В тебе сражаются две личности, и ни одну ты не хочешь принимать. Одна из прошлого...
Вверх Вниз
» внешности » вакансии » хочу к вам » faq » правила » vk » баннеры
RPG TOPForum-top.ru
+40°C

[fuckingirishbastard]

[лс]

[592-643-649]

[eddy_man_utd]

[690-126-650]

[399-264-515]

[tirantofeven]

[panteleimon-]

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Комильфо. Знаю, что люблю (с)


Комильфо. Знаю, что люблю (с)

Сообщений 1 страница 20 из 22

1

главные герои?
эшли лие - студентка гриффиндора, четвертый курс, староста; отыгрывает эстель розье
амбрелла руквуд - студентка гриффиндора, четвертый курс; отыгрывает саму себя

за кадром?
майлз блетчли - студент слизерина, четвертый курс, староста
джерард макграт - студент когтеврана, четвертый курс, возлюбленный эшли
профессор блетчли - декан слизерина, преподаватель зельеварения

когда?
первое сентября, 2006 год

где?
великобритания
дорога лондон - эдинбург
поезд "хогвартс-экспресс"

о чем?
вредно быть сладкоежкой и тащить все, что аппетитно пахнет, в рот. тебе разве не говорили, лие?

http://vk.com/doc6649394_135320017?hash=dd288eef410d536899&dl=43d2125a1394ef83b8

*по мотивам любимого гарри поттера :3

+2

2

Первое сентября с каждым годом становилось все скучнее и скучнее, обыденнее и обыденнее. Ничего нового: вокзал Кинг-Кросс, платформа девять и три четверти, алый паровоз Хогвартс-Экспресс, и вагоны с забитыми детьми купе; затем Хогвартс, Церемония Распределения и толпа новичков, которых нужно проводить до гостиной факультета и указать, где их комнаты. Все довольно прозаично, и привычно.
Сидеть, уткнувшись лбом с холодное окно, в более менее спокойном вагоне старост, да еще и в полностью свободном купе - что может быть лучше? Лие было откровенно лень вытаскивать себя из своего укромного местечка и прерывать свое столь занимательное занятие - разглядывание рельс. К тому же, пойти по делам старостовским - это значит неминуемо столкнуться с Руквуд, которая, похоже, уже суетилась по этим самым делам. А неминуемо столкнуться с Руквуд - было нелучшей перспективой, учитывая, что как девочки поссорились в конце учебного года, так все каникулы в этой ссоре и провели. Не перекинулись ни единым письмецом, ни разу друг другу не позвонили. Это было печально, конечно, но ко всему привыкаешь.
Под мерное "тыдын-тыдын-тыдын-тыдын", что издавили колеса Экспресса, Лие впала в дрему. Но резкий звук открывающейся в купе двери заставил ее вздрогнуть от неожиданности, и посмотреть в проход.
- Здравствуйте, а Вы знаете Амбреллу Руквуд? - быстро затараторил маленький мальчуган, который, собственно, и потревожил гриффиндорку. В школьную форму он еще не переоделся, да и росточком был маленький, поэтому Лие решила, что это либо второкурсник, либо, и скорее всего, будущий первокурсник, - Меня просили ей передать, - мальчишка положил какой-то пакетик на сиденье купе, а затем воззрился на гриффиндорку.
- Ээ.. да, знаю - староста коротко кивнула ребенку и потянула руку к пакету, - Я ей передам. А кто перед... - Эш хотела узнать, кто передал Амбрелле сей презент, но мальчишки уже и след простыл. Тогда она захлопнула дверь и занялась пакетом.

Наверное, это было не хорошо? Но Эшли посчитала, что лучшая подруга имеет право знать, что передают ее подруге. И пофиг, что на данный момент у этих самых подруг не самый радужный период в отношениях. Но, ведь всего лишь ссора же, да, не более. Поэтому гриффиндорка уверено запустила ручку в пакет и извлекла "посылку".

+2

3

Спустя минут 15-20.

Гриффиндорка сидела, оперевшись руками о столик, положив личико в ладошки, и с мечтательным видом смотрела в окно. На ее губах играла довольная сладкая улыбка. Такой улыбкой улыбаются тогда и только тогда, когда думают о чем-то очень-очень приятном, просто запредельно приятном. А в глазах была легкая потерянность, затуманенность, словно мысли девушки были где-то далеко-далеко за пределами этого купе. Возможно, где-то там, в облаках, что проплывали по небу, или в том огромном поле, мимо которого проезжал поезд. Иногда, а если точнее - то примерно каждую минуту, - гриффиндорка вздыхала не менее сладко и романтично-задумчиво, чем улыбалась. И когда она вздыхала, то обязательно зажмуривала глазки, наслаждаясь этим вздохом и будто сильнее погружаясь в мысли.
А перед нею лежала распахнутая коробка зефира. Точнее, это была уже просто коробка, без ранее находящего в ней зефира. Несложно догадаться, что коробка эта предназначалась для Руквуд. Однако, не найдя в пакете никакой записки, в которой могло бы быть сказано, от кого она (эта коробка), или в честь чего, Лие решила убедиться, что оно не отравлено. Хотя, на самом деле, в ней просто взыграло любопытство. Ну а когда коробку она открыла, увидела этот зефир, и почувствовала его запах... не смогла устоять, да.

+2

4

Вот и начался новый учебный год. Начался он, конечно, так же, как и прошлый учебный год и позапрошлый – с великого поезда «Хогвартс – Экспресс», что уходил так отчаянно с платформы девять и три четверти, завалив воздух огромным клубом дыма и наградив провожающих довольно громким и четким «у-у-у».
Кажется, что – то все - таки отличалось от прошлой и позапрошлой такой поездки. Ах, да, сегодня Амбрелле предстояло побывать в вагончике, где весь путь до Школы просиживают старосты. Проходя через разные вагоны, встречая знакомых учеников, профессоров девочка где – то задерживалась, дабы почесать языком и потянуть время. Амбри прекрасно понимала, что зайди она сейчас в вагон для старост, гриффиндорка встретит там свою закадычную подругу, с которой не общалась все каникулы. И не то чтобы Руквуд избегала всяких встреч, пересечений, ей просто не хотелось встречаться с Лие с глазу на глаз, потому что гриффка просто не представляла, что говорить, как себя вести и вообще к чему может привести такое «столкновение».

