Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
- Тяжёлый день, да? - Как бы все-таки хотелось, чтобы день и в правду выдался просто тяжелым.

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » All about the money


All about the money

Сообщений 1 страница 20 из 24

1

Участники: Sharon Raymond, Guido Montanelli
Место: Полицейский участок
Погодные условия: Обычные для августа
О флештайме: Перед своим отъездом Кристина оставила Шерон свои деньги, полученные от сотрудничества с Болтом. Болт мёртв, но перед смертью успел рассказать об этом сотрудничестве. Гвидо собирается забрать эти деньги на хранение, пока Санчез не вернётся, и отдать Риккарди его долю.

Отредактировано Guido Montanelli (2012-09-17 14:59:16)

0

2

Внешний вид

Гвидо почти на спал ночью - из его головы не шла проблема с Крис. Самовольный побег, помощь детективу, разгром баров, какие-то тайные дела с байкерами и проблемы с японцами - только у неё может быть столько всего и сразу. Сколько он её помнил - всегда была максималисткой.... Тут ещё эта наркоманка, которую насиловал Болт; хотелось бы надеяться, что из дома ничего не пропало вместе с ней. Проблем и так было создано достаточно, было абсолютно не до татуированной шлюхи, для которой он стал героем прошлым вечером, и не до благодарностей от её лица - нужно было разгрести всё то, что натворила Санчез, и либо помочь в её поисках, либо наконец-то приступать к другой работе. Хотя что-то подсказывало, что Риккарди его не отпустит до тех пор, пока история не утрясётся полностью - Монтанелли был связан с ней больше, чем кто бы то ни было, просто потому, что видел Кристину последний раз. Именно потому он и разгребал дерьмо, что она им любезно оставила перед своим отъездом.
Утром в полицейском участке уже было известно о бардаке, устроенном в заведении фигуранта дела лейтенанта Рэймонд; двое его подельников лежали с пулями в головах, самого же Болта на месте преступления не было обнаружено. Его не могли обнаружить даже крысы в канализации, а если бы и сумели бы вытащить его ноготь из помойного потока, то всё равно вряд ли стали бы  его грызть - Гвидо избавился от тела сразу после того, как уложил наркоманку на диван в гостиной. Незачем было оставлять копам лишние улики; пусть лучше считается, что он сбежал, грохнув своих приятелей - не такая уж редкость в криминальных кругах. Тем труднее будет связать его с Кристиной и им самим... Перед смертью Болт успел сболтнуть о том, что у него, Кристины и группы грабителей из страны восходящего солнца всё-таки было одно совместное дело, и что долю Крис с него он ей уже передал. Санчез же не сообщила ни о каких деньгах - то ли не успела за своей поспешностью, то ли просто не посчитала нужным; никаких денег не было найдено ни в её машине, ни в её квартире, когда полицейские её покинули; было только два варианта, куда они могли деться - их либо взяли узкоглазые, которые пришли за ней, либо же тот, кто её видел последний раз до того, как её увезла скорая помощь; в обоих случаях это означало, что эти деньги сейчас находятся в полицейском участке, и забрать их можно только у Шерон Рэймонд - Болта удалось разговорить на имя, хотя Гвидо и сам уже догадывался о том, кто помогал Кристины избежать расправы и государства, и мафии. По сути, они с Риккарди сейчас делали ту же самую работу - заметали её следы, устраняя тех, с кем она провернула свои делишки; Болт мог что-то рассказать разве что ангелам на страшном суде, а Джованни сейчас занимался проблемой узкоглазых в тюремном лазарете. Монтанелли оставалось лишь забрать деньги, чтобы закончить эту суточную эпопею и заняться своими делами - вернуться в госпиталь проведать Анну, и хотя бы раз в неделю показаться на своей легальной работе.
Шевроле остановился напротив полицейского участка, заняв положенное под парковку место, чтобы не светиться лишний раз. Хоть для мафии дурить голову государству было сродни американским горкам, Гвидо не любил дразнить полицейских без причины; тем более, что показаться здесь - уже было почти что карикатурой: с его руки федералы лишились больше улик, чем сами могли предположить. Если бы он мог их вернуть, они перевыполнили бы свой план за тридцать лет раза в два, вот только Монтанелли не был ни волшебником, ни идиотом, и ему ещё хотелось жить, несмотря на немолодой уже возраст. Возможно, в отличие от той же Кристины, обнаглевшей через край. Не хотелось об этом думать, но у неё были все шансы отправиться вслед за японцами и Болтом.
Пересменок в полицейском участке - отличное время для посещения. Хоть людей в форме здесь в такой час больше чуть ли не вдвое обычного, ночная их половина спит на ходу, а утренняя - ещё не проснулась толком, а потому на тех, кто приходит, они обращают мало внимания. Впрочем, нахально следовать в самое сердце участка Гвидо не собирался. Не в этот раз.
- Могу я увидеться с детективом Рэймонд? - задал Гвидо вопрос дежурному сержанту за стойкой. Всё ограничится неприятным для обоих сторон разговором, если деньги у неё; хуже, если они уже в комнате для вещественных доказательств. Если не разошлись по рукам тех, кто их нашёл; но в этом случае их уже вовсе не найти, а ответственный за улики, может быть, и возьмёт их часть... естественно, из доли Крис, а не его или Риккарди.

Отредактировано Guido Montanelli (2012-12-15 19:44:26)

+1

3

Произошедшее буквально несколько дней назад, вызвало настоящий сумбур в полицейском участке. Конечно, стражей правопорядка радовал тот факт, что грабители, которых они пытались поймать так долго, наконец-то остановлены, однако факт весьма непростого задержания вызвал много последствий. Отдел внутренних расследований активизировался, начальство работало в поте лица, желая снять оцепление с жилого дома, которое так не нравилось жильцам, со свидетелей снимали показания, а Шерон приказали вернуться в полицейский участок для устного рапорта. Большое дело, - думала Реймонд, направляясь к кабинету начальника. По крайней мере, сегодня ей не придется оставаться на работе надолго. Уже в кабинете начальник поблагодарил лейтенанта за хорошую работу, а потом, буквально следом, начал кричать.
- Два убийства при задержании! – кричал он, изображая искренне удивление тому, что Шерон не нашла способа решить этот вопрос как-то иначе.
Но женщина лишь молчала в ответ, терпеливо и героически. Она привыкла к такому поведению, да и начальник уже через минуту успокоился, наконец-то поинтересовавшись состоянием здоровья своего детектива. Шерон лишь показательно похлопала себя по ребрам, которые, под кофтой, покрывал жесткий и до боли неудобный корсет. Ей приказано не снимать его две недели, и это самое паршивое из того, что произошло. Через минут двадцать, Реймонд наконец-то покинула кабинет руководства и направилась к выходу. На этом, ее работа была завершена и снова возобновиться, как только лейтенант выйдет из своего официального отпуска. Женщина спускалась на первый этаж, вспоминая о своем бедном Додже, который всю ночь в гордом одиночестве простоял около дома Крис Санчес под чутким надзором криминалистов. Все работы должны были быть уже закончены, так что Шерон планировала забрать машину и поехать домой. Она вышла в приемную и, не обращая ни на кого внимания, направилась к выходу. Однако до двери Реймонд дойти не успела, ее тут же окликнул дежурный сержант, сообщивший о том, что к женщине пожаловали посетители.
- Какие еще посетители? – недовольно протянула Реймонд, поправляя на себе пиджак.
Сержант указал на мужчину, который стоял около стойки. И Шерон не нужна была подсказка, даже со спины она узнала в этом человеке Гвидо Монтанелли, собственной персоной. И что же женщина сделала? Расплылась в улыбке, нагловатой улыбке. Интересно, что привело сюда верного пса босса Донато? Никак решили проведать своего любимого детектива полиции, может, он еще и коробочку конфет принес, или Виторре снова решил порадовать Шерон драгоценностями? А день становился все интереснее.
- Ух ты, ух ты…, - протянула Реймонд, медленно подходя к мужчине. Ее голос был пропитан сарказмом, но именно так она и общалась с большинством представителей преступного мира.  – Ну надо же. Какой редкий гость в нашем скромном…, - женщина развела руками и окинула взглядом помещение, - обиталище. Ты по мне соскучился? Ну давай, признавайся, ведь соскучился.
Реймонд уловила удивленный взгляд сержанта, который, почему-то, не понял сарказма и уже наверняка гадал в своей тупой башке, что же может связывать лейтенанта полиции, которая, как известно, уже состояла в серьезных отношениях, и этого человека. Тем не менее, увидев этот взгляд, Реймонд не остановилась, казалось, она хотела ввести сержанта в еще большее заблуждение.
- Обнимемся? – разводя руками для объятий, все с тем же сарказмом, протянула Шерон, хотя уже через секунду она вновь опустила руки. – Наверное, лучше сделать это на улице, - добавила женщина, указывая на двери, ведущие на улицу.
Реймонд уже раздирало жуткое любопытство: что могло привести сюда Гвидо? У него сообщение, ему есть что сказать? Весьма нетипично вот так бросаться в пасть льва, светиться, ведь в лицо его здесь знает добрая половина отдела расследований. В любом случае, участок – не самое лучшее место для общения с такими людьми, самое время на выход. Что интересно так это то, что Шерон никак не связывала это появление со вчерашним днем. Трудно сказать почему, но вот в голову это, почему-то, так и не пришло.

+1

4

Стоит ли говорить о том, что Гвидо было плевать на то, что сказало ей начальство о её самовольстве при задержании - в конце концов, те, кому посчастливилось встретиться с молодой девчонкой, а не с тренированной женщиной с военным опытом, скоро тоже присоединятся к своим друзьям. Это лишь вопрос времени, когда контакт мафии в тюрьме поработает, и японцы будут найдены с перерезанным горлом, самодельной заточкой в ухе, или просто забитыми до смерти - неграми, арийцами, латиносами, неважно кем. Всё спишут на межрасовую неприязнь, и закроют дело - за решёткой суд всегда быстрый, в отличие от суда на свободе, после которого туда и попадают. Так же мало волновали его и сломанные рёбра Шерон, и её нарушенный отпуск, и все силы, которые детектив убила на поиски грабителей на тюнингованных не без помощи Крис машинах. Всё, что его теперь волновало - чёртовы деньги Санчез, которые были где-то неподалёку отсюда. В Мафии всегда всё вертится вокруг денег - в любом виде, будь то алкоголь, продаваемый в стране в период сухого закона, сигареты, нелегально переправленные в другой штат и проданные без уплаты налога, подпольные азартные игры, проституция, рэкет, наркотики... и незаконные операции с автомобильными деталями тоже приносили доход, а значит - они тоже были деньгами. Для босса самым ценным всегда будет тот, кто больше всего зарабатывает и не пытается скрывать от него свои доходы, чем бы не занимался; тот, кто не зарабатывает ничего - того знать не захотят; тот, кто не делится - рано или поздно потеряет вообще всё. Простые законы существования.
Вряд ли Кристина заработала какую-то заоблачную сумму на своей помощи Болту, но доля с операции всё равно должна была попасть к Риккарди, как к капо её команды. Было неважно, не захотела она делиться с ним, или просто не успела, слишком быстро собрав манатки, но теперь было бы лучше для неё самой, если Джованни получит свои проценты; у Крис и без того грехов достаточно. А так как она этого сделать не могла, и возможно, уже и не сможет, если так решат, приходилось делать это за неё самому. Даже если для этого придётся снова пройти через главную занозу в заднице Донато и тех, кто работал на него. Впрочем, ей в любом случае следовало бы оказать визит. Так сказать, напомнить о том, что за люди стоит за Крис, и вновь дать понять, что их лучше не морочить.
Монтанелли развернулся к ней, услышав её голос, и неторопливо снял очки, чтобы посмотреть ей в глаза - эдакий знак уважения и презрения одновременно. Нехорошо, если между собеседниками находятся чёрные стёкла - один из них может подумать, что от него что-то скрывают. Скрывать же Гвидо ничего не собирался; но и ничего сообщать в открытую тоже. Всё, что Шерон положено узнать, она и так узнает - от своих коллег, из полицейских рапортов, от коронера. Из утренних газет, в конце концов.
- Особенно по твоей ухмылке. - мрачно положил Монтанелли, продолжая смотреть на неё в упор. Плевать, что местный регистратор становится невольным свидетелем разыгрываемого лейтенантом представления; его чувство юмора вообще любило поспать, но при общении с полицейскими оно улетучивалось полностью; особенно с Шерон, и её обращение к нему, словно к школьнику, не посещавшего её уроки месяцами, его здорово раздражала. Вообще-то, неприязнь к лейтенанту Рэймонд основывалась исключительно на том, что они с ней стояли по разные стороны баррикад; возможно, им удалось бы больше подружиться друг с другом, если бы Донато сумел купить её, как купил Джона Уэйта в своё время, но Шер играла только с теми, с кем сама хотела, и всегда преследовала только свои цели. А значит, доверять ей было в любом случае нельзя, даже как полицейском при исполнении; он не был уверен до конца даже и в том, что они с Крис общались, как друзья, а не как преступник, что-то совершивший, и полицейский, что-то об этом знавший. Гвидо был бы доволен, если бы однажды ему, прибыв на место очередного убийства, пришлось бы избавляться от её мёртвого тела; но признавал, что он сам до этого едва ли доживёт - слишком хитрой и наглой лисой была Шерон.
- Конечно. Пусть вся улица увидит, как мы обнимаемся. - стоило признать, что предложение покинуть участок было действительно дельным, ему незачем было так светиться в полицейском участке, да и Рэймонд светить особенно не стоило - она уже вдоволь засветилась с Кристиной, так, что её свет до сих пор ещё ощущался, и кто-то мог начать проводить никому не нужные параллели. Особенно увидев, как обнимаются звезда полицейского участка и известный на весь Сакраменто мафиози. Монтанелли проследовал за Шерон, галантно, но без переигрывания, придержав ей дверь.
- Уверен, ты догадываешься, что я зашёл к тебе не просто поздороваться. - начал Гвидо, как только они оказались за пределами участка. Он как раз считал её достаточно сообразительной для того, чтобы подозревать о цели его визита, вероятно, приписывая их отношениям с Крис несколько больше, чем было на самом деле. - Стало известно о ваших вчерашних похождениях с Санчез. Мои друзья не в восторге от того, что она исчезла из города, не соизволив объясниться. - Монтанелли был сдержан, но уверен в себе, впрочем, как и обычно. Взять его было не на чем, с пропажей вчерашнего героя дня, к вечеру превратившегося в отвратительно исполненного главного злодея, связать было можно легче Санчез, чем его. А в том, что Шерон была как-то связана с исчезновением Кристины, или, по крайней мере, в курсе её планов, он был уверен почти полностью. - Они в курсе и её дела с механиком из пригорода. И знают, что он передал ей прибыль от него.

