Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Ray
[603336296]
внешностивакансиихочу к вамfaqправилавктелеграмбаннеры
погода в сакраменто: 40°C
Ей нравилось чужое внимание. Восхищенные взгляды мужчин, отмечающих красивую, женственную фигуру или смотрящих ей прямо в глаза; завистливые - женщин, оценивающие - фотографов и агентов, которые...Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » У моего защитника острые клыки и янтарные глаза.


У моего защитника острые клыки и янтарные глаза.

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

09 ноября 2012 года

Участники: Рич и Николь Моретти
Место: квартира Моретти, потом переезд в особняк на окраине города.
Погодные условия: разные, ибо не один день затрагивается. Однако помним, что нынче осень, а с ней и прохлада, дожди и туманы...
О флештайме: история о том, как волчак по имени Ричард фон Бенджамин де Рикардо обрёл свою хозяйку в лице Николь Моретти, а женщина в свою очередь нашла в нём преданного друга и защитника.

Отредактировано Nicole Moretti (2012-11-08 01:16:16)

0

2

Похороны мужа были две недели назад. Я помню этот день настолько отчётливо, что мне кажется, я никогда не смогу стереть это из своей памяти, даже через десять лет. Люди врут – время не лечит. Картины того, как Фредо лежит в открытом гробу, снова и снова всплывают в моей памяти… Такой мужественный и красивый, такой молодой… Он слишком спокойный, а веки уже никогда не разомкнуться, длинные густые чёрные ресницы отбрасывают тень на бледное лицо мужа, и любимые мною губы уже никогда не произнесут слов «люблю тебя, Ники»… Как я пережила этот день? Одному Богу известно. И я бы точно не справилась со всем этим, не будь со мною рядом верных друзей. Они держали меня под обе руки, когда я порывалась упасть на колени, не чувствуя землю под ногами от избытка горя… Они утешали меня, когда я оплакивала мужа и тянула к нему дрожащие руки с извечными вопросами «почему?»…
И снова я в этой квартире. Мне не хотелось в неё возвращаться, но я должна была справиться со страхом, вселившимся в меня перед этим местом, в котором я так долго жила. Прошло две недели с момента похорон, когда я снова услышала по телефону голос старого друга.
- Гарри? – удивлённо переспрашиваю, сжимая в руке мобильный телефон и на цыпочках подходя к кровати.
- Привет, Ники. Извини, что не смог приехать на похороны, ещё раз прими мои искренние соболезнования.
- Да, спасибо… - забираюсь под одеяло и подкладываю под спину подушку. Меня теперь всегда знобило, откуда-то появилось это ощущение постоянного холода.
- Ты в порядке?
Сколько раз мне задавали этот вопрос за последнее время? Я уже сбилась со счёта… Конечно, я понимаю, что все они беспокоятся обо мне, поэтому терпеливо вздыхаю и отвечаю в сотый раз:
- Да, я справлюсь. Ты же меня знаешь.
И Гарри действительно знал, что характер у меня бойцовский. Как-то он сказал, что мне нужно было родиться мужиком, и тогда бы я была самым авторитетным пацаном на районе. Я смеялась тогда, но оба мы знали, что в этом есть своя доля истины. Характер у меня был ещё тот, всегда скрепя зубами добивалась своего, выпутывалась из самых отчаянных ситуаций, когда даже мужики и те паниковать начинают. Но я же Николь Моретти, дочь своего отца, дочь мафии, я не имею права на то. чтобы быть слабой. Никогда не имела…
- Я сегодня выезжаю к тебе.
- Правда? – я не удержала удивления в голосе, хотя это было скорее от радости.
- Да. В твоей квартире слишком часто появляются незваные гости… - Гарри сделал паузу и продолжил: - Я привезу тебе Рича, твоего любимчика. Он будет тебя охранять, а заодно и квартиру твою непутёвую…
- Ты серьёзно сделаешь это ради меня? Отдашь мне его? – конечно, я помню этого волчака! Настоящий волк, только одомашненный и дрессированный, такой красавец с дивным окрасом и янтарными глазами. Как же я улюлюкала ему, когда он был щенком, в дни моих приездов к Гарри в гости. И позже, когда он вырос в шикарного пса с грозным оскалом, я в нём также души не чаяла. И судя по всему я тоже Ричу нравилась, ибо меня он ни разу не кусал.
- Для тебя всё что угодно, Ники, - улыбнулся Гарри и я почувствовала его тёплую улыбку даже на расстоянии, - Ему будет хорошо с тобой, ты станешь отличной хозяйкой для такого пса, а тебе просто необходима охрана и друг…
Он хотел сказать «друг, который будет рядом с тобой одинокими днями и ночами, и не даст поддаться унынию», но Гири этого не высказал вслух, да и не нужно было, я прекрасно поняла его без слов.
- Спасибо… - отвечаю сдавленным голосом, смахивая ладонью слезу с щеки. – Спасибо, Гарри. Когда тебя ждать?
- Завтра я буду у тебя, жди гостей, милая.
- Уже жду, - улыбнулась и попрощалась с другом, откинув телефон на пустующую мужнину половину кровати. Укуталась в одеяло с головой, закрыла глаза и провалилась в сон.