- Гхыр бы вас всех побрал! – крикнула Руквуд, бросила на стол «ладью» и отправилась в свой вагон... В свой вагон?! Да, именно туда. Странно, наверно, ведь Амбри так не хотела встречаться с Эшли, да только проблемка была все же немного в другом. Пока девочка играла в шахматы с кучкой мальчишек, к Руквуд успели обратиться несколько учеников. И мало того обратиться! Они успели задать ну просто наитупейшие вопросы, а получив на них самый настоящий четкий и правильный ответ, они задавали еще и еще вопросы, столько же наитупейшие как и первый. В общем, Руквуд просто надоело, что уже в первый учебный день ей надо разгребать всю работу одной, в то время как Лие прохлаждается в вагоне, где находятся старосты (Амбрелла и не сомневалась, что Эшли уже там). Да и вообще проигрывать каким – то мелким гриффиндорцам было как – то обидно. Девочка зашла в свой вагон и хлопнула дверцей. Оставалось найти ту самую ячейку в этом вагоне, где просиживала Эшли. Хотя найти девчонку оказалось проще простого: заглянув в окошки купе, Амбрелла убеждалась, что Лие там не сидит, а вот четвертое окно показало картину другую, в общем - здесь и сидела Лие. – Ты могла бы хотя бы разочек поднять свою пятую точку и помочь мне?!– воскликнула девчонка, громко хлопая дверью. Амбри не стала ждать ответа, девочка села напротив подруги и издала многозначительный «фырк» - на лице Эшли была какая - то странная улыбка, которая еще больше бесила Руквуд. - И хватит так улыбаться, ты похожа на идиотку! - крикнула гриффиндорка, поставила локти на стол и, облокотившись о них, водрузила на ладошки свою голову, которая сейчас просто кипела. Взгляд остановился на какой - то коробке, откуда приятно пахло, но Руквуд сейчас ничто не интересовало, ее все только раздражало. Девочка резко отодвинула коробку так, что та благополучно упала на пол. Амбрелла даже не шелохнулась, чтобы поднять коробочку, она уставилась на подругу, и на сей раз она ждала ответ.

+2

5

Пейзажи за окном переодически сменяли друг друга, и каждый новый радовал сердце Лие всё больше и больше, чем предыдущий, заставляя её всё сильнее улыбаться и радоваться дню. В душе все как-то неестественно ликовало, а всё вокруг приобрело такие радужные оттенки, в которых видят мир наверное только беззаботные дети - с такой наивностью, легкостью, и отличным настроением. А проплывающие по небу облака, белоснежные и различной формы, вообще казались для девочки чем-то запредельно чудесным. И она рассматривала их, иногда склоняя голову на бок, затем поднимая её, а потом склоняя в другую сторону. Но не просто так облака так сильно радовали и привлекали гриффиндорку. В каждом из них ей мерещилось - а в некоторых она даже практически отчетливо видела - одно лицо. Такое милое, даже ангельское личико, с блондинистыми платиновыми волосами и зелеными глазками, которые обрамляли пушистые ресницы. Ну, как можно было не улыбаться этим чудесным облакам и этому чудесному лицу?
Когда снова резко распахнулась дверь купе, Эшли уже не вздрогнула. Вместо этого она только чуть громче вздохнула, видимо, чтобы услышать самой же этот вздох, и не оторвала взгляда от очередного облака, который, как ей казалось, похож на шоколадную лягушку. Почему именно на шоколадную, когда все облака белые - величайшая гриффиндорская тайна, да. Да впрочем Лие не вздрогнула даже тогда, когда по купе (да что там по купе, наверное по всему вагону) разнесся гневный голос Руквуд. И не нужно было даже поворачиваться, чтобы узнать его. Девочка устроилась на сиденье напротив умалишённой Эшли, и, подобной ей же, облокотилась о столик. Если бы Эш занимали какие-то мысли кроме тех, что её собственно, занимали, то она определенно почувствовала бы то раздражение, что отходило от подруги. Но нет. Ей показалось, что Амбрелла тоже в шикарном настроении. Как же может быть иначе в такой великолепный день?
- Он такой лапочка, не правда ли? - вновь романтично вздохнув тихо и певуче проговорила гриффиндорка и мечтательно закатила глаза, - Яя влюбиилась.. - и еще один влюбленный вздох.

+2

6

- О, Годрик, заткнись! – прорычала Руквуд, услышав ответ подруги. Как – то странно, что именно «подруги», а не «бывшей подруги», но, видимо, несмотря на то, что девочки не общались столь долгое время, не пересекались, не созванивались, что еще упрямо заставляло Амбреллу считать Эшли своей подругой. Наверно, нельзя просто так взять и поставить это прилагательное на первый план, учитывая, что именно это прилагательное способно было описать отношения между девочками. Бывшие. Бывшие отношения. – Мы и так из – за него поругались! – воскликнула Амбрелла и стукнула ладошкой по маленькому столику так, что тот даже малость покачался.
Руквуд было больно упоминать о том, что девчонки поругались из – за какого несносного рейвенкловца, но факт остается фактом – он стал причиной ссоры, которую даже если захочешь из головы не выкинешь и не сотрешь. Да и был ли смысл стирать? Ведь все рано или поздно проходит.
Например, в летние каникулы Руквуд не так часто вспоминала о ссоре, но причиной тому были поглощающие с ног до головы события: Амбрелла летом побывала дома, где счастливые родители «наградили» девочку особой новостью: у Амбри будет братик, который вылупится на свет в конце осеннего семестра. Эта новость, пожалуй, сначала никак не сказалась на девочке – Руквуд ее восприняла просто как «будет, ну и пусть будет», но спустя пару дней, когда Амбрелла отошла от ссоры с лучшей подругой, это заявление стало просто бальзамом для души. А потом вся семейка рванула в Венецию: мост Риальто, площадь Сан-Марко, часовая башня, мост Вздохов – такая красота не могла оставить гриффиндорку равнодушной, такая красота не могла не захватить все мысли и волнения.
- Влюбилась она, - произнесла Амбри и глянула в окно, - у тебя вообще крыша поехала с ним! - не угомонялась девчонка, но чтобы хоть как - то себя отвлечь, девочка протерла пальчиком пыль на резинке, которая окаймляла окно.

