Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]

Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Adrian
[лс]
Остановившись у двери гримерки, выделенной для участниц конкурса, Винсент преграждает ей дорогу и притягивает... Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Когда я говорю, что ты идёшь со мной - ты берёшь меня за руку и идёшь.


Когда я говорю, что ты идёшь со мной - ты берёшь меня за руку и идёшь.

Сообщений 1 страница 20 из 21

1

Участники:  Aurora G. Sand,  Ksandr Romano
Дата: 06.01.2013
Место: г. Сан-Франци́ско, закрытая вечеринка-аукцион в местном клубе.
Погодные условия: холодно, иногда срывается снег, ветрено, т. +4...0
О флештайме: обычная случайная встреча двух людей уже знакомых в прошлом, плавно перетекла в крупные неприятности для обоих... И кто в этом виноват? Конечно, Романо...

http://s2.uploads.ru/7Qto8.png

+3

2

внешний вид

http://i2.listal.com/image/4687335/600full-megan-fox.jpg

Неделя. Целая чёртова неделя в Сан-Франциско. Каждый чёртов день по одному и тому же расписанию. Утро – проснуться, умыться, в порядок себя привести. День – салон красоты, выбор платья на вечер. Вечером отправлялись на очередное мероприятие, если оно имелось в планах. Ночь – по идее для сна предназначена, а на деле в это время суток только и делаю, что болтаю по телефону. От нечего делать, врожденного дефицита общения. Наверное, уже достала своих родных_ близких, но ничего. Потерпят немного, ведь не так часто куда-то уезжаю на столь длительное время.  Человека, с которым сюда приехала, вижу за завтраком/обедом/ужином и тогда, когда выбираемся в клубы/галереи/казино. Вместе. Процесс приема пищи проходит в немом молчании, а все мои нечаянные попытки начать разговор, дабы хоть как-то разрядить обстановку, пресекаются сразу же. Банальным пожатием плечами в знак не_ знания на вопрос ответа. И ладно, если бы запросила одну из теорем на память или закон Ньютона… Но ладно, забыли. На вышеупомянутых же встречах в мои обязанности входит лишь мило улыбаться его знакомым, отвечать тогда, когда спросят… Просто быть украшением. К слову, свою работу исполняю блестяще, ни на что не жалуюсь, в принципе. Сама свой путь выбрала.  Не раз вспоминаю подругу и бывшую_ нынешнюю девушку по совместительству не злым тихим словом за то, что именно меня отправила на это «задание». Спасибо, Бри, удружила. Отправила не пойми куда не пойми с кем.
На данный момент радовало только одно обстоятельство – сегодня последний день моего нахождения здесь. В отеле нового для меня города. Завтра домой, прихватив с собой несколько увесистых чемоданов, вещами заполненных до отказа. А сейчас… Сейчас скука. Подобна тем самым, когда от тоски хочется на потолки лезть, выть волком. Но я справлюсь. Наберусь наглости, подорвусь с постели и отправлюсь в путешествие_ на импровизированную экскурсию по Сан-Франциско. Благо, личный водитель имеется. Уже загорелась этой идеей. Его отговорки не принимаются.
Сбрасывала с себя тёплое одеяло на пол, поднималась на ноги, отправлялась в ванную, принимала душ… Ничего сверхъестественного, в общем и целом. Одевшись, находила сумочку, сотовый, а затем осторожно_ почти что на цыпочках ко входной двери. Открывала её, просовывала голову в образовавшуюся щель и только тогда, отметив для себя, что снаружи «чисто», выходила из номера. Направлялась к лифту. На цыпочках всё ещё.
– Аврора, как далеко Вы собрались? Через несколько часов вечеринка-аукцион в клубе, помните? – голос из-за моей спины. Чёрт возьми. Что делать? Пришлось отозваться, параллельно отказываясь от своей затеи. А ведь счастье было так близко. А ведь лифт-то уже почти подъехал. Но задевало по самое не хочу даже не это. Задевало то, что так быстро спалилась. Встречалась с суровым взглядом «работодателя» и понимала – без объяснений мне не уйти.
– Конечно. Я тут это… только вернулась. Увидимся вечером, да, – с милой улыбочкой в оправдание, а затем быстро заскакивала обратно в номер, не забыв за собой захлопнуть входную дверь.
Итак, попытка спастись бегством была успешно провалена мною же. Теперь в ожидании вечера. Что ещё делать?
***
И, наконец, долгожданное время суток плавно так, ненавязчиво подступило. Вечер, он, я. Выбравшись из салона авто на свежий воздух, выпрямилась, а затем медленным шагом по прямой с гордо поднятой головой прямо ко входу в клуб. В шикарном платье, не так давно купленном. Молча, без нервов, назад не оглядываясь. Под руку с денежным мешком_ не моим мачо. Курить бы. И вновь попытка бросить провалена. С треском. Какая досада, мать вашу.
Внутри всё как надо. Дамы в дорогих платьях, мужчины в смокингах. Все такие вычурно_ правильные, а за душой наверняка грешок. Не один даже. У каждого. Вычурно_ правильные, пустые, зато в дорогих шмотках и с планами на ближайшее будущее не хилых таких размеров.
Мы не опоздали. Пришли как раз к началу этого прямо-таки грандиозного собрания так называемой элиты. Пришли, заняли свои места в зале и замерли в ожидании начала «распродажи», как я это про себя называю. И начало не заставило себя ждать. За происходящим наблюдаю со стороны, подпирая стенку, и признаю, что подобного не увидишь даже в цирке. Чего стоит только победно_ хищная улыбка «торговца», представляющего тот или иной лот. Улыбка, которая с каждой суммой, поднятой кем-то всё выше, становится шире. А сам «торговец» начинает вести себя куда более расковано, чувствуя уверенность в собственных силах, явно задавшись целью продать абсолютно всё за один вечер. А «элита»? Вы только посмотрите на них. Готовы глотку перегрызть, если вдруг желаемый лот уведут из-под носа. Да уж. Скорее бы танцы. Подпирать стены не очень-то нравится.
Итак, почти все лоты всё же распроданы. Торговец сошел с трибуны, в зале тихая музыка. А я в танце. С настоящим красавцем. Он шепчет на ухо комплименты_ сладости. Мысленно, конечно же, желает стать моей слабостью. И нет, я совсем не изменчива. Мой мачо отошел покурить, а красавец был выше по статусу. С наглой улыбкой меня «одолжил», ничуть не стесняясь. На несколько песен_ минут. Мне понравилось. Жаль, моё мнение не играет никакой роли. Я бы осталась с ним. Ещё. Совсем не надолго. По возвращению мачо возвращаюсь, образно говоря, в его руки. Смеюсь в ответ на его шутки порою нелепые, танцую... И в тайне мечтаю об окончании.

Отредактировано Aurora G. Sand (2013-01-05 21:50:39)

