Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
- Тяжёлый день, да? - Как бы все-таки хотелось, чтобы день и в правду выдался просто тяжелым.

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Лучшие друзья девушек - это бриллианты...


Лучшие друзья девушек - это бриллианты...

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Участники: Anna Donato (25 у.о.), Nicole Moretti (25 у.о.)
Место: Нью-Йорк
Время: 2010 год, 1 год и 7 месяцев назад, весна
Время суток: вечер
Погодные условия: дождя нет, ветра нет, ясное звёздное небо, достаточно тепло +22...+26
О флештайме: Что может свести в один город двух чужих друг другу женщин? Конечно же, только городская выставка украшений сделанных из драгоценных металлов и камней! Просто рай для глаза, куда не посмотри всюду блестят и сверкают бриллианты, изумруды, рубины в изысканных золотых и платиновых оправах. Мысли о том, чтобы приобрести себе одно из этих замечательных ожерелий, или может два и ещё вот те замечательные серьги? Но весь этот праздник в одночасье рушится под громкие крики и выстрелы в потолок. Анна и Николь невольно становятся жертвами самого сумасшедшего плана кражи, который только был возможен. Мужчины в масках президента США с автоматами и пистолетами наперевес... Да, что не говори, а юмора этим ворам не занимать. Но так ли это на самом деле? Анна и Николь всё-таки стали жертвами? Или может это только затишье перед бурей? Увидим...

Отредактировано Nicole Moretti (2012-09-10 14:43:54)

+2

2

Так и знала, что в конце-концов завязну в этом криминальном мире по уши… Но, нужно признаться, это был самый грандиозный скандал в семье Моретти. О, да, как же Фредо кричал и басил вне себя от злости, когда отец сказал, что возлагает на мои хрупкие плечи представительство «Ндрангеты» в США. Мне действительно показалось тогда, что разъярённые вопли моего мужа слышала добрая половина Милана. Ну, вот не считал он, что я должна нести это «тяжкое и опасное» бремя, и вообще по его словам, женщине в этом бизнесе не место. Конечно, отец ему напомнил те случаи, когда я спасала их мафиозные задницы в те самые «опасные» ситуации, и когда моей смелости и удаче мог позавидовать самый отпетый итальянский мафиозо. В конце того разговора, мужу уже просто нечем было аргументировать своё несогласие, и он сдался на волю своего главаря, сопровождая свою вынужденную капитуляцию суровым взглядом в мою сторону. А что я? Я пожала плечом, сказала ему, что он не благодарная свинья, и пригрозила пристрелить его, если вздумает последовать за мной в Калифорнию… Ну, может я и прощу его, но не сейчас.
Первые несколько месяцев нового назначения были для меня весьма тяжёлыми. Всё же раньше, имея ко всему весьма косвенное отношение, как ни крути жить было намного легче. Одна из моих подруг, не забыв о моей любви к драгоценным украшениям, в надежде поднять мне настроение и боевой дух, предложила посетить с ней выставку, которая состоится на этой неделе в Нью-Йорке. Мои глаза, конечно же, загорелись от мысли приобрести что-нибудь изысканное и неповторимое в своём роде, и я начала собирать чемодан. Однако в конце-концов, выяснилось, что поеду на выставку я одна, подругу мою «сожрали» быт и работа. Так я и оказалась в Нью-Йорке в гордом одиночестве. Но, находясь сейчас в выставочном зале, в одном из моих любимых вечерних платьев, я уже ни о чём не жалела. Взгляд мой радовался дивной красотой разноцветных искрящихся камней, и я всё не могла выбрать, какое же из представленных обозрению украшений мне нравится больше всего. Казалось, все эти ожерелья, серьги и кольца так и просили «Купи меня! Купи меня!», при чём все дружно и в один голос!
Так я и ходила от одной витрины к другой, когда взгляд мой случайно упал на уже знакомое мне лицо Анны Донато.
«Вот, так интересное совпадение!» подумала я и, улыбнувшись девушке, слегка кивнула в знак приветствия. Первая встреча мафии, на которой я присутствовала несколько месяцев назад, прошла весьма успешно. Я была представлена семье Донато, и надо признать, они оказались весьма милыми людьми, по крайней мере гранатами в меня не бросались и из автоматов направо и налево не стреляли, что уже само по себе очень воодушевляет. Более того, к этому времени я уже имела честь знать несколько лет их капореджиме Рикарди. Наши отношения с ним попадали под категорию «крепкая дружба», хотя, признаюсь, для меня он был одним из тех мужчин, рядом с которым я бы смогла забыть про то, что я замужняя женщина. По сугубо моему личному мнению, мой друг просто не мог работать на недостойных людей. Поэтому к новым знакомым я решила присмотреться повнимательнее. Мне очень была симпатична жена местного босса, Анна Донато. Зная не понаслышке, я могу с уверенностью сказать, что быть женщиной в таком окружении весьма не легко, а уж если к твоим советам ещё и прислушиваются, значит она ко всему прочему ещё и мудрая женщина, что само по себе было достойным уважения.
Я уже было хотела подойти к Анне и завести с ней непринуждённую беседу обо всех этих замечательных драгоценностях вокруг, как внезапно раздался выстрел и началась тотальная паника.
- На пол! На пол всем! Блять, я  кому сказал?! – раздался мужской голос, а за ним последовало ещё пара выстрелов, и люди в панике начали кричать и падать ниц, прижимаясь лицом к холодной мраморной плитке.
Нельзя сказать, что я не удивилась, мои глаза, весьма округлившиеся от данной неожиданности, просто таки говорили сами за себя. Однако для того, чтобы меня действительно напугать, уж этого было явно мало. И не такое видали, пробовали – знаем.
Однако пока что никто не отменял такое явление, как благоразумие и я, хоть и нехотя, но распластала своё хрупкое тельце по полу. Лежа и проклиная этих кретинов, благодаря которым мне пришлось использовать своё любимое платье в качестве половой тряпки, я искоса взглядом наблюдала за ворами в масках Барака Обамы и пыталась сосчитать сколько их всего бродило вокруг нас по выставочному залу.
Маска президента слегка сбивала с толку, но насчитать мне удалось пять человек. Не исключено, конечно, что кто-то ожидал их снаружи в машине. Ну, это на тот случай, если у них на это мозгов хватило…
Уложив всех на пол, Обамы начали бить витрины и собирать украшения в две кожаные спортивные сумки.
«Замечательно…» проворчала я мысленно и закатила глаза отворачиваясь. Вот только я могла найти подобные неприятности на свою пятую точку в абсолютно чужом городе!
- Так, вы все, поднимаемся по одному, снимаем свои побрякушки и кидаем в эту сумку! – приказал один из воров, когда они закончили с витринами, при этом подгоняя испуганных на смерть посетителей своим пистолетом.
Совсем скоро дошла очередь и до меня. Я медленно поднялась и сняв с себя, свои украшения, кинула их куда требовалось, при этом испепеляя взглядом одного из президентов.
«Ты ещё об этом пожалеешь парень… Ох, как же ты об этом пожалеешь…» уверенно подумала я, и меня толкнули в спину.
- Вперёд! – крикнул мне на ухо Обама и снова толкнул. – Шагай давай!
Нас собирали в комнате не маленьких размеров, служащей судя по всему временным складом для коробок от выставочных материалов.
Минус этих злодеев был в том, что они не связали своих жертв. Мне было не известно по какой именно причине… То ли они подумали, что никто для них "таких крутых и вооружённых" опасности тут не представляет, то ли они банально забыли взять на дело скотч.
«Комики, чёрт бы вас побрал…» ухмыльнулась я, присаживаясь у стеночки и опираясь на оную спиной.

