности? – зацепиться глазами, широко улыбнуться и попросить в следующей фразе так, как просят только девушки, уверенные в своей красоте, - Нальешь мне шампанского? А я расскажу что-нибудь о себе. Ведь тут наверняка соскучилась не только я, но и по мне? – на кокетливое нахальство я отвечаю точно таким же кокетливым нахальством, потому что могу себе его позволить. Не краснею и не смущаюсь, в груди ничего не замирает, только разливается по венам азарт и интерес: насколько меня хватит поддерживать флирт с мужчиной? Как далеко я могу зайти? Как я изменилась за последнее время?
- Если ты вдруг читаешь какие-нибудь новостные порталы, то наверняка в курсе, что теперь я в разводе и что мне, естественно, перемыли все косточки, – закатываю глаза, потому что СМИ растащили мою очередную неудачу на личном фронте как горячие пирожки, за которые можно получить очень приличные гонорары и рейтинги. Гребаные стервятники, которым будто бы больше не о чем писать. В мире так много других проблем. Но кого интересует что-то посерьезнее, если можно капаться в чужом грязном белье?
- Так что… разведена, прекрасна и, как всегда, очень обаятельна. Да? – усмешка трогает выкрашенные в винный губы, но глаза мои в этот момент вовсе не смеются, вероятно, выдавая внутренние переживания. Стоит лишь надеяться, что Адам не будет смотреть так глубоко и ничего не заметит, - А из хорошего… из хорошего я собираюсь открыть свое модельное агентство. Уже купила под него площади и теперь там во всю идет ремонт. Что скажешь?
И мне действительно интересен взгляд со стороны. Что может сказать о моей идее по сути посторонний человек? Что у меня всё получится и что я молодец? Что у меня ничего не выйдет и это слишком самонадеянно? Что заработать на своей популярности – правильно? Намекнет, что я не всегда смогу сниматься сама, потому что часики-то тикают, а значит это – выгодное вложение? Вокруг меня крутятся люди и каждый, кто узнает о моей идее открыть свой бизнес, относятся к этому по-разному. Но одно дело, когда мнение озвучивает кто-то, кто не особенно в этом смыслит, имеет весьма посредственное представление и ноль опыта. И совсем другое дело Адам, у которого сеть своих заведений. И судя по тому, что я нахожусь сейчас в его клубе, чувствую себя комфортно, а люди на танцполе у наших ног кишат рекой – дела идут успешно.

[AVA]https://i.imgur.com/LcHiA9K.gif[/AVA]

Отредактировано Denivel Simon (2020-01-07 02:39:22)

+2

5

- О как. - На моём лице застыла маска наигранного удивления, когда Симон так неприкрыто отвечает на флирт со мной. Хотя... Если призадуматься, то моё удивление было только от части наигранным. На самом деле для меня сейчас было полной неожиданностью, что девушка вот так просто улыбается мне, в глазах её пляшут черти, а улыбка не натянутая, как бывало раньше. Что-то поменялось в этой модели радикально за то время, пока мы не виделись. Кстати, сколько вообще прошло времени? Что-то около года, а может и больше, сейчас уже и не вспомню. Но в памяти ещё живы те моменты, когда Денивел на мои заигрывания отвечала сухо, сдержано, словно бы думая о том, что я требую от неё чего-то большего. Или после флирта со мной можно было забеременеть. Запуганный зверёк. Именно таким рисовался образ блондинки в моей голове. А сейчас? Сейчас предо мной была кошечка, с которой можно было поиграть, оставалось лишь найти подходящую игрушку. - Я почти растаял от твоих слов.
Ещё одно лукавое высказывание, которое осталось радушной улыбкой на устах, оставив привкус мёда на губах. И всё потому что я вообще не могу вспомнить того момента, когда был настолько растроган, что осколок льда в моей груди можно было назвать с натяжкой сердцем. Может быть, когда-то в детстве я мог ещё чувствовать себя беспомощно счастливым. Но, как говорят, все проблемы людей берут свои корни прямиком из детства. И я был полностью с этим согласен. Трудно было с этим поспорить, когда прекрасно осознаёшь, что огонь в груди погас в тот момент, когда сучья мать уехала на своём форде в свою счастливую ёбанную жизнь. Видимо, она всё-таки прихватила что-то от меня - моё сердце и душу, чтобы потом повесить на стене, как охотничий трофей. Мразь. Теперь я как Кощей бессмертный из славянского фольклора. Моя смерть была в сундуке, сундук у матери, а где эта сука никто не знает. Может быть, мои молитвы были услышаны, и эта сука уже кормит червей, где-нибудь под кустами в Техасе. Было бы замечательно.
- Я знаю только одно, что я очарователен всегда. - Блондинка садится рядом послушно, прижимается ко мне, давая понять, что поиграться с ней можно. Могу ли я упустить такой момент? Навряд ли. - Думаешь половина этих парней приходит сюда, чтобы найти себе перепих на одну ночь? - Моя правая рука ложится поверх спинки дивана, ладонью касаясь белоснежного плеча. Оно такое маленькое. И это ощущаю, когда нежно поглаживаю его пальцами. Были ли у меня настолько маленькие девушки? Никогда не задавался этим вопросом до этого момента - и вот здравствуйте. Какой у неё вообще рост? На этих мыслях взглядом скольжу по фигуре до туфлей на каблуках. И это рождает закономерный вопрос - если их снять, она будет дышать мне в пупок? Или чуть выше? - Нет. Они приходят сюда чтобы посмотреть на меня, - отвечаю, отмахнувшись от этих мыслей. Но это было бы откровенно неприлично. Эй, слушай, а какой у тебя рост, а то я прикинуть никак не могу в какую часть тела ты бы мне дышала. Задать то я могу этот вопрос, но вот будет ли наш разговор после этих слов таким же приятным? Не думаю. Поэтому прикусываю себе язык на мгновение и продолжаю говорить хвалебные речи в мою честь. - Перекинуться парой слов. К тому же им может несказанно повезти, если я решу их чуть приобнять. И они млеют Дени. Так что да, невинно потрепаться с клиентами часть моих обязанностей. Много усилий от меня это не требует. Зато, они уверены в том, что это лучшее место в городе, ведь тут такой хозяин, в глазах которого ты становишься особенным.
Чуть приподнимаясь, руками указывая на себя, заглядываю в зелёные глаза. Нагло. Кажется, по-другому я и не умею смотреть.
- Конечно скучали. Ты же одна из див этого места. – Пока из моих губ льются сладкие речи, я уже наливаю в бокал на тонкой ножке шампанское. Оно сразу начинает пениться в бокале, выпуская пузырьки вверх. – Конечно обаятельна. – Передавая бокал в руки Денивел, сам откидываюсь на спинку кожаного дивана, что уже я смотрю на неё снизу-вверх. Непривычное чувство. Для меня так и подавно. – Успела развестись? Я всегда говорил, что там нечего делать. Зачем тебе это Симон? Брось. – В этот момент моя ладонь ложиться на коленку блондинки и чуть поглаживает в успокоительном жесте. Да, пусть думает так. – Ты красива, богата, обаятельна. У тебя куча поклонников и ты можешь переспать с любой девчонкой из этого клуба, только ткни пальцем. Так зачем все эти клятвы, которые под собой не имеют ничего под собой. Развлекайся, как душе угодно. Благословляю тебя на жизнь развратную и сладкую. – На этих словах снова приподнимаюсь, беря в ладони маленькой личико Симон и медленно наклоняюсь к нему, глядя в глаза, а после целую в лоб. – Не просри шанс, который тебе снова дала жизнь. Живи в своё удовольствие.
А вот модельное агентство уже интересно. На лице сразу появляется хитрый прищур, в голове закипают мысли о том, что на этом можно сделать денег ничуть не меньше, чем на клубе. Главное правильно всё повернуть в нужное русло. И я знал, что с этим можно сделать. Выудив из кармана пиджака пачку сигарет и зажигалку, я закурил, прикидывая в уме, как всё обставить перед блондинкой так, чтобы можно было примазаться ко всему этому великолепию.
- Я думаю, что у тебя всё получится. У тебя есть для этого почти всё. Имя, деньги, милая мордашка и опыт в модельном или около того бизнесе. Но ты же понимаешь, что одной со всем этим тебе точно не справиться? А левым людям опасно доверять. Отвернёшься и тебя уже обворовали. Да и …, - выдыхаю тяжело, словно бы мне тяжело о таком говорить, даже зажигалку в руках нервно кручу, опустив взгляд в пол для правдоподобности, - ты же знаешь, что на самом деле наш город не такой спокойный, как кажется на первый взгляд. Тебе как минимум понадобиться крыша. И… просто на модельном агентстве денег быстро не заработать.

