vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules
Сейчас в игре 2017 год, январь. средняя температура: днём +12; ночью +8. месяц в игре равен месяцу в реальном времени.
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru
Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Быть взрослым и вести себя по-взрослому - две разные вещи. Я не могу себя считать ещё взрослой. Я не прошла все те взрослые штуки, с которыми сталкиваются... Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » .кто бы научил и рассказал


.кто бы научил и рассказал

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

http://savepic.ru/3470785.png
Участники:
Michael & Ophelia Davidson;
Место:
Сакраменто, локации будут меняться в течении всего эпизода, как и время суток, и погодные условия;
Время:
1992;
О флештайме:
...самые драгоценные моменты в жизни зависят подчас от пустяков. Случайные встречи, несдержанные эмоции, а иногда излишний алкоголь. Связь, что когда-то началась просто ради проведенных совместных ночей и больше ничего серьезного. Слишком вы легко расставались и сходились спустя недели, и вряд ли тебя к ней тянуло, чтобы думать о том, что сам же в итоге и захочешь именно с этим человеком связать всю свою оставшуюся жизнь. А потом шестнадцать лет совместной жизни и ради чего?

Отредактировано Michael Davidson (2013-02-10 17:19:05)

+4

2

местонахождение: больница, кабинет Офелии Мейсон
внешний вид

я никогда не хотел чего-то серьезного.
пока не столкнулся с границами запретного
я никогда не хотел вникать в чужие слова
пока не встретил тебя

     Жить, исправно всему повинуясь и следуя тем принципам, законам, традициям, коими жили на протяжении многих веков, это правильно? Возможно, но разве это жизнь? Разве можно жить, ни разу не совершив какое-нибудь действие, даже если кто-то подумает, что это неправильно? Хочется громко крикнуть: все еще впереди! Ошибки понятие относительное, нельзя прожить жизнь, не совершив ни одну. Но самое важное помнить, что каждая ошибка имеет свои последствия. Если бы Офелия не пошла против воли родителей, если бы не отказалась поступать на тот факультет, на который ее отец заставлял подавать документы, то не добилась сейчас того, что имеет. Ее будущая профессия - это ее выбор, лишь ее и больше ничей. Ошиблась ли она? Кто знает, но как будущий психолог, Офелия уже знала о том, что никогда не пожалеет о своем выборе. Жизнь сама по себе и есть сплошной выбор. Отказываясь от чего-то, мы приобретаем что-то более ценное, переступая через себя, доказываем, что можем все, забывая тяжелые воспоминания, даем себе силы идти дальше. Несмотря на то, что ей пока что всего лишь двадцать лет, позади себя Офелия оставила слишком многое, включая самое дорогое и важное - детские мечты, которые никогда не станут реальностью. Кто-то мечтает о любящих родителей, а Офелия, имея все это, хотела лишь одного: чтобы все вокруг перестали думать о ее неспособности добиться чего-нибудь в жизни. В ее руках папка с документами, в которых уже определено ее будущее. Будущее, которое она построит собственными руками, не изменяя себе и своим принципам, но главное, не пользуясь ничьей помощью. Офелии давно пора начать доверять людям, только горький опыт раз за разом не дает ей сделать этого. Что же, это качество ей в какой-то степени помогает, ведь Мейсон обвести вокруг пальца, что не особо радует окружающих, желающий так легко получить то желаемое, что может предоставить Офелия.
     И все же, Офелия сделала еще один правильный выбор, когда все-таки осталась в Сакраменто, поступив именно в этот университет. Этот город поражал своей красотой, множеством небольших улочек, потом ярких машин, способных своим цветом поднимать настроение каждому жителю, а также яркими утренними солнечными лучами, проникающими в каждый закоулок города и освещая даже самые потаенные места. Здесь даже воздух был особенным, стоило только выйти на улицу, то можно было сразу почувствовать, как легкие наполняет приятный аромат корицы и ванили, но главное его особенность - это свежесть. Не стоит отрицать того, что подобное могла замечать лишь Офелия, живущая в одном из самых престижных районов этого города, но такого вот рода мелочи радовали девушку. Хотя сегодняшнее утро было не столь удачным, как Мейсон того ожидала. Все началось с того, что девушка проспала, и вместо того, чтобы подольше понежиться в горячей ванной и нормально позавтракать, ей пришлось в срочном порядке принимать душ и есть на ходу. Со стороны это похоже на то, как девушку опаздывает на собственную свадьбу, настолько важным было само событие, но, увы, или, к счастью, Офелия спешила на практику. «Если мистер Стивенсон узнает о том, что его лучшая студентка не явилась вовремя на практику, не думаю, что я получу хороший отзыв о себе. Но где мое пальто?» Офелия в растерянности носилась по всему дому, и лишь без четверти девять сумела наконец выбраться из этого места и отправится в больницу где ее уже ожидали. Лелея в себе надежду на то, что время у нее все же есть, девушка не сбавляла темп своего шага, и тщетно пыталась просить таксиста о том, чтобы он как можно быстрее доставил ее до назначенного места. Надежда всегда умирает последней, и губить свою еще так и не начавшуюся карьеру, Офелии не хотелось. Может быть чудо все-таки произойдет и никто ничего не заметит?
- Прошу прощения за опоздание, мне требуется несколько минут и тогда я смогу вас принять. - проходя по коридору, в конце которого располагался небольшой кабинет, выделенный для Офелии специально на время прохождения практики, девушка вскользь обратила внимание на мужчин, что со скучающим выражением лица дожидались ее. С кем же и с чем ей придется столкнуться? Офелия понимала, что с мнением молодого психолога никто не считается. Это вполне естественно, так как многие люди убеждены в том, что все приходит с опытом. Грубо говоря, девушка была готова к тому, что перед ней появятся люди, нежелающие слушать ее, а жаждущие получить свое разрешение и отправиться скорее домой. Эта мысль всегда заставляла невольного уголки губ Офелии подниматься, ведь и она не из тех студенток, мечтающих получить образование для родителей. Ее главная цель стать квалифицированным специалистов, а такого рода практика в военных учреждениях мало кому выпадает. Это место Офелии слишком дорого, и она не собиралась его так легко терять. В спешке снимая свой плащ, девушка повесила его в шкаф, направляясь к своему рабочему месту. Через пару минут, в дверь уверенно постучались. - Проходите, садитесь, называйте ваше имя и цель вашего визита ко мне. - Девушка скользнула взглядом по мужчине, что только что вошел в помещение. Ее сразу привлекла его походка, с которой он подходил к стулу, расположенному прямо напротив него. Но пожалуй, не это было его достоинство на первый взгляд, а его глаза, которые сейчас смотрели на нее. Офелия легко улыбнулась, давая понять, что ждет от мужчины ответа. Стоило сейчас глубоко вздохнуть и набрать в легкие немного воздуха, перевести дух и понять, что так или иначе Офелия добралась сюда, и даже несмотря на то, что вызвала своим поведением недовольство этого мужчины, которое невозможно было скрыть.
- Для начала я хочу спросить вас, вы сами считаете, что готовы работать в сложных условиях и почему..., - девушка сделала вид, что внимательно смотрит на личное дело мужчины, чтобы привлечь этим к себе внимание, затем немного помедлив, все же назвала его имя: - Микаэль? - Многочисленные часы, что Офелия провела на лекциях, десятки книг, что она успела изучить за это время - ничего не прошло даром. Отложив бумаги в сторону, девушка сцепила руки в замок. Сейчас Микаэлю Дэвидсону придется выслушать ряд вопросов, которые и помогут определиться с решением Офелии. Как долго же это будет длится, зависит только от него самого. Все люди разные, все мыслях по-своему и у каждого есть свое отличительное мнение. Наверное, это самое интересное в будущей работе Офелии: никогда не знаешь, с кем тебе придется столкнуться, и каким образом решать ту или иную проблему, возникшую у человека, что нуждается в помощи. Сейчас по выражению лица Микаэля было ясно, что этот мужчина вряд ли ходил к психологу, для того, чтобы решать свои проблемы, а с такими, кстати, гораздо интереснее. «У него нет родителей, что же, придется задать ему еще пару вопросов.» - Скажите, чье мнение в первую вы учитываете, то есть к кому прислушаетесь в первую очередь? К своему собственному мнению, вашего друга или же старшего товарища? - На первый взгляд вопрос казался вовсе безобидным, но если заглянуть немного глубже, если вникнуть в его суть, то от него зависело слишком многое. Практически каждому может прийти в голову тот факт, что человек, имеющий семью, не может понять, что такое полагаться только на себя. Семья должна быть опорой и крепостью, туда стоит стремиться, когда хочется поделиться радостью или горем. Разве у Офелии была именно такая семья? К сожалению, нет. Отсюда можно сделать вывод, что Мейсон видела перед собой не просто незнакомого ей мужчину, но и человека, которому было не суждено узнать о том, что такое ощущение семейной защищенности, которое играет очень важную роль в жизни любого человека.

Отредактировано Ophelia Davidson (2012-12-04 23:45:14)

+4

3

внешний вид
  …ты еще долго просто лежал и смотрел в потолок. Не помнишь, что тебе снилось, но ощущения говорили о том, что сон был не самым приятным и желанным. Проснувшись, ты не смотрел на часы, просто дожидался, когда солнце заглянет в окна твоей комнаты. Еще немного времени для того, чтобы новый день прогнал остатки ночи и потом все по-новому и так каждый раз по кругу. Тебе иногда хотелось, чтобы где-нибудь на горизонте ты сумел застать миг, в котором весь мир изменился бы. Не стал лучше, не стал хуже, просто он стал бы совершенно иным. Или уже, наконец, на землю обрушился метеор, который столько лет подряд пророчили ученые, а он все как назло пролетал то мимо вас, то вообще и не думал приближаться к земле. Мысли о смерти? Или же просто апатия из-за нервов, из-за переживания, которые ты в себе подавляешь, отсюда же и сны или скорей непонятная бессонница. Ты все еще продолжаешь твердить себе, что сегодня все пройдет хорошо, что это лишь формальности, лишь еще одна галочка, еще одна печать и уже завтра, ты, собрав свои вещи, исчезнешь из этого города. Веришь, а может, просто слишком хорошо научился себя убеждать, и пусть это все было ложью. Ты же врешь себе, а не кому-то. Делаешь хуже тоже только себе. И кому и какое дело до того, что ты научился врать ради того, чтобы забывать хотя бы в эти моменты лжи о том, что тебе каждый день продолжают твердить о твоем одиночестве. Нет, не об одиночестве, как мужчины, да и какой ты мужчина? Двадцатичетырехлетний сопляк, что сейчас все еще лежит в кровати, далеко не в собственной квартире и размышляет о том, что он неудачник. Точней будет неудачником, если сегодня не получит вот этой последней галочки, которая и отделяет его от будущего. И знаешь, ты ведь ее и, правда, не получишь. Вот в этом и была правда. Тебя нервировал сам факт того, что тебе надо будет раскрыться. Что кто-то изучил тебя под микроскопом, и теперь будет лезть в душу, спрашивая, насколько тебя ранило решение матери от тебя избавиться. Вопросы, которые ты всегда избегал. Все эти годы, просто вычеркивая из своей жизни все свое детство, все семьи, в которых ты побывал, всех людей, которые тебе улыбались, а потом с такой же улыбкой говорили, что ошиблись. Ты уже сейчас видел как наяву всю картину происходящего, что через несколько часов будет разыграна в кабинете психолога. Твои губы даже дрогнули в улыбке или скорей, что-то ее напоминающее. Это все так нелепо.
  Подавить в себе желание на все наплевать, и вновь закрыв глаза уснуть, забыть о том, что куда-то надо идти, ты все же сумел заставить себя подняться. Медленно сесть на кровати, коснувшись ногами холодного пола. В этой квартире, в которой ты жил, ты любил именно холод, что хранился в паркете, в нем было что-то родное, слишком много тебя самого. Ты, как и он не позволял теплу проникать в сердце, в свой разум,  в душу, оставаясь чужим для всех, с кем сближался. И тебе было от этого комфортно. Все еще слишком комфортно, чтобы ты сумел от этого отказаться и начать хотя бы представлять, что рядом будет кто-то еще, кто тебя согреет и скажет о том, что все будет хорошо.
  - Тебе пора уходить, - через плечо, чувствуя, как рядом с тобой пошевелилась девушка, что приподнялась и обняла тебя со спины. Ваши губы встретились, но ты не стал задерживать поцелуй, освобождаясь из объятий и поднимаясь на ноги, подхватывая брюки, рубашку, кофту, не обращая внимания на девушку. Сегодня был твой день рождения, а это был твой маленький подарок, который ты себе позволил. Одна ночь, больше тебе и не нужно было. Ты даже не сказал ей «пока», когда за ней закрылась дверь, все так же молча продолжал собирать вещи в сумку, чтобы через несколько минут закинуть ее на плечо, выйти из квартиры и заполучить эту последнюю галочку, которая была слишком важна для твоего будущего.
Не любил ты больницы и ничего с этим поделать не мог. Не боялся крови, не боялся боли, но вот своей, а чужая у тебя вызывала судорогу во всем теле, и хотелось сразу же закрыть глаза и уши, чтобы не видеть и не слышать стонов, криков, ран. Как в детстве. Даже сейчас, еще не зайдя в само здание, ты поежился, как от холода, задержав дыхание, чтобы не дать разогнаться паники, что подкатила к горлу, а потом рухнула куда-то вниз живота. Уговаривая себя, скользнув взглядом по отражению в стеклянной двери, ты нахмурился. Ты слегка смахивал на испуганного ребенка, которого поставили в очередь родители, а сами ушли, а эта очередь становилась все меньше и меньше. Толкнув дверь, ты оказался в холле больницы или же скорей, ты оказался в сумасшедшем доме, где каждый куда-то спешил, что-то говорил и где бесконечно звонил телефон. Больше больниц ты ненавидел именно этот шум. Перехватив удобней сумку, ты быстрым шагом прошел к лифту, пытаясь не обращать внимания на людей. Несколько этажей тишины и ты с облегчением зашел в приемную, окинув взглядом людей, что дожидались своей очереди. Тебе пришлось отойти, чтобы пропустить девушку, которая промчалась мимо тебя, явно опаздывая, куда? Ответ нашелся сразу же и он же заставил тебя закатить глаза. Сколько ей? Лет двадцать?
  «Да вы издеваетесь!?»
  И откуда сразу это пренебрежение? Ты ведь даже еще не зашел в кабинет, пусть уже сделал несколько шагов по его направлению, коснулся рукой ручки, повернув ее и приоткрыв дверь, ты уже ненавидел весь этот день, а ведь ночь была такой хорошей. И нет, ты не делал поспешных выводов, ты почему-то просто знал, что день выдался на удивление дерьмовым.
Зайдя в кабинет, ты сел на предложенный стул, кинув сумку на пол рядом с ногами. Твой взгляд сейчас скользил по лицу девушки, что пару секунд назад вот так же изучала тебя, а сейчас листает папку, в которой был явно не журнал мод. Набрав в легкие воздуха, ты перевел взгляд на окно. Тебе показалось или у девушки и, правда, были зеленые глаза? Ты выдохнул воздух, что до этого скопил в легких и вновь посмотрел на девушку. Сейчас главное было сделать так, чтобы она просто поставила подпись и печать и день не окажется загубленным. Еще один маленький подарок на твой день рождения. Ты ведь не о многом просишь и просишь то раз в году.
  - Каждая работа в себе предполагает какие-то сложные условия, то, с чем нужно будет научиться справляться. Здесь ли в городе или же в полевых условиях, все зависит от того, готов ли человек. Но даже здесь, уже через час, может случиться крупнейшая авария или же рухнет самолет, так в чем разница? Истерику я вам могу устроить и здесь, уже сейчас, – ты немного прищурил глаза, внимательно смотря на молодую, красивую девушку, которая в придачу, была явно и из хорошей семьи. За это короткое время, что ты сидел напротив нее, ты вполне успел оценить то, во что она была одета, те украшения, что были на ней, и тебе было даже любопытно, о чем она сейчас думает, глядя на тебя и держа в своих руках всю твою жизнь. Ты откинулся на спинку стула, устроившись удобней, закинув ногу на ногу и обхватив руками колено, ты слегка склонил голову на бок, чувствуя, как твои губы дрогнули в легкой улыбке.
  - Если старший товарищ будем моим командиром и начальником, я выполню приказ, беспрекословно подчинившись. Вас такой ответ удовлетворит?

Оо

я пока его слабо вижу двадцатичетырехлетним сопляком, поэтому придется чуть потерпеть, пока я впишусь в состояние неудовлетворенного подростка и перестану втирать речи уже умного и взрослого человека и дальше может даже появиться "чо" хд тут главное ваш муж должен пересилить свое же воспитание)

Отредактировано Michael Davidson (2012-12-05 16:20:24)

+2

4

Опасная у него улыбка. Как трясина.
Зайти легко, выйти — куда как труднее.