+1

5

Не то, чтобы Шерон очень часто виделась с Гвидо, но ей казалось, что сейчас мужчина выглядит точно так же, как и обычно: серьезный и мрачный. Правда, это никак не повлияло на настроение женщины, напротив, это даже как подстрекало ее и дальше сыпать сарказмом.  В данном случае, она открыто игнорировала и солидный возраст Монтанелли, и его положение в мафии, которое негласно было известно многим детективам, - Шерон было наплевать. Преступник есть преступник, с ним общение будет проходить точно на таком же уровне, как и со всеми остальными. С его боссом в том числе, ведь Реймонд никогда не упустит возможности бросить колкость в сторону босса мафии, да она себя уважать перестанет.
- Гвидо, ты все испортил, - с наигранной обидой бросила Шерон, махнув рукой. – Где энтузиазм, где улыбка? Когда тебе еще удаться побывать в таком чудесном… темно-синем, - добавила женщина, провожая глазами мимо проходящего офицера, - окружении?  Хотя удастся, я на это надеюсь.
Реймонд улыбнулась. Конечно, как и многие другие, она мечтала видеть таких людей как Гвидо Монтанелли в тюрьме, или покоящимися в сырой земле. Но не все мечты осуществимы. Несмотря на то, что лейтенант частенько напоминала Гвидо о том, что она с него не слезет, на деле все же понимала, что это цель практически недостижима. Игра слов, сарказм, но не более. Этот человек много лет умудрялся уходить от правосудия, будет уходить и дальше, с этой реальности можно только посмеяться, что и делала Шерон, в этом не было ничего обидного.
- Ты стесняешься? – тут же подхватила женщина, показательно посмотрев на себя в небольшое зеркало, висевшее на стене, и поправив волосы. – А мне казалось, я все еще ничего для своего возраста.
Наигранно хмыкнув, Реймонд снова повернулась к Гвидо. С тем, чтобы выйти из участка мужчина спорить не стал. Шерон же махнула на прощание дежурному сержанту и вышла через дверь, галантно придержанную мафиози. На улице также толпились офицеры полиции. Кто-то курил, кто-то оживленно разговаривал. Желая побыстрее скрыться с глаз, Шерон ускорила шаг, сворачивая направо. Все-таки, так светиться ей тоже было ни к чему. Отдел внутренних расследований и так здорово насел на лейтенанта, общение с Гвидо не пойдет на пользу. Тем более, как поняла Шерон, тема грозила быть серьезной. Вообще-то, женщина не рассматривала вариант с Крис, но первые слова Гвидо заставили ее задуматься. Конечно, он пришел не просто так. Но почему? Последнее, что произошло с лейтенантом, так это задержание японцев, при участии Крис Санчес, которая работала на мафию. Так это и есть причина? Да уж, догадываюсь, - подумала Шерон, медленно вышагивая вперед и натягивая на глаза очки. Вполне понятно, о каких друзьях шла речь.
- Объясниться по поводу чего? – продолжая идти и смотреть вперед, уже более серьезно протянула женщина. – Это были мои проблемы, в которые я ее втянула.
Конечно, связь с полицейским не красила Крис, но ведь она никого из своих не сливала, так что от нее надо этим мафиози? В конечном счете, босс Донато позволил себе гораздо большее в отношении лейтенанта, но его как-то никто не упрекнул, хотя как глава такой серьезной криминальной организации, он должен быть вдвойне бдительнее и осторожнее какого-то рядового гонщика.
- У вас столько крыс, а вы обращаете внимание на мелочи, - Шерон продолжала медленно идти вперед, она шла прогулочным шагом. Раньше это, может, и не считалось мелочью, но раньше и представить копов или их родственника в рядах мафии было просто нереально. А теперь посмотрите, правая рука Виторре Донато – бывший полицейский, Джон. Все меняется. – Да, деньги были переданы, - не стала врать женщина, это было бесполезно, Гвидо был хорошо осведомлен, - но их у Крис нет. Я бы сказала, они в надежном месте и врятли снова окажутся в ее руках. Да ладно, Гвидо, может, скажешь сразу, что тебе надо? Хочешь знать, где Санчес? Но я тебе этого не скажу, - Шерон даже не пыталась врать, опять же, она была уверена, что мужчина не глуп и догадывается об осведомленности лейтенанта. – Тебе нужны деньги? Но я тебе их не отдам. Кстати, забавно. Ты переквалифицировался в курьера? – женщина усмехнулась. – Интересно, ты здесь по приказу дяди Донато или Риккарди?

+1

6

Монтанелли всю жизнь везло - за тридцать полицейские так и не смогли его взять; даже под внимание полиции он попадал не столь часто, как остальные члены мафии. В большей степени, благодаря профессии - обычно он не занимался ни рэкетом, ни наркотиками, ни угонами, ни убийствами, и там, где появлялся он, полицейские чаще всего уже не появлялись вообще. А если и появлялись, то им уже немногое удавалось найти. Потому даже связать Гвидо с мафией можно было с трудом; тяжело что-то приписать человеку, который избавляется от людей уже после того, как они стали мёртвыми. Полицейские, возможно, даже не догадывались, что многие тела, которые они откапывают в лесу, находят в мусорных баках, на свалках или в канализации, они находят только потому, что мафия им это позволяет - иногда полезно бывает не только уничтожить улику, но и наоборот, подкинуть лишнюю. Тот же, кто не должен был быть найден никогда, поступал в распоряжение Монтанелли, и вскоре превращался в пепел, переходил в почти полностью жидкое состояние и сливался в помойный сток, или полностью растворялся в кислоте. Однако, Гвидо понимал, что вечно уходить от закона он не сможет; и лучше бы его убили раньше, чем арестовали - если откроется хотя бы часть из его дел, это будет один из самых громких процессов десятилетия. Возможно даже, что верхушка решит его самого уничтожить так, как он обрабатывал мёртвые тела при своей жизни - чтобы копам даже трупа не досталось. Впрочем, думать об этом было рано - пока что он находился среди копов, но на свободе.
Шерон была права - выглядела она отлично; вероятно, Гвидо проявил бы к ней интерес, занимаясь она чем-нибудь ещё, хотя бы даже оставшись в рядах вооружённых сил США - но полицейский значок был для него, как для человека традиций, чем-то вроде печати неприкасаемого. Что, впрочем, не помешало бы ему обнять её, если бы ситуация того требовала - и он бы сделал это, не задавая вопросов, кому это больше повредит. В конце концов, он сейчас в её среде обитания, а не в своей; её коллеги могут его опознать - если уже этого не сделали. Монтанелли же пришёл не для того, чтобы испортить её карьеру. Контакты в полицейском департаменте, особенно в лице лейтенанта, никогда не будут лишними.
- Ты выглядишь отлично. Этьену вообще с тобой очень повезло. - Гвидо не скрывал, что хорошо знаком с её избранником, и мог бы только порадоваться его выбору. Моро был образованным и уважаемым человеком, прилично зарабатывавшим легально и без риска; ему не было обязательно каждый день ковырять чьи-то трупы и общаться с ублюдками разного рода. Максимум риска для его жизни в городе сводился к уличному трафику, в отличие что от Шерон, что от Монтанелли. Впрочем, учитывая, насколько далеко Рэймонд иногда может зайти, круг риска расширялся - обидно было бы однажды узнать, что Этьен пострадал из-за своей женщины.
- Вот именно, втянула. Теперь это и её проблемы тоже. - если бы Кристина слила кого-то, её судьба определилась бы гораздо быстрее, но пока что речи об этом не заходило. Впрочем, это ещё не значило, что она гарантированно выйдет живой, но об этом уж точно не следовало говорить с детективом полиции. В том случае, если бы Санчез оказалась осведомителем, Шер пришлось бы всё рассказать; откажись она это сделать - нашлись бы способы её заставить. Семья, работа, собственные органы, в конце концов - вероятно, лучше потерять одну подругу, чем двух друзей. Или подругу и девять пальцев. Но Риккарди пока что не велел Гвидо её искать - а потому он и не двигался в этом направлении. Связи с полицейским было достаточно для подозрения, но подозрения не всегда достаточно для физического устранения - как судья осудит не того, кто был арестован при не доказанной вине, а того, кто санкционировал это задержание. У Мафии были свои законы, но были и свои судьи.
- Так значит, ты знаешь, где они? - впервые за время разговора ухмыльнулся Гвидо. Он не был до конца уверен в том, что Рэймонд знает о том, куда делись эти деньги, но она сама же не только подтвердила, что видела их, но и сообщила о том, что знает, где они находятся. - Это не твоё дело. - ни то, кто именно его послал, ни его квалификация. Пожалуй, ей самой должно было хватить ума понимать, что Мафия всё же не армия и не полицейское управление, и звание и должность не всегда имеют значение; Гвидо был последним, кто видел Кристину в городе, и был тем, кто ввёл её в игру - он был связан с этим делом больше других, и привык убирать своё дерьмо за собой сам. В качестве дерьма вполне сошли бы и деньги, и друзья Кристины, и сама Крис - об одном из них он уже позаботился, по остальному как скажет. В этот круг могла бы попасть и сама Шерон, если верхушка рискнёт связаться с убийством полицейского.
- Так они у тебя? - лицо Гвидо вновь исказилось усмешкой ненадолго. Рэймонд закапывала себя глубже и глубже; но раз она решила говорить честно, не пудря ему мозги, ей следовало бы понимать, что таким образом она закапывает и Крис. - Значит, я могу сказать боссам, что деньги Кристины у тебя, и их доля - тоже? - как среагирует Риккарди на то, что его подопечная передаёт деньги на хранение детективу полиции? Шутка была в том, что его в полицейский участок не присылали ни Донато, ни Риккарди, ни Уэйт - никто из них понятия не имел, где деньги Санчез; и Монтанелли имел возможность не говорить им об этом. Доля Дилинджера его вполне устроит, где бы она не побывала перед тем, лишь бы она попала ему в руки. Гвидо пришёл за деньгами сам, по той же самой причине - он привык убирать за собой сам.