Отредактировано Nicole Moretti (2012-09-11 01:03:05)

+2

3

Внешний вид и украшения для натуральности)

http://s1.uploads.ru/i/JHcim.jpg
http://s1.uploads.ru/i/EevbO.jpg
http://s1.uploads.ru/i/M6ao1.jpg

Итак, что же такое - выставка в Нью-Йорке? Для кого-то, возможно, просто разрешение полюбоваться на прекрасные украшения. Для кого-то - продемонстрировать свои. Для Анны - "ну ты же все равно летишь в Нью-Йорк, ну передай ты документы, а я тебе куплю от платье от Версаче!". Жук Витторе и тут умудрился выгадать для себя. Вы просто не видели того платья!
И вот Анна уже встретилась с "коллегами Витторе по цеху", передала им увесистый пакет, получила взамен лобзание руки, несколько приглашений на ужин и одно предложение взять на время присутствия в "Большом Яблоке" Каддилак. Ответила согласием только на Каддилак, и теперь вся такая красивая, в черном элегантном платье, ехала в Исторический музей, где и развернулась выставка.
Уже войдя в зал, Анна поняла, что была права. Угнетающее большинство женщин на выставке разрядилось в пух и прах. Перья, стразы, огромные декольте, а главное - булыжники в оправах из паучьих лап. Ужас какой. Анна в своих скромных (о, разумеется, только по виду, а не по качеству) украшениях смотрелась, мягко говоря, странно. С другой стороны, пусть уж лучше местные кумушки, хихикая, обсуждают ее якобы серебро, а на самом деле "белое золото" высшей пробы, чем она напялит на себя ужасный новодел с синтетическими бриллиантами.
Пока Анна любовалась на очередное колье - просто произведение ювелирного искусства - к ней подошел высокий молодой человек представительной внешности.
- Шампанское?
- Нет, благодарю, - невнимательно отозвалась Донато, она изучала материалы, из которых было сделано колье, - Лучше вина.
- Конечно, - молодой человек протянул ей бокал, Анна взяла его, пригубила. Шато, прекрасный выбор. Не итальянское, конечно, но тоже сойдет.
- У Вас такие красивые серьги, - внезапно сказал молодой человек, - Черные бриллианты, да? Крупный карат, но выглядят не вычурно. И стоят прилично.
Анна оторвалась от созерцания украшения под стеклом, покосилась на молодого мужчину. Делать предположения о цене украшений - мягко сказать, невежливо. А значит, он не профессионал. И в высших кругах не вращается. Но, с другой стороны, он угадал бриллианты, а ведь ничто не мешало ему принять их за ониксы, опалы, да мало ли что. Наталкивает на мысли.
- Занимаетесь ювелирным делом? - вежливо поинтересовалась Анна. Молодой человек подарил ей улыбку:
- Я, скорее, любитель. Но кое-что понимаю, а еще вижу, что Ваши украшения гораздо дороже, чем, скажем, вон те, - и он небрежным кивком указал на даму, обвешанную золотом. Она сверкала, как новогодняя елка, да только камни на ней были ужасны, хотя блестели неплохо.
- Прошу меня извинить, - Анна натянуто улыбнулась и отошла от парня. Он внушал недоверие, и знакомиться с ним Донато не хотела. Она пошла вперед, а парень вперился в ее спину холодным взглядом.
Анна медленно прошлась вдоль стеллажей, а потом увидела макушку Николь Моретти - девушки, с которой сама Анна имела честь познакомиться совсем недавно. Кажется, муж Николь имел непосредственное влияние на мафию Италии, поэтому, собственно, Анна и узнала о нем и его жене, разумеется, от Витторе. И по всей видимости, Николь была любительницей украшений, раз уж прилетела в Нью-Йорк. Да еще они с Анной были, можно выражиться, в одной лодке - их мужья были криминальными авторитетами, а значит - Анна и Николь точно бы подружились.
И только Анна собралась сделать шаг навстречу Николь, как послышался громкий голос.
- На пол! На пол всем!
Ну почему неприятности находят меня везде? - мысленно простонала Донато, - Это просто как сок "Я", только неприятности: Где неприятности - там я.
Раздались выстрелы. Анна безмерно удивилась - как эти остолопы собирались вынести украшения отсюда (а это явно было ограбление!), здесь же полно полиции? Впрочем, медлить Анна не стала, хотя в ее голове крутилась целая куча ругательств, она все же опустилась на пол, аккуратно сминая юбку - боже мой, платье за семь с половиной тысяч долларов, ироды.
И пока все посетители выставки лежали на полу, грабители начали бить витрины. Помещение заполнил звук сирен - они выли, а что толку? Благородные камни летели в сумку, царапались друг о друга, и Анна поняла - орудуют непрофессионалы, и уж тояно не местная мафия. Поцарапанные камни слишком сильно сдают в цене.
- Так, вы все, поднимаемся по одному, снимаем свои побрякушки и кидаем в эту сумку!
И кто же это сказал? Тот самый парень, который двумя минутами раньше пытался заговорить с Анной. Я сразу подумала, что у него рыльце в пушку!
Анна вытащила из ушей серьги, сняла с пальцев кольца, недовольно покосившись на парня. Тот ухмыльнулся, потом взял протянутые украшения и спрятал их во внутренний карман пиджака.
- Слишком дорого, чтобы держать с этим, - он тряхнул сумкой барахла, в которой перекатывались и очень дорогие украшения Николь. Мудак, что и говорить?
Потом всех женщин усадили в комнату, похожую на складское помещение, и замок захлопнулся. Анна покачала головой - ну что за топорная работа - и направилась к Николь.
- Доброго Вам вечера! - Анна широко, по-итальянски, обняла Моретти, поцеловала ее в щеку и сразу сказала, - Не будем медлить. Мы с Вами побывали и не в таких переделках, а оставлять этим ублюдкам свои украшения я не хочу. Что будем делать?
Сначала надо было расправиться с замком. В прическе Анны было много шпилек, но увы, навыками взлома она не владела.