+1

6

Наверное, это первый раз, когда я действительно рада видеть Адама, отвечаю и на его флирт, и на его шутки, не испытывая желания отвести взгляд, уткнуться им в пол или просто огрызнуться. Нет, я не перестала считать мужчин опасными, особенно когда они хоть чем-то напоминают мне Йенса [а Адам напоминает, хотя бы из-за своего телосложения и роста, но если приглядеться, то удастся найти еще больше сходства]. Впрочем, у меня нет никакого желания выискивать во владельце этого места черты, которые напоминали бы мне о человеке, которого хочется забыть едва ли не больше всего в этой гребаной жизни. В конце концов, Пласентино никогда ничего плохого мне не делал [однако же одного взгляда на него мне хватает, чтобы понять – его улыбка обманчива, а если его разозлить, то можно оказаться в черт его знает какой ситуации], между нами было взаимовыгодное сотрудничество и, кажется, оно нам обоим шло на пользу. Вот и сейчас, когда он сидит на диване рядом со мной, я лишний раз осознаю, что знакомство это совсем не лишнее.
- Почти растаял? – я наиграно возмущаюсь и надуваю губки, как это сделала бы какая-то другая девушка на моем месте. На самом деле это не самое характерное для меня поведение, но… иногда так отчаянно хочется играть в игру, правила которой для тебя очевидны. Просто расслабиться, просто поплыть по течению, просто поддаться текущим обстоятельствам, потому что они выглядят достаточно соблазнительно и весело. Да, мне хочется развлекаться. И мне не стыдно за это сейчас. Будет ли стыдно с утра – другой вопрос. И об этом я подумаю позже.
- Я надеялась растопить тебя так, чтобы ты потёк… – и, словно бы спохватившись, заливаясь смехом, - ах да, точно. Текут только девочки.
Я чувствую как пальцы Адама касаются моего плеча легко и ненавязчиво, в этом жесте нет липкой вульгарности, но заигрывание – есть. Раньше бы я вздрогнула. Раньше бы я встрепенулась и попыталась отодвинуться, спихнуть с себя пальцы как можно быстрей. Теперь же я думаю, что можно и пофлиртовать, раз от девушки, с которой планировала провести эту ночь, избавилась. У меня нет опасения, что Адам здесь и сейчас мог бы позволить себе со мной больше, чем позволю ему я – все-таки мы на людях. И я справедливо полагаю, что самое безопасное место в этом клубе – рядом с его владельцем. Да, наверное, дело было бы совсем другим, встреться мы где-то в темном переулке.
- И сейчас ты проделываешь со мной всё то же самое, что делаешь с ними, – замечаю я вслух и снова смеюсь. Мне не обидно и не неприятно, я понимаю мужчину и его мотивы. Точно так же понимаю, что для него это действительно не самый пыльный повод удержать гостей – подпустить к себе немного ближе, но держать на расстоянии, - И все-таки мне повезло больше, да? – подмигиваю Адаму, который наливает в мой фужер на тонкой ножке шампанское. Я принимаю напиток из его рук и почти неосознанно прохожусь языком по пухлым губам перед тем, как отпить, - Хорошо быть девушкой, да? Едва ли ты гладишь по коленке кого-то из голубков, пусть даже это жест утешения? – я заигрываю. Или играю с огнем? Но мне нравится это, чёрт возьми. Нравится, потому что ставка высокая, от неё покалывает пальцы и чуть кружится голова. Или это от шампанского все-таки? Алкоголь мягким дурманом чуть ударяет мне в голову, позволяя стать еще чуть более взбалмошной и непредсказуемой даже для себя.
На самом деле от слов Адама о браке у меня замирает сердце и на секунду словно превращается в камень, становится тяжело дышать. Мне хочется возразить ему, возможно даже поспорить и сказать, что это не правда, что за клятвами ничего нет. Есть. Я знаю, что за этими клятвами было очень много, очень близко, очень сильно. Я знаю, что всё это было не зря. Я не просто любила Тео, я всё ещё его люблю. Просто обстоятельства оказались сильнее нас. Просто в попытке уберечь меня, он меня потерял. Просто в какой-то момент показалось, что я совершенно не знаю того человека, за которого вышла замуж. Просто… Так много всего, что смешалось и получился один большой снежный ком, который накрыл нас лавиной.
Я не могу комментировать ситуацию со своим разводом в том ключе, в котором к ней относится Адам, а потому просто пожимаю плечами, стараясь внешне оставаться точно такой же беззаботной, какой была пять минут назад. Улыбаюсь, когда он целует меня в лоб, шуточно благословляя.
- Можно начать прямо сейчас, батюшка? – чуть язвительно спрашиваю я и чувствую, как колкость приятно щиплет мой язык. 
Внимательно слушаю, когда мужчина говорит о том, что у меня должно всё получится. Приятное тепло тут же расплывается где-то в груди, и мне сложно не улыбаться действительно счастливой улыбкой в этот момент. Однако, я изо всех сил стараюсь подавить её, спрятать, чтобы не выглядеть такой уж восторженной дурой. Нервно дрожат пальцы, которыми я держу фужер, и чтобы скрыть этот тремор, я допиваю шампанское залпом. Ставлю фужер на стол и тянусь к пачке сигарет следом за Адамом. Без слов показываю, что мне надо прикурить, мягко зажимая фильтр сигареты между губами, оставляя на нём след своей помады. Да, я могла бы сделать это сама без его помощи. Но зачем, если сейчас эта наша маленькая игра? Самостоятельной я побуду где-нибудь в другом месте, жизнь требует от меня этого постоянно.
- Спасибо, что веришь в меня, – и это на самом деле важное. Каждое слово поддержки, которое я слышу – бесценно. Это не дает опускать руки, даже когда я очень и очень сомневаюсь в своих силах.
- Думаешь? – спрашиваю я, выпуская облачко дыма перед собой, а потом снова льну к Адаму, уложив голову ему на плечо. На самом деле будь наш разговор чуть менее серьезным, я бы подумала о том, чтобы сесть к нему на колени. Или сесть сверху? Ведь удобно вести разговор глядя глаза в глаза.
- Крыша… – задумчиво произношу я, понимая, что в словах Адама есть правда. Я бы могла пожать плечами и отмахнуться. Могла бы рассмеяться и сказать, что справлюсь без этого и абсолютно легальным путем. Я могла бы, если бы не разошлась с мужем потому, что он безвозвратно вляпался в мафию и ничего мне об этом не сказал. К сожалению, я уже знаю о том, что наш городок не такой тихий, каким кажется. - Без этого никак? – приподнимаюсь и заглядываю в глаза Адама. Близко. Настолько близко, что если он сейчас начнет говорить, я почувствую, как его дыхание коснется кожи на моей щеке.
- А ты? У тебя с этим как дела? Тоже кто-то… крышует? – слова непривычные, неловко ложатся на язык, и я в какой-то момент чуть вздрагиваю. Мне в определенном роде хочется впасть в отчаяние, что опять всё упирается в мафию в этом проклятом городе. Куда не сверни. Чем не начни заниматься. Тут и там. За каждым блядским поворотом. Не то чтобы я совсем не была к этому готова, но отчаянно надеялась обойтись без подобных связей и обязательств.
- Мне нужно еще выпить.

[AVA]https://i.imgur.com/LcHiA9K.gif[/AVA]

Отредактировано Denivel Simon (2020-01-07 02:39:08)

+1

7

Большого труда мне стоят слова поддержки в сторону Денивел? Нет. На самом деле сказаться что-то приободрительное на этот счёт не так уж и трудно. Тем более, что я более чем уверен в том, что у этой юной модели может выгореть дело. Я настолько уверен в этом, что даже готов помочь. Не бесплатно, конечно, но обо всё по порядку. Тем более что для начала надо было втереться в доверие, как можно ближе и только после этого строить свои планы по обогащению кошелька.
Поджигаю сигарету девушки пристально смотря в зелёные глаза. Кажется, наша игра с каждой секундой набирает обороты. Ещё немного и я на полном серьёзе поспорю сам с собой о том, как сильно смогу зайти с блондинкой. Она играет с огнём и даже не подозревает насколько близка от края пропасти.
- Брось, чего стоят простые слова поддержки. Все мы когда-то начинали. Даже я. Так что я могу понять насколько тебе сейчас волнительно без всякого стёба. Обращайся, если нужен совет или кто-то в край охуел.
Да, когда-то я и сам начинал вести свои дела. Конечно, кто-то скажет, что я пришёл на всё готовенькое и всё, что мне оставалось это пожинать плоды труда моего деда и отца. И как бы я хотел с ними согласиться и жить счастливой жизнью богатенького сынка. Но не всё было так просто. Когда ты вливаешься в готовый бизнес, то у тебя почти нет времени на то, чтобы влиться в него, понять отлаженную схему. Люди, работающие в клубах, уже привыкли почитать твоих предшественников, а ты для них обычный сопляк, которому принесли всё на блюдечке с голубой каёмочкой. Ха, очень в тему, кстати. И первые годы ты работаешь на авторитет, доказывая всем вокруг, что ты не хуже отца и деда, которых уже нет в живых. У тебя нет поддержки, нет жилетки, в которую можно было бы просто уткнуться уставшей мордой и сказать «как всё заебало». Вместо этого вокруг тебя стая волков, которая так и ждёт того момента, когда ты расслабишься, чтобы порвать тебя на куски. И, самое главное, мне достался ни один клуб, а три. Три, мать его, заведения, которые были совершенно разными по энергетике и управлению. Я просто метался между трёх огней и не знал вытяну ли я этот воз на своих тощих плечах. А сегодня я, да, баловень судьбы, который сидит на кожаном диване, курит дорогие сигареты и нагло клеит посетительницу. Сегодня всё легко и просто, но это не значит, что так было всегда.
- Не думаю, а знаю. – Знаю потому, что уже в голове наметал план, который поможет поднять денег и удержать девчачью контору на плаву, пока истинное направление будет развиваться. Если, конечно, оно потому будет необходимо вообще, а не только для прикрытия. – Только будь готова, что спать первое время придётся очень мало. Закупись успокоительными, - приобнимаю тонкую талию и длинными пальцами очерчиваю силуэт, - будет нелегко. Зато потом такой кайф смотреть на то, как твой «ребёнок» будет делать первые шаги.
Подношу сигарету к губам и затягиваюсь, в тот самый момент, когда Симон резко встаёт. В её глазах читается разочарование тем фактом, что придётся с кем-то делиться. И я могу понять – кто хочет. Уверен, что в семье никто бы не хотел отдавать свои деньги, но… всегда приходиться платить по счетам. Поэтому, стиснув зубы, каждый отдаёт должное за своё членство в клубе и спокойствие. Теперь и этой девчонке с белоснежной кожей придётся узнать, что такое бизнес без блёсток и фальши, которые раньше застилали большие глаза.
Медленно выдыхаю табачный дым через ноздри, что он стремительно летит вниз, ударяясь о платье девушки. Глаза в глаза так близко, чтобы найти для себя то, что мне нужно. Найти ту самую ниточку, за которую могу потянуть, чтобы затянуть Денивел в свои сети. Она колеблется. Вижу по взгляду, который дрогнул. Вижжу это по поджатым губам. Сомневается. А большего мне и не нужно. Достаточно одного этого чувства, чтобы раскрутить его до уверенного «да». Она сомневается, значит сухое «нет» уже не грозит.
- Да, у меня она тоже есть. – Пожимаю плечами так, словно бы в этом нет ничего необычного. Так, обычные будни к которым все привыкли. Я да, но вот остальные. – Живу себе спокойно, знаю, что в случае чего придут ребята и всё за меня порешают. – Придут ребята и я сам. Но зачем сейчас пугать девчонку тем фактом, что я сам себе крыша и могу лично разгонять всяких пидарасов битой, которые возомнили, что могут поиметь с меня деньги. – Это нормально. Всё равно, что платить деньги охранной организации. Думай об этом так. Минуту.
Блики цветомузыки пляшут по столику и рукам, когда я тянусь к бутылке шампанского, чтобы налить Симон ещё. Музыка обволакивает нас от макушки до пят, что стоит мне чуть отодвинуться от девушки, как я перестаю слышать то, что она говорит. Сейчас, когда дело дошло до делового разговора, который сулит неплохую прибыль в будущем, это раздражает. Кажутся навязчивыми и люди, которые снуют мимо. Даже официант, который вежливо забрал пустую бутылку из-под шампанского и пустой фужер неудавшейся подружки Симон. Слишком много ушей. Слишком много глаз и губ, которые уже завтра будут судачить о том, что Пласентино не гнушается ничем. Поэтому, когда блондинка залпом опрокидывает в себя бокал шампанского от волнения, я наклоняюсь к ней, чтобы шепнуть на ушко.
- Пойдём ко мне в кабинет. Обсудим там. Здесь слишком шумно и все смотрят на тебя, а не на меня.
Последние слова добавляю, чтобы Симон могла расслабиться и чуть улыбнуться. Она кивает и это даёт мне отмашку, чтобы встать с кожаного дивана и подать руку девушке, а после увести к себе в кабинет.
- Никого ко мне не впускай. Деловой разговор.
Напоследок успеваю сказать Марку, который стоял около кабинета, прежде, чем мы вошли внутрь. Мужчина лишь лукаво улыбнулся и отошёл чуть в сторону, продолжая следить за тем, что происходило на танцполе.
- Садись, где хочешь. – Зайдя в кабинет по ушам ударила тишина. Непривычно настолько, что начинает казаться, что чуть оглох. – У меня есть алкоголь получше, чем в баре. – Подойдя к бару в своём кабинете, я открыл деревянную дверцу и принялся искать глазами бутылку, которая посодействует хорошим переговорам. – Виски, вино или продолжишь с шампанским?