+3

3

Двигатель машины работает почти бесшумно, по стёклам авто медленно скатываются прозрачные капли талого снега и рядом сидящий мужчина не унимаясь расписывает сегодняшний аукцион… Кевин Донован, ты должен был мне о другом рассказать… Отворачиваюсь от окна и хмуро смотрю на старого знакомого:
- Вот, ты мне скажи, какого хера я приехал? За побрякушками? – в голосе проскакивают злобные рычащие нотки, но стараюсь себя сдержать, ибо удавлю же гада, ей богу…
- Ксан, Ксан! – затараторил Кевин, поднимая руки в оборонительном жесте, - Он будет на аукционе, я с ним говорил! Он сказал, что с нетерпением ждёт встречи с тобой, - и на меня уставились в оба глаза самым что ни на есть честнейшим из взоров.
- Ай, ладно… - махаю рукой и откидываюсь на спинку сидения, - Но помни, если дело прогорит, я с тебя шкуру спущу, Донован. – Мы знакомы уже много лет, такие люди, как Кевин, полезны в нашем бизнесе. Ему двадцать восемь лет, но он уже знает всё и обо всех, и может почти без особого труда устроить встречу с любым нужным мне человеком. Шустрый и хитрый парень, пока что он ни разу меня не проставлял и это было весьма обнадёживающе…
- Босс, приехали, - водитель и охранник по совместительству притормозил возле закрытого клуба.
- Отлично, - киваю Доновану и мы вместе с ним покидаем салон авто.
- А что мне делать?
- Ничего не делай, просто представь меня ему и можешь валить за швейцарский стол, - нервным движением поправляю ненавистный мне галстук и поморщившись захожу в клуб. Я никогда не любил костюмы, налакированные туфли, накрахмаленные рубашки – всё это было не для меня и доставляло кучу неудобств, сковывало движения.
- Ты же мне потом расскажешь, о чём вы говорили? – не унимался Кевин, торопясь меня догнать и идти со мной нога в ногу.
- Нет.
- Ну, а чем дело закончится хоть?
- Нет.
- Вот почему ты вечно такой? – обиженно буркнул Донован, пряча руки в карманах брюк.
- Много знать вредно, Кевин, - беззаботно улыбаюсь и делаю шаг из коридора в зал полный разговоров, вскриков «торговца» и ненавязчивой классической музыки.
- Да, да… - паренёк явно был расстроен, но это не мои проблемы. За старания его всегда ждала хорошая плата, в этом смысле у нас ни разу не возникало проблем. Он мне услугу, я ему деньги, на этом наши дела заканчивались. Однако что касается остального времени не затрагивающего «работу», вынужден признать, что от компании Донована меня не воротило и совместно выпито было немало бутылок виски.
- Займись делом, - отправляю парня на поиски нужного мне человека и оглядываюсь, проходя вдоль зала, после чего небрежно приваливаюсь спиной к стене. Ещё через пару минут аукцион закончился и началось веселье, люди смеялись, шутили, танцевали… Меня таки представили Джеку Барнеллу и у нас с ним состоялась весьма плодотворная беседа, после которой было решено, что нашему сотрудничеству таки быть. «Аминь, блять!», как говорит моя сестра, дело сделано – можно и пожрать выпить…
- Эй, я тебе виски захватил, - Донован подошёл прямо-таки сияя от счастья, и крошки на его галстуке выдавали причину даже невооружённому глазу. Улыбаюсь и беру из его рук бокал, тут же оглядывая зал в котором теперь большая часть людей танцевала.
- Ну, судя по твоему довольному выражению лица, всё в ажуре?
- Да, мой любопытный друг, - отвечаю не переставая улыбаться и делаю глоток из бокала, - А ты подчистил весь швейцарский стол?
- А что такое? – Донован удивлённо напыжился и стал себя осматривать, тут же сметая с себя прилипшие крошки. – Ну, мог бы и сказать… Я как идиот в таком виде к тем цыпочкам подкатывал, и ещё думал, мол «чего они с меня ржут»… - обиженно возмущался парень и косился на девушек сидящих за столиком в самом дальнем углу зала. Я весело хохотнул и, всё ещё щурясь от смеха, перевожу взгляд на танцующих. Моё внимание привлекает женская фигура в белом и пока я пялился синьорине в спину, меня не покидало ощущение того, что было в ней что-то знакомое… До тех самых пор, пока в очередном «па» она не развернулась, и я наконец-то смог увидеть её лицо. Аврора…
Улыбка сползла с моего лица и, выпрямившись, я с каким-то непонятным мне напряжением стал следить за ней взглядом.
- Эй, Ксан, ты чего? Как привидение увидел… – назойливый голос Донована над ухом. Молчу, не отвечаю и даже не слушаю… Я знал где она работает, знал кем, более того с ней работает и моя сестра, хотя я уже тысячу раз говорил ей бросить это дело… Когда-то у нас был роман, да именно так, я не часто определяю отношения с женщиной этим словом, в основном все они для меня не более, чем короткие интрижки… Но тогда всё было по-другому… И воспоминания прошлого одно за другим всплывают из глубин моей памяти…

- Возвращайся туда, откуда пришёл…
- Ты не понимаешь… Давай поговорим?
- Тебя не было месяц, о каком разговоре может идти речь? Уходи, Ксан…


Я не привык ни перед кем отчитываться, и внезапно исчезать для меня всегда было в порядке вещей. Но когда я вернулся, то наткнулся на стену…

- Почему ты считаешь, что я обязан был отчитаться перед тобой? Я тебе ничего не должен, Аврора!
- Что?.. Не хочешь ли ты сказать, что всё, что между нами было, ничего для тебя не значит? И ни к чему не обязывает?
- Не было никогда никаких «нас». Именно это я и хочу сказать, я никому ничего не обязан… Ты права, мне лучше уйти.


И я ушёл тогда, хотя это было нелегко… Что-то тянуло обратно, пробуждало во мне желание обернуться и вновь посмотреть в её голубые глаза. Но я прекрасно справился с этими порывами, и с тех пор больше ни разу её не видел.
- Ты её знаешь? – до меня вдруг снова доносится голос Кевина и я моргаю, будто выходя из какого-то нелепого оцепенения.
- Да.
- Познакомишь?
Я хмуро глянул на парня и насильно всучил ему свой бокал виски:
- Выпей лучше или пожри пойди, только не мельтеши перед глазами, - коротко бросаю и разворачиваюсь в сторону танцующей пары.
Настойчивое движение рукой, касаюсь плеча мужчины и отодвигаю его в сторону, тут же занимая его место и обхватывая Аврору за талию.
- Скузи, но этот танец был обещан мне, - говорю, неотрывно смотря сверху вниз в её яркие голубые глаза, в то время как на моих губах расплывается довольная улыбка. За спиной слышатся недовольные голоса, перешёптывания и вопросы, а-ля «что это за хрен такой?», но не обращаю внимания, ибо мне глубоко плевать на то, что кто-то внезапно оказался в глубоком замешательстве.
- Привет, красавица, - моя рука нежно сжимает её ладонь, - Ты по мне скучала? По глазам вижу, что скучала, - смеюсь и прижимаю её к себе чуть ближе. Заранее знаю, что на мою голову могут посыпаться самые не лестные слова, но когда это меня останавливало? Никогда…
- Что ты забыла в обществе такого мудака? Опять работа? – пару шагов и мы в танце уже отходим на приличное расстояние от её «работодателя», и я лишь краем глаза вижу, как он недовольно что-то бормочет, переговариваясь с какими-то верзилами.
- Не ожидал тебя здесь увидеть, но я рад, что мы встретились снова, - она может не поверить ни единому моему слову, но когда я произносил эти слова, я был абсолютно искренен. И в задумчивости продолжаю скользить взглядом по её лицу… Прошло не так много времени с тех пор, как я её видел в последний раз и она совсем не изменилась…

+3

4

И в один из моментов наш почти общий «кайф» прерывается. Моего мачо за плечо и в сторонку. Как можно дальше от нас обоих. Он в шоке. Я в шоке. Мы в шоке, в общем. Меня же, напротив, за талию к себе ближе. Я бы даже сказала – опасно близко. Но как же… Я же… Мы же… Вот она – безысходность. То самое неловкое чувство, когда исход зависит от кого угодно, но только не от тебя. Даже если самой тебе кажется, что вполне могла бы самостоятельно разрулить сложившуюся ситуацию. Взять всё в свои хрупкие руки. Под свой контроль и найти, наконец, лучшее решение. Но Авроре слова не давали. Как всегда, впрочем, – уже мысленно, вообще ни разу ничему не удивляясь и попутно поднимая взгляд аквамариновых на наглеца, растормошившего моё беспокойство, спящее прежде, казалось, сном беспробудным. А ведь мне так нравилось, когда оно находилось в режиме «беззвучный». Мои глаза прямо в глаза напротив и… Конечно же. Как только раньше не догадалась? Ксан – чёртов возмутитель спокойствия. Кому же ещё придет в голову сумасшедшая мысль отвлечь меня от работы? Даже если этой работой является полнейшее безделье_ пустая трата времени. Не ему же потом огребать от начальства. И плевать, что начальство – моя бывшая_ нынешняя. Просто моя, короче. Не суть. Мачо всё ещё в шоке с открытым широко ртом, а я пока в бой. Надо же разобраться.
– Этот танец тебе был обещан? Кем это и когда? Напомнишь, может? – и если этим «кем-то» была я сама, придется признать факт столь явно прогрессирующего склероза. Вопрос за вопросом и все для него. Получай, радость моя. Сам напросился, а мне просто грех не воспользоваться возможностью.
И в следующую секунду, будто по голове обухом. Ртом ловлю воздух, будто рыба, выброшенная волнами на берег, внутри кипит возмущение. Нет, не кипит – уже закипает. Почти задыхаюсь от его несусветной наглости. По глазам видит он. И с каких это пор я словно открытая книга? Читай – не хочу прямо. Так и быть. Сейчас всё узнаем.
– Привет, коль не шутишь, – моя рука в его ладони. Почти как когда-то. И всё бы волшебно_ радужно, если бы не одно обстоятельство – факт расставания в недалёком прошлом. Его инициатором была я сама, но, поверьте, не без адекватной на то причины, коей являлась резкая пропажа моего возлюбленного. Без предупреждения. На целый месяц. Возможно, для него это норма. Для него. Но не для меня, увы. Сам Ксандр Романо? Серьёзно, да? Это не чёртов сон с его кошмарными картинками_ прошлого призраками? Нет? Хотя я с самого начала была в обратном уверена на все сто процентов. Как только разглядела лицо_ смекнула в чём суть да дело. Вывод? От реальности_ прошлого не спрячешься даже в другом городе. А ведь я даже не пыталась, – Да ладно? В таком случае ты просто обязан был в них же прочесть моё недовольство. Или же твой внутренний маячок (или что там тебе в помощь) столь мастерски огибает все негативные стороны? – вывод? Довериться своей интуиции – себя обмануть. Особенно в случае с мужским полом. Так что учимся на ошибках и более не наступаем на одни и те же грабли. Слышишь меня, Ксандр? Слышишь, я знаю. Но не отвлекайся. Уже дышу ровно, так что танцуем дальше.
– Снова, Ксандр. Снова работа. И мне не охота её потерять. Взгляни на моего мачо. Мне кажется, он вообще не доволен. Ещё, не дай Рок, заплачет, – с лёгкой улыбкой на губах, упираясь в грудь ладошками. Не отталкивая, чтобы через несколько секунд ещё на пару шагов отдалиться от озлобленного «покупателя», чей «товар» столь беспардонно увели из-под самого носа. Всю вину предварительно на меня свалив. Мол, это всё она. Нечего кому попало обещать танец следующий. А мне уже откровенно плевать на всё. Мне уже с кем угодно бы. Только не с ним. Молчаливым «мешком» с деньгами. Только с деньгами. И кладбищем где-то внутри, на котором всё, что обычному человеку должно быть присуще, похоронено под земли тоннами.
– А я-то как рада тебя видеть здесь, – ни капли лести, никакого сарказма. Лишь чистейшая правда и ничего кроме, – Каким же, позволь узнать, ветром тебя сюда занесло? На моего мачо уже ноль внимания. Пускай продолжает недовольно пыхтеть где-то в углу, возмущенно хрустеть пальцами и сетовать на то, как жизнь к нему несправедлива. Ежели подойти и поставить все точки над «і» не хватает храбрости.
Так что… теперь всецело с тобой, кажется. Только здесь и сейчас. Ты доволен? Тебе это нравится?