    Почему мир никогда не представляется нам в том свете, который был бы выгоден именно для нас? Быть может потому, как все вокруг не имеет своей организации, а быть может потому, что такого рода преграды и созданы для того, чтобы каждый задавался таким нелепым вопросом? Если не спросить, никогда не узнаешь, если знаешь, нужно лишь спросить - принцип не только психолога, но и любого человека на всей планете, которому мало кто придерживается. Порой много вопросов и спором может решить с помощью подобного метода, но многие люди предпочитают закрываться в себе, впуская в свой личный мир только кого-нибудь одного, а порой и вовсе никого. Но никто не представляет, какой опасности себя подвергает, вступая в этот косвенный контакт с миром, отгораживаясь и думая, что таким способом защищает себя. Офелия сама из таких людей, но зная о последствия, девушка старается меняться, хотя, не стоит скрывать тот факт, что пока что у нее это слабо получается. Почему же подобное пришло в голову Мейсон именно сейчас? Порой она видит то, что другие не замечают: правду. Стоит только посмотреть человеку в глаза и многое может открыться: то, с какой уверенностью кто-то может вглядываться и в вас, то, как быстро его веки опускаются, а также те эмоции, которые не выдаст любая другая часть тела. Быть может, поэтому сейчас Офелию привлекли его глаза? И быть может, поэтому она сейчас в упор смотрела на мужчину, который в свою очередь тоже не собирался отводить своих глаз? Офелия понимала, что сейчас многое зависит от нее, но не боялась, что совершит какую-то ошибку или что-то упустит. Умея грамотно представлять в уме цельную картину о человеке, сейчас девушка по кусочкам складывала детали от пазла: собирая воедино каждое слово Микаэля, не сразу, но постепенно Офелия собиралась открыть перед собой нечто, что пока что не видит перед глазами. В этом и есть весь интерес ее профессии - никогда не знаешь, что получится в итоге.
- Мистер Дэвидсон, - девушка улыбнулась, переворачивая еще одну страницу в личном деле Микаэля. - Я рада, что вы понимаете это и мне не пришлось говорить вам тоже самое, и тем не менее, наши слова - наш самый главный враг, а также наше самое уязвленное место. Мне вовсе не необходимо видеть вас в истерическом состоянии, я прекрасно смогу определить ваше поведение. Гнев, злость, желание отомстить? Скорее всего, но мы не об этом. Стрессовая ситуация имеет куда более опасные последствия, чем то, что я перечислила ранее. - То ли мужчина был слишком спокоен, то ли Офелии просто хотелось его немного разозлить? Что ждет его там впереди, в тех краях, куда Микаэля могут отправить? Порой человек колоссально может поменяться за короткое время, изменить себя и свое поведение под влиянием того или иного фактора, но где гарантии, что все это обернется в хорошую сторону? Врач берет на себя не менее большую ответственность, чем командир какого-нибудь подразделения. А вот какую ответственность берет сам человек, вручая свою жизнь простому случаю? Дожидаясь ответа от Микаэля, Офелия вновь опустила свои глаза в раскрытую папку. Перед ней было открыто все: вся его жизнь и все важные события, которые удалось зафиксировать. Что же это был все-таки за человек на первый взгляд? Удивительно, какие выводы можно было сделать: целеустремленный, стоило только увидеть проделанную им работу и достижения, которых он добился сам, уверенность в себе, а также, пожалуй, чрезмерная отвага. А какой Офелию видел Микаэль? К сожалению, об этом Офелия не могла утверждать с точностью до ста процентов. Это как проникать в чужое сознание, узнавать там необходимую информацию и оставлять дверь приоткрытой, чтобы когда-нибудь вновь вернуться в это место. Но а пока приходится лишь догадываться, вслушиваться в его слова и не пропускать ничего из того, что может оказаться ответом, за которым Микаэль сюда пришел.
- Вполне, - Офелия вновь ответила легкой улыбкой на улыбку Микаэля. - Но если нет, что если вашим командиром будет человек, который вызывает у вас антипатию? - У Мейсон возникло противоречивое мнение, которое в скором времени придется разрешить в любом случае. Вернувшись к самому началу его личного дела, Офелия обратила внимание на дату его Рождения, но решив, что поздравит его с таким событием чуть позже, встала с места и направилась к небольшому стеклянному шкафу, где хранились все необходимые записи, тесты и методики для проверки. Привстав на носочки, Офелия потянулась за листами, что стояли на верхней полке, и случайно выронила пару своих книг, которые принесла сюда несколько дней назад. Все эти годы для девушки нет ничего увлекательнее, чем вечером открыть новое исследование и внимательно его изучать. Пожалуй, именно чтение и является ее хобби, а если быть точными, то чтение научной литературы. Кому-то нравится погружаться в неизведанный мир приключений, представлять себя на месте главных героев какого-нибудь романа или же находить разгадку какой-нибудь тайны вместе с автором книги, а Офелии нравилось читать ту литературу, которая она считала полезной для своей профессии. Причем читала она абсолютно все: будь то книги известных писателей по всему миру, либо точки зрения тех, кого так и не оценили по достоинству. Вместо того, чтобы присесть на корточки и поднять книги, Офелия наклонилась, поворачиваясь спиной к мужчине и стала по одной собирать выпавшие книги. Выгибаясь обратно, она улыбнулась про себя и с тем же лицом повернулась к мужчине. Неспешным шагом, девушка обошла стол и положила перед Микаэлем список вопросов с представленными вариантами ответов, а также и чистый лист бумаги. Еще немного ему все же придется задержаться в этом кабинете для того, чтобы помочь Офелии вынести правильный вердикт.
- Заполните, пожалуйста, это не займет много времени. - Положив перед Микаэлем ручку, Офелия вернулась на свое место и начала заполнять соответствующий бланк о согласии/несогласии с психическим состоянием человека. Печать девушка сможет поставить только тогда, когда увидит результаты теста Микаэля, а сейчас оставалось ждать. Время - еще один неотъемлемый фактор жизни, который Офелия не любила. И дело было не в ее работе, а в том, что будет после нее. Очередной фарс для того, чтобы угодить собственному отцу. В момент тишины в голову часто лезут те мысли, о которых хочется позабыть. Офелия невольно подумала о том, что хочет, чтобы этот еще так и не начавшийся день уже закончился, а позади остался ужин в компании ее родителей. «Будет лучше, если бы этот ужин вообще не портил мне день.» Увлекшись собственными мыслями, девушка не заметила, как мужчина выполнил представленное ему задание. Повернув к себе его листок, Офелия стала внимательно просматривать написанное. Кстати, в любом тесте есть своя шкала лжи, по которой легко определить, насколько искренне отвечает человек, по шкале же этого теста можно было увидеть, что Микаэль не соврал нигде. Наверное, он бы и получил свой доступ, если бы Офелия не заметила тот факт, что он слишком сильно полагается на себе. В его ответах четко просматривалось недоверие, а отсюда желание управлять собой, не давая возможности сделать это кому-то другому. Скорее всего, Микаэль это сам понял, потому что, когда его глаза и глаза Офелии встретились, в них не было удивления. - Мне очень жаль, мистер Дэвидсон, но я вынуждена вам отказать. - Выведя на листочке «Не годен», Офелия сделала серьезное лицо и протянула бланк мужчине. - Постарайтесь обратить внимание на свою агрессивность, и приходите через месяц. Может быть что-нибудь еще изменится. Как бы мне не хотелось портить вам праздник, я не могу пойти против правил.

**

родной мой, я очень извиняюсь за пост, в моей голове он был как-то лучше
и мне время хотелось написать все больше и больше о Микаэле, но я себя сдерживала хд

Отредактировано Ophelia Davidson (2012-12-06 19:59:18)

+2

5

...с твоей историей любви что-то не так...

  Ты любишь наблюдать за людьми. Не лезешь к ним в души, просто наблюдаешь. Со временем они сами начинают делиться, что-то рассказывать, а слушать ты любил, как и смотреть, как и писать. Даже скорей не любил. Умел. И тебе казалось, что умел с самого детства. Вспоминаешь свои эссе, за которые получал высшие баллы в школе и почему-то до сих пор улыбаешься. Улыбаешься той наивности, что там была. Глупости, в которые ты безоговорочно верил и заставлял верить других. Вот это умение поверить тем совам, которые появляются на бумаге и толкнуло тебя на выбор своей будущей профессии. Тебе нравилось чувство, которое появляется, когда твоя статья становится всеобщим предметом обсуждения или спора. Ты не любил лить грязь, ты писал правду, как видел этот мир сам, не подстраиваясь под остальных и, наверное, к твоему же сожалению, большая часть правды и оказывалась именно грязью. Тебе становилось паршиво, но это ведь был твой выбор, осознанный и ты не жалел. Только не сейчас, когда стоишь на пороге своего будущего. Только не сейчас, когда за твоей спиной осталось детство, которое заставляет до боли сжимать руки в кулаки и, стиснув зубы, пытаться не заорать от отчаянья. Ты его ненавидел. Все еще в настоящем и вряд ли эта ненависть когда-нибудь будет в прошлом. Ты кому-то хочешь доказать, что они ошиблись, когда отказались от тебя. Ты кому-то хочешь доказать, что каждым ударом, который тебе был нанесен, тебя только толкало вперед, заставляло бороться, зная, что никто не подхватит если ты упадешь. А ты падал и поднимался. Вновь и вновь. Ты отлично это умеешь делать.
  Ты отвлекся. Уйдя в свои мысли, на миг забыл о том, где находишься. Сидел и скользил взглядом по картинам, что весели на стенах, книгам, замерев, рассматривая небо, то, как ветер гонит облака закрывая солнце, и от этого в кабинете стало темнеть. Еще одна вещь, которая заставляла тебя поежиться. Ты не любил темноту, в ней тебе было комфортно. Ты терялся. Даже сейчас тебе на мгновение показалось, что ты начал дышать чуть быстрей, чем было положено. Нет, всего лишь показалось. Ты все такой же спокойный, с улыбкой на губах, только пальцы немного сильней сжались на коленях, но ты заставил себя расслабиться. Ты вновь смотрел на девушку, пытался понять, о чем она говорила, ругая самого себя за то, что отвлекся и сейчас тебе придется переспрашивать для того, чтобы ответить на ее вопросы. Ты немного поерзал на стуле, расцепив пальцы, почему-то до ужаса захотелось закурить. Слегка нахмурившись, ты быстро провел пальцами по волосам. Она пыталась выбить тебя из колеи, ты это понимал, но кто сказал, что тебе это нравилось? И как же тебя раздражал этот «мистер»! Вся эта официальность, она вызывала лишь желание выкинуть что-нибудь, да и разве девушка, что сидела напротив тебя не понимала, что она смешна? Ты представил, как это все выглядит со стороны – два все еще подростка, что пытаются играть взрослых. Это как детское чаепитие, где дети желают казаться своими родителями. Но это дети… Глупейшее занятие и ты просто тратишь время! Подавив желание немедленно подняться и уйти, тебе все же не удалось сдержать вздох, и в нем было слышно твое раздражение.
  - Гнев и злость? Желание отомстить? А вы хоть раз испытывали последнее, что сейчас с такой уверенностью преподносите это, как элемент эмоции, которые может испытывать человек. Испытывали? – ты говорил все так же тихо и спокойно, только если внимательно вслушаться, в твоем голосе можно было уловить нетерпение и капельку злости. Тебя достала эта девка, что строила из себя профессионала. Тебя так сейчас и подмывало устроить эту самую стрессовую ситуацию, о которой услышал столько умного. Ты даже прокручивал в голове один из возможных вариантов развития событий, даже слышал звон разбившейся вазы, что стояла на столе, плеск воды, что мгновенно впитается в мягкий ковер под твоими ногами и визг, почему-то тебе представился именно визг, а не круг возмущенной бравады. Гнев, злость, именно это и перекосило бы ее прекрасное личико. Она тебе нравилась, но ты специально искал в ее внешности изъяны и дефекты, чтобы не зацикливаться на мыслях о том, что хотел бы пригласить ее на чашечку кофе, и сейчас по-детски хотелось ляпнуть, что у нее кривой нос.
  - Что если я скажу, что антипатию у меня вызываете вы? Не как врач, хотя…и как он, но еще и как человек, как женщина…молодая девушка, вы из-за этого переступите через те клятвы, что давали, когда выбрали профессию или до конца останетесь профессионалом? – ты на этом своем вопросе внимательно следил за девушкой и ваши взгляды вновь встретились. Тебе бы хотелось в этих глазах увидеть сомнение, неуверенность, а может как раз пренебрежение. Тебе хотелось стереть с этого милого личика эту приторно сладкую улыбку. Она тебя раздражала, как и голос Офелии, а еще и то, что ты сам это выдумал, потому что все было до скрежета зубов наоборот. Вот почему ты просто не мог стать милым, улыбчивым молодым парнем, на которого так легко клевали девушки? Почему бы тебе сейчас просто не изобразить желания познакомиться чуть ближе и не убрать иголки, что ты выставил, как ежик, к которому прикоснулись без его желания. Ты ведь это уже проделывал, и у тебя это успешно получалось.
  Она тебе так и не ответила, поджав губы и быстро поднявшись на ноги. Неужели одной фразой ты сумел выбить из нее всю спесь? Ты пока в это слабо верил, но упавшие книги с полки, говорили о том, что возможно тебе это и, правда, удалось сделать. Ты вновь чуть изменил положение, вновь закинул ногу на ногу. Что сейчас происходило? Тебе не удалось сдержать вырвавшийся смешок. Пусть ты и продолжал наблюдать за картиной «соблазнения», причем довольно красивой, этого ты бы не стал отрицать, но от этого не менее не умелой. Да ты и не стал отворачиваться, когда Офелия выпрямилась и посмотрела на тебя. Ты не стал напускать на себя неловкость, что могла вызвать любая девушка в мужчине имея такую-то попку, что была предоставлена для твоего обозрения. Твои губы даже дернулись в улыбке, чуть нагловатой и если Офелия не была дурой, то  точно увидела там, что ты оценил все представление и в частности то, что тебе показали баллов так на семь из десяти. А три бала ты скинул так, чисто из вредности. Ты углубился в тест, отвечая машинально, не задумываясь над вопросами и своими ответами, желая лишь убраться отсюда поскорей. Знал, что весь этот фарс закончится отрицательно для тебя. Знал, но до идиотской глупости вряд ли бы изменил свое поведение. Ты никогда не был прилежным учеником, и видимо сегодняшнего дня будешь ненавидеть не только больницы.
  И вот ты уже на ногах. Подхватив сумку, выпрямившись, держа уголки губ приподнятыми. Попросить о том, чтобы она передумала? Сказать, что у тебя нет месяца. Сегодня, вот и все, что у тебя есть. Ты все еще мог попытаться убедить Офелию передумать, сказать, что просто перенервничал, но разве хотел? Ты даже не показал, что внутри вспыхнула злость, только глаза чуть изменили свой цвет, стал и темней, ты знал причину, девушка нет, это лишь игра света и теней. Ты бы не стал упрашивать даже собственную мать, чтобы она от тебя не отказывалась и тем более не будешь просить малолетку, от которой зависело твое будущее, то, чем ты сможешь просто заработать на свою собственную квартиру и кусок хлеба, чтобы не подохнуть с голода. Ты не двигался, сжав в руке бланк, ты через мгновение просто выкинул его в ведро, что стояло возле стола. Еще раз улыбнувшись, ты уже был в дверях, закрыв ее нарочито тихо и аккуратно, хоть и было желание хлопнуть ею со всей силы, так, чтобы она слетела с петель. Прикрыв глаза, ты попытался вновь начать дышать, окунаясь в шум коридора. Ты дышал, медленно думая о том, что будешь делать дальше. Оглянувшись на дверь, ты осознал, что единственное чего хотел бы – это зайти обратно. Медленно двинувшись, ты остановился возле девушки, что сидела за столом и что-то писала.
  - Разрешите? – ты и не дожидался ответа, подхватил стоявший рядом с графитом стакан. Сжимая его в руках, ты сделал еще один шаг прочь из приемной. Один для того, чтобы развернуться, быстро, резко со всей силы швырнуть этот стакан в дверь, видя через стены, как вздрагивает Офелия от громкого удара об ее дверь. Видя, как дрогнула ее рука, в которой она сама держала стакан с водой, как эта самая вода проливается на ее безумно дорогую кофту и, жалея лишь о том, что это всего лишь вода, а не вино, хорошее, дорогое, а может за пару долларов, самое паршивое, которое ты когда-то пробовал, но оно бы точно не отстиралось. На твоем лице появилась самодовольная улыбка. Ты ведь лишь подтвердил, что являешься психом, разве не это она написала в твоей медицинской карте?

+4

6

но куда бы он ни пошел,
его дорога всегда соприкоснется с ней

     Интересно ли наблюдать за круговоротом судеб, тайн и секретов? Смотря с какой стороны посмотреть. Например, со стороны человека, который с любопытством выпытывает новости других людей, лишь для того, чтобы потешить свое самолюбие? Возможно, к сожалению, таков удел многих людей. А если с профессиональной точки зрения Офелии? Кто-то может ошибочно полагать, что это вызывает непосредственный прямой интерес, в то время как любому психологу, сталкивающемуся с разными людьми, приходиться действовать аккуратно, лишь приоткрывая дверь в потаеный мир человека, где ни в коем случае нельзя путать те провода, которые нельзя разрезать. Похоже, у Офелии не получилось подобрать нужные слова, или быть может Микаэль просто решил, что имеет право позволять себе лишнее? Признавать свои ошибки Мейсон не собиралась, убеждая себя в том, что все сделала правильно, девушка предпочла поскорее закончить эту неплодотворную встречу, не удосужившись даже попрощаться с мужчиной. Ей казалось, что пару минут назад сюда вошел не взрослый мужчина, а мальчик, который хотел получить желаемое, но в итоге смог добиться только отказа. По одному только взгляду Дэвидсона читались его эмоции, хотя в принципе это никак не удивляло Офелию, которая привыкла не слушать пустые речи, доводы и слабые попытки ее в чем-то убедить. Гораздо важнее и ценнее уметь доказывать то, на что способен. Доказал ли Офелии мужчина хоть что-то? Вряд ли, если только оправдал ее не самые лучшие ожидания о себе. Мужчина словно раз за разом бросал ей вызов, заставлял отвечать на свои выходки, провоцируя Мейсон, пытаясь взять верх в этой сложившейся немного нелепой и детской игре. Нет и еще раз нет, в этот раз она сдержит себя и промолчит, запрещая вступать в эти перипетии, но черт, как же трудно было осознавать, что впервые за долгие годы ей это нравилось. Действительно, ее привлекало именно то, что кто-то посмел кинуть ей вызов.
- Ну давай же, покажи на что способен. - Дверь на удивление тихо закрылась, а губы Офелии изогнулись в легкой приторной улыбке. Не здесь, так в другом месте он еще не раз проклянет ее, еще не раз вспомнит не самыми приятными словами, и может даже попытается испортить ей ее будущее. За этот месяц чего только не бывало, но Мейсон уже успела научиться тому, как противостоять людям, непривыкшим выслушивать советы психолога. Многие попросту недооценивают таких, как она, предпочитая полагаться лишь на собственное мнение и свой жизненный опыт. К сожалению, чаще всего этого бывает недостаточно, как например с Микаэлем. Он, к слову, не заставил себя долго ждать. В то время как Офелия открывала верхний ящик своего стола, за дверью раздался звук бьющегося стекла. Невольно вздрогнув, Мейсон в ожидании посмотрела на дверь ее кабинета. Быть может, Микаэль сейчас вернется и вновь бросит ей еще один вызов? Ей бы этого хотелось. - Умно, ничего не скажешь. - Но не через несколько секунд, не через минуту, Дэвидсон не вернулся в этот кабинет. Его место занял очередной мужчина, убежденный в собственной правоте и желающий поскорее выбраться из этого кабинета, наивно полагая, что психолога проходят просто для галочки. Время текло слишком медленно, а день становился уже невыносимым. Нет, не стоит думать о том, что Офелии не нравилась ее работа, просто сейчас девушку тревожили другие мысли: как бы поскорее закончился этот день, а показной ужин с родителями оказался далеко позади. Если выбирать из двух зол, то лучше провести все утро в компании такого ненормального, как Микаэль Дэвидсон, чем делать вид, что ее улыбка совершенна искренняя, а люди, сидящее напротив Офелии, самые близкие и любимые. Наверное, эмоции Микаэля оказали большое влияние на девушку, дав подпитку жизненных сил и энергии, которые с каждым днем уходили все быстрее и быстрее. Наверное, лучше быть настоящими и открывать себя такими, какие мы есть, чем подстраиваться под фальшиво хорошие обстоятельства.
     Если утро и день были неблагоприятными, то даже блеск вечерних софитов, окружавших Сакраменто, не предвещал ничего хорошего. Последний раз взглянув в окно прежде чем покинуть свой кабинет, Мейсон не покидало какое-то неспокойное чувство, переросшее из простого нежелания идти к родителям в нечто большее, превращающее уже в идею фикс. Через пару минут Мейсон уже открывала дверцу, вовремя подъехавшего такси. Как назло! Утром, когда у нее катастрофически не хватало времени и Офелия опаздывала на работу, было трудно добраться до работы, зато сейчас, когда Мейсон была готова опоздать на очередной бессмысленный ужин, машина примчалась со скоростью света. - Ресторан «O'Chalet», это на углу 8th street. - Безумно хотелось добавить: и помедленнее, пожалуйста. Только просьба со стороны прозвучала бы как минимум странно. Тяжело вздохнув, Офелия откинулась на сиденье и прикрыла глаза. Как долго она еще будет считать себя закованной в эти цепи? Сколько еще Мейсон придется жертвовать своим временем в пользу своего отца? Видимо это будет длится до тех пор, пока Офелия не уедет из этого города, а лучше из страны. Да разве ей это позволят? Складывалось впечатление, что она не совершеннолетняя девушка, способная сама себя обеспечивать, а всего лишь девочка, которая все еще заканчивает начальные классы и нуждается в том, чтобы за ней присматривали каждые несколько минут. Иногда Мейсон разом хотелось выплеснуть все свои эмоции на отца и мать, но девушка вовремя останавливалась, желая выждать нужный момент. Может быть, сегодня он и наступит? - Спасибо, сдачи не надо. - Пожалуй, лучше было остаться в такси, чем выйти из него и направится к входу в ресторан. Как всегда лучший столик, как всегда самые удобные места. Родители Офелии сидели прямо около центрального окна, откуда открывался вид на набережную, по которой сейчас, постукивая каблуками, шла Мейсон. Браво, представление цирка началось!
- Ты чуть было не опоздала, Офелия. - слова отца звучали как-то неестественно, впрочем, ответ его ожидал почти такой же.
- Я все же успела. - Позволяя официанту снять с себя пальто, девушка села за стол, пододвинув собственный стул. Их глаза с отцом встретились, и Офелия поняла, что он недоволен. Не в первый раз. - Мы никого надеюсь не ждем, отец? Или ты сегодня опять решил меня с кем-то сосватать?
- Прекрати, Офелия! Здесь люди! - Голос матери прозвучал весьма отрезвляюще, и Офелии пришлось промолчать. Как будто девушка не понимала, зачем Филиппу была нужна наследница. Несколько раз мужчина уже пытался познакомить ее с сыновьями весьма успешных людей Сакраменто, да только Офелия всегда давала твердый отпор. И сегодня Мейсон предполагала, что отец не упустит возможности не рассказать ей об очередном не мужчине, а мальчике, чье состояние настолько велико, что его хватит, чтобы прожить без бед до самой старости. Заказав себе выпить, девушка изредка отвечала на самые обыкновенные вопросы родителей, не удосуживаясь спрашивать их о чем-нибудь. Многие позавидовали бы ей, сказав, что у нее есть семья, достаток и перспективное будущее, на что бы Мейсон ответила, что о ней и ее семье никто и ничего не знает. Лучше жить среди тех, кто искренне желает тебе счастья, чем рядом с теми, кто хочет, чтобы все было по их плану. А как еще назвать то, что творил Филипп? За всеми россказнями отца, девушка и не заметила, как принесли основное блюдо. Взяв в руки нож и вилку, Офелия осеклась, потому что услышала знакомый голос позади себя. Слишком близко и слишком неожиданно. Оперевшсь локтем о стол, девушка положила свою ладонь себе на лоб, пытаясь разубедить себя, что все это по-настоящему. «Только не ты...»