+1

7

- Как это мило. Я передам, он обрадуется. Такой комплимент от такого человека, - с присущим сарказмом, протянула Шерон, двигаясь дальше. – Знаешь, ты тоже ничего для своего возраста. Чего уж там, - Реймонд усмехнулась, - комплиментом на комплимент.
Несмотря на иронию, она быстро попыталась выкинуть из головы тот факт, что Этьен как-то связан с этим человеком. Реймонд не одобряла этого знакомства, но и запрещать не имела право. В конечном счете, на ее счету гораздо больше осечек в плане связей. Хотя Шер до сих пор не могла понять, что связало таких разных людей. Сначала женщина думала, что таким образом Гвидо пытается подобраться к ней, но француз тоже не наивный мальчик, заметил бы. Пришлось смириться, да и подобный способ дотянуть руку до лейтенанта, как минимум, губительный. Шерон еще не приходилось переживать за жизнь родных и близких, когда дело касалось мафии или любой другой преступной группировки, действующей на территории Сакраменто. Знаете, как говорят: хуже убийства полицейского, может быть только убийство того, кого полицейский любит. Об этом негласном правиле знали все, от стражей правопорядка, до криминального мира. Сейчас уже никто не удивляется тому, что такие серьезные структуры, как мафия, не вступают в личное противостояние с копами. Полицейский беспредел и ополчение всей системы правосудия штата – слишком большая цена за своенравие.  Серьезный урон бизнесу, задержания с ордерами, щедро подписанными обозленными судьями на основании одних только слов, неофициальные облавы и многочисленные случаи превышения должностных полномочий – время настоящего веселья и анархии! А в случае с Шерон, которая была капитаном запаса ВС, можно было ожидать и еще большего. Ну не круто ли? Интересно быть полицейским, если ты достаточно умен, то можешь делать все, что угодно – и ты защищен законом, ни криминалу до тебя не дотянуться, ни своим. Разумеется, все в рамках разумного, наглеть ведь тоже не стоит, у каждого есть свои границы терпения. В этом плане, с Шерон было гораздо выгоднее дружить, нежели ссориться из-за каких-то денег. Она разделяла мысль о том, что пусть все подчиняются определенным правилам и живут долго и счастливо. Нынешнее поколение немного иначе смотрит на эти принципы, откровенно плюет на устоявшиеся традиции, но Реймонд находит способы усмирять молодняк. Впрочем, это уже другая история. Сейчас дело касалось денег, которые были нужны мафии поперек горла, судя по всему. Из-за каких-то пары тысяч, - сразу же подумала Шерон. Утрированно, разумеется, сколько денег в пакете она не знала, но не больше 15 штук, определенно.
- Это очевидно, - заметила женщина, когда Гвидо вновь спросил о деньгах. Она не собиралась скрывать этого. Смысл? Где бы деньги не появились, мафиози о них узнают, и все равно Санчес не спасти. - О, отнюдь, - все еще направляясь куда-то вперед, парировала Шерон, когда мужчина заметил, что это якобы не ее дело. - Или мне только показалось, что ты сейчас со мной разговариваешь? Выходит, это и мое дело.
Хотите диалога? Будьте добры, говорите правду, все как есть. Шерон не гарантирует, что поверит, но хотя бы примет к сведению. Сейчас складывалось такое ощущение, что эти деньги медом намазаны, а Гвидо и его соучастники, словно пчелки, бегают и суетятся в поисках своего лакомства. Реймонд не очень понравились последние слова Монтанелли. Он явно намекал на то, что у Крис будут серьезные проблемы. Оно и понятно, но когда станет известно, что она еще и деньги детективу передала – тут уж обратного пути не будет. Впрочем, женщина не собиралась так просто сдаваться. На деньгах свет клином не сошелся, Шерон было попросту плевать, она была готова отдать всю сумму здесь и сейчас, но как же гарантии для подруги?
- Нет, - резко остановившись и повернувшись лицом к Гвидо, с легкой ухмылкой протянула Реймонд, решив перефразировать его слова. – Ты можешь сказать, что деньги были конфискованы, как нелегальный доход, и сейчас это собственность департамента полиции, а в дальнейшем городской казны. Вы меня разочаровываете, - усмехнулась Шерон, снова зашагав вперед, - все это из-за нескольких долларов? – по меркам тех средств, которые крутились у мафии в наличном и безналичном виде, даже 20 тысяч были копейками.  – Или…, - задумчиво протянула женщина, - или это твоя премия? А, признавайся Гвидо, решил себя порадовать?
Шерон ухмыльнулась, после чего остановилась в очереди около уличного прилавка с кофе. По правде сказать, лейтенант пока что не определилась с дальнейшими действиями. Женщине было наплевать на деньги, она бы, кстати, и не вспоминал о том, что они покоятся в бардачке собственного автомобиля, пока там бы что-нибудь не понадобилось. Но просто так взять и передать их Гвидо? Как-то несерьезно, да и Крис все еще находилась под ударом, нужно больше информации.
- Купишь мне кофе? – внезапно поинтересовалась Шерон, когда уже подходила ее очередь. – Капучино без сахара. Я забыла наличные, ну серьезно, - и нет, она не испытывала никакого дискомфорта, прося об этом представителя криминальной элиты. – Что будет с Крис? – впервые Реймонд заговорила серьезно. И Гвидо должен догадаться, что вопрос этот прозвучал не просто так, женщине что-то нужно.

+1

8

Пусть Гвидо и был мафиози, иногда имел долю от незаконных операций, убивал людей или подчищал за другими убийцами и имел очень много связей среди дна Сакраменто; пусть легально он работал мясником в цеху, а образования имел только два курса медицинского факультета - это не означало, что он должен быть ограниченным и тупым мужланом, питающимся быстрорастворимой дрянью из супермаркета, носящим одежду с распродажи восемьдесят третьего года и живущем в доме, напоминающем изнутри помойку с плакатами из плэйбоя на стенах вместо обоев. Стать посвящённым в Мафии в прошлом было почти как получение государственного звания, понятие "Семья" была сообществом для избранных людей, мафиозо были джентльменами, уважаемыми людьми, почти аристократами, наравне с элитой посещали балы, оперу и театр, одевались на заказ, ели только самые лучшие блюда и пили дорогое вино - обнищание и падение нравов в Семьях пришла гораздо позже, когда старые традиции начал вытеснять бизнес, и в мафию начал проситься сброд, который раньше мечтать не мог даже о том, чтобы близко подойти к Посвящённому. Как говорится, даже самая могущественная империя должна пасть после последней возведённой стены - упадок в итальянской мафии начался после того, как она достигла пика своего могущества. Но это не значило, что Гвидо забыл традиции и вкусы своих сицилийских предков. С Этьеном Моро он познакомился однажды в своём любимом итальянском ресторане; и уважал его за увлечения, предпочтения и род занятий. Иммигрант из Франции, он не был испорчен американским образом жизни; хотя достиг той самой пресловутой американской мечты, к которой стремились все вокруг. К тому же, был интересным собеседником и просто приятным человеком; Монтанелли считал его своим хорошим знакомым, несмотря на то, что Этьен понятия не имел о его настоящем роде деятельности, и рад был бы оказать ему услугу любого рода, если бы потребовалось, не став обыскивать его постель на предмет полицейского в ней. Но если бы потребовалось серьёзно надавить на лейтенанта полиции - Моро, к сожалению, был лучшим рычагом; и к нему было бы проще всего подобраться. Но уж конечно не из-за тех крох, которые Кристина заработала с Болтом и узкоглазыми. К тому же, если Шерон так и не отдаст их - это будут проблемы Кристины, а не её.
- Тебе-то какая разница, от чьего имени я здесь? - хмыкнул Гвидо. Он не собирался называть имён боссов мафии в присутствии полицейского - пусть это было всего лишь формальностью, и они были известны, потому что на каждого было по делу в департаменте, и ещё по одному - в ФБР. В том и был смысл всей организации, чтобы власти не смогли проследить за тем, кому эти деньги ушли, в лучшем случае, натыкаясь только на тех, кто передаёт эти деньги. Шерон должна была бы знать об этом. - Пораскинь мозгами. - Риккарди - капо команды, в которой и числится Кристина, владелец автомобильного бизнеса и имеет долю от уличных гонок в Сакраменто, а Витторе - дон всей Семьи, и вряд ли будет иметь дела с непосвящёнными. По чьему поручению может прийти Гвидо? Да даже если он уже убил Кристину и просто не говорит об этом, дону будет плевать - лишь бы доход продолжал поступать.
- Ты сказала, что деньги были переданы. Против Крис возбуждено уголовное дело? - парировал Гвидо. В этом случае её искали бы не только они, но и полицейские; но он был уверен в том, что копы не предприняли ничего по её поводу - благодаря той же Рэймонд, похлопотавшей за подругу. Японцы были задержаны, их соучастники значения не имели - по версии следствия, четыре гостя Штатов провезли в страну пару тюнингованных машин и взяли несколько банков - уже достаточно для долгого срока; их взяли, обыскали их квартиры, конфисковали автомобили и вернули банкам то, что грабители не успели промотать, конец истории. О том, что за решёткой узкоглазые долго не продержатся, Монтанелли решил умолчать; когда до Шерон дойдёт известие о их смерти, она сама догадается о том, с чьей подачи это произошло и из-за чего. Вот только доказательств у полиции не будет.
- Тем хуже для неё. - у неё всё равно достаточно грехов перед Семьёй, стоит вопрос о её жизни или смерти, и этот факт действует не в её пользу. Неважно, из-за чего Рик не получит своей доли - важно, что деньги до него так и не дойдут. А достать Кристину, если понадобится, можно даже и в женской тюрьме - очень многим родственникам тех, кто попадает туда, на свободе не помешает финансовая помощь. Возможно, как раз из той пачки, что Санчез и заработала, не поделившись.
- А ты чужие деньги не считай, и не разочаруешься. - доходы мафии должны были оставаться тайной для государства, в этом был один из главных её принципов. В настоящее время многие семьи обнищали до такой степени, что в их сейфах меньше, чем у иных чёрных банд; но сколько там именно - знают только дон и его ближайшие люди. Даже большая часть членов мафии не знает, куда поступает та часть денег, которую они отдают боссу; впрочем, им и некогда следить за этим - они заняты своими карманами. Важна была не сумма, а тот самый вековой принцип - делишься с верхом, и тебе помогают, вздумаешь скрывать доход - ты покойник. Отчасти Шер была права - небольшую часть денег из тех, что заработала Крис, Гвидо собирался взять себе; ему нужно было хотя бы покрыть расходы, которые он понёс из-за неё. Но детектива это тоже не касалось.
Когда Рэймонд попросила купить ей кофе, Гвидо посмотрел на неё, как на ребёнка, от которого уже устал; но очередной каприз которого был достаточно мал, чтобы вызвать дилемму - дать ему поблажку или нет. Впрочем, в этом случае всё в восьмидесяти процентах решается в пользу ребёнка, да и Монтанелли ещё помнил о своей джентльменской стороне. Трудно было отказать в просьбе женщине.
- Куплю. - он даже не стал язвить. Проще было потратить немного мелочи ей на кофе, чем выдержать езду по ушам из-за отказа - пять минут общения, а уже кажется, что он увёл у Этьена женщину и женился на ней. Гвидо переставал понимать, что он тут делает - следовало просто уйти после того, как она сказала о том, что деньги конфискованы; на них, и впрямь, свет клином не сошёлся - Риккарди и Гвидо не обеднели бы, а Крис имеет уже столько аргументов за свою смерть, что ещё один и значения не имеет.
- Вопрос о ней пока решается.
- Монтанелли оглянулся на очередь. Похоже, у Шерон наконец-то закончился запас язвительности, но вот место для того, чтобы поговорить серьёзно, она выбрала крайне неудачное. Не хватало ещё, чтобы каждый прохожий в очереди узнавал о их разговоре. - Но на хорошее я бы не рассчитывал. - Риккарди без наказания такой факт уж точно не оставит. Не факт, что наказанием будет именно смерть. Правда была в том, что Монтанелли понятия не имел, что он решит, и мог не узнать до того самого момента, когда это наказание вступит в силу.

