В тебе сражаются две личности, и ни одну ты не хочешь принимать. Одна из прошлого...
Вверх Вниз
» внешности » вакансии » хочу к вам » faq » правила » vk » баннеры
RPG TOPForum-top.ru
+40°C

[fuckingirishbastard]

[лс]

[592-643-649]

[eddy_man_utd]

[690-126-650]

[399-264-515]

[tirantofeven]

[panteleimon-]

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Лучший подарок - это...


Лучший подарок - это...

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

http://s3.uploads.ru/iI4NQ.png

Участники: Étienne Moreau & Sharon Raymond
Место: 1705 Angelo Drive - дом, милый дом
Время: 17-18 сентября
Время суток: начинаем вечером, ~ 22.30
Погодные условия: сентябрьские
О флештайме: Для кого-то праздник по поводу Дня Рождения Этьена подошел к концу, но для кого-то он только начинается. Проводив всех гостей, жених и невеста остаются наедине. Надо бы убрать со стола, выбросить все бутылки от шампанского,  вызвать чистильщика бассейнов…. Но кого это волнует в такой момент? Ведь наивно полагать, что тот почетный орден - единственный подарок, который сегодня подготовила Шерон…

+1

2

И вот, гости уже разошлись. Ден тоже поспешил домой, решив, что не стоит смущать пару своим присутствием. Да, сегодня у них был повод для радости. И новоселье, и день рождения Этьена ушли на второй план. Сегодня они оба сделали серьезный шаг вперед, это следующая страница их истории.
Мужчине до сих пор не верилось, что случилось то, что случилось. Он, конечно, не ожидал другого ответа, но он и не верил собственному счастью. Он вышел к бассейну. Гости изрядно повеселились, а теперь хозяевам надо бы все это безобразие убрать. Неужели сегодня? Неужели сейчас? Этьен ведь именинник, неужели все это не может подождать до утра?
Француз, помня наказ Шерон не курить дома, не упустил возможности, и закурил здесь. Все равно хуже уже и не будет. Однако сигарету он не докурил и потушил ее в пепельнице, что стояла на столике.
Шерон была в доме и собирала пустые бутылки из-под шампанского, ставя их в одну кучу возле стола. Так будет проще все это выкинуть. Этьен смотрел, как она плавно двигается по дому, грациозно и соблазняюще, высокие каблуки не были помехой. Напротив, они, скажем так, придавали пикантности Шерон и ничуть не портили ее стройных ножек, только украшали. Француз слабо улыбнулся, а потом зашел в дом. Он взял Шерри за руку, отрывая ее от занятия.
-Не сегодня – тихо сказал он, будто боялся что-то спугнуть. Стоял, смотрел на нее и не отпускал ее руки. Большего ему и не нужно было, лишь бы она была рядом. После некоторой времени неловкого молчания, Этьен все-таки выдвинул стоящее предложение – Я так и не успел с тобой потанцевать. Идем – он подтянул Шерон к себе, заставляя ее забыть об уборке. Признаться, на Шерон это не походило. Возможно, она еще не смогла свыкнуться с той мыслей, что она невеста. В третий раз. Почему бы и нет?
-Это твоя стереосистема – улыбнулся Этьен, протягивая Шерон пульт. Да, он не преувеличил, стереосистема действительно принадлежала женщине, ведь она любит насолить соседям громкой музыкой. У архитектора все просто. Айпод с любимыми песнями, наушники, и можно творить. Чаще всего свои проекты Этьен делал именно под музыку, она как-то отпугивала ненужные мысли. Это очень помогает, особенно когда нет идей и вдохновения, а проект надо сдать в срок.
Шерон выбрала песню по вкусу. Она правильно прочувствовала настроение Этьена и, пожалуй, сделала правильный выбор. Этьен не выпускал ее руку из своей ладони, правой рукой обнимая ее за талию.
Их танец был простым. Ничего вычурного и необычного, по сути – топтание на месте. Но это всего лишь техника, здесь стоит уделить больше внимания чувствам, настроению, обстановке. Двое влюбленных, только что помолвились, они в своем доме, просторном, уютном. Пожалуй, их жизнь сложилась, как нельзя лучше можно предположить, что мы наблюдаем хэппиэнд какого-нибудь голливудского фильма. Не хватает только титров. Но это не конец целой истории. Это всего лишь конец одной главы, совсем скоро, мы перелистнем страницу и будем дальше следить за этой парой. За их взлетами и падениями, за их радостями и горем.
Француз прижался щекой к лицу Шерон. Он тихо нашептывал ей на ухо, даже не пытаясь перекричать музыку:
-Ты знаешь, что сегодня я стал самым счастливым человеком в этом мире?
У каждого свое понятие счастья. Этьен счастлив своей взаимной любви. Нет ничего приятнее взаимности, особенно в отношениях мужчины и женщины.

+1

3

Как оказалось, сказать обо всем сыну – одна из самых волнующих частей. Денни хоть и был потрясен, однако, по крайней мере, по виду, искренне порадовался за парочку. Праздник медленно подходил к концу, гости убывали. Неугомонная четверка была первой, потом дом покинули Джек и Теодор, затем уже все остальные. Шерон стояла у выхода и благодарила друзей и знакомых за то, что пришли. Когда не осталось никого, женщина закрыла дверь и, глубоко вздохнув, повернулась, задумчиво посмотрев на Этьена. Мужчина распрощался с гостями, а сейчас двигался куда-то ко двору. Как только он скрылся из виду, Шер подняла руку и посмотрела на кольцо. В это до сих пор не верилось. Она сказала «да». Насколько сильно гордишься собой в такие моменты. Несмотря на сомнения, несмотря на неопределенность, она сказала «да» и не жалеет, потому что видит счастливое лицо француза. А этого достаточно.
Оторвавшись от ювелирного изделия, Реймонд решила слегка прибраться. Нет, она не собиралась заниматься уборкой сегодня, но собрать все пустые бутылки – было бы неплохо. Ставя бутылки на стол, через окно Шерон видела, как курит Тьен. Он, наверное, ужасно переживал сегодня. Зато, теперь понятна причина опоздания и сюрприз женщине понравился, пусть и вышел он, мягко скажем, неожиданным. Она никогда не думала о третьем браке, но разве французу можно было отказать? Если ты уверена в том, что, по крайней мере, сейчас, хочешь быть с этим человеком и делить с ним каждую минуту своей жизни, так какого черта? Этьен заслуживает этот шанс.
Шерон и не заметила, как Этьен оказался в помещении. Она уже убрала все бутылки, когда мужчина взял ее за руку. Женщина улыбнулась и оторвалась от своего занятия, которое, впрочем, не собиралась продолжать. Сегодня француз был при параде, такой костюм, белоснежная рубашка, он подготовился, и выглядел сногсшибательно. Шерон невольно вспоминала о второй части своего подарка. Но надо подождать, несмотря на то, что раскрыть карты захотелось уже сейчас, вернее, не то, что захотелось, женщина воспылала желанием сделать это. Но вот, Этьен протягивает пульт. Шерон улыбается и ставит первую попавшуюся медленную мелодию. Он не забыл, а потанцевать хотелось.
- А я уже думала, что не дождусь, - улыбнувшись, протянула она, положив руку на плечо француза. Немного романтики перед длиной ночью – самое оно. Не в стиле женщины, но Тьену удалось привить своей суженой любовь к таким вещам. Танец – вроде такая мелочь, но эта мелочь становилась особенной рядом с ним, можно сказать, волшебной. Двигалась парочка медленно, а Шерон хотелось, чтобы этот момент длился как можно дольше. Вот так бы стоять и танцевать здесь всю ночь, да нельзя, впереди другие планы. Женщина невольно улыбнулась, почувствовав приятное покалывание щетины Этьена на своей щеке. Его слова врятли нуждались в ответе. Они просто грели сердце. Шерон закрыла глаза и, проведя ладонью по плечу мужчины, коснулась шеи, как будто приобнимая француза.  Она слегка наклонила и повернула голову, касаясь губами щетинистой щеки Этьена, имея возможность вдыхать приятный аромат его духов. Какой сентиментальной Реймонд порой бывает, но это неплохо, напротив, поразительно, что нашелся человек, который смог что-то в ней изменить. Парочка продолжала двигаться, музыка подходила к концу. На последней ноте, Шерон слегка отстранилась и нежно поцеловала своего француза в губы, потом она улыбнулась, безмолвно благодаря за чудесный вечер. Женщина подошла к столу и залила два пустых бокала французским вином. Не стирая улыбки с лица, она подошла к Этьену и протянула ему один из бокалов.
- С Днем Рождения, родной, - они чокнулись бокалами, и Шерон, сперва отсалютировав, сделала несколько глотков, не отрывая взгляда от своего жениха. – Завтра вызовем уборщицу, - ставя бокал на стол и оглядываясь, усмехнулась женщина. – Я пошла в душ. Подожди меня в спальне, я уже несколько дней пытаюсь тебе кое-что показать, - она поцеловала Этьена в уголок губ, а потом аккуратно стерла блеск. – Я быстро, правда.
Никакой интриги, Реймонд говорила так, как будто собиралась показать какую-нибудь интересную вещичку, типа статуэтки или, возможно, фотографии. Но  правда была другой, хотя интересной эту вещь назвать тоже можно. Продолжению банкета быть.

+1

4

Шерон не изменила ни себе, ни своему музыкальному вкусу. Хьюстон, от Шерон другого и не приходилось ожидать. Собственно, Этьен на столько привык к музыке, которую слушала его женщина, что успел полюбить некоторые песни. Чего греха таить, некоторые были в плей-листе его айпода.
-Ну ты же знаешь, какой я неуклюжий, - улыбнулся Этьен, оправдывая себя, - да и весь вечер я как-то был в себе. Сама понимаешь, не каждый день предлагаешь руку и сердце.
И опять он напомнил себе, что уже не просто, скажем так, парень Шерон и далеко не сожитель, теперь он ее жених. Даже как-то странно. Сорокалетний жених. От этих мыслей, он невольно прижался еще сильнее к своей Шерон. Уже к своей невесте.
Он почувствовал, как она обнимает его за шею, как ее губы касаются его щеки. Мужчина закрыл глаза и расплылся в легкой улыбке, когда Шерон начала целовать его губы. Когда она успела стать такой нежной, такой, кажется, ранимой. Этьен и не заметил, как преобразил женщину. Она всегда была особенной и, казалось, ее больше нечем приправить, она совершенна, но оказалось, француз смог внести свою лепту в ее непростой характер, смягчить ее, сделать более покладистой. По крайней мере, так ему казалось.
Шерон отошла от Этьена к столу, наполняя пустые бокалы вином. Этьен принял бокал из рук любимой, и сделал небольшой глоток, не переставая ей улыбаться.
-Merci – поблагодарил Этьен. Признаться, он скучал по своему родному языку и, выдавать такие простые слова, которые были понятны всем – приятно. Хоть какое-то упоминание о своей национальности. Ради Шерон он оставил свою страну и остался жить здесь, рядом с ней. Ведь дом там, где твое сердце. А сердце Этьена принадлежало Шерон.
-Думаю, уборщица не помешает. Погуляли, так погуляли – Этьен, собственно, ничего и не заметил. Весь вечер пробыл в своем мирке, со своими мыслями. Надо бы пригласить ребят посидеть в кафе или что-нибудь в этом роде. Скажем так, компенсировать сегодняшнюю нехватку француза.
-Что-то показать? У нас что, продолжение банкета? – улыбнулся Этьен, когда Шерон поцеловала его и поспешила скрыться. Мужчина и сам хотел принять душ, и он бы с радостью его принял вместе с Шерон, вот только дело пахло сюрпризом, а значит, надо терпеливо ждать, что на сей раз выдумала эта австралийка.
Этьен допил вино, еще раз окинул взглядом свой дом. Ощущение, будто здесь прошелся ураган. Хотя, это уже не его головная боль, а проблемы уборщицы, которую они вызовут на завтра. Надо придумать, куда можно будет уехать завтра, пока уборщица будет приводить их гнездышко в порядок.
Мужчина зашел в спальню и снял с себя пиджак, повесив его на вешалку, спрятал в шкаф. Он сел на кровать, посмотрел на часы. Уже шел двенадцатый час. Мужчина лег на кровать, ноги все так же были на полу. Он чуть расстегнул рубашку, было душновато. И сейчас он лежал и смотрел в потолок, думая, что же там придумала Шерон. Интриговать женщина умела.