**

надеюсь, что я не напутала с концом моего поста, солнышко) но я обещаю, что следующий мой пост будет лучше, этот получился больше как переходной

+3

7

мир сошел с ума,
и вполне осознанно,
я вдыхаю этот яд
вместе с воздухом...

  Ты свалял дурака и очень сильно. Сейчас можно было злиться на самого себя, на Офелию, на весь остальной мир. И ты именно это и делал. Злился. Ты довольно часто себя сдерживал. Копил внутри самого себя злость, что образовывала один слой за вторым, и ведь ты осознавал, что рано или поздно это строение рухнет, ты просто больше не сможешь удержать в себе свои эмоции. Осознавал, но не менялся. Ты просто не желал лишний раз расточать свои чувства, да еще и впустую. Даже злость. Она твоя. Это то, чем ты владеешь. Сорвавшись, ты лишь на пару мгновений приоткрыл дверь в свой собственный мир, но сразу же ее захлопнул. Тебе бы сейчас подумать о том, что делать дальше, что ты скажешь своему наставнику, как сумеешь оправдаться и есть ли в этом смысл? Ты подвел человека, который в тебя верил. Уже сейчас, в самом начале. И опять задаться вопросом, что ты будешь делать дальше? Куда тебе сейчас идти. Домой? На кафедру? Стоять на месте, все еще рядом с больницей – это не было выходом, даже если ты превратишься в камень, вряд ли это поможет выйти из того положения, в которое ты загнал самого себя. Ты ощущал внутри самого себя пустоту, а может, это была усталость. Эмоциональная опустошенность. Тебе не раз уже довелось испытать это состояние, и ты прекрасно знал, что за всем этим последует, если ты сразу же не возьмешь себя в руки. Но сейчас не было желания даже просто двигаться. Монотонное втягивание сигаретного дыма и ты даже не замечаешь, что уже докурил, в руках один фильтр. Кто-то тебя окликает, ты оборачиваешься, ловишь себя на мысли, что хотел бы, чтобы это была Офелия. Не можешь сказать, откуда такие мысли, но они повторяются вновь и вновь, а вдобавок приходит понимания того, что тебе она и правда понравилась. Она не была красивой, не тем эталоном красоты, что пленял каждого мужчину, да и заносчивость была ничем не прикрыта и видна была гордость и желание быть независимой, что-то кому-то доказать. Ты все это сумел разглядеть в те короткие секунды, когда не стесняясь, рассматривал девушку, буравя ее своим взглядом. Это раздражало, но и привлекало. Вы столкнулись с ней именно из-за своего нежелания кому-то подчиняться. Одна чета характера – гордость, в двух разных людях и так сложно подчиниться, даже если это необходимо. Это понимание пришло сейчас, когда было уже слишком поздно. Не десять минут назад, не час, когда ты все еще метался по приемной в ожидании своего врача.
  Ты натянул улыбку, увидев девушку, что спешно подошла к тебе и обняла, ты слегка прижал ее к себе, а потом отошел на шаг назад. Может, это и был ответом на вопрос, что тебе делать дальше? У тебя сегодня был день рождения и если не сегодня, то когда еще можно забыть обо всем и сказать, что вся жизнь еще впереди? Даже если это пустые мечты, в которые ты не верил, но иногда ведь хочется просто сказать самому себе, что все и обязательно будет хорошо. Просто поддаться наивности и забыть обо всем плохом.

***

  Ты уже был пьян. Сидя за столиком и рассматривая своих друзей, которые смеялись, а ты упустил момент и сейчас не понимал причину этого смеха. Настроение не улучшилось, алкоголь лишь сильней затянул тебя в начинающуюся депрессию и апатию, и тебе уже не хотелось с этим бороться. Голова болела уже сейчас и у тебя так всегда, одна из причин, по которой ты не любил напиваться. Иногда ты даже завидовал людям, которые в алкоголе находили какое-то успокоение и отдых, ты же…даже будучи пьяным, просто глядел на мир чуть иначе, но не было не смеха, не легкости. Все наоборот. Опустошив бокал, который держал в своих руках, ты поднялся из-за стола.
  - Я пойду освежусь, - тебе не хватало воздуха и тишины. Двинувшись между танцующими людьми, ты еще раз улыбнулся и чуть взмахнул рукой на крик своих друзей, что  кричали в твой адрес поздравления. Ты сбегал со своей же собственной вечеринки, но если бы Мартин, ее бы и вовсе не было, ты просто поддался на его уговоры и на возмущения или скорей на угрозы, при которых он раз десять пригрозил тебе, что больше и не подумает называть тебя своим другом. Ты любил его и держался за него, даже чувствовал себя в какой-то степени виноватым, ведь глядя на Мартина, ты видел, что он просто потерялся. У него было все, ты был не ровня ему, но ваша дружба превратилась в родство, и это было сильней вашего происхождения, да и его родители уже давно приняли тебя. Ты столько раз оставался у них в доме, столько раз вместе с ними выезжая куда-то на отдых, а потом, таская Мартина по кафедрам, уговаривая выбрать свою будущую профессию именно по своему вкусу, а не идти следом за тобой в журналистику. Ему было там скучно, и сколько раз ты делал за него всю работу, только чтобы в итоге его не отчислили. Это и было твоей ошибкой, но даже без слов, ты видел в друге страх и не понимал, откуда он взялся. В уверенном в себе человеке, который всегда становился центром всеобщего внимания и любви. И вот он уже завтра отправится туда, где должен был быть ты! У тебя не укладывалось в голове и казалось, что все это происходит не с тобой. Как и ночной город, в котором ты был рожден, в котором вырос. Ты еще ни разу не выезжал за его пределы и не хотел сбегать и пусть здесь у тебя не было ничего хорошего и ничто не держало, ты до странного был в него влюблен.
  Тебя заставило что-то остановиться. Повернув голову, ты увидел в своем отражении, как у тебя приподнялись брови и расплылись губы в улыбке. Ты стоял возле ресторана, точней возле огромного окна, через которое был виден весь зал и люди, что в нем сидели. За одним из столиков ты разглядел знакомое лицо, с которого утром так жаждал стереть самодовольную улыбку. Ты оглядел улицу, а потом вновь повернул голову, чуть склонив ее и продолжая рассматривать девушку. Ей что-то не нравилось. Переведя взгляд на мужчину, ты слегка нахмурился, запустив руки в карманы брюк и перекатившись с носка на пятки и обратно, ты еще раз скользнул по лицу Офелии. Ты уже практически зашел, остановившись на последнем шагу и вновь вернувшись к окну. Она испортила тебе весь день, можно сказать часть твоего будущего, ведь такого предложения, что тебе последовало уже можно и не получить, а сейчас, ты одергивал самого себя от мыслей, что и тебе хочется просто зайти и испортить ей окончания ужина. Семейного ужина. В мужчине, что сидел рядом, ты сумел с первого взгляда разглядеть все ту же независимость и заносчивость, что были и в Офелии, и ты не сомневался, практически не сомневался, что это был ее отец. Два процента неуверенности ты оставил просто прозапас. Еще раз повторить самому себе, что тебе этого не нужно, а потом толкнуть дверь и на вежливый вопрос ждут ли тебя и заказан ли столик, ты просто прошел мимо, даже не слыша, что одет немного не подобающе для этого заведения. Ты зашел так, чтобы Офелия увидела тебя не сразу, только в тот момент, когда ты уже остановишься возле столика, за которым она сидела. Тебе оставалось только прокричать – сюрприз!
  - Хочешь, угадаю твои мысли? – и когда же вы успели перейти на «ты»? А тебе было не плевать на это? Ты был зол на эту девушку, и ты был пьян, даже не смотря на то, что сейчас ты прекрасно отдавал себе отчет в том, что делал, тебе просто хотелось, чтобы этот вечер был в десятки самых ужасных вечеров этого семейства. Ты опозоришься, на тебя будут смотреть, как на больного и сумасшедшего, но ты даже готов продекламировать запись в своей медицинской книжки. Отодвинув свободный стул, ты сел, не дожидаясь приглашения. Они кого-то ждали, дополнительный набор посуды был поставлен явно не для тебя, но, набравшись наглости, ты взял бокал, что стоял перед Офелией и выпил вино, - м, мда, это явно лучшего того пойла, что я пил час назад. Ох, прошу прощения, не представился, - ты протянул руку мужчине, что смотрел на тебя, успев даже что-то сказать в негодовании, ты только этого не расслышал или сделал вид, что не слышишь, - она ведь ваша дочь, я ведь не ошибся? Да это ведь даже не важно…вы знали, что она у вас просто неумеха в вопросах соблазнения мужчин? Хотя да, - ты слегка цокнул языком, переведя взгляд на Офелию, - попка у нее что надо, хочу заметить. Правда нижнее белье не оставляет место для фантазии. Я бы потратился на комплект чего-то кружевного, вот только случайно так, стараниями вашей дочери оказался безработным, да еще и не с законченным высшим образованием. Но, это ведь не беда! Я думаю, что Офелия вполне обеспечит семью, хоть мне и трудно будет принять ее деньги,- последнюю фразу ты проговорил с легким огорчением и разочарованием, только вот твои глаза и уголки губ, что все еще были приподняты, совершенно не говорил о том, что ты в чем-то там огорчен. – Черт! А я ведь опять не представился! Знаете, ваша дочь совсем заставляет меня теряться. Микаэль, видимо будущий отец ее ребенка. Вы знали, что она беременна? – ты наблюдал за тем, как лицо взрослого мужчины меняется от растерянности до гнева, при котором где-то на шеи все сильней пульсирует вена и сжимаются руки в кулаки, теребя салфетку, что бедная оказалась зажата между пальцами.

+2

8

Мы с тобой поднимаемся, по лезвию в небо,
И не хочется сдержанным быть, и обыкновенным,
Когда ты это бешенство, запускаешь по венам.

     Блеск игристого шампанского, живая музыка и роскошный ресторан - легкая пелена на глазах, которую несложно убрать одним движением руки. О чем еще может мечтать любая девушка? Как бы это примитивно не звучало, но здесь главное слово - любая. Кто-то привык жить, не задумываясь ни о будущем, ни о деньгах, ни о чем другом, что не может помешать наслаждению от жизни. Слишком легко и просто, слишком несправедливо, не так ли? Офелия не была глупой и ценила то, что имела, но при этом не боялась ничего потерять, потому что с самого детства была к этому готова. Наблюдая со стороны за теми, в чьи судьбы удача не вмешалась, девушка не раз убеждалась на собственном опыте, что ничего не долговечно, и именно по этой причине она предпочла идти по жизни своей дорогой, а не узкой протоптанной тропинкой ее родителей. Девушка жалела лишь об одном: никто вокруг не замечал того, что происходит, а быть может просто делал вид, что не замечает? Отец не обращал внимания на заслуги дочери, на ее самостоятельность, грезя лишь тем, что однажды Офелия послушается его и выйдет замуж за одного из сыновей его влиятельных партнеров, а мать, послушно кивая, не давала ей никаких советов, во всем соглашаясь со своим мужем. Разве это правильная политика брака? Мейсон лишь усмехалась, когда наблюдала за своими родителями, потому что порой ей казалось, что она гораздо умнее их. Но так или иначе, несмотря ни на что, и вопреки всякой логике, Офелия все же была здесь, в этом ресторане, за этим столиком. Раз за разом, ссорясь и протестуя, девушка все же приходила к своим родителям, потому что они ее семья. Да, ей очень сложно, порой даже невыносимо, но Офелия точно знала, что по-другому нельзя. Все стоящее дается с трудом, и если ей придется вновь и вновь повышать голос на Филиппа, чтобы в чем-то его убедить, она будет это делать. А сейчас, в этот крайне неудобный и неловкий момент свою каплю дегтя в их чашу подбавлял еще и тот, кто решил все-таки показать на что он способен.
     Если бы можно было охарактеризовать поведение Микаэля, как вопиющую наглость, то вряд ли это словосочетание стоило хотя бы малейшей доли его реального определения. Почему? Потому что мужчина перешел все границы! Но это лишь начало, и когда их глаза встретились, Офелия поняла, что впереди ее ждет явно что-то неприятное. Мейсон поперхнулась, когда Микаэль своевольно присел рядом с ней за столик. Что-то подсказывало, что если она его перебьет и начнет говорить, то этот разговор закончится не скоро. Но все и так происходило слишком быстро и непредсказуемо. Офелия впервые в жизни не могла предугадать поведение человека, чей голос звучал громче, чем все вместе взятые. - Микаэль, прекрати. - Процедила девушка, сжимая в обеих руках столовые приборы. Его стоило как-то остепенить. Заставить замолчать, а лучше вообще сделать так, чтобы он немедленно ушел отсюда, но почему-то с каждой ее новой попыткой что-то ему сказать, мужчина перебивал ее или делал вид, что вовсе не слышит. Всему есть предел, даже терпению Офелии, и когда речь зашла непосредственно о ее фигуре и манерах, Мейсон поджала губы, отсчитывая последние секунды, которые станут раем для Микаэля, ведь последующие ее действия не придут по вкусу мужчине, которого видимо надо научить слову нет! Их знакомство произошло всего лишь пару часов назад, но уже успело перевернуть жизни обоих с ног на голову. Она перекрыла ему доступ в будущее, он же решил не отставать. Никогда в жизни ей не приходилось испытывать такой стыд перед собственными родителями, еще никому не удавалось поставить ее в такое положение! Бесследно это не пройдет ни для кого, однозначно. Злость в девушке возрастала с каждой долей секунды, а ненависть к этому дню давно уже зашкалила. Пора было это прекращать, хотя бы для того, чтобы Филипп не вмешался раньше, чем сделает это Офелия. - Вставай! - Приподнимаясь со стула, девушка резко схватила Микаэля под локоть. - Сейчас же! - Да, Офеляя говорила на повышенных тонах, уже не думая о том, что тем самым еще больше привлекает внимание остальных посетителей. И прежде чем покинуть ресторан, девушка успела крикнуть родителям, что потом все объяснит, а сейчас ей предстоит совершенно другой разговор, не терпящий отлагательств.
- Ты что, черт возьми, себе позволяешь?! - Оказавшись на улице, девушка не стала терять время. Правой рукой она резко схватилась за правое плечо Микаэля, прижимая его стене здания свои предплечьем. Кровь резко пульсировала в ее висках, придавая ей сил, хотя мужчина был выше и сильнее ее, Офелия все же придавливала его к холодному камню. - Какое ты право имеешь вмешиваться в мою жизнь и устраивать подобный цирк?! О каких последствиях ты думал, Микаэль?! Ты думал, что тебе это сойдет с рук?! - Ее глаза приобретали темно-зеленый оттенок. Это первый признак, по которому можно определить степень гнева Офелии. Сейчас же он просто зашкаливал, и все благодаря Микаэлю Дэвидсону, которому по-видимому только нравилось выводить из себя девушку. Возможно, они даже поменялись местами, потому что в данный момент Офелии безумно хотелось, чтобы он почувствовал себя также, как чувствует она. В голове крутилось множество разных мыслей и ни одна из них не была хорошей, чего стоит только предстоящий разговор с отцом. Кто будет виноват? В том то и дело, что не Микаэль, а Офелия! Он уйдет и забудет о том, что было, а Мейсон придется оправдываться месяц за месяцем, что все это неправда и один из ее так сказать пациентов просто решил ей отомстить? Ну не смешно ли звучит? А каково это будет слушать Филиппу, который не прислушивается ни к чьему мнению, кроме своего?! Пожалуй, больше всего и злило Офелию то, какие последствия за собой понесет сегодняшний вечер, сколько всего ей придется выслушивать от отца, и все, черт возьми, из-за Микаэля! Если раньше Офелию не покидала мысль, что возможно она действительно изменила планы Дэвидсона, то сейчас все это куда-то мигом улетучилось! Это он повернул направление руля ее настоящего, даже не подозревая, каких усилий ей стоило сдержаться при родителях. Зато сейчас было все равно. Один на один? Глаза в глаза? Так тому и быть.
- Беременна говоришь?! Так ты считаешь, что будучи неприятной для тебя, я тебя как-то возбуждаю? Чего тебе стоит доказать это, если ни как прийти к моим родителям и заявить, что у нас будет ребенок?! И ты считаешь, что поступив так, ты спокойно через месяц придешь ко мне в кабинет и получишь свою справку? Да ты не понимаешь, что ее заслужить надо, что все это не игра, а реальные серьезные вещи, что один малейший проступок и обвинят не тебя, а меня! Твое желание добиться успеха вполне объяснимо и понятно, но ты хоть раз задумывался, что ответственность лежит не только на тебе? - Девушка отпустила Микаэля и дала ему пощечину. - Заслужил, и не спорь, мы оба это знаем, Микаэль. - Обычно Офелия сдерживает себя, не давая возможность своим эмоциям взять над ней вверх. Пусть это и неправильно, но в какие-то моменты это помогает с профессиональной точки зрения, а сейчас работа оставалась позади, уступая место вот таким вот неожиданным обстоятельствам, под которые так или иначе приходится подстраиваться. С тем, что такие бурные эмоции в Офелии вызывает именно сам Микаэль, а не его поведение, бесполезно. - И не думай, что все закончилось и я от тебя отстану. Ты заплатишь мне сполна за то, что устроил несколько минут назад. Опять-таки, ты понятия не имеешь, что за человек мой отец и что он может сделать! Это не угроза, а наоборот предупреждение, Микаэль. И да, ты с чего такой уверенный в своих словах? Возвращаемся к тому вопросу, с которого начали. Я могу доказать тебе твою некомпетентность, а как ты докажешь, что все твои слова правда? - Ей доставляло удовольствие отвечать на его вызовы и бросать ему новые. Офелии действительно нравилось сейчас вот так выяснять отношения, а это на нее было очень непохоже, так почему же девушка сейчас стоит в этот холод на улице, не собираясь возвращаться обратно? Может Микаэль все-таки этого стоит?

+2

9

поздно
и я не думал, что обернется так серьезно,
все наши чувства не в ноты,
да что ты, кто ты,
таких как ты миллионы бродят толпы...