Отредактировано Guido Montanelli (2012-09-19 16:51:56)

+1

9

- Любопытство, - слегка ухмыльнувшись, как само собой разумеющееся протянула женщина, обозначая это главной причиной такого интереса. По сути, это было правдой. Однако имя зачинщика всей этой истории могло помочь Реймонд решить, как действовать дальше. По иронии судьбы, она лично была знакома с боссом мафии, его правой рукой (с которым когда-то, кстати, ее связывала дружба), одним из капо… Ну прям не детектив полиции, а крыска, везде сующая свой носик.
Впрочем, в дальнейшем Гвидо не стал отпираться, предложив детективу пораскинуть мозгами, что, в отпуске, давалось не так-то просто. Больше всего шансов у Риккарди, под которым ходили чуть ли не все стритрейсеры Сакраменто, а может это инициатива самого Монтанелли? В любом случае, для себя Шерон сделала определенные выводы, не став озвучивать их вслух. Чем дальше женщина шла, тем больше понимала, что жизнь Крис висит на волоске и зависит лишь от чьего-то слова. Несомненно, тот факт, что девушка не сливала своих друзей из мафии, являлся большим плюсом, но связь с полицейским никого не красит. Впрочем, таким грешком могла похвастаться добрая половина мафиози. Это раньше, общением со стражами правопорядка брезгали, а сейчас… обыденное дело. Да и сами офицеры активнее идут на контакт. Мир меняется, а вместе с ним и правила игры. В любом случае, надо было что-то решать. А у Шерон, по правде сказать, не было никаких идей по поводу того, как обезопасить существование Крис и повлиять на решение «по ее вопросу». Конечно, женщина могла пригрозить, сказать, что тот, кто вздумает тронуть Санчес, сильно пожалеет об этом. Но будем смотреть правде в глаза, Крис – член преступной группировки, она не коп, а значит остальные и пальцем не шевельнут ради нее. Только Шерон, которая представляла определенную опасность, но все же, в общем масштабе, это мелочь. Так что, следовало найти другой вариант, компромиссный, как лейтенант всегда и поступала.
- Обижаешь, - ярко улыбнувшись, протянула Реймонд, когда Гвидо заговорил об уголовном деле. - В отношении хозяина придорожной забегаловки, о которой вы уже наверняка знаете. Крис, как ты уже сказал, скрылась в неизвестном направлении. Нет человека – нет дела.
Раз речь зашла о деньгах, то мафия уже наверняка в курсе о хозяине той байкерской забегаловки. Более того, учитывая необходимость замести следы, Шерон не удивиться, если вскоре этого человека найдут мертвым. Волновало ли это Реймонд? Наврятли. За то мимолетное общение она успела пропитаться ненавистью к Болту, отвращением, убьют и поделом. Свое слово, данное ему, Шерон сдержала. Она оставила его в покое, про мафию речи не шло, так что можно вздохнуть с облегчением. По поводу же дела, Шерон сказала утрированно. Отсутствие человека не самая важная причина, связи с лейтенантом – вот он ключ. Хотя, даже если представить возбуждение уголовного дела, врятли это повлияло бы на ситуацию. На половину членом мафии и соучастников открыты дела, но им не дан ход из-за отсутствия достаточных улик, или из-за слишком мелочного обвинения.
- Чужие деньги я и не считала, - тут же спокойно проговорила Шерон, явно намекая на то, что у денег этих теперь другой хозяин.
Надо же, не каждый коп мог похвастаться тем, что утренний кофе ему купил такой человек, как Гвидо Монтанелли. А Реймонд уже могла, ровным счетом, как и драгоценностями, щедро подаренными боссом мафии. Женщина выдавила из себя улыбку и приняла кофе, смотря, как Гвидо расплачивается. Странное ощущение слышать, о том, что «вопрос решается». Наверное, скоро Шерон начнет передергивать от Гвидо, а кожа будет покрываться мурашками. Столько хладнокровия и серьезности, особенно когда дело касается вопросов о чьей-то жизни. Реймонд хотелось снова съязвить, мол «улыбнись, а-то мне не по себе», но она решила умолчать. В общем, перед ней стоял настоящий мафиози, даже нынешний внешний вид соответствует. И вовсе не в плохом смысле. Реймонд уважала Монтанелли, не любила, но уважала, за принципы, преданность старым традициям, если бы все представители преступного мира были такими же, словно гангстеры из прошлого века, у которых были хоть какие-то понятия, – работать стало бы проще. Как уже оговаривалась раньше: все, и копы и преступники, уважают единые правила и все счастливы. Мечты-мечты.
- Спасибо, - протянула она, когда мужчина расплатился с продавцом. – А кто это решает? Или кто может повлиять на решение?
Сама того не понимая, Реймонд перешла на более свободное общение, как с простым знакомым. Она не считала, что спрашивает о каких-то секретах, знать о которых положено только мафии, да и Гвидо должно быть наплевать, он ведь не является исполнителем, ему нужны деньги, а судьба Санчес – прерогатива других людей. А Шерон не тот полицейский, который записывает все на диктофон, а потом бежит возбуждать дело. Уж Гвидо это должен знать, все-таки он пришел к ней, пришел вести диалог.
- Эти деньги легко получить обратно, - уже отойдя от очереди, протянула женщина, вновь зашагав куда-то вперед. – Было бы желание. Но его пока что нет, - посмотрев на Гвидо, добавила Реймонд, после чего сделала один глоток горячего кофе. Конечно, Крис в таком случае очень здорово попадала под прицел,  но и деньги мафиози потеряют, что тоже мало кого устроит. Ради чего, в конечном счете, все делается? Только ради денег. Шерон не требовала от Гвидо гарантий безопасности Санчес, но хоть что-то…, хоть что-то же можно было сделать.

+1

10

Главным аргументом против Кристины была вовсе не связь не с копом, и даже не эти чёртовы деньги от её побочного дела; более важно было то, что она решила выйти из игры вот так, бросив всё, не объяснив причин, видимо даже и не собираясь сообщить никому о том, что уезжает из города - если бы Гвидо не узнал, что она в больнице, и не зашёл бы её навестить, кто знает - может, она пропала бы с радаров, и ему ничего не сказав? Если у неё были какие-то проблемы, с законом или её деловыми "партнёрами", вроде Болта, она могла просто попросить помощи у мафии - ей бы помогли, и если было бы нужно, не только одобрили её побег, но и помогли бы с ним. Её же поведение можно было расценить так, словно она сбежала потому, что у неё было, что скрывать от своих друзей; в прежние времена такой срыв уже был бы вполне достаточным поводом для устранения. Естественно, Риккарди такой трюк не понравился; он попытался остановить Крис, послав людей в аэропорт, установив слежку за выездами из города, но всё это было пустой тратой времени - Санчез хотела сбежать, и всё равно нашла способ это сделать. Но если Джованни пожелает, её всё равно найдут - через Шерон, или другим способом. Пока что они с Гвидо хотели не этого, а собирались разобраться в том, что привело к тому, что их механик решил так спешно покинуть Сакраменто в неизвестном направлении. Если причина будет объективной - у неё будет больше шансов остаться живой. Хотя твёрдых гарантий нету; Риккарди решать, можно ли доверять Кристине после такого поступка или не стоит.
- Кто глух и нем, к тому же слеп, тот тихо проживёт сто лет. - вот что Гвидо мог ответить на её утверждение о любопытстве. Федералу по должности положено быть любопытным, но всё должно быть в меру; тот, кто суёт свой нос дальше, чем положено, рискует остаться без него однажды, и копов это тоже касалось. Санчез тоже вряд ли ей много рассказывала о структуре организации, о своих коллегах, и о том, куда идут деньги, до которых она способна дотянуться. И уж наверняка не обсуждала с ней никакие дела Мафии - или вопрос об стукачестве можно было бы даже не ставить под сомнение. Будет лучше, если имена тех, кто связан с Крис, останутся тайной - несмотря на то, что Шерон лично знакома почти со всей верхушкой. Такое хорошее знание структуры мафии говорит скорее о том, что она хорошо делает свою работу, и о недостатке конспирации самой Мафии, которая по определению была тайным сообществом. Впрочем, то время, когда было возможно утаить в мешке такого кота, безвозвратно ушло уже более сотни лет назад; и в этой ситуации было не очень разумно даже вспоминать о нём.
- Тогда у кого вы их конфисковали? - Рэймонд сама сказала, что передача состоялась; значит, если Болт успел передать деньги Санчез, каким образом они могли быть конфискованы? Было ясно, что лейтенант просто дурит ему мозги, не желая отдавать заработок Крис; она ему не доверяла, это понятно. Зная, что он и его друзья могут сделать с её подругой, для доверия у неё повода не было. Вот только разговор шёл не о доверии, и даже не о жизни, а о деньгах - небольших, грязных, но деньгах Мафии - той их небольшой части, которая не принадлежала Крис, и будет распределена между Риккарди, доном и самим Гвидо.
- Если ты уже считаешь их своими, то закатай губу обратно. Считай, что этот кофе тебе тоже Крис купила. - Монтанелли благодаря Кристине эти за пару дней несколько потратился - беседовал он не с одной только Шерон, и потому это был уже не первый кофе, который он покупал. Несколько купюр выпало из Болта - видимо, из той же самой кучи наличности, из которой составилась доля Крис - но об этом Гвидо предпочитал не распространятся. Болт мёртв, с него все взятки гладки. Кристина жива, и значит - кредитоспособна. И если она однажды попадётся в руки Риккарди - неважно, будучи найденной в другом городе или даже другой стране, или если она вздумает вернуться в город - её вполне могут заставить вернуть долг, не спросив о способах, которыми она воспользуется для этого. Или отработать каким-либо другим образом. Не все мафиози были столь беспринципны, а неимение долгов - всё ещё было хорошим принципом. Лишние жертвы Мафии нужны были в той же степени, как и полиции; вопрос в том, кого считать виноватым.
- Те же люди, кто и получат часть этих денег. - Шерон упорно пыталась залезть туда, где ей делать было нечего. Интересно, она пошла бы лично просить за Кристину, если бы точно узнала о положении вещей? Поехала бы к Донато домой, чтобы попросить об том, чтобы он заступился? Может быть, и деньги с собой привезла бы сама? Любопытно было бы взглянуть на лицо Витторе, когда за человека Риккарди придёт просить полицейский детектив. Кристина была симпатична Гвидо, и он сам, видя всю ситуацию чуть ближе, чем Рик, был бы за то, чтобы ей дали второй шанс, но хорошо понимал, что безнаказанной её выходку оставлять тоже нельзя. Нужно научить её ответственности за свои поступки, раз выясняется, что за всё это время она так ей и не научилась. Джованни знает о его точке зрения, и, несомненно, примет её во внимание; но давить на него Гвидо был не в праве, да и не испытывал желания. Монтанелли расплатился и протянул стаканчик с кофе Шер - почти что взятка при исполнении.
- Это и передать другу Кристины? - вопросил Монтанелли, поглядев на неё. Если Шерон думала, что только выплаты доли Риккарди хватит для сохранения жизни Санчез, то она откровенно зря надеялась; но всё-таки шаг в этом направлении будет сделан. Такой же, как устранение Болта и растущий интерес к двоим узкоглазым заключённым. Да, всё из-за какой-то пары тысяч долларов, что принадлежала мафии. - Не зная тебя, я бы решил, что ты тоже хочешь в долю. - и это было бы честно - за хранение можно было бы накинуть немного; за изъятие конфискованного назад у государства - ещё больше, но Гвидо был уверен - никто ничего не конфисковывал. Об этом можно было судить даже по количеству кокаина, что он обнаружил в заведении Болта.
- Положение Крис и так более, чем шаткое. Если к остальным её промашкам прибавится невыплата чужой доли - сама понимаешь... никто не будет доволен. Хочешь помочь ей хоть как-то - отдай эти деньги мне. - он оставлял право решать за Шерон - верить ему или не верить. Себе он присваивать эти деньги не собирался - слишком незначительной была сумма, чтобы устраивать такой кипишь. Гвидо как раз и пришёл к Рэймонд, потому что хотел помочь Кристине; если Шерон сама не хотела оказать ей помощь - в конце концов, это не его проблемы.