+1

4

Я вела себя крайне благоразумно, молчала и тихо себе наблюдала за тем, как в одной комнате со мной в конце-концов оказались все посетители и работники выставки. И, хочу я вам сказать, народу оказалось не мало. Кто-то успел нажать на кнопку сигнализации и по всюду раздался противный вой сирен, но он тут же прекратился, ещё до того как я успела привалиться своей тушкой в шикарном платье к стене. Я сделала вывод, что всё же они взяли с собой техника, который хотя бы мало-мальски был знаком с системой сигнализации музея и дал своим напарникам дополнительное время для осуществления задуманного. Брови мои непроизвольно слегка нахмурились, и да, мне было ужасно жалко свои украшения и я уже раздумывала над тем, чтобы что-то предпринять, однако одна против пятерых не пойдёшь ведь? Мне оставалось сидеть и ждать полицию. Вот только когда она теперь приедет?
Ещё проходя к складу, я заметила лежащего на полу коридора мёртвого охранника. Пулевое ранение в голову, и кровавая лужица окружившая его с примесью каких-то твёрдых сгустков. Сейчас вспомнив это, я сделала предположение, что остальных охранников постигла та же участь. Потому что обводя взглядом людей находящихся в одной комнате со мной, я не находила никого, кто был бы в соответствующей форме.
В комнату завели последнего человека и закрыли дверь с той стороны.
- Плохо дело… - пробурчала я себе под нос, когда ко мне подошла Анна и поприветствовала в лучших традициях Италии.
- Ох, Анна, даже не знаю, можно ли этот вечер назвать добрым… - вздохнула я, посмотрев в глаза девушке. – Но я безусловно рада видеть Вас, хоть и в такой печальной ситуации. Хорошо, что с Вами всё в порядке, - добавила, окинув Донато беглым взглядом.
С появлением Анны в одной комнате со мной, у меня появилась небольшая надежда на то, что нам с этой девушкой таки удастся исправить сложившуюся ситуацию в нашу пользу. В это время, находящиеся с нами в одной комнате пленники уже вовсю ревели и парочка из них начинали истерить.
- Да, я абсолютно согласна. Нужно что-то делать, но дверь сама собой не откроется, а судя по свету проникающему к нам в щель под дверью, кто-то за ней всё-таки ещё стоит.
И мои слова подкрепились движением тени в той самой дверной щели. Видимо, грабители уходить не торопились, а, быть может, решили взломать сейф? В музее ведь наверняка должен быть сейф?
От размышлений меня начали серьёзно отвлекать жалкие мужские вопли и я поморщилась, оборачиваясь чтобы посмотреть на их источник.
- Нам не выбраться отсюда живыми! Они вернуться и всех нас застрелят, как тех охранников! – вскричал мужчина в дорогом чёрном смокинге с блестящей лысиной на голове и с диким выражением на лице.
- Боже правый… – возмущённо проворчала я, наблюдая эту сцену умственного помешательства.
Внезапно меня озарила сумасшедшая идея и я с хитрым блеском в глазах посмотрела на Донато.
- У меня есть идея… - прошептала я девушке, одновременно с этим разуваясь. – Нужно сделать так, чтобы они открыли дверь. Я беру это на себя. – уверенным движением рук я разорвала своё любимое платье вдоль бокового шва на бедре снизу вверх. Что бы там ни было дальше, но передвигаться так будет намного проще.
- Когда дверь откроется, Вам нужно будет как-нибудь отвлечь этих неардентальцев, перед этим я встану за дверь, чтобы воспользоваться эффектом неожиданности. Нам нужно постараться, иначе не видать больше наших драгоценностей ни Вам, ни мне, – я взяла свои туфли в руки и подошла к лысой истеричке мужского пола.
- Мы все умрём!.. – начал он вопить в голос, а стоящая рядом с ним до этого женщина, осторожно сделала несколько шагов в сторону. Я предположила, что она старательно делала вид «а-ля, я его не знаю».
С размаха я влепила ему пощёчину, от чего он чуть язык себе не прикусил, а затем уставился на меня ошалелыми глазами.
- Слушайте сюда, синьор… - начала я тихим, но командным голосом. – Если не желаете, чтобы Вас убила я, вот этой вот туфлёй… - и для наглядности я продемонстрировала ему изящную туфельку на длинном каблуке, покрутив ею у него перед лицом, - …орите громче! У Вас не плохо получается… - я пожала плечом и выдавила полуулыбку, снова возвращаясь к разговору. – На тон, а то и два выше, ок? Не стесняйтесь… - я подтянула к нему его спутницу, которая уже вся покраснела от стыда, за своего кавалера. – А Вы ему помогите, один голос - хорошо, а два - ещё лучше, я же права? – я злобненько так улыбнулась и заглянула ей в глаза. От такой улыбки временами даже муж мой бледнел, что уж говорить о слабых женских нервах. Девушка в ответ лихорадочно закивала головой.
- Вот, и чудненько… - я была довольна тем, какое воздействие на людей могу оказать только одной силой словесного убеждения, а ведь у меня ещё в руках даже не было пистолета, вот, что значит хорошая наследственность. – Я дам Вам знак, и тогда начинайте кричать, что есть силы, - сказала на последок и последовала к двери. Становясь так, чтобы в случае, если грабители откроют дверь, меня за ней было бы с первого взгляда заметить трудно, благо, что дверь открывалась вовнутрь.
Я кивнула Анне:
- Постарайтесь, милая, желаю удачи, – прошептала я ей и подмигнула, а затем, махнув рукой своему новоиспечённому дуэту, дала команду начинать драть глотки, за чем последовали дикие крики и вопли.
Прислушавшись, я смогла разобрать, что за дверью громко матерились, как минимум двое Обам. Они пару раз злобно стукнули по двери, но крики не прикратились, и вот тут-то, ключь в замочной скважине повернулся и дверь открылась, а в комнату вошли по очереди два грабителя, каждый из которых держал по пистолету на вытянутой руке.
- Чердак захлопни, мудила! – заорал первый "президент", входя в помещение.

Отредактировано Nicole Moretti (2012-09-12 23:39:42)

+1

5

– Но я безусловно рада видеть Вас, хоть и в такой печальной ситуации. Хорошо, что с Вами всё в порядке.
Анна улыбнулась, и некоторые покосились на нее с удивлением - они же тут все вроде как заложники, а она тут сверкает своими тридцатью двумя.
- Чтобы меня нейтрализовать, парочки любителей недостаточно, - Донато повела плечами. Помнится, в Палермо их с Витторе не свалили даже противопехотные мины (утрированно, само собой, Анна хотела подчеркнуть, что оружия у их противников было - завались). И нескольких парней, пусть и с автоматами, можно было не бояться. Опасаться – верное слово, но бояться – увольте.
Пока Анна размышляла о том, какая она бой-баба, Николь уже разорвала свое красивое платье.
- Вам не жалко? – сочувственно спросила Донато, покосилась на свое платье в пол и решила так экстремально, как Моретти не поступать. Все же платье дорогое, первоклассный шелк, да и красивое как картина…
- Слушайте, Вы не замолчите? – устало поинтересовалась Анна у лысого мужчины, но ведь она еще не знала коварного замысла Николь. А та уже разулась – туфли тоже жалко! – и влепила звонкую пощечину мужчине. Анна подавила ухмылку. Итальянские мужчины вообще гулящие, if you understand what I mean. У самой Анны в первый год после свадьбы рядом с кроватью лежала скалка, которой она собиралась потчевать загульного мужика. Витторе повезло – он никогда не опаздывал к ужину и чужими духами от него не пахло. Муж, наверняка, и не знал, что у Анны под кроватью хранится тяжелое оружие, а вот муженек Николь, наверное, любил погулять, потому что жест Моретти был выточен до совершенства.
- Николь, - поинтересовалась Донато, - А что Вы задумали?
- Постарайтесь, милая, желаю удачи.
Понятно, экспромт. Что ж, экспромт Анна любила. Она отошла подальше от источника шума, а надо сказать, эта парочка вопила во всю ивановскую, и откуда у них взялись такие легкие?
Если вы идете грабить банк, запомните несколько простых правил: купите чулки, желательно ден в сорок, темного цвета (шаде или мокко), и натяните их на голову, чтобы вас не запалили. Купите пистолет, да не пукалку дамскую, а настоящий, хороший пистолет, браунинг или кольт. И никогда не ходите к заложникам, пусть даже вы оставили в запертой комнате несколько женщин.
Николь спряталась за дверью, а Анна напротив – стала прямо перед косяком. И когда дверь распахнулась, быстрым движением руки спустила лямки платья с плеч.
- Чердак захлопн…
Бюстгальтер на Анне был что надо. Понимаете, она любила красивое белье, очень любила, и всегда считала, что у женщин оно должно быть первоклассным. Потому что рваные чулки или застиранный лифчик на прекрасно одетой даме – это вроде как дом с капитальным ремонтом только снаружи – фасад красивый, а внутри – обоссаные углы.
Но не будем лукавить! Грудь у Анны была очень  даже ничего даже без лифчика, что уж тут говорить о прекрасном белье от «Викториаз Сикрет». Несчастные мужчины опешили, заткнулись, а потом оба потянулись к Анне.
- Мальчики, - промурлыкала та, сделала шаг назад и поманила их пальчиком, ну ни дать, ни взять, заправская проститутка! Использовать внешность в корыстных целях? Умеем. Любим. Практикуем!
Анна отошла еще на шаг, потом еще, и наконец уперлась спиной в стену. Теперь она соблазнительно сползала по стеночке, мужчины напирали, забыв о двери вообще, да и удалились они от нее прилично, а Донато уже вовсю переживала – где там Николь? Спать тут с этими мужланами – еще чего! Этого совсем не хотелось, Анна Донато – приличная, мужняя жена, приехала себе на камушки посмотреть, всего-то.