+2

5

Пристальный взгляд в её глаза:
- Я не шучу, - иголки-шпильки в мою сторону… я был к этому готов, когда подходил к ней танцующей в паре метрах от меня. Непривычно, когда смотрит на меня с этим полыхающим ледяным огнём в голубых глазах. Точно также она смотрела на меня и в нашу последнюю с ней встречу, я не узнавал её тогда, не узнаю её и сейчас. В памяти всплывают картины из прошлого, где она сонно улыбаясь и потягиваясь, весело щурится зарывшись в ворох из белых простыней… Что-то в груди еле заметно дрогнет сейчас и я прислушавшись к самому себе, посмотрю на неё взглядом полным задумчивости. Но тут же улыбнусь, играя роль беззаботности, это всегда проще, чем разбираться в том, что творится у тебя на душе…
- Даже, когда злишься на меня, ты прекрасна, Аврора, - моя улыбка замирает, после того как имя её слетает с моих губ. Недовольство - не равнодушие, а это значит, что обида где-то ещё тлеет в её сердце. Причинил боль, понимаю, но по-другому я тогда поступить просто не мог. Сказать ей правду тогда? Не вариант. Она не должна была знать ничего о той стороне моей жизни, которая порой меня самого заставляет себя чувствовать так, будто я просто медленно умираю… Без цели, без причин, всё в пустую, вся моя жизнь…
- И не ври мне, хотя бы в этом мы должны быть друг с другом честны, - склоняю голову вперёд, невзначай касаясь губами края её уха, - Я тоже по тебе скучал… - полушёпот, который предназначался только ей, а поверит или нет, это уже другой вопрос. Мы оба достаточно упрямы, чтобы отрицать истину, и достаточно глупы, чтобы не признавать то, что очевидно для всех людей в этом зале, которые нас сейчас окружали и кидали в нашу сторону любопытные взгляды. 
- Мачо? – смеюсь в ответ и увожу её в сторону в очередном «па», - А я вижу, он тебе не очень-то нравится, - рад ли я этому? Да, пожалуй, я сейчас очень рад этой её ироничной улыбке по отношению к своему работодателю. Почему-то важно, не видеть в её глазах увлечённость другим, и как оказалось меня это несколько беспокоило, но теперь я спокоен. – Плевать мне на его недовольство и слёзы, а с руководством твоим я всё улажу, если из-за меня возникнут проблемы. Не переживай… - краем глаза замечаю, что «мачо» уже во всю негодует, собрав вокруг себя каких-то мордоворотов, по всей видимости охрану. И это обещает быть интересным, коротко улыбаюсь и смотрю в сторону Донована, который с каким-то истерически-паникёрским взглядом переводил глаза с кучки недовольных амбалов во главе с «мачо» на нас с Авророй и обратно.
- Работа… - отвечаю уклончиво, не освещая всех ньансов. Да и сомневаюсь, что она желает их услышать, просто вопрос, просто ответ… - Так же как и тебя, меня в этот город привели дела.
Хочу уйти вместе с ней отсюда, покинуть этот клуб, этот зал и эти стены и будь что будет. Я слишком долго был вдали от неё и не хочу сейчас отпускать. Теперь слишком живы стали воспоминания… Помню, почему желал её, почему скучал по ней и почему возвращался тогда… К ней…
- Давай уйдём… - не просьба, а скорее озвучивание факта, уже решённого мною выбора. Пока её «хозяин» на сегодняшний день-вечер стоит в нерешительности, и нас в танце то и дело закрывают от его глаз другие танцующие пары, беру её за руку и уважу в сторону выхода. Даже если не захочет покидать это клуб, сопротивление сейчас бесполезно…
- Когда я говорю, что ты идёшь со мной, ты берёшь меня за руку и идёшь, - останавливаясь на мгновение в коридоре, говорю ей фразу из нашего общего прошлого. Тогда она тоже не горела желанием идти со мной, или делала вид, что не хочет… Кто этих женщин поймёт? Улыбаюсь и по-прежнему держа её ладонь в своей руке, выхожу вместе с ней на улицу, и январь встречает нас колючим зимним холодом. Набрасываю ей на плечи свой пиджак и веду к машине, тут же заслышав за нашими спинами топот быстро бегущих ног.
- Эй! Стоять! Она моя и я её никуда не отпускал!
- Билл, позаботься о синьорине, - говорю своему водителю и охраннику по совместительству, а сам разворачиваюсь в сторону долетающей до меня матерной брани из уст сильно опечаленного «мачо».
Мой охранник технично усаживает Аврору в машину, а сам присоединяется ко мне. Нужна была ли мне помощь? Нет, если бы можно было достать пистолет и проделать несколько дырок в этих кретинах. Но уж коль речь шла о рукопашном, то бой был явно неравным, учитывая, что их было четверо, а я один…
- Я же говорил, о ней позаботься, - недовольно рычу на охранника, откинувшего от меня одного из амбалов и вставшего рядом со мной.
- Ничего с ней не будет, с дамой вашей. А вам помощь не помешает…
Теперь нас двое, я и Билл, стоим друг к другу спиной проводя раздачу ударов всем, кто попадался под руку. «Мачо» как-то слишком быстро улетел в кусты, а вот амбалы не сдавались. Кто-то из них разбил мне бровь, и я почувствовал, как по щеке стекает вниз тонкая струйка крови. Это злит меня и с новыми силами в порыве гнева отправляю его в нокаут одним хуком справа. С последним мордоворотом покончил Билл, и, судя по всему, ему тоже хорошо досталось, ибо он щурился и тёр ладонью челюсть.
- Молодец, - улыбаюсь и вытираю тыльной стороной ладони кровь с лица. – А теперь давай отсюда сматываться, пока копы не приехали. Не нужны нам лишние встречи с полицией Сан-Франциско…
- Да, босс, - и мы садимся в салон машины, Билл за руль на водительское сидение, я присоединяюсь к Авроре позади водителя на пассажирском. И почти сразу же авто трогается с место, со свистом шин покидая стоянку и выезжая на главное шоссе. - Куда едем?
- Вперёд, а там разберёмся... – отвечаю Биллу и следом задаю вопрос Авроре: - Ты как? - окидывая её беглым взглядом. Глупый вопрос, ибо что с ней в машине могло приключиться? – Вот бежала бы быстрее и не упиралась, мы бы уехали раньше, чем они нас догнали, - говорю с наигранной серьёзностью, откидывая голову на подголовник и поворачиваясь к ней лицом. – Перестала по утрам бегать что ли? Плохо, физкультурой надо заниматься, есть кашу по утрам, качать бицуху гантелями… Ну ничего, я тебе свои гантели подарю, - теперь уже смеюсь откровенно не скрывая широкой улыбки.