+1

11

- Значит, моя жизнь будет коротка и беспокойна, - вполне справедливо заметила Шерон, когда Гвидо прокомментировал ее любопытство. Что за детектив получится, если он не будет проявлять любопытство и интерес к любым деталям, которые на первый взгляд кажутся совсем несущественными? Верно, никакой, да и не детектив это вовсе, а Шерон могла похвастаться немалыми заслугами на этом поприще. Все, что кажется мелочью, иногда приобретает другой смысл, от которого зависит буквально все.
На самом деле, в этой фразе лейтенант даже не пыталась язвить или подчеркивать что-то иронией. Суровая правда, Гвидо прав. Чем тише ты живешь – тем спокойнее тебе будет, но полицейским не дано, от того и уйти из этой жизни шансов гораздо больше. Но все знают, на что идут, а потому и Шерон не испытывала по этому поводу ничего сверхвыдающегося, это ее долг, этому ее учили двадцать лет, и в военных структурах, и в полиции.
Гвидо тем временем продолжал до чего-то докапываться. На его вопрос Реймонд лишь фыркнула. Она с самого начала дала понять, что деньги у нее, не у государства, не в полицейской лаборатории, именно у нее. Все остальное лишь игра слов. Он спросил, что ему сообщить боссам. Лейтенант ответила, не более. И все-таки эти деньги не могли гарантировать безопасность Санчес. Несколько тысяч врятли хороший аргумент для того, чтобы простить девушку за такое резкое исчезновение, резкое и подозрительное. Мафия – не та структура, которую можно вот так просто покинуть. Шерон это понимала, и мысленно ругала Крис за такой легкомысленный поступок, попутно виня ее и в этой встрече с Монтанелли. Теперь ей, Шерон, придется отдуваться и принимать решение, от которого зависит слишком многое.
- Знаешь, Гвидо, - протянула женщина, после того, как Монтанелли задал свой вопрос, - если бы я любила отвечать на вопросы, я бы стала такой как вы. Никогда не спрашивай, если не хочешь услышать ложь в ответ, - с яркой улыбкой заметила Шерон, которая даже не пыталась что-либо скрывать от мафиози.
Все это заходило слишком далеко. Всю дорогу женщина повторяла сама себе: нахрена тебе эти деньги? И Крис они уже не нужны. Сумма побывала в криминалистической лаборатории, но Реймонд не зафиксировала улики, а просто забрала их с собой, что уже было нарушением устава. Другими словами, деньги эти девать уже некуда, только что Крис вернуть, но как? Стоит ей появиться в городе, как мафия найдет, покарает и все равно приберет все к своим рукам. Но что-то останавливало Шерон. Возможно, она просто хотела вытянуть из Гвидо как можно больше информации, чтобы понять, как повернуть эту ситуацию в свою пользу, хотя бы частично. Отдавать что-то за просто так – ну это совсем не в стиле лейтенанта.
- И снова ты меня обижаешь, - усмехнулась Шерон, когда Гвидо предположил, что она считает эти деньги своими. – Не  своими, а казенными, - с умным видом, наигранно добавила женщина. – Это ты так деликатно намекнут на то, что долг придется вернуть? – снова с сарказмом протянула Реймонд, посмотрев на кофе.  – А я решила, что это подарок в честь встречи. Своеобразный знак внимания или что-то в этом роде.
Да, иногда она просто не могла сразу переключиться и быть серьезной. Да и надо ли? Главное, что Шерон со всей ответственностью подходила к решению данного вопроса, и на протяжении всего пути думала, как лучше поступить. Лично ей деньги эти не нужны, не потому что они грязные, а потому что просто не нужны, она и так дама состоятельная. Так что очередное замечание Гвидо можно было оставить без комментариев. А вот шаткое положение Крис было действительно очевидно. Возможно, Гвидо прав и вернув деньги, Шерон как-то улучшит положение? По крайней мере, хуже уж точно не будет. Но как можно доверять этому человеку? Несколько тысяч, всего несколько тысяч, - про себя не угоманивалась Шерон, - мафия обеднела. Но других вариантов, наверное, нет. Разве что идти и угрожать кому-нибудь из верхушки. Правда это врятли принесет какой-нибудь результат, нагадить Реймонд может, но все же без поддержки коллег, которые не встанут на сторону Санчес, ущерб для мафии будет минимальный, а подруга все равно пострадает.
- Ну допустим, - после краткого молчания, протянула Шерон, после чего сделала очередной глоток кофе. – Допустим, я отдам деньги. Но как мне узнать, что из этого вышло? – женщина резко остановилась и повернулась к Гвидо, теперь это была сама мисс серьезность с долькой раздражения. – Только не надо сейчас говорить, что это не мое дело, и нести прочую чушь. Я задала вопрос, мне нужен четкий и определенный ответ.
Вопроса о том, что Гвидо мог прикарманить деньги себе, даже не возникало. Как уже оговаривалось, человек старых традиций, легкомысленно или нет, что Шерон верила, что в этом плане мафиози будет честен.

+1

12

Крис повезло, что Риккарди не знал о том, что деньги успели побывать в криминалистической лаборатории, и что Гвидо не подумал о таком варианте их вращения, вероятно, считая Шерон слишком уже хорошей её подругой; неважно, зафиксировали ли их как улику или просто посмотрели на купюры сквозь лупу и отправили обратно в пакет, факт того, что деньги мафии просто появлялись в руках полицейских экспертов уже был не допустим. Неприемлемо было уже само их появление в лаборатории, даже если бы их просто провозили через неё транзитом. Кто даст гарантии, что бумаги не выйдут оттуда помеченными или оставят свои номера в чьей-либо записной книжке? Стучала Кристина или не стучала, но Гвидо, даже являясь её близким другом, отчётливо понимал - она натворила достаточно дел, чтобы капо пожелал её смерти. К счастью, она не обладала тем положением, чтобы у неё могли быть конкуренты или завистники, да и то, что она не была "посвященной", несколько развязывало ей руки; конечно, не настолько, чтобы вот так кинуть всех, с кем она имела дело, но ответственность перед Семьёй она несла всё же меньшую. Если на секунду допустить такое, что сам Монтанелли оказался бы однажды на её месте - скорее всего, его душа уже отправилась бы в небо. Впрочем, Крис была виновата не только в том, что Гвидо пришёл к Шерон - подозрительные обстоятельства её исчезновения многих заставили заняться непредвиденными делами - почти все те, с кем она работала или встречалась за последнее время, её друзья и знакомые, вчера тоже увидели перед собой мистера Монтанелли; а среди них были довольно уважаемые и важные для Семьи люди, которые в этот момент могли заняться чем-то более полезным. Потеря спокойствия - это почти синоним потери денег. Учитывая, сколько беспокойства доставила Санчез, то этого кулька не хватило бы восполнить расходы.
Однако, Шерон ясно давала понять, что деньги находятся у неё; и её язвительность говорила лишь о том, что теперь они и ей начинают печь карманы - потому что Рэймонд прекрасно понимала, что теперь они могут принести проблемы ей же самой. О них знает мафия, и Гвидо появится вновь, если она откажется их сдать, а возможно, прихватит с собой и ещё кого-то, чьё имя не назовёт; а если её начальство прознает о том, что их лейтенант взял на хранение чей-то "нелегальный доход", то у неё будут и более формальные проблемы. Эти несколько тысяч словно носили на себе какое-то проклятие; Гвидо и самому не очень-то хотелось связываться с ними, но он был обязан и Крис, и Семье. Отдать долю Риккарди, и скинуть остальное Санчез, если она вернётся; большего и не надо было. Какой ход деньгам дадут дальше - не его дело. Свою часть пустить в ход было просто, ему сумма достанется небольшая.
- Во всяком случае, не мне. - Монтанелли говорил так уверенно, будто точно знал, что деньги получит. А Крис имеет латиноамериканские, а не еврейские корни; она этот стаканчик с отвратительным растворимым кофе наверняка даже и не заметила бы, раз они такие хорошие подруги. Хотелось напомнить Шерон о том, что на ей и так уже достаётся слишком много внимания, но Гвидо не стал - это было бы просто невежливо. Впрочем, это было правдой - от прекрасного подарка, сделанного его Витторе, до того момента, когда он пришёл в полицейский участок и пытается уговорить её миром вернуть то, что ей не принадлежит; Мафия никогда и ничего не делает просто так, знаки, которые оказывали, несли с собой не только внимание, но и уважение, которое для них так много значило во все времена. Итальянцы всегда помнили о том, что врагов тоже нужно уважать. Именно потому Коза Ностра так долго держится - её представители помнят старые традиции. Те, кто забывает о них, рано или поздно кончает плохо. К слову об уважении, всё дело было не в сумме, которую Санчез должна была отдать, а в принципе - тот, кто уважает Семью, должен делиться с ней; тогда в трудную минуту Семья поддержит его. Несколько купюр - знак уважения. И если Риккарди их получит в скором времени, он ещё может сделать вид, что Кристина его уважает, хоть она и повернулась к нему своей шустрой задницей.
В пору было засмеяться. Возникало ощущение, что Рэймонд хочет участвовать в обсуждении судьбы Кристины вместе с членами Семьи, сидя с ними за одним столом. А если бы Санчез была бы настолько большим человеком, что по её поводу стали бы созывать Комиссию - интересно, бравый детектив тоже полез бы туда, прикрываясь своим полицейским значком? Блестящим щитом, конечно, можно выгодно прикрыть свою задницу, но вот только от всего он не закроет; всему однажды бывает предел, и некоторых полицейских тоже находят убитыми. Обычно из числа тех, кто бывает самым любопытным... Гвидо остановился вместе с Шерон, чуть наклонившись к ней, и, протянув руку, снял с неё тёмные очки, чтобы лучше видеть её глаза - разговор через тёмные стёкла был почти как беседа через стенку. Никогда не знаешь, чем с тобой поделится сидящий за ней - обедом или свинцом. 
- Ты увидишь результат. Большего я тебе пообещать не могу. - самый чёткий, определённый и серьёзный ответ, который Монтанелли мог ей дать. Шерон сама узнает, мертва или жива Кристина; если же она будет жива - то сама решит, сообщать ли ей о том, каким было её наказание. И если хоть чему-то научится - то не сообщит.

+1

13

На последующие слова Гвидо, Шерон только усмехнулась. Она придержала очки, не позволив мужчине снять их. Возможно, ему  удобнее разговаривать так, смотря собеседнику прямо в глаза, но вот саму Реймонд все устраивало, так что, пусть терпит как есть. Она лишь еще раз улыбнулась, мол «нет, нет, мне и так удобно», а потом выслушала краткий ответ мафиози. По правде сказать, в данном случае, эта молчаливость начинала раздражать. От Шерон хотят слишком много, а взамен не пытаются предложить и грамма информации. Так действует мафия? Да к черту тогда все это. Женщина хозяйничала на этих улицах, соблюдая одно только условие: я вам,  вы - мне. Все очень просто, и легко запоминается. А действовать по правилам мафии лейтенант не собиралась.
- Что ж, - задумчиво протянула она, делая глубокий вдох, - в таком случае скажи своему боссу, чтобы засунул ручонку обратно в задницу, потому что денег вы не увидите, - Шерон снова улыбнулась, говорила она спокойно и относительно ровно, хотя все равно в голосе отчетливо прослеживалось раздражение.
- Вы считаете, что можете взять, но ничего не дать взамен, - женщина пожала плечами и сделала еще один глоток кофе, она была спокойна, - может, поэтому и переживаете не самое лучшее время, - это было утверждение, которое не требовало комментариев или ответа со стороны Гвидо. 
Ни для кого не секрет, что сейчас мафия – не та, что была прежде, Гвидо, как человек старых традиций, уж должен это помнить. Кто-то считает, что органы правопорядка активизировались, начиная с 70-ых годов, но Шерон была иного мнения. Новое поколение, стоящее наверху, скоро задушиться собственными амбициями. Они считают, что все им должны, а сами они всемогущие и могут не считаться с действующими негласными законами. Возможно, потому и дохнут как крысы, их предают, их арестовывают, их убивают… Раньше все было проще, но сейчас упрямые авторитеты не желают мириться с правилами, желают диктовать свои. И это ни к чему не приводит на протяжении вот уже десятков лет. Так когда же они это поймут? Нельзя играть в одну сторону, нужен деловой подход, нужно уметь отдавать что-то взамен и только тогда можно жить душа в душу. И Шерон сама не в восторге от сложившейся тенденции, но так есть, приходится адаптироваться, чтобы выживать и дальше.
- Я понимаю, что ты не можешь оказать никакого влияния, - наконец-то продолжив свой пусть в никуда, снова начала рассуждать Шерон, - но сидеть и ждать, когда же вы, такие всемогущие короли, решите этот «вопрос» - я тоже не стану. А что будет после – это уже не моя забота, я умываю руки, дружище.
О своей безопасности Шерон даже не задумывалась. Никто не свяжется с убийством копа и офицера запаса вооруженных сил в одном флаконе за несколько тысяч долларов, с убийством, или просто с причинением вреда, эти вещи равноценны в глазах коллег. Вернее, могут связаться, но только если верхушка состоит из недальнозорких и откровенно глупых боевиков, готовых поставить под удар всю свою деятельность на территории города, и за ее пределами. В войне между мафией и стражами правопорядка, всегда побеждают последние. Слишком высокая цена, по меркам Шерон. Было, конечно, средство давления на лейтенанта – Крис, которая все еще куковала в неизвестном месте. Но мафия не знает, где она, иначе с Реймонд бы сейчас не разговаривали. Один звонок, и девушка никогда больше не появится в Сакраменто. А деньги, из-за которых Шерон может серьезно влипнуть только уже в отношениях с полицейским департаментом, легко уничтожить. И делу конец. В любом случае, в данной ситуации холодный взгляд и невозмутимость не сработают. Если бы Реймонд каждый раз пугалась такой напористости и потенциальной угрозе, то здешние улицы уже давно бы прогнили под гнетом действий наркоторговцев и сутенеров. В общем, Шерон окончательно потеряла интерес ко всему происходящему. Она бы и рада отдать деньги, но взамен на что-то, а не на пустые слова.
- Ты меня утомил, - женщина наконец-то допила кофе и выкинула его в ближайшую урну. – Если не можешь сказать ничего нового, могу лишь только попрощаться.
Да, сейчас Гвидо может намекнуть на то, что лейтенанту будет хуже, лейтенанту и ее окружению. Но кто в это поверит? Мы живет в мире, где угрозы уже не являются чем-то из ряда вон выходящим. Заинтересуйте человека, дайте ему стимул и мотивацию сделать то, что требуется – и все будет. Иными словами, в ход вступает старое доброе правило, которому Шерон была верна на протяжении всех лет служению закону: ты мне, я - тебе. А угрожать лейтенанту полиции, это все равно, что угрожать коту сосиской.
А что ей нужно знать? Ну уж явно что-то большее, чем "отдай деньги, и потом увидишь, что из этого выйдет". В конечном счете, Шерон стала невольной участницей событий, и с ней придется считаться. Это и есть проявление уважения, которое лейтенант, несомненно, снискала. Иначе стал бы с ней няшкаться сам Виторре Донато...