+2

6

p.s.:

Анютка, я переела таблеток, если что, тапками не кидайся :**

«Боже, что я делаю? Неужели, это действительно я затеяла эту глупую попытку изменить тупиковую ситуацию?» Отчаянно трудно сохранять спокойствие, но я делаю глубокие вдохи и медленные выдохи, под сопровождающий мои мысли хор юного дуэта. Мысли лихорадочно сменяли одна другую… «А что если у Анны не получится их отвлечь? Святая Дева Мария! Я толкнула женщину на рискованные действия! Николь что же ты творишь?..» Я крепче сжала туфли в руках и мотнула головой, заставляя себя сохранять здравый рассудок и не начинать самобичевание раньше времени.
Дверь внезапно открылась и я чуть было не получила ею по своей симпатичной физиономии. Вот, стой я на сантиметр ближе, и меня бы припечатало, как пить дать. Пока я своими небесно-голубыми глазами размером по пять копеек фокусировала своё зрение на двери, за оной уже разворачивалось весьма пикантное зрелище. Приняв удобное положение, я аккуратно выглянула из своего места укрытия. Должна же я была как-то убедиться, что отвлекающий манёвр запущен в действие и работает?
И таки убедилась. Я вам скажу, что Анна была великолепна в своей находчивости. И нужно признаться, с такой грудью как у Донато, у неё было намного больше шансов отвлечь сразу двоих грабителей, нежели если бы это была я с моим… В общем не важно каким размером, главное, что муж не жалуется, да…
Я нахмурилась и оценивающе вперила свой взгляд в спины мужчин в масках. «Так… Одного из них я обезоружу запросто, но вот если Анна вовремя не подсуетится, второму ничего не помешает меня пристрелить. Зато умру молодой и красивой… Ну, конечно, если мне не выстрелят в голову, что вполне возможно, и тогда меня похоронят в закрытом гробу.»
Я чуть было не застонала от возникшей передо мной картины моих похорон, и со всей злостью к этим кретинам, покусившихся на мои драгоценности, и со всей силой, на которую только была способна, воспроизвела несколько из тех приёмов, которым меня когда-то учил мой дядя. Конечно, без импровизации не обошлось, я же женщина с фантазией…
Со всей силы пнула ближайшего ко мне грабителя в коленный сгиб, затем, чтобы никто не расслаблялся пока я дело заканчивать буду, кинула обе туфли в голову второго вора, который стоял ближе к Анне.
- Давай! – крикнула я ей, а сама уже «обрабатывала» по полной своего персонального президента Обаму. От моего удара он покачнулся, теряя равновесие. Не упуская время даром и пользуясь манёвренным преимуществом своего тощего тельца, я обогнула его с боку и со всей «дури» наотмашь зарядила ему ребром ладони аккурат по адамову яблоку. Парень закашлялся, жадно хватая ртом воздух и выпучив глаза, аки рыбка «телескоп». Ударом руки о его запястье, я выбила у него пистолет и поймала оружие в полёте, после чего абсолютно не церемонясь, с размаха приложила бедолагу рукоятью о затылок.
Парень пал без сознания к моим босым ногам. Я удовлетворительно хмыкнула и для верности пнула его в бок.
- Кретин хренов… - стянула с его дурьей башки резиновую маску президента, после чего откинула её куда-то в угол. – Мда, в маске ты был определённо симпатичнее… - наморщив нос, сказала я в заключение.
Теперь с пистолетом в руках я чувствовала себя в сто раз увереннее. Слава богу, пользоваться им я умела и этот навык мне никогда не давали позабыть "хорошие" люди. Оружие, которое я сжимала в правой руке, приятной тяжестью напоминало о себе. Я ловким движением проверила магазин, убедилась в том, что пистолет полностью заряжен и с характерным щелчком вернула магазин на место.
«Плюс один в нашу пользу» подумала я и мои губы изогнулись в коварной улыбке. После чего я посмотрела, как там дела у моей подруги по несчастью, Анны.

Та самая рыбка "телескоп", для наглядности

http://s1.uploads.ru/t/CRM5c.jpg

+1

7

Парни уверенно шли на Анну, которая уже скользила по стене, проклиная свою находчивость. Выглядели ребята, как влюбленные герои старых диснеевских мультиков, и если бы это чувство было обращено на Анну, а не на ее третий размер, Донато бы еще подумала. Но в лицо парни Анне не смотрели, так что несложно догадаться, что явно бы ее не запомнили.
- Давай!
Один парень замешкался, и его взяла в оборот Николь. А второй еще не успел сообразить, что тут что-то нечисто, как Анна сделала огромный шаг и почти вплотную прижалась к нему. Паренек опешил от такого счастья - а по мнению Анны счастье было весьма сомнительным - и даже опустил руку с пистолетом. В ту же минуту кулак Анны прилетел ему в челюсть, а коленка - в то самое уязвимое место. Анна все же не была мужчиной, солидарностью мужской не обладала, да и потом - один из этих хмырей спер ее украшения, а они, простите, не сто долларов стоят! Так что, парень, прости, но ты попал под горячую руку.
А чувак, которого на себя взяла Николь, тем временем уже валялся без сознания. Анна уважительно покосилась на Моретти, но своего вырубать не стала - что толку, он, бедный, сейчас занят другим: катается по полу, прижимая руки к причинному месту, и причитает что-то о своих нерожденных детях.
- А мы сработаемся, - хихикнула Анна, вытягивая пистолет из рук парня, потом сказала, глядя ему в глаза, - Если ты сам заползешь вон в ту каморку, то я не буду тебя убивать.
Парень оказался понятливым, быстро отполз в туалет, и Анна дверь за ним прикрыла. Щелкнул замок, и Донато повернулась к Николь.
- Так, ну ладно, это мы сделали, что дальше? - сама спросила, сама ответила, - Грабители, хотя какие они грабители, смех один, наверняка в зале, собирают украшения. Что будем делать?
Штурмовать зал с десятком патронов - не лучшая идея. Но нужно было что-то решать, и Анна повернулась к людям, которые забились по углам и перепуганно взирали на двух девушек в дорогих вечерних платьях.
- Вам лучше посидеть здесь, если начнется перестрелка.
Аня, ты умеешь успокаивать людей!
- Слушайте. Вы можете выйти, но очень тихо. Ясно? И не проходите рядом с главным залом. Услышу подозрительные звуки или увижу вас поблизости, - Анна растянула губы в ухмылке, - Пристрелю.
Она конечно не стала бы их убивать, но попугать-то надо? Закончив с проповедью, Донато повернулась к двери, открыла ее.
- Пойдем? 