+1

8

Всё повторяется.
Стоит избавиться от одних обязательств, как непременно придется вляпаться в какие-то другие, ни чуть не легче и не привлекательней. Да, небольшой опыт в прошлом дает мне кое-какое представление о том, как ведутся дела в мафии. И вообще, мне можно бы радоваться - множество людей, открывая своё дело, вообще знать не знают, что существует какая-то там итальянская мафия и что с ней придется иметь дело, отсыпать проценты, вздрагивать каждый раз при личном общении, потому что есть четкое осознание - это опасные люди. Можно сказать, что мне повезло, потому что я имею хоть какое-то представление обо всем этом. Кто-то же падает в проблемы и дела с мафией вообще без предупреждения и знаний, просто сразу лицом вниз, больно стукнувшись носом и разбив лоб. Только от этого как-то не легче, мне бы хотелось прибывать в блаженном неведении подольше. А сейчас приходится признаться себе, что я не готова отказаться от идеи с собственным агентством, даже если придется с кем-то вот так сотрудничать - слишком далеко зашла, слишком сильное желание. Отступиться сейчас было бы глупо и безрассудно, особенно когда Адам говорит, что не просто думает, а  з н а е т, что мой проект станет успешным. И это подкупает. Подкупает, потому что мы сейчас находимся в его клубе, в его детище, дела которого идут замечательно, судя по всему.
- Охранная компания, - повторяю я за мужчиной, невесело ухмыляясь. Не то чтобы эта мысль казалась мне очень утешающей, но что-то в ней определенно было. Наверное, если зацепиться за неё сильней, то можно действительно в это поверить, просто принять как данность и сыграть по правилам, которые тебе предлагают. Других правил всё равно не предвидится. Так что лучше добровольно принять эти, чем потом разгребать последствия.
- Хорошо, постараюсь это воспринимать так, - неуверенно произношу я, принимая из рук Адама бокал с шампанским, который он только что наполнил искрящейся жидкостью с вьющимися в ней пузырьками. Не думая выпиваю весь бокал залпом, почти не чувствуя вкуса. Только неоновые всполохи скачут по красивому лицу мужчины, когда он наклоняется ко мне, чтобы сказать, что нам лучше поговорить в кабинете.
На секунду мне хочется покачать головой, отказаться и сказать, что говорить я буду только здесь, где есть люди. Но я давлю в себе этот порыв из прошлого, улыбаюсь Пласентино очаровательной улыбкой, в которой, впрочем, немного читается моя настороженность, и киваю головой. Я понимаю, что говорить здесь правда плохая идея по многим причинам - слишком громко, слишком шумно, слишком много лишних ушей и взглядов не смотря на то, что мы находимся в випе. Ни мне, ни Адаму не нужны сплетни. Впрочем, их может породить даже тот факт, что сейчас из ложи мы спустимся вместе. Будем надеяться, что никто из посетителей этого не заметит или не предаст этому значения.
- Тебе не нравится, когда на меня смотрят? - кокетливо подмигиваю и смеюсь, когда ты меняешь тему пока на более легкую и непринужденную, чтобы разрядить обстановку, дать нам передышку. И мне действительно это надо, хоть и мысли в голову лезут самые разные и не самые радостные. Убеждаю себя внутренне, что это ничего страшного, а я со всем обязательно справлюсь, даже если придется трудно и тяжело. В конце концов, всегда можно попросить Мишку продать таблеточки посильней, чтобы чувствовать себя лучше.
Мы спускаемся вниз, проходим мимо охранника, который улыбается мерзкой гаденькой улыбочкой, когда Адам говорит про деловой разговор. Улыбается так, как будто лучше всех на свете знает, что будет происходить за закрытыми дверьми в кабинете Адама Пласентино. Улыбается так, будто бы действительно считает, что девочки с хорошеньким личиком только и годятся, что сосать под столом, причмокивая. Мне хочется плюнуть ему в лицо, но я только лишь улыбаюсь и подмигиваю, как будто бы говоря "о да, у меня сегодня будет секс, а у тебя только работа".
- А если я хочу сесть на стол? - я смеюсь и мой смех так непривычно звучит в тишине кабинета, которую нарушают только наши голоса и шаги. Мне в какой-то момент кажется, что после этой фразы в воздухе между нами проскочил разряд. И от этого ощущения и его непривычности мурашки побежали по спине. Тряхнув головой, я попыталась избавиться от секундного наваждения, оторвав взгляд от Адама, чтобы пробежаться им по кабинету, рассматривая.
- Попрошу у тебя парочку советов, когда буду обставлять свой кабинет, - и я действительно подхожу к массивному столу, пробегаюсь пальчиками по его гладкой столешнице, чуть постукивая по ней черными ноготками. А потом (о боже, что я творю!?) действительно запрыгиваю на стол и оборачиваюсь на Адама, играя с ним взглядом.
Внутри меня что-то кричит о том, что это не профессионально, глупо и опасно. Но шампанское в сумме с нервами и игривым настроением дает о себе знать и я веду себя так, как веду. Ты же не выставишь меня за дверь, Адам? Не упустишь такой момент? Совсем недавно я бы сама попыталась сбежать отсюда, из подобной ситуации. Вела бы себя сдержанно, никогда бы не заигрывала, не позволила бы себе лишнего с мужчиной. Я и сейчас опасаюсь мужчин, не особенно рискую оставаться с ними наедине, осознавая их силу по сравнению со своей слабостью. Но невозможно бояться, что к тебе залезут в трусы, если ты сама готова их снять. Здесь, в кабинете, где освещение яркое, а всполохи неоновых огней больше не скачут по телам и лицам, Адам кажется мне еще более привлекательным, чем раньше. Его большие зеленые глаза кажутся мне удивительными. Настолько, что хочется рассмотреть их ближе, буквально заглянув в них на расстоянии нескольких сантиметров. Я представляю, как могла бы пробежаться пальцами по его щеке, очертить ногтем скулы и это... отзывается внутри меня маленьким вихрем эмоций.
Тео мной бы не гордился.
Но какая теперь разница?
- Виски. Но только если ты будешь пить со мной.

[AVA]https://i.imgur.com/LcHiA9K.gif[/AVA]

Отредактировано Denivel Simon (2020-01-07 02:38:55)

+1

9

- На стол? - Зачем-то переспрашиваю ещё раз, хотя прекрасно слышал слова Денивел. Кажется, у этого действа есть какое-то научное название. Умное такое название.  Впрочем, как и все термины в науке. Финч, мой охранник, точно мне говорил об этом, когда я в сотый раз переспрашивал его. То ли от невнимательности, то ли думал, что ответить и как. Этот мужик был удивительным человеком и сейчас, когда я копался в баре в поисках очередной бутылки и длинными пальцами ухватился за одну их них, чтобы наклонить её чуть назад, для того чтобы рассмотреть надпись на этикетке, самое время ухмыльнуться этому факту. Воспоминания удивительная вещь. С виду он обычный мужик за сорок, рослый, добротной щетиной на лице и холодными голубыми глазами, который не отличается особой манерой общения, да и шарма в нём кот наплакал. Такого увидишь поздно вечером и сделаешь всё, что обойти стороной этого верзилу. Кто знает, что у таких на уме. А некоторые даже думают о том, что интеллектом Финч наделён не больше чем обычный гопник, от того и молчит большую часть времени. Но это только кажется. Финч любил говорить по делу, короткими и ёмкими фразами, хотя при желании мог такую лекцию завернуть, что слушать можно долго и, развесив уши, удивляться тому, как умело он прячет в себе профессора. Вот и сейчас я с трудом вспоминал, как называется эта ситуация, даже завис на несколько секунд. Но тщетно. Слово мудрёное никак не вспоминалось. Был бы тут Финч! Он то бы точно с лёгкостью сказал, как это называется. Сам-то я помню только то, что мы намеренно тянем время и переспрашиваем, чтобы дать себе ещё немного времени на раздумья. Так о чём же я думал? Можно ли девушке сесть на стол, где лежали важные бумаги и чёрт знает ещё что. Или же я думал о том, что Симон может свалиться вниз, если не рассчитает свои силы и степень опьянения? Хер знает. Но дальше пола она точно не упадёт. Так что можно было особо не беспокоиться. Да и сядет ли. Скорее всего эти слова были подобны маленькому вызову или же способом заглушить нервное напряжение.
- можешь на стол. Только не ёбнись, прошу. Не хватало, чтобы я вёз тебя в скорую и объяснял врачам, что ты упала сама и я тебе не помог в этом.
Добавляю, когда в руках оказывается нужная бутылка с виски и чуть усмехаюсь. Осматриваю её нежным взглядом, словно бы это самая большая ценность в млей жизни на данный момент. Даже ласково провожу пальцами по холодному стеклу, вспоминая приятный вкус алкоголя. Он и впрямь был хорош и стоял в баре на случай важных переговоров. Неспешно обернувшись, застываю на месте впиваясь глазами в блондинку. Она и впрямь села на стол. Кажется, даже моя левая бровь подскочила вверх от удивления. Признаться, я думал, что она шутила. Думал. Видимо, мне ещё многое предстоит узнать об этой девчонке.
- Да. - Стою на месте и рассматриваю девушку, крепко сжимая бутылку в руке. - Обращайся. Если что-то надо... Совет, просьба. Кажется, визитка дизайнера где-то у меня в столе. Помогу, чем смогу. Тем более, если мы скоро станем партнёрами. То считай одна семья. А своих всегда выручают. Скоро втянешься в это сама.
С семьёй я, конечно, переборщил. Трудно быть с человеком в настолько доверительных отношениях, когда знаешь его не так долго. Да, мы были знакомы уже около... Твою мать, сколько же мы знакомы? Впрочем, сколько бы лет мы ни были знакомы, всё наше общение сводилось к стандартным фразам. Не больше. Сегодняшний день стал большим исключением из правил. Или новой главой? Не знаю. Поэтому говорить об настолько доверительных отношениях слишком рано. Сначала надо всё проверить. А Денивел? Пусть думает, что я пиздецки гостеприимный малый. Пыль в глаза я всегда умел и большинство покупались на мои широкие жесты и глаза, которые в мгновение становились добрыми, словно бы за ними никогда не было того дьявола, который прятался внутри и ждал своего часа.
- Дени, - протягиваю имя медленно, с лукавой улыбкой на лице, словно бы прочёл все потаённые желания девушки. Одно из них - быть на равных. - хочешь напоить меня?  - Неспешными шагами подхожу ближе к столу. Шаг за шагом. Размеренно. Глаза в глаза. Не стирая ухмылки с губ. - Признаться, я никогда не пью на работе. Надо быть всегда наготове. Хер знает какой пиздец может произойти. - Наклоняю голову чуть в бок и молчу, рассматривая лицо. Между нами повисает тишина, что можно услышать дыхание девушки. Нервное, чуть сбитое. Не буду лгать, это подкармливает моё самолюбие, что я неосознанно облизываю губы перед тем, как отвести взгляд. "Адам, ты никогда и ничего не делаешь просто так, даже если думаешь иначе. Сущий дьявол, который затаился и готовится к прыжку". В голове в мгновение вспыхивает ярким воспоминанием голос девчонки, которая когда-то была моим мимолётным увлечением. Она была не только с длинными ногами, но и смышлёной, что можно было бы прислушаться к её словам. Но разве я кого-то когда-либо слушал, кроме себя? Вряд ли. - Но для тебя могу сделать исключение. Это же деловая встреча. Так что можно выпить. Немного.
Поставив на столе два бокала, наливаю виски поровну. Сейчас мы на равных. Деловой разговор.
- Так что там за идея? Поделись со мной.
Давай, выложи мне всё, что у тебя в голове. Бояться уже поздно. Чтобы совсем стереть между нами границу сажусь в кресло напротив моего стола. Словно бы это я сейчас на приёме у деловой женщины, которая решает работать со мною или нет. Это даже забавно. На несколько минут расслабиться, сделать глоток прекрасного виски и откинуться на спинку кожаного кресла. Прикрыть на мгновение глаза, чтобы привести мысли в порядок и сосредоточиться.
- давай ты расскажешь мне, чего бы тебе хотелось и на что ты готова пойти. А после, я уже расскажу тебе, как это можно улучшить и заработать больше денег. Не бесплатно. Ты ведь уже большая девочка и понимаешь это. Не думаю, что в таких делах нужно аккуратничать.