+1

14

Глаза Гвидо чуть расширились, когда он услышал отказ, но больше эмоций он не проявил, привыкший всегда прятать их под одной и той же маской. Только для ближайших ему людей он мог проявить больше - полицейские, даже и те, кто более охотно сотрудничает с Мафией, в их число не входили. Что уж говорить о лейтенанте Рэймонд, которая не хотела даже смотреть в его глаза, упорно прикрываясь очками; постоянно имея контакт с преступным миром, она могла бы знать о том, что это можно было расчесть практически как знак неуважения. Однако разговор перешёл уже в более конкретное русло, Шерон перестала пудрить ему мозги своим кофе и расспрашивать о том, о чём ей знать не следовало. О том, как решаются вопросы, ей не стали бы рассказывать представители ни "старой", ни новой мафии; если Крис и имела возможность дружить с ней так плотно - то только потому, что она не принадлежала по-настоящему ни ко вторым, ни уж тем более к первым. Ни один уважающий себя член организации не станет говорить с полицейским о внутренних делах организации, обсуждать с ним какие-то вопросы, и даже никогда не назовёт в его присутствии своего капо или тем более главу группировки по званию. В прежние времена даже имена их были тайной; населению могло быть известно главное лицо организации, но только избранные люди, даже из рядов той же мафии, имели право подойти к нему и близко, и уж тем более - заговорить. Именно поэтому карабинеры, полицейские, федералы - никто и никогда не видел большой картинки, какое бы время не переживала Коза Ностра. Именно благодаря Омерте именно итальянская Мафия в большинстве городов так поднялась во время сухого закона, убрав со своего пути и ирландские шайки, и чёрных, и американских контрабандистов. Нет, Гвидо не считал, что полицейские всегда побеждают - они могут отправить в тюрьму большинство членов организации, могут разрушить целую Семью в её корне, но полностью Мафия никуда не денется - иначе в Сакраменто их место занял бы кто-то другой ещё восемь лет назад. Внутренние разборки в главной преступной организации города не могли остаться без внимания государства, и некоторых участников им всё-таки удалось взять.
- Прискорбно, что ты так считаешь. - Гвидо почти удалось бы изобразить скорбь на лице, если бы за этой маской ухмылка не читалась столь отчётливо. Существование Мафии всегда держалось на обмене - услуга на услугу или услуга на деньги; услуга любого рода - от финансовой помощи, при условии, что эти деньги вернутся с доходом, до защиты или иногда даже чьего-то физического устранения. Мафия никогда не любила оставаться в долгу - тот, кто оказывал ей услугу, всегда бывал отблагодарён; любой, кто сотрудничал с мафией, всегда мог попросить их о помощи, при условии, что сам окажет помощь, если его об этом попросят. Мафия не угрожает - она просит услуги в обмен на свои, можно сказать - инвестируя в будущее. И лучше им не отказывать в таких просьбах...
Вот только то, что делала Шерон, было услугой не для Мафии - с этих крох капо восточной стороны немногое потеряет - а для своей подруги, которую она так выгораживала. Деньги, что лежали в пакете, принадлежали не ей, и отдавая их, она не могла рассчитывать на что-то взамен. А для Крис проблемы, как он и сказал, на деньгах не заканчивались. - А много ли ты дала взамен Кристине на сотрудничество с тобой? Пытаешься защитить от меня, не выдав её местоположение? - Монтанелли сдержал смешок. Сам факт этого сотрудничества был её проблемой, и в пору было обвинить лейтенанта в давлении на неё - в этом случае защищать стоило саму Кристину. От полицейских, силами Мафии, теми способами, которые пользовались успехами с тех времён, когда ни о Сухом Законе, ни о Соединённых Штатах ещё и речи не шло. И что бы там не думала Шерон, Семьи мафии всё ещё не стали отдельными организациями - все они принадлежат к одной среде и поддерживают отношения друг с другом, от Европы до Штатов. Все разборки между итальянскими кланами вполне можно считать внутренними; именно от этого повелась традиция уважать своего врага. И именно потому они до сих пор действуют эффективнее, чем ФБР. И Санчез найти можно будет и в обход Рэймонд; как и избавиться от неё чужими руками - найдутся те, кто сделает это за меньшую сумму, чем лежит в пресловутом пакете.
- Могу. Сказав, что она отдала мне долю босса перед отъездом. - это было бы неправдой по отношению к Риккарди, и он бы это понял, но вряд ли стал бы задавать вопросы; доказать то, что Монтанелли ему врёт, он всё равно не смог бы. И докопаться до того, что Шерон взяла эти деньги, тоже вряд ли. - И забыв сказать, через кого она это сделала. - Гвидо блеснул глазами. Нет, он не собирался угрожать открытым текстом, и уж тем более - просить о том, чтобы она снизошла до того, чтобы отдать мафии эти несколько тысяч. Рэймонд сама знала, что чем меньше известно о её причастности к делу, тем лучше для неё самой; один из подельников Крис в деле, деньги от которого он и хотел забрать, был уже мёртв, двое других - готовились к смерти за решёткой. При удачном раскладе больше никто не пострадает; при неудачном - могут избавиться и от Кристины, и от Шерон; напрасно лейтенант думала, что к ней не подобраться только потому, что на ней висит полицейский значок. Был бы он решением всех проблем, полицейские бы вообще не умирали, а их начальство давным-давно захватило бы их руками весь мир, воплотя в жизнь фантазии параноиков о тотальном контроле.
- Я знаю, каких трудов тебе стоило отправить за решётку этих японцев.
- намекнуть Гвидо с большим удовольствием мог на кое-что другое. Естественно, он не мог за два дня не навести справки о дружках Кристины. И о том, кто вёл их дело, узнать тоже было несложно; как и понять, как горда лейтенант тем, что всё-таки видит их за решёткой. Гордость любого детектива - провести успешное расследование, упечь за решётку очередного опасного преступника; и настолько же больно понимать, что они виновны, но не суметь доказать их вину. - Было бы обидно, если бы они не смогли дать показания на суде, повесившись в камере предварительного заключения. - вот на что Гвидо мог бы оказать влияние - дать детективу хотя бы закончить расследование. Убить узкоглазых можно и в федеральной тюрьме; там найдётся и больше охотников это сделать, и меньшую плату за это возьмут. Но если бы он захотел - то мог бы попросить Риккарди уделить им больше внимания ещё до суда.

+1

15

Шерон лишь пожала плечами на комментарий Гвидо. Она так не думает, она это видит: абсолютнейшее нежелание предложить что-то взамен. Женщине было мало пустых слов о том, что это якобы как-то поможет в решении «вопроса» о Крис. Нужны были факты, гарантии. Учитывая, что лейтенант уважала Гвидо, его слово тоже бы всех устроило. Но нет, а платить за неопределенность Шерон не любила, нужен был другой вариант.
- Не от тебя, - спокойно протянула женщина, идя куда-то вперед, - а от твоих друзей. К тому же, мое сотрудничество с Санчес вас никаким боком не касается, - Шерон повернула голову у мафиози и улыбнулась, - а если понадобиться, я спрячу ее так, что ни вы, ни ваши шавки ее не найдут.
Крис не сливала никого из мафиози, потому защищать ее от своих еще не приходилось. В частности, Шерон просто помогала бунтарке уходить от наказания в системе правосудия, так что, если отбросить факт сотрудничества с копом, это дело мафии и вправду не касалось. Впрочем, сейчас трудно найти криминальную группировку, где хотя бы один не имел чести беседовать со стражами правопорядка, а в мафии Сакраменто таких и вовсе больше. Думаете, одна Санчес такая? Ерунда. Другое же дело, предмет этих бесед. И в данном случае, никакого урона мафии действиями Крис нанесено не было. Наверное, это мало что меняло для верхушки, но, тем не менее, правда есть правда.
На последующие слова Шерон только устало закивала. Да, да, - думала она, - угрожай, угрожай. Хоть это и не прозвучало дословно, контекст был ясен. Однако на данный момент, женщина не была склонна прятаться в нору. К тому же и Гвидо решил сделать доброе дело, наконец-то предоставив гораздо больше, нежели с самого начала. К сожалению, Шерон не волновали японцы, однако она увидела хоть какие-то желание пойти по принципу «услуга за услугу», уже хорошо.
- То есть…, - задумчиво протянула женщина, хотя в голосе был четко слышан сарказм, - ты считаешь, что мне есть дело до этих япошек? Которых вы, к тому же, если очень надо, и так грохните, до суда или после него…
Реймонд пожала плечами. Она не хуже других знала, как такие дела совершаются, и как легко добраться до заключенного, сидит он в камере предварительного заключения или уже в окружной тюрьме. Если мафия так зацепилась за Болта и этих грабителей, то ни одна решетка их не остановит. Конечно, Шерон бы получила хорошие лавры, если бы японцев официально осудили, что произойдет с ними потом – будет уже не важно. Однако, дело принципа.
- Мы зашли в тупик, Гвидо. Не тронуть меня хватит мозгов даже у Виторре Донато, - в конечном счете, речь шла не о каком-нибудь уличном полицейском, а о вполне заслуженном детективе с 10-летним стажем работы, являющемся, к тому же, офицером запаса вооруженных сил и имеющим связи от Сакраменто до Вашингтона. За спиной Шерон стояла не только система правосудия, но и те криминальные группировки, которым она покровительствовала на улицах, и которым ох как не выгодна была смерть лейтенанта. Нет, Шерон не была настолько самонадеянной. Решение может быть принято какое угодно, но это не отменяет последствий, которые обрушаться на мафию. Военная разведка не прощает смерть своих офицеров, хоть и в запасе. Да и попробуйте этого офицера убить. Некоторые пытались, вышло печально.  – И что выходит? Ничего. Но, самое удивительное, - женщина сверкнула улыбкой, - у меня есть вариант. Помнишь такую сцену в крестном отце: «Я дам тебе то, что ты просишь, но когда-нибудь попрошу об ответной услуге…, и ты не сможешь отказаться. Возможно, этот день скоро наступит, а возможно, не наступит никогда», - Реймонд наигранно исказила свой голос, как будто пытаясь воссоздать ту сцену, да и интонацию она постаралась подобрать соответствующую, хотя от этого слова не звучали менее серьезно.
Трудно сказать, обращалась Шерон лично к Гвидо, или имела ввиду об услуге со стороны всей мафиозной группировки. Но знаете, если просишь о чем-то, помимо этого пытаешься говорить о каком-то уважении, будь готов сделать ответный шаг, сейчас или потом. Иначе о чем идет речь? Реймонд в такие игры не играет. К тому же, она меру в просьбах знает, да и сейчас не ставила каких-то категорических условий, такое отношение бы никому не понравилось. Нет, Гвидо нужны деньги, а Шерон хочет отдать их на выгодных условиях – все в выигрыше, каждый получит свое, раз уж нет четкого ответа о том, что будет с Санчес. Этот вопрос останется нерешенным, даже если деньги отдадут. Гвидо говорил, что это как-то поможет, но Шерон не особо полагалась на подобный исход. Кого вообще волнуют деньги, когда на кону стоит преданность… Увы, в этом вопросе Шерон четко ощущала свою беззащитность, так почему бы не заручиться поддержкой сильных мира сего на будущее?