+1

8

Я удивлённо повела бровью, наблюдая за тем, с какой ловкостью и знанием дела Анна справилась со вторым грабителем.
- Ууу, подруга, ты крута, - на распев протянула я и широко улыбнулась ей.
Радовало то, как технично Анна разделалась с парнем и загнала его еле ползающего в какую-то каморку. Вот это же женщина! С такой и в разведку не страшно, и по минному полю… Кстати, о минных полях:
- Да, пошли выйдем, - в ответ я кивнула Анне в сторону коридора, и обшарив карманы оглушённого мною мужчины, достала связку ключей и прошла к двери. Нет, ну мало ли пригодятся? Неизвестно ещё, куда нам придётся сейчас идти и какие двери открывать.
- Если решили уходить, - обратилась я к перепуганным людям в складе, - То делайте это тихо, на цыпочках, а нет – тогда сидите тут и ждите полицию, что я вам и советую, ибо не факт, что вам ещё сбежать удастся… - все как один, дружно отрицательно помотали головами, на что я пожала плечами. – Ну, значит сидите тихо, мы вызовем полицию.
Конечно, же ни о какой полиции я не думала, а сказала это только ради того, что бы нас ненароком не записали в такие же ряды грабителей или террористов, что ещё хуже.
Оказавшись в коридоре, уже собственно перешла к делу, активно рассуждая над нашими дальнейшими действиями.
- Я за ними следила, они обчистили зал ещё тогда, когда мы все на животах валялись на холодном мраморе, - я сделала паузу, внимательно смотря в конец коридора, - Если они ещё тут, то не смотря на то, аматоры они или нет, храбрости им хватило на то, чтобы попытать счастье в главном сейфе, к нашему счастью…
Я подошла к стене, на которой висел план здания, и начала водить кончиком пальца по стеклу, под которое была вставлена бумага.
- Вот, судя по всему, мы сейчас здесь, - постучала ноготком по чертежу, - Где бы ты держала сейф? Это скорее всего кабинет директора… - и я скользнула пальцем по плану отыскивая нужный мне объект.
- Смотри! Над выставочным залом, кабинет директора музея. Я представляю, что там может лежать по мимо брюлликов… - я глянула на Анну. – Продолжаем в том же духе? Воспользуемся эффектом неожиданности. По моим подсчётам, их было пятеро, теперь негритят осталось трое. Я думаю, мы справимся, идём на третий этаж? А потом, кабанчиком, через чёрный ход на автостоянку, главное – успеть вовремя, времени у нас осталось, минут пятнадцать не больше… А рассчитывать нужно, так и вообще на десять…
И я решительно сделала несколько шагов к лифту.
- На лифте будет быстрее, - бросила уже на ходу, шлёпая босыми ногами по полу, - Там выйдем и через метра три вдоль коридора будет нужный нам кабинет, главное чтобы на пути не было никого, а если кто и будет, держим пушки наготове, стреляем без предупреждения, лучше в голову... - оглядываясь, нажала на кнопку вызова, и цифры над металлическими дверьми лифта быстро за мигали сменяя одна другую. Несколько секунд и двери раскрылись. Благо в музее не так много этажей, всего-то четыре, если считать вместе с подземной автостоянкой.
Я вошла в лифт, не сомневаясь, что Анна последует за мной. Нервы приятно щекотал адреналин в крови, и не важно, что я там вечно говорила по поводу того, что терпеть не могу приключения. Чувствовала я себя почти, как ребёнок на новогодней ёлке, "детё не иначе", сказал бы отец. Я шмыгнула носом, крепче сжав в руке пистолет, и улыбнувшись глянула на Анну.
- Готова, отстреливать плохих парней? Предлагаю прижаться к полу, и стрелять, если что, сразу, как двери откроются. Никто не ожидает, низкорослых гостей, уж в кого и будут целиться, так это не в гномов, - я повела плечом и присела на корточки. Кнопка третьего этажа нажата, вот-вот откроются двери и начнётся основное веселье...

В это время в кабинете директора.
Двое мужчин бросили сумки в украшениями на стол, и отодвинули картину на стене за креслом. Под картиной скрывался внушительных размеров сейф. Один из грабителей припал к нему со всеми необходимыми в этом деле инструментами. Второй, тот который в костюме, его подгонял и постоянно оглядывался на открытую дверь кабинета, в дверном проёме которой был виден третий грабитель, охранявший коридор.
- Давай быстрее, - ворчливо бросил пыхтящему взломщику, - Ты же говорил тебе это две секунды делов?
- Это не так просто, как кажется, идиот, - прохрипел ему в ответ напарник, - Я не волшебник, мать твою. Не действуй на нервы, иначе сам его вскрывать будешь, усёк?
- Парни! - окликнул их третий из коридора, - Лифт заработал, поднимается...
Почти сразу, к нему подбежал парень в костюме:
- Откроются двери лифта, стреляем, - и поднял пистолет на уровне головы, прицеливаясь.

Отредактировано Nicole Moretti (2012-09-27 10:38:44)

+1

9

- Ууу, подруга, ты крута
- Что есть, то есть, - довольно отозвалась Анна, проверяя барабан. У нее была полная обойма. Шесть патронов.
- Николь, сколько у тебя?
Это важно, на самом деле. Им нужно было как можно больше патронов, как можно больше запасных магазинов. На что приходится рассчитывать? Если обыскать парней, у них можно что-то найти, но максимум – еще один магазин. Две женщины и двадцать патронов, какова вероятность, что грабители не упадут при виде воинственных дамочек на пол и не забьются в истерике от смеха? Нда уж.
А тем временем ребята-заложники возроптали, толстый мужик даже попытался пихнуть предъяву, что Николь и Анна – засланные казачки, тоже воровки.
- Посмотри на нее, - Анна указала стволом пистолета на Николь, - Она босиком! Да и потом – ее платье стоит больше, чем одежда тех грабителей, вместе взятых. Не мели ерунды.
Это Анна еще нормально выразилась. Она, вообще-то, всегда была вежлива. Но не тогда, когда ее украшения, стоящие баснословную сумму, увели, а саму Анну заставили демонстрировать грудь, хотя она – приличная замужняя женщина. Поэтому единственное, что останавливало Аню от пальбы во все стороны, это то, что грабители бы точно услышали и прибежали проверять.
– Ну, значит сидите тихо, мы вызовем полицию.
Анна покосилась на Николь, но ничего не сказала. Им нужны украшения свои, разумеется, впрочем… Анна видела чудесную брошку на даме в синем, вон она, достает осколки стекла из прически. Да и сережки на девушке с густым макияжем тоже были неплохи…да что уж там, те камни, которые были выставлены в зале – произведения искусства, и, с Божьей помощью, их получится увести… Это было бы чудесно, хотя бы пара колечек, и Анна была бы самой счастливой женщиной во Вселенной. У нее, разумеется, были деньги на парочку экспонатов коллекции, ну, может, даже на половину, но она не стала бы их тратить, она же в здравом уме! А вот если есть возможность приделать камням ноги и не заплатить за это ни цента - об этом стоит подумать.
- Пойдем скорее!
Девушки вышли в коридор, Николь остановилась у плана здания, принялась его рассматривать. Анна плохо ориентировалась в картах и просто стояла рядом, слушала замечания Моретти, прикидывала, как лучше застигнуть врасплох молодчиков… А что, если через вентиляционную шахту? Но потом Донато представила, как труба не выдерживает ее веса, и она летит прямо на головы испуганных грабителей, и с гневом отмела эту мысль.
- Лифт, так лифт, - пожала плечами Анна, - Но вдруг засада. А у нас не так много патронов.
Девушки вместе зашли в лифт, Анна подобрала платье и, кряхтя, улеглась на пол.
- Николь, - сказала она, - Нам еще не доводилось работать вместе, поэтому я хочу спросить. Ты не боишься убивать людей?
Сама Анна не боялась. Уже сколько лет - пистолеты, кровь, жертвы, иногда невинные, а по ночам – угрызения совести. Анна была приличной католичкой, иногда она даже ходила в церковь, правда, исповедоваться боялась, но тем не менее. А Николь была пока только знакомой, на операции вместе с Анной не ходила, и Донато не была уверена, что в нужный момент Моретти сможем выстрелить. Впрочем, если охранников трое, Анна их и сама уложит быстро.
- Я говорю потому, что они нас убивать не стали, и вряд ли бы собирались. Они не убийцы, а нам придется ими стать
Двери лифта разъехались. Времени на разговоры не осталось. Анна вскинула пушку.
Перед ними стояли два парня. Они явно не были готовы к тому, что женщины будут лежать на полу, и потом немного замешкались.
Анна выпустила две пули. Одна из них насквозь прошила колено левого парня, и оно взорвалось брызгами горячей крови. Вторая ушла в висок, и парень, совсем еще молодой по виду, лет двадцати двух,  упал на пол и затих. Анна перекатилась в бок. Она не испытывала раскаяния. Оно придет потом, и тогда она напьется, сидя в гостиничном номере, будет плакать и просить прощения у убитого, у Бога, у всех. Но не сейчас, сейчас она была готова нестись дальше, искать камни, а потом уносить ноги отсюда.