  Как же тебе нравилось сейчас наблюдать за этими изменениями, что мелькали на лице Офелии. Ты все свое внимание уделял ее отцу, разговаривал с ним, но ты видел не его, ты видел его дочь, где-то там, боковым зрением, но для тебя это было практически то же самое, что смотреть на нее в упор. Ты заметил, как нервно дернулись уголки ее губ, как брови сдвинулись к переносице, как потемнели глаза. Это все, как конец дня, когда сумерки приходят незаметно, но ты замечаешь каждый миг того изменения, что приносят ночь. Тебе это нравилось. Наблюдать. Тебе даже нравился этот новый оттенок глаз Офелии. Они стали насыщенней и ты не смог заставить себя отвести своего взгляда, когда в очередной раз посмотрел на нее. Она на тебя злилась, а ты любовался этой девушкой, откладывая в своей памяти каждую новую черточку, новый изгиб губ, напряженность, что сковала ее. Тебе захотелось скользнуть по ее лбу пальцами, чтобы разгладить складки, что там собрались, когда она нахмурилась и в голове промелькнула мысль о том, что ей больше идет улыбаться, чем вот это сердитое выражение, с которым она на тебя сейчас смотрела. Ты даже невольно дернул уголки губ в улыбке, не в той фальшивой, с которой сюда подошел, а в настоящей. И что ты будешь делать дальше? Играть. Злить. Ты все еще желал, чтобы этот вечер был ля нее таким же ужасным, как и всех твой сегодняшний день. Слишком много мыслей в голове о том, что тебя ждет в будущем. Слишком много неуверенности в том, что для тебя теперь будет невозможно добиться чего-то хорошего. Столько работы и все силы были потрачены впустую и из-за чего? Из-за кого? А вот именно это и заставляет тебя делать сейчас то, что ты делаешь, и не дает встать, извиниться и уйти.
  - Дорогая, в твоем положении довольно вредно нервничать, я ведь прав, мистер Мэйсон? – твой голос был настолько невинен, насколько ты вообще сам выглядел юным и неопытным молодым человеком. С такой большой, очень большой натяжкой, ты мог бы сказать, что в нем было слышно и искренность. Опустив глаза на руку, которой Офелия схватила тебя за локоть, пытаясь поднять, ты еще раз улыбнулся, чуть извиняющийся, - прошу прощения, но видимо придется поддаться ее желанию. Ты успел даже сделать еще один глоток вина, допив содержимое бокала и поставив его на стол, поднялся, идя следом за Офелией к выходу. Не обращая внимания на людей, что, тихо переговариваясь, даже и не нужно было, чтобы они говорили в полный голос, и так было понятно, что они обсуждали происходящее, а может и погоду на завтра, впадая в негодования оттого, что придется брать с собой в очередной раз зонты. Уже не улыбался, лишь усмехался, и эта усмешка была нервной. Ты выдернул свою руку из хватки Офелии, когда вы оказались на улице, а до этого ты все продолжал изображать покорность, а сейчас, ты смотрел на нее сверху вниз, прямо в глаза, утопая в них, в этой насыщенности. Чувствуя за спиной стену, ты слегка расслабился, не сопротивлялся, дал Офелии еще ближе к тебе приблизиться. Если бы ты пожелал ее поцеловать, вот сейчас как раз и было самое время, потому что ваши губы были так близко друг от друга и не важно, что Офелия пылала яростью из-за того поступка, что ты совершил. Ты просто чувствовал легкий аромат туалетной воды, что исходил от ее тела, запах волос и вдруг захотелось его вдохнуть чуть глубже.
  - Мне абсолютно наплевать на то кто твой отец и что он может мне сделать, - ты все это проговорил медленно, разделяя каждое свое слово. Ты говорил сейчас чистейшую правду, а она еще заключалась и в том, что ты был никем и все, что у тебя было так это имя и фамилия. Не работы. Не квартиры. И кажется, что ты в очередной раз повторяешься. Но факт оставался фактом и даже если бы отец Офелии был президентом этой страны, все, что он мог тебе сделать, так это лишь убедиться в том, что ты и так уже оказался где-нибудь под мостом, среди вот таких же нищих и бездомных людей. – Неужели ты настолько наивна и думаешь, что я через месяц к тебе приду? Или ты все это утром устроила именно из-за того, что пожелала меня вновь лицезреть перед собой? У меня не было этого месяца! – ты бы мог сейчас наговорить столько всего, раскрыться, сказать, что это твой единственный шанс, твой выход из этой рутины, в которую тебя затягивает, и нет никакой возможности из нее выбраться и именно она, вот эта девушка, и оборвала последнюю ниточку, забрала последнюю возможность. А это глупо. Ты этого не хотел, а может, врал себе, что не хочешь. Ты устал за сегодня улыбаться и говорить, что все у тебя хорошо. Тебе нужен хоть кто-то, с кем ты сможешь поделиться своими волнениями, переживаниями, мыслями и болью. Но нет…ты повторяешь себе, что это может быть кто угодно, только не Офелия. Ты запрещаешь себе, одергивая, заставляя схватиться за щеку, когда Офелия влепила тебе пощечину. Вот этого ты точно не ожидал, от чего даже раскрыл рот... в удивлении ли или же в желании опротестовать ее заявление. А насколько же она была не правда? Да ведь права, на все сто с лишним процентом и ты вынужден вновь закрыть рот, громко сглотнуть и медленно опустить руку, чувствуя, как горит щека от пощечины. – Ты ни черта обо мне не знаешь, чтобы что-то мне доказывать! Пару строк в моем личном деле и ты уже сделала выводы о том, что я не умею подчиняться. А может, и не умею, тебе-то какое до этого дело!? Что ты вообще знаешь о том, как жить, полагаясь лишь на самого себя? На свои решения, на свои выводы и силу? Я умею отвечать за то, что сделал! И знаешь, - ты уже отошел от Офелии, был где-то в двух шагах от девушки, когда это все проговаривал и на этот раз ты это говорил резко, не сдерживая в себе и не меняя злости, что сочилась из твоего голоса, интонации. Ты сделал шаг, быстрый, скользнув рукой по плечу Офелии, и теперь именно девушка была прижата к стене, а твоя вторая рука замерла на ее шеи, поднимаясь чуть выше, скользнув пальцами по подбородку, ты заставил ее голову немного приподняться, чтобы вы вновь смотрели лишь в глаза друг друга, - вот так я могу доказать, что мои слова правда, - ты выдохнул это в ее губы, а потом поцеловал, напористо, не обращая внимания на то, что девушка тебе не желала отвечать, но это лишь первые секунды. Ты почувствовал привкус ванили и шоколада и чуть углубил свой поцелуй, ощущая под своими губами, что Офелия расслабилась, упираясь своей рукой в твою грудь. Несколько секунд…коротких или длинных, до голоса за твоей спиной. Ты отпустил руки, все еще не разрывая соприкосновение ваших губ, - вот так могу, но тебе разве не все равно? - прошептал, опять лишь в ее губы, не обращая внимания на мужчину, которого явно довело до последней стадии гнева то, что он увидел. Ты отошел от Офелии, больше ничего не говоря, скользнув взглядом по ее отцу и как будто ничего не было секунду назад, двинулся дальше по тротуару в том направлении, куда шел до всего этого спектакля.

+2

10

Голос с колокольни тишину встревожил
И тепло скользнуло по холодной коже.

     Интересно, если бы каждого человека поставили перед выбором: вечность, которую можно провести под гнетом сумбурных обстоятельств, или один день, которым можно распоряжаться так, как только захочется? Сделал ли человек этот выбор или остался в раздумьях? В принципе не важно, как поступили бы другие люди, главное Офелия давно уже знала ответ на этот вопрос, а где-то в глубине души даже взволнованно ждала его, несмотря ни на какие предрассудки. Иногда очень хочется что-то изменить в своей жизни. Начать все с нуля, забыть, что было прежде, а быть может просто попробовать что-то новое. Смысл остается тем же - мы пытаемся что-то изменить. Но нередко бывают и такие случаи, когда кто-то другой, кто-то совсем незнакомый, кто-то, кто способен кардинально изменить положение всех дел, делает гораздо большее, чем он может предположить: показывает, что быть настоящими не так уж плохо. Офелия безумно злилась, она была готова продолжить кричать на Микаэля, будучи убежденной, что она права. И это так, но вместе со всем этим, благодаря тому, что сейчас происходило, впервые за долгие годы девушка могла чувствовать хоть что-то, кроме желания быть понятой. Наверняка, как раз сейчас Микаэель, сумевший ввести Офелию в замешательство еще утром, когда только перешагнул порог ее кабинета, рьяно пытался доказать девушке, что она помешала его карьера. Да, это правда, он прошел всех врачей, но только она поставила крест на его будущем, пусть через месяц чернила испарятся, а кто-то другой подарит ему белый билет, факт оставался фактом. И сегодня Офелия не в первый раз оставалась один на один с выбором, от которого зависело многое, пожалуй, даже слишком многое, если умудрится заглянуть немного в будущее. Наверное, самые важные решения человек принимает при весьма странных обстоятельствах, так быть может она поступит правильно?
- Микаэль, ты вернешься в мой кабинет, и не потому что я права или что-то в этом роде, ты заслуживаешь этого, просто не сейчас.- Голос Офелии стал спокойнее. Невольно коснувшись ладонью своего лба, она поняла, что Микаэль должен ей поверить. На кон были поставлены слишком серьезные вещи, чтобы сейчас шутить. Да, однозначно, Офелия не ошиблась в нем. Перед ней все-таки стоял мужчина, а не мальчик. Пусть еще не до конца осознавший, что Мейсон не просто дочь богатых родителей, живущая за их счет и считающая, что весь мир вокруг нее и вертится. Она не собиралась отступать, наоборот, в ней появился еще больший энтузиазм, вызванный словами Микаэля.- Я бы не позволила себе стать причиной краха будущего другого человека просто так, я бы не стала сейчас стоять здесь с тобой и что-то доказывать, если бы ты того не стоил, а раз ты веришь мне, раз посчитаешь, что в моих словах есть хоть какая-то доля правды, то ты вернешься лишь для того, чтобы доказать мне, что ты был прав. - На этот раз молодые люди поменялись ролями, неожиданно для себя, Офелия оказалась прижата к стене. Ей даже не пришлось приподнимать голову, чтобы увидеть глаза Микаэля, потому что хватило пары движений для того, чтобы его голубые, словно покрытые тонкой пеленой стали и выдержки, глаза в упор смотрели на девушку. - Да как ты... - Офелии не удалось договорить последнюю фразу. Почему? Потому что Микаэль не дал ей этого сделать, прильнув к ее губам. Возмутительно ли это? Да, возможно. Неожиданно ли это? Да, безусловно. Приятно ли это? Глупо было бы скрывать и не признаться в этом самой себе. Рука сама невольно скользнула по его пояснице, а губы раскрылись, отвечая на поцелуй. Что-то новое: какое-то до боли разжигающее чувство, что медленно разливалось по всему телу, которое Офелии не хотелось прерывать. Но прежде чем у нее успели возникнуть хоть какие-нибудь мысли, кроме всепоглощающего чувства наслаждения, раздался твердый, и как всегда возникающий из ниоткуда, голос Филиппа.
- Офелия Габриэлла Мейсон, будь добра немедленно вернуться в ресторан и объяснить, что здесь произошло! Я не стану повторять это дважды! - холодный и отчужденный возглас. Наигранно ли это было Офелия так понять и не смогла. О чем он беспокоился? О том, что ее кто-нибудь увидит и назавтра в какой-нибудь газете будет написано, как проводит время дочь самого известного издателя в этом городе? Смешно, не правда ли?
     Вновь выбор. Вновь приходится что-то решать. Остаться сейчас здесь, вернуться за столик и вести себя, как примерная дочь, выпрашивая отцовское прощения за вообще чужое поведение? Или пойти туда, где ничего не ясно, где впереди все как белый лист, где кровь обязательно будет бурлить, чтобы доказать, что жизнь не проходит мимо? Что все-таки лучше? Никогда не знаешь, где найдешь, а где потеряешь, и если уж Офелия приняла решение пойти до конца, то именно так она и поступит. В любом случае, ей гораздо приятнее будет провести время с Микаэлем, нежели в ожидании какого-то маменькиного сынка, которого сегодня обязательно приведут на эту встречу, чтобы познакомить с кем-то Офелию. Мейсон провела пальчиками по своей нижней губе, словно удостоверяясь, что все это было по-настоящему, и взглянула на фигуру Дэвидсона, который постепенно отходил от этого места. Игнорируя просьбу отца, девушка окликнула его: - А что, если мне не все равно, Микаэль? - Он доказал ей все, что так было необходимо Офелии, сказав, что ей все равно. Но нет, не в этот раз и не с ней. Пусть уже завтра Мейсон будет себя ненавидеть, но сегодня она покажет ему себя настоящую. Мужчина обернулся, а девушка лишь продолжила говорить: - Твой День Рождения еще не закончен, у нас есть еще пара часов, чтобы отпраздновать его, ты не против провести его в моей компании? - Офелия улыбнулась, все еще поражаясь самой себе. Когда она последний раз была такой настойчивой?
     Прошло примерно около получаса с того момента, как Мейсон, надев пальто, оставила кричащего отца стоять посередине улицы, чтобы уйти куда-нибудь вместе с тем, с кем на самом деле хотелось провести время. Девушка не было стыдно за свое поведение, но что еще больше удивительно, с каждой минутой, проведенной в компании с этим мужчиной, Офелия не то, что не жалела о содеянном, она была уверенна, что поступила правильно. Еще пара минут и они оба оказались в одном из заполненных баров Сакраменто, найдя пару свободных мест прямо у барной стойки. Дождавшись, пока Микаэль сделает заказ, Офелия перекинула ногу на ногу, удобнее усевшись в кресле и повернувшись в три четверти к мужчина, решила первая начать разговор, который сегодня вряд ли закончится очень быстро, ведь они оба этого не хотят, верно? Раз хотели, то не оказались вдвоем в этом забытом месте. - Ты хотел знать, умею ли я полагаться на себя, свою силу и свои решения? Как видишь, - девушка взглядом осмотрела все помещение, и когда им придвинули выпивку, взяла себе стакан вина, своего любимого красного сладкого вина. - Я здесь, я с человеком, с которым познакомилась десять или двенадцать часов назад, с которым уже успела поцеловаться, - Офелия рассмеялась и вновь посмотрела на Микаэля, не собираясь останавливаться. - Ты хотел знать что-то обо мне? Так вот несмотря на то, что мой отец владелец крупного издательства, что меня, к слову не радует, и я не хвастаюсь этим, я сама зарабатываю себе на учебу, сама плачу за нее и стараюсь не брать денег своих родителей. Ты можешь сейчас сказать, что мне в любом случае легче и это будет правдой, так как долгое время я жила, не заботясь о наличии денег в кармане, но прежде чем прийти к такому выводу, ты должен знать, что работа для меня это не просто смысл жизнь, это возможность выбраться отсюда, из дома, от родителей, от этой фальши, это возможность начать жить самой, Микаэль, и ты не в праве меня осуждать за то, что я сделала свою работу правильно.

+3

11

Я твоих игр, наверное, не пойму -
Даришь надежду, сразу её забираешь.…
А в итоге все сводится к одному:
Я пишу тебе, ты никогда не читаешь.

  Ты готов был рассмеяться, но настолько увлекся, что забыл даже о том, как дышать. Все еще чувствовал тепло на своих губах, удаляясь, не оборачиваясь, коснувшись пальцами своих губ. Это все было настоящим, как и стук твоего сердца, что сейчас в твоей груди не желало успокаиваться. Настоящее и ты так хочешь жить лишь этим моментом, не думая о прошлом и будущем, лишь в настоящем. Ты все еще хочешь злиться, но уже и это получается плохо. Вылавливаешь из памяти слова Офелии, чтобы вернуть эту злость и получается, но лишь частично. Она говорила с тобой, как с ребенком, малым ребенком, который вернется лишь для того, чтобы доказать, что прав именно он. А ведь так и будет. Она права. Всегда было именно так, даже если ты запинался, ты продолжал идти дальше и пусть через вот эту апатию, с которой ты сегодня боролся, но ты привык доказывать самому себе, что достоин хоть чего-то. Чего-то…вот хотя бы вот этого поцелуя и даже если бы она влепила бы тебе вторую пощечину за последние несколько минут, ты бы уже завтра стоял под окнами ее кабинета. Добивался бы ее внимания, улыбки, что была бы лишь для тебя или криков о том, чтобы ты больше и не думал приближаться. Ты был в ее жизни, а она в твоей и ты сумел бы опровергать все ее слова о том, что ты не умеешь подчиняться, не умеешь уступать, не умеешь отвечать за свои слова и поступки. Она взглянула бы на тебя совершенно иначе, ты бы сумел этого добиться. Уже добился, ведь она тебя не оттолкнула. Она ответила на поцелуй, который ты начал неожиданно, не спросив позволения для того, чтобы приблизиться до расстояния, при котором дыхание каждого становится единым. И все еще привкус шоколада на губах, которые ты слегка облизал, одергивая себя от желания обернуться, когда услышал голос Офелии. Ты теперь дразнил ее. Ты не звал ее за собой, не остался рядом. Ты как одинокая капля дождя, что упала, не дождавшись своих собратьев. Позвал одним прикосновением последовать за тобой, не произнося не единого слова, и внутри тебя слишком сильная уверенность в том, что Офелия подхватит этот импульс, тебе останется лишь протянуть руку и сжать пальцы, почувствовав в своей ладони руку девушки. 
  - А если скажу, что я против? – ты обернулся, улыбнувшись, запустив руки в карманы пальто и чуть склонив голову, ты смотрел на девушку, - тебе слишком понравился поцелуй, чтобы даже если скажу «нет», ты вернулась к своему ужину. Признайся! - наглости тебе всегда было не занимать, и раз ты с самого начала вел себя открыто, зачем было бы сейчас притворяться? Ты ждал ее, думая о том, что этот день все же не так уж и плох. Ты утопал в повседневности, в занятиях, в подработках и начинал уставать от мимолетных связей с теми, кто в твоей жизни совершенно не желал задерживаться. Или скорей с теми, кого ты сам прогонял. Неужели думал, что Офелия будет иной? Ты просто хотел закончить вечер в компании этого человека. Тебе просто стало интересно, а сможет ли она пойти с тобой, насколько ее настоящий образ отличается от того, что ты уже успел нарисовать в своей голове.
  Вы были совершенно из разных миров, и вряд ли тебе был открыт доступ в мир, в котором всю свою жизнь прожила Офелия. Да и разве ты хотел туда? Даже не смотря на то, что ты оставался на другой стороне этого мира, где не было богатства, не было шика и блеска, лишь серость будней, ты не рвался оказаться в роскоши, тебе было достаточно того, что ты просто мог жить. Мог дышать свободно, и ты не верил, что свободу дают именно деньги. Ты наблюдал за Офелией и хотел у нее спросить, а насколько свободна она? У нее ведь есть все. У нее есть семья. Если сейчас ты ее отпустишь, именно ей есть куда возвращаться.
  - А кто сказал, что я хотел что-то о тебе знать? – ты сел рядом, чуть вздернув бровь и внимательно рассматривая лед в своем бокале, - это всего лишь импульс, то, что ты пошла за мной. Или как бы ты выразилась утром в своем кабинете – вызов ребенка родителям. Пытаешься доказать отцу, что он уже давно не имеет права что-то решать за тебя? Если бы я не ворвался вот так бы в тот ресторан, ты бы не решилась на такой шаг, потому что он несет слишком много ответственности, милая. Дополнительный набор был поставлен ведь для твоего возможного жениха? Явно какого-нибудь двухметрового красавца, да еще и с шикарнейшем банковским счетом,– ты сделал один глоток и повернул голову в сторону Офелии, - потанцуем? У меня все еще день рождения и ты мне не откажешь, тем более уже раз лишила меня подарка, который я заработал своим трудом и стараниями, - ты махнул бармену, чтобы он наполнил вновь твой бокал и долил вина Офелии, ты даже успел в который раз улыбнуться, когда понял, что угадал с ее вкусовыми предпочтениями. И ты уже стоял на ногах, протянув руку девушки, - ты же не ждала, что я буду здесь и сейчас философствовать о жизни? Или тебе нужен двухметровый красавец? – ты слегка прикусил губу, все так же держа голову набок и терпеливо дожидаясь, когда Офелия решится на твое предложение.
  Все твои действия и поступки, слова, они были слишком импульсивны, необдуманными. Ты никогда себе не позволял такой легкости. Ты привык себя сдерживать и контролировать, лишь изредка давая себе разрешения на отдых. У тебя не было возможности для того, чтобы жить одним развлечением, и ты об этом так же не сожалел, как и о том, что всю свою жизнь тебе приходится быть сильным, чтобы жить. Это все часть тебя самого, и ты от этого не желал избавляться. Но рядом с Офелией, ты забыл о мире, что ждал тебя, вот он мир, сейчас был рядом с тобой, ты к нему прикасался, чувствовал под своими руками тепло ее тела, слышал, как бьется ее сердце, когда вы замирали между тактами музыки, под которую двигались. Ты задержал руки на ее животе, прижимая Офелию к себе, скользнув губами по шеи, замирая, чуть прикрывая глаза. Вы уже шли на выход, ты просто держал ее руку в своей, для того, чтобы не упустить, не дать ей от тебя отстать. А может просто боялся, что она остановится…