Всё утро и до обеда я бегала по магазинам скупая всё, что могло бы пригодиться в квартире моему новому домашнему животному. Я накупила мисок, косточек, мячиков, верёвок с узлами, мягких игрушек и, конечно же, кровать для собаки, самую большую и удобную!
Около трёх часов дня в двери позвонили и я поспешила её открывать. На пороге стоял Гарри, держащий на поводке волка. Да, да, не смотря на то, что порода была смешенной и от волка в ней лишь половина, Рич выглядел как самый настоящий волк, чем и внушал особую любовь мне, ибо я обожаю этих животных.
- Привет! – здороваюсь с другом, но мой взгляд бегло скользнув по лицу мужчины вновь вернулся к собаке. – И тебе привет, друг, - опускаюсь на корточки и медленно протягиваю к его морде руку, останавливаясь на небольшом расстоянии от носа. Нюх у собак отменных, поэтому нет нужды тыкать рукой прямо в нос, для того чтобы они учуяли твой запах. Я выжидающе уставилась на Рича, наблюдая за тем, как он реагирует на моё появление. Не забыл ли меня? Я надеюсь, что помнит.

Отредактировано Nicole Moretti (2012-11-08 01:13:44)

+1

3

- Вперед, парень! Запрыгивай! - Гарри жестом указывал псу на клетку. Рич внимательно посмотрел на клетку, потом не менее внимательно и одновременно тревожно - на Человека, как бы убеждаясь, правильно ли он все понял. Ричу уже доводилось сидеть в клетке в последние несколько дней, и хотя первое время он не понимал, почему Человек ограничивает его свободу таким образом, все же в целом там оказалось вполне уютно. С другой стороны, если бы он, сидя в клетке, имел возможность наблюдать за играми своих сородичей на свободе, то вовсе не чувствовал бы себя так спокойно. Но Рич не мог этого знать и, соответственно, не ощущал особых беспокойств на этот счет. Однако эта клетка немного отличалась от той, в которой он сидел прежде. Она была значительно меньше, по всем ее параметрам.
Гарри кивнул. Волчак нехотя подчинился. Он медленно вошел в клетку и, оглядевшись, нашел еще одно отличие: в этой клетке не было еды. В ней ничего не было, кроме уже ставшей привычной мягкой подстилки. Рич обернулся на Человека, словно задавшись мыслью напомнить тому об этом упущении, но клетку тут же закрыли, водрузили на телегу и повезли прочь. Гарри и Рич смотрели друг на друга до тех пор, пока телега не скрылась за поворотом.
Оглушительные звуки ворвались в уши пса, едва телега выехала из здания. И, вдобавок к этому, отвратительный, разъедающий нос, запах. Это было невыносимо: со всех сторон на Рича обрушились гудение, жужжание, скрип и крики людей. Рич от неожиданности шарахнулся к одной из стен, а потом и вовсе заметался по клетке, силясь найти выход из нее или хотя бы спасение от этого ужасного шума. Больше получалось крутиться вокруг себя. Один из людей, везущих клетку с псом, слегка тряхнул ее и что-то прокричал – и Рич зацепился за это. Каким-то образом он понял, что его поведение не нравится этим людям, и для своей же безопасности опустился на пол. Подняв взгляд, он увидел внушительное по своим размерам здание, где он был практически только что, и где остался его Человек. Рич все больше и больше отдалялся от этого здания и, в конце концов, его клетку погрузили в какое-то помещение и привязали там к стенам. Оглушительные звуки перестали быть настолько оглушительными, однако к одному резкому, неприятному запаху добавился другой – запах кошки. Рич не мог определить, из какой части помещения он исходит, так как кошки в помещении и не было, но запах стоял чрезвычайный.
Огромные двери помещения закрылись, стало совсем темно. Однако оглядеть помещение мешала не темнота, а ограниченность клетки. Волчак издал протяжный, громкий и глубокий звук, надеясь, что ему ответят или, может быть, кто-нибудь придет на его зов. И вдруг осознал, что в помещении он совсем один. Его Человека покинул его. Где-то снаружи по-прежнему гудели механизмы, ходили люди, и находился его Человек, а здесь было темно, одиноко и пахло кошкой.