+2

7

Слова Амбреллы доходили до сознания Лие далеко не сразу. Словно "шли" они в замедленном темпе, совершенно не торопясь долететь до места назначения. Да и по началу звучали они как-то неотчетливо, смазано, словно тгриффиндорка говорила что-то невнятное. Но на самом деле у Эшли просто не было желания отвлекаться от своих мыслей о блондине и уделять внимание чему-то, о чём болтала ее подруга. Да и было ли это было существенно важно в то время, как в душе трепетало волнение от того, что скоро, совсем скоро, она его увидит. Скоро, через несколько часов, сойдет с поезда, и он тоже обязательно выйдет из какого-то вагона, сольется с остальными слизеринцами и направится в сторону Замка. Она уже предвкушала, как последует за ним, будет смотреть в его глаза, слушать его голос...
Скинув туфли, Эшли забралась на мягкое сиденье с ногами и, развернувшись головой к двери, откинулась назад и разлеглась, запрокинув руки. Она хотела вытянуться, но кушетка оказалась куда меньше роста самой Лие, поэтому костяшки пальцев больно стукнулись о стенку, а гриффиндорка, даже не поморщившись, заложила их под голову. "Тыдын-тыдын тыдын-тыдын" по-прежнему действовало убаюкивающе, поэтому староста была готова уже погрузиться в сладкий сон, в котором обязательно ей приснился бы Он, но... слова Руквуд, наконец-то, достигли влюбленного сознания.
- Я люблю его!! -малясь с истеричной ноткой пропищала Эшли и резко села на кушетке, не спуская ног на пол, и недовольно смотря на подругу. Ну как, как она могла ее не понимать, и как она могла так возмущаться?! Это возмутительно! - Да как мы могли из-за него поругаться? - в недоумении поинтересовалась гриффка, но буквально через секунду ее осенило, - Тоже, значит, влюбилась в лучшего в мире слизеринца? - пробубнила Лие, скосив недовольный взгляд на Руквуд, а затем снова улеглась на сиденье, обняла саму себя руками, и довольно зажмурилась. Да, ее мысли снова занял блондинистый мальчишка, поэтому на возмущения времени не осталось, - Лучшего в мииире....саамого-сааамого лучшего слизериииинца... - сладко протянула гриффиндорка, а затем, все той же интонацией, приторно-влюбленной, добавила: - Знай, делиться не буду!

+2

8

Шок. Ступор. Время остановилось. Дыхание замедлилось. Кровь перестала течь по телу, как делает это обычно. Недоумение. Что? Что происходит?! Руквуд уставилась на Лие. В купе воцарилась тишина. Амбрелла даже не моргала. Даже, казалось, не дышала вовсе. Гриффиндорка была просто в замешательстве. Неужели ее закадычная подруга – и снова рука не поднимается написать "бывшая" - нашла себе еще одну жертву, в которую влюбилась и которой решила позлить Амбри? Такого поворота событий Руквуд не могла ожидать. Девочка глубоко и тяжело вздохнула, вскинула брови и открыла рот, для того, чтобы выразить то ли соболезнования, то ли радость, в общем, какое – либо чувство, но вымолвить Руквуд ничего не удалось. Девочка подняла кисти рук наверх и издала непонятное рычание.
- Ты сбрендила?! – наконец воскликнула ошеломленная Амбрелла. – Ты, вообще, что за дурь несешь?! – гриффиндорка встала со своего места и зашагала по купе (хотя шаганием как таковым это назвать нельзя, ибо места для ходьбы здесь было довольно мало). – Ты выпила? – уже более серьезным тоном спросила Амбри, затем, не дожидаясь ответа приблизилась к подруге, чуть наклонилась и понюхала ее губы. Нет, те, увы, пахли чем – то шоколадным и сладким. И да, именно "увы", иначе бы было понятно, откуда взялся такой Лиешин бред. – Ладно, Эшли, хватит, – теперь Руквуд стояла напротив Лие четко по стойке "смирно", - кончай свои шуточки, просто едем молча и все. – Амбрелла вернулась на свое место, еще раз посмотрела на гриффиндорку и тяжело вздохнула. Да, Эшли умела приводить Руквуд в такое чувство как "шок", но сегодня "шуточка" была необычной. Так Лие еще никогда не шутила.

Отредактировано Umbrella Rookwood (2012-12-10 22:14:53)