Отредактировано Michael Davidson (2013-01-06 23:20:52)

+3

12

Мне не важно, сколько столетий придётся ждать,
Сколько вечностей будет тянуться последний день.
Сколько раз я услышу глухое "мне очень жаль".
Сколько раз расскажу тебе сказку - зачем ты здесь.
Ну а если - ты знаешь - получится так опять,
Что твой мир разобьётся, считая твои следы, -
Я всё так же безумно отправлюсь тебя искать.
И найду тебя. И уведу прочь из темноты.
И когда-нибудь после увижу твои глаза.

adel - skyfall

     Обернитесь и посмотрите вокруг. Вам нравится то место, в котором вы находитесь? Вас устраивает человек, что сидит от вас по правую сторону? Вы уверенны, что все, что вас окружает, это именно осуществление ваших желания? Быть может, кто-то задумается над этими вопросами, но Офелия успела их задать себе еще в тот момент, как только переступила порог ресторана, который разделял ее между двух огней: нелепой обязанностью и собственным желанием? Всегда рассудительная и уверенная в своих словах, не дающая себе спуску, девушка позволила хоть раз в жизни поддаться тому необъяснимому чувству, которое и заставило ее крепко взять Микаэля за руку. А сейчас, проводя пальчиком по ободу бокала, Офелия впервые задумалась не о том, что предстоит делать дальше, не о наверняка предстоящем серьезном разговоре с отцом, а о том, что сейчас, в этот момент, ей так легко с человеком, который позволял ей быть собой, хоть и заставляющий теряться девушку в самые неожиданные моменты ее жизни. Вот как в данный момент, в коротких отблесках этого приглушенного цвета, в едва различимых звуках неизвестной пока еще мелодии, Офелия смотрела в глаза Микаэлю, позволяя себе некую вольность - просто любоваться его глазами. Ей то и дело хотелось протянуть к нему руку. Для чего? Во-первых, для того, чтобы унять наглость его слов. Да, он был совершенно прав, когда заговорил о ее поступке при родителях, но на каждое его предложение тело отзывалось по-своему, каждое слово Микаэля приравнивалось к маленькому разряду тока, и тогда сразу становилось неясно: хочет ли она это прекратить или же ей наоборот - этого слишком мало? А во-вторых, Офелия странным образом была убеждена, что если она еще раз прикоснется к нему, то этот вечер продлится чуточку больше, а ведь Мейсон только и хотела того, чтобы остаться здесь. В этом месте, где можно чувствовать и дышать, а не только думать о последствиях.
- Могу поспорить на что угодно, что ты хочешь знать, - Офелия не могла не улыбнуться, когда еще раз взглянула на Микаэля, в глазах которого можно было многое прочесть. Еще тогда утром в ее кабинете, Офелия прекрасно поняла, что в нем есть что-то, что не может не зацепить - его взгляд, не так ли? Если бы Мейсон была знакома хоть с кем-нибудь, кто раз пересекался с Микаэлем, то и он бы подтвердил, что она сейчас права в своих рассуждениях. А если это так, то в данный момент Офелия видела этот неподдельный интерес к себе. Настоящий, подлинный, да разве она хоть раз видела у незнакомого человека что-то подобное к себе? Ни разу в жизни, а рядом с ним все начиналось по-новому, совсем по-иному, с другим раскладом, к которому Офелия так привыкла жить, стараясь не идти против течения той реки, в которую зашла собственноручно, но сейчас не было никаких условий, законов или же предписаний, сейчас просто можно было быть собой, и, наверное, этот вечер навсегда останется в памяти девушки по этой причине. - И позволь я сама выберу, с кем мне хочется проводить вечер, откуда тебе знать, вдруг я уже выбрала этого двухметрового красавца? Вот он, сидит рядом со мной и как раз пытается философствовать. Может ты и прав, но лишь в какой-то степени, так что на твоем месте я не была бы уверенна так в своих словах, хотя да, наглости тебе не занимать, Микаэль, - Девушке безумно хотелось продолжить, что ей это и нравится, но она решила пока что опустить этот момент, вновь взяв бокал чтобы отпить еще немного вина, так приятно скользящего по горлу и растекающегося где-то внутри. Кстати, но это еще не все, что Мейсон нравилось в мужчине, ведь девушка не упускала возможности, чтобы лишний раз назвать его по имени. Но зачем? За тем, что осознание того, что все происходит по-настоящему, а не где-то в глубине ее мыслей, происходило лишь благодаря тому, что его имя очередной раз срывалось с ее губ.
     Офелия протянула руку Микаэлю, и через пару секунд они оба уже были среди таких же пар, как они, кто не замечает вокруг никого, а лишь наслаждается плавными переходами одних нот в другие, движением тел в такт, его неровным сбившемся дыханием, его близостью. Ради таких моментов, пожалуй, и стоило вытерпеть весь сегодняшний день, ради таких моментов, можно не задумываясь, позволять себе то, чего никогда не делала с другими, но только ради именно таких моментов... Офелия не из тех девушек, кто страдает от нехватки мужского внимания, но сейчас ей хотелось выглядеть настолько идеально, насколько она могла бы, ради того, кто не только устроил дебош на ее работе, но еще и выставил ее перед родителями не в самом лучшем свете, тогда почему же? Не трудно было догадаться, что за это Микаэль ей и понравился, не выглядившись идеальным мужчиной и примерным семьянином, не строящий глазки Офелии, и не пытающийся стелиться перед ее отцом, просто настоящий и такой, как он есть и привлек ту, которая никогда в жизни не встречалась ни с кем, кто хоть отдаленно был похож на Микаэля. Это одновременно и пугало ее, но и влекло, и, пожалуй, второе чувство оказалось гораздо сильнее первого. Пытаясь двигаться как можно изящнее, Офелия сама не заметила, как переплела их с мужчиной пальцы и прижалась спиной к нему. Склонив голову назад к его шее, Офелия слегка улыбнулась и почти шепотом произнесла: - Ты не боишься, что играешь со огнем, а назавтра обо всем пожалеешь? - Не настолько важен был ответ, как сам этот вопрос. Этим самым она вновь бросила вызов Микаэлю, продолжила то, с чего они начали, давая понять мужчине, что не собирается уходить. Но все же, сжимая его в своей все крепче, Офелия безмолвно просила и его не оставлять ее, хотя бы сегодня, в этот вечер и ночь остаться рядом. Сначала безлюдная на удивление улица, затем ночное такси, где Офелия то и дела ненароком касалась его: все сводилось лишь к одному обоюдному желанию, но как же не хотелось думать о том, что это может закончится...
     Офелия сама хотела этого, сама хотела оказаться в том месте, где сможет провести ночь с Микаэлем, и спустя несколько долгих минут, девушка  уже помогала Микаэлю стянуть с себя плащ лишь для того, чтобы поскорее коснуться его губ своими и все-так же, с его любимой интонацией, произнести:- Ты главное помни, что я тебя предупреждала. - Слова перестали что-то значить, остались только объятия, взгляды и тяжелое дыхание, которое обжигало кожу - она отдавалась слишком ярко, слишком громко в каждой клеточке ее тела. В комнате постепенно становилось жарко, воздух можно было почувствовать руками, и было сложно не поддаться этому безумному чувству влечения, что продолжало сводить с ума. Офелия была будто в оглушительной тишине, прерываемой лишь ее громким дыханием и шепотом Микаэля, с затуманенным взором, полностью сосредоточенная на том, что происходило между ними двоими. Треск одежды, разрываемой либо в беспорядке срываемой с плеч, руки скользили по телу, медленно сжимая, а губы  искали хоть какое-то тепло, стараясь согреться. Повинуясь тому непонятному чувству, от которого мутнел разум и подкашивались ноги, они старались найти друг в друге то успокоение, которое было необходимо им обоим, выплескивая ту страсть, что скопилась. Это отдавалось где-то внизу, а еще в каждой клеточке ее тела, в висках, это чувство постепенно завладевало полностью ее сознанием и разумом, не давая шансов к отступлению. Она повиновалась каждому его действию, буквально таяла в его руках, и она не могла это объяснить точнее, чем опьяняющее воздействие Микаэля на ее разум.
     Пальцы сбивались, пытаясь расстегнуть мелкие пуговицы на пиджаке мужчины, с какими-то ей удалось справиться, остальные же легкой россыпью оказались на полу, откатившись чуть дальше, на них же и приземлилась, стянутая с плеч мужчины. Касаясь губами его тела, она слышала его приглушенные стоны, которые эхом отдавались даже в кончиках пальцев, которыми Офелия скользила по телу мужчины. Огибая руками каждую клеточку его тела, она чувствовала тот же азарт и ту же страсть, что владела и Микаэлем, который рьяно, в свою очередь, освобождал от ткани ее разгоряченное тело. И вновь и вновь, его обжигающие поцелуи на ее шее, которым она поддалась отклоняя голову, одновременно чувствуя прикосновения его сильных рук. Прекрасный способ забыться, и она забылась, прежде чем почувствовала очередное горячее прикосновение губ мужчины, прежде чем полностью отдалась этому чувству, передаваясь в его власть. Одежда уже не служила преградой, сваленная в беспорядке по всей комнате, была лишь призрачным отголоском к тому, как эти двое вновь приникли друг к другу, начиная новый поцелуй. Руки девушки скользили по его телу, уже не сталкиваясь ни с какой преградой из ткани, она почувствовала, как его сильные руки чуть сжались на ее талии, и в следующий момент Офелия оказалась уже на кровати, руками опираясь в ее мягкую поверхность по обе стороны от Микаэля. Девушка выгнулась слегка назад, упираясь обеими ладошками в грудь Микаэля, испуская долгий стон, который прервался лишь их поцелуем. Она не помнила саму себя, разум застилали ощущения, которым она полностью подчинилась, действуя по инерции и ощущая его горячее дыхание на своей коже, Офелия знала, что сейчас это был самый лучший способ забыться - вместе с ним, отключая сознание обоих и вряд ли помня о том, что они несколько часов назад ругались, а сейчас - все поцелуи, объятия, эти переменно тихие и громкие стоны пьянящими отзвуками отдавались в ее висках, заставляя полностью отключить и разум, и тело.

Отредактировано Ophelia Davidson (2013-01-10 21:05:08)

+3

13

[mymp3]https://dl-web.dropbox.com/get/celldweller_-_the_wings_of_icarus_featuring_james_dooley.mp3?w=08d3caa0|Celldweller  The Wings of Icarus[/mymp3]
Я хочу быть живым, и что бы это ни значило,
Я хочу быть собой, и жду, и помню, и плачу я...
я хочу быть живым... это сердце во мне, это бьется любовь...
Настоящая...

  Кто может с уверенностью сказать, что такое счастье, и дать единое определение этому состоянию? Наверное, никто. Потому что для всех оно разное, с разным смыслом, вкусом и запахом. Чтобы это не значило, ты этого хотел. Ты хотел вдыхать воздух, в котором было бы дыхание Офелии. Ты хотел прикасаться к теплу, что исходило лишь от ее тела. Ты хотел замирать в тот момент, когда ее сердце рвалось наружу. Ты этого хотел так же сильно, как и просто жить. Нет ничего сильней, чем простое желание, которое продиктовано вожделением, и ты не хотел ему противостоять. Где-то ты понимал, что все это не правильно. Понимал, но это тебя не могло остановить. Слишком тихо в те моменты, когда ваши губы соприкасались. Это как разряд тока, только сильней, желанней. Чувствуя, как ее руки соприкасаются с твоей кожей, и от этого у тебя перехватывает дыхание, ты задыхаешься, пытаясь найти хоть чуточку воздуха, чтобы дать голосу разума найти выход. Дверь захлопывается, и больше не было дороги назад, а ты и не хотел, чтобы эта дорога у тебя была. Ты и не хотел куда-то идти, лишая себя возможности этих прикосновений. Эти прикосновения были всем, чем ты хотел сейчас жить. Жить, не жалея не о чем. Ты замирал лишь для того, чтобы твои губы вновь коснулись кожи Офелии, какого-то нового участка, с которым ты еще не был знаком и эти поцелую опьяняли намного сильней, чем весь тот алкоголь, который ты сегодня выпил. Ты был пьян, но именно от сладкого аромата, что исходил от тела женщины. Он задерживался на твоих губах, и тебе приходилось прикрывать глаза, сдерживая тихие стоны, что рвались наружу. Ты не думал, не останавливал, лишь раз, когда ваши губы вновь встретились, ты просто не пожелал ничего слышать, не давая Офелии ничего говорить. Вы подумаете завтра. Вы поговорите завтра. Так же как и сожалеть, вы будете завтра. Вы разойдетесь, может быть, даже потом не вспомните ничего, спишите всю эту ночь на алкоголь, но все это будет завтра…сейчас, ты замер еще на миг, чтобы посмотреть на Офелию, упираясь одной рукой о подушку рядом с ее головой, ты поддался чуть ближе, скользнув губами по ее подбородку, ключице, груди.… Все сожаления вы оставите на другие мгновения вашей жизни, как и ссору, что свела вас сегодня, оставив один на один. 
  Ты редко, очень редко испытывал что-то похожее, что было у тебя в эти мгновения с Офелией. Это все сводило с ума, разгоняя жар по всему телу, и каждое прикосновение отдавалось приятной болью, усталостью, заставляя двигаться медленней. Оттягивая момент, когда вы замрете, разрушая тишину, что окружила вас, не давая слышать ничего, кроме биения ваших сердец и вашего дыхания, тихого шепота. Вы растворились в движениях, в прикосновениях, в телах друг друга. Нет ничего более естественного, чем то, что вы делали, разгоняя любые сомнения, что могли быть в ваших головах. Ваши тела говорили все за вас. Каждое соприкосновение вашей кожи, ваших губ…реакция Офелии, твоя – это и было самыми честными ответами в вашем немом разговоре, который нарушали лишь стоны. И ты сдерживал себя, сдерживал для того, чтобы создать для Офелии минуты, которые она не смогла бы забыть. Это все было где-то на уровне твоего подсознания, ты просто хотел, чтобы эта женщина растворилась в нежности, с которой ты касался ее тела, вновь и вновь покрывая его поцелуями. Забывая о себе и опять лишь импульсы, которые и толкнули тебя зайти в ресторан и устроить представления. И опять лишь желание, как и то, с которым ты так хотел, чтобы Офелия на тебя злилась, только сейчас в сотни раз сильней, доводя ее до криков и твоей попытки сдержать громкий стон, когда ее руки замерли на твоей спине, оставляя там чуть заметный след от ногтей.
  Теперь ты лишь дышал. Лежа рядом с Офелией, все еще скользя пальцами по ее животику и оставляя еще один поцелуй на ее плече, чуть приподнявшись на локте, ты дернул уголками губ, заглядывая в глаза девушки.
  - И кто из нас завтра об этом будет жалеть? – ты хотел бы добавить, что-нибудь еще, но, немного еще поддавшись вперед, ты вновь замер, коснувшись губами губ Офелии и начав поцелуй, а может, продолжая еще тот, что вы начали возле ресторана. Ты так хотел, чтобы эта ночь не заканчивалась, а ты ведь так редко дорожил временем, которое проводил с женщинами. Все это было проходным и ничего для тебя не значащим. Это просто как дышать, ведь без дыхания жизнь не возможна, а в случайных связях, ты искал возможность сбежать от одиночества. Ты в этом никогда не признаешься, ни кому-то, не себе, но правду ты знал, и сегодня растворяясь в Офелии, ты впервые захотел, чтобы эта ночь длилась как можно дольше. Ты о ней практически ничего не знал, но в тот же момент знал намного больше, чем о любой другой женщине, с которой когда-либо встречался, и тебе нравилось это. Нравилось, как и чувствовать под своими губами легкую горечь, что может оставлять лишь самый черный из всех сортов шоколада. Нравилось, как чувствовать бархат под своей ладонью, когда ты проводил вниз по бедрам Офелии. Ты все еще хочешь раствориться и проникнуть внутрь Офелии, оказаться, где-то в ее мыслях, в ее сердце. Ты так эгоистично хотел, чтобы она тебя просто запомнила. Ты с этими мыслями и закрывал глаза, когда за окном уже появились первые отголоски рассвета, еще раз скользнув рукой вниз по спине девушки и задержав ее где-то на ее талии. Запоминая и зная, что утром ты не повторишь свои слова, которые говорил каждый раз, когда хотел избавиться от воспоминаний о проведенной ночи, как и, зная, что не захочешь куда-то бежать, чтобы вычеркнуть любые образы, что помнила твоя память.

Это что-то в мире... обжигающий свет...
Словно кроме него, ничего больше нет...
И я совсем не боюсь... стремясь навстречу к нему...
И если б только я мог, объяснить почему...

  внешний вид;
  Ты проснулся, наверное, не ожидая, что окажешься один. Открыв глаза, ты все еще тер их, пытаясь осознать, что квартира была пуста, если не считать тебя. Выбравшись из под простыни и подхватив брюки, что лежали рядом с кроватью, ты на ходу надевал их, пытаясь обойти свои «хоромы», чтобы лишь еще раз убедиться, что Офелии нет. Откуда-то пришло разочарование, а потом и злость, но в этот раз именно на самого себя. Ты вытащил футболку из корзины, что стояла в ванной и натянул ее на себя, плевав на то, что кинул ее стираться и нужно было бы найти в шкафу что-нибудь чистое. И почему ты решил, что утро пройдет в компании Офелии? Или тебя больше злило, что она просто ушла? Ушла сама, оставив лишь смятую простынь и запах от ее волос, что впитала подушка. Ты злился именно из-за того, что именно она оставила за собой право выбирать, а не ты. Злился, выворачивая карманы в поисках сигарет, находя лишь пару пустых пачек. Меньше всего ты хотел бы сейчас куда-то идти, сталкиваться с людьми и тем более разговаривать с ними, но ты уже захлопывал дверь и спускался по лестнице и только из-за того, что отчаянно хотел курить. Эта была такая плохая привычка, что со временем точно перерастет в зависимость, но тебе было настолько же на все это сейчас плевать, как и на дождь, который лил, как сумасшедший, заставляя вою одежду сразу же промокнуть.

+3

14

Только вот молчанию нету дна,
Тишина качается, тишина,
с каждым днем - все чище, светлей, ясней...
Не мешай, я слушаю - что за ней.