+1

5

Шерон быстро оказалась в ванной комнате. По правде сказать, давно она не делала подобных подарков. Последний раз, своему бывшему мужу, года два назад, и то не подарок, а так способ сказать «прости». Но то было другое. В отношениях с Этьеном все вообще было иначе, потому хотелось преподнести сюрприз не как раньше, а по-особенному. Сперва Шерон действительно приняла душ. Пусть француз немного подождет, пусть его помучает интрига. Потом женщина быстро наделась, поправила макияж и как следует, уложила волосы. Ну все, вроде готова. Реймонд не стеснялась, что вы, это не ее стиль, но просто сделать все хотелось идеально, это ведь его День Рождения, сорок лет. В общем, проведя в ванной комнате минут двадцать, Шерон наконец-то вышла и направилась в спальню. Этот красавчик валялся на кровати, но сразу же поднял голову, как только услышал шаги. И что же было перед его глазами? Явно совсем не то, о чем можно было подумать с самого начала. Женщина была одета: прямая темная юбка, белая кофта на пуговицах, черные туфли на каблуках, колготки. Как будто она собралась еще пойти и прогуляться по городу. Но в этом и есть суть сюрприза. Это своеобразная упаковка, которая вскоре раскроется.
- Чего ты развалился? – улыбнулась Реймонд, подходя к постели и вставая между ног жениха. – Я еще хотела погулять по району, - пусть думает, что впереди и вправду всего лишь ночная прогулка. – Ах, черт…, - добавила женщина, наклоняясь к французу, - я же забыла тебе кое-что показать. Давай, - она протянула руку, помогая Этьену встать с кровати. – Присаживайся, - около кровати стоял стул с подлокотниками, на который Шерон удачно усадила своего мужчину. – Сейчас принесу. Тебе должно понравиться.
Собственно, это и было началом. Мужчина уже должен понять, что показать ему хотят явно не рамочку с фотографиями. Усадив его на стул, лейтенант потихоньку начала раскрывать свои карты. Она не дошла до двери, внезапно заиграла музыка. Очень вовремя, так и было задумано. Сегодня парочку сопровождала группа Eurythmics со своей композицией Lifted. Шерон усмехнулась, пожав плечами. Разумеется, все это выглядело наигранно, в конечном счете, это маленькое представление, где важна малейшая деталь. Не отрывая взгляда от Этьена, женщина сделала несколько шагов назад и погасила свет. Они не остались в кромешной темноте, откуда-то вырывалось освещение, просто не такое яркое, как от люстры, более… интимное, что ли. Шерон прижалась к стене и начала медленно двигаться, водя бедрами из стороны в сторону, как раз в такт музыки. Она медленно водила по своему телу руками, а потом запустила их в волосы. Женщина уже не смотрела на Этьена, ее глаза были закрыты, но лицо сохраняло чувственный и соблазняющий вид. Шерон покрутилась около стены, а потом сделала несколько шагов вперед, к своему французу. Изогнув спину и взмахнув волосами, она нагнулась, проводя ладонями по его ногам. Губы приблизилась к лицу мужчины, но потом рот лейтенанта исказился в нагловатой ухмылке. Нет, сейчас он ничего не получит, сейчас его просто будут дразнить. Реймонд плавно выпрямилась, все это время она не забывала о музыке. Женщина медленно подняла ногу и перебросила ее через колени Этьена. Через несколько секунд она уже сидела на его коленях, спиной к лицу. Взяв его ладони, Шерон медленно начала водить ими по своему животу, потом по груди. Она откинулась назад, использовав мужчину как спинку стула, голова легла на плечо, а руки продолжали управлять ладонями француза. Потом все прекратилось, женщина резко перевернулась, опираясь руками о подлокотники. С легкой ухмылкой, она подалась назад, делая два шага от Этьена. Самое время раскрыть упаковку. Продолжая медленно и плавно двигаться под музыку, Шерон начала расстегивать пуговицы на своей кофте.  Французу открылась верхняя часть белья. Но женщина не спешила снимать кофту, даже когда все пуговицы были расстегнуты. Она снова присела на колени Тьена. Хотя, это трудно так назвать. Она держалась руками за подлокотники и плавно водила по ногам мужчины своей пятой точкой. Потом Шерон резко расставила ноги, она лишь подчинялась мелодии, и снова облокотилась на Этьена, на сей раз, отводя руки назад, а потом медленно поднимая их, взъерошивая волосы на затылке француза. В это время он мог чувствовать приятный запах духов на шее суженой. Женщина поднялась и начала обходить стул, водя при этом рукой по плечам Этьена. Все это время она сохраняла хищный взгляд, в этом ведь и вся суть соблазнения. Потом она снова оказалась напротив француза. Пришло время скинуть с себя кофту. Далее последовала юбка. И снова пуговка за пуговкой, Шерон умела дразнить мужчин. Юбка быстро скользнула вниз. Женщина подняла ногу, на которой висел сей предмет одежды. Туфелька оказалась на коленке Этьена. Разумеется, Шерон все делала аккуратно и безболезненно. Данным жестом Тьену позволялось стянуть юбку с ноги. Вот сейчас женщина полностью обнажила нижнее белье. То, что сначала казалось колготками, на деле было чулками. Она продолжила двигаться в такт музыке, плавно изгибаясь, двигая бедрами, присаживаясь и медленно вставая, не забывая при этом периодически взмахивать волосами. Песня подходила к концу, но сам сюрприз только начинался. Шерон вела себя достаточно властно, не позволяя Этьену распускать руки. Она делала все сама, управляла им, дразнила, заигрывала, показывала свое тело, но не подпускала к нему. Потом женщина снова потянула француза за руку, вынуждая встать. Она зашла со спины.
- Нет, нет, - тихо прошептала Шерон на ухо Этьену, как только он снова попытался что-то предпринять, - еще рано. Пока что, - женщина обняла француза со спины и начала медленно водить по его груди ладонями, - ты полностью мой…, - при последних словах губы лейтенанта уже касались уха Тьена.
Реймонд сначала поводила носом по уху, а потом, когда руки начали расстегивать пуговицы рубашки Этьена, провела по мочке уха языком. Расстегнула она всего две пуговицы, через одну – достаточно, чтобы ладошки смогли скользнуть под рубашку. Шерон продолжила ласкать мочку уха любимого, периодически проходя языком и по шее, а ее руки, тем временем, водили по его груди. Даже сейчас, несмотря на отсутствие музыки, женщина умудрялась как-то двигаться, тершись своим телом о спину француза.

+1

6

Этьен спокойно лежал на кровати, ожидая Шерон. Мужчина уже стал дремать, как услышал шаги австралийки. Он приподнял голову, чтобы посмотреть на нее и ее сюрприз. Она была одета, скажем так, весьма строго. Этьен удивлено изогнул бровь, осматривая изящные формы Шерри.
-Погулять? – удивился Этьен, как Шерон наклонилась и сладко напомнила про сюрприз. Француз был заинтригован, он был в предвкушении, он ожидал чего-то особенного и незабываемого. Шерри помогла ему подняться на ноги, а потом снова усадила его на кресло. Мужчина положил руки на подлокотники и стал внимательно и с улыбкой смотреть на бедра Шерри, которые удачно подчеркнула черная юбка, фасоном «карандаш». Она разыграла неплохой спектакль, Этьен до конца не понимал, что происходят, но в мыслях уже представлял ее без одежды. Такая грациозная, настоящая пантера. Властная, страстная, желанная. Как ни странно, но Этьен не мог выговорить ни слова, так все было загадочно. Он хотел спросить, но не знал как. Он хотел похвалить, но не мог и проронить и слова. Он с жадностью смотрел на изгибы тела любимой. Он поглощал каждый сантиметр ее идеального тела. Он засматривался на аппетитную грудь, на стройные ножки, на плоский живот. В мыслях, он уже прижимал ее грудью к стене, губами он припал к ее сахарной шее, он сжимал ее ягодицы в своих руках.
И вот она двигается к нему, соблазнительно двигая бедрами, спинкой прижимаясь к стене. Свет был приглушен, играла приятная музыка. Неужели так начинается прогулка? Руками она ласкала свое тело, получая от это удовольствие, глаза были закрыты. Она играла с подсознанием Этьена, словно кошка с мышкой. Рот мужчины был чуть приоткрыт, он не мог оторваться от этого зрелища, он уже мысленно срывал с нее эту кофточку. Она ни к чему…
Шерон провела руками по ногам мужчины, а сама наклонилась к его губам. Этьен подался чуть вперед, желая вкусить меда с этих нежных губок, но не получил ничего. Она снова играет с его чувствами, дразнит его. Этьену нравилась эта игра, несмотря на то, что дразнила его. Это тоже самое, что и дразнить человека, соблюдающего диету, куском торта.
И вот Шерри уже сидела на его коленях, словно маленькая девочка. Почему к ней нельзя прикоснуться самостоятельно? Шерон, казалось, продумала абсолютно все, и знала реакцию француза наперед. Она берет его руки, и начинает ласкать себя, водя его ладонями по своему животу и груди. Этьен кажется расслабленным, но на самом деле он сдерживается, чтобы не сжать ее в своих руках, да покрепче. Это дается ему с трудом, он все-таки напрягает свои ладони, прижимая спинку Шерри к своей груди. Но Шер вырывается из хватки. Игра продолжается.
Женщина сделала два шага назад от француза. Интересно, как она держится, как она терпит? Всегда такая страстная и энергичная, не умеющая ждать и желающая получить сразу все, без остатка, сейчас играется с огнем. Смотри, Шерри, не обожгись, Этьен уже сгорает от нетерпения.
Так оно и было. Мысленно он пытался себя умирить, успокоиться, расслабиться. Но сознание было непокорным, оно, как и все тело, желало Шерон, с каждой минутой все больше и больше. На лице у Этьена поселилась легкая улыбка, глаза блестели животным огоньком.
Она снова присела на колени, соблазнительно вырисовывая восьмерки своими бедрами. Этьен чувствовал прикосновение ее ягодиц пахом, тело в миг напряглось, француз сдерживал себя ради этой игры, нельзя испортить сюрприз, который готовила Шерон. Он вздохнул и сглотнул тот ком, что застрял в горле. Говорить сейчас он точно не может. Тут Шерри расставила свои стройные ножки и, подняв руки вверх, начала водить руками по волосам Этьена. Француз чуть наклонил голову, чтобы поцеловать шею любимой, но вместо поцелуя, жадно, но в то же время аккуратно, прикусил нежную кожу на сахарной шейке.
Женщина снова встала. Она обошла Этьена и, вновь оказавшись перед ним, скинула кофту и приступила к юбке. Мужчина усмехнулся, понимая, что совсем скоро кто-то выиграет в этой игре. Вот только кто? А какие правила этой игры? – У каждого свои.
Она чуть приспустила юбку. Шерри поставила ножку на колено Этьену. Мужчина провел рукой по ноге, целуя колено Шерон и снимая ее юбку одновременно. Снова прилив желания, которое сложно обуздать, француз тяжело дышит, кажется еще чуть-чуть и он задохнется, захлебнется. Эта игра становится опасной.
Внешний вид Шерон возбуждал, будил в сознании неприличные картинки, Этьен сейчас готов был сделать с ней все, что угодно, лишь бы она позволила. Но она держала его на расстоянии.
Шер заставила Этьена подняться. Контролировать себя было сложнее, уже не с каждой минутой, а с каждой секундой. Ощущать ее тело, такое идеальное, превосходное, аппетитное – неописуемо. Этьен позволил самостоятельно провести рукой по талии Шерон, но… но он нарушал правила этой занятной игры. Шерон, стоящая за спиной, обняла его и сладко шептала на ухо. Этьен уже чувствовал напряжение ниже живота, сдерживать порывы сейчас казалось безумием. Но Этьен был покорен, он соглашался на правила Шерон.
Он ощущал прикосновения язычка Шерри на мочке уха, он чувствовал спиной ее горячее тело. Ее изящные ручки скользнули под рубашку. Француз убрал руки за спину, но… он сжал ягодицы Шерон и прижал к себе. Теперь ее пах касался его ягодиц, ведь они были примерно одного роста.
-Шерон… - выдохнул Этьен, кажется, сжимая ее в своих руках ее сильнее – я хочу тебя.. долго еще будешь мучить?
Он предупредил женщину, что если она продолжит в том же духе, то он за свои действия не ручается, не отвечает… не контролирует..