+2

9

И снова много-много слов обрушилось на Эшли, и снова эти слова бросала Амбрелла. Ну вот зачем, зачем нужно портить человеку кайф? Человек лежит, обнимает сам себя, и даже буквально тискает сам себя, мечтая о другом человеке, который так и манит, так и манит... Зачем нужно все портить своими воплями? Ну, точнее, то были не вопли, но в столь маленьком купе интонация третьекурсницы казалась именно вопящей.
Впрочем, у Лие не было времени на ответ - она тискала саму себя в собственных же объятиях, да так, что началась раскачиваться из стороны в сторону на сиденье, на котором лежала. Порой можно было услышать, как она довольно попискивает что-то в роде «ути мой хорошенький», «тииии мой слаааденький», «няняняяя уиии уиии уииии» и всякое такое, что не несло особой смысловой нагрузки. В общем, гриффиндорке было откровенно плевать на то, что там думала Руквуд, у неё были мысли о зеленоглазом слизеринце, который был словно выгравирован на внутренней поверхности век, и на данный момент это было самым важным. Зато желание Амбреллы, которого Лиеша на самом деле не слышала, было исполненно - ехали в тишине. Несчитая попискиваний.
Неожиданно поезд тряхнуло и Эш, которая и без того норовила свалиться на пол, собственно, свалилась на пол. Благо, ей повезло, и моська лица с этим самым полом не повстречалась - приземлилась староста на согнутые в локтях руки. Издав сдавленное «ооой» и не поднимаясь с локтей и колен, девушка начала разворачиваться, сшибая своей филейной частью сиденье, косяки и дверь. А затем, повернувшись лицом к подруге, чуть приподнялась с пола и обхватив ручками ноги Руквуд, повисла на них, крепко прижав к себе.
- Ну чего сразу сбрендила... - мягко заговорила Лие, словно и не было той длительной паузы после слов третьекурсницы, - Чего сразу пилааа. Я же сказала тебе, - она подняла глаза на старосту и широко-широко улыбнулась, - Я же сказала, что я его люб-люююю. Сильно-сильно. Вот так - и, дабы продемонстрировать это самое «вот так» Эш заползла на сиденье, на котором сидела Амбри, и начала тискать подругу, крепко сжимая ту в объятиях и попутно целуя туда, куда попадала - в щеки, в лоб, в нос, в макушку.
Конечно, это был не слизеринец, но мечтать то не вредно, нет. Поэтому, мысленно Лие решила, что тискает она не Руквуд, а того слизеринца. Просто ей нужно было чем-то себя занять. В предвкушении того, что она увидит слизеринца, сойдя с поезда, было сложно сидеть на месте - хотелось уже скорее подбежать к блондину и заключить его в свои объятья.

+2

10

…но, так или иначе, «шуточка» капитально зацепила Руквуд, иначе бы та сейчас не продолжала сидеть в этом купе вместе с Лие, а развернулась бы да и ушла восвояси, а именно к тем самым мальчишкам, которым надо бы надрать уши за то, что они посмели обыграть саму старосту! Это, конечно, может быть и хорошо, что мальчишки так профессионально играют в шахматы, но Амбрелла чувствовала себя малость униженной и раздавленной таким глупым проигрышем, а ведь проиграла Амбри из – за какого съеденного коня пешкой Руквуд. Это было очень обидно на само деле. Но, что говорить о том, что было? Гриффка все равно сидела в этом купе и теперь не могла понять лишь одного – в кого «втюрилась» подруга? Если учесть, что Эшли назвала хотя бы факультет юнца (а может он и никакой не юнец, а уже даже очень взрослый паренек), то это мог быть кто угодно, но с факультета Слизерин. Мысленно Руквуд начала перечислять всех слизеринцев, однако все бы хорошо, но поезд хорошенько тряхнуло. Эшли свалилась, мысли Амбри – тоже. Гриффиндорка посмотрела на валяющуюся подругу и обреченно вздохнула – это конец. Но нет! Нет! Лие стала подниматься, и «подоподнималась» до того, что обхватила ноги Руквуд и прижала оные к себе. По телу гриффки пробежали мурашки, все это ее слишком уж пугало.
…но, так или иначе, ничего нового гриффиндорка не услышала: Эшли продолжала признаваться в любви к какому – то парню, а после девушка присела рядом с Амбреллой и начала ту в наглую прижимать к себе, целовать и тискать! Возможно, это все было очень забавно и мило, если не брать к сведению одно очень важное обстоятельство: девчонки были в ссоре!!! Руквуд принялась выкарабкиваться из теплых «обнимашек» Эшли, но все было напрасно. Амбри даже ладошкой оперлась о лицо подруги, чтобы ту от себя оторвать! Но нет, не помогло. Четверокурснице пришлось просто напросто смириться.
- Либо ты, - пыталась произнести гриффка, чувствуя, как Эшли просто душит подругу, - отцепишься, либо я тебя, - глубокий вдох, - стукну!!! – крик вырвался из уст девчонки так резко, что та сама была в шоке от себя. И вроде бы крик помог, Лие одернула руки – Руквуд быстренько переметнулась на противоположную сторону. –Эшли, послушай, - тон девочки был серьезней, чем когда – либо, - если ты хочешь проявлять на ком – то свою любовь, то проявляй, да! Но… - Руквуд сделала многозначительную паузу. – Пусть это буду не я, - Амбри скрестила руки на груди и отвернулась от Лие. Нет, видимо, даже обнимания, прижимания и поцелуи в каком – то «накуренном» состоянии Эшли не способны возобновить их дружбу.

+2

11

Если вы думаете, что из цепких лапок Лиешки было легко выбраться и не понимаете, почему Амбрелле это удалось не сразу - пообнимайтесь с дьявольскими силками, это будет примерно одно и то же. Ибо, чем сильнее Руквуд брыкалась, тем крепче Эшли обнимала ее и прижимала к себе, не желая отпускать. Ну, еще бы, она ведь решила, что тискает слизеринца, а отпускать его из своих объятий так быстро, даже не успев наобниматься вдоволь, естественно не хотелось. И единственное, что заставило гриффиндорку отпрянуть от подруги, это был резкий вскрик Амбри, который шарахнул Эш по голове с неистовой силой, даже на какой-то миг поставив все мысли на место. Этого мига хватило для того, чтобы осознать, что белокурым студентом Слизерина в этом купе даже не пахнет, и для того, чтобы отодвинуться подальше от Руквуд. Остальным же словам, которые имели место быть до крика и после него, староста значения не придала.
Усевшись на противоположном от Амбреллы конце сиденья, то бишь возле двери в купе, Лие подтянула колени к груди, обхватила их ладошками, и положила на них подбородок. На какое-то время в купе снова воцарилась тишина. Возможно, она была немного гнетущей, возможно от нее веяло натянутостью и недоговоренностью, но все это было так только для Руквуд, ибо старшая гриффиндорка была в самом наилучшем расположении духа. Однако, спустя минут пять-семь этой тишины, Эш глянула на подругу, которая что-то сосредоточенно рассматривала в окне, и подумала, что наверное не нужно быть жадной задницей, а нужно поделиться с Амбри хорошим настроением.
- День сегодня чудесный... - широко улыбаясь и уставившись затуманенными масляными глазами к потолок начала Лие, - ...облака такие красивые по небу скользят... Ты только посмотри, они прелестны!... И солнышко светит... Сегодня уже осень, а оно светит абсолютно не по-осеннему... И вообще... Просто хороший день сегодня... - а дальше мысли скатились в другую сторону. Ясно, в какую, - И он такой красивый.. Я не видела его сегодня, но просто знаю, что он нисколечки не изменился за лето... - гриффиндорка говорила сладкой, даже приторной интонацией, очень мягко, и чуть растягивая слова, словно смакуя их, - ...разве что только похорошел... - мечтательный вздох, - у него глаза красивые...и кожа, - Эшли тихо смущенно хихикнула, - ...скорее бы его увидеть.. и день станет еще более чудесным... - наверное, если бы девушка могла урчать, как кошка, то сейчас непременно бы довольно-довольно замурчала.