     В какой-то момент они действительно оказались не властны над временем, однако Офелия точно знала, что эта ночь действительно ей запомнится. И пусть эти мысли возникали под влиянием алкоголя, все это желание и вожделение было побуждено именно им, она просто отпустила всяческие мысли, которые могли возникнуть, сомнения и смятения, полностью растворившись в прикосновениях Микаэля, которые тонким жаром пробегали по коже, каждое касание его пальцев отдавалось где-то в висках настойчивым сердцебиением. Она была действительно пьяна этим мужчиной, рассудок затмился, а он - последнее, что Офелия бы призвала на помощь, чтобы вновь прийти в себя, но она не хотела. Ее увлекало это состояние полного единения, которое было между ними, установилось в воздухе, забирая в свои нежные объятия, укрывая и заволакивая легкой дымкой, однако оставляя нетронутыми тихий шепот, горячим воском скользящий по коже в их минуты. Он тут же остывал, растворяясь в прохладной тишине этой комнаты, теряясь среди темноты и легкой путаницы мыслей, что, как обычно, провоцировало на множество поступков. Ее ладонь, скользящая по его коже, мягкий стон - это все оказывалось в памяти Офелии, до мельчайших подробностей отпечатываясь в сознании, возвращая себе былую яркость, каждое слово. Добуквенно пропитанное его голосом, низким и хриплым, и она знала, что они оба покоряются друг другу - два сильных человека, которых сложно сломить, они могут соединиться в одну стихию. По сути, сейчас он и был для нее тем воплощением стихии, неким бедствием, в которое она попала с головой и которому полностью принадлежала - терпкий вкус на губах, легкое дыхание рядом с ней и тихий шепот, каждое из них было по-минимуму сводящим с ума, а по-максимуму - заставляющим потерять рассудок и контроль, все вместе, в единый порыв, заключающий мертвой хваткой в железные объятия, которые пришлись ей по вкусу - именно сейчас, в эти самые мгновения, томным дыханием отдававшихся на ее шее и отзывающиеся на любое касание кончиков пальцев, она смотрела в эти голубые глаза, читая в них то же желание, что воспламеняло и ее, заставляя изнывать от каждого движения Микаэля, заставляя просить еще, забывать обо всем и растворяться полностью в этом мужчине. Легкий трепет ресниц, полумрак, который и служил естественным освещением комнаты, быстро исчезали, закрывая глаза, она чувствовала их кожей, ровно как и тепло Микаэля, исходящее от его тела, пока он мягко обнимал ее за плечи и прижимал к себе, сон медленно и неспешно обхватывал ее в свои объятия, позволяя расслабиться и покориться этому странному чувству умиротворения, волнами исходящему по ее телу.
     Послевкусие вчерашней ночи никуда не испарилось даже в тот момент, когда глаза Офелии приоткрылись под воздействием ярких солнечных лучей, проникающий в спальню. Да, начался новый день, и многие могли бы подумать, что все произошедшее превратилось в воспоминание, но на самом деле все было по-другому. Почему? Потому что слишком дорого было сейчас все это отпускать, слишком невыносимо было бы с этим прощаться, тогда зачем отказываться от того, что в одночасье стало так дорого ей? Где-то впереди ее может ждать разочарование и боль, где-то впереди обязательно случится что-то, что сможет выбить Офелию из колеи, но это произойдет потом. Не сейчас. И не тогда, когда девушка рядом с Микаэлем. Она проснулась в его объятиях, в которых просто на просто эгоистично провела еще пару минут лишь для того, чтобы насладиться тяжестью его рук, крепко прижимающих девушку к себе. Раньше она не обращала внимание на то, как кто-то к ней прикасается, но только не сейчас, не тогда, когда пальцы мужчины проводили по ее телу, которое само, не взывая к воле Офелии, поддавалось Микаэелю. Мейсон понимала, сколько девушек побывало в этой квартире, но тем не менее ее это не пугало, но почему? Быть может это тихий шепот Микаэля убедил ее этой ночью? Возможно, но не это сейчас было главное. Поворачиваясь лицом к мужчине, Офелия приблизила свое лицо к его лицу и легко поцеловала, так, чтобы не разбудить его. Ее желание быть рядом с ним никуда не исчезло, не появились и нотки сомнения, что в подобных случаях начинают терзать любую другую девушку, все только усилилось, и Офелия вновь задавалась вопросом: а что будет дальше? Что, если в этот раз отпустить его будет в миллион раз сложнее, чем еще вчерашним утром, когда девушка наблюдала за тем, как Микаэль покидает ее кабинет? Сможет ли она сейчас просто взять и уйти от него? Нет, не сможет, хоть в душе Офелии и было сложно это признавать, так как такое для нее было в новинку. - И я не пожалела, Микаэль. - она знала, что не разбудит мужчину, но произнесла эти слова тихим шепотом, вновь коснувшись его лица своими губами.
     Заставив себя все-таки встать с кровати, Офелия без разрешения надела ту самую рубашку Микаэля, в которой он был вчера, и направилась в душ. Его запах даже в эти недолгие минуты оставался на ее коже, и Мейсон в который раз понимала, что ей это нравится. Легкая улыбка тронула ее губы, когда она в своей памяти прокрутила весь вчерашний вечер. Прохладные струи воды и нежный гель были не в силах смыть с нее его поцелуи. Но здесь были не только положительные моменты, в душе Офелии поселился маленький страх, который она как могла отвергала от себя. Нежелание уходить приравнивалось к собственной злости к самой себе, потому что она не могла понять, что она чувствует, и почему сейчас предпочитает оставаться здесь. В глубине души Мейсон знала ответ на этот вопрос, но до последнего не могла поверить в то, что больше уже действительно не сможет забыть вот этих одновременно горьких и сладких, желанных и близких глаз человека, что находился от нее всего лишь в нескольких метрах. Решив дать себе передышку, обдумать все она успеет и потом, одевшись, Офелия направилась на кухню, где рассчитывала найти хоть что-нибудь, из чего бы она могла приготовить завтрак. Но вот тут-то она и прогадала! Офелии почему-то сразу не пришло в голову то, что мужчина, живущий один в квартире, вряд ли станет удосуживаться покупать себе что-нибудь из продуктов. Коробка из-под пиццы и еще какой-то заказной еды быстро дали это понять Офелии, на лице которой вновь появилась улыбка. «Интересно, что же мне еще предстоит узнать о тебе, Кай?» У нее не было иного выбора, как отправиться в магазин, что Мейсон собственно и сделала. Здесь неподалеку живет ее школьная подруга, отчего Офелия знала этот район очень даже неплохо. Тихо, на носочках, лишь бы не разбудить Микаэля, девушка взяла с тумбочки запасные ключи и, надев пальто, направилась в магазин, из которого планировала вернуться с чем-нибудь вкусненьким. Забавно, но ведь Офелия пока что-то даже не знает, что нравится Микаэлю, но уже хочет его чем-то порадовать?
     Дорога туда и обратно и не заняла много времени, Офелии даже понравилась эта небольшая прогулка приятным предвкушением момента, когда она разбудит Микаэля. Но, оказавшись в квартире, вместо того, чтобы увидеть спящим Дэвидсона, она увидела лишь смятую пустую кровать. - Микаэль? - немного на повышенных тонах позвала его Офелия, приоткрывая дверь в ванную. Да, она безусловно сегодня вела себя слишком вольно, когда воспользовалась его ванной, но все же что-то подсказывало, что дело не в этом. Исследовав всю квартиру, Мейсон поняла, что находится здесь одна: Микаэля нигде нет, а это означало, что он, вместо того, чтобы попросить ее уйти, ушел сам? Странное чувство, напоминающее злость возрождалось в Офелии с каждой секундой, пока та не решила, что никуда не уйдет, пока не дождется мужчины. Почему? Потому что ей стало обидно за то, что она поверила собственным убеждениям. Когда так целуют, не лгут ни партнеру, ни самому себе, тогда как можно было со стороны описать эту ситуацию еще? Не теряя времени, Офелия разобрала продукты и приготовила небольшой завтрак в виде тостов с беконом, двух яичниц, не забыв и про крепкий кофе. Ей не терпелось узнать несколько вещей у Микаэля, прежде чем уйти отсюда. Поставив кофейник на стол, Офелия вздрогнула, услышав голос Дэвидсона, прозвучавший, словно из ниоткуда. - Доброе утро, ты подумал, что таким образом я быстрее уйду? - Офелия легко улыбнулась, почувствовав, что сам мужчина сейчас напряжен, но только из-за чего, девушка пока что не понимала. - Или ты предпочел утренний дождь освежающему душу, Микаэль? - девушка вновь посмотрела на мужчину, ставя тарелки с едой на стол. Кажется сказать, что Микаэль был удивлен, означало ничего не сказать, а это означало, что вот уже второй день подряд ему удается поставить Офелию с легких ступор?

Отредактировано Ophelia Davidson (2013-01-17 19:26:20)

+2

15

Любовь царит во всех земных краях:
Медь в злато обратит в глазах влюбленных,
В безумье — разум, в храбрость — робкий страх,
И храм в сердцах построит развращенных.

  Ты когда-то задумывался о том, чтобы перебраться в другой город. Здесь у тебя ничего не было и не надо было где-то в другом месте начинать сначала, ты и так был где-то в самом начале своего пути. Тебе пока нечего было терять, но ты продолжал любить этот город, и пусть здесь у тебя не было ничего хорошего. Ты пытался вспомнить хоть что-то, что здесь тебя может держать, и не получалось. Но почему-то именно город, вот эти улицы, дома, дождь, что насквозь пропитывал одежду и ты уже чувствовал, как капли скатываются по твоей спине и все это зимой, во время года, когда остальной мир, большая часть этого мира подставляет лицо под снег. Ты знал, что когда сумеешь обеспечить себя квартирой, когда твоя работа будет приносить тебе доход, первое, что ты сделаешь – это отправишься на рождественские праздники в место, где будет настоящая елка и вокруг нее будет настоящий снег, а не то подобие искусственного, с которым ты уже был знаком. Это, наверное, и была твоя детская мечта. Ты и не помнишь ничего из детства, кроме как скитаний по приемным семьям, не подарков, не того тепла и уюта, что всегда бывал в такие дни, но ты помнишь именно свое желание, которое ты загадал, когда тебе было всего лишь семь лет. Ты даже сейчас, закрывая глаза, делая очередную затяжку, прячась где-то под навесом магазина, видел того мальчика, который шептал в темноту, что очень хочет просто запустить руки в сугробы снега и ощутить холод. Ты злился на себя за эти воспоминания, но в витрине магазина видел свое отражение и легкую улыбку, что задела губы. Тебе иногда хочется быть наивным, глупым, тем самым ребенком, который как бы ему не было сложно, почему-то продолжал верить, что добро и чудеса, все же где-то существуют, просто в мире есть люди, которым они нужны чуть больше, чем тебе. И сейчас ты в это веришь, может лишь где-то в самой глубине своего сердца, но почему-то там все еще есть уголочек света, который так и остался не тронутым темнотой. Там, наверное, и живет любовь, то, что в тебе вспыхнуло этой ночью, когда ты был с Офелией. Это теплое и обволакивающее чувство, которому так легко поддаться и от которого в итоге приходится испытывать невыносимую боль. Это было для тебя ново, как и злость, точней повод для этой злости, с которой ты захлопывал дверь собственной квартиры и все из-за одного человека, которого ты знал всего лишь сутки и поэтому, не громкое ли это слишком слово? Ты разве до этого вообще кого-то любил? Да и сейчас ты не любишь, просто не можешь, ведь это чувство – это что-то волшебное. Если оно и существует, то где-то в другой реальности, а может на страницах лишь детских книжек, где так же всегда побеждает добро, а ты просто не веришь в это, чтобы сейчас поддаться своим сомнениям.
  Но откуда-то все равно желание, чтобы Офелия оказалась рядом этим утром. Такое странное и чужое. Ты хотел бы увидеть ее спящей или увидеть то, как она бродит по твоей квартире в твоей же рубашки. Услышать ее смех или ворчания из-за того, что у тебя нет ничего в холодильнике. Ты даже сейчас улыбнулся, представляя ее разочарование, когда ты скажешь, что и кофе у тебя нет. Все это было не правильно хотя бы потому, что нельзя было привязаться к человеку лишь из-за того, что ты провел с ним ночь. Это в прошлом, когда, взявшись за руки и пройдясь по аллеи среди людей, вас бы уже назвали парой, но вы жили в настоящем, а в настоящем, ты не заводил отношений. Ты не умел быть серьезным, ответственным, верным. Ты не желал, чтобы тебя вечно кто-то жал и тебе нужно было куда-то и кому-то спешить. Ты любил свою свободу. Любил просыпаться по утрам в пустой постели или же просто разворачиваться и уходить, зная, что никаких истерик не последует. Но на данный момент, почему-то, вот этой самой истерики поддался ты, когда, проснувшись утром, не увидел рядом с собой женщину, с которой засыпал. Что именно в Офелии тебе так понравилось, что ты вообще думаешь о ней? Ты отбросил окурок, и чуть подняв воротник на пиджаке, пошел обратно в сторону дома, в котором жил.
  Выбегая из квартиры, ты не очень рассчитал с одеждой и сейчас уже начинал замерзать, поэтому мечтал о теплом душе или как минимум сухой одежде. Этими мыслями ты пытался вытеснить воспоминания об Офелии и предыдущей ночи или как минимум просто сравнять их со всеми остальными ночами, что у тебя уже были. Мечтал, до того, как провернул ключ и оказался в собственной квартире. Ты замер еще на пороге, тихо прикрыв за собой двери. Голубого вдохнув, ты прикрыл глаза. В твоей квартире никогда не было тепла и уюта, именно той черты любой квартиры, в которой живет не один человек, а семья. Там, где по утрам готовят завтраки, варят кофе, жарят яйца и бекон, по комнатам бегают дети, а за ними пытается успеть кот или собака. И ты был готов сейчас поклясться, что хотя бы вот эта капелька уюта поселилась в этой самой квартире, где еще вчера не было ничего кроме холодного сквозняка, что бегал по полу и обжигал своим прикосновением твои босые ноги. Ты положил ключи на тумбочку и стянул с себя мокрый пиджак, бросив его рядом с вешалкой, медленно пройдя по квартире и заглянув на кухню, чуть хмуря брови, ты задержался на самом входе, рассматривая стол. Офелия продолжала готовить, и видимо еще не заметила твое присутствие.
  - Я не помню, чтобы заказывал еду на дом, - ты вообще ненавидел завтраки, как и кофе и слегка не понимал человеческую привычку глотать кофе по утрам. На тебя он вообще довольно странно влиял и если ты его пил, то только черный, без сахара и тем более без молока. – Вообще-то, я рассчитывал, что ты поймешь и без моей просьбы, что тебе пора свалить отсюда, и даже был слегка удивлен такой практичности, когда проснулся, а тебя и не было уже рядом. Ты меня избавила от уймы объяснений на тему, что продолжения не будет. Видимо слишком рано обрадовался? - ты склонился над столом, подхватив один кусочек бекона и откусив его, - пересолила. Ну, если только слегка и то, ты бы даже этого не заметил, если просто не хотел бы позлить Офелию. Зря она вернулась, ох зря, ты уже успел успокоиться, но сейчас, когда увидел ее на своей кухне, в тебе вновь вспыхнули все те вопросы, которые ты себе задавал, и тебя бесило, что ответов ты на них найти так и не смог. – Так зачем вернулась? – ты уже был где-то в комнате, скидывая с себя мокрую футболку и вытирая ей же свои волосы, с которых стекала вода. Ты повернулся в сторону девушки и быстро отвернулся, потому не мог не улыбнуться, когда она вышла следом за тобой, и ты во всей красе успел рассмотреть ее ноги, что там соблазнительно выступали из под твоей же рубашки, которую она надела. Тебе бы сейчас подойти к ней и просто поцеловать, а потом провести с ней это утро, как ты и хотел. Ты ведь именно этого и хотел, так зачем сейчас в который раз ее просто отталкиваешь?

+1

16

И ложится зима, и становится нам забвеньем,
отреченьем становится, временем всех разлук.
Ты позволил им стать сильнее и откровенней,
чем положено тени, пляшущей по стеклу.