+1

10

Ощущение такое, что замершее и недавно умершее сердце вдруг снова забилось в груди, словно бы встрепенулось, ожило. И я теперь взираю на мир немного удивленно, слегка недоумевая, как будто только что очнулась от очень долгого сна, и сон мой был прекрасен, но имел так мало общего с настоящей жизнью. А теперь я по-настоящему дышу. Вдыхаю сквозящую и искрящую в воздухе заинтересованность, легкую нервозность.
Да, тема, которая заставила нас спустится из ложи сюда, в кабинет Пласентино, всё ещё кажется немного нервирующей, словно бы щекочет горло изнутри, вставая поперек – не очень хочется снова падать в дела с мафией с одной стороны. С другой же стороны – это может стать большим плюсом и подспорьем. Иногда очень важно знать, что нет необходимости бежать и стучаться во все закрытые двери, надеясь на помощь, а достаточно прийти туда, где о тебе помнят, и просто сказать, что нужна помощь. И, пожалуй, ни что в этом мире не могло дать более прочных гарантий о помощи, чем такая вот связь с мафией – парадокс.
- Партнёрами? – переспрашиваю я, хотя прекрасно всё слышала и даже поняла. Слова, которые до этого озвучены не были, прозвучали сейчас в одном вот этом «если мы скоро станем партнёрами». Я достаточно сообразительна для того, чтобы сложить дважды два, прикинуть варианты в голове и понять суть происходящего хотя бы отчасти. И судя по тому, что я понимаю – Адаму не нужна крыша в мафии, потому что Адам и есть мафия. Но отчего-то осознание не поражает меня, не прибивает к столу неожиданностью. Я даже почти не удивлена, а поэтому отвечаю на ухмылку мужчины точно такой же ухмылкой, словно бы отзеркалила её.
Надо бы испугаться? Испытать благоговейный трепет? Но я тут же вспоминаю своего бывшего мужа и понимаю, что по факту солдаты мафии те же люди, что и мы. Просто имеют немного больше власти и хорошую поддержку за плечами. Я бы хотела относиться к этому иначе. Хотела бы брезгливо поморщиться, фыркнуть, спрыгнуть со стола и уйти обратно в мир, в котором нет никакой мафии, связей с ней и «крыши». Я бы хотела звонко рассмеяться, сверкнуть глазами и заявить «да всё ты врёшь, просто хочешь поиметь с меня денег», но я знаю – мафия реальна порой гораздо больше, чем закон и правосудие. Впрочем, это совсем не отменяет того, что деньги с меня поиметь захотят.
- Конечно, хочу. Неловко, если вдруг опьянею здесь только я, – я хмурюсь не то серьезно, не то заигрывая, когда слышу от Адама, что он не пьет на работе. На самом деле я отлично понимаю, почему мужчина придерживается такой позиции, и считаю её абсолютно адекватной. Но не сейчас. Сейчас я хочу видеть перед собой хоть что-то от живого, настоящего человека, который может позволить себе маленькую, такую человеческую слабость.  Ну и, в конце концов, мне просто хочется одержать победу в этом мелком и ничего не значащем бою.   
Закинув ногу на ногу, наблюдаю за тем, как Адам разливает виски по низким стаканам из толстого стекла – красивые и лаконичные, как всё в этом кабинете, они удобно ложатся в руку. Я благодарю мужчину кивком головы, когда этот самый стакан оказывается зажат между моих тонких пальцев. Смотрю играючи из-под густых черных ресниц, не отвожу взгляда. И с удивлением обнаруживаю, что это не так уж сложно. Не так уж сложно выдержать прямой взгляд едва знакомого мужчины, когда ты сидишь на столе у него в кабинете, уверенная в своей неотразимости.
- Мне кажется, именно в таких делах и нужно быть аккуратной, – возражаю я, не сводя взгляда с Адама, когда он отпивает из бокала виски, откидываясь на кресло. Сейчас я могу смотреть на него сверху вниз и это интересный опыт, когда кто-то выше тебя на целых тридцать сантиметров.
- Так вот, модельное агентство, – задумчиво протягиваю я, а затем синхронно с Пласентино делаю глоток из стакана. Алкоголь прокатывается по горлу вниз, падает в желудок, обжигает его, но я даже не морщусь. Хочется курить, и я ищу взглядом пепельницу, чтобы узнать ответ на свой вопрос.
- Жила была на свете Денивел Симон, упивалась своей популярностью и много работала, чтобы её имя не было пустым звуком. И вот однажды одна добрая фея подсказала Дени, что можно пустить свою энергию, деньги и заслуженную популярность для того, чтобы увлечь себя, приумножить состояние, да и просто отвести душу на любимом деле, – взгляд таки натыкается на пепельницу на другом конце стола, но она слишком далеко, чтобы за ней тянуться. Тем не менее, достаю из кармана пачку сигарет и закуриваю. Облачко привычного вишневого дыма повисает между мной и Адамом, - Как-то так я решила, что мне по силам и, самое главное, по средствам открыть своё модельное агентство, – затянувшись еще раз, я делаю самое невинное выражение лица на этом свете и прошу, - Не подашь мне, пожалуйста, пепельницу? У тебя тут так чисто, что не хотелось бы портить обстановку.
Пепельница опускается рядом со мной на стол, я стряхиваю в нее пепел, делаю еще глоток виски, наслаждаясь вкусом и чувствуя, как алкоголь ударил в голову. Мысленно говорю себе, что надо пить помедленней.
- Мне бы хотелось… Заполучить тебя в качестве модели, например? – я улыбаюсь так, что совершенно непонятно я флиртую, заигрываю или говорю серьезно, - ты высокий, интересный. У тебя потрясающие внешние данные, черт возьми, - пожимаю плечиками, - Ну знаешь, за тебя трудно не зацепиться. Не понимаю, как я не видела этого раньше? Может быть, у тебя и тело как у самого сексуального дьявола на свете? Покажешь? Вообще-то я по девочкам, но ты… произведение искусства, кажется, – затягиваюсь еще раз, при этом как-то действительно успокаиваюсь, и сердце бьется в груди уже не так быстро, а скорее размеренно. Словно мне хватило времени, чтобы принять происходящее как неизбежность, найти в нём для себя плюсы. - Ты мог бы сделать блестящую карьеру, Адам. – это я произношу вполне искренне и правда так думаю, хоть и прекрасно знаю – такого не случится.
- А если серьезно, то до этого вечера я собиралась работать… честно. Все эти типичные съемки, контракты и прочая модельная мишура, – тушу окурок  в пепельнице, буквально впечатав его в прозрачное стекло. Отпечаток губной помады на нем явно прошепчет следующему вошедшему в кабинет, что тут была женщина.
- Но мне кажется или… у тебя есть другое предложение? – покачав в воздухе ногой, я осторожно, как бы невзначай, касаюсь носочком туфли колена Адама, привлекая к себе еще больше внимания.

[AVA]https://i.imgur.com/LcHiA9K.gif[/AVA]

Отредактировано Denivel Simon (2020-01-07 02:38:27)