+2

6

It is like I'm naked out in the rain,
Alone and dealing with the pain.
Can you hear me calling? [q.]
dead by aprilcalling


Смотришь пристально так, будто пытаешься заглянуть в душу. О нет! Только не это. Даже не вздумай! Специально взгляд опускала вниз. Делала вид, что в данный момент меня больно интересуют мои же туфли. А ты… Продолжай играть свою роль, беззаботно улыбаясь воспоминаниям, внезапно пришедшим в голову. Вспомнить действительно было что. Не смотря на столь короткую длительность нашего «мы». Меньше полугода.
Скучал? А где же ты, позволь узнать, был, когда каждый стук сердца внутри отдавался болью? Когда чувства напополам_ вдребезги, зная, что уже не нужны никому вовсе. Уже не требуются. С этикеткой «просрочено». Навсегда ли? Где ты был, когда, набрав номер твой, трубку к уху? Знала, что не ответишь. Не услышу на том конце задорного_ истинно твоего голоса. И, в очередной раз, убедившись в своих же догадках, телефон о стену. И плевать, что он не виноват совсем был в твоей ветреной неусидчивости. Твоим, увы, не_ желанием рядом быть, когда это было необходимо. Мне. Где ты был, когда всё тело наизнанку выкручивало? Где был ты, когда почти по пятам следовала за счастьем? Знала, что не догнать, но продолжала надеяться_ верить в лучшее. Глупая. Маленькая, глупая, уже не_ твоя девочка. Где ты был, когда подушки солью пропитывались_ глаза наливались кровью? Где же ты был, когда… когда… Где тебя, чёрт возьми, носило всё это время, Ксан? А теперь говоришь, что скучал, перед этим вот так невзначай коснувшись губами края уха. Невзначай. А мне дыши теперь через раз. Чувствуй как где-то в межрёберной области сильно колит и кажется, будто каждый стук сердца измеряется в битах, кровь с силой пульсирует по венам, от каждого стука сердца в виски отдаётся боль. С каждым последующим ударом сильнее. Хочешь, подарю тебе всё это? Да, пожалуйста. Только не возвращать обещай в скором времени.
– Merci, – с лёгким акцентом, ладошками проводя по груди вниз, сцепляя затем за спиной твоей тонкие пальцы. И больше не слова. Я не позволю эмоциям взять надо мною шефство. Наигрались уже. Достаточно. В этом нет смысла. Есть? Докажи обратное. Сделай это так, чтобы поверила.
– Нравится, не нравится? Какая, чёрт возьми, разница? Вдруг я только играю роль, а на деле меня к нему так и тянет? – поиграть на твоих нервах – дело святое. Помнишь? Бросаю взгляд в сторону моего мачо, а он всё не плачет. Какая досада, какое несчастье. Вместо этого собрал вокруг себя таких же, как сам, лоботрясов и давай им что-то яростно_ страстно втирать. Напоминал сейчас вожака кучки детсадовцев, которого прям, ой как сильно задела воспитательница. Заставлял улыбнуться и вызывал желание побыть вольным слушателем этой беседы, но дела-дела… If you know what I mean, конечно же. Но плевать. Прислушиваюсь вновь к твоему голосу, а музыка, будто специально, громче. Благо, не мешает расслышать, что и ты, как оказалось, здесь по работе. По какой именно – не углублялся в подробности. Ответил поверхностно как-то. Дела-дела. Всё так просто. Желаешь плавно так соскользнуть с этой темы? Не буду мешать.
Давай уйдём. Почти как «давай забудем всё, что было между нами». Вот только первое выполнить куда легче. Берёшь меня за руку и направляешься, кажется, в сторону выхода, роняешь, остановившись на полпути, фразу из общего прошлого и… «давай всё забудем» мне кажется ещё более нереальным, чем до этого момента. Смотрю на тебя, властного, глазами хлопая и вперёд за тобой. На улицу, не оглядываясь. Прочь от громкой музыки. Прочь от «сегодня». Навстречу прошлому, от которого предпочла бы в очередной раз бежать, поджав лисий хвостик и отказавшись от дополнительных шансов, судьбой подброшенных. Улица встретила нас холодом. Нас. Прости. Меня и тебя. По отдельности. Но даже моё «по отдельности» получает контрольный в голову от тебя же, когда набрасываешь пиджак на плечи, чтобы теплее мне_ беспокойнее сердцу. А сзади шаги. Конечно. Меня так легко не отпустят. Так не_ легко быть чьей-то игрушкой.
– Ксан, ты с ума сошел?! Сейчас же иди сюда! Я к ним вернусь и… – к чему все эти жертвы_ разборки прочие прелести? Пробьет на часах двенадцать и я буду вольна следовать зову сердца, идти туда, куда хочется мне. Не кому-то другому. Но тебе, кажется, всё равно. Тебя так и тянет на подвиги. А я не держу. Уже стою, прислонившись спиной к твоему авто, наблюдаю за дальнейшим событий развитием. Не могла усидеть на месте, когда снаружи можно увидеть подобное зрелище. Кутаюсь в пиджак твой, щурюсь и откровенно недоумеваю, как же мой мачо так быстро сдался, а теперь в кустах оправляется после того как продул в неравном бою. Заправляю прядь волос за ухо и, отметив тебя, навстречу идущего скрываюсь в салоне авто. Не охота отхватить за моё любопытство так скоро. Дыхание всё ещё далеко от спокойно-ровного, а сердце пропускает удар за ударом. И глупо признать, что я волновалась. И слишком наигранной была бы улыбка, будто только что ничего не было. Я уже где-то над пропастью.
– Нормально, – ещё ближе к ней буквально на несколько шагов, – Ты как? – и падаю. Но я не сдаюсь. Пытаюсь схватиться за что-нибудь… тщетно. У меня всегда так с тобой. Было. И будет, кажется. А я не могу. Не хочу. Ненавижу подобные ситуации. Недосказанности.
Утро, каша, физкультура, гантели, смех твой… Что?
– Ты о чём, прости? И… эм… Билл, – кажется, никого не обозвала_ ничем не обидела, верно запомнила имя водителя, – остановите машину. Я выйду. Пожалуйста, – слово за словом, чтобы чётче требование звучало, и было выполнено без лишних разговоров. На тебя не смотрю. Больно. А меня будто не слышат. Упорно игнорируют. Но я своего добьюсь, чего бы мне это не стоило. – Пожалуйста! – уже куда более решительно и настойчиво. Остановите чёртову машину сейчас же. Я уже и без вас на части. И сердце моё вновь в клочья. Я так устала. Пожалуйста. И, наконец, мои молитвы услышаны. Машина остановлена, свободен вход, а ты… растерян, кажется. Вход свободен и я, не теряя ни единой минуты, покидаю салон авто. И вперёд по мостовой незнакомого города, каблучками постукивая. А дальше что? Что, чёрт возьми, дальше? Теснее кутаюсь в твой пиджак, понимая, что отдать забыла. Воспоминания берут верх, в голове до боли знакомые картинки. Скулы сводит, глаза заполняют слёзы… Как же я тебя… чёрт.

Отредактировано Aurora G. Sand (2013-01-08 23:02:45)

+3

7

[mymp3]http://dl.dropbox.com/u/104198249/bi-2_-_ona_(zaycev.net).mp3|___-___[/mymp3]
Трогаю пальцем порез на брови, щурюсь лишь на мгновение и одёргиваю руку:
- Тоже нормально. Бывало и похуже… - это она меня не видела после возвращения из Италии, хотя.. оно и к лучшему, что не видела. Но она смотрит на меня сейчас так, будто не видит, будто вся в своих каких-то мыслях, которые мне не озвучивает. Что-то не так и шутка моя теперь кажется не к месту… Да, что за чёрт?... Хмурюсь, мысленно пытаясь угадать, о чём она думает, но мне всегда это удавалась с огромным трудом…
- Нет, Билл, - успеваю выпалить и сажусь в пол оборота, опираясь рукой на спинку сидения, - Никто машину не останавливает, едем дальше, - мой приказной тон и авто продолжает свой путь в никуда, не имея точного маршрута…
- В чём дело? Куда ты собралась? – но она не отвечает, не смотрит даже в мою сторону. Избегает встретить мой пытливый взгляд… Почему? Она снова решительно требует остановиться, почти кричит и я нехотя даю добро Биллу, кивая головой.
- Останови… - и как только авто тормозит, она выскакивает из салона на мостовую, уходит от меня. Тяжело вздыхаю и на щеках начинают играть желваки. Опять она отталкивает меня, снова отдаляется, выскальзывает из моих рук, как тогда… И сейчас точно также как в тот раз, что-то сжимается в груди, и я вспоминаю, как долго пытался избавиться от этого щемящего чувства потом, когда ушёл от неё… Но теперь оно вернулось, ни на йоту не ослабнув, всё с той же силой заставляя меня проклинать всё на свете…
Выхожу из машины и иду в след за ней, благо она не бежит. Чувствует ли она меня за своей спиной? Знает ли, что иду не сводя взгляда с её хрупкой фигурки облачённой в мой пиджак?
- Аврора, постой… - выкрикиваю ей в след, но она не останавливается. Упрямая, идёт дальше не реагируя на мой окрик. – Чёрт! – бросаю с долей гнева в голосе и снова кричу ей вслед: - Да, постой же ты! Ты можешь мне объяснить, в чём дело или нет? – стою посреди заснеженного тротуара и развожу руки в стороны: - Почему ты уходишь? Неужели нельзя всё оставить в прошлом? – её фигура замерла на месте и в моей голове проносится мысль о том, что ей должно быть сейчас холодно… Такая странная внезапная мысль посреди не менее странного разговора у моста. Я коротко усмехаюсь сам себе и провожу рукой по волосам.
- Почему нельзя забыть о том, что было? Я же вижу, что не я один хочу этого… - подхожу ближе, на расстояние вытянутой руки. Она так близко, что я могу коснуться её, но что-то не даёт… Какая-то стена между нами, воздвигнутая из воспоминаний и обид, из недопонимания и утаивания правды, стена из отрицания истины и бегства к иллюзорным желаниям.
- Не уходи, - пытаюсь поймать её взгляд, и неведомое до сели мне чувство отчаянья внезапно просыпается в груди. - Просто останься рядом, – неужели это я сейчас стою на этом тротуаре? Неужели это я сейчас прошу её не уходить? Так не похоже на меня, что заставляет чувствовать себя неловко, и я теряюсь, потому что не знаю, что ещё сказать… Потому что я никогда и никого не просил раньше остаться рядом со мной.
- Что ты хочешь, чтобы я тебе сказал? – прошу ли я подсказку? Возможно… Протяни мне руку навстречу, помоги понять самого себя, потому что то, что не смогло угаснуть спустя столько времени, должно что-то значить… Теперь я это понимаю, тогда не понимал, но теперь – да…
Протягиваю руку и касаюсь ладонью её щеки. Я прошёл всевозможный ад, я даже умирал, и теперь я осознаю намного больше, чем тот прошлый Ксан, который бежал от всего, что способно было его привязать. Вижу ли я всё происходящие другими глазами? Может быть… Я теперь сам себя не узнаю, разве что отражение в зеркале остаётся прежним. Видит ли она сейчас эти перемены во мне? Заметны ли они для окружающих или я один это чувствую? Но всех этих изменений мало… Мало, когда ты не умеешь выразить словами то, что чувствуешь. А я не умею, никогда не умел… Ты только не уходи, я научусь говорить, как ты мне нужна… Только останься со мной…