+1

16

- Неважно. - защищать Санчез от "друзей", или от Гвидо самого, это было одним и тем же; более того, Монтанелли сам бы предпочёл убрать её, если этого бы потребовал Риккарди. Да, он хотел бы сам проследить, чтобы его бывшая подруга не появилась бы больше на горизонте, самостоятельно бы спустил курок, самостоятельно бы поехал за ней туда, куда требуется; даже несмотря на то, что гастрольные убийства вовсе не его специфика деятельности. Он не знал, говорила ли Крис с Шерон об этом, но однажды именно Гвидо ввёл её в дело, представив Джованни, и потому чувствовал свою ответственность за её несанкционированный побег, за подозрительную связь с детективом, за её дела на стороне, которые могли бы оказаться опасными для всей группировки. Он предпочёл бы лично обрубить этот конец. Несмотря на то, что ему самому было больно; лучше сделать это самому, чем узнать от кого-то другого. И перестраховаться - не хватало ещё, чтобы бывший друг через несколько лет проявился где-то в другом месте...
- Вот тут ты ошибаешься. Она сбежала, не санкционировав свой отпуск со старшим. Сразу после общения с тобой.
- Монтанелли не хотел даже вспоминать чушь, которую она ему говорила перед тем, как спрыгнуть с больничной койки. Рэймонд, похоже, славно ей промыла мозги за время их дружбы; скажи она подобное кому-то ещё - вероятно, её пошли бы искать уже сейчас, и не для того, чтобы вернуть в город, а для того, чтобы убить там же, где найдут, выставив труп на обозрение полиции. От заявлений, которое она сделала, до сотрудничества с полицейскими - один шаг; Гвидо, откровенно говоря, и сейчас не был полностью уверен, что Шерон не откровенно ему врёт, покрывая Санчез. Правда, даже если бы она продалась копам, она не смогла бы сказать много - в мокрых делах она не была задействована, а уличные гонки не то, чем можно было бы серьёзно прижать.
Монтанелли усмехнулся вслух. Мафия находила людей в другой стране, спустя годы после их предательства, убивали их из-под носа программы защиты ФБР, и умудрялись выводить исполнителей безнаказанными - Шерон же утверждала, что способна спрятать её, как пачку сигарет, и никто её не найдёт. Впрочем, наверное, лучше бы ей оставаться в своём заблуждении - чем меньше она будет знать, тем лучше для всех. Будет не так уж плохо, если она вообще не узнает о смерти своей подружки, если она последует.
- Нет, но возможно, тебе есть дело до возвращения владельцам денег, которые они украли? Часть из которых, кстати, ты держишь у себя? - мёртвый не скажет, где они находятся, а вину японцев в серии ограблений Рэймонд ведь доказать так и не удалось. Мафии же не требовалось сбора такого количества улик, не требовалось свидетелей - у них был единственный свидетель, который доказывал их вину: Крис Санчез, которая сама приложила к этому руку. Всё, что они украли у государства, очень просто могло оказаться в руках мафии и быть перераспределено; а ведь там куда больше, чем в пакете Болта.
- Витторе не станет связываться с тобой. Не тот уровень. - Гвидо посмеивался внутри себя - кем себя возомнила Шерон, префектом полиции округа? Или считает, что Донато настолько глуп, что не сделает всё, что потребуется, чтобы ни у кого и в мыслях не было связать его со смертью полицейского, если это потребуется? Да и не обязательно со смертью - достаточно будет объявления о пропаже без вести; в конце концов - чем Монтанелли, стоящий перед ней, занимается для Семьи? Правильно. Мафия может устроить так, что лейтенант-детектив просто перестанет существовать. Не из каждого убийства нужно устраивать шоу. Но даже не в каждой "демонстрации" могущества итальянской организованной преступности найдётся достаточно прямых доказательств, чтобы начать масштабную травлю всех членов Мафии - ни прокурор, ни шеф полиции, ни армейский генерал не дадут согласия на арест; без прямых улик, указывающих на вину верхушки, у них связаны руки. В лучшем случае - они возьмут исполнителя.
- Собираешься просить ответную услугу... за то, что возвращаешь нам наши же деньги? - на этот раз Гвидо почти засмеялся в голос. Большей наглости просто и придумать нельзя было - получить свою же долю, чтобы потом помогать той, которая эту же долю прятала от них, не желая отдавать. Вернуть деньги, которые она не заработала, и получить с этого поддержку; детектив придумала воистину хитрую махинацию - даже её коллеги из отдела финансовых расследований позавидовали бы. - Можешь предложить этот вариант Санчез, когда она вернётся - только учти, что услуга должна быть соразмерной. - и Гвидо вовсе не шутил; Крис заварила эту кашу, Крис подсунула ей пакет с деньгами, Крис подняла весь город на уши - пусть сама и расхлёбывает. Если же она не вернётся из своего путешествия - это уже не его проблемы. Нет человека - нет дела.

+1

17

- И что? – уже более раздраженно протянула женщина, явно не понимая, во что перетекает разговор. – Она пропала, я здесь причем? Не можете найти ее? Ваши проблемы.
Шерон начинала уставать от подобных разговоров, потому в последствии половину просто пропускала мимо ушей. Складывалось такое впечатление, что два мужика, уж простите за грубость, но меряться членами. Только в одном углу выступает мафия, а в другом полиция. Но правда в том, что определить влияние этих структур практически невозможно. Мафия не всемогуща, полиция тоже. Взять хотя бы этот случай. Крис пропала и никто не может до нее добраться, даже пресловутая мафия, а если Шерон подсуетиться и звякнет своим друзья в ФБР, то привет программа защиты свидетелей, и Риккарди может забыть о своем стритрейсере. Конечно, в программе проколы были, опять же, органы правопорядка не всемогущи, дырки есть везде, но все же эта программа остается самым эффективным способом защиты, начиная с 60-ых годов. Гвидо и верхушка мафии могли думать и убеждать себя в чем угодно, в том, что они Боги, в том, что они могут все, но если Крис попадет под эту программу, им ее не достать, хотя бы уже потому, что к безопасности Санчес проявят особое внимание. В конечном счете, если посмотреть, были бы преступные элементы так всесильны, все свидетели бы поголовно уничтожались, но они живы и здоровы, живут под чужими именами и успешно дают показания против своих боссов. В общем, однозначного ответа нет, как и самого понятия «кто сильнее», у каждого свои полномочия, у каждого свои связи, цели, задачи и сферы влияния,  и со всем нужно было считаться. От того Шерон просто не понимала, о чем идет речь. К тому же она не тот коп, который брезгает от одного только слова «мафия», напротив, она коп, который пытается найти пути сосуществования, договориться и определить консенсус, который всех устроит. А сейчас все это просто вырубается на корню, всякое желание установить контакт между мафией и полицией, контакт, который будет не такой тесный, как с другими группировками (все-таки мафия – закрытая структура), но все же  выгоден обеим сторонам.
Вот и слова о Виторре прошли мимо ушей. Ладно, ладно, вы такие крутые, вы меня убьете, если надо, но до этого момента давайте все-таки решим вопрос. Слышали, знаем. Неужели Гвидо по-прежнему считает свою прогнившую организацию, которая заметно потеряла влияние в криминальном мире, всемогущей? Если бы их ручки были способны дотянуться до кого угодно, то сейчас бы не полиция или органы государственной власти правили в стране, а именно мафиози. Конечно, их влияние распространяется и на эти ветки, но все же не настолько, чтобы считать, что им и море по колено, особенно море, в котором увязаны не только полицейские Сакраменто, но еще и центральные специальные службы страны. Впрочем, опять возвращаемся к вопросу о том «кто сильнее», вопросу некорректному, ведь на него просто нельзя дать ответ. Каждый из сторон в чем-то силен, каждый что-то может, где-то преуспевает закон, где-то криминал, но сравнивать их нельзя, это просто неправильно. В конечном счете, если надо, то приходите, убивайте, пробуйте, посмотрим, кто кого. Зачем бросаться угрозами, что делали и так на протяжении 10 лет преданной службы? Жива ведь еще, значит все не так уж и плохо. 
- Гвидо, мы друг друга не понимаем, - протянула женщина, после замечания мафиози о том, что это якобы их деньги. На самом деле, Шерон даже порадовалась самой себе, она смогла заставить засмеяться такого серьезного человека. - Я тебе минут 15 пытаюсь растолковать, что это уже не ваши деньги, а ты все равно  отказываешься это понимать. Я предложила весьма простую альтернативу, но ты свел это на «нет», - Реймонд пожала плечами, после чего развела руками. -  Не понимаю, чего ты от меня еще хочешь добиться. Я отдаю деньги, не ваши деньги на данный момент,  - женщина специально сделала акцент на собственнике, - за что-то… Итак, за что? Конечно, безопасность Санчес для меня в приоритете, но нахрен вы мне нужны, когда не можете толком сказать ничего определенного?
Можно подумать, что Шерон просила назвать имена всех продажных полицейских и судей в городе и за его пределами. Ежедневно общаясь с представителями преступного мира, женщина научилась видеть грань, так что, как выразился Гвидо, ее просьба была бы вполне соразмерной, а ведь не факт, что она бы была вообще. Но мафия отказывалась понимать и идти на встречу. Крайне неграмотный подход, принцип «бери все и не отдавай ничего» не сможет долго действовать. Хотя, наверное, это зависит от того, к кому обращаешься. С такими полицейскими как Шерон, которые частенько шли на контакт  сильными мира сего, такие фокусы не прокатывали. Ведь мафия Сакраменто – это далеко не самая влиятельная структура, с которой лейтенанту приходилось иметь дело…
- Если ты ко мне пришел, или тебя прислали, - женщина свернула за угол, похоже, она всего лишь ходила кругами, - значит, должны были предупредить, что в отношениях с такими как вы, я ничего за просто так не делаю. Но ты уперся рогом, не в силах даже дать мне слово о том, что с Санчес ничего не случиться, или, по крайней мере, что ты сделаешь для этого все необходимое. Это у вас называется честностью? Как быстро, однако, меняются понятия.
Конечно, не Реймонд рассуждать о честности, но если Гвидо хочет представить свою мафиозную группировку как нечто уважаемое в этом городе, надо соответствовать. По сути, Шерон была не причем, невольной участницей всех этих событий (имеется ввиду, ситуация с мафией и деньгами, а не с японцами), так почему же кто-то считал, что она обязана поджать хвост и вернуть деньги? Увы, но Шерон ничего и никому не обязана.