+1

7

- Мучить? – сладко протянула женщина, не переставая ласкать ушко Этьена. – Не знала, что теперь это так называется, - ее губы осторожно и нежно касаются уже загривка мужчины, она вдыхает приятный запах его волос, а потом  медленно переходит на другую часть шею. Все это время Шерон ощущала прикосновение рук француза к своим ягодицам. Что ж, нельзя так издеваться над людьми, нужно подбросить наживку, назовем это так. Собственно, вся игра и заключалась именно в том, чтобы довести Этьена до изнеможения, чтобы он воспылал таким желанием, что просто не сможет сдерживать свои животные инстинкты, свою страсть и любовь. Кажется, Реймонд отлично справлялась с этой задачей. Несомненно, она и сама начала возбуждаться, пусть и не так быстро, как француз. Все-таки ей, как главной героине сего спектакля, нужно держаться, ведь это еще не конец. Но в итоге, Этьен получит Шерон, а Шерон получит Этьена.
Женщина продолжала мягко водить ладошками по груди француза, ублажать которого была готова хоть каждый день. Потому что любила, потому что он был красив и привлекателен, потому что у него настоящее мужское тело – причин для доставления любимому удовольствия много. Чуть погодя ручки Шерон вынырнули из-под рубашки и легли на ладони Этьена, все еще сжимающие ягодицы. Женщина оторвала жениха от столь приятного занятия и развернула к себе лицом. Нет, это еще не начало. Она прижалась к нему грудью, сгибая ногу в колене и обхватывая ею мужчину. Шерон поцеловала его нижнюю губу, а после слегка прикусила, чувствуя, как и сама наполняется желанием. Чтобы справиться со своим порывом, женщина медленно пошла вперед, прямо на Этьена, вынуждая его свалиться на кровать. Она заползла на него на четвереньках, ведя ладонью по груди и попутно  расстегивая оставшиеся пуговицы. Мужчина уже тяжело дышал, Шерон оставалось лишь нагнуться и поцеловать его грудь, медленно спускаясь поцелуями вниз, до живота. Вверх она поднималась уже с помощью язычка. Боже, какой же он сладкий. Как устоять и не дать слабину, наплевав на сюрприз и неделю подготовки? Основная часть уже, несомненно, прошла, но было и кое-что еще. И снова Шерон не дала ему прикоснуться к своим губам, резко останавливая руки мужчины и припечатывая их к кровати. Она криво улыбается, переходя в такое положение, чтобы корпус мужчины оказался между ее ног.
- Если не перестанешь, - тихо проурчала она, подтягиваясь, чтобы ее лицо находилось на уровне лица француза, - придется приковать тебя наручниками к кровати, - женщина ярко улыбнулась и отпустила Этьена, снова упираясь руками в кровать и позволяя себе наклониться, чтобы поцеловать мужчину в шею.
Шутила ли? Нет, наручники имеются, так что французу придется немного потерпеть. Тут Шерон опустила руку на пол и подняла небольшую белую вазу для фруктов, которая была заполнена первосортным виноградом. Она поставила ее около головы француза и взяла одну виноградинку. Это будет своеобразным десертом, но десертом, который призван стать напоминанием о чудесном дне, состоявшимся около 8 месяцев назад.
- Помнишь…, - женщина крутила ягодой прямо около лица Этьена, - на нашем первом свидании, - хотя это и таковым трудно было назвать, всего лишь дружеский поход в игровые автоматы, - я рассказывала историю происхождения французского поцелуя? Парень поцеловал девушку, виноградинка в их ртах раскололась, а сок был настолько вкусным, что они не решились прерваться, жадно пытаясь испробовать вкус ягоды, - все это время Шерон смотрела на виноградину. Почему-то, эту историю она помнила наизусть, возможно, это связано с теми ассоциациями, которые та вызывала.  Прошло восемь месяцев, необычных, но счастливых месяцев. И женщина благодарна судьбе за такой шанс, ведь она любила и была любима, пусть никогда и не подозревала о том, что такие сильные чувства, соединяющие двух людей, вообще могу существовать на этой земле. Впрочем, сейчас любовь граничила со страстью. Шерон полностью легла на француза и закинула в рот виноградину. Раздавив ее, женщина почувствовала во рту сладкий вкус великолепного сока. Теперь нужно поделиться с Этьеном. Реймонд решила воссоздать историю, сливаясь страстным поцелуем со своим возлюбленным. Даже трудно сказать, что было вкуснее: сок или вкус его губ. В любом случае, виноград оказался настолько сочным, что несколько капелек сока медленно стекли вниз, капая на кровать. Но кого это волновало? Ведь это было неописуемо, вкусно, красиво. Своим языком Шерон пыталась отхватить себе кусочек винограда, непрерывно касаясь при этом языка француза. Но вот ягоды не стало, потому, не долго думая, женщина закинула в рот еще одну. Настолько сильно ей понравился этот процесс. Все виноградины они не съедят, слишком долго, так что, пришлось отставить вазу и приступить к дальнейшим действиям. Уже возбужденная и потерявшая голову, Шерон сначала слизывает остатки сока с подбородка Этьена, с губ, а потом снова опускается и начинает водить губами по его груди. Она расстегивает ремень француза и вытягивает из штанов, отбрасывая куда-то в сторону. При этом женщина не отрывала  взгляда от своего жениха. Она снова подползает к нему, медленно, как будто охотится. Садиться на живот и проводит по груди ладонями. Потом Шерон подтягивает Этьена за воротник, чтобы он оказался в сидячем положении. Она позволяет французу прикоснуться к груди, а сама снимает с него рубашку и отбрасывает в сторону, туда же, куда и ремень. Женщине тоже надо насладиться. Для Шерон тело Этьена желанно не меньше, чем ее для него. Потому она запрокидывает голову мужчины и начинает целовать его шею, плечи. Сердце колотиться, вырывается из груди. Чуть погодя, Реймонд резко переворачивается, освобождаясь от объятий жениха, и оказывается на спине, приподнимаясь и опираясь о кровать локтями. Она ждет, пока Этьен приблизиться к ней, а после поднимает ногу, позволяя снять туфли, расстегнуть застежки и стянуть чулки. Веселье начинается. Интересно, надолго ли хватит спокойствия Этьена? Теперь Шерон доступна, она целиком и полностью в его распоряжении, старт дан.