+2

8

Только вперёд – в пустоту. Шаг за шагом. Пусть. Так надо. Никаких остановок, никаких разговоров о прошлом. Я обещала. Дала себе слово, но чувствую, что гулкий провал близок. Провожу по щекам пальцами, стирая следы собственной слабости. Уверена – появятся вновь, но их будет ждать та же участь. И так без остановки. Пока поражение не будет окончательно утверждено_ принято. Эта зима – что-то совсем не_ лёгкое. Ты тоже это заметил? Заставляет содрогаться от холода. Одиночеством дышит в спину. Ломает на мелкие части всё, что жило своей жизнью_ внутри меня строилось все эти чёртовы месяцы. Месяцы без тебя. Зима. Она сводит с ума. Тебя и меня. Нас, в общем. «Нас». И улыбка сквозь слёзы. Очередное за этот вечер напоминание, что более никаких «нас» быть не может. Себе же. Только бы не забыть об этом чуть позже. Не забыть, забив на свою же гордость_ чувство собственного достоинства. Просишь остановиться, а в ответ тишину получаешь и ещё более быстрый_ упрямый вперёд шаг. Я не сдамся без боя. Объяснить, объяснить, объяснить… Как же всё-таки сложно.
- Почему ты уходишь? Неужели нельзя всё оставить в прошлом?
Вдох_ выдох и вынужденная остановка посреди дороги. Вот он – тот самый гулкий провал, которого так боялась. Тебе удалось достучаться. Взорвать давно закрытую за тобой дверь к чёртовой матери. Зачем? Чего ради? Руки в стороны, прекращая держать себя в своих же объятиях, чтобы согреться, а голову вверх, глядя в небо. Кто-то разбросал по нему звёзды, зажег луну. Красивую такую. Полную. А знаешь, здесь даже небо совсем другое. Заметила это только сейчас. Говоришь? Говори дальше. Я выслушаю. Позволю выговориться. Вновь по щекам пальцами, нервно сглатываю, а затем голову вниз. Налюбовалась уже. Достаточно. Слышу шаги твои за спиной, стою молча. Не двигаюсь с места. И сердце, кажется, замерло. Со мной вместе, решив составить компанию. Нет, прости. Я ошиблась. Лишь очередной удар пропустило. Ничего сверхъестественного. Закрываю глаза, принимаю здравого ума поражение. Почти добровольно. Почти с достоинством. Чего только не сделаешь ради каких-то своих иллюзий? Чего только не сделаешь «на эмоциях»?
– Ты даже не представляешь, как это сложно. Тупо взять и забыть. Тупо взять и перечеркнуть всё то, что когда-то было, – наступившую тишину вдребезги. В клочья. И в воздух слова. Много слов, порою никоим образом не связанных между собою. Ведь не умею я коротко и по существу, – Ты просто исчез. Вот так взял и исчез, на целый чёртов месяц. Месяц бессмысленных звонков на твой номер. Месяц поисков смысла. Смысла в том, что когда-то было и в том, что потом будет, если всё же объявишься. Месяц бессонных ночей с телефоном в обнимку, даже на ночь, забыв о «беззвучном». Вдруг обо мне вспомнишь. Наивная. Не прощалась с надеждой до последнего. А потом ты объявился. Именно в тот момент, когда уже добровольно отказалась от «нас», заставила тебя сделать то же. И ты ушел. До сегодняшнего дня никоим образом о себе не напоминая. Не объявляясь вновь. Я не знала как ты, где ты, с кем ты и это не интересовало. Теперь же ты здесь и всё опять с ног на голову. Наша неопределенность уже в печенках_ комом застряла в горле, серьёзно, – и нет, я уже не плачу. Не маленькая. Взяла себя в руки, хочу разобраться. Пусть холодно, зыбко, противно, страшно, колко и топко. Пусть. Мне. Это. Надо. Сейчас. Без «нашего» «сейчас» не будет никакого «завтра».
– Мне не нужны слова, Ксан. Тем более те, что, возможно, ожидаю сама от тебя услышать. Живи своим умом. Я знаю, ты это умеешь. Слова пусты. Я предпочитаю действия. Остаться? Чего ради? И что, чёрт возьми, дальше? Не знаешь? Я тоже, да, – продолжать разговор наш не вижу смысла. Вновь спиной к тебе, вновь вперёд шаги размеренные. Пищу для размышлений вручила – миссия выполнена, – К слову, – остановившись и подняв вверх указательный наманикюренный пальчик правой руки, – ролью куклы я сыта по горло. И добровольно играю её только на работе. Вот теперь точно сказала всё и, сунув руки в карманы, по прямой вновь. Время от времени взглядом встречая проезжающие мимо автомобили. Нырнуть бы в салон «одного из», чтобы до «дома» добраться как можно быстрее… но нет. Я же всё ещё в ожидании недо_ чуда в твоём исполнении. Забавно, наверное, со стороны выглядит. Потерян_ растерян ты, а я… То ли победу праздную, то ли дурью маюсь. Как бы эта «дурь» потом боком не вылезла.

+2

9

Я окликну тебя негромко,
Чтоб никто не услышал вокруг.
Оглянись на меня, незнакомка,
Может я твой единственный друг.

Почему всё так сложно? Поему у нас с тобой всегда всё сводится к каким-то неразрешимым и непреодолимым задачам? Для тебя просто, для меня что-то на грани, шаг, который сделать не решаюсь… Ты кричишь, и я вижу снова это холодное пламя в твоих глазах, оно полыхает, искрится, и я готов в нём сгореть дотла, но ты не знаешь… Я не говорю, молчу, слушаю, смотрю на тебя такую красивую сейчас, что хочется обнять, забыть всё, что было в прошлом и не отпускать… Никогда…

В этой жизни такой скоротечной,
Трудно верить-ты друг или враг.
Был я раньше гуляка беспечный,
Или попросту скажем дурак.

Что я могу сказать тебе сейчас? На все те слова, что были мне тобою брошены? Разве я могу сказать тебе правду? Да, даже не в правде дело… Я не могу сказать, что нуждаюсь в тебе, это сильнее меня, спирает дыхание, не даёт вымолвить ни слова, это страх… Страх быть привязанным к кому-то, довериться кому-то, любить кого-то не смотря ни на что… Хотела бы ты быть со мной, зная кто я такой? Зная, сколько крови на моих руках? Зная, скольких людей мне ещё предстоит убить в будущем? Осталась бы ты со мной? Не стала бы ты бояться меня? Всё ещё хотела бы моего присутствия рядом? Сомневаюсь… Смотрю с отчаяньем в глазах не в праве рассказать тебе правду, ибо она принадлежит не только мне… Не доверяешь… Доверяла бы – не ушла, дала бы ещё один шанс, последний шанс для нас двоих.

Я не строил воздушные замки,
И обычными были мечты.
Можно было продвинуться в дамки,
Но зачем то разрушил мосты.