+1

10

- Патронов полный магазин. Будем надеяться, что этого хватит...
Надо признаться, что вопрос Анны застал её врасплох. Она легла на пол лифта, выдержав около минуты, прежде чем ответить. Нет, ей не нужно было думать над ответом, она давно его знала, и к ощущениям своим по поводу убийства какого-нибудь бандита, она уже давно не прислушивалась. Но вот такой ответ без раздумий, может заставить задуматься любого нормального человека о вменяемости Николь Моретти. Она вытянула вперёд руки, в одной держит сам пистолет, второй придерживает его рукоять.
- Скажем так… - начала она не глядя Анне в глаза, - Я не боюсь убивать плохих людей, особенно тех, кто хочет убить меня. А теперь, ты можешь считать меня жестоким человеком без капли совести, твоё право… -  и она вполне была готова услышать осуждающие восклицания или ощутить на себе не менее осуждающие взгляды. Ей нечего стыдиться, по её вине ещё не погиб ни один невиновный человек, а те, кому она пустила пулю в лоб, этого заслуживали.
- Я понимаю, но, как говорит мой отец, «редко когда люди берут в руки оружие, при этом будучи не готовы его пустить в ход, если сжимаешь пистолет в ладони – будь готов стрелять». Они взяли оружие в руки, и я уверена, что они готовы стать убийцами и воспользоваться им по назначению. Мы просто окажемся немного быстрее, и если повезёт, удачливее…
Тут двери лифта раскрылись и тема разговора была ею позабыта, перед ней теперь была только одна цель – успеть попасть в противника первой…
Как и предполагала Ники, грабители слегка растерялись, и эти доли секунды дали и ей и Анне шанс на победу. Она стреляла в того, кто был как раз напротив неё, оставив второго на подругу. Два быстрых выстрела, один – в грудь, второй – в голову. Позади парня, на уровне его головы брызнула алая кровь вперемешку с кусочками человеческого мозга, и он с грохотом рухнул на пол, потом больше не издав ни звука.
- Идём! – сказала уже поднимаясь с пола и, по-прежнему держа пистолет на вытянутой руке, направилась к кабинету спиной прижимаясь к стене и наскоро перебирая ногами.
Когда она заглянула внутрь кабинета, последний, - пятый, - грабитель стоял посреди кабинета с сумками в руках, позади него был открытый сейф, и к счастью был он безоружным.
- Сумки на пол поставь! – потребовала Николь, дёрнув в его сторону дулом пистолета, для того, чтобы мужчина быстрее думал, - И сделай два шага назад.
Она медленно прошла в кабинет, всё ещё не опуская оружия, направленного на мужчину медленно отходящего назад ровно на два шага.
- Подруга, - обратилась к Анне специально не обращаясь к ней по имени, - Нужно найти что-нибудь вроде скотча… На столе должно быть… Глянь, а?
- Что вы собираетесь делать? – спросил опешивший мужчина, - Я слышал выстрелы, кто стрелял? И где мои напарники? – одни вопросы, и когда он задавал их, его взгляд, как мячик для пинг-понга, бегал от Николь на Анну и обратно.
- Кончилось время, когда ты мог задавать тут кому-либо вопросы, - огрызнулась Ники, - Варежку захлопни, рукодельник, сейчас мы тебя свяжем и оставим копов дожидаться. Прекрасный план, не так ли? – она очаровательно улыбнулась мужчине, явно наслаждаясь его замешательством и недоумением.

Отредактировано Nicole Moretti (2012-10-01 19:22:09)

+1

11

- А теперь, ты можешь считать меня жестоким человеком без капли совести, твоё право…
Анна фыркнула. В отличии от Николь, сама Донато не боялась не только убивать тех, кто ей самой смерти не желал, но и людей, которых и плохими-то не назовешь. Так что кто тут человек без капли совести - это еще разобраться надо.
Второй парень рухнул вслед за первым. Анна покосилась на два трупа с сожалением. Такие молодые, еще жить да жить, а поди ж ты - выставку грабить, приличных людей... Это ты-то приличная? Анна прыснула, поднимаясь с колен, и отвела глаза от Николь, которая наверняка не поняла, с чего бы Донато смеяться, когда она только что застрелила человека. Ничего святого, подумала Донато, грустно, что с тобой случилось, Анна? Еще совсем недавно. кажется, ты была молодой девчонкой, радующейся золотому браслетику, да прячущей косяк в рукаве а поди ж ты - людей убиваешь, причем, без всякого сожаления.
И тут в голове послышался голос матери: "Попомни мои слова, Анна, пойдешь по наклонной. Неправильно живешь!". "Заткнись, мама, - грубо оборвала внутренний голос Анна, - Это моя жизнь и мне решать, как себя вести!".
От пространных размышлений Анну оторвал голос подруги.
- Идем.
- Наверняка те, кто остались, слышали выстрелы, - озабоченно сказала Анна, бесшумно двигаясь по коридору. Она сжимала пистолет левой рукой, шла за Николь, а подруга уже заглядывала в кабинет. Анна только приготовилась стрелять - черт их знает, сколько их там...
Мужчина у стола медленно, в прострации, отошел от сумки с оружием. Анна лениво провела его дулом пистолета, потом кивнула Моретти, сделала пару шагов вперед, посмотрела в столе. Скотча не было, только клейкая изолента, слишком тонкая, чтобы пытаться связать ею взрослого и здорового мужика.
- Кончилось время, когда ты мог задавать тут кому-либо вопросы, - ответила Николь мужчине, а Анна не удержалась и добавила:
- И напарники твои кончились. Жаль, что так вышло.
Наглая ложь. Ничерта ей не жаль, это же Донато.
- Николь, - Анна отозвала подругу в сторону, глазами не упуская мужчину из поля зрения. Помолчала, потом сказала, - Не считай меня слишком плохой, хорошо?
Анна никогда в жизни не оправдывалась. Она жила одним днем, особенно сейчас, когда так молода. Когда у тебя ничего нет - это ничего не страшно терять. Так и Донато, в девичестве Симони - совершенно не боялась того, что будет дальше. Пройдут годы, и она будет беречь патроны в барабане, а главное - беречь человеческие жизни. Но - не сейчас.
Анна взвела курок. Грохнул выстрел - у обеих девушек не было глушителей. Мужчина свалился на пол, предварительно стукнувшись мертвой головой о стол.
- Я готова стрелять, - сказала Анна в пустоту, не обращаясь конкретно к Николь, потом подошла к сумке, которая стояла на столе, аккуратно переступив мертвого мужчину. Нашла в сумке свои украшения, торопливо вдела серьги в уши, а колье повесила на шею. Пожалуй, теперь можно идти.
- Я возьму сумку, а ты посмотри в сейфе - вдруг мы что-то забыли.
Ну а что? раз уж пришли, надо все забирать! Тем более, если учесть, что они обе убили людей.
- А потом придумать, как нам покинуть здание.