+1

8

Шерон была более, чем красноречива, когда касалась кончиками пальцев кожи Этьена. Лаская его тело своим теплым дыханием, она вселяла надежду и покой. Можно ли так любить? Если только в сказке. Но никто не говорил, что сказку можно воплотить в реальность.
-Воздержание – всегда мучение – выдохнул француз, - зато как потом приятно отдастся страстям.
Когда долго ждешь чего-то, то это становится, скажем так, чем-то вроде маленькой мечты, которая, в конечном счете, сбывается. Шерри для Этьена всегда была мечтой. Его маленьким желанием, прихотью, капризом. И сейчас не было исключением. Еще ни одну женщину он так не любил. Сложно подобрать слова, что описать то чувство, что теплилось в груди у француза.
И вот он уже лежит на кровати, а Шерри аккуратно целует его грудь, вздымающуюся от тяжелого дыхания. Только сейчас Этьен понимает, что всю свою сознательную жизнь общался с немыми женщинами, чьи поцелуи молчали, оставляя лишь след на коже. А Шерри говорила. И говорила очень многое. Ее поцелуи, в каждом был скрыт смысл, в каждом было спрятано заветное слово или пожелание, будто в печенье судьбы.
Француз понимал эти поцелуи и был готов ответить на каждый. И только он потянулся к Шерон, чтобы сказать, как сильно он ее любит, как благодарен за ее любовь, за их отношения, за те минуты радости, что она дарит ему, как его руки оказались придавленными к кровати. Игра не закончилась, игра была в самом разгаре. Этьен мог только что нарушить правила.
Он ничего не ответил на предложение про наручники. Если она посчитает нужным, она это сделает, здесь не было сомнений. Поэтому француз решил не комментировать вышесказанное и просто отдался наслаждению.
Около Этьена появилась ваза с виноградом. Что опять задумала Шерон? Он посмотрел на ягоды, а потом перевел взгляд на Шерри. Она взяла виноградину и, крутя ей перед носом Этьена, напомнила ему об их свидании, самом первом, таком невинном, но в то же время запоминающимся.
-Помню. Польские дукаты – улыбнулся Этьен, пока Шер не успела положить ягоду в рот, - выставка оригами. Ах да, еще ты меня уложила на лопатки в своей школе, точно так же, как и сейчас… и, ты меня поцеловала – намек? Нет, он говорит прямо в лоб.
Шерри положила виноградину в рот и, раскусив ее, поспешила поделиться мякотью с Этьеном. Такое с ним происходило впервые. И это неизведанное и необычное занятие заставляло его желать Шерон еще больше. Он чувствовал, как виноградный сок перетекает с ее губок ему в рот, отчего поцелуй становился еще слаще прежнего. Француз не мог оторвать губ от Шерри, он чуть приподнялся, будто бы это помогло ему достать виноградину из ротика Шер.
Он чувствовал жар ее тело, ее желание, ее возбуждение. Все это передавалось и ему. Женщина подтянула его к себе за ворот рубашки. Он начал целовать ее грудь через корсет, а широкие ладони гладили ее ножки.
Шерри уже лежала на спине, подпуская к себе Этьена. Он коснулся ее лодыжки и, чуть приподнимая ножку, снял сначала одну туфлю, а потом вторую. Она игралась с ним, что же, теперь его очередь, хоть ему уже и тяжело сдерживаться. Он нежно провел кончиками пальцев по ногам, доходя до бедер, и расстегнул застежки, что удерживали чулки на ногах. Он начал медленно снимать чулки, при этом целуя оголенную кожу.
С чулками покончено, не мешало бы и от корсета избавиться. Француз перевернул Шерри на живот и, поцеловав ягодицы, выпрямился, преступив к корсету. Застежки здесь были сложнее, чем на простом лифчике, но Этьен справился. Маленькая победа любого мужчины. Однако под корсетом был еще и лифчик. Шерон основательно подошла к этому вопросу.
-К чему такая экипировка – засмеялся Этьен, расстегивая уже застежку нижнего белья, - словно на войну собралась.
Теперь на Шерон оставались только трусики. Этьен провел ладонями по ее спине и, остановившись на плечах, начал мягко массировать. Он медлил, будто ждал чего-то еще от Шерри. Он снова мягко провел по ее спине руками и, подойдя к бедрам, стянул трусики. Итак, француз полностью развернул свой подарок. И это был лучший подарок из всех, что он получал. Совершенен и бесподобен.
Мужчина снова перевернул Шерон на спину и, пройдясь поцелуями по ножке, припал губами к паху…

+1

9

В данный момент Шерон поняла, что имел ввиду Этьен под словом «мучить». Он как будто решила отомстить любимой, намеренно медленно, но до боли нежно и трепетно, начав снимать обертку с подарка. Шер смотрела в глаза Этьена и улыбалась улыбкой, полной удовольствия, когда руки его дотянулись до застежек. Женщина глубоко вздохнула и заметно напряглась, как только губы француза коснулись ноги. Она еле слышно промычала от удовольствия и, пока Этьен обнажал одну ногу, начала медленно и игриво водить второй по руке мужчины, плечу, потом дотронулась до его ягодиц. Все эти нерасторопные движения приносили неописуемое наслаждение. Сердце стучало быстрее, француз мог слышать дыхание своей невесты и видеть лукавую улыбку на ее лице. Женщина контролировала себя, контролировала, несмотря на то, что готова была простонать, уже как только кончики пальцев Этьена коснулись ее кожи, как только губы его прошлись по ее ножкам.  Какие у него губы…, а сколько ласки в его поцелуях, сколько любви и желания.
Чуть позже настало время корсета. Шерон покорилась своему мужчине, послушно переворачиваясь на животик и вновь опираясь локтями на кровать. Она повернула голову, боковым зрением наблюдая за тем, с каким удовольствием и терпением Этьен расстегивает корсет. Терпение это, разумеется, - лишь результат героических усилий над собой. Застежки быстро поддались, но француза ждал еще один сюрприз. Никто и не говорил, что распаковать подарочек будет просто. На колкое замечание Этьена женщина лишь усмехнулась. Что ему сейчас объяснять, что это комплект такой? Его это не волнует, ему нужен подарок, а Шерон нужен именинник, желательно весь и тоже без обертки. Наконец-то женщина оказалась на спине, она медленно провела рукой по груди француза и приподнялась, чтобы дотронуться до его губ. Этьен же начал сползать вниз, вынуждая свою невесту вновь прилечь, а после выгнуть спину от очередного прилива наслаждения. Кажется, это она готовила подарок, а вышло так, что и француз не остался в долгу. Но, разумеется, только идиотка решит остановить мужчину в такой момент. Шерон наслаждалась, слегка приподняв ногу и водя пальчиками по волосам Этьена. Это неописуемое чувство, как же ей хорошо. Ни с кем так не было. Неужели любовь творит такие чудеса, вынуждая даже в постели получать нечто особенное и неповторимое, чего ты не получала никогда, о чем ты даже и не думала…? Шерон  слегка прикусила свою нижнюю губу, после чего выдохнула и приподнялась, вставая на колени и вынуждая Этьена сделать тоже самое. Она снова поцеловала его в губы, в то время как руки нежно водили по бокам мужчины. Женщина не могла насладиться, поэтапно целуя уголки губ Тьена, потом нижнюю губу, потом верхнюю. Постепенно она опускалась до подбородка и шеи, а руки в это время уже медленно расстегивали пуговицу на штанах, а затем и ширинку. Шерон уже не может сдерживать свои чувства, касаясь языком губ француза и приспуская его штаны. Она вновь опускается, целуя ключицу, плечо, рука ласкает его спину и скользит ниже. Наконец-то женщина подается назад, уводя за собой любимого. Но, в итоге, она все равно поворачивается, оказываясь на нем. Штаны не сняты, всего лишь приспущены, но имеет ли это какое-то значение для возбужденной женщины? Нет, Шерон одержима Этьеном, одержима каждой частичкой его тела, а потому, вычерчивая своеобразную дорожку по его груди язычком, она медленно спускается вниз, к его паху. Оттянув нижнее белье, женщина нежно касается губками мужественности Тьена, давая ему возможность расслабиться, не затрачивая особых усилий. Ему приятно, ей приятно. Да что там, Реймонд получала удовольствие, водя язычком по достоинству своего возлюбленного, аккуратно массируя его рукой и частично скрывая в своем ротике. Таким образом она тоже получала своего жениха. Этого и хотела с самого начала, этого хочет всегда. Кажется пошлым? Но она любит Этьена, беззаветно, всем сердцем. А в настоящей любви нет ничего пошлого, как бы вы ее не проявляли. И да, черт побери, Шерон любит член своего француза! И ей ни капельник не неудобно отдаться страстям и желаниям, позволив при этом своему ротику доставлять удовольствие любимому человеку. Кажется, женщина даже немного увлеклась, но, чувствуя неимоверный прилив возбуждения, она вынудила себя отстраниться и, для начала избавив Этьена от трусов и брюк, снова подползает к нему. В такие моменты, когда нет причины смущаться и чувствовать эту неловкость от откровенного разговора ввиду отсутствия сентиментальности, хочется сказать очень многое: я люблю тебя, а не могу жить без тебя, не представляю, как жила раньше и прочее. Но все это Шерон предпочла сказать поцелуем, мужчина должен понять. Она прижалась к боку Этьена, сливаясь с ним страстным французским поцелуем. Вторая нога согнулась в колене и обхватывала тело мужчины. А она просто целовала, казалось, и этого было достаточно. Шер водила ладонью по щеке Этьена, периодически добираясь и до волос, и с каждым разом прижимаясь к французу все сильнее. В итоге ее движения становились более расторопными и требовательными, а поцелуй жадным и ненасытным. Женщина в очередной раз провела рукой по груди Этьена, а потом полностью легла на него, не отрывая губ и продолжая играться с его волосами. Другая рука Шерон медленно проскользила вниз, дотрагиваясь до напряженного члена француза, что заставило ее даже слегка улыбнуться. Она привлекательная в сексуальном плане, что может быть приятнее для 37-летней женщины?
И вот наконец-то Шерон получила свое. Непродолжительное мычание вырвалось из груди, как только она почувствовала своего мужчину всем телом. Начав медленно и нерасторопно двигаться, Реймонд поцеловала грудь Этьена, потом его сосок, а затем вновь припала к губам. Они для нее словно медом намазаны, оторваться невозможно. Ее руки касались лица француза, периодически отчерчивали его крепкую фигуру, что, по правде сказать, возбуждало еще сильнее. Женщина перебросила волосы на одну сторону и снова и снова касалась губами лица Этьена. Этот нескончаемый фейерверк внутри приводил в восторг, вынуждал сердце колотиться сильнее, а сознание сходить с ума. Только он мог дать это, только он мог привнести в жизнь такие яркие краски и ощущения.

+1

10

Кожа ее нежна, словно лепестки розы. Бархатистая, медовая. Этьен касался ее губами, прижимался щетиной, получая от этого неописуемое удовольствие. Шерри запустила пальцы в шевелюру Этьена, выгибалась, словно кошка в его руках.
И вот Шерон уже на коленях, вынуждая француза повторить это нехитрое движение. Она подалась вперед, целуя губы Этьена, а руки ее мягко водили по бокам мужчины. Француз же в это время гладил бедро Шерри.
Женщина была возбуждена, Этьен слышал ее тяжелое дыхание, чувствовал жар ее тела. Словно на них напала страшная лихорадка, они не в силах остановиться. Жар и озноб одновременно. Губы обжигают, но в тоже время дают желанное. Шерри тянет Этьена за собой и, в итоге, оказывается на нем. Ее губы снова и снова вырисовывают узоры на его груди, а он лишь выдыхает воздух из легких, пытаясь вновь поймать капельку кислорода. Безумие ли это?
Тело Этьена напряглось, он прикрыл глаза и, не скрывая улыбки, наслаждался процессом. Каждое ее прикосновение, поцелуи, все это было настоящим волшебством. Через некоторое время Шерри прервала сей приятный процесс. Мужчина, почувствовав это, открыл глаза и приподнял голову. Женщина же в свою очередь поспешила припасть к губам любимого и прижалась к нем сбоку, поглаживая его щетинистую щеку.
Этьен и сам перевалился на бок, сжимая грудь Шерри в своей ладони и чувствуя ее ножку на своем бедре. Мужчина просто не мог оторваться от ее сладких губок, все более жадно впиваясь в них. Тут он ощутил прикосновение пальчиков Шерон на своем члене и ее улыбка, вызванная этим действием, признаться, порадовала мужчину. Это было как-то забавно и мило, будто Шерон девочка-подросток, с которой все это происходит впервые. Возможно, у самой женщины иные мысли на этот счет, но Этьен просто не мог не ответить на такую лучезарную улыбку поцелуем.
Недолго думая, Этьен обхватил ногу Шерон рукой и подвинулся поближе, чтобы ощутить свою женщину уже всем телом. Поначалу движения были аккуратными, медленными, схожими с движениями ягуара, подкрадывающегося к своей жертве. Но дикая кошка в определенный момент срывается и набрасывается на свою добычу. Этьен, сжимая Шерон в своих руках начал двигаться быстрее, будто нападал на нее. А она не сопротивлялась, ей это нравилось. Француз несдержанно мычал от удовольствия, грудь его вздымалась от тяжелого дыхания.
Он привстал и склонился над Шерон, закидывая ее ноги себе на талию и продолжая свои движения. Упершись одной рукой в кровать, другой он ласкал грудь Шерри, пока его широкая ладонь не замерла на ее шее. Он чуть согнул руку, которой упирался, и впился Шерри в губы, властно и даже как-то хаотично. Его губы скользнули ей на шею, ключицу, а ладонь, что покоилась на шейке, начала ее сжимать. Захлебываясь страстью и желанием, Этьен уже прикусывал нежную кожу любимой.
Понимая, что нужно на мгновение остановиться, чтобы потом вновь продолжить, мужчина сбавил темп и, тяжело дыша, отпустил шею Шерри. Он лег на спину и похлопал рядом по простыне, а потом по своему животу, приглашая свою женщину присоединиться к нему. Тем более было видно невооруженным глазом, как сильно он ее желает.
-Ну иди ко мне, моя пантера – тихо и сексуально прошептал Этьен, боясь спугнуть нависшую тишину. В прочем, тихо то и не было. Их шумное дыхание, что вырывалось через рот, было слышно на всю комнату.
Шерри не нужно было уговаривать, она сразу же пристроилась на Этьене, продолжая праздник. Хотя, сейчас это напоминало скачки. Что же, отдавая Шерон должное, она уверенно держалась в седле. Француз в свое время не лежал бревном, а помогал любимой, двигая корпусом снизу. Так же с его уст вырывались нелепые и несвязные фразы, а точнее слова, такие куцые и, по сути, ничего не значащие. Они должны были подстегнуть Шерри, вызвать желание и даже какое-то удовлетворение. Думаю, Шерон приятно, что ее тело может вызывать такую бурю эмоций и дикий восторг у мужчины.