+1

11

Ой. Кажется, я проболтался. Совсем немного, когда обмолвился в том, что партнёрами Денивел будет со мной, а не с каким-нибудь Хулио, которого никогда не увидит, а будет лишь знать о его существовании и отстёгивать ему деньги. А что, был бы неплохой такой вариант, выставить себя случайным подельником и просто парнем, который просто передаёт информацию от своего хозяина. В следующий раз непременно проверну этот фокус, чтобы содрать с клиента побольше денег: за крышу, за мои старания и за страховку. Проверить мою работу будет невозможно, а я останусь при деньгах. Майку в конечном итоге будет всё равно каким образом я зарабатываю деньги, главное заношу свою долю вовремя. Так что мои руки развязаны. Неплохо, правда ли? Да. Но правда была в том, что сейчас перед Симон мне не хотелось разыгрывать спектакль одного актёра, где мне была уготована роль простого дельца, которого прижала жизнь, да так, что сам сидел на процентах и молился за пидоров всего мира, деньги мне приносящих. Нет. Здесь, в этом кабинете, с этой девушкой мне хотелось козырнуть своим положением. Обозначить перед блондинкой с кем она имеет дело. Сначала кротко, как бы невзначай намекнуть, чтобы постепенно готовить блондинку к новости о том, что сейчас она разговаривает не просто с дельцом, а с солдатом мафии. Я бы даже сказал потомственным, но больно это дёшево звучит, словно я какая-то шавка, которую готовят для спаривания.
- Неловко? – Мне трудно сдержать улыбку на лице. Да что там – я даже не пытаюсь её сдержать. Да и зачем, если эта ситуация забавляет меня донельзя. Сейчас мне интересно, чем закончится этот разговор без всякого вранья. – Странно от тебя такое слышать. – Да, я начинаю покрывать хрупкие белоснежные плечи лестью, но разве не так ведутся деловые разговоры, особенно, если в них участвует женщина и не важно с какой она стороны. - Ты модель, на обнажённые фотографии, которой ежедневно смотрят тысячи мужчин. – Да, быть рядом наедине с малознакомым мужчиной совсем другое нежели сниматься обнажённой рядом с толпой людей которых ты знаешь так или иначе. А вот второй момент был мне интересен – думала ли Симон о том, что её фото ежедневно рассматривают тысячи мужчин и ещё примерно столько же мальчишек, если не больше, на них дрочат. Или с такой работой проще абстрагироваться от таких мыслей? Спится спокойнее. По крайней мере я так думаю. А как там на самом деле остаётся только догадываться.
А дальше… дальше начался рассказ о том, как Денивел пришла к такому решению. Её глаза загорелись. Сразу видно, что идея бизнеса, хоть и была рождена с пинка другого человека, но была интересна самой модели.
- И кто же эта фея? Интересно узнать, кто тебя надоумил и кого в конечном итоге нужно благодарить. – Интересно. Более чем. Ведь сегодня эта фея подаёт идеи, а завтра может захотеть в долю. Так что мне хотелось бы знать заранее, кто там прячется за хрупкой спиной Симон. 
Когда девушка просит пепельницу, мои глаза закатываются под потолок. Мне не хотелось вставать ни сейчас, ни чуть позже из-за таких мелочей. Кажется, я наврал самому себе, когда назвал нас обоих равными. Нет. Я не могу назвать кого-то главнее себя и сейчас эта просьбы выбивает меня чуть ли не из приятного транса, когда ты наслаждаешься собственным величием в минуты, когда к тебе приходят за помощью. Но я же обещал быть гостеприимным и играть роль хорошего, насколько это возможно, мужчины, поэтому встаю с кресла, пусть и нехотя. Растягиваюсь в ленивых шагах до стола и допиваю одним глотком виски. Мне не привыкать пить его так много, а растягивать алкоголь уже не хотелось.
Металлическая пепельница ударяется о столешницу с характерным звуком. Чуть чертыхаюсь про себя, что раздражение надо скрывать более старательно. Всё же не попросила она меня сгонять до ближайшего магазина. Давай, Адам, ты умеешь быть искусным актёром. Так играй свою роль отлично, пока эта пташка не упорхнула далеко-далеко.
- Меня? – Удивление было сложно скрыть. Так открыто меня не клеили очень давно. И уж тем более так нагло не говорили о том, что хотят заполучить меня. И не важно кем. Я так привык к робким взглядам, полушёпоту, полутонам и двусмысленным жестам, что сейчас смотрел широко открытыми глазами на модель, облокотившись на деревянный письменный стол и думал, что ответить на это заявление – я модель. Охуеть можно.
- Симон. Ты ли это? – Удивление сменяется неподдельным восхищением, которое читается во взгляде. – Кто ты и куда дела ту самую робкую девчонку, которая год назад была готова провалиться сквозь землю лишь бы не обидеть меня, когда не могла на мой флирт ответить ничем, кроме как застенчивым «хорошего дня». Можно узнать, что с тобой произошло? А то, быть может, мне предстоит работать с настоящей фурией, а я и не в курсе. – Усмехаюсь на слова Денивел о том, что я мог бы стать моделью. Хочется посмеяться в голос. Представить только картину, когда ребята из семьи увидят моё фото на одном из разворотов журнала в нижнем белье. В красках могу представить, как их глаза с каждой секундой будут становиться всё больше. Челюсти так и отвиснут к земле от увиденного. Немой ужас, а потом дружный дикий ржач, когда пелена удивления спадёт с их глаз и они увидят на моём лице губы уточкой. Нет. По телу проходит мелкая дрожь и я ёжусь от представленной картины. Только этого мне не хватало, предстать перед своими ребятами и семьёй с голой жопой. Мне есть что показать, но авторитет мне явно дороже. Хватит с меня пидорских шуточек. После таких фото я точно не смогу оправдаться.
- Ты всегда можешь сама убедиться в том всё ли хорошо у меня под рубашкой. Стоит только протянуть тонкие пальчики чуть вперёд. – Ох и проститутка же ты Адам! Готов заигрывать с кем угодно. А если это мало-мальски симпатичная женщина, то и трахнуть её не откажешься. Хотя… почему я должен отказываться от удовольствия? – Но это всё надоедает. – Словно бы продолжаю слова Симон о съёмках и сам сажусь на край стола. Почти вплотную, ловя сигнал игры от тонкого носа туфли. – Уже нет такого удовольствия от съёмок. Каждодневная суета утомляет, а эту суки, - с каждым словом всё ближе наклоняюсь к лицу девушки, не отрывая взгляда от зелёных глаз. Мы словно две ведьмы, которые соревнуются в том, кто одержит победу в этом гипнозе зелёных глаз. – они так и плетут интриги за твоей спиной. Да и не по статусу уже таскаться из города в город. Из кастинга на кастинг.
Мой голос звучит почти убаюкивающее, стелется между нами. Наши губы так близко. На ши взгляды уже растворяются друг в друге, а дыхание касается кожи. Ещё немного и хрупкая пелена падёт от напряжения, до которого можно дотронуться.
- Я всё понимаю.
Мой голос разрезает напряжение между нами. Звонко. Чётко. Она вздрагивает от неожиданности. Я улыбаюсь Денивел и нагло провожу подушечкой большого пальца по пухлым губам и встаю со своего места. Налив в бокалы виски снова ухожу в кресло напротив. Глоток, прежде чем… она меня убьёт? Придушит? Возненавидит? Пусть лучше сразу знает с кем имеет дело, чтобы не было потом неприятных сюрпризов. Или глоток перед тем, как вставить своё предложение в радужные планы Симон?
- Это всё прекрасно. Собственное дело. Знаменитое имя хорошее подспорье. Твои подружки, у которых не так много денег, чтобы открыть что-то подобное, сразу побегут к тебе, надеясь на то, что у тебя-то смогут заработать. И когда-нибудь оно так и будет. Когда-нибудь. Через год или два. Может быть Три. Сама знаешь, как сейчас много модельных агентств. Но твой бизнес можно усовершенствовать парочкой деталей. Шлюхами. Ой, - наигранно прикладываю пальцы к губам, словно взболтнул что-то лишнее, - точнее моделями, которые и так спят за деньги с теми, кто снимает их. Готов поспорить, что тебе тоже предлагали что-то подобное. – Облизываю губы. Даже нет. Кусаю их в нетерпении спросить, - соглашалась? – Да, я сука, и этой суке интересно за сколько можно купить Денивел Симон. А кому не интересно? – Так или иначе почти всех моделей можно купить. Так почему бы не находить им клиентов, попутно не отправляя на настоящие кастинги. С инста моделями дела обстоят точно так же. Я буду прикрывать твою белоснежную задницу, находить девочек, а ты мне приплачивать за то, какой я охуенный, умный и красивый.
Залпом допиваю виски, не сводя взгляда с девушки.
- Налей мне ещё. – протягиваю бокал в сторону Денивел, ну же, детка, не отказывай мне. Я уже всё решил.

Отредактировано Adam Placentino (2019-12-24 00:35:41)