Наконец, успокоившись, зверь закрыл лапой нос, закрыл глаза и попытался заснуть.
Гарри уже приходилось летать на самолете, перевозя собак в другие штаты или другие страны. И он знал, что переносимость собаками полетов зависит исключительно от особенностей перевозимой особи. Никогда нельзя полностью предугадать, как собака (да и любой другой зверь) поведет себя в самолете и после него, поэтому Гарри всегда немного волновался. Были случаи, когда собака долго не могла оправиться после перелета – и придирчивые богатеи, даже не думая о такой возможности, отказывались от щенка, ссылаясь на его вялость, или агрессию, или неадекватность. К счастью, чаще Гарри удавалось убедить их, что это всего лишь последствия перелета и что при правильном уходе со щенком все будет в порядке, но иногда все же клиенты были слишком упертыми. Через пару дней щенку-отказнику приходилось пережить перелет снова. В конце концов, Гарри начал переправлять за границу только, скажем так, избранных – тех собак, в ком был уверен. А по штатам и вовсе старался возить собак на машине, уж к такому виду транспорта были приучены все из его семейства. Это создало некие трудности в «бизнесе», но самому Гарри так было спокойнее. Он ведь все еще любил животных.
Им с Ричем предстояло пережить девять с лишним часов перелета. Отличался ли, по мнению Гарри, Рич от остальных собак, способных адекватно перенести перелет? Вряд ли. Скорее, Гарри чувствовал огромную ответственность перед Николь – это-то и заставляло его волноваться. Хотел бы он как-то предупредить пса заранее, что теперь тот будет жить с ней.
Чувство глубокой тоски одолевало Рича между его провалами в сон. Сон, правда, совсем не приносил успокоения. Он был некрепкий и беспокойный. Волчак ощущал всю тяжесть собственного тела, слышал биение своего сердца и то и дело тяжело вздыхал. Минуты длились очень долго, часы казались бесконечностью. Но, естественно, Рич даже не подозревал о таком понятии, как минуты и часы, он не делил время так, как делали это люди, потому отчаянно ждал, когда же огромные двери помещения откроются и он сможет выйти наружу.
Было уже затемно, когда самолет совершил посадку.
Гарри вышел из салона в числе первых пассажиров, чтобы поскорее добраться до отсека для животных и забрать оттуда своего волчака. И в тот самый момент, когда грузчики выгружали клетку, Гарри впервые обратил внимание, насколько сильно Рич похож на волка. Там, в клетке, после девятичасового перелета, этот волчак метался не как до одури перепуганная собака, но словно дикий зверь, чуя опасность, готовый в любой момент бороться за свою шкуру.  А как только Рич заметил Гарри, поведение волчака резко переменилось: его тело выпрямилось, мышцы расслабились, а сам он ни на мгновение не отрывал взгляд от человека, до тех самых пор, пока Гарри не прицепил к его ошейнику поводок и не вывел Рича из заточения. «Готов поклясться, я видел понимание в его глазах!» - удивленно расскажет потом Гарри своему другу-партнеру.
Заранее заказанная машина довезла их до места назначения. Все это время голова Рича лежала на коленях Гарри, и парень успокаивающе почесывал ему за ушами и гладил шею и плечи.
Ни Рич, ни Гарри не спали всю ночь. Вместо этого они гуляли по паркам и улицам Сакраменто. Гарри действительно заботился об этом псе (впрочем, как и о любой другой собаке из своего семейства) и пытался хотя бы так познакомить того с новой обстановкой. Рич же, в свою очередь, откровенно наслаждался долгожданной свободой, и даже поводок нисколько не стеснял его в этой радости.