+1

11

Стоит ли говорить, что Шерон испытывала неописуемые чувства, ощущая прикосновения рук своего мужчины к своей коже, а так же подчиняясь его желаниям и движениям? Нет, это очевидно. Когда бы не происходило, как, если рядом с ним – все становится особенным. Женщина прижалась к Этьену всем телом, послушно обвивая ножкой его талию. Не отрываясь от губ, она положила свою ладонь на его, не позволяя таким образом французу оторвать свою ручку от бедра возлюбленной. Но потом она забывается, захлебываясь страстью и нежностью Тьена. Он прижимает сильнее, а Шер и не сопротивляется, ощущая, как широкие ладони мужчины уже скользят по ее спине. Мурашки по коже, сердце на мгновение замирает, и единственное, как женщина может выразить свои чувства, это страстный поцелуй, сопряженный с плавными движениями в такт движений жениха. Потом он становится напористее, Шерон сжимает в ладони копну жестких волос француза, приоткрывая рот и позволяя жаркому и тяжелому дыханию вырваться наружу. Она смотрит прямо в глаза Этьену, а после целует его верхнюю губу. Это отличный способ почувствовать близость. Он здесь, он рядом, его грудь прижимается к твоей, ты ощущаешь тепло его тела, да что там, ты ощущаешь его всего, с каждой секундой прижимаясь еще сильнее, словно этой близости мало, хочется еще. В такие моменты чувствуешь себя слабой женщиной, ведь желаешь только одного: чтобы он прижал тебя к себе словно котенка и не отпускал, позволяя ощутить соприкосновение тел и вдоволь насладиться этой близостью. Так банально. Но это все, чего периодически хочет Шерон: просто прижаться к нему. Глупая влюбленная девочка, не иначе.
Как только мужчина подмел Шер под себя, та быстро обхватила ногами его талию и начала водить ладошками по спине, периодически скользя ниже и сжимая крепкие ягодицы жениха. Потом француз начал спускаться, губы коснулись шеи, которая уже была сжата его рукой. Женщина глубоко вздохнула, вздохнула от удовольствия, комкая в руке простынь. Рука возлюбленного сжималась, но Шерон не было больно, это не создавало никакого дискомфорта, напротив. Это было своеобразным стимулом для дальнейших действий, а так же показателем того, что женщина добилась своего, довела Этьена до настолько возбужденного состояния. Это приятно, от этого получаешь двойное удовольствие, уже и самой хочется сжать не простынь, а своего мужчину. А тот останавливается, переворачиваясь на спину, и хочет еще, как и Шерон, впрочем. Она ехидно улыбается, несмотря на то, что уже была в роли «наездницы», но от этого не устанешь никогда. После шепота Этьена, женщина медленно ползет к нему, стараясь соответствовать данному прозвищу. Она опускается и медленно начинает целовать бока француза, постепенно переходя на живот. Поцелуями Шерон поднимается выше, ее руки водят по торсу жениха, затем одна ладошка останавливается на лице, поглаживая соблазнительную щетину. Шер подтягивается и целует Тьена в губы, снова страстно и жадно, как в первый раз. Потом она садиться и просто отдается своим желаниям, контролируя собственные действия и его, в том числе. Женщина опускается, целуя француза, волосы спадают на его лицо. Она водит ладонями по его волосам,  но потом снова выпрямляется, пристраивая его широкие ладони на свои груди. Она слегка откидывается назад, сходя с ума от всего происходящего. Его дыхание, его слова, его сильные и мужественные, но настолько нежные и ласковые, руки, сжимающие груди – если не Этьен, то Шерон уже точно достойно отметила его День Рождения. Хотя сказать «достойно» - это не сказать ничего, скорее волшебно и незабываемо. Сколько удовольствия, сколько наслаждения. Женщина и сама не заметила, как стала двигаться быстрее. С закрытыми глазами, она не скрывала стонов, слышного дыхания и мычаний. Потом Шерон снова нагнулась к Этьену, резко припечатывая его руки к подушкам и сплетая пальцы их  рук. Она не переставала двигаться, помимо этого не отрываясь от языка любимого. Потом женщина опустилась, касаясь губами его шеи, руки оставались в прежнем положении. Сегодня она должна быть главной, хозяйкой, а он подчиняться. Жар нарастает, движения ускоряются, это уже походит на гонку. Шерон чувствует прилив наслаждения, подступающую судорогу, она прислуживается к любимому, убеждаясь в том, что его настигает это же чувство. И вот продолжительный стон вырывается из ее уст, стон целиком и полностью пронизанный удовольствием. Она тяжело и быстро дышит, уткнувшись губами в щеку Этьена. Но это еще не конец, разумеется. Иногда одного раза мало. Хочется надеяться, что и француз не устал. В любом случае, его женщина все еще полна энергии.
- Ты увлекся, - сквозь тяжелое дыхание, прошептала Шерон, чуть касаясь губами верхней губы Этьена. Она имела ввиду шею, что, несомненно, понравилось, но это отличная причина продолжить веселье в таком же духе. - Моя очередь, - уже на ушко шепчет она,  в то время как корпус наклоняется в сторону и… чтобы вы думали? Женщина подымает с пола ремни, один брошенный сегодня утром, второй, который она стянула этой ночью. Счастливая случайность, Шерон не знала, что делала бы с одним ремнем, а так, очень удачно. И нет, она не собиралась бить Этьена. Может, когда-нибудь они и дойдут до садомазо, но это явно не тот момент. Просто сейчас самый разгар праздника, Тьен возбужден, он хочет свое невесту, это видно. Самое время для маленькой игры. Итак, не слезая с француза, Реймонд затягивает ремнем сначала одну его руку, потом и вторую. Она продолжает игриво улыбаться, потому не встречает никакого сопротивления. Женщина опускается вниз, обхватывая губами сначала один сосок Этьена, потом второй, а после подползает к его лицу.
- Я тебя не отпущу, - шепчет она на ушко, еле-еле дотрагиваясь до него губами, - пока не скажешь, насколько сильно ты меня любишь, - Шерон целует щеку француза, слегка касаясь ее язычком. – Будь убедительней, - женщина уже давно закрыла глаза от получаемого удовольствия, она снова переходит к ушку, - иначе в таком положении и останешься.
Дабы придать Этьену стимул, Реймонд снова опускается, припадая губами к его груди, руки ласкают тело любимого. Скользят вверх и вниз. Потом женщина снова дотягивается до шеи. Наверное, жениху хочется потрогать, обнять, прикоснуться, но он не может, он скован и единственный шанс освободиться – выполнить условия своей обожаемой Шерри. А она, в свою очередь, нещадно целует шею любимого, кажется, должны остаться засосы. Потом подбородок, его слегка покусывают. В общем, Реймонд дразнит, как и в самом начале. Руки и коготки водят по его бокам. Этьену лучше подождать с признаниями, ибо Шерон нравится все происходящее, ей не хочется отвлекаться от его тела, а губы снова касаются груди, остановиться непросто, ему придется много говорить, говорить красиво и убедительно, чтобы отвлечь свою женщину от сего блаженного занятия.