+1

12

В большинстве своём люди действительно удивляются, когда я говорю, что мне может быть неловко. Поразительно, но, не смотря на то, что я снимаюсь и в белье, и даже без него, мне всё ещё не чуждо это чувство. Часто. Правда в основном это либо ситуации никак не связанные с тем, что надо раздеться, либо что-то очень личное, интимное, когда неловким может быть даже любой взгляд, что уж говорить про большее.  Но я не дергаюсь и не волнуюсь, когда Адам говорит, что ежедневно на меня смотрят тысячи мужчин. Да, я знаю. И знаю, что хороша. Знаю, что мои фотографии стоят не только на заставках чьих-то телефонов и планшетов, у кого-то дома висят мои фотографии на стенах, потому что когда моя покойная жена была еще жива, их можно было купить на выставке за какие-то совершенно блядски невозможные деньги, как и другие её работы. Знаю ли я о том, что далеко не все смотрят на мои снимки как на кусочек искусства? Да, естественно. Более того, далеко не каждый мой снимок таковым и является, в основном это все-таки чисто коммерческие съемки. Тем не менее, что бы я не знала, я стараюсь не вникать глубоко в суть того, что происходит с моими снимками после того, как они попадают в сеть и чьи-то руки. Если думать об этом постоянно, можно легко поехать крышей.
- Моя хорошая подруга, – коротко отзываюсь, впрочем, не собираясь называть имени. Да и что Адаму может сказать имя Миши? Информацию о ней в гугле не найдешь, поэтому будет достаточно абстрактного ответа, - Вероятно, могу познакомить вас при случае. На официальном открытии, скажем?
Адаму не нравится, что я потревожила его своей просьбой о пепельнице. Адаму не нравится, что ради меня приходится приподнять свою задницу со стула, но он совершает над собой некоторое усилие и… мне это льстит, потому что сделка нужна нам обоим. В конце концов, у меня всегда есть вариант выбрать другую крышу из той же мафии, так уж сложилась судьба. Не думаю, что если я приду просить помощи к Тео, то он откажет своей бывшей и горячо любимой жене. Смысл в том, что я не очень хочу просить у него помощи. Но тут еще такая вот загвоздка… Адам-то не в курсе, что мне есть к кому идти, если вдруг он начнет мне угрожать или попытается слишком сильно обдурить. А в том, что Пласентино попытается хоть как-то нажиться на мне, у меня нет никакого сомнения. Правда пока это всё ещё может быть выгодным союзом для нас обоих.
Мужчина облокачивается на стол так близко ко мне, что в какой-то момент по моей спине бегут мурашки от этой неожиданно близости. Я оказалась не готова, не смотря на то, что в какой-то мере сама затеяла эту игру, в которой мы словно бы скользим по лезвию ножа, рискуя сорваться куда-то вниз. Сорвёмся ли?
Дыхание на секунду перехватывает, когда я ловлю на себе не возмущенный, а удивленный и, может быть даже, восхищенный взгляд зеленых глаз – ему нравится, что я играю. Ему нравится, как я это делаю. И я собираюсь делать это и дальше, потому что мне тоже нравится. Нравится, как немного нервозное возбуждение разливается по телу сладкой волной, но я не тороплюсь показывать это откровенно, словно бы хочу убедиться, что мне действительно стоит продолжать вести себя так с Адамом. Я оцениваю его ни капли не меньше, чем он сейчас оценивает меня. Мы словно видим друг друга в первый раз здесь, в тишине его стильно обставленного кабинета.
- Ну, у меня есть подозрение, что та самая Симон умерла приблизительно пару месяцев назад, не пережив развод, – в моих словах только доля правды (но даже не смотря на это, мои слова все еще очень откровенные для почти постороннего человека), потому что та самая я, безусловно, всё ещё существует, но существует исключительно для близких и горячо любимых мной людей, которым удалось коснуться не просто моего тела – души. А для всех остальных испуганная девочка с зелеными глазами умерла в муках бракоразводного процесса, оставив на своем месте ту, что сможет бороться за жизнь с отчаянием и остервенением, делая вид, что ей больше не больно.
- Так что тебе досталось работать с ведьмой, – сверкнув глазами и снова улыбнувшись, отвечаю я.
- О, то есть ты никогда не сопротивляешься, если тебя раздевает женщина? – приподымаю бровь, когда задаю этот вопрос. Закусываю губу, словно бы действительно о чем-то задумалась, - Или это обязательно должна быть красивая женщина?
Слушаю Адама внимательно, иногда кивая головой, пока он рассказывает мне едва ли не о том, как понимает меня и трудности моей работы, с которыми мне приходится сталкиваться из раза в раз, изо дня в день. Не показываю никакого удивления, когда Пласентино садится ко мне так близко, что я чувствую тепло его тела.  Мы смотрим друг на друга и я не отстраняюсь, когда он с каждым словом наклоняется ко мне всё ближе и ближе. Настолько близко, что в какой-то момент я чувствую его дыхание на своих губах и на секунду забываю как дышать, парализованная этим откровением.
Хочет ли Адам меня поцеловать? Трудно ли было сдержаться?
Вопросы риторические, я не узнаю на них ответа. Но я чувствую этот ответ – и он положительный.
Но фраза «я всё понимаю» звучит так резко, так неожиданно, что абсолютно рушит ту магию и химию, которая сама собой вспыхнула между и горела еще пару мгновений назад. Теперь же я, вздрогнув, словно возвращаюсь в реальность из мира, где центром вселенной были зеленые глаза Адама. Но сложно вернуться окончательно, когда большой палец его руки так пошло скользит по моим пухлым губам. И мне хочется попросить его повторить, потому что я не успела среагировать должным образом и провести по его пальцу языком, чтобы удивить его ещё больше, чем уже сделала это.
- Ты самую малость меня недооценил. Я не прохожу кастинги уже давно. Меня либо зовут, либо нет, – сама не знаю, зачем я об этом говорю. Похвастаться? Заполнить своим голосом неожиданно образовавшуюся пустоту? Не знаю. Только чувствую, что сердце гулко колотится в груди от того, насколько близко мужчина был совсем недавно.
- Секс со мной нельзя купить, милый, – отвечаю я почти распевно, покачивая ногой в воздухе и поправляя прядь белоснежных волос, что непослушным локоном  упала на лицо, - но поверь, предложения были, -  и именно поэтому слова Пласентино не становятся для меня чем-то шокирующим или невероятным. Да даже если совершенно не касаться дел мафии и не иметь с ней ничего общего, каждую хорошую модель всё равно пытаются купить. На вечер. На ночь. На всю жизнь? А еще иногда пытаются просто силой взять, если на предложение о покупке нет денег. И вот этого в моей жизни было столько, что меня откровенно подташнивает. Я даже в какой-то момент не могу сдержать своих чувств и нервно передергиваю плечами – Адаму таки удалось задеть меня, хоть и по касательной. Я смотрю на него прямо и даже с каким-то вызовом, в моем взгляде так и читается «вот же ты сука», но губы снова дрогнули и расплылись в улыбке, когда я, не говоря ни слова, соскользнула со стола, чтобы подойти к мужчине и забрать у него бокал. На самом деле в груди довольно часто бьется сердце, а пальцы слегка подрагивают. И я не могу понять происходит ли это потому, что я всё еще чувствую на губах прикосновение пальца Адама, или потому, что он делает мне такое предложение, от которого сложно отказаться. И одна часть меня, безусловно, кричит мол не лезь в эту грязь. А другая часть говорит, что многие девушки продадутся без моей помощи, если не помочь им сделать это собственными руками, получив попутно кое-какой заработок.
С характерным звуком виски ударяется о дно стакана, когда я разливаю для нас алкоголь. Возвращаюсь к Адаму и не секунды не колеблясь, сажусь к нему на колени, благо его поза позволяет мне это сделать. Передаю стакан в его руку и на контрасте замечаю, какая же большая его ладонь по сравнению с моей.
Милый, легко ли тебе говорить о делах, когда хорошенькая девушка сидит у тебя на коленях? Или ты привык решать дела даже тогда, когда твой член у девушки во рту?
- Предложение, безусловно, заманчивое, – я подымаю свой стакан, салютуя, перед тем как сделать глоток действительно хорошего виски. Тут стоит отметить, что Адам не пожалел для меня хорошего алкоголя.
- И всё как всегда упирается в вопрос цены, – я театрально вздыхаю, обвивая одной рукой шею Адама, придвигаюсь к нему ближе и заглядываю в глаза, - сколько? – и в моем взгляде кроме желания, чтобы ты, наконец, прижался своими губами к моим, можно прочитать «лучше не стоит меня наёбывать».

[AVA]https://i.imgur.com/LcHiA9K.gif[/AVA]

Отредактировано Denivel Simon (2020-01-07 02:38:13)

+1

13

Слова о разводе пролетают мимо меня. Быть может, даже сквозь. Любой нормальный человек непременно бы заострил на этих словах своё внимание. Сочувственно наклонил бы голову в бок так, словно бы ему до этого есть какое-то дело и, конечно же, сказал что-то из разряда «бедняжка» или, быть может «держись, все через это проходят, ты сильная и справишься, я рядом». Но ключевое слово тут «нормальные». Я явно не подходил под этот критерий ни одним своим существом. Вообще. Никак. Ни разу. Поэтому не обратил никакого внимания на эти слова, будто бы их и не было вовсе. Будто бы Симон просто промолчала в тот самый момент. Мне нет дела до чужих страданий, любовных утех и проблем. Пока всё это дерьмо не коснётся меня самого. И пока оно не касалось. Поэтому не было никакого смысла сейчас об этом говорить, мусолить эту склизкую тему, пропитанную слезами и розовыми соплями о потерянном счастливом будущем, если я не хотел слить эту игру между нами, а я не хотел. Впрочем, кто-нибудь другой утешит эту девчонку завтра или, быть может, через неделю. А мне нужны от неё только деньги, которые маячили предо мной в светлом будущем. В моём будущем. Может быть, что-то ещё может мне перепасть от этой модели уже сейчас в этом кабинете пропитанном табаком и крепким алкоголем. Но этого стоит подождать. Не сдрейфит ли? Или это только лишь игра, которая направлена меня поразить. Я впечатлён, а что дальше? Есть ли за этими томными взглядами и неприлично узким платьем действия? Посмотрим.
- Ведьма. – Цокаю, мечтательно смотря в потолок, а после моего лица касается улыбка, когда я снова перевожу свой взгляд на Симон. – Ведьмы мой профиль. Знаешь, феи всегда были мне не по вкусу. – Облизываю губы, словно бы проверяя на сколько может хватить блондинку в этой игре. Даже не знаю, что сейчас для меня интереснее: сделка, которая сулит мне неплохой заработок, или же сама девушка, которая решила, что может поиграть во взрослые игры. Во всяком случае, происходящее тешило моё самолюбие. – Раздеть может каждая, я не жадный. Пусть хоть посмотрят на красивого мужика, пусть даже из далека. А вот потрогать и насладиться мной… это уже удел избранных. Сама понимаешь, разбазариваться на всех не могу. Время – деньги.
Да я самовлюблённый индюк, павлин и кто там ещё бывает. Но не зря же говорят, что если ты сам себя не полюбишь, то никто тебя не полюбит. Я верил этой фразе на все сто процентов и проверил на себе лично. Каким бы мудилой я не был, а людей, которые любили меня, не смотря, ни на что и благоговейно смотрели мне в рот было предостаточно. Так стоит ли быть честным человеком, об которого непременно вытрут ноги, если можно быть вот таким, как я и наслаждаться жизнью? Первый вариант был явно не для меня. Но главным сейчас было то, что этой самой особенной дамой запросто в данный момент могла стать Денивел, стоило лишь ещё немного выпить и набраться храбрости. Заинтригован. Продолжай.
- Самореклама? Мне нравится. – Говорю без капли лести, ведь мне в самом деле импонировали люди, которые могут себя оценить по достоинству, даже чуть приукрасить реалии и красочно расписать собеседнику. Было в этом что-то такое… родное. – Даже так. Значит ты у нас самодостаточная дама, которую жаждет заполучить в свои руки любой журнал? Тогда, девушек, которые завидует тебе и ждут твоего провала в разы больше, чем я полагал. А это значит, что тебе в самом деле необходимо создать то, за что можно зацепиться в этой жизни помимо милой мордашки. – Вскидываю левую бровь вверх и делаю вид задумчивого дельца. В самом деле я мало что понимал в этом бизнесе кроме того, что на обложках журнала должна быть непременно тощая девушка, которую могли отретушировать до неузнаваемости. И только. Не понимал, но говорить об этом Симон явно не собирался. Зачем ей знать, что в этом деле я мало что понимаю. Выглядеть глупым – что может быть хуже? Но упустить возможность лишний раз надавать на больное я не мог. Можно быть полным профаном в том, чем занимается Симон, но, чтобы понимать, что её поражения ждут сотни девиц, не нужно быть экспертом. Так было везде и всегда. Даже моих провалов ждут люди, которые жаждут занять мою нишу. Только вот они помрут от старости быстрее, чем это произойдёт. Или, о ужас, я им помогу. Поэтому я елейным голосом говорю девушке, что я ей нужен. Я гарант её успеха и спокойных нервных клеток. Сказал сейчас и непременно скажу об этом ещё не единожды. – Так почему же не соглашалась? – Мой интерес не унимается и одного такого простого ответа, как «были» на мой вопрос было мало. Чертовски мало. Так мало, что я готов засыпать девушку ещё десятком таких вопросов, чтобы докопаться до самой сути. Пусть я надавлю на больную мозоль, пусть пробуду её демонов, но я докопаюсь до сути. Адам Пласентино я или кто? – Готов поспорить, что помимо мужчин, - поднимаю руки чуть вверх, давая понять, что знаю о пристрастиях Денивел в постели, не беря в расчёт небольшое недоразумение, именуемое браком, - предложение были и от женщин тоже. У нас много влиятельных дам, у которых много денег, но они держат свои предпочтения подальше от публики. Так почему бы было не совместить приятное с полезным. С деньгами, например. – Ооо, на моём лице сейчас красовалась дьявольская ухмылка и мне бы стереть её с лица, но так сладко видеть в глазах девушки, что я задел за живое. Ох уж это пьянящее чувство чужой боли. – Никто бы тебя в этом не обвинил. Даже больше – могла бы подзаработать на шантаже. Пара фотографий и вот тебе отчисляют проценты за молчание.
Добавляю в тот самый момент, когда Симон подходит ко мне. Кошачья походка, игривый взгляд и я позволяю себе изобразить вид тонущего в омуте зелёных глаз мужика. Такие же правила игры?
И Симон нагло, бесцеремонно садиться ко мне на колени. Но я лишь улыбаюсь и молча беру бокал в свою ладонь, наблюдая за тем, как девушка делает глоток. Улыбка.
- Ещё бы оно было не заманчивым? Адам Пласентино других не делает. – Лукаво улыбаюсь всё так же, наблюдая за Симон. Напряжение уже сквозит между нами. Она в моих руках, послушно льнёт к моему телу, совершенно не обращая внимания на то, что моя вторая ладонь легла на её бедро. – Слышала такую фразу – деньги правят миром? – Облизываю губы, когда расстояние между нами сокращается до неприлично небольшим. – И тут всё так же. Поэтому для тебя не будет удивлением, что я попрошу за свои услуги сорок процентов.
Моя ладонь поглаживает бедро Симон и я делаю глоток, выжидая реакции девушки. Согласится ли она на такие условия? Или будет требовать скидку? Именно сейчас решается судьба нашей совместной работы и того, какой она будет.
- Но ты всегда можешь постараться, приложить небольшие усилия, чтобы выбить себе небольшую скидку за мои услуги.
Мне остаётся только дождаться реакции Денивел на мои слова, неотрывно смотреть на то, как зелёные глаза буквально пилят меня. Что ж Симон, мне остаётся только догадываться о том скольких мудаков на своём пути тебе удалось повстречать. Но вот сравняться ли они со мной – большой вопрос. Но что-то подсказывает мне, что нет. Думай, куколка, думай.
Прости Симон, но ты попала в руки бандита.