+2

12

Все слова, которые произносила Эшли, связанные в какие – то чудесные и смешные предложения лишь только выбешивали Руквуд, но та молчала, та держала всю злость в себе и не давала ей покинуть мозг хозяйки. Пусть нервозность посидит внутри, пусть побудет там, не хватало еще, чтобы соседние купе услышали все крики, доносящиеся отсюда. Хотя терять уже было нечего, Амбри уже и так вдоволь накричалась на подругу, и наверняка хоть одна живая душа да и слышала что – либо. Но нет, гриффиндорка молчала и лишь сильнее сжимала руки на груди, будто именно они отвечали за молчание Руквуд. Да только, ах увы, у всего есть свой предел, и он рано или поздно наступает: стоило Эшли начать говорить о каком – то мальчишке, Руквуд взорвалась аки воздушный шарик, наткнувшийся на иголку.
- Да гхыр бы тебя побрал, пустая голова!!! – прокричала староста, размахивая руками, а левая рука вообще стукнулась о столик, но это не остановило «словарный понос» Амбри. – Ты можешь не думать о нем?! Ты можешь заткнуться и молчать?! – продолжала кричать девочка. – У тебя совесть есть?! Ты меня в первый же день довести решила?! Поздравляю! Тебе это удалось!!! – с этими словами Амбрелла резко встала и вышла из купе. Думаете, она ушла и больше не вернется? Нет, девочка не могла просто уйти. Не могла. Через секунды четыре – пять в купе вновь зашла гриффка. Зашла громко – дверью хлопнуть не забыла, да, и уселась снова на свое место. – Ты мне хоть объяснишь, что за любовь у тебя такая новая? – на сей раз спросила Амбрелла куда спокойнее, чем несколькими секундами назад. Да, Руквуд быстро отходила, если дело касалось ее лучшей подруги. Обычно девчонка заводилась до конца. До того самого конца, когда уже готова прямо отлупить виновника.

+2

13

Влюбленная магичка никак не могла взять в толк, почему же Амбрелла, прекрасная Амбрелла так раздражается в столь чудесный день, когда солнышко светит, облака красивые по небу плывут, колеса поезда так романтично стучат... Ну как, как можно было беситься в такооой день? И, конечно же, магичка не могла взять в толк, почему Руквуд так бесится при упоминании о слизеринце, о котором говорила Лие. Он ведь такой очаровательный, такой милый, такой обаятельный, такой блондинистый, такой офигенный, в общем. Неужели её коллега староста совсем-совсем никак не могла разделить чувств подруги? Это было обидно, но придавать этому значение, отвлекая саму себя от мыслей о нем - это же просто издевательство над самой собой!
Когда Руквуд вылетела из купе, Эшли практически растеклась, аки амеба, от потока своих чувств и эмоций, собиралась уже было стечь на пол и образовать там лужицу, но Амбри вернулась на свое место, немного успокоившись. И наконец то, наконец то!! Она спросила у Лие, о ком та болтает и в кого влюбилась. И гриффиндорка не могла даже понять, чему именно она возрадовалась больше - тому, что подруга таки интересуется или тому, что появилось возможность вновь поговорить об объекте лиешного обожания. В общем, внутри все перевернулось от счастья, сердце подскочило куда-то к горлу, глаза заблестели (так обычно бывает, когда говоришь о ком-то, кто тебя волнует) и девушка довольно улыбаясь во все тридцать два выдала имя:
- Майлз. Блетчли, - и с этими словами она плавно, подобно той самой амебе, стекла вниз, на пыльный, что не волновало, пол. И разлеглась там, насколько это было возможно в силу узкого пространства между сиденьями, раскинув руки-ноги-волосы во все стороны. Затуманенные глазки, приправленные блаженной улыбкой, уставились в потолок, и девушка в очередной раз влюбленно вздохнула. Однако, что-то мешало лежать. Что-то гриффка придавила своей тушкой. Аккуратно вытащив это из себя, Эш повертела коробчкой перед собой (это оказалось коробочка из-под зефира), а потом протянула ее Амбрелле, - Тебе, кстати, кто-то зефир прислал... - тихо и певуче произнесла она, - ...я не знаю кто, и, прости, я попробовала чуть-чуть.. - она довольно хихикнула и сложила ручки у себя на животе.

Отредактировано Estelle Rosier (2012-12-12 17:30:04)