На следующий день Ричу вновь представилась возможность прокатиться на машине. И эта машина определенно точно понравилась ему гораздо больше предыдущей – здесь он развалился на все заднее сидение. Впрочем, поездка была совсем недолгой. Уже совсем скоро они - человек и собака - оказались в узком коридоре какого-то здания, и Рич почуял тот самый притягательно-сладкий запах из прошлого.
Гарри протянул руку к уху волчака, но тот уже был в нетерпении. Знакомый запах был так близко...
Послышался протяженный звук, открылась дверь, запах усилился и спустя несколько мгновений перед носом Рича появился другой человек. Этот человек протянул ему руку. Как же вкусно пахло от этой руки! И вдруг Рич, неожиданно даже сам для себя, лизнул ее. Это было совершенно рефлекторно, исходило откуда-то из самых потаенных уголков его сознания и, кажется, звалось инстинктом.
Рич приготовился к последствиям. Он неоднократно видел, как другие собаки лижут таким образом лица и руки людей. Люди смеялись, кажется, им это нравилось, но почему-то всегда хватали собак за морды или даже за языки и таскали тех из стороны в сторону, несмотря на протесты и рычания со стороны зверей. Тогда Рич подумал, что так они наказывают собак за излишнюю вольность, и сам себе поклялся никогда так не делать - не облизывать людей. Однако же вот, он все-таки это сделал, и теперь с покорностью готов был принять свое наказание.

Отредактировано Richard (2012-11-10 02:35:24)

+1

4

Так я и сидела, почти не шелохнувшись, в ожидании того, как отреагирует на мою руку пёс. Только губы мои медленно расплывались в улыбке, когда я видела, что Рич осторожно и принюхиваясь подходит к моей руке. И когда он ткнулся носом в мою открытую ладонь, а затем лизнул её, я улыбалась уже совсем широко-широко, будто маленький ребёнок подарку от любимых родителей.
- Гарри! – осторожно вскрикиваю, чтобы не напугать собаку, - Он меня помнит! Помнит, Гарри! – касаюсь рукой головы Рича и провожу ладонью вдоль роста шерсти, нежно поглаживая.
- Заходите, - говорю другу, стоящему в дверях, - пошли, я тебя чаем напою. – пропускаю мужчину с собакой в гостиную и закрываю за ними двери.
- У меня тут пахнет ещё лаком и свежим деревом, - объясняю откуда запах и киваю другу в сторону кухни.
- Ремонт? – интересуется Гарри, отцепляя поводок от ошейника Рича и следуя за мной.
- Ну… что-то вроде, - я замялась, ибо мне было не очень удобно признаваться в том, что мой другой тоже очень хороший друг, поглощённый переживаниями за меня, выбил в моей квартире за один вечер сразу две двери. – Поменяла две двери, в спальню и в ванную. Обновила так сказать… - про попытку самоубийства я решила промолчать. Мне сейчас было даже как-то стыдно уже от того, что я могла совершить нечто подобное. Одно меня в некотором роде оправдывало – смерть мужа и временное помешательство на этой почве.
- Будешь чай? – спрашиваю и достаю две большие салатного цвета чашки.
- Да, спасибо. А ты съезжать не надумала?
С резким стуком ставлю чашку на стол и на мгновение застываю. Покинуть эту квартиру? Нет, правда, я думала над этим, но как-то ещё не была готова к такому шагу…
- Я раздумываю над этим… - заливаю кипяток в чашки и, поворачиваясь к другу, отдаю ему одну из них.
- А Рич голоден? – спрашиваю сначала у Гарри, а потом наклоняюсь к самому Ричу, - Друг, ты кушать хочешь? – улыбаюсь, заглядывая в умные янтарные глаза.
- Да, я его не кормил перед отъездом к тебе, ну сама понимаешь, а то загадился бы в клетке по самую шею… - ответил мужчина и отпил глоток горячего напитка, поглядывая на нас с волчаком.
Такому откровения я искренне рассмеялась, и комнату наполнил мой звонкий и весёлый смех.
- Ну, Гарри… - гляжу на друга с упрёком в голубых глазах, - ты как скажешь… Рич умница, он бы не загадился по самую шею, правда ведь? – переключаю внимание на мохнатого зверя и чешу ему за ушком.
- Я ему накупила телятины, ему такое можно? И крупы всякой… Я не знаю, ему нужно варить каши? – я спрашивала с искренней заинтересованностью и тревогой, потому что отравить животное мне совсем не хотелось. А как ухаживать за таким зверем я в упор не знала. Одна надежда – Гарри мне всё расскажет.