+1

12

Чем дальше мы заходили, тем больше это походило на безумие. С каждой минутой ее становилось мало, я хотел еще, я не хотел останавливаться. Я никогда не испытывал такого! Если раньше мне важнее было быстрее кончить, то сейчас мне хотелось насладиться и наслаждаться как можно дольше.
Я словно смотрел любимый фильм. Не мог и не хотел отрываться. Смотреть, как Шерри приподнимается и опускается на мне, я мог часами. Руками я сжимал ее грудь, иногда ладони соскальзывали по животу на ножки и обратно. Я слышал ее сладкие стоны, ласкающие слух. Мои ладони уже покоились на ее талии, а взглядом я пытался уцепиться за линии ее тела, лица, изгибы фигуры, груди. Моя же грудь вздымалась от тяжелого дыхания, и я не замечал, как мои ладони сжимали талию Шерри все сильнее и сильнее, пальцы впились в ее нежную кожу, не желая отпускать.
Я хотел приподняться, чтобы испробовать вкус ее нежной груди, чтобы дотронуться губами до ее животика, но, Шер наклонилась, изогнув спину, словно кошка, и прижала мои руки к кровати. Наши пальцы переплелись, и я ощутил ее язык у себя во рту. Я прикрыл глаза и, сжимая ее ладони сильнее, чуть приподнял голову, впиваясь в ее сахарные губки сильнее.
Она отстраняется, не отпуская моих рук. Я тяжело дышу, ее поцелуй, такой обжигающий, но в тоже время нежный, оставил меня без воздух, перекрыл кислород, от того и дышу так глубоко и тяжело, стараясь восполнить утраченное. Воздух так горяч, время так томительно. Ее губы ласкают мою шею, а я не сопротивляюсь, я чувствую наслаждение, что растет в моей груди. Оно прекрасно. Мой рот приоткрыт, я сдерживаю себя, прижимаюсь щекой к Шерри, которая все еще целует мою шею.
И вот я слышу ее сладкий, продолжительный стон, пронизанный белыми нитями наслаждения. Пронизанный нитями, я чувствую, как они просачиваются и через меня, через мою грудь, я снова приподнимаю голову, чтобы поцеловать эти губы, но опять получаю отказ. Все, чем я мог довольствоваться – это ее сладкая, медовая шейка. Здесь я не сдерживался, не хватало сил, чтобы держать себя в руках и делать то, что хочет она. Я хочу делать то, что требует мое тело.
Мы тяжело дышали в унисон, я впивался в нее взглядом, стараясь поглотить каждую черточку ее лица, каждый соблазнительный изгиб. Тут она наклонилась, я стал внимательно следить за ее действиями. Какого же было мое удивление, когда я понял, что привязан к кровати ремнями. Право, я такого не ожидал. Однако я и не сопротивлялся. Мне нравилась эта игра, придуманная Шерон и, как послушный мальчик, я выполнял все ее требования, соблюдал все ее правила.
Я дернул руками, проверяя насколько сильно связан. Оказалось, что Шерри не шутила, и действительно привязала меня к кровати. Я посмотрел на мою невесту и удивленно повел бровью.
-Насколько я люблю? – переспрашиваю вопрос, будто не расслышал его. Признаться, в такой ситуации очень сложно сосредоточиться на чем-то, а уж тем более думать и придумывать какие-нибудь красивые, сладкие предложения, которые, без всякого сомнения, порадуют Шерри.
Я продолжал тяжело дышать. Я все никак не мог отойти от ее жарких поцелуев. В голове туман, тело требует продолжение, а я и обнять ее не могу. Она словно кошка, играется со мной. Я молчал, выдерживая интригу, и ждал, когда мое дыхание нормализуется.
И вот, оно стало почти ровным, я сглотнул и, немного волнуясь, начал говорить.
-Я, - начал я, все еще немного волнуясь, словно был на экзамене. Не хотелось бы ее разочаровывать. В голове я перебирал возможные варианты ответов, но все они мне казались глупыми и неподходящими для такой обстановки – ты моя половина, а вместе мы одно целое. Без тебя, я не чувствую себя целым… - господи, что я несу? Это был один из тех нелепых ответов. Решив, что глупо что-то выдумывать, я просто тихо и с долей смущения прошептал – Шерри, я люблю тебя больше жизни.
Я уложил свою голову на подушку и уставился в потолок. Как ни странно, но я еще никогда не чувствовал себя так смущенно. Мне казалось, что каждое слово, что я сказал, было пропитано глупостью, словно корж ромом. Я на мгновение закрыл глаза, а когда открыл, посмотрел на Шерри, что все еще сидела на мне. Как же она была прекрасна. На моем лице появилась легкая, влюбленная улыбка, я снова вздохнул и снова прошептал:
-Люблю, Шерри… очень…

+1

13

Расслышать первые слова Этьена было крайне сложно. Я увлеченно смаковала вкус его кожи, и отрываться от этого приятного занятия не хотела. Мои губы нерасторопно касались живота француза, потом я медленно поднималась выше, проделывая тоже самое с грудью и периодически доходя до плеч. Здесь-то я наконец и расслышала Этьена, который все еще пытался подобрать нужные слова. Но я не хотела ничего особенного, ведь это всего лишь игра, достаточно обойтись малым и надеяться на мое понимание, но это же Этьен…  Создавалось такое впечатление, что моя просьба вынудила его серьезно понервничать. Этот трепет вынудил меня приподнять голову и улыбнуться, как только он закончил первую часть своей речи. Но я не отпустила его. И не потому, что звучало все неубедительно, а потому что не закончила с его телом. Тьен в это время, как будто решил переосмыслить все сказанное, а чуть позже и повторить. По правде сказать, я не думала о какой-то романтике в данный момент. Заигрывание, соблазнение – было много способов подыграть мне, но француз оказался хитрым лисом. Какая женщина не отпустит своего кавалера после таких слов? Да, я не ждала ничего особенного, но была счастлива это получить. Так просто, но так искренне. Самое время сказать, что я тоже его люблю, но я молчу, просто смотря ему в глаза и улыбаясь. Люблю. За эту романтичность, которую он сохраняет даже в такой момент, за его шикарный вид, когда он лежит связанный на кровати, просто за то, что он Этьен Моро, он есть и он мой, тот единственный о котором пишут в сказках, только забывают указать, что на поиски этого единственного уходят десятки лет. А иногда ты и вовсе никого не ищешь, но судьба все равно приводит тебя к нему, твоей половинке. И оно того стоит, несомненно. Но вот я снова переключаюсь на прежнее настроение. Я подползла к своему жениху и провела по его лицу рукой, после чего просто поцеловала в губы, нежно и аккуратно, в благодарность за сказанные слова. А еще, это было мое безмолвное высказывание взаимных искренних чувств.  Но было в этой ситуации и кое-что негативное: к сожалению, мне придется его развязать. Убедительнее не сказал бы никто, а я же не хочу слыть врушкой. Я обхватила ладошками щеки Тьена и кротко поцеловала его в опущенное веко. Собственно, на этом ничего не заканчивалось. Так, мимолетное отступление в стороны романтики, которую мне привил Этьен.
- Что ж…, - мои руки потянулись к ремням. Уже через несколько секунд француз оказался на свободе. – Теперь тебе придется это доказать, - по-прежнему меня одолевало игривое настроение, потому, я просто лукаво улыбнулась и впилась в губки своего жениха. Я опускаюсь ниже, вновь желая почувствовать его всем телом, а потом, взмахивая черными волосами, снова начинаю двигаться, уже позволяя ручкам Этьена делать все, что душе угодно. Через несколько минут я подтянула мужчину к себе, вынуждая его сесть. Я прижала Этьена к себе, ощущая его губы на своей коже, ощущая его теплую и широкую грудь. Кажется, даже сексом не нужно заниматься, чтобы получать такое наслаждение и удовольствие. Достаточно, чтобы он просто был рядом, прикасался, целовал. Боже, что он сделал со мной? Мало того, что иногда я напоминаю влюбленную девочку-подростка, так еще и романтика для меня теперь не пустой звук, а что-то особенное, что-то, что делает нашу с ним жизнь краше, а нас самих ближе друг к другу. Я ведь никогда не была такой, но я изменилась, для него и ради него. И мне нравится мой новый образ, который стал весьма гармоничным дополнением к старому.
Не переставая двигаться, я наклонила его голову назад  и опять поцеловала, сначала губы, потом шею. И снова мое дыхание учащается, становится тяжелым, но это лишь показатель того, насколько сильные чувства я испытываю. Через несколько минут я слезла с француза, вынуждая его встать на колени. Я хотела продолжить, но потом отвлеклась, решив разжечь страсть еще больше. Я снова опустилась к его паху, а чуть позже кроткими поцелуйчиками поднялась выше, к его губам. Под конец, так же как и Этьен, стоя на коленях, развернулась к нему спиной, желая перейти к другой позе. На сей раз, и мужчина мог контролировать процесс, а я получала неописуемое удовольствие, ощущая, как его мужские руки обхватывают мое тело. Сама я слегка откинула голову назад, добираясь язычком до мочки его уха. Я уже чувствовала, как потихоньку наступала кульминация, потому не скупилась в движениях, не переставая то сжимать ладони Этьена, то закидывать руки назад и водить по его спине. Язык же был сосредоточен на ушке, хотя как только настал момент, когда я уже не могла ни думать, ни управлять своими движениями, я просто уткнулась полуоткрытым ртом в щетинистую щеку мужчины, пытаясь контролировать свое дыхание. И вот из меня вырвался продолжительный стон, я сжала ладони Этьена, понимая, что ничего удивительнее со мной в жизни еще не происходило. Хотела ли я остановиться? Врятли. Француза было просто невозможно не желать. Его тело, его голос, его руки, его запах – все было чарующим для меня, словно наркотик. Потому я просто снова повернулась к Этьену лицом и страстно поцеловала его, начав водить ладонями по его шее и плечам.
- С Днем Рождения, дорогой, - отвлеченно шепчу я, чуть касаясь его губ, а потом снова срываюсь.
Трудно сказать, сколько это продолжалось. Я, словно жвачка, не могла отлипнуть от своего мужчины, хотя на эту ночь запланировала куда меньше действий. Такой необузданной страсти и желания во мне еще никогда не было. Этьен ведь не устал? Надеюсь, что нет. Знаю только, что вынудила его даже подойти к столу, а потом и «сплясать танго», будучи прижатой спиной к стенке. Это было весело, это было волшебно, это было незабываемо. Под конец я, кажется, даже смеялась. От удовольствия, которое получала, от наслаждения. Я тяжело дышала, вспотела, но, черт возьми, я была счастлива. За руку я потянула француза обратно к кровати, предварительно раскрывая одеяло. Мы плюхнулись, ощутив мягкий матрас. Я не могла перестать улыбаться, заползая на Этьена, и накрывая обоих одеялом. Я слегка приподнялась, опираясь локтями на грудь француза, пальчики сами начали аккуратно почесывать его грудь.
- Как думаешь, праздник удался? – я наклонилась, чтобы поцеловать жениха в подбородок, а потом и в губы. Заботливо проведя рукой по его волосам, я как будто рассматривала его лицо влюбленным взглядом. Черные волосы, карие глаза, лоб, нос, щетина, каждая частичка его тела - такое родное и близкое, такое любимое и дорогое. А еще охренеть какое соблазнительное и умопомрачающее. Образовавшаяся недолгая пауза сопровождалась абсолютной тишиной. – Вроде как ты именинник, а у меня такое чувство, что подарок подарили и мне, - частично, это была правда. Еще вопрос, кто получил больше удовольствия. Чуть погодя я немного опустилась вниз, укладывая свою голову на плечо француза так, что мой лобик касался колючей щетины. Моя ладошка несколько раз проскользила по груди Этьена, мне было хорошо, я этого не скрывала. – Вот даже интересно, кто-нибудь еще отмечает так юбилеи, - я снова засмеялась.