+1

12

[mymp3]http://dl.dropbox.com/u/104198249/example_-_natural_disaster_laidback_luke_vs._example.mp3|Движняк, чо[/mymp3]

- Николь,  Не считай меня слишком плохой, хорошо?
Женщина приподняла правую бровь в недоумении:
- Что ты… - она не договорила, потому что ответ на её досказанный вопрос явился сам собой. Анна нажала на курок и одним выстрелом уничтожила единственного возможного свидетеля их женского бандитизма.
- Я готова стрелять
Услышала она слова Донато и, моргнув, подняла взгляд с тела убитого, которое лежало на полу, на подругу.
- Я вижу… - сказала приглушённым тоном, что означало в данном случае крайнюю степень задумчивости. – Обещай, что расскажешь мне потом, что сделало тебя такой… – нет, в глазах Ники сейчас не было ни намёка на осуждение, скорее понимание, сочувствие и ещё кое-что… любопытство? – … или кто? - закончила она свою фразу.
Не понаслышке она знала, что просто так человек не стреляет, не моргнув и глазом. Это значило лишь одно: Анна убивала и раньше, убивала много раз и Ники была уверенна, что привыкать ей к этому помогали…
Затем, отбросив на потом все разговоры и вопросы, она последовала примеру женщины и, найдя в сумке свои украшения, надела их, при этом довольно улыбнувшись.
- Окей, - откликнулась Николь и подскочила к сейфу, быстрым взглядом оценивая его содержимое, - Чёрт! – она быстро вытащила из сейфа несколько раскрытых ею бархатных пеналов. – Это же те самые лоты… - запнувшись, сказала она, показывая находку Анне, - …как же их… Господи, я же читала, про аукцион, который должен проводиться на следующей неделе… - и тут внезапно вскрикнув, она затараторила: Точно! Это же серьги и брошь царской семьи со времён Русской Империи, их сделали в 1750-1760 гг., кажется… В двадцатом веке их изъяли советские власти из Алмазного фонда и продали их консорциуму европейских дилеров… - её голос оборвался и она широко раскрытыми глазами уставилась на Анну. – Этожматьмояженщинаохрнетькакстоит… - протянула одним словом, тот час же захлопывая пеналы и кидая их в сумки.
И тут на всё здание завизжала вновь включенная кем-то сигнализация. Видимо, кто-то из сотрудников набрался храбрости, чтобы выйти со склада и воззвать к помощи полиции.
- Дьявол! – вырвалось у Николь и схватив одну сумку, она побежала к выходу, - Бежим, Ань! – кричит подруге на бегу, -  Тут, сразу за кабинетом, лестничная площадка, она выходит сразу на парковку. Дай Бог, мы успеем смыться раньше, чем сюда ворвётся группа захвата…
И они бегут из кабинета, Николь по-прежнему босая, держа в одной руке драгоценную ношу, а в другой всё ещё сжимает пистолет. Мало ли ещё придётся и от фараонов отстреливаться? Потом, бегом по ступенькам, вниз к автостоянке и так быстро, что пару раз Ники чуть не споткнулась, перепрыгивая через две ступени разом. И на лету, отпирать двери машины, запрыгивая в салон и бросая сумки на заднее сидение.
- Спокойно-спокойно, - приговаривает Николь, вставляя ключи в замок зажигания и заводя двигатель, - У нас почти получилось… - выезжает со стоянки на дорогу, проезжают десять метров и им на встречу проезжают первые полицейские машины.
Николь делает лицо как можно непроницаемым и беззаботным, однако всё же косо провожает кортеж взглядом голубых глаз. А потом выдыхает, расслабленно откинувшись на спинку сидения и ослабив хватку рук, сжимающих руль.
- Чёрт, это было феерично, мать вашу! – вскрикивает и начинает громко и весело смеяться, - Ань, как мы их всех сделали, а? – шаловливо подмигивает рядом сидящей женщине, - Да, мы круты, чёрт возьми! – снова вскрикивает и врубает музыку почти на всю громкость. – Куда едем дальше, подруга? – спрашивает, улыбаясь и тарабаня пальцами по рулю в такт мелодии.
- We should be happy ever after, happiness and laughter. What a natural disaster! – подпевает, подхватывая слова любимой песни.

Отредактировано Nicole Moretti (2012-10-10 19:55:17)

+1

13

– Обещай, что расскажешь мне потом, что сделало тебя такой, – позже, Николь, позже.
Анна на секунду прикрыла глаза, но когда снова распахнула их – в зеленых кошачьих глазах уже плясали чертенята. Давай, Ники, ограбим эту лавочку!
- В семнадцать лет, - сказала Анна, оглядывая подол платья – он был слишком длинным, чтобы убегать из музея спокойно, - Я помогла парню, который умер бы в темном переулке. Он истекал кровью. Так я впервые столкнулась с оружием. Потом мы попали в заварушку, и тогда я впервые воспользовалась оружием, правда, никого не убила. Зато вот когда мы убегали из Палермо, мне пришлось взорвать машину и людей, что ехали в ней. Потом была стрельба на заброшенном заводе, потом еще много всего. В этом мире надо уметь бывать жесткой.
Анна замолчала, нагнулась и, схватив со стола канцелярский нож, сделала точный надрез на богатой ткани платья. Потом дернула – и шелк затрещал под ее пальцами, разошелся, а через секунду юбка прикрывала ноги чуть ниже середины бедра. Эх, где все мужики, когда они так нужны?
А Николь пока мародерствовала в сейфе. И когда Анна услышала слова подруги о королевских камнях, ее глаза зажглись.
- Николь, - хитро, как лиса-Алиса, начала Анна, - Ты ведь понимаешь, что мы обязаны поступить непорядочно…
Моретти без лишних слов забросила в сумку коробочку с украшениями. Анна широко улыбнулась подруге и подхватила одну из сумок.
Сигнализация прорезала тишину музея, заставила поморщиться от резкого звука. Донато скривилась – еще десять минут, и они бы спокойно ушли, а придется теперь искать пути для отступления.
Вы когда-нибудь бегали на каблуках? А на пятнадцатисантиметровых, да еще тонких, как игла? Нет? Ну и не пробуйте! Потому что хоть Анна и отрезала юбку у платья, бежать легче не стало. Хотелось бы думать, что она похожа на грациозную лань, гордо скачущую по сафари, но она явно была похожа на сороконожку на тоненьких ножках-спичечках. Печально.
В общем, споро перебирая ногами, Анна тащила на себе сумку, бежала за Николь и совершенно не чувствовала веса украшений. Уж правду говорят – своя ноша не тянет.
Они бегут вниз по лестнице, Анна проклинает тот день, когда купила эти чертовы туфли, а подвеска, которую она нацепила, больно бьет по груди. Ветер свищет в ушах, прическа растрепалась, но они с Николь бегут как можно скорее, потому что приедут чуваки из ФБР – а они приедут, ограбление-то крупное – и начнутся вопросы: а кто убил самих грабителей? А где те две очаровательные девушки? И куда, черт дери, подевались украшения, которым нет цены?
Но вот, наконец, и машина, небольшая и практичная тачка, взятая напрокат. Неприметная – затеряться в городе легко. При желании – полетит как птица.
Анна плюхнулась на пассажирское сиденье и покосилась на Моретти:
- Признавайся, ты планировала это ограбление?
- Ань, как мы их всех сделали, а?
Анна широко улыбается подруге:
- Теперь я знаю, с кем могу грабить банки.
Ой, Аня, не зарекайся уоо-оу, как в песне старой поется. Тебе еще и не то предстоит.
Анна засовывает нос в сумку, достает бархатную коробочку, раскрывает ее. Глаза ослепляет блеск камней – белое золото и сапфиры, до чего же красиво!
- Продавать такое нельзя, я даже в салоне у себя не толкну, - озабоченно говорит Аня, - Поделим пополам, и будем нам валютный фонд. Хорошее вложение капитала. Ну и плюс, придется нам ехать домой на машинах, потому что в самолете будут досматривать.
Но это все потом. Сумка летит на заднее сиденье, а Анна весело говорит:
- Давай, сворачивай на Саммер-стрит. Есть там один клуб….
Клуб, в котором можно расплатиться украшениями, часами – да все равно, чем.
***
- А я ему такая: «Чего вылупился? Я приличная католичка!»
Анна была уже порядком пьяна. Они с Николь на двоих выпили две бутылки самой дорогой текилы и теперь сидели на диване в чилл-ауте. Повсюду гремела музыка и Донато не была уверена, что Николь ее слышит. Но с упрямством пьяного человека продолжала рассказывать.
Они отдали бармену брошку одной из приглашенных. Не сильно дорогая, она покрыла расходы двух девушек за вечер – а они были не маленькими.
- Хочу танцевать, - надула губы Анна.