+2

14

Руквуд вообще не была драчуньей, нет. Не было еще случаев, когда Амбри кому – то именно накостыляла по самые не хочу так, что соперник попадал в больничку и пил касторку или что еще хуже выданное мадам Помфри. Гриффка могла сильно толкнуть, могла ударить чем – нибудь тяжелым по самому дорогому месту, то бишь по голове. Но нет, изувечить в крайность не могла. И дело было не в воспитанности, дело было просто чисто в человечности, у Руквуд в голове не укладывалось, как можно избить человека, прикладывая всю свою силу! Нет, Амбрелла была более гуманной в этом смысле. Но дело не в этом, дело в том, что Лие таки выдала имя, выдала то самое «яблоко раздора». Майлз Блетчли. Майлз Блетчли! Майлз Блетчли?!
- Кто-о-о-о??? – глаза девчонки тут же стали размером по пять сиклей. – Блетчли?! Тот самый Блетчли?! – Амбрелла широко открыла рот. Челюсть явно отпала, и скорей всего «отпала» в прямом смысле этого слова, потому что можно было четко услышать чье – то клацанье зубами. Или это была не челюсть вовсе, а Лие? Или такой звук издавал сам поезд?! В общем, четверокурсница была явно в шоке. В мего - шоке. В супер - мего – шоке! Руквуд закрыла рот и разразилась каким – то истеричным смехом, каким заливаются шизофреники или заключенные в Азкабан (ну да, у них ведь тоже с мозгами проблемы). Одним словом, девчонка еле угомонилась и еле услышала что – то про ту самую коробку, которая вот совсем недавно валялась на полу, а теперь Эшли ее протягивала подруге. Коробочку Амбри взяла, да, но вот внимания на нее и вовсе не обратила. Да, было бы, наверно, странно сейчас отправить все свои мысли на какую – то коробку, когда Лиеша влюбилась в самого МАЙЛЗА!!! – Ты сумасшедшая, – прошептала девчонка, склонившись над подругой, которая аки воск растеклась на полу, - хотя… Я не понимаю, Эш, ты ведь, - Руквуд запнулась. Да, было странно вспоминать и говорить о настоящей причине ссоры гриффок, но ситуация как никак позволяла завести речь о рейвенкловце. – Ты ведь МакГрата любишь. – это было утверждением, именно.
Руквуд покрутила коробку в руках, открыла ее и... О, снова эти выпученные глазенки! Зефира нет! Зато есть запах. Безумный запах костра. Запах мокрого асфальта. Запах шоколада, а еще запах любимых маминых духов. Манящий, свежий, одурманивающий. Такой запах может запросто закружить голову, свести с ума, заставить повиноваться и исполнять любое желание.
- Вообще ты себя подозрительно ведешь, подруга, - произнесла Руквуд и посмотрела на Лиешу, которой, впрочем, было все по фене! - Странно и нагло, да! Кто тебе вообще разрешал есть мой зефир?! - воскликнула девочка, хихикая над прожорливой Лие. Но вот самой же старшей старосте было, как это говорится, "пофиг". Та лишь кайфовала, а вот то, что Амбри назвала гриффку «подругой» просто слетело с губ, осознание произнесенного пришло опосля.

+1

15

Ах, знаете, как это тяжело - ждать? Ждать того момента, когда наконец сможешь увидеть человека, которого так хочется увидеть. Да что там тяжело, это просто невыносимо! И как только Лие не заметила этого сразу - было большим вопросом. Ибо сейчас валясь на полу купе, краем уха пытаясь слушать слова подруги и пытается не слушать ржач той же, гриффиндорка как-то явно осознала, что сидеть, а точнее лежать, и бездействовать, сил больше не было. Да и слова как обычно не волновали. Разве что, кроме фамилии рейвенкловца - МакГрат. При упоминании нее на душе что-то кольнуло, отозвалось каким-то блеклым отголоском, и скрылось, аки в потемках. И снова, и снова в мыслях - Майлз, а на губах идиотская улыбка, все никак не сползающая. Внутри все забурлило-забурлило-забурлило, и девушка резким рывком села на полу, начала поправлять растрепанные волосы, взволновано озираясь по сторонам. Да, это, что называется, загорелось. Или - забурлила в пятой точке вода, да. Кое-как, на самом деле очень забавными и нелепыми жестами, Эшли пригладила топорчащиеся волосы, соскочила на ноги, и схватила Руквуд за руку.
- Пойдем!! - с нетерпением выпалила она и потянула подругу на себя, - Пойдем, пойдем со мной, пойдем в купе слизеринцев, найдем его, найдем Майлза!!, - затараторила дрожащим от волнения голосом гриффиндорка, дергая Амбреллу на себя и пытаясь оторвать ее от сиденья, - Пойдем же!! Я одна... одна я боюсь... - смущенная улыбка и легкий румянец на щеках, а затем снова - нездоровый блеск в глазах, - Пойдем!! Скорей, а то вдруг... вдруг он уйдет!!!! - о да, это была гениальная фраза, учитывая, что поезд ехал полным ходом. Но... ах, эта любовь! Творит чудовищные вещи, знаете. - РУКВУД, ИДЕМ ЖЕ, Я БОЛЬШЕ НЕ МОГУ ЗДЕСЬ СИДЕТЬ!!!! - Эшли сорвалась практически на крик, в котором явно проскакивали истеричные ноты, которые означали, что дело срочное и не терпит отлагательств.