- У меня были причины… - наконец отвечаю, пытаясь перебить поток твоей речи, - Я был должен уехать. Должен был решить возникшие проблемы, это не от меня зависело, Аврора! – выкрикиваю так, будто это поможет тебе меня понять… Но ведь не понимаешь, не хочешь даже попытаться понять. Снова поворачиваешься ко мне спиной, и сердце пропускает один удар… Страх, что исчезнешь навсегда. Внезапно… Почему сейчас? Ведь жили мы как-то весь этот год порознь, не зная ничего друг о друге? Жили и не испытывали каких-либо душевных мучений, сожалений, раскаяния… Или мы не жили, а только притворялись всё это время? Делали вид, что забыли, что не важно, что не болит?
Смотрю тебе в спину, снова уходящей от меня и неожиданно для себя понимаю, что не прощу себе, если ты уйдёшь… Не хочу более быть один, вольным ветром в поле. Не для меня больше эти метафоры… Хочу возвращаться домой к кому-то, чтобы ждала, чтобы улыбалась, когда зайду в двери… Чтобы обнимала крепко, заставляя забывать про нескончаемые проблемы… Хочу возвращаться домой и видеть там тебя…
Эта мысль как озарение и я внезапно широко распахиваю глаза, потому что наконец понял, что нужна… И если сейчас откажусь от тебя, то повторю ошибку прошлого. Снова обреку себя на мучительное одиночество и бесцельную ностальгию по тому, что было когда-то…

Только ты не подумай,не каюсь,
Если в чем то не прав-подскажи.
Понимаешь,ты просто другая,
Из той жизни,в которой не жил.

- Ты не кукла… Никогда ею не была, - говорю в слух, но ты уже не слышишь. Ушла от меня на такое расстояние, что только криком смогу что-то до тебя донести. Неуверенность и сомнения… Сомнения и неуверенность… Как же трудно решиться на такой простой шаг. Мне трудно переломить себя, свои привычки, свой образ жизни…
Тяжело выдыхаю, собираясь с мыслями, и молочно-белый пар вырывается из моих губ. Я не чувствую холода, просто потому что не до него мне сейчас. Всё что вижу и всё о чём могу думать – это твоя медленно удаляющаяся фигура…
Делаю шаг вперёд, за ним ещё два более уверенно и в конце-концов бегу за тобой… Догоняя… Обнимая тебя со спины за плечи и останавливая… Не отпущу… Моя, теперь знаю, что моя… И держу крепко, сжимая в объятьях хрупкие женские плечи. Молчу несколько секунд, не потому что мне нечего сказать, а потому что пытаюсь подобрать правильные слова…
- Не уходи… - склоняю голову вниз и шепчу хрипловатым голосом на ухо, - Я дурак… Ещё тот дурак, Аврора, но если позволю тебе уйти сейчас, не прощу себе.
Вот оно… Вот, та самая правда, которую ты должна знать, должна услышать от меня… Которую я обязан тебе сказать…
- Ты нужна мне, - настойчивым движением разворачиваю тебя к себе. Беру твоё красивое личико в свои ладони, приподнимаю так, чтобы наши глаза могли наконец-то встретиться… - Слышишь? Ты нужна мне. Так, как никто и никогда не был нужен. Я всё это время обманывал себя, жил привычной жизнью, думая, что справлюсь, что смогу быть один, без тебя. – Не надолго умолкаю и поглаживаю пальцами твои слегка розоватые от холода щёки, - И только сейчас понял, как сильно я ошибался всё это время. Я не смог забыть то, что было между нами, не смог забыть нас. Ты слишком дорога мне, чтобы позволить тебе уйти сейчас, - касаюсь кончиком носа твоей щеки, в лёгком почти невесомом прикосновении. Скольжу взглядом ищущих глаз, по контурам твоего лица: по заплаканным глазам с мокрыми ресницами, по слегка покрасневшему носику и щекам, по влажным манящим губам… - Дай мне последний шанс, Аврора? – прошу полушёпотом, обжигая дыханием твои алеющие губы, - Я больше не исчезну, обещаю. Только останься со мной…

+2

10

Не спешу. Шагами размеренно_ ровно_ мелкими землю меряю. В голове незатейливая композиция. Слово за словом, сливаясь в предложения_ тексты на фоне совсем незнакомой мелодии. В этот раз нахожу себя композитором. Вижу полно перспектив, если вдруг эта так называемая мечта станет явью. Забавно хмурюсь и, кажется, даже успела забыть, что ты где-то там… Далеко. Позади остался. Что-то кричишь, но, поверь, бесполезно, когда я где-то там… На седьмом, а то и восьмом небе. В мыслях своих же путаюсь. Провожу параллели, играю  рифмами. Не до тебя, как видишь. Вспоминаешь былое, находишь причины… Это так на тебя, чёрт возьми, не похоже. Изменился? Вполне возможно. Начинаю почти что панически искать для тебя оправдания? Тоже возможно, но более вероятно. Хочу остаться. Хочу просто забыть обо всём произошедшем в далёком прошлом и остаться. С тобой. Но страх сильнее. По рукам и ногам сковывает. Не даёт трезво смотреть на многие-многие вещи и так же трезво принимать важные для меня решения. К тебе бы сейчас. Кажется, слышишь.
выливать воспоминания, чтоб не слушать о прощании.
это жуткое скучание. нечаянное такое, знаешь
без тебя как без обоев. без поребриков и чая.
без тебя совсем не хочется прохожих не считать [q.]

Со спины обнимаешь за плечи. Просишь не уходить. Шепотом. На ухо. Так тяжело дышишь. А я злюсь, закрываю глаза, считаю до десяти мысленно. Последнее, говорят, действует лучше любых таблеток от «нервов». Время тянется медленно. Будто специально растягивая секунды нашего «вместе». Далеко не последние секунды_ минуты. Я в этом уверена. Почти не дышу, ведь ты слишком рядом. И глупо признать, но всё-таки признаю, что всё идёт именно так, как надо. Молчу. Замерзшие руки держу в карманах. Не позволишь уйти? Да, пожалуйста. Я ведь ни шагу в сторону. И стоим с тобой посреди дороги, будто в землю вкопаны. А с неба снег. На дома_ асфальт_ наши головы. Зима. Чёртово не_ любимое время года. Чёртово сумасшествие. Ещё и, как видишь, обоюдное. Открываю глаза, заполняю холодным_ зимним воздухом лёгкие. И в мыслях опять «курить». Позже. Всё позже.
Говоришь, что нужна. И я, не задумываясь, ответила бы «аналогично». Ведь поселился во мне воздухом почти с первого дня нашего знакомства. Но… Продолжаю хранить безмолвие стоя уже напротив. Глядя в твои глаза, в которых ничего, кроме боли. Думал, что справишься? Это так в твоём стиле, Ксан. Полагаться на собственные силы, а потом разочаровываться в них же. Рассчитывать на один результат, а в итоге получать прямо противоположный твоим догадкам. Думал, что справишься? Ошибался. Но только сейчас осознал. Только сейчас понял. И, знаешь, лучше поздно, чем никогда вообще. Так что горжусь тобой, безусловно. Можешь дальше учиться на своих же ошибках. Можешь следовать слепо своим желаниям_ идти на поводу у эмоций. Своих же. Но не забудь – шанс у тебя только один. Так что не подведи «нас». В подтверждение того, что на твоём счету шансов «+1», преодолеваю с лёгкостью расстояние, которое прежде нас разделяло и касаюсь губами твоих губ. Нагло срываю тот поцелуй, что мне полагался почти по закону. О последнем факте ты был явно не в курсе, но, с другой стороны, оно тебе надо?

выпивать до дна всё прошлое, чтоб не знать тебя отчаянно.
говорить об обещаниях, да, прости, я так скучаю
помню комнаты в оранжевом и снежно - белых чаек,
и руки, что теплее солнца, на плечах. [q.]

– Показывать у меня всегда получалось лучше, чем объяснять на словах, – произносила чуть слышно, опускала взгляд аквамариновых вниз, – И… дурак? Серьёзно? – Я бы даже сказала – всего-то? С удовольствием придумала бы для тебя другое определение, будь до сих пор на тебя зла или просто в обиде. Но сейчас только утыкаюсь носиком в твою шею, прикрываю глаза и произношу уже утвердительно, – Дурак. Точно что. Пусть так. Тонкие пальцы сцепляла за шеей, прижимаясь всем телом к твоему телу, чтобы теплее. Сейчас меньше всего хотелось идти_ спешить куда-то, но… лишние жертвы ведь тоже нам не нужны. Не тебя же потом вместо меня на работу в классическом платье и на шпильке такой тонкой-тонкой. Хотя, знаешь, смотрелось бы очень и очень. Будет возможность узреть в реальности, если закончится наше примирение столь фатально – мягким диваном, чашкой кофе в ладонях и градусником в зубах, кутаясь в тёплый плед. Даже забавно. Будет. До того момента, пока обо всём не пронюхает начальство.
– Пойдем отсюда сейчас же, если не хочешь превратиться в скульптуру изо льда. Да, это романтично и все дела, но я не фанат, – уже выскользнув из твоих объятий, поворачивалась в сторону, где, по идее, нас должна была ожидать машина с сюрпризом в виде шофера внутри, и тут же натыкалась на неё не только взглядом, но и почти утыкалась в неё телом. Кажется, водитель только и ждал, пока мы выясним отношения и, расставив все точки, где надо, вернёмся обратно в салон. В процессе ожидания подъезжал к нам всё ближе и ближе, – Оперативно. Но я так и не получила ответ на вопрос – что дальше? – с улыбкой, оказавшись в салоне автомобиля, а затем и в твоих объятиях. Ведь так теплее. А ещё надежнее, легче и… соскучилась я, короче.