+1

5

Вопреки ожиданиям, наказания не последовало. Зверь напрягся, оскалил зубы – не сильно, так, чтобы показать, что, во что бы то ни стало, без боя он не дастся, – но вместо трепки он получил ласку. Это расходилось с большинством его знаний о людях, поэтому Рич обескуражено уставился на человека, который эту ласку ему дал.
  Но стоило им пройти в квартиру, Рич остановился и зарычал. В одно мгновение он переменился: шерсть встала дыбом, прижались к голове уши, обнажился грозный, дикий оскал. Сначала рычание было тихим, предупреждающим, а с каждой следующей секундой все яростнее и злее, пока Рич не получил по носу.
  Его сводили с ума методы воспитания Гарри. Уж лучше бы тот поливал его водой (свидетелем таких методов Ричу тоже приходилось быть; многих щенков на улицах его города воспитывали именно так, Рича же щелкали по носу). Но Гарри был непреклонен, снова и снова щелкая нос Рича, когда был недоволен его поведением и хотел его осадить.
  Волчак среагировал молниеносно и теперь уже рычал на Гарри. Это было страшной ошибкой, но в пылу овладеваемого им чувства Рич не сразу это осознал. И снова получил по носу. Второй щелчок заставил его одуматься.
- Однако ж Ричу эта квартира явно не по душе, - с улыбкой продолжал Гарри. Собаки чуют беды прошлого, а уж запах крови и недавней смерти даже сквозь свежий ремонт можно было унюхать, - и Гарри это знал. Рич был беспокойным, слишком беспокойным даже для этой собаки.
- Рич умница, он бы не загадился по самую шею, правда ведь?
- Ники, ты неподражаема, - теперь уже смеялся Гарри. – Пожалуй, я еще никогда не встречал человека с такой непоколебимой верой в возможности собак.
  Он снова засмеялся.