+1

16

Гриффка как – то устало вздохнула и откинулась на стеночку, прикрыв глаза. Странно, только первый учебный день, а уже такая усталость. Казалось, будто все силы взяли да и выжали именно сегодня, именно в тот самый день, когда сил, по сути, должно быть хоть отбавляй! Такое чувство, будто каникулы только наоборот забрали еще какую – то дольку энергии, причем какую – то последнюю дольку. Руквуд положила пустую коробку из – под зефира на столик и ладошками потерла свои щечки, затем резко распахнула глаза: ничего не изменилось. Лие по – прежнему не было на своем месте, то есть на сиденье напротив, та до сих пор лежала на полу. Наверно, Амбрелла просто ненадолго закрывала глаза – девочка вновь опустила свои веки, да не тут - то было! Чья – то рука коснулась руки Руквуд и потянула ту на себя, Амбри широко открыла глазенки и вылупилась на Лиешу. Та звала искать Майлза.
- Стопэ! – крикнула Руквуд, не поддаваясь зову и «тяге» Эшли. – Остановись! Ты вообще с катушек съехала?! – возмущалась гриффка, вырывая свою бедную руку из цепкой хватки старосты, но все было напрасно, Эшли слишком сильно тянула, да не просто тянула, а рывками, поэтому при одном таком «вытягивании» Амбрелла таки сорвалась с места (пятая точка оторвалась от мягкой сиденьки). Но нет, быстро сориентировавшись, Руквуд толкнула Эшли на свое место. – Эй! Алло! Ты зефира что ль объелась?! – нахмурившись, выкрикивала третьекурсница. Но что – то вдруг молниеносно ударило в голову, аки озарение. Да, такое, видимо, случается, когда человек сильно напряжен, возбужден, в общем пребывает в каком – то сильном чувстве: в голове рождаются какие – то картинки, идеи, сюжеты, и вот именно сейчас что – то подобное произошло с Руквуд. Ведь такого просто не могло быть, чтобы влюбленная в МакГрата Лие ни с того ни с сего переключилась на слизеринца. Да и ладно бы на какого – то слизеринца, но речь то теперь шла о Майлзе! В целом, Руквуд нормально относилась с мальчишкам, но были исключения, да. И в этот списочек «исключений» попадал Майлз. Руквуд не переносила его, недолюбливала, но не ненавидела. Ненависть – это негуманно, но сейчас не об этом. Во – первых, Эшли любила Джерарда, во – вторых, Эшли никогда так много сладкого не ела, в – третьих, Эшли себя так никогда не вела, в - четвертых, зефир не может пахнуть костром, асфальтом, шоколадом и маминым духами... Вдруг все встало на свои места. Вдруг гриффиндорка бросила косой взгляд на коробку с зефиром. Вдруг она поняла – Лие на самом деле объелась зефира.
- Амортенция - очень редкое и необычное приворотное зелье. Оно было изобретено в 1782 году, но дата – не самое главное в этом зелье. Я хочу, чтобы вы запомнили лишь одну важную, на мой взгляд, вещь: амортенцию можно узнать по запаху. Это зелье не имеет своего как бы законного запаха, нет, амортенция пахнет для каждого по разному, в связи с тем какие запахи вам нравятся, - не зря Руквуд посещала лекции профессора Блетчли. Не зря Руквуд так любила Зельеварение. Не зря, все было не зря. Голос профессор эхом отразился в подсознание Амбри. Во время, очень во время.
- Прости, я просто подумала, что... В общем, Эш, знаешь, - Руквуд подошла к выходу из купе и дотронулась до ручки, - я думаю, будет лучше, если я его сюда приведу. Майлза. Ты сиди, ладно? – Амбрелла чуть приоткрыла дверь, но выходить не стала, ибо стоило прежде всего услышать от Лие положительный ответ.

+1

17

Вообще, это обидно, когда ты к человеку - к подруге! - обращаешься за помощью, а она тебе в ответ свое: «стопэ, ты с катушек съехала?» Обидно, да. Очень. И, пожалуй, это была первая фраза Руквуд, которая быстро дошла до мозга опьяненной Лие и конкретно обосновалась там, создавая обиду. Периодически подкидывая в сознание образ Майлза, что разжигало обиду еще больше. В общем, гриффиндорка с совершенно обиженным на весь мир видом забралась на левое сиденье купе, подобралась поближе к окну, подтянула коленки к груди, дыхнула на стекло и начала вырисовывать на нем сердечки. Увлекательное занятие, знаете. Но когда Амбрелла сказала, что сейчас пойдет, и приведет сюда слизеринца, Эшли напрочь забыла все обиды. Резким движением руки она утерла стекло рукавом, стерев с него печальные сердечки, и на коленках переползла на другой конец сиденья, к двери. Руквуд уже стояла в проходе, готовая кинуться за объектом обожания своей подруги, но староста, дабы убедиться в правдивости намерений, вцепилась в ее руку, и с сияющими глазами затараторила, едва не ухнув вниз и не познакомив свое лицо с полом:
- Ты можешь его привести, нет, ты правда можешь это сделать? Ну так чего, чего ты стоишь-то? - последний вопрос был задан уже недовольным тоном, гриффиндорка уже почти начинала злиться на Руквуд за то, что та до сих пор не ушла в вагон, где ехали представители змеиного факультета, но потом осознала, что сама же держит ее за руку. Резко отпустив руку Амбреллы, Эшли выпихнула ее из купе, - Иди уже, я посижу-посижу, а ты без Майлза не возвращайся! - и захлопнула дверцу, не намереваясь пускать подругу обратно. А когда же та наконец уже ушла, Лие отползла от двери, забыв, что не хотела пускать её обратно, если та вернется без Блетчли, и разглеглась на сиденьке, плавно размахивая перед собой руками, и конечно же, мечтая.

+1

18

Ответ был дан, теперь оставалось найти профессора Блетчли и попросить у того противоядие, если, конечно, сие у него имеется, но Руквуд как бы ни старалась, выйти не могла, ибо Лие крепко держала подругу за руку. Однако, старшая гриффка, видимо, сама поняла, почему Амбри еще здесь, и, отпустив третьекурсницу, буквально выпихнула ту из купе. Итак, главная цель – найти профессора. Если думать логически, то он мог быть сейчас где угодно, но если думать логически, как это делает любой человек в случае ЧП (а любовь к Майлзу и есть ЧП), то профессор мог быть только со своими любимыми «змейками», то есть со слизеринцами.
Руквуд рванула в вагон, где ехали «любители зеленых тонов». Благо, найти вагон, в котором даже шторки зеленые, девочке не составило особого труда, а вот найти купе, где сидел профессор, было уже сложнее – Амбрелла не отчаивалась. Первое окошко – мимо, второе окошко – мимо, третье окошко – мимо… Самое ужасное – это то, что ученики, сидевшие в своих купе, как – то косо смотрели на гриффиндорку, которая постоянно заглядывала в окна и разглядывала слизеринцев. Да, это выглядело, конечно, странно, но с другой стороны – дело то житейское, с кем не бывает?
Шестое окно, шестое купе было выигрышным – здесь сидел профессор Блетчли. Амбрелла постучалась в окошко и кивнула Декану, заходить в купе Руквуд не стала. Профессор вышел сам. Разговор продлился около четырех – пяти минут, но уже по выражению лица преподавателя Зельеварения, Амбрелла поняла – тот рассержен. Если он рассержен, значит, не знал, что Амортенцию кто – то брал, вернее, что ее наглым образом украли. Руквуд старалась рассказать все, рассказать все быстро и так, как было на самом деле, но ничего путного не выходило – слова путались, язык заговаривался – получалась абракадабра! Тем не менее, в конце повествования, профессор лишь вздохнул и вновь зашел в купе, Руквуд осталась стоять в коридорчике, глядя в окно. Декан появился через одну минуту с маленькой колбочкой в руке, которая после спокойно лежала уже в кармане черного пиджака гриффиндорки.
В общем – то, Амбрелла не рассказала профессору самого главного - что влюбилась Эшли в Майлза. Да и, наверно, странно, что профессор не поинтересовался этим сам, а, быть может, он и без того знал, кто подмешал в зефир столь сильное зелье? Все возможно, ведь как - никак Майлз был сыном профессора Блетчли, а обычно родители знают все о своих детях, даже если те что - то не говорят.
Теперь оставалось заставить Лие выпить это противоядие, теперь вопрос стоял немного криво: как заставить Эшли выпить это зелье? Пока Руквуд быстрым шагом шла обратно, она тщательно обдумывала свою речь, но почему – то, когда зашла в свое купе, где сидела Лие, мысли куда – то исчезли, в голове образовалась пустота, а Амбри смогла лишь выпалить одно:
- Пей! За здоровье его пей! – Руквуд резко протянула колбочку подруге. – Он… Он подойдет с минуты на минуту! Быстрей пей! Залпом! – выкрикивала Амбрелла, выпучив глаза, будто, если Ша не выпьет, мир будет в опасности. Руквуд плюхнулась напротив Эшли и для правдоподобности посмотрела на дверь. – Быстрей! Он зайдет же сейчас!