+2

11

Молчишь, только смотришь на меня этим своим загадочным взглядом, будто пытаешься прочесть мои мысли, мою душу… Срывающийся с неба снег хлопьями ложится на твои волосы, тая на длинных пушистых ресницах… И что-то в твоих глазах заставляет моё сердце забиться чаще, поверив в то, что простила. То, как ты смотришь на меня сейчас, совсем не так, как это было ещё несколько минут назад. Узнаю взгляд и незаметно для себя радуюсь этому. И уже не прошлое разделяет нас, не воспоминания, а какой-то шаг, всего лишь шаг. Ты касаешься моих губ своими и я обнимаю тебя за талию, прижимая к себе, согревая собою, улыбаюсь тебе и целую в ответ. И это кажется таким естественным, таким правильным, будто и не были мы врозь всё это время, будто только вчера желали друг другу на ночь красивых снов…
- Не буду спорить, нам обоим не очень хорошо даются объяснения на словах, - опускаешь взгляд, а я целую тебя в висок и провожу ладонью по твоим волосам, прижимаясь щекой к макушке, смеюсь: - Серьёзно.
И мы бы так смогли простоять ещё долго, если бы не холод, если бы не зима. Ёжусь от порыва ветра, ведь тонкая рубашка совсем не греет, да и ты совсем продрогла в этом своём шикарном белом платье со слегка откровенным вырезом на спине, и мой пиджак несильно тебя греет. Но отстраняешься от меня и озвучиваешь мои же мысли в слух…
- Да, давай скорее в машину, Билл уже подъехал, - всегда удивлялся тому, насколько правильно мой охранник понимал ситуацию. Иногда мне даже не требовалось ему что-то говорить, он знал заранее, что пожжет от него потребоваться. И не мудрено, ведь столько лет он со мной работает, бок о бок. Знает все мои привычки, знает даже слишком много обо мне, но ему я доверяю всецело. Этот человек не раз спасал мне жизнь, поэтому он всё ещё рядом.
Открываю тебе дверь авто, после сам забираюсь в салон и сразу к тебе ближе. Обнимаю рукой за плечи, любуюсь тобой взглядом:
- А дальше я всегда буду рядом. Ты переедешь ко мне в квартиру или в дом за городом – не важно. Решишь сама, где тебе нравится больше. Не хочу быть долго вдали от тебя, - сказано однозначно и обжалованию не подлежит. Я соскучился, хочу всегда видеть тебя рядом, готов впустить тебя в свой мир и может быть, даже кое-что тебе о нём рассказать, если не узнаешь сама, если не знаешь уже…
- Сэр, - подал голос Билл, который уже вёл машину на средней скорости по ночному шоссе Сан-Франциско. – Извините, что вмешиваюсь, но.. куда едем?
Снова моя довольная улыбка, глажу тебя свободной от объятий рукой по щеке и говорю, неотрывно смотря в твои прекрасные голубые глаза:
- Домой, поехали домой, - на сегодня хватит дел и приключений, теперь основной моей заботой было сделать всё возможное, чтобы ты не простудилась. Хотя бы попытаться… Но «дом» понятие относительное, потому что до Сакрменто ехать далековато, поэтому Билл везёт нас в отель. А приехав в место временного жительства, мы в спешке покидаем машину. На ходу даю охраннику распоряжение купить утром билеты на вечерний рейс обратно в Сакраменто и прощаюсь с ним у лифта.
- А теперь давай быстрее в номер, - пропускаю тебя внутрь и включаю свет в гостиной, - Та-а-ак, - говорю на распев и потираю руки, планируя свои дальнейшие действия, - значит, ты сейчас идёшь и принимаешь очень горячую ванну, не хватало ещё, чтобы заболела. А я закажу нам что-нибудь согревающее из еды… Есть какие-то особые пожелания? И, кажется, в баре было виски… - открываю дверцу шкафчика, но виски не нахожу, зато наблюдаю на полке текилу, абсент и… русская водка? Удивлению моему нет предела, ибо надо же такое, оказывается, и в Сан-Франциско любят эту «огненную воду». – Я буду ждать тебя тут, - в привычном жесте, притягиваю тебя к себе и нежно целую в губы, - Всё, иди, - вынужден отпустить сейчас тебя из своих объятий, благо, что не надолго, и нехотя отстраняюсь, провожу твою фигуру взглядом, до тех пор, пока за ней не захлопнулась дверь. А теперь еда. В животе предательски заурчало, ибо, в отличии от Донована, к швейцарскому столу я не притронулся. И только после того, как заказ был сделан, я отправился снимать с себя то, что осталось на мне от костюма, с блаженной улыбкой натягивая на себя тёплый спортивный костюм, подаренный сестрой на новый год. Почему-то чёрный с розовыми вставками-полосками по бокам, а на спине вышита розовыми нитками "Бри ван лав", но это такой семейный прикол для «своих» и будем надеяться, что ты оценишь этот сестринский юмор по достоинству, как в прочем это сделал и я. И именно в таком виде я вернулся в гостиную.

+2

12

И мы уже в номере. Теплом окутаны, свежим воздухом, в котором запах твоего парфюма. Всё ещё. Ванна, еда, виски… К чёрту всё это. Хотя нет, вру. Добровольно отказаться я бы могла только от последних двух пунктов. К ванной… ванной, наполненной водой тёплой-тёплой я питала особую слабость. В не_ зависимости от погоды. Ты знал.
– Нет, пожеланий не будет в силу того, что я не голодна. И алкоголь… Я же не пью на работе, – произносила с лёгкой усмешкой на губах, не забыв для большей наигранной правдоподобности взглянуть на часы. Говоришь, что подождешь в гостиной, а я… обещаю совсем скоро вернуться, отвечая на твой поцелуй. В следующий же момент, бросив твой пиджак, прежде меня согревающий, на кровать, удаляюсь в ванную комнату, плавно покачивая бедрами. По телу всё ещё мелкая дрожь. Совсем не от холода. Скорее от предвкушения того, что будет «после». После того, как я вновь вернусь в комнату. К тебе. Доля секунды и дверь за моей спиной закрывается. Я озираюсь вокруг. Ищу что-нибудь, что послужило бы мне «костюмом» после принятия душа и замечаю на вешалке длинный махровый халат. Для начала сойдет, а там будет видно. Не теряя ни минуты, стягиваю с себя порядком поднадоевшие за целый день вещи и с удовольствием становлюсь под душ. Капли то и дело в волосах путаются. Тёплая вода по телу стекает медленно так. Согревает, к слову, не хуже предложенной тобою горячей-горячей ванной. Так что волноваться на счет состояния моего здоровья не стоит. Благо, девочка взрослая и за время своей жизни успела достаточно хорошо изучить собственный организм. Чтобы прийти в норму понадобилось приблизительно минут двадцать, по прошествии которых я благополучно покинула комнату, завернувшись в упомянутый выше халат и не обременяя своё тело лишней одеждой вроде нижнего белья. Всё это уже давно покоится в стиральной машинке. До завтрашнего утра. Или вечера. Ведь кто знает, когда нам придет в голову покинуть номер?
Гостиная, почти накрытый стол и ты… в тёплом чёрном костюме с розовыми вставками. Руки на груди накрест, взгляд недоверчиво по тебе скользит. Я точно не ошиблась комнатой? Нет? Ладно. Может, температура? Тоже нет. Очень вряд ли. Меня не бросает в жар, с холодом тоже проблем никаких… кажется.
– Ну-ка, ну-ка, –  успеваю заценить не только расцветку, но и надпись на спине. «Бри ван лав». Бри. Она же – твоя сестра и мой босс по совместительству. Я не ревную. А ты?

lights black
heads bang
you're my drug
we live it [q.]