     Где бы найти такое место, в котором можно было бы чувствовать себя настолько комфортно и уютно на сколько это вообще возможно? В какой части света оно находится и на каком континенте? Расположено ли это место в городе, и если да, то в каком? А главное, ведь можно искать всю свою жизнь, но так и найти, а можно довериться судьбе, поступить впервые в жизни безрассудно, и оказаться там, откуда не хочется уходить даже тогда, когда тебе насильно предлагают покинуть его, реально ли это? По-видимому, да. Проходя по этой квартире, мельком просматривая все, что попадалось Офелии на пути, за такой короткий срок она поняла, что предпочла бы остаться здесь, чем покинуть эту квартиру и отправится в дом, где наверняка ее заждались. Девушка не знала, что на нее так действует, сама возможность остаться здесь или же сам Микаэль, благодаря которому она на глазах позволяла себе раскрываться, пусть Офелия показывала не самые лучшие свои стороны, зато она не притворялась. Если вчера Мейсон ушла вместе с человеком, который с невероятной силой притягивает к себе, несмотря ни на какие свои выходки, значит, она действительно этого хотела, а с последствиями Офелия как-нибудь разберется. Потом. Не сейчас и не тогда, когда она рядом с Микаэлем. «Ты скорее всего забыла с кем ты имеешь дело, Офелия, а такие вещи непростительны, теперь давай, дерзай, посмотрим, что из этого выйдет.» Офелия не была похожа на легкомысленных девушек, хотя и не любила заводить серьезных отношений, потому что совсем не знала, как это, и не умела правильно себя вести. Перед ней никогда не было примера, отчего у Офелии даже не возникала желание быть для кого-то чем-то большим, чем просто знакомая или друг. Но сейчас, стоя на около стола и наблюдая за Микаэлем, ей стоило больших усилий, чтобы перебороть себя и не уйти отсюда тотчас. Почему же все-таки девушка не делала этого? Потому что по какой-то неведомой для себя причиной ей сейчас нравилось все, даже нравилось ругаться с Микой.
- А мне так не кажется, - совершенно независимо произнесла девушка, пробуя на вкус то, что приготовила. Вот уже второе утро подряд начинается с того, что Микаэль ее злит так, что хочется немедленно ответить ему на его слова, но в этот раз Офелия предпочла немного подождать. Хотя случай вновь накричать на Мику представился вполне удачный, порой иногда лучше выждать свое. Когда Микаэль закончил говорить, Офелия скрестила руки на груди и улыбнулась. Набор слов, которыми можно обидеть любую девушку, посчитавшую, что она за одну ночь уже приобрела статус возлюбленной, а Офелия, успевшая узнать Микаэля, знающая о подобном обхождении, не была удивлена и обескуражена, то только почему-то ее такие слова действительно задели. Сложно понять и объяснить самой себе, что Микаэль делает с Офелией? Он ей нравился, да, это так, даже слишком для первого дня знакомства, но и в таком случае отцовская гордость в Мейсон не давала ей покоя. Сейчас же оставалось послушано ждать той минуты, когда ей предоставят право слова. Будь сейчас тут кто-то другой, Офелия не стала бы не то, что готовить завтрак и слушать то, что ей говорят, она бы давно развернулась и ушла, но нет же, ей обязательно требовалось ответить! Ей так и хотелось, чтобы Мика понял, что перед ним не та, что будет покорно слушать подобное, да еще потом бесследно пропадать, хотелось, чтобы он знал ее такой, какая она есть, а еще хотелось, чтобы он не раз вспоминал о ней, думал и хотел увидеть. И кто может сказать сейчас Офелии, что то, чего она желает, не осуществится? Совершенно верно, никто. Оказавшись в гостиной, девушка неотрывно, в наглую, приподняв бровь, продолжала наблюдать за Микаэлем, потерев лодыжкой правой ножки о левую все размышляя, чего ей хочется больше: повалить его на эту кровать или все-таки сказать свое слово? - Надеюсь, что ты все сказал? - на лице Офелии вновь появилась улыбка и, не размыкая рук, она сделала несколько шажков по направлению к Микаэлю.
- Скорее всего, ты забыл, с кем ты связался, я же вижу тебя насквозь! - ну никак нельзя без этого, ну вот никак не обойти свою профессию стороной и не сказать подобного! Даже если где-то Офелия и могла ошибиться в своих суждениях, она же все равно будет до последнего верить в свою правоту! Девушка потянулась к рубашке Микаэля и с силой выдернула ее из рук мужчины. - Во-первых, ты сам не хотел бы, чтобы я ушла, иначе чего бы ты сейчас так переживал? Как всегда остроумен, как всегда нужные слова в нужных местах, но не ты ли сам себя выдал? Раз увидел, что меня нет, то пошел меня искать, так выходит? - Офелия вновь улыбнулась, посмотрев ему в глазах ,как ни в чем не бывало, легко подталкивая Микаэля к кровати. Все-таки выбор, который Офелия пыталась сделать прежде, чем начать говорить, никак не давался ей, поэтому наблюдая за тем, как движется Мика, непроизвольно хотелось, как минимум быть рядом с ним. Вряд ли девушка позволяла себе сейчас лишнего, потому что мужчина ее вовсе не отталкивал от себя. - А во-вторых, ты серьезно думал, что так легко от меня отделаешься? Что раз вчера я так легко ушла с тобой, то также легко и уйду? - Девушка еще шире улыбнулась, наклонив голову набок и с силой толкнув мужчину ладонью в грудь так, чтобы он упал спиной на кровать. Немного помедлив, Офелия забралась сверху, усевшись ему на поясницу. Когда Мейсон наклонилась к Мике, то улыбка с ее лица пропала и она заговорила более серьезным тоном: - Слишком просто и для тебя, и для меня, так что смею тебя заверить, чтобы избавиться от меня, тебе придется очень сильно постараться, да и хочешь ли ты этого? Я все-таки считаю, что нет. Так или иначе, мы взрослые люди, Микаэль. - Закончив говорить, девушка также беззаботно улыбнулась, как и в первый раз. Похоже, ей это нравилось все больше и больше, и скорее всего, она сдержит свое слово, если конечно не случится чего-то из ряда вон выходящего.
- Ну же, расслабься, - Девушка провела по плечам Микаэля, гладя их и спускаясь к его предплечьям. Коснувшись своими губами губ Мики в легком поцелуе на несколько секунд, Офелия нехотя отпрянула от него. Как же хорошо, что сегодня был выходной, хотя обычно Офелия предпочитала проводить свое свободное время за своим рабочим столом, сегодня ей хотелось совершенно противоположного. Причем не имеет значения, чем они вместе сегодня будут заниматься. Проведут весь день дома? Хорошо. Быть может, отправятся куда-то вместе? Тоже отлично. Ведь неважно, что делать и чем заниматься, если проводишь день с тем человеком, с которым хочешь. - Итак, я не хочу, чтобы мои старания пропали, и не хочу, чтобы ты был голодным, так что сейчас мы все же позавтракаем, хочешь ты того или нет. Хотя, наверное хочешь, потому что когда я открыла твой холодильник, то увидела, что ты практически ничего не ешь, а упаковка из-под пиццы только подтвердила мои догадки!- встав с кровати, девушка серьезно посмотрела на Микаэля, готовая уже начать его уговаривать, если тот не согласится. Да любая бы на ее месте стала бы так делать, так или иначе мужчину надо накормить. - А силы тебе сегодня еще понадобятся, так что пошли. - С долей намека в голосе проговорила девушка, и, взяв руку Микаэля в свою, Офелия потянула его за собой с кровати и повела на кухню. Возможно, через полчаса Офелии самой захочется сбежать, а возможно именно этот завтрак окажется самым лучшим за ее двадцать лет. Оказывается, что жизнь нас все-таки чему-то учить. Например, вчера Офелия научилась доверять, прежде всего себе и своим желаниям, потому что они помогают сделать счастливее, а не делают ее слабой. Остается лишь понаблюдать за тем, чем научит жизнь ее сейчас, когда на ее пути уже есть единственный человек, способный сделать так, чтобы Офелия к нему прислушалась.

Отредактировано Ophelia Davidson (2013-01-26 17:54:47)

+2

17

Выбирай: запоминать или стереть?
Что еще преодолеть? Я всё смогу!
Поражений больше нет и нет побед,
От себя бегу, к тебе, к себе бегу!

  Еще вчера ты думал, что просто не готов создать что-то серьезное в своих отношениях. Еще вчера, ты был просто убежден, что тебе этого и не надо. Тебе было вполне комфортно с девушками, с которыми не нужно было думать о том, что сказать, куда их повести вечером, как сделать им приятно. Ты не дарил подарков, не делал никаких признаний и уж точно не задумывался о том, чтобы даже во время секса сказать какие-то слова любви. Ты и имена-то практически не запоминал. Тебе было абсолютно плевать на то, какое же о тебе складывается окончательное мнение у людей, которых ты забывал уже на второй или третий день. За все твои двадцать четыре года ты еще ни разу не встречался дольше, чем пару месяцев и то, все это было в школе, из которой ты как-то умудрился вырваться без разбитого сердца и разочарований в первой и единственной любви на всю жизнь. Еще вчера ты просто жил думая о том, как отдашь свою жизнь работе, делу, в которое уже сейчас вкладываешь часть своей души. Она и была твоей любовью, и вот вчера ты как раз и мог с уверенностью сказать, что эта любовь была взаимной и на всю жизнь. Вчера. Ты скользнул взглядом по Офелии и прокрутил в голове вчерашнее утро. Может, именно вчерашний день и был создан для того, чтобы кардинально изменить твою жизнь? Вот так живешь, просто дышишь, просто занимаешься тем, что хорошо у тебя, получается, засыпаешь, просыпаешься, бродишь в толпе незнакомых людей, смеешься или грустишь, помогаешь единственному другу и все это ради дня, когда вся твоя предыдущая жизнь встает с ног на голову из-за совершенно незнакомого человека. Судьба, тебе бы кто-нибудь сказал, но разве ты в это верил? Человек сам управляет своей жизнью, верить в то, что все уже решено, а тебе остается только этому подчиниться? Ты теперь не знал, но был убежден в том, что именно эта судьба столкнула тебя с Офелией, а может - это была случайность... случай, который сейчас наблюдает за вами со стороны и усмехается своей удачной шутки, которую сыграл с вами.
  Ты рассмеялся, услышав слова Офелии, громкой и искренне, покачав головой. Ты даже знал, что твои глаза заискрились неподдельным весельем. Тебе бы испугаться, что Фелия так хорошо тебя знает и для того, чтобы научиться видеть тебя настоящего ей понадобились всего лишь сутки, но тебе это странным образом нравилось. Ты не был сладким, милым, добрым. Ты даже грубил намеренно, чтобы ее оттолкнуть, даже если и уже жалеешь о том, что просто боишься, что ваше знакомство это не безумный секс на одну ночь. Тебе бы испугаться и того, что этой ночью в твоей голове не было мыслей о том, как бы это все быстрей закончить и просто заснуть. Твое сердце колотилось о твои ребра, тело изнывало от желания, но ты понимал впервые за все время, что тебе важно подхватывать дыхания Офелии и растворяться лишь в ее стоне. Вы как две половинки разбитой кружки, что идеально подошли друг к другу, осталось лишь склеить и поставить на полку. Ты все еще продолжал улыбаться, когда Офелия подошла ближе к тебе и вырвала футболку. Ты и не собирался уж больно в нее цепляться, ты даже слегка повел бровью, когда услышал про первое.
  - Ты и, правда, думаешь, что я ходил тебя искать? О! Мне очень жаль вас разочаровывать, Ваше Высочество! Но я ходил всего лишь за сигаретами. Хотя, ты ведь даже не Золушка, а я не тот идиот принц, который носился с туфелькой, как курица с яйцом. Кто вообще выдумывает эти бредни? Но знаешь, я готов звать тебя принцессой, тебе идет. Помнишь ту сказку, где принцесса была самодуркой?- ты отступил на шаг назад, чуть прикусив губу и не сводя своего взгляда с Офелии. Так захотелось припасть к ее губам, чтобы освежить привкус горького шоколада на своих губах. Ее волосы все еще были чуть влажными и от них еще больше пахло персиками или это было что-то из цитрусовых, ты так и не сумел распознать этот запах ночью, а сейчас хотелось еще раз вдохнуть его, прикрыть глаза и почувствовать, как он наполняет твои легкие. Твои ноги уперлись в кровать, и ты мгновенно рухнул на нее, когда Офелия тебя толкнула. Можно было бы сейчас все это оборвать, но ты поддался игре и хотел продолжения. Слегка приподнявшись, упираясь локтями о кровать, ты с неподдельным интересом ожидал продолжения, и когда Офелия забралась сверху, твое тело ответило намного быстрей, чем твой разум. Ее тепло, что скользило по твоему телу вместе с ее руками, заставило тебя забыть о том, чтобы контролировать биение своего сердца.
  - Значит, есть еще и второе? - ты коснулся своим языком ее губ, проводя им по ее нижней губе и чуть прикусывая ее, когда девушка склонилась к твоему лицу, - я ведь могу просто выставить тебя. Все это будет очень быстро, я даже подарю тебе эту рубашку, а твои вещи просто выкину в окно. Или ты думаешь, что мне это не под силу? Не переоцениваешь ли ты свои силы, принцесса? И что с тобой сейчас творилось? Твои руки просто сводило от желания прикоснуться к бедрам Офелии, что так удобно расположились в пару сантиметрах от твоих пальцев. Ты уже чувствовал, как скользишь ладонями по ее мягкой коже, забираясь во внутреннюю часть, останавливаясь в каких-то миллиметрах от того пространства, с которого бы хотел начать свои поцелуи. И что тебе мешало сейчас все это проделать?  - Знаешь, - ты хотел добавить, что не любишь, когда тебя дразнят, а Офелия занималась именно этим, но ты лишь чуть сильней сжал руку девушки, когда она потянулась тебя за собой с кровати, и дернул ее на себя, заставив упасть. Уже через мгновение именно ты был сверху, как еще недавно сама Лея, смотрела на тебя сверху вниз, ты прижал ее к кровати, скользнув рукой под рубашку, пробегая ладонью по ее бедру и забираясь под трусики, - мне вот интересно, ты их у своей мамы одолжила? - твои губы уже накрыли губы Офелии и ты не дал ей ответить на свой вопрос, ты опять хамил, но тебе так хотелось сейчас в очередной раз вывести Мэйсон из себя, но только для того, чтобы, когда ты закончишь то, что сейчас собирался сделать, она задыхалась скорей от непонятного наслаждения перемешанного с ненавистью к тебе. 
  Пока ты ее целовал, твои пальцы уже были где-то внутри нее, ты даже не дал ей опомниться, еще сильней углубив поцелуй и с ним же, проникая чуть глубже. Почувствовав ее руки, что скользнули по твоей спине, а одна забралась между вами, пытаясь расстегнуть ремень, ты перехватил ее вторую руку не давай закончить начатое и залезть тебе в штаны, чуть сильней прикусив ее нижнюю губу и отстранившись на пару сантиметров, ты шепнул, оказавшись рядом с ее ушком.
  - О нет, принцесса, в это место вам дорога закрыта, - коснувшись зубами мочки уха Леи, твои губы перешли по ее шеи обратно к ее губам, - как там было в той сказке? Нищий закрыл принцессе глаза и попросил довериться ему, - ты все это время не переставал двигать рукой, замечая, как тело Офелии все сильней реагировало на твои проникновения, - они шли по лесам, болотам и горам, - ты шептал тихо, продолжая покрывать каждый открытый участок тела девушки, расстегнув несколько пуговок на рубашке и оголив грудь, ты нежно дотронулся языком, обведя контур и только после этого поцеловав один из сосков, - принцесса боялась идти дальше, каждый раз прося нищего о помощи и он оказывался рядом для того, чтобы подхватить ее в нужный момент, - ты спустился ниже, расстегивая пуговки на рубашке и целуя животик Офелии, начав двигать рукой чуть быстрей, а через какие-то короткие секунды касаясь своими губами того, что было от тебя скрыто под теми трусиками, что ты скинул несколько минут назад.
  Если Офелия думала, что покорила тебя и заставит думать о себе все то время, что вы не будете видеться, то ты ее не станешь разубеждать, лишь сделаешь так, чтобы она думала о тебе еще чаще и с еще большим придыханием и желанием новой встречи. Ты создашь зависимость, как от наркотиков, и уже даже все равно, что на эти же наркотики ты подсаживаешь и сам себя. Сейчас, когда ты слышал, как из горла Офелии доносились стоны, а ее спина чуть изогнулась, когда твой язык скользил по ее нижней части, помогая пальцам, ты почему-то в который раз, просто хотел раствориться в этих мгновениях. Эта женщина сводила тебя с ума и тебе хотелось ее злить, ты хотел, чтобы она каждый раз показывала свой непростой характер, который тебе нравилось дразнить и сталкивать со своим, и ты уже зависел от нее. За сутки она заставила тебя понять, что тебе мало лишь одной ночи. Мало одного вечера. Мало одного утра. И видимо скоро станет мало весь тех минут, часов, дней, недель и месяцев... Конечно, если уже завтра вы просто не исчезните из жизни друг друга. Ты успел выкинуть это из головы, чуть дернувшись, может, сделав Офелии больно тем, что проник в нее еще глубже, но то, как она, запустив свои пальцы в твои волосы, вцепившись в них и потянув на себя, ты точно знал, что даже эта боль лишь продлила волну, которая накатила на нее и не позволила вырваться наружу, накрыв с головой.
  Ты отстранился, оставив еще несколько медленных поцелуев на бедрах, и поднялся наверх, загляну в глаза Леи. На твоих губах играла чуть заметная улыбка, лишь приподнятые уголки губ, но и твои глаза выдавали тебя и без твоей полноценной улыбки.
  - Ну что, принцесса, насколько ваш нищий оплатил ваши старания, потраченные на готовку завтрака? - коснувшись коротким поцелуем ее носика, ты поднялся на ноги, оставив Офелию лежать на кровати, в твоих руках оказались ее трусики, и ты еще раз улыбнулся, окинув взглядом, тело девушки, - а вот этого я вам не отдам, - засунув их в карман брюк, ты ушел в кухню, вытащив из шкафа две кружки, чтобы налить в них кофе, - ну же, принцесса! Ваш нищий умирает с голода, а бекон уже остыл! Мало того, что пересоленный, так теперь еще и холодный! Хороши старания, ничего не скажешь! Впервые за всю свою взрослую жизнь ты хотел, чтобы все это знакомство, с которого и началась твоя зависимость и, правда, было просто судьбой, чем-то тебе непонятным, но таким желанным.

Отредактировано Michael Davidson (2013-01-27 20:37:38)

+2

18

Странное танго прямо под луною,
А ты не со мной пока, а я не с тобою,
Но страшная ниточка в тёмное тянется
И я уверена тебе там понравится..

     Всего шаг до безумия, до невыносимой ненависти, до дикого и невыносимого притяжения. Ни секунды не медля, Офелия сделала свой выбор и шагнула куда-то вперед, в пропасть, в неизвестность, куда-то далеко в новое чувство, что сейчас приятно разливалось по всему телу, от самых кончиков пальцев, вдоль ее спины, и, огибая самые потаенные места, проникало внутрь нее, заставляя дышать все быстрее и чаще. Возможно, это был шаг, сделанный с мостика на корабль. Многообещающе, не правда ли? Даже если они погибнуть, так и не вернувшись обратно на берег, пусть задушат друг друга в собственной злости и желании перебороть друг друга, это наверняка будет стоить того. А кто и что о них подумает.. Да какая разница? За весь свой небольшой опыт работы и жизни, девушка смогла четко понять лишь одну вещь: если что-то делает тебя счастливым, значит не стоит это от себя отпускать, и неважно, если кому-то это не понравится. Если это и безрассудство, то рядом с Микой оно казалось лучше любого наслаждения, лучше, чем что-либо, чем Офелия раньше дорожила. Микаэль придавливал ее к кровати, и Офелия начинала заметно злиться, что не имела никаких возможностей, чтобы заставить мужчину отступить и вернуть в ее хрупкие ручки бразды правления, которые она с так эффектно завоевала, повалив его на спину. Сейчас же в проигравших была она, однако то желание, что сейчас стучало в ее висках, пока губы Микаэля скользили по ее телу, наполняло ее до кончиков пальцев и настойчивым шепотом, сводящим с ума подсказывало, что проиграть - еще не самое последнее дело, а стоны, что рвались из ее груди, заставляя слегка сжимать свои ноги, двигаясь бедрами вперед, к Микаэлю, вцепляясь пальцами в его затылок все сильнее, придвигаясь ближе и ближе, насколько только это возможно. В голове громких эхом разносились лишь мысли о том, что она обязана отплатить ему той же упоительной дерзостью, с которой мужчина сейчас владел всем ее телом, стоило Микаэлю лишь единожды прикоснуться к девушке.
     Плутая в этом темном и таинственном лабиринте, Офелия практически не слышала ничего, кроме собственных стонов, которые она не могла сдержать, даже если бы сейчас закрыть ладонью ее рот, и слов Микаэля, так вовремя ласкающих ее слух, будоража сознание, которое вовсе уже потерялось на той самой грани между реальностью и вымыслом. Оказывается, и такое действительно бывает. - Какая же у тебя самооценка, раз ты срав..ниваешь себя с ним, - для того, чтобы произнести всего лишь одну фразу приходилось преодолевать себя, свое возбужденное дыхание и желание сейчас сделать тоже самое с Микой, который предусмотрительно запретил Офелии к себе прикасаться таким образом, каким хотелось именно ей. - но ты прогадал.. недооценил принцессу-самодурку! - ее последние слова плавно перелились в громкие стоны. И эти самые стоны, казалось, становились громче, а ее движения - отрывистей, словно резкая пульсация, управляющая ее телом, которая заставляла сжиматься девушку в тугую струну, а затем - вновь выгибаться навстречу, пальцами сжимая его волосы и прикусывая губы, она забыла на этот момент обо всем. Что он хамил, что только что оборвал все ее пути к тому, чтобы показать, на что она способна, однако предоставил прекрасную альтернативу - полную удовольствия и того прекрасного чувства, когда все ее тело наполняла сладкая истома, волной прокатившаяся от кончиков пальцев и до корней волос. Продолжая еще тяжело дышать, она хитро улыбнулась, проводя ножкой по его торсу и ведя выше к плечу, чуть поднажала, медленно, но уверенно отодвигая мужчину от себя, готовясь поблагодарить его за все его старания. - Да забирай, будет хоть один приличный трофей к твоей коллекции, - на лице Офелии вновь сверкнула довольная улыбка, и она, не медля, поднялась с кровати, направившись на кухню за мужчиной, - хотя, если верить твоим словам, то ты скоро докажешь, на что ты способен, не так ли, Ваше Величество? - Мейсон знала, чем закончилась та история, которую совсем недавно рассказывал Мика, но ей и правда нравился такой исход.
     Отчего-то последние слова, сказанные Микаэлем, сейчас вновь заставляли искренне и беззаботно улыбаться Офелию, хотя всего пару минут назад она желала ему ответить со всеми своими чувствами, что всегда есть у нее в припасе. Чего-чего, а эмоций у Офелии всегда было чересчур много, и нередко приходилось прикладывать немалые усилия, чтобы сдержать себя. Но это было раньше, было так не вовремя и приносило лишь разочарование, в отличие от того, что сейчас творилось с девушкой. Чуть склонив голову набок, Офелия прикоснулась к запястью Микаэля, который собирался налить кофе в чашки, отрицательно помотав головой. - Нищий не боится, что прогадал с принцессой? Может быть, ты лучше сядешь и дашь мне все сделать самой? Твоя самостоятельность уже поразила меня, Микаэль, но позвольте хотя бы сегодня поухаживать за Вами, ведь кто знает, что мне придет в голову завтра. И да, ты не боишься, что мне понравится так начинать каждое утро? - Дождавшись пока мужчина сядет за стол, Офелия все же налила им крепкий кофе и поставила две чашки напротив друг друга. Бекон и яичница уже действительно остыли, но девушка почему-то не подумала о том, что их подогреть, и удобно расположилась напротив Микаэля, ближе пододвинув стул к столу. Оказавшись напротив Микаэля, девушка чуть улыбнулась, приподнимая ножку и проведя ею сначала по его колену, а потом, поднимаясь выше, медленно, слишком медленно, чтобы он успел хоть как-то отреагировать, чтобы продлить эти секунды для нее - удовольствия, а для него - возможно, какой-то мягкой пытки, которая все продолжалась, обещая быть нескончаемой: - И почему же ты не ешь, хочешь, чтобы я тебе помогла? - медленно обойдя стол, она провела пальчиками по покрытию столешницы, взглянув на Микаэля, точно зная, что мужчина удивлен ее поведением и наверняка напуган, гадая, что же девушка сделает в следующий раз - перекинув одну ножку через него, она медленно опустилась на него, наблюдая за его глазами, которые, казалось бы, выражали всю гамму чувств, что творилась сейчас в его голове. Но так как мысли Микаэля она прочитать не могла, зато могла сделать так, что он полностью был зациклен на ее прикосновениях, которые сейчас ощущал плечами, когда девушка провела по ним, чуть поворачиваясь и беря кусочек бекона, поднесла ко рту мужчины, с улыбкой заставляя его приоткрыть губы и съесть еду.
- И не говори, что невкусно, твои глаза тебя выдают! - Офелия улыбнулась, внимательно наблюдая за Микаэлем. Она была на чеку, словно боялась, что он помешает ее планам, но чем больше проходило времени, тем яснее становился тот факт, что мужчине нравится то, что она делает и как ведет себя, тогда зачем лишать себя же удовольствия? Чуть приподнимаясь, она внимательно следила за каждым его словом, будто бы пытаясь опередить Микаэля в его же собственных иголках, что он с такой легкостью вонзал в ее самолюбие, точно также сейчас она отплатит ему тем же, заставив изнывать от желания, точно также, как он сейчас предоставил возможность ей. - Знаешь, вчера вечером я все же еще раз заглянула в твое дело, где смогла многое о тебе узнать, в том числе и о твоей работе, и мне стало интересно, насколько ты профессионален в нем, действительно ли так хорош, кем себя заявил? - скользя одной рукой чуть ниже по его обнаженному торсу, огибая пальчиками каждый миллиметр его тела, спустилась еще ниже, легким движением расстегивая ширинку его штанов и бесцеремонно не оставляя мужчине никаких шансов, кроме того, как замереть и подчиниться ей, несмотря на его прошлые слова и запреты. - Я хочу прочитать твою статью, я хочу самолично убедиться, как ты владеешь своей кистью, также хорошо, как несколько минут назад или это дело дается тебе с большим трудом? - Однако только голос Офелии не менялся за то время, пока она все это проделывала, ей огромных усилий стоило сохранить самообладание, медленно продолжая эту пытку для мужчины. Ее движения усиливались ритмично, равномерно с тем, как дыхание Микаэля становилось все сбивчивей, и Офелия прекрасно это слышала, ей нравилось ощущать его возбуждение, дразня мужчину попеременно еще и легкими прикосновениями, а от этого творя с его разумом нечто запредельное, она ближе подалась к нему, только сильнее сжав свою руку и довольно прикусив губу, услышав его стоны. - Так будет по-честному, ведь ты видел, чем я занимаюсь, попробовал это на себе, я тоже так хочу, а тебе ведь так понравилось выполнять требования принцессы, верно?