  Рич получил еще одну порцию ласки и решил исследовать дом, в который его привели. Образы в голове стояли не самые приятные, волчак еще никогда не сталкивался с подобным.
  Хозяйка дома несколько раз приезжала в Нью-Йорк, и Рич уже знал ее достаточно хорошо, чтобы доверять ей. Николь всегда была очень добра к нему, Рич отвечал ей тем же. И сейчас он хотел понять, что не так с этим домом, в некотором смысле, чтобы защитить Николь. В любом случае сидеть тут, пока люди увлеченно разговаривают друг с другом, весьма и весьма скучно.
  Бодренькой рысцой пробежав мимо гостиной, Рич остановился около одной из дверей и внимательно прислушался. Из кухни доносились веселые голоса, - что доказывало хорошее течение вещей, - за дверью было тихо. Рич не спеша просунул за дверь свой нос, осторожно заглядывая в комнату. Этого было достаточно, чтобы комната перестала его интересовать. Если не считать мебель, там было пусто. Рич развернулся и столь же бодро направился к другой двери, изо всех сил пытаясь игнорировать букет запахов гостиной и образы, вызываемые этими запахами.
  Вторая комната привлекла волчака куда больше первой. То была гостевая спальня. Стоит ли говорить, что Рич никогда не был в домах, отличных от дома Гарри в Нью-Йорке? Заметив большое зеркало у одной из стен, собак стянул одну из декоративных подушек с кровати и величественно подошел с ней в пасти к зеркалу. Повернулся передом, встал в стойку задом кверху и что есть силы отмутузил подушку, сопровождая свою расправу веселым рычанием. Отражение в зеркале его явно порадовало, и Рич, полный собственного достоинства, одним махом головы откинул многострадальную подушку куда-то в сторону, попав при этом в шкаф, впрочем, ничуть его не испортив. Затем замер, вновь прислушиваясь к звукам. На первый взгляд, ничто не предвещало беды, поэтому Рич огляделся, облизнул морду и направился к выходу из комнаты, где опустился на живот, дабы на всякий случай спрятаться от возможной опасности в виде могучего Гарри, и ползком выбрался наружу.
  В гостиной он не хотел оставаться ни при каких условиях, ровно как и на месте своего недавнего преступления, потому двинулся дальше. Со следующей комнатой он проделал все то же самое, что с предыдущими: сначала нос, потом вся морда, и только потом весь остальной Рич. Комната была просторной, будто полупустой, словно и мебели в ней было недостаточно. Она вызывала у волчака смешанные чувства, но почему-то именно здесь он предпочел остаться подольше. Рич оглянулся на дверь, в очередной раз концентрируясь на звуках, и двинулся исследовать помещение. На этот раз это была комната хозяйки дома.

- Я ему накупила телятины, ему такое можно? И крупы всякой… Я не знаю, ему нужно варить каши? – кажется, Николь всерьез обеспокоилась питанием Рича. Но Гарри ее как будто не слышал. Во всяком случае, он делал такой вид.
- О-о-о, - мечтательно протянул Гарри, - я бы тоже не отказался сейчас от сочного куска телятины!
  Он выжидающе посмотрел на девушку несколько секунд, а потом, словно о чем-то вспомнив, полез во внутренний карман куртки.
- Вот! – выдал Гарри, выложив на стол небольшую стопку листов в виде книги. – «Уход за собаками для чайников», моего сочинения, - он лукаво улыбнулся. – Ну, предположим, не только моего. Здесь ты найдешь все, что тебе нужно. Этакий путеводитель по миру волчаков.
  Он сделал несколько больших глотков горячего напитка и продолжил:
- И, - Гарри сделал многозначительную паузу прежде чем достал шлею и так же выложил ее на стол. – Считай это бантиком к подарку. Надеюсь, с нашей последней встречи сил у тебя не убавилось. Они тебе понадобятся, чтобы удерживать этого шайтана. – Парень неопределенно указал в сторону, где, как он думал, сидит Рич, и тут же понял, что собаки на кухне нет. – Теперь у тебя будет жить подросток, причем весьма активный. Тебе придется научиться быть строже, иначе он присвоит себе твой дом.
  Гарри театрально поднял руки вверх, всем своим видом показывая, что как только он выйдет за порог квартиры, оставив Рича здесь, его взятки гладки.
- На твоем месте я бы прямо сейчас проверил, чем занимается этот кобель, - он особенно выделил последнее слово. – Как бы твоя квартира не пропахла его завоеваниями...