+1

18

Противостояние закона и преступности существовало столько лет, сколько вообще существует понятие "государство" - за много лет до того, как возникло само понятие "Мафия", задолго даже до времён Робина Гуда и его разбойников; принципы нисколько не меняются, как и способы борьбы, меняются лишь законы. Вся правда в том, что одни просто не могут существовать без другого - если бы хоть одна из сторон проиграла бы, то вторая в скором времени попросту самоликвидировалась бы; полиция, федеральное бюро, интерпол, ЦРУ - они просто стали бы не нужны, если бы сумели победить преступность, государство просто перестало бы финансировать их деятельность. Тогда как мафия, если бы сумела взять над полицейскими верх, сама стала бы государством - пусть по другую сторону закона, но она существует почти на тех же самых основах. История уже знала примеры, когда члены Мафии становились депутатами, и когда полицейские, уничтожив своих главных врагов полностью, погружали город в хаос из-за начавшегося передела власти между сошками помельче. Вот только на мировом уровне оба эти варианта были утопией. Ни полицейские, ни гангстеры просто не могли исчезнуть - потому что они и давали хлеб друг другу.
- И то, что нет доказательств, что в её исчезновении ты невиновна. - принципиальная разница в судебной системе Штатов и Коза Ностры - у первой это обозначало бы невиновность подсудимого, у вторых - это почти на сто процентов указывало на вину. А так как законы у Мафии тоже были более суровыми, это скорее всего означало бы устранение "виновного" раз и навсегда; даже если потом выяснится, что это сделали напрасно. В их структуре лучше перестраховаться, чем недобдеть. Но в случае с Шерон вряд ли дойдёт до этого, и не потому, что она весь такой из себя крутой коп, а потому, что Санчез не могут найти, потому что не хотят искать. Даже очень хороший стритрейсер не настолько важен Мафии, чем тот, кто принял клятву молчания. Это был один из главных аргументов на её жизнь - она не сможет серьёзно навредить организации своими показаниями. Тем более, такой организации, какую унаследовал Витторе у старых боссов - и успешно сумел восстановить то, что прогнило вместе с тем, как старели и дряхлели представители старой мафии. Клан Донато был сильной организацией, и имела больше влияния, чем хотела бы показывать; отчасти - и потому, что в Сакраменто они были единственной Семьёй, и потому Витторе не приходилось считаться больше ни с кем и вести дела так, как он считал нужным.
- Либо ты не слышишь меня, либо не слушаешь. Эти деньги были заработаны нашим человеком. Пока ещё нашим.
- "нашим", но не "одним из нас". Неважно, что Санчез не входила в Семью, и вряд ли вошла когда-нибудь, уж тем более после того, как доказала всем, в первую очередь - своему поручителю и своему капо, свою ненадёжность и своеволие. Представляя её Джованни, Гвидо ожидал, что она будет достойной заменой своему преданному, волевому, полезному Семье, но, при всех своих достоинствах, не слишком далёкому брату; увы, надежды не смогли оправдаться - Крис шагнула гораздо дальше его в плане своеволия и упрямства. То, как она поступила, оставит на её авторитете жирное чёрное пятно вне зависимости от того, какое решение примет Риккарди по поводу её дальнейшей судьбы. Возможно, он и сам рад бы забыть о том, что она способна вот так сорваться куда-то, очертя голову; но остальные не забудут. Но отказаться от Крис - значит, заочно записать её в покойники; этого ещё не произошло, а потому Гвидо проявлял интерес к её деньгам, от которых полагалось отстегнуть процент - всё тот же бизнес. По сути, отдать долги для Санчез не было гарантией жизни - это было гарантией того, что её не заставят их отрабатывать перед смертью. Или вместо смерти.
- Ты ведь сказала, что хочешь услугу в ответ. Я же ответил, что о ней тебе придётся просить Кристину - ради неё ведь я "упёрся рогом", как ты говоришь. - они обогнули дом, невдалеке снова показался полицейский участок, а перед ними выросла машина Гвидо, терпеливо ожидавшая владельца на парковочном месте. А Гвидо уже надоело постоянно идти куда-то - эта бесцельная ходьба стала слишком напоминать их разговор, тоже круживший на одном месте; два движения, не имевших конечных результатов, за один раз - это было уж слишком. Открыв дверь машины, Монтанелли подхватил лейтенанта под руку, настойчивым, но плавным движением разворачивая её и усаживая в Шевроле; и продолжил разговор уже только когда сам оказался в машине, обойдя её со стороны капота. - Я не хочу тебе врать, потому и не заверяю в том, что с ней всё будет в порядке. - хотя мог бы присвоить себе и её деньги, и долю Семьи; мог бы просто соврать, сыграв ва-банк, и при известии о смерти Санчез просто развести руками, как делала сейчас сама Шерон, и сказать, что она ничего не получит. Но гадить там, где он ест, Гвидо не собирался. - И если ты ещё не поняла, я уже делаю для неё всё, что могу, детектив. Потому я и пришёл за этими деньгами. - устранение свидетелей, проверка связей, расхлёбывание всей каши, что Санчез заварила своим уходом - Монтанелли делал всё, чтобы помочь ей; о том же, какого он придерживается взгляда на разрешение ситуации, Риккарди мог бы понять и без слов. Патологоанатом сделал для девчонки слишком много, чтобы полностью поддерживать её устранение - вслух он об этом не говорил только потому, что это было причиной задуматься и о его верности.

Отредактировано Guido Montanelli (2012-09-25 20:30:15)

+1

19

На первые слова Гвидо Шерон лишь пожала плечами. Да, она была причастна к исчезновению Санчес, но инициатива исходила непосредственно от девушки, Шерон лишь помогла осуществить задуманное, а потому не считала себя таким уж важным участником событий. Впрочем, наверное, у разных сторон разные взгляды. Это же коснулось и определения собственника денег. Увы, у лейтенанта был немного иной подход к решению этого важного вопроса.
- Да, - женщина не стала отрицать, кем были заработаны эти деньги, - но деньги не у вас.
А что не у вас – то и не ваше, - мысленно добавила Шерон. Этим принципам следовали все преступные группировки, главенствующие на улицах Сакраменто, группировки, с которым общалась Реймонд и правила которых старалась помнить. Да, у мафии были свои понятия, но сейчас они имею дело с лейтенантом Реймонд, а потом и с ее мнением придется считаться.
Кажется, эта встреча затянулась. Шерон посмотрела на наручные часы, она не планировала так задерживаться, после встречи с начальником у женщины была запись в парикмахерскую. Да-да, скоро светлая и яркая блондинка превратиться в темную и жгучую брюнетку. Женщина даже не заметила, как мысли перенесли ее совсем в другое русло. Возможно, сейчас она уже решила для себя, как точно поступит. Сдались ей эти деньги, сдались ей эти разборки… Возможно, существует другой способ помочь Крис, а мафия пусть упивается своими несколькими тысячами долларов. Впрочем, Реймонд выжимала до последнего, а мало ли… Кстати, услуга от Крис - тоже звучало неплохо, значит все-таки есть шанс увидеть ее живой, а заодно поквитаться за такую неприятную беседу, но с чертовски приятным собеседником. Шерон так увлеклась своими мыслями, что и не заметила, как они подошли к машине. Почувствовав хватку мафиози, Реймонд не повременила сжать свою руку на его кисти. Нет, он не сделал больно, ничего подобного, но это непозволительно хотя бы потому, что под руку подхватил представитель преступного мира, а сама Шерон этого попросту не ожидала.
- Еще раз дотронешься до меня…, - процедила она сквозь зубы, высвобождая руки от давления Гвидо.
Продолжение фразы трактовать не приходиться. А что еще может сказать человек, попав в такую ситуацию? Только что-то в этом роде. Хотя Шерон могла навредить, возможно, частично и в ущерб себе же, но вспыльчивого характера не изменишь. Тем не менее, женщине и самой надоело ходить вокруг да около, мозолить людям глаза и стирать подошву. Бросая на Гвидо гневный взгляд, Реймонд все-таки уселась на переднее сиденье его Шевроле. Такие модели, кстати, очень часто используются как служебные в ФБР и полиции, но это маленькое отступление. Реймонд глубоко вздохнула и облокотилась на спинку сиденья, упершись локтем в дверную панель. Гвидо устроился рядом уже через несколько секунд. Слушая слова мужчины, Шер сняла очки и повесила их на декольте. Что ж, она не ошиблась, Гвидо был достоин уважения хотя бы за то, что отказывался врать даже полицейскому, даже такому, как лейтенант Реймонд. И знаете, это как-то сработало. Женщина сделала задумчивое выражение лица, если ей не отшибает память, что это Гвидо привел Санчес в «семью», а значит частично, но несет ответственность за ее действия. Возможно, ему и самому не нравится тот факт, что девушка может оказаться предательницей, и не просто не нравится, но это скажется и на его репутации. В любом случае, уважение сыграло свою роль, у Шерон даже мысли не возникло, что Гвидо солгал и в действительности даже пальцем не поведет, чтобы помочь Крис. Наверное, если бы на его месте сидел кто-нибудь другой, то он бы уже давно был послан в свободное плавание.
- Ну ладно, - смотря куда-то вперед, протянула Реймонд, после чего слегка привстала и вытянула из кармана ключи от автомобиля, они свободно повисли на ее указательном пальце. – Мой синий Додж стоит около дома Санчес. Наши уже уехали, - она имела ввиду детективов и группу криминалистов. – Бардачок, ключики можешь оставить себе как сувенир, но машину не трогать, я ее очень люблю. Что? – она посмотрела на Гвидо. – Хочешь и меня покатать?
Для Шерон не было разницы, в принципе, всего лишь мера предосторожности. Было бы не здорово засветиться передающей мафиози какой-то пакет. А так, все по отдельности, все инкогнито, а в машине не лежит ничего лишнего, она только с ремонта. Разумеется, никакой подставы и ловушки. Хотелось надеяться, что Гвидо это понимал и доверял лейтенанту, хотя бы относительно. Если бы женщина всегда обманывала такими способами, то с ней бы на улицах никто не водился.

+1

20

Причастность Шерон к исчезновению Крис, даже косвенная, уже была поводом применить силу; не говоря уже о конкретной помощи в побеге. Болт, не имевший конкретно к этому отношения, и тот был задушен и смыт в канализацию по мелким частям, хотя вообще привлёк к себе внимание только из-за связи японцы-Санчез. Но будет ли ей что-то за это - покажет время. Лейтенант была достаточно благоразумна, чтобы не сказать об этом вслух - а в их деле бывает иногда полезнее просто промолчать, чем сказать всё. Такая тонкая грань между честностью и враньём, солжёшь - и прослывёшь лгуном, скажешь всю правду - и не придётся рассчитывать даже на надгробие.
Они опять возвращались на круговую колею с деньгами. У Мафии принципы несколько разнились с теми, которые признавали другие преступные группировки; в том и была проблема - их деньги были не у них, потому Шерон и увидела сегодня Гвидо в участке, а не беседовала с своим парикмахером. Старые времена давно прошли, итальянцы давно старались не опускаться до понятия "улиц", почти полностью отдав это направление более мелким сошкам, в современных условиях рэкет перестал себя рекомендовать так же хорошо, как раньше. Верно, на улицах главенствовали группировки чёрных, испаноязычных и других представителей тех, кого считали низшими слоями населения; но даже многие из их лидеров платили долю со своих доходов представителям Мафии, чтобы те не мешали им вести свои дела - фактически, они работали только потому, что это им позволяли. Семья Донато же стояла выше уличных разборок за территорию, и свой основной доход имела от махинаций посерьёзнее. Из которых ростовщичество было самым безобидным.
Монтанелли предпочёл не услышать её угрозы - пусть попробует засудить его за сексуальное домогательство, если захочет; в худшем случае суд поставит запрет на приближение к ней ближе, чем на десять метров, а это скорее было бы благом, чем наказанием. Что она с ним сделает, Рэймонд так и не сказала, а спровоцировать её и не было цели. Не сейчас, и не затеяв драку с копом в собственной машине; к слову, марку он выбрал не случайно - в Америке содержать Шевроле было дешевле, чем европейскую модель, ездить приходилось немало, а багажник у внедорожника был достаточно вместительным - это было удобно Гвидо по понятным причинам, которые не стоило обсуждать с полицейским. К тому же, автомобиль привлекал не так уж много внимания, а в случае чего - чтобы заменить его на другой точно такой же, не требовалось так уж много времени и денег. Не стоит переводить ресурсы без толку, Шевроле немногим хуже европеек или азиаток, обходящихся порой в два раза дороже; это хорошо понимали и в спецслужбах, потому и оснащали своих агентов автомобилями производства той страны, которую они и защищали.
Шер была неправа в одном - Монтанелли ввёл Санчез в игру, но членом Семьи девушка не стала; впрочем, это и впрямь не снимало с него ответственности за её проступки, и даже наоборот, частично прибавляло ему проблем. Да и детективу совершенно не нужно было знать, кого приняли, а кто числился в Мафии только как соучастник; это было и не так важно - любой, кто был связан с мафией, мог считаться для полиции её членом, а посвящение не открывало всех дверей - более важную роль играл авторитет; неитальянец, не прошедший обряд присоединения к Семье, мог неформально занимать куда более высокое положение, чем гангстер, бывший посвящённым на протяжении долгих лет, а мог даже сравниться по своей власти с иным капо - всё зависело от всё тех же ингредиентов, что и везде: способностей, связей и везения.
Гвидо скептически посмотрел на предложенные ему ключи. Похоже, Шерон доверяла ему больше, чем копу следует доверять мафиози; далеко не каждый согласится предложить ключи от своего автомобиля малознакомому человеку, и уж тем более - если на него годами собирают дело в полицейском департаменте, а оно уже насчитывало приличное количество макулатуры, ещё когда Рэймонд служила в армии, а не в полиции. Да ещё и оставить такому человеку ключи от неё в подарок. Вот только Монтанелли не мог себе позволить настолько довериться копу, чтобы забраться в его машину.
- Не подумай, что я хочу тебя обидеть, но не хотелось бы быть арестованным в твоей машине с пачкой украденных денег в руках. - он оставил ключи висеть на её пальце, положив ладони на руль. Как знать, а если дом Санчез покинули ещё не все полицейские, а квартира всё ещё под наблюдением; и стоит ему только открыть бардачок в Додже, как федералы попрут изо всех щелей в лучших традициях своей ловли на живца? Гвидо не мог так рисковать, Шерон ему нужна была для подстраховки, чтобы быть уверенным в том, что на него не повесят проникновение в чужое транспортное средство, воровство и операции с краденными деньгами. - Как насчёт подбросить тебя до твоей машины? - не дожидаться же автомобилю возвращения Кристины под окнами её квартиры? Необязательно было передавать пакет прямо из рук в руки - Монтанелли понимал, что если федералы всё ещё поблизости от квартиры и держат её автомобиль в поле зрения, то ей тоже не пойдёт на пользу ни его компания, ни пакет с наличкой, переданный члену Мафии. Выкрутиться как-то можно было - в конце концов, кто надувает государство у него же под носом последние тридцать лет?

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » All about the money