Отредактировано Umbrella Rookwood (2012-12-13 22:19:06)

+1

19

Однако долго лежать, и плавно размахивать перед собой руками, девушке не удалось. Ну, еще бы, ведь настрой у нее был... скажем помягче - бешеный. Как сама считала гриффиндорка, она была вся на иголках в ожидании Майлза и не могла просто так сидеть на месте! Так часто бывает, когда чего-то ждешь, то обязательно хочется чего-нибудь поделать, словно это как-то поможет ситуации. Вот и Лие от плавных и пластиченых движений кистями рук перешла сначала к чему-то очень хаотичному, запутанному и не понятному, а меньше, чем через минуту, почувствовав что бедные руки уже болят, и вовсе соскочила с места. Расхаживать по купе не удалось, ибо места было слишком мало, а Лие была слишком взволнована, чтобы растрачиваться на маленькие шажочки, поэтому, раскрыв купе, староста начала мельтешить туда-сюда по траектории из купе в коридорчик и снова в купе. Но и на это ее долго не хватило. Как-то неэфективно это было, да, поэтому, с недовольным видом вернувшись на место, Эш, конечно же, не забыла сильно хлопнуть дверью, что из той едва ли не вылетело стекло (без небольшого приувеличения не обошлось). Усевшись, чинно сложив ручки на коленях и выпрямив спину, гриффиндорка затарабанила пальчиками, и стала нервно поглядывать в коридор. Пускать подругу, если та явится без слизеринца, Лие не намеревалась!
Но, на самом деле, она не успела закрыть дверь прямо перед ее носом, когда Амбрелла вернулась. Вместо того, чтобы привести Блетчли младшего, Руквуд протянула Эш какую-то колбу. В какую-то долю секунды та хотела возмутиться, но увидев выпученный взгляд софакультетчицы и услышав ее слова, Лие мгновенно схватила предложенное. Задумываться о том, что там было, и почему именно в колбе, у нее просто не было времени. Точнее, единственно, о чем староста подумала, прежде чем осушить пойло, была абсолютная уверенность в том, что от этого зелья зависит их с Майлзом судьба. Придет-не придет, любит-не любит - все в этой колбочке.
И это были последние мысли Эшли о мальчишке со змеиного факультета. Она даже толком не поняла, что произошло в тот момент, когда она выпила протянутое Амбреллой зелье. Ощущения были каким-то смазанными, но вот последствия... Словно по балде сковородой чугунной огрели. Настроение резко скатилось куда-то в границы минуса - ну еще бы, с такой то головной болью, - а розовые очки пали. День уже не казался таким шикарным, солнышко таким улыбчивым, а облака вновь стали просто облаками. Эшли не поняла, что было с ней, еще не успела понять, но поняла только то, что мир перевернулся. И теперь перевернулся снова, встав на место. И верным признаком того было то, что Лие вспомнила о ссоре с подругой, что сейчас сидела перед ней. И о МакГрате тоже вспомнила.

+1

20

Она не знала, что сейчас произойдет, не могла знать заранее, что сделает Эшли: пошлет подругу или же выпьет этот чертов напиток, который сможет вернуть все на круги своя. Не знала, но это и было самым страшным сейчас. Руквуд понимала лишь одно: если гриффиндорка выпьет противоядие, ссора вновь обретет «настоящее время» словно глагол, но деваться было некуда – любовь к Майлзу, видимо, стоила того. На какой – то миг Амбрелле даже стало смешно, ведь по сути, если коробку зефира принесли ей, то девчонка могла бы сама съесть сладость и влюбиться в слизеринца. Вот глупый мальчишка, выкидывает такие шуточки! Руквуд хотелось с одной стороны проучить негодника, но с другой стороны Амбри было смешно наблюдать за влюбленной подругой, да, несмотря на все крики и вопли, теперь эта ситуация казалась забавной. Но… Все бы ничего, если бы не та ссора.
Косой взгляд и открывается картина, как залпом старшая староста выпивает все содержимое колбочки. Руквуд вздохнула и пододвинулась поближе к окну – теперь подруги поедут молча, а может Эшли вообще выйдет из купе и пойдет к Джерарду. Четверокурсница не знала, не знала теперь ничего! И это тяготило. Что сейчас произойдет? Почему заранее нельзя знать о последствиях тех или иных действий?! Амбри посмотрела на коробку, что спокойно лежала на столике. Как же сейчас хотелось проклясть все на свете, выйти из поезда и вернуться домой! Кто бы знал, что именно сегодня, в первый учебный день, но будет так тяжело!
- Как… Ты? – нахмурившись, с трудом выговаривая слова, спросила Амбрелла и перевела взгляд на подругу. Сложно, безумно сложно, но девочка должна была убедиться, что Эшли пришла в себя.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Комильфо. Знаю, что люблю (с)