+1

14

Адам старается задеть меня, зацепить за живое. Я вижу это по его зеленым блядским глазам, по его ухмылке, что трогает губы, когда он заканчивает свою речь о том, что я могла бы воспользоваться кем-то из женщин, выехать за счет их средств и денег, за счет того, что они могли бы мне дать. И я не знаю, что я чувствую в этот момент, когда в устах Адама неожиданно словно оживают все те журнальные заголовки, которые пытались ранить меня, вскрыть мне вены без помощи лезвия, одними только словами и их смыслом. Да, уже не болит как раньше. Да, больше не так возмущает, что кто-то считает меня продажной шлюхой. Я смотрю в его глаза. Смотрю и думаю о том, что ему едва ли известно о моем прошлом. Скорее всего, Адам бьет наугад. Ждет ли, что я оскорблюсь, взвинченно сорвусь из его кабинета, метну в него молнию одним только взглядом? Или ожидает, что я останусь на месте, попытаюсь утопить в себе ущемленное самолюбие и гордость? Только правда в том, что слова Адама хоть и напоминают мне о том, кем считают меня многие другие, но я их уже пережила.
- Шантаж это не моё, к счастью или сожалению, - как бы я себя не вела, кем бы не была, но есть вещи, к которым я прибегать не планирую и не буду, в попытке ли сохранить в себе что-то светлое или просто от знания, что существуют другие варианты, - И ты, верно, не читаешь СМИ, если считаешь, что никто бы меня не обвинил в попытке выехать за счет другой женщины. - я пожимаю плечиками, ухмыляюсь в ответ, просто потому, что теперь могу себе позволить это сделать. Теперь не так болит. Теперь нет необходимости прятать глаза, ведь на них не набегает слезы при мысли, что мой первый брак так изваляли в грязи, что отмыться почти невозможно.
- Меня обвиняли в этом сотни раз. Обо мне говорят до сих пор, что я просто выехала за чужой счет. Кто-то даже считает, что я убила свою первую жену сама, чтобы получить наследство. Такие дела, Адам, - едва ли ты знал или интересовался тем, что было в моей жизни раньше, потому что я всегда была для тебя исключительно богатой клиенткой, которая толком не дает к себе подступится, но зато может сделать очень выгодную рекламу. Если бы ты пытался узнать подноготную каждой хорошенькой девочки, то в твоей голове была бы мусорка. Но сейчас, когда ты предлагаешь мне работать вместе, вместе толкать какие-то дела, информация обо мне больше не должна казаться тебе лишней или незначительной. Да, мне бы не сообщать тебе ничего личного, потому что всё личное - опасная возможность задеть или поймать на крючок, с которого потом можно не слезть. Но это бесполезно просто потому, что если ты наберешь моё имя в гугле, то узнаешь очень много всего. Загвоздка только в том, что не всё написанное будет правдой. Но и не всё - ложью.
- Но даже если я засветилась только потому, что вовремя вскружила голову знаменитому фотографу, можно ли меня в этом винить? Отменяет ли это мой талант? Почему на моем месте ни кто-то другой, если это могла быть любая? Подобного рода сплетни исключительно зависть, сдается мне, - ты ведь тоже так думаешь? И уж точно не станешь винить меня за то, что я получила наследство покойной жены? И за то, что воспользовалась шансом стать знаменитой и сделать имя, когда этот шанс у меня был. Ты и сам, вроде бы, построил свою империю гей клубов не с нуля, если мне не изменяет память. Умаляет ли это твои достижения? Не думаю. Просто был шанс, который ты не упустил. Вот и я не упустила. Пожалуй, была бы дурой, если бы поступила иначе. К тому же я считаю, что сполна заплатила за всё, что имею.
Я искристо смеюсь, удобней располагаясь на коленях Адама, когда он говорит, что для меня не станет удивлением то, что он просит сорок процентов. Сорок процентов. Сорок. Нет, это действительно забавно. Забавно, что он держит меня за дурочку. Забавно, что мне не расхотелось сидеть у него на коленях, когда он озвучил свою сумму. Забавно, что я могу подняться с его колен, отказаться от предложения и позвонить бывшему мужу, чтобы сказать мол знаешь, милый, меня пытаются наебать твои "коллеги" и, может быть, ты хочешь сам получать проценты с моего бизнеса во имя всего, что у нас было. А было много. Настолько много, что впору встать с чужих колен. Впору сбросить чужую мужскую руку со своего округлого аппетитного бедра, но...
Воздух вокруг нас слегка искрится, подрагивает желанием, которое плещется в нас обоих. Я чувствую возбуждение Адама, когда как бы невзначай ерзаю на его коленях, продолжаю прижиматься к его груди. Моя маленькая хрупкая ладонь ложится когда-то в область его сердца, а затем соскальзывает к пуговицам на рубашке, чтобы зацпиться за одну из них ногтями, пробежать вдоль пуговиц ногтями вниз, чуть царапая.
Сильные мужские пальцы поглаживают моё бедро, а я уже представляю, как он сожмет его, сминая кожу, в порыве страсти, желая в моменте обладать мной так же сильно, как моими деньгами, потому что зачем иметь что-то одно, если можно получить и то, и другое?
- Мистер Пласентино, берёте натурой? - я заигрываю, заглядывая в его зеленые глубокие глаза. Языком пробегаюсь по своим пухлым губам, заставляя его смотреть на то, как мои губы влажно блестят, как черти пляшут на дне моих черных зрачков. Я знаю, что красива, что возбуждаю. Знаю, что могу сводить с ума и, откровенно говоря, хорошо трахаюсь, потому что не ставлю рамки и границы на каждой мелочи. Чувствую возбуждение Адама через брюки, когда в очередной раз повожу бедрами, дразня.
Знаю, для Адама это может выглядеть так, словно я нарушаю одно из собственных правил, озвученных выше. Он может усмехнуться и сказать после "а кто-то говорил, что не спит за деньги", но правда в том, что никакие деньги не заставили бы меня переспать с человеком, если бы я не чувствовала, как возбуждение сводит ноги, как сбивается дыхание, как кружится голова в ожидании, что он наконец-то сорвет с моих губ наглый и жадный поцелуй, запуская руку в волосы, чтобы держать за них.
Никакие деньги не заставили бы меня переспать с мужчиной.
И сейчас, когда мои пальцы расстегивают пуговицы на рубашке одну за другой, томно и медленно, но при этом уверенно и целенаправленно, я просто совмещаю свое желание с возможным приятным исходом. Я хочу, чтобы его руки задирали мое платье. Я хочу, чтобы они сминали мою грудь. Хочу, чтобы его пальцы цеплялись за пирсинг в сосках, причиняя сладкую дразнящую боль, от которой сводит низ живота сладкой судорогой. Хочу и надеюсь, что он может прочитать всё это в моём взгляде, пока я сижу на его коленях так восхитительно близко, что теплое дыхание Адама волнительно щекочет меня.
Сидеть так становится неудобно и этого чертовски мало и мне, и тебе. Я забираю из твоих рук бокал, в котором еще недавно был виски, отставляю его на стол вместе со своим, а потом я сажусь на тебя сверху, лицом к лицу, и мое узкое красное платье при этом ползет вверх, обнажая до конца красивые стройные ноги, заставляя меня сверкнуть перед тобой полоской черных трусиков. Но это не вызывает во мне стыда, напротив, подогревает возбуждение. В зеркале по правую от тебя руку мы отражаемся в полный рост. И если посмотреть на наше отражение, то без труда можно сказать, что мы представляем собой совершенную композицию. Ну или почти совершенную - на нас пока еще слишком много одежды. И это заставляет меня расстегнуть пуговицы на твой рубашке до конца. Если бы сейчас у меня не получилось с первого раза, мне кажется, я бы рванула ткань в стороны от нетерпения, от желания коснуться пальцами разгоряченной кожи.
- Мне до ужаса мешает мое платье. Не хочешь помочь девушке? - замечаю я, стягивая твою до неприличия дорогую рубашку, откидывая её небрежно куда-то на пол. Тонкие изящные девичьи пальцы бегут по твоей груди, царапая, касаясь до неприличия жадно и откровенно. Мне до дрожи в этих самых пальцах хочется прильнуть кожей к коже, почувствовать, что мы дошли до точки невозврата, когда уже невозможно закончить этот эпизод чем-то кроме оргазма и взаимного удовольствия. Ты же достаточно самолюбив, чтобы отпустить девушку только после того, как она кончила.
Да, Адам?