+1

14

И они свернули на Саммер-стрит и припарковались у местного ночного клуба. Гулять, так гулять! После такого бурного и насыщенного событиями дня, девушкам определённо нужно было отдохнуть. Они выбрали самый лучший столик с диваном, оттуда отлично было видно сцену и танцпол. Заказали море шампанского и фруктов с шоколадом к нему в пару. Громкая музыка отдавалась ритмом в висках, но постепенно начинаешь привыкать к шуму, расслабляешься и под действием алкоголя, тебе становиться всего этого мало…
- А я ему такая: «Чего вылупился? Я приличная католичка!»
Ники не расслышала, сощурилась и склонила голову набок:
- Что? – крикнула переспрашивая, - Чёрт, так громко я еле разбираю, о чём ты говоришь! – воскликнула и звонко рассмеялась.
- Хочу танцевать, - сказала подруга, когда Моретти осушила очередной бокал с шампанским и демонстративно перевернула его над столом, пожимая плечами, мол «бухло закончилось».
- Пошли, потанцуем! – ставит бокал на столик и берёт Анну за руку. Небольшое усилие и, подняв подругу с дивана, они обе отправились на танцпол, проталкиваясь руками, локтями между толпы движущихся в ритме танца незнакомых людей.
- Разойдитесь! – крикнула в толпу, поднимая обе руки над головой и начиная прыгать в такт музыке.
- Е-е-е-е! На-на-на! – лёгкие покачивания бёдрами из стороны в сторону, взмахи рук над головой, развивающиеся в танце тёмно-каштановые локоны.
- Ань, давай вместе со мной! – кричит подруге и немного медленней демонстрирует ей слаженные движения руками, - И ножкой! – смеётся, поднимая ногу, согнутую в колене на уровне талии.
- Мы лучшие женщины в мире! – и её заразительный смех почти перекрывает все голоса, слышащиеся вокруг. – И самые богатые! – подмигивает подруге, и улыбка снова заставляет её лицо светиться от счастья.
Какие-то парни, видимо, услышав крики девушки, или просто соблазнённые дикими плясками пьяных подруг, подплыли к ним в танце. Один пристроился к Анне, шутил, улыбался, многозначительно скользил взглядом по фигуре девушки, второй всё тоже проделал с Николь.
- Чё, женской ласки захотелось, парень? – хитро сощурившись, спросила Ники у паренька, который был явно на лет пять, а то и больше, моложе её. – Ты в каком классе то учишься, м?
Потом бросив взгляд с парня на подругу, крикнула ей:
- Ань, они хотят, чтобы нас посадили за совращение малолетних! Ахахах… - и залилась очередной волной звонкого и заразительного смеха.
Парни начали уверять, что им уже давно двадцать три года как исполнилось, на что Николь махнула рукой и босыми ногами пошлёпала к сцене.
- Плевать! Пошли на сцену, будем отжигать в свете софитов! – и потащила за собой анну и одного из парней, взяв их за руки.
- Посторонись! – разогнала всех возле сцены и взобралась на неё по ступенькам.
Приличный градус (ударивший в голову, после всего выпитого), босые ноги отплясывающие незамысловатые «па» (кстати, собравшие пыль со всех полов, начиная с музея), подруга веселящаяся рядом, куча бабла виде украшений (в сумках, оставленных в закрытой машине), что ещё от жизни надо? Разве что полуголые парни, несколько младше самой Николь, которые вот уже и ремень начали расстёгивать, и вслед за снятыми футболками со сцены в толпу вскоре полетели и двое пар потёртых джинс. Горячие мальчики, счастливые девочки… Жизнь так хороша! Николь надолго запомнит этот день и этот вечер!
- Мы лучшие! – снова кричит в порыве искреннего счастья, обнимая подругу и целуя её в щеку. – Чёрт, и попробуйте только сказать, что это не так! – угрожающе тыкнула пальцем в воздух, а с ней никто и не спорил. Они сегодня действительно были самые-самые, две лучших девушки горячей и знойной Италии, покорившие Америку…

+1

15

- Чёрт, так громко я еле разбираю, о чём ты говоришь!
Анна уже забыла, о чем она говорила Николь. Они напились в хлам просто, нет, оно и понятно, они сегодня сорвали джек-пот, столько украшений, да еще и на такую сумму. Правда, женщинам так напиваться не стоит, но… Почему бы и нет, раз-то в год?
- Пошли, потанцуем!
Ааа, так вот что Аня хотела, а она-то голову ломала. Тогда и правда, танцевать.  Официант, шедший мимо, был зацапан ловкой рукой Донато, она обхватила его за шею, громким пьяным голосом потребовала шампанского для себя и для «вот этой очаровательной красотки», указав на Николь. Потом Анна попросила официанта потанцевать с ней, но тот спешно ретировался, якобы за шампанским, а на самом деле – он просто рад был сбежать от полоумной и пьяной Ани.
Но вот они и на танцполе, а вокруг люди танцуют из цикла: «- Девушка, вы танцуете? – Да! – Ой, слава богу, а я думал, вас током ударило!». Аня так танцевать не умеет, она вообще чувствует себя здесь перестарком, хотя и платье уже не длинное, и бретелька сползла вполне себе эротично, но прыгать, как молодая горная коза Донато не умеет. И потому просто двигает бедрами и своей вполне себе ничего попой в разные стороны, проводит руками по телу, вниз и вверх, а потом, сама для себя неожиданно, манит пальцем какого-то парня, примерно лет двадцати пяти, который пялится на них с Николь уже минуты три.
- Эй, красавчик, - зовет Донато, - Не хочешь поразвлечься?
- Мы лучшие женщины в мире! И самые богатые!
Парень, который все пялил на их парочку, подошел сзади к Николь и принялся что-то шептать ей на ухо. Его дружок подплыл к Анне, царственно кивнул и провел рукой по ее заднице.
- Но-но, - авторитетно сказала Анна, убрав его руку, - Я – дама замужняя, - и продемонстрировала ему обручальное кольцо на пальце. Парень руки убрал, но виться вокруг не перестал. И Анна подумала – а чего б нет? Она развернулась к парню, положила руки ему на плечи и пошли у них пляски. Паренек вытанцовывал хоть куда, Анна даже запыхалась, и сдувала со лба пряди, выбившиеся из прически.
А потом она обернулась и увидела Николь, которая уже взобралась на сцену и лихо отбивала там чечетку.
- Тоже хочу, - капризно заявила Аня и паренек сообщил, что для такой красивой леди он и луну с неба достанет.
- Луны нам не надо, неси меня на сцену!
Доля влюбленного юноши тяжела: он взвалил на себя Анну и привез ее прямо к сцене. На сцену Анна не полезла, потому что платье у нее было короткое и парень увидел бы ее нижнее белье, красивое, кружевное, но все же белье! Ограничилась она плясками рядом со сценой да пьяными выкриками в сторону Николь.
Потом Моретти спустилась вниз и принялась лобызать Анну, а Анна отвечала взаимностью.
Поистине говорят, женщина – хрупкое существо, от которого невозможно спастись. Сегодня вечером две хрупкие итальянки показали Нью-Йорку, чего стоит итальянская кровь.

+1

16

Игру закрыли, Николь, это было круто!)
В архив.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Лучшие друзья девушек - это бриллианты...