Отредактировано Richard (2012-11-14 14:51:13)

+2

6

- О! Гарри, ты голодный? – я подскочила со своего стула и нырнула в холодильник, - У меня есть знаешь что? – дребезжу банками и кастрюльками, и в конце-концов достаю небольшую тарелку с мясом по-французски. – Вот, вчера готовила в духовке, сама! – подставляю тарелку чуть ли не под нос мужчине и убираю на столик кухонной стенки. – И у меня ещё есть толчённый картофель пюре, мне он нравится к мясу в качестве гарнира. – накладываю на блюдо отбивные с пюре и ставлю в микроволновую печь на подогрев.
На стол с глухим хлопком опустилось пособие по уходу за собаками, и я бросила на него беглый взгляд.
- Отлично! – беру книжку в руки и небрежно пролистываю несколько страниц, - Сам написал? Ну, ты молодец! Горжусь тобой. – Заботливо убираю книжку в шкафчик и достаю еду из микроволновки.
- Вот, ты ешь, ешь, - ставлю дымящееся мясо с картошкой перед другом и улыбаюсь.
Пока Гарри жевал и восторгался моими кулинарными талантами, - а так же делился своими мечтами поменяться с Ричем местами и остаться жить у меня, только ради того чтобы я его так вкусно кормила, - я внимательно рассматривала подаренную мне шлею для собак.
- А что, обычного поводка разве не хватит? Обязательно такая амуниция? Не лошадь же, ну… - как-то с сомнением сказала я и отложила шлею в сторону, уложив на соседний со мной стул.
- Ой, да брось… - махнула на мужчину рукой, - Присвоит себе мой дом? Да что ты такое говоришь? – смеюсь по-доброму, подливая в кружку Гарри горячий чай, - Со мной вооружённые до зубов мафиози справиться не могут, а ты говоришь о собаке, - вот, что правда, то правда. Врагов у меня было намного больше, чем друзей. Вы можете представить сейчас в уме какое-то конкретное двузначное число, а потом умножьте его на два, только тогда вы сможете понять меня. И дело тут даже не столько в личных интересах, вот как раз личных врагов у меня куда меньше, тут дело идёт о врагах «Семьи», а это вам далеко не малый списочек. Все хотят смерти моего отца, моей смерти и… в общем, с мужем у них всё получилось, и теперь ему смерти уже никто не желает… Пусть, земля ему будет пухом, да упокоит Бог его бессмертную душу…
- Мы с Ричем найдём общий язык, вот увидишь, - пообещала я и подмигнула мужчине, после чего поднялась со стула, - Все вы кобели, не надо тут моего мохнатого обижать… - я обиженно выпятила нижнюю губу и направилась к двери, - Но ты прав, пойду, посмотрю, чем он там занимается…
И я вышла из кухни, оставив Гарри один на один с отбивными. В итоге, пока я медленно осматривала квартиру, я не обнаружила собаку в гостиной, его не было в ванной, но за то следы его недавнего присутствия отчётливо виднелись в комнате для гостей. В ней я наткнулась на валяющуюся у шкафа подушку. Я слегка нахмурилась и подняв вещь с пола, уложила её на место, уже морально готовясь к тому, что же такое ещё я могу найти, следуя этой игре «Найди Рича в своей квартире».
Следующей моей целью стала моя спальня, и, подойдя к ней, я решительно отворила приоткрытую дверь. Посреди спальни стоял волчак, который тут же среагировал на появление человека. Оно ведь и не мудрено, слух у собак намного лучше, чем у людей, а тем более у такого волкодава, каким по сути и являлся наш щенок.
- Ну, что? – смотрю на мохнатого сверху вниз, и мои губы невольно трогает улыбка, - Нравится тебе тут? Это моя спальня, - говорю в слух, хотя собаки вряд ли понимают человеческую речь, но отчего-то мне хотелось с ним разговаривать, да и глаза у Рича были такие умные и понимающие… - А тут будешь спать ты, - говорю, присаживаясь на корточки у собачьей кровати, большой мягкой и комфортной, сделанную специально для собак таких крупных размеров. – Я сегодня утром купила, там были ещё розовые и фиолетовые цвета, но ты же мужик, поэтому я подумала, что тёмно-синий цвет с золотым орнаментом в самый раз для такого мачо, - я склонила голову набок, внимательно наблюдая за животным. – Нравится?

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » У моего защитника острые клыки и янтарные глаза.