Отредактировано Sharon Raymond (2012-11-30 14:44:46)

+1

14

Что же, я справился со своей задачей. Через некоторое время меня отпустили, но прежде, чем она это сделала, он подарила моему телу несколько горячих поцелуев, несравнимых ни с чем. Шерон была богиней. Мне казалось, что вот так я мог лежать часами, лишь бы она не прекращала касаться моей кожи своими жаркими губами.
Было странно, что она отпустила после такого нелепого ответа, это нервной речи. Мои речи, приправленные смущённостью и каким-то стыдом, которого, к слову, раньше и не было, походили больше на речи глупого юноши, чем взрослого мужчины. Что меня так смутило, я и не мог понять.  Признаться, я ожидал иного, я не думал, что Шерри поверит моим словам. Мне казалось, что я выдавал фальшивые ноты, а не чистый звук. Но она услышала иное.
Люди почему-то решили, что видят они глазами, а слышат они ушами. Но я никогда не соглашусь с этим. Зорко лишь сердце! Если ты можешь не поверить глазам своим или же ушам своим, то сердцу ты поверишь беспрекословно. Ты можешь сомневаться и не слушать его, но в конечном счете сердце окажется правым… О чем это я? Возможно Шерон услышала меня именно сердцем, а не ушами?
Губами я ощущал ее присутствие. Этот поцелуй не был похож на другие. Шерри опять что-то хотела сказать. Этот нежный поцелуй, сравнимый, разве что с пралине, говорил сразу о многом. Сейчас так хотелось ее обнять, но ремни препятствовали моим желаниям. Я не смел прерывать этот медовый поцелуй своей страстью и жадностью. Не открывая глаз, я наслаждался моментом, поистине волшебным. Теперь ее теплые губки касаются моего века, и я не могу скрыть улыбки.
-Я делаю это каждый божий день – шепчу я в тишину. Как же я люблю ее. Я несколько секунд наслаждался ее взглядом льдистых глаз, рука скользнула на ее шею, в то время, как другая гладила ее щеку, бережно убирая прядь смольных волос за ухо.
И снова новая волна возбуждения, которую невозможно игнорировать. Нам пришлось подавить это восстание романтики, которое с головой захватило нас, и теперь властью овладела страсть, желание, жадность, огонь, жар…
Я снова задыхаюсь, мне снова ее мало. Я словно капризный, избалованный мальчишка. Я требую еще, больше. Мои движения, мои действия выдают меня с потрохами. Руки овладевают ее телом, они ласкают и сжимают, словно плюшевую игрушку. Язык то так аккуратен, то так беспощаден к ее сахарным губкам, к ее нежным грудкам.
И все равно в этом празднике любви она была главной. Она руководила парадом, все-таки, это ее подарок, ее сценарий, но, что-то мне подсказывало, что мы давно стали импровизировать, отойдя от задуманного сюжета. Она заставила меня сесть, и я сел, словно выдрессированный. Я не мог не поддаться, меня интриговала эта игра, я был заинтересован, поэтому делал все, что она хотела, лишь бы узнать, что будет дальше.
Я чувствую ее всем телом. Она прижимается ко мне, а я к ней. Как я и говорил, в своей нелепой речи, будучи привязанным ремнями к кровати, мы единое целое. Я отдельно от нее уже не личность, а так, отдельно взятый индивид, простой человек, часть общества. Хотя нет, буду выражаться своим языком. Я пустой бокал, не привлекающий боле внимания. Но она, она словно вино из королевских погребов, сделанная из лучших сортов первоклассного винограда. Ее любовь переполняет меня, я захлебываюсь ей, вино льется через край бокала.
Теперь я уже стоял на коленях. Опять ее прихоть, которой я подался. И опять мое тело чувствует ее поцелуи, я возбужден и снова хочу ее испробовать. Моя Шерри…
И вот она повернулась ко мне спиной, и я не смог отказать себе в удовольствии прикоснуться кончиками пальцев к ее грациозной спинке. Начиная с плеч, я медленно повел кривую линию и, заканчивая на ягодицах, наклонился и поцеловал ее .
И снова мы одно целое, я чувствую ее, она чувствует меня в своем теле. Невольно задумываешься, что это неописуемое ощущение, чувствовать другого человека в себе… Ее губки касались моего уха, а в ответ мои широкие ладони ласкали ее живот, грудки и пах. Мои движения были пропитаны жадностью, я живо двигался, словно пытался что-то догнать. Я ощущал, что приближаюсь к концу, слышал, как ее тело напряглось, готовое к финалу. Я улыбнулся. Ее тяжелое дыхание обжигало мою щеку, а мои ладони в это время ласкали ее грудь. Я чуть подался вперед, чтобы поцеловать ее плечо, а потом вернулся в исходно положения, прижимаясь к ее личику щекой.  Когда с ее губок сорвался сладкий и продолжительный стон удовольствия, я невольно сжал ее сильнее и прижал к своему телу. Я чуть прикусил ее плечо, ослабляя хватку своих ладоней.
Шерон повернулась ко мне лицом и впилась в губы. Я прикрыл глаза от блаженства, а ее животик мог чувствовать мое напряжение в области паха.  Я тяжело дышал, а она, остановившись, но все еще касаясь моих губ еще раз поздравила меня с днем рождения. Я как-то и забыл, что я виновник торжества, с Шерон любой потеряет голову и забудет обо всем на свете.
Но это не было концом, это было стартом для начала. Мне уже было мало одной кровати, чтобы насладиться Шерри.  Я и прижимал ее к стене, я и ласкал ее на столе. Казалось, что во мне неограниченный запас силы, что я не могу остановиться. Не такой уж я и старик, как оказалось. Может быть, сорок лет это только начало?
И вот, мы довели друг друга до не изнеможения. Мы смеялись, как дети, мы были по-настоящему счастливы. Счастливы, как никогда. Сейчас особенно грела душу мысль, что мы живем вместе, а совсем скоро она станет моей женой. Она женщина, которой я посвящаю жизнь, которой я посвящаю себя.
Она повела меня к кровати, и мы, словно два озорника, запрыгнули под одеяло.  Шерри улеглась на меня, как я и любил, продолжала целовать мое лицо.
-Это было незабываемо – шепчу я сквозь улыбку и ее поцелую, закрыв глаза от удовольствия. И после некоторой паузы, что нависла над ними легкой пеленой, ответил на ее реплику, - Шерри, ты тоже заслужила подарок… ты согласилась стать моей женщиной, да и, к тому же, у нас новоселье, разве нет? Хорошая нота для совместного проживания, не так ли? – усмехнулся я, и поцеловал Шерри в лоб, которая уже прижалась к моему боку и уложила голову мне на плечо.
Я лишь улыбнулся, когда услышал ее вопрос, а потом и заливистый смех. Но я не стал отвечать на него. Прижавшись щекой к ее лбу и закрыв глаза, я сладко замурчал
-Мне так хорошо с тобой… я люблю тебя – и с этими словами нежно поцеловал ее в щеку. Минуту погодя, мне захотелось задать ей следующий вопрос:
-Шер, почему ты так  легко согласилась на мое предложение? Я так долго уговаривал тебя на совместное жилье, а здесь ты даже не сомневалась. Ты не представляешь, как много для меня это значит. Я впервые женюсь по любви.  И… я впервые делал предложение… - шептал я, поглаживая бок Шерон. Рядом с ней было тепло, уютно, спокойно, безопасно.  Я вздохнул и, перевернувшись на бок, обнял ее, прижимая к своему телу.

+1

15

- Я бы сказала…, - протянула я, продолжая автоматически водить пальчиками по груди Этьена, - что мы благословили это место, - и снова из моих уст вырывается смешок.
Мое тело слегка постанывало от расторопной любви француза, но это приятные ощущения, которые я готова делить с ним до конца жизни. Несмотря на то, что дело близилось к утру, спать мне не хотелось. Боже, этой ночью мы сошли с ума. Это было настоящим безумием, мы полностью отдались страсти и желанию, чего не могли делать ежедневно из-за своей занятости. Трудно выспаться, если до утра занимаетесь только друг другом. Но я стараюсь дарить Этьену что-то новое, как только появляется возможность, ведь я люблю его, и хочу делать ему приятное, выказывая свои чувства,  как можно чаще.
Я глубоко вздохнула и закрыла глаза, улыбаясь последующим словам француза. Мне часто говорили, что любят: бывшие мужья, бывшие кавалеры, но никто не звучал настолько желанно. Эти слова ласкали слух, кажется, в моем горле даже пересохло, от чего я не смогла ничего сказать в ответ, просто лежала и улыбалась, получая удовольствием от одной только мысли, что меня любят, и эти чувства взаимны. Зато последующие фразы вынудили меня распахнуть веки и прижаться к своему мужчине еще сильнее. Я не знала, что ответить, понимала просто, что иной ответ не мог вырваться из моих уст. Ведь это Этьен, человек, который так эффектно влетел в мою жизнь, который изменил ее и дал понять, что я ничего не смыслила в любви. Это гораздо более глубокое, сильное и сложное чувство, чем я себе представляла. Но теперь я понимаю, и мне хорошо. Пока я рассуждала, Этьен успел повернуться на бок и снова прижать меня к себе. После этого мысли как-то сразу разбежались по полочкам, ведь нет ничего приятнее, чем ощущать его тепло и прикосновения его груди к моей, слышать его дыхание, которое так близко, чувствовать его объятия. Я постаралась прижаться еще сильнее, получая удовольствие от момента. Так я была готова пролежать хоть до утра. Настолько комфортно, настолько спокойно. Я ведь совсем не слабая женщина, но здесь, рядом с ним, я чувствовала себя в безопасности, отстраняясь ото всех невзгод и тягостей будней. Это умиротворение… что любовь делает с людьми? А что он сделал со мной?
- Это было не легко, - наконец-то поспешила ответить я, положив ладонь на щеку своего мужчины и начав поглаживать ее большим пальцем.  Все шло к помолвке, я понимала это, как и желания Этьена. И это меня пугало, пугало до ужаса, мне казалось, что я просто замру от шока и удивления, когда он покажет кольцо, замру и ничего не скажу в ответ, страх парализует. Но этого не произошло. – Просто…, - мои губы слегка коснулись его губ, нежно и аккуратно, - я поняла, чего хочу, и не смогла ответить иначе. Слова вырвались сами. Я люблю тебя, - я слегка отстранилась, чтобы увидеть глаза новоиспеченного жениха, - и поняла, что хочу разделить с тобой жизнь очень давно. Оставалось только решиться на следующий шаг, и я решилась, - я радостно улыбнулась, после чего наклонила голову, наблюдая колечко на своем пальце, - и…, - я посмотрела в сторону, не в силах подобрать слова, моя рука превратилась в кулак, словно сжимая дорогое мне колечко, - и я счастлива, - мой взгляд снова падает на Этьена. – Думала это будет сложнее, - я снова провела рукой по его щетине, кажется, мое сердце забилось быстрее, - но когда ты встал на колено, протянул кольцо и задал тот вопрос…, - вспоминая тот момент, произошедший только вчера, я невольно улыбнулась, - сомнения резко исчезли. Ну а еще…, - я все-таки не изменила себе, в голосе послышались игривые нотки, я подалась вперед и слегка прикусила кожу француза на шее, - ты чертовски привлекательный. Я была бы дурой, если бы отказала такому мужчине, да еще французу.
А еще я знала, что положительный ответ сделает Этьена еще счастливее. Но не подумайте, я ответила «да» не в ущерб себе, это было бы подло, даже по отношению к моему возлюбленному. Я ответила «да» потому что действительно хотела этого, да и люблю настолько, что слово «нет» было бы просто неуместно. Этьен стал моим счастливым билетиком, от которого я не могу и не хочу отказываться. Посмотрите на меня, сурового калифорнийского копа: я готова нежиться с ним в постели хоть каждый день, мурлыкать в ответ, дарить ласку и нежность, сыпать сентиментальностями и напоминать ему о том, как сильное его люблю. Любовь меняет людей, в этом нет сомнений, но я все равно не кажусь себе слабой. Наоборот, я стала еще сильнее, приобретя способность балансировать между романтикой и суровостью. И я рада, что моя жизнь теперь настолько насыщена. По иронии судьбы, причиной этому стал мелкий воришка, он столкнул меня с этим человеком. И теперь, в свои неполные 40 лет, я сгораю от чувств и страсти, и не боюсь делиться этим с Этьеном, не боюсь говорить ему о своей любви каждый день, несмотря на то, что раньше считала это сентиментальной чушью. Это прекрасно, моя жизнь великолепна, у меня есть все и я по-настоящему счастлива.   
- Рядом с тобой, - раз уж мы затронули эту тему, я решила, что можно сказать все, - мое сердечко бьется чаще. Боюсь, что без тебя, - я снова подтянулась к французу, пытаясь обнять его даже в таком положении, - оно уже не будет биться и вовсе, - последние слова я прошептала ему на ушко. С каждым словом, я пыталась прижаться к своему мужчине еще сильнее. Его прикосновения обжигали, наконец-то я чувствовала присутствие мужчины, настоящего мужчины, при котором мне было не стыдно показаться слабой, я хотела этого, только чтобы он прижал меня к себе, словно игрушку, словно ручного котенка. – Раньше я даже не думала, что такое возможно, - из меня  вырвался легкий смешок, но я не ослабила объятия, еще и дотронулась губами до плеча француза, оставаясь в таком положении. Имелась ввиду сентиментальность. И не то, что возможно, раньше такое было нереально.