[AVA]https://i.imgur.com/LcHiA9K.gif[/AVA]

Отредактировано Denivel Simon (2020-01-07 02:43:12)

+1

15

-Читаю, но мои интересы в новостях несколько иные, чем выискивать информацию о том, кто и с кем спит. Мне это ни к чему. Если бы я был в этом мире, то в таких новостях был бы хоть какой-то толк. Посмотреть, что пишут, ну или выгодно продать хорошие сплетни.
Выдыхаю медленно, поджав плечи, смотрю на блондинку на моих коленях. Неужто она в самом деле думает о том, что мне есть дело до дешёвых интриг мира шоу-бизнеса? Пусть мой бизнес и был не таким простым и скользким в понимании большинства людей, но копаться в грязном белье не было моей потребностью. Впрочем, об этом легко говорить до того времени пока это не касается тебя самого и твоего дела. А личная жизнь Денивел Симон точно никаким боком не была мне выгодна. Да и теперь, когда мы почти заключили сделку мне нет дела до того, с кем она спит и каким образом заработала деньги, которые очень скоро вложит в открытие агентства. Лишь бы всё не пошло по пизде из-за переменчивого девичьего характера. Но уж с этим я справлюсь по мере поступления проблем. Кстати, неплохо было бы выяснить не спит ли она со своими подчинёнными, ведь это тоже может отразиться на деле не самым лучшим образом.
А пока всё было слишком хорошо, чтобы думать о гипотетических проблемах. Мы сидели в кожаном кресле, в наших бокалах был дорогой виски, который уже успел хорошенько задурманить голову Симон, раз она так смело запорхнула в мои руки, словно мотылёк, который отвержено летит на пламя. Лучше ярко сгореть, чем медленно тлеть. И кажется, эта малышка думает точно так же.
- Если о тебе говорят, значит ты популярна и интересна. А если так, то какое собственно дело до того, что говорят? - Приподнимая левую бровь смотрю в зелёные глаза. Переживает ли она сейчас, когда мы коснулись этой темы? Всплывают ли в маленькой голове тошнотворные картинки тех самых заголовков, где стая шакалов на перебой старается задеть за живое? - Имя моей семьи полощут уже очень давно. Всех мужчин называют пидорами все кому не лень. Пришлые, мало знакомые люди и даже близкие за спиной. Думаешь мне есть до этого хоть какое-то дело? Нет. Я знаю, что им интересен. Вижу, что для них я словно кость поперёк горла и не даю покоя. Как это? В самом деле у этого пиздюка денег больше, чем у них. Честных, святых, импотентов. Скажу тебе честно - я кайфую от этого. Могу даже подыграть им, облачившись в розовый костюм с цацками. Подмигиваю мужчинам, поглаживаю их заплывшие жиром плечи и питаюсь их злобой и раздражением, когда они одёргиваются от моих прикосновений. Когда-нибудь, Симон, и ты научишься этому. - Подушечкой указательного пальца дотрагиваюсь до вздёрнутого Носика и улыбаюсь. Как с маленькой ей-богу. - А сколько тебе вообще лет? Знаешь, не хотелось бы, занимаясь серьёзными делами, сесть за совращение малолетней. У нас такое не любят.
Странно да? Перед тобой сидит бандит. Так и ждёт где бы тебя наебать. Как бы нажиться на бедненькой девочке, которая только-только пережила развод. И ты уже думаешь, вспоминаешь, что в сущности все бандиты те ещё мудаки. И нет в них ничего святого и правильного. Грязные от макушки до пят из-за своих пороков, мыслей и действий. Такого в храм не пустят потому, что нет смысла отмаливать грехи. Их слишком много. Пустая трата времени. А тут он заикается о каких-то принципах. Но в сущности, такие как мы бываем в разы честнее, чем человек, который работает офисным планктоном и ходит по воскресеньям на службу в местный храм. Так уж устроен мир.
И самое время бы начать разговор о деньгах, в которые всё упирается, но, кажется, Денивел решила иначе. Что ж, противиться такому точно стану. К тому же можно будет чуть позже узнать чьей женой из семьи она была, чтобы после поиграть на его нервах.
- Натурой? – Лукаво улыбаюсь, закусывая губу от нетерпения. – Симон, - тяну буквы, не отрывая взгляда, неужто куколка так запьянела, что осмелилась расстёгивать пуговицы на моей рубашке? – Ты знаешь, как добиться своего.
В самом деле. Девушка, сидящая на моих коленях, кажется ангелом, которого можно обидеть одним лишь словом. Нежная, хрупкая, как хрустальная ваза. Такие как она живут в собственном мире, где нет зла и голода. Но… таким как она ничего не стоит за долю секунду сменить ним на дьявольские рога и заставить чертей плясать под её дудку, если что-то потребовалось. И сейчас, когда бокал из моих рук оказывается в руках Денивел я ясно вижу, что при желании эта модель может подмять под себя кого угодно, оставаясь при этом невинной жертвой.
- Платье.
Мои губ касается ухмылка. В глазах пляшет сам дьявол. Но не всё так просто, милая. Не всё так быстро.
- Но всё же. – Мои ладони сжимают белоснежную кожу на бёдрах. – Мы так и не договорили о цене нашего сотрудничества. – Чуть ударяю по упругой ягодице, заставляя Симон вздрогнуть. – Знаешь, я не люблю оставлять такие разговоры на «потом». – На этих словах цепляюсь за застёжку красного платья и тяну её вниз. Медленно. Играючи. Так же неспешно стягиваю тонкие бретельки вниз, оголяя плечи и аккуратно касаюсь нежной кожи на шее. Пальцы скользят вниз по ключицам, переходя на плечи и грудь. Цепляются за красную ткань и тянут её вниз, оголяя грудь. Так лучше. Щелчок пальцами по пирсингу в соске снова заставляет Симон вздрогнуть от напряжения.
- Так что скажешь. Такая цена тебя устраивает или ты хочешь её немного сбить? – И мне бы дать подумать Денивел о том, чего она хочет, но… моя правая рука скользнула вниз. Отодвинув кружевную ткань, нежно касаюсь клитора. – Мне кажется, что ты готова к переговорам. – На этих словах мои пальцы входят в Симон срывая с её губ стон. – Что ты говоришь? – снова заставляю Денивел зайтись в стонах двигая пальцами. – Мне никак не разобрать слов. 

+1

16

- Мне уже можно, папочка, - передразниваю я Адама, когда он запоздало спрашивает о моем возрасте. В конце концов, мы совсем недавно говорили о моем разводе, так что вопрос был скорее риторический и... приму его за комплимент. Хотелось бы конечно спросить, пройдясь по тонкому лезвию опасности, как часто он пускает в свое заведение несовершеннолетних, но мне не слишком хочется говорить сейчас, когда обстановка раскаляется с каждой новой минутой.
Ты тоже чувствуешь, как плавится воздух между нами? Как каждый новый вдох становится чуть тяжелее, чем предыдущий?
Возможно, мы оба совершаем ошибку. По крайней мере я совершаю её абсолютно точно, но сейчас чертовски не хочу признаваться себе в этом, оглядываться назад, ставить какие-то рамки, тонуть в условиях и условностях. Я чувствую, как возбуждение электричеством проходит между нами, и совершенно не хочу контролировать этот процесс, поэтому просто позволяю ему быть. Между нами. Между мной и тобой, Адам. Знаешь, меня забавляет то, что если чуть поменять ударение в твоем имени, то получится библейский персонаж, история которого началась и закончилась тем, что он согрешил. Мне почему-то кажется, что в попытках и способах согрешить весь ты, твоя сущность.
Твои руки сжимают мои бедра, ты не отказываешься зайти дальше, но всё же... всё же снова говоришь о деньгах, чем заставляешь мои губы изогнуться в ухмылке. Я смотрю на тебя томным взглядом, который как бы говорит, что если сейчас остановиться, то я обязательно обижусь и оскорблюсь, соскользну с твоих коленей и уйду в закат, на прощанье махнув рукой, ведь не смотря ни на что (в том числе недавний развод), с чувством собственного достоинства у меня всё в порядке - если меня не хотят, я ухожу. Всё просто. Впрочем, почти всегда я ухожу даже тогда, когда меня хотят. Такая арифметика. А у тебя появился шанс откусить кусочек от вкусного пирога по имени Денивел Симон. Не проеби шанс, милый!
Не смотря на разговор о деньгах, ты не собираешься останавливаться и прерывать магию, которая происходит сейчас в твоем кабинете - опускаешь бретельки по моим хрупким плечам своими сильными уверенными пальцами, заставляя меня прикрыть глаза от удовольствия. Но вместе с этим я трепещу от нетерпения, когда ты продолжаешь и стягиваешь платье вниз, обнажая мою грудь - прохладный воздух кабинета касается сосков и они становятся еще тверже, чем были секунду назад. Очевидно, это не укрывается от твоего внимательного цепкого взгляда, которым ты ласкаешь моё тело. Щелкаешь пальцами по пирсингу в соске и я вздрагиваю снова, чувствую как возбуждение тугим узлом стягивает низ живота с новой силой. Тебе нравятся проколотые соски?
Я не успела бы спросить, даже если бы хотела. Впрочем, на твой следующий вопрос я тоже уже не в силах ответить - твоя рука оказывается у меня между ног, отодвигает тонкую ткань трусиков и пальцы касаются клитора, заставляя меня сначала замереть, затем задрожать от прикосновения, заглянув в твои глаза затуманенным от желания взглядом. Я подаюсь бедрами на встречу в нетерпении, сгорая от желания и ты не заставляешь меня ждать, язвительно замечая, что я, кажется, готова к переговорам.
Тебе всё правильно кажется, Адам.
Твои пальцы входят в меня легко и уверенно, заставляя застонать и податься им на встречу. Я закусываю свою губу, цепляюсь тонкими пальчиками за твои плечи, впиваясь в них. Приподымаю бедра, двигаю ими в желании почувствовать тебя глубже, больше. Твой самоуверенный голос отскакивает от стен вместе с влажными звуками желания, заставляя мои щеки вспыхнуть румянцем, а сердце забиться еще чаще.
- Я говорю... что... ты... сукин сын, Адам, - я выдыхаю это тебе на ухо, наклоняясь к нему близко-близко, перед тем, как снова застонать от удовольствия. Уж не знаю почему ходят слухи о том, что ты гей, но сейчас я для себя готова развенчать миф об этом, даже не смотря на то, что никогда в него особенно и не верила. А вот слухи о том, что ты язвительный подонок явно не врут, но сейчас я не могу об этом думать. О чем вообще можно думать, когда сильные пальцы ловко выбивают из меня стоны, заставляя глаза то и дело закрываться от удовольствия и возбуждения.
- Я хочу... тебя... - а еще я хочу сбить стоимость твоих услуг до двадцати процентов, но всё ещё не уверена, что сейчас подходящий момент, чтобы об этом сказать, поэтому мои зубы чуть прикусывают мочку твоего уха, а потом я губами припадаю к твоей шее там, где бьется сонная артерия, выдавая твое состояние и возбуждение. Пробегаюсь по тонкой коже языком, оставляя после себя влажную дорожку, а затем осторожно сжимаю зубы на твоей шее, кусая в переизбытке чувств. Понятия не имею, нравится ли тебе такое - у меня не было времени узнать у тебя подробности того, как ты предпочитаешь заниматься сексом, какие действия в фаворе, а чего лучше никогда не делать. Поэтому я полагаюсь исключительно на свою интуицию и желание сделать хорошо нам обоим.
Такая маленькая в твоих руках и на твоих коленях, я дорожкой из поцелуев спускаюсь по твоей шее к ключицам, чтобы там запечатлеть очередной поцелуй - не обессудь, если вдруг на утро обнаружишь на себе пару следов после секса со мной. Но тебе не привыкать, наверное? Скольких девушек ты уже трахнул в этом кабинете на своем столе?
Впрочем, мне всё равно.
Мне всё равно, что я стану очередной. Но мне не всё равно, что я хочу почувствовать тебя внутри себя и потому сгораю от нетерпения и возбуждения. Я хочу, чтобы ты горел тоже. Чтобы запомнил и меня, и этот секс. И потому мои губы касаются разгоряченной кожи на твоей груди, чтобы в следующую секунду я скользнула языком к соску, провела по нему, лаская. Немного подув, для контрастности ощущений, обнимаю сосок губами и целую.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » Начинай снова. Начинай с нуля.