**

ваша жена еле заставила себя начать учить, а не писать вам пост *_* он мне даже приснился, потому что я слишком много о нем думала хд

+1

19

я жил в ожидании тебя. я знал, что рано или поздно ты придешь – в этой или другой жизни...

  Тебе  бы чуть больше романтики и меньше хамства и возможно, только возможно и с очень большой натяжкой, тебя бы можно было бы назвать идеальным. Ты не знал, как жить с кем-то, не знал, как соблюдать верность лишь одной женщине, но почему-то где-то глубоко внутри, может в своем сердце, а может это все шло от разума, ты знал, что если кого-то полюбишь, если у тебя будет семья, то ты сумеешь дышать лишь одной единственной женщиной, с которой будешь делить не только кровать и ночи, но и дни, свои переживания, победы и неудачи. Ты смотрел сейчас на Офелию и сердце тихо шептало, что если у тебя и будет когда-нибудь жена, то, несомненно, она будет полной копией Офелии, с ее характером, с ее манерами и пусть ты еще слишком мало знал эту девушку, тебе нравилось в ней все и пусть она не была идеальной от этого она становилась еще лучше. Тебе хотелось разгадывать ее, открывать каждый день что-то новое, что тебя бы удивляло. Тебя впервые так сильно тянуло к другому человеку. Тебе впервые захотелось быть просто рядом с кем-то и не думать о времени, о своих словах, о своем поведении. Та легкость, с которой вы обменивались колкостями, даже она тебе нравилась. Ты ощущал ее внутри самого себя и это что-то, что ты еще толком не сумел объяснить, расплывалось теплом, заполняя каждую клеточку твоего тела, смешиваясь с твоей кровью, проникая в суставы и мышцы, и тебе хотелось в это закутаться, как в теплый плед в холодный пасмурный день. От этого тепла хочется закрыть глаза и наслаждаться им, никуда не спеша и ни с кем не делясь. Ты уже сейчас понимал слишком четко, что хочешь, чтобы Офелия была только твоей. Ты уже рассматривал ее как свою собственность, которой тебе ни с кем не захочется делиться. Ты уже сейчас чувствовал, как начинает изнывать тело без ее прикосновений и как ломит кости от мыслей, что уже завтра ее руки могут касаться совершенно иного мужчины. Тебе хотелось владеть ей единолично, ни с кем не делясь, подчинив ее себе, сделав от себя зависимым. Тебя слегка пугали эти мысли, но лишь из-за того, что раньше у тебя никогда не было таких желаний. Тебе раньше никогда не хотелось встретить утро с женщиной, с которой ты провел ночь, ты не хотел ни с кем разделить завтрак, а до него, ты никогда не позволял себе просто раствориться в желании доставить женщине удовольствие. Тебе всегда нравилось лишь пользоваться, но ни как не становиться зависимым от мыслей, что в тебе зарождала Офелия. Тебе сейчас даже нравился привкус на твоих губах, что остался после твоих ласк, и ты в который раз провел языком по своим ним, запоминая его.
  Ты улыбнулся, услышав голос Офелии за своей спиной, чуть повернув голову, чтобы видеть приближение девушки, ты еще раз скользнул взглядом по ее ногам.
  - Тебе однозначно идет моя рубашка, - ты развернулся к ней лицом, позволяя взять инициативу в наливании кофе в свои руки, а сам медленно обошел ее, замерев на секунду рядом и приблизившись губами к ее ушку, - а ты уверенна, что будет еще и другие утра? Не слишком ли самонадеянно, принцесса? И не будь у меня такой самооценки, разве ты бы стояла тут сейчас полураздетой? - твои губы все еще были растянуты в улыбке, когда ты сел за стол. Никакого дискомфорта, ты смотрел на спину Офелии, на ее волосы, что рассыпались по плечам, и тебе казалось, что все так и было. Вчера. Позавчера. Год назад. Всю твою прошлую жизнь. Ты взял кружку, что поставила перед тобой Офелия, и сделал один глоток, чуть не подавившись, когда почувствовал ногу девушки, что скользнула вверх по твоим ногам. Ты чуть приподнял уголки губ, молча наблюдая за Фелией поверх кружки, пытаясь спокойно пить кофе, который тебе не нравился, хотя скорей твое внимание сейчас было больше привлечено к ноге, что поднималась выше по твоим бедрам. Если это утро и правда будет одним из ваших первых, то тебе просто жизненно необходимо будет научить Офелию не добавлять в твою кружку сахар и тем более не лить молока. Но это потом, когда-нибудь. Ты проглотил сладкий кофе, откинувшись на спинку стула, снизу вверх смотря на Фелию, что подошла к тебе и села на колени. 
  - Неужели на факультете психологии обучают, - ты чуть приоткрыл рот, не договорив то, что собирался, взяв в него кусочек бекона, скользнув рукой по руке Офелии и задерживая ее у своих губ, - ну, это явно вкусней заплесневелой пиццы, хотя...,- ты медленно поднес пальцы Фелии ближе к своим губам и немного обхватил их, целуя, - вот это точно вкусней. Ты вся очень вкусная. Начиная с губ и заканчивая..., - и опять ты не успел договорить, почувствовав руку Офелии у себя внизу, в момент, когда она расстегнула ширинку и забралась внутрь, ты с большим трудом сдержал себя, стараясь, чтобы твое тело продолжало быть расслабленным. Из горла вместо слов вырвался чуть слышный стон. Ты и так с большим трудом себя сдерживал в комнате, когда твои губы ласкали Офелию, и сейчас это прикосновение заставило тебя выпрямить спину и схватиться второй рукой за край стола, цепляясь за него, как за последний шанс на спасения. Тебе нужно было на что-то отвлечься, чтобы твоя грудь не прыгала от дыхания, которого участилось, стоило лишь Офелии чуть сильней сжать свою руку, а потом начать ей двигать, вот только у тебя ничего не выходило. Ты даже пытался вытащить из уголков своего сознания злость, ведь даже была причина, Офелия опять тебя дразнила, но даже этого у тебя не получилось сделать, лишь сильней сжать пальцами край стола, заставляя их побелеть от напряжения.
  - Ты не можешь, чтобы последнее слово осталось не за тобой? - твои губы пересохли, и ты чуть поддался ближе к девушке, скользнув второй рукой по ее спине, спускаясь вниз, коснувшись попы, притягивая ее ближе к себе, - я не люблю, когда меня дразнят, принцесса, - ты уже касался ее губ, вновь выдохнув стон, что вырвался из твоего горла и ты резко закрыл глаза, скользнув губами куда-то вниз по шеи Офелии и запутываясь лицом в ее волосах, чтобы не показывать ей своих глаз и того желания, что в тебе возникло в данную минуту. Ты хотел ее остановить или попросить, чтобы она перестала с тобой играть, позволяя тебе расслабиться. Ты вернулся к ее губам, чуть целуя их, - а если я скажу, что тебе придется довольствоваться...толь...ко рукой? - тебе сейчас на миг показалось, что у тебя потемнело в глазах, ты даже почувствовал, как закружилась голова и ты на миг потерял всю реальность. Под тобой чуть скрипнул стул, когда ты слегка пошевелился, задохнувшись, - Офелия, заканчивай! - ты и сам не понимал, чего же ты сейчас просишь. Хочешь ли, чтобы она отстранилась от тебя, ушла, забыла о тебе или хочешь, чтобы продолжила, доказывая, что тебе не удастся вот так просто играть с ней лишь по твоим правилам. Ты задышал чуть медленнее, - неужели ты настолько истосковалась по мужчине? Что, двухметровые красавцы не слишком уж жаждут оказаться в твоих объятиях? Или тебя больше привлекают нищие, с...как ты там...вчера ска...зала, неумением признавать авторитеты! Офелия!...хва...тит, - ты уже с большим трудом выговаривал предложения, но все еще с каким то мазохистским терпением сдерживал себя, зля Офелию намеренно, видя, как меняются опять ее глаза и ты был вот уже второй раз зачарован этим насыщенно зеленым цветом.

Отредактировано Michael Davidson (2013-02-05 01:30:42)

+2

20

Делаю шаг — сердца стук,
Замкнутый круг. Вечный круг.
Я взмою вверх, ты падёшь вниз,
Ни вспомнить, ни спастись.

     Все вокруг меняется: будь то поток движущихся машин в центре города, будь погода, а также будь это просто внутреннее состояние человека. В один миг. Раз и все. Некая точка невозвращения в прошлое, в котором нет ничего, кроме едкого чувства несправедливости, разъедающего изнутри. Сейчас на его смену приходит нечто новое, совсем иное и уже успевшее стать родным чувство. Его нельзя сравнить ни с чем, его даже не дано почувствовать каждому, но видимо Офелия заслужила это. Вы когда-нибудь могли испытывать нечто, в чем совмещается все возможная нежность, притяжение и ненависть, выражающая в безудержном желании всегда быть правой? А представьте, что чувствует человек, который до этого момента ни раз в жизни не смотрел ни на кого с глазами маленького ребенка, которому только-только вручили драгоценный подарок? Их встречу можно называть как угодно, начиная от злой шутки и заканчивая подарком судьбы, и все предложенные варианты окажутся правдой. Почему? Потому что два таких разных и сложных человека не должны были встретиться, но тем не менее они не только сказали друг другу привет, теперь они оба не хотят отпускать друг друга. Никто даже не говорил ни слова, но прикосновения подтверждали все это куда сильней, чем могло бы объяснить искусство слова. Руки Микаэля, что скользнули по спине Офелии, его тихое учащенное дыхание, которое он пытался сдержать, и губы Офелии, едва касающиеся губ мужчины. Ей безумно хотелось сейчас его поцеловать, словно они уже давно вместе, и словно она имеет право на все, что только можно, но она оттягивала этот момент насильно, на этот раз дразня Микаэля еще и губами. Ее сводила с ума лишь одна мысль, что этот мужчина действительно хочет ее, и поэтому на данный момент Офелии казалось, что не он сейчас в ее власти, во власти ее движений, а именно она находится под воздействием одного его дыхания. Но ему об этом знать не обязательно, верно?
     Наконец-то она добилась того, что уже продолжительное время жгло ей виски - мелкой трещины его самообладания, которая расползалась мелкой паутинкой торжества по его гордости, заставляя победно улыбаться, глядя в эти голубые, едва разбавленные льдинками глаза, которые только недавно светились усмешкой, зато сейчас все - и эти глаза, и рука, судорожно вцепившаяся в столешницу и судорожно ее сжимающая, просили лишь об одном. Пощады? Офелия улыбнулась, слегка сжимая свои пальчики, продолжая дразнящими движениями мешать мужчине сосредоточиться, и все, что она испытывала сейчас - это ощущение триумфа, смешанное с торжеством в бесконечном потоке, это было приятнее детских воспоминаний, любого неожиданного подарка или повышения - это заводило, мешало сосредоточиться самой, однако девушка крепилась, стоило ей только заметить напряжение Микаэля, под напускным спокойствием она ловила каждое слово, сказанное им, а сама доводила его до эйфорического состояния, не обращая внимания ни на его тон, ни на предупредительный шепот, на который мужчина изредка срывался. - Ты же не против, что я заберу твою рубашку с собой, раз она так мне идет? Все по-честному, ты тоже лишил меня сегодня одной из моих любимых вещей, Микаэль. - Все внутри нее буквально пело от возможности доказать ему, что с ней также опасно играть и ставить ультиматумы, даже такие, на которые может только быть способно его сознание. Она тяжело дышала в такт с ним, слегка привставая на его коленях, вплотную прижимаясь к его груди и рассматривала его черты лица, замечая каждое изменение настроения Микаэля. Как же это все-таки было приятно видеть - его расслабление и одновременно полную напряженность, которая наверняка стучала в его висках, ощущалась в каждом его полудвижении и в каждом слове, что он выдыхал, пытаясь показаться сильным и собранным, но Офелия прекрасно знала, какой ценой мужчине дается его тон, особенно учитывая то, что она с ним творила.
- Я уверенна, что они еще будут, потому что тебе этого хочется не меньше, чем мне, но ты конечно же можешь со мной поспорить, но в итоге мы вместе придем к выводу, что я не ошиблась с своих суждениях, не ошиблась в тебе, Мика, - Слегка откинувшись и упираясь спиной на столешницу, Офелия не расслабляла хватку, возможно, позволяя Микаэлю сказать чуть больше и одновременно не разрешая даже двинуться без ее ведома и разрешения, а давая возможность лишь изнемогать от удовольствия, продолжая свою медленную пытку. Его счастье, если бы он не сдерживал себя так долго, она бы закончилась, но на своих ошибках учатся, а кто как не Офелия, сможет помочь ему извлечь из ее действий приятный урок, приносящий ей даже больше удовольствия, чем самому мужчине. Однако она подмечала каждую деталь, как участилось его дыхание, стали чуть резкими движения, по тому, как он судорожно вцепился в стол, резко подаваясь ближе к ней, ей было приятно видеть, как его сила дает слабину, отзываясь даже в ее сознании легким стоном, который-таки сорвался с его губ! Офелия улыбнулась, приближаясь к нему ближе и пробегая кончиками пальцев по его плечу, скользила губами по его скуле, сама восстанавливая дыхание. - Не хочешь пить?- девушка улыбнулась, легко коснувшись своими губами губ Микаэля, - Кофе как раз остыл, а когда он холодный, его не так противно пить, и да, я уже поняла, что ты не любишь кофе с сахаром, обещаю, что на следующее наше утро она будет другим.- Офелия слегка повернулась, беря чашку с уже успевшим остыть кофе в руки и поднесла ее к губам Микаэля, отметив про себя, что то, что происходило между ними вряд ли можно было назвать простой игрой, если вчера это было на то похоже, то сейчас начиналось что-то, что было гораздо сложнее взаимных перипетий, что-то такое, от чего теперь очень трудно отказываться, да и не стоит.
- Ну что, мистер Дэвидсон, не хотите ли Вы и сегодня провести весь день с принцессой, которая уж точно не даст вам скучать? Кажется, вчера я вас не разочаровала, раз вы все еще здесь и не попросили меня покинуть этот дом, - Офелия привстала с колен Микаэля, взяв его руку в свою и слегка потягивая на себя, чтобы мужчина встал со своего места. Девушка уже заранее знала, что она останется, еще до того момента, как Мика слегка сжал ее руку. Где-то на уровне подсознания, где преобладает интуиция, где-то глубоко внутри себя, Офелия чувствовала, что это только начало. Это ее одновременно привлекало, но также и пугало. Раз ей сейчас так хорошо с этим мужчиной, с которым она знакома чуть больше суток, так что будет потом? Да даже сегодня вечером, когда Офелии придется уйти, потому что завтра у нее рабочий день, как наверняка и у самого Микаэля? Решив оставить подобные мысли ровно до того момента, когда придет время и они начнут мучить ее, Офелия захотела побыть в реальности, вновь не думать о последствиях, а просто быть самой собой с человеком, которого этого также хочет. За последние годы Офелия завела много новых знакомств, но никто из встретившихся ей людей, не мог сделать то, что получилось сделать у Микаэля всего лишь за пару часов - заставить ее быть самой собой. - У меня сегодня много свободного времени, и я надеюсь, что ты не забыл о моей просьбе показать свои статьи? Но сначала, - Оказавшись в комнате, смеясь, Офелия тут же потянула за собой в кровать Мику, - сначала я хочу побыть с тобой. - Девушка коснулась его губ, увлекая его в свой долгих поцелуй. Кто знает, что будет завтра, что будет через месяц, а уж тем более через год? Никто, потому что мы сами творим свое будущее, своими поступками, которые то ранят, то показывают всю нашу любовь, поэтому нельзя сказать с уверенностью о том, как будут развиваться их отношения, но отчего-то Офелии хочется верить в то, что все будет хорошо.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » .кто бы научил и рассказал