Отредактировано Sharon Raymond (2012-11-30 21:44:05)

+1

16

Весьма своеобразное благословение у нас получилось. Конечно, если верить Шерон. Я уткнулся носом в ее лоб, прикрыл глаза и внимал каждому ее слову, сладко посапывая, выдыхая горячий воздух ей на лицо.
Какая обстановка, какие слова. Похоже на старую, немую киноленту. После каждого ее слова, появляется черный экран, где пропечатаны ее речи, и искушенный зритель имеет возможность насладиться ее речами, точно так же, как и я наслаждаюсь ими. Слушать признания всегда приятно, особенно если у пары взаимные чувства. Слышать слова любви от нелюбимого человека, мягко говоря, некомфортно. Сразу чувствуешь какую-то ответственность и вину за то, что не можешь сказать то же самое. Признаться, в такие моменты у меня в голове всплывала цитата из «Маленького принца». «Мы в ответе за тех, кого приручили».
Сейчас, обнимая Шерри за талию и прижимая к своему телу, я понимаю, каким глупцом был. Да, я жертвовал своими интересами ради дочери. Ну как жертвовал, скрывал от нее и не скрывал от жены. Дочка, думаю, до конца своих дней думала, что я хороший, праведный человек. Помню, в школе им давали тему для сочинения. Великий человек. Кто-то писал о Наполеоне, кто-то об Ален Делоне, кто-то упомянул короля Солнца, а Адель вспомнила обо мне. У нее всегда был особый взгляд на меня. Будучи маленькой, она сама прочитала «Маленького принца» и эта книга сразу же стала ее любимой. Не потому, что это была отличная сказка на ночь, которая, к слову, не редко меня усыпляла лучше всякой таблетки, а потому, что моя девочка сразу поняла смысл слов.
Когда она написала сочинение и получила за него неудовлетворительную оценку, потому что я, по мнению учительницы, человек далеко не великий, она мне сказала, после грубых слов и обвинений матери, недовольной плохой отметкой:
«Папа, зорко одно лишь сердце. Главного глазами не увидишь. Пап, а я вижу главное». Она так и не сказала, что видит во мне такого, что меня можно поставить в один ряд с Наполеоном или же Людовиком XIV. Я и не хотел знать ответ а, у  ребенка свое видение. И мне вполне хватало того, что я был для нее не просто отцом, а другом, которому она доверяла больше, чем родной матери. Мы были командой. Я прикрывал ее, она меня. Обычно мы действовали сплоченно против моей жены. А она бесилась, не понимала и в горячие моменты кричала на меня: «Твоя дочь, вся в тебя, осел!».  Сейчас я жалею лишь об одном, я не смог вовремя остановиться, не  решился развестись и забрать дочь.
Почему я вспомнил о малышке Адель? Сейчас я представляю, какой бы мы замечательной семьей стали. Я уверен, что Шерон бы пришлась ей по душе,  а Меган бы стала предметом девичьего восхищения. Думаю и Дэнни бы не остался в стороне, став неплохим старшим братом и для моей дочурки.
Я слабо улыбнулся сентиментальным изречениям Шерри, которые уже вошли в привычку. Я знаю, что Шер изменила свои взгляды на все, что ее окружает, именно из-за меня. Приятно, когда меняются тебе в угоду. А я так и не понял, что я в себе изменил, кроме блуда. Я остался таким же? Вряд ли, но те изменения, что произошли в моей душе, стали для меня незаметны, возможно, они и вовсе незначительны, но я знал, что Шер точно видит во мне то, что приятно ее глазу и духу.
Может быть она, как и Адель, ставит меня в один ряд с Наполеоном и Королем Солнца?
Я поцеловал Шерри в лоб. Сейчас говорить что-либо как-то не хотелось. Не хотелось словами разрушить ту атмосферу, что нависла над нами. Что сейчас происходило со мной сложно описать простыми словами и, как было написано в «Дневнике Сатаны» у Андреева: «А правду – как ее скажу, если даже мое Имя невыразимо на твоем языке?» Как я скажу, что у меня в душе, если это не выразить словами, если не существует таких слов, которыми можно охарактеризовать тот покой и безмятежность, что теплятся в груди, ласкаемой тонкими пальцами любимой женщины.  Как сказать эту правду, как крикнуть на весь мир? Сколько вопросов и ни одного ответа.
Я чуть привстал, усаживаясь на кровать. Уже было под утро, но спать я не хотел, собственно, и Шерри не собиралась засыпать. Мы молчали. Я все так же обнимал ее за талию, прижимая уже к своему боку. Она прижалась щекой к моей груди, и я не удержался, чтобы не провести рукой по ее черным, словно ясная ночь, волосам. Через несколько секунд, я прижался к ее лбу губами, а потом, не отрывая губ от ее шелковой кожи, прошептал, пожалуй не в тему:
-Шер, я есть хочу – это заявление больше напоминало скулеж ребенка. Мама, я есть хочу, мам, я в зоопарк хочу, мам, я хочу ту машинку. Но Шерри мне не мама, что к лучшему, и мое «хотение» ни что иное, как предложение пойти на кухню и что-нибудь захомячить. Что-нибудь, что осталось с моего дня рождения, который я, по сути, пропустил из-за дикого волнение и переживания, а так же осмысления и взвешивания всех «за» и «против» в последний и решающий момент. Если Шер думала, что я не сомневался, то она сильно ошибается, пот ому что я тоже человек и, чем мы похожи, человек с неудачным браком. Единственное отличие, что она любила своих мужей, а я свою жену, мягко говоря не переваривал, по тому и избегал. К слову, дочь и жена жили в пригороде Парижа. Достаточно далеко от самого города. Врачи сказали, что Адель будет полезен свежий воздух. Почему? Чем она болела? Я точно не знаю, этими проблемами решила заниматься жена, я лишь знал о здоровье дочери по факту. А я жил в Париже, словно и не был частью их семьи. Адель так любила ночевать у меня. Что же, я опять упиваюсь сладкой ностальгией. Чуть отстранившись от Шерри, чтобы посмотреть ей в глаза, я ждал ответ. Хочет она устроить со мной запоздалый ужин или ранний завтрак, для меня пока было загадкой.

+1

17

Я не славилась сентиментальностью, это мог подтвердить любой и каждый. Потому, меня немного удивила реакция Этьена на мои слова, вернее, отсутствие таковой. Подобное поведение не было для меня обыденностью, мне казалось, что эти слова должны вызвать нечто большее легкой улыбки, взаимность что ли, тем более что я, можно сказать, излила душу, открылась. Но мы, наверное, просто устали, потому я и не стала концентрироваться на этой мелкой детали. В любом случае, я начала потихоньку засыпать. Если Этьен и находился в немного туманном состоянии сегодня вечером, то я уж точно не сидела на месте, развлекая гостей и даже танцуя с Кэтрин энергичный танец. От легкого дрема меня отвлекло движение мужчины. Он перевернулся на спину, снова вынуждая меня почувствовать холод. А мне так нравилось, лежать на боку и ощущать прикосновение его груди к моей, открывать глаза и видеть его лицо напротив. Потом француз слегка привстал, вынуждая меня лечь ему на грудь. Что ж, я сделала это без сопротивлений, еще никогда в жизни мне не было так комфортно и спокойно. Слышать его дыхание и ощущать биение сердце, в этом положении не ощущалась такая близость, как в предыдущем, но тоже неплохо. Я перекинула руку через его талию и снова закрыла глаза, хотя уже понимала, что раз Этьен привстал, спать ему совсем не хочется. Потому и не удивилась, когда он заговорил о том, что хочет кушать. Эти слова не могли не вызывать у меня усмешки. Не открывая глаз, я прижала Тьена к себе еще сильнее, а потом поцеловала его в грудь, явно не спеша отвечать.  Как-то поздновато для пиршества.
- Спи, - наконец-то с улыбкой и закрытыми глазами, протянула я. – Какое есть? До завтрака осталось совсем ничего, так что закрывай глазки, - я похлопала француза по животику.
Это было последнее, что я сказала. Потом я забылась крепким сном, не переставая прижимать к себе мужчину с каждым вздохом все сильнее и сильнее. Теперь я его невеста. Как я решилась на это? Нет, я не жалела, я была уверена в своих чувствах, была уверена в своих желаниях, но что-то все равно вынуждало меня тормозить и делать шаг назад. Это отвратительное ощущение, когда ты разочаровываешь любимого человека. Он хочет семью, а я боюсь. Но, в конечном счете, мне и море по колено, если он будет рядом и заставит меня поверить в то, что все будет хорошо. Как говорится, за ним на край света. Ведь я сказала «да», значит продолжение не за горами. Мне страшно, по-прежнему страшно, но я готова предпринять очередное усилие над собой.
Время тикало быстро, но я ничего не замечала. Завтра нужно заняться уборкой, почистить испачканный Чарли ковер. Если обо всем этом думать, то возникает желание валяться в постели аж до следующего дня. Собственно, а поему бы и нет? Этьен ведь никуда не спешит, я тоже. Он всегда жалуется, что я  выскальзываю из постельки раньше, чем того бы хотелось, так может завтра удастся поваляться. Впрочем, сейчас я об этом не думала. Я сладко спала, отдыхая от всего, произошедшего за сегодняшний день. От трудностей с гостями до неловкости из-за предложения. Я сказала «Да». Боже, даже самой не верится. Но я счастлива, искренне счастлива. Возможно, именно по этому и сплю сейчас как убитая, и ничто не тревожит мой сон, я спокойна, я в безопасности, ведь он рядом. 
the end

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Лучший подарок - это...