В один из моментов стоять на пороге откровенно надоедает. Прохожу вглубь комнаты, тебя за собой за руку, присаживаясь на диван, закидывая ногу на ногу. Уже по привычке_ по инерции. Взглядом в очередной раз окидываю столик, который уже почти, что ломился от выставленных на него блюд_ тарелок_ бокалов, и убеждаюсь, что кушать мне не хочется. Время позднее, желудок отдыхает. На кой лишний раз тревожить? Уж лучше завтра с утра. Или просто чуть позже. А пока… Пока, нагло пользуясь случаем, а это у меня получалось всегда лучше всего прочего. Почти идеально. Подсаживаюсь к тебе ближе и этого моего «ближе» хватает, чтобы избавиться от расстояния между нами. Лишнего, никому не нужного расстояния. Бороться с ним сейчас – одно сплошное удовольствие. Готов делать это вместе со мной? За компанию. Лицом к тебе, затем ловко перебираясь на твои коленки, чтобы глаза в глаза, сцепляя тонкие пальцы за твоей шеей. И все эти махинации лишь с одной единственной целью. Быть_ ближе. Просто ближе друг к другу. Знаешь? Я всё же смирюсь с ролью твоей куклы. Единственной, неповторимой и не_ похожей на всех твоих предыдущих.

you're drunk, you need it
real love, I'll give it [q.]

– Кстати, что ты там говорил относительно особых пожеланий? – в твои губы, пока дышим одним воздухом. Кажется, нашлось тут одно, правда, с едой ну никак не вяжется. Ни под каким предлогом вообще. If you know what I mean, опять же. Ручонки уже где-то там под твоей одеждой. И нет, это не наглое домогательство. Ни разу вообще. Подобным не промышляем. Только иногда. Редко очень. Срываю с губ твоих очередной поцелуй страстно_ требовательно. Ненадолго попрощаемся с нежностью. Не для нас она. Временно. – Я костюм уже заценила, кстати. Можно снимать, – дышать тяжелее. Болтать тем более. Сердцебиение в висках всё отчетливее.
Так легко потерять контроль с тобой над собой. И этот контроль… Пожалуй, единственное, от чего я добровольно отказываюсь.

+3

13

Спиной к ванной комнате, с умным видом решая, какая из закусок лежащих на маленьком столике станет следующей «жертвой». Выбор мой пал на крекер с красной икрой, ну а поскольку аппетит у меня всегда был хороший, то за первым крекером последовали все остальные. Удивляло то, насколько быстро я впитывал в себя все эти не то что не итальянские, а даже не американские привычки, предпочтения. Восторг от борща, красной игры и водки мне, наверное, никогда в себе не побороть. Кстати о водке… Достаю из бара бутылку с прозрачным, кристально чистым алкогольным напитком, и в полной задумчивости смотрю на неё, мысленно прикидывая, что оно, конечно, было бы неплохо сейчас хряпнуть по сто пятьдесят, но что-то подсказывало мне, что за водкой следом наступит очередь текилы и абсента… Как же не вовремя я бросил пить! С досадой в глазах и тяжёлым вздохом прячу бутылку обратно и беру в руки чашку с горячим чаем. Ба! Романо ведёт здоровый образ жизни, кто бы мог подумать? Улыбаюсь, делая глоток, и усаживаюсь на диван, блаженно вытягивая перед собой ноги. И тут, меня посещает мысль, что день сегодня весьма удачный, и я даже чувствую себя счастливым, не смотря на то, что мне съездили по физиономии. А всё потому, что где-то в соседней комнате ты. Я улыбаюсь этой мысли и отставляю уже пустую чашку на столик, поднимаясь с места и покидая диван. Бесцельно бродя по комнате в ожидании тебя, провожу рукой по щеке и подбородку, отмечая мысленно то,  как это печально, что утром я поленился (как обычно) и не стал бриться. Я ленивый стареющий мафиози, который к тому же борется с алкоголизмом. Тут стоит тебя пожалеть за твой недавний выбор, сам просил тебя остаться, но если мыслить объективно такого счастья в своём лице не пожелал бы никому. Поэтому дорожу тобой сильнее, ты видишь во мне то, что редко кому удаётся разглядеть, иногда даже я не вижу в себе ничего хорошего. Не знаю, как тебе это удаётся, и не знаю, что притягивает тебя ко мне. Одно знаю наверняка – я рад, что ты здесь и со мной.
Слышу твой голос и  оборачиваюсь. При виде тебя, улыбка непроизвольно появляется на лице:
- А, ты про костюм? – усмехаюсь и тяну двумя пальцами за воротник, - Это всё проделки сестры, зато в нём тепло, - это должно было быть аргументом к тому, почему здоровенный мужик не должен смотреться странно в костюме с розовыми вставками. В ответ улыбаешься, подходишь ближе и протягиваешь мне руку. Не могу понять по твоим глазам, о чём ты думала в этот момент и ты не говоришь. В тебе всегда остаётся какая-то неразрешимая загадка, и мне это нравится. Вместе усаживаемся на диван, не так близко, как хотелось бы, но уже через пару секунд ты в моих объятьях. Сидишь на моих коленях и смотришь мне в глаза, твои руки обвивают мою шею, и я крепче обнимаю тебя, прижимая к себе, а ладони мои привычно легли на твои бёдра. Моя. Всегда была моей. И присутствия тебя рядом кажется таким естественным, что странно, как я весь этот год жил без тебя.
If I could tear you from the ceiling
I know the best have tried
I'd fill your every breath with meaning
And find the place we both could hide

- Я говорил, что исполню любой каприз, если он имеется, - улыбаюсь, скольжу взглядом по твоему лицу, на мгновение касаясь губами твоего подбородка, нежно будто бы невзначай, и снова заглядываю в голубые глаза. Нас разделяет только ненавистная теперь уже ткань моего спортивного костюма и твоего халатика. Впрочем, настроение моё внезапно улучшилось, когда, скользнув руками под край халата я не обнаружил на тебе нижнего белья. Моё приятное удивление могли выдать внезапно повеселевшие глаза, и то, как быстро в них веселье сменилось нарастающим желанием. Твой порывистый поцелуй, на который отвечаю с не меньшей страстью, приникая к твоим губам, будто путник в пустыне изнемогающий от жажды. Соскучился.
- Уже снимаю, - отвечаю слегка хрипловатым голосом, на время прервав поцелуй, - И халат тут тоже явно лишний, - изрекаю с некоторым недовольством, ибо ничто не должно сейчас скрывать от меня твоё прекрасное тело. Ловким и быстрым движением развязываю поясок и скидываю его вместе с халатом на пол. Руки по телу, по голой коже скользят. Пальцы помнят каждый изгиб, и всё равно наслаждаюсь, как в первый раз. Потому что для меня ты наркотик, от которого никогда не смогу уже отказаться. Не смогу и не захочу. Опрокидываю тебя на мягкий диван и быстрым движением снимаю с себя куртку, а за ней и всё остальное. Нам не будет холодно без одежды, потому что нас согреет наша страсть друг к другу. Только тело к телу, кожа к коже, сердце к сердцу. Или это уже не только страсть, а что-то большее? Возвращаюсь в твои объятья, прижимая своим весом к дивану, согревая собой. Дышу чаще, и сердце в груди начинает стучать, как сумасшедшее. Я его слышу, а ты?
- Больше никогда не отпущу тебя, - шепчу на ушко, следом покрывая поцелуями шею и медленно поднимаясь к твоим губам. Это прозвучало, как угроза, и впору рассмеяться, но мне не до шуток. Потому что сейчас хочу сказать то, что никому ещё не говорил. Поэтому замираю в миллиметре от твоих губ, смотря глаза в глаза: - Я люблю тебя, - всего лишь три слова, которые, я думал,  не произнесу никогда. Но сейчас они сами сорвались с моих губ, и это оказалось не таким уж страшным, открыться кому-то, впустить тебя в своё сердце. Да почему впустить? Ты уже была в нём всё это время, только я отказывался это признавать. Но теперь сопротивление считаю бессмысленным, ты победила. Улыбаюсь этой своей мысли и вновь отыскиваю в поцелуе твои губы, желая никогда не выпускать тебя из своих объятий.
You don’t believe me
But you do this every time
Please don’t drive me blind
Please don’t drive me blind

+2

14

Уже распрощались с одеждой. Если быть точной_ дотошной в подробностях – её минимумом. У меня так точно. И я не жалею об этом. Ничуть. Не холодно. Согреваешь собою. Плавиться под прикосновениями горячих рук_ твоих пальцев заставляешь. Продолжай именно так касаться. Мне нравится. Ведь я без ума от тебя. И, мне кажется, это взаимно. Или опять только кажется? Всё будто в бреду. Слишком размыто, не_ чётко, расплывчато. И мы будто не мы вовсе. Будто не было расстояния_ расставания на год. Будто только вчера прошлогодняя ссора, но за ней примирение. Заменим тот эпизод сегодняшним? Я так не хочу без тебя вновь шагами неосторожными по лезвию идеально заточенной бритвы. Please. I don’t like that story. Давай перепишем. На месте старой напишем новую. Куда более интересную. Можно даже без happy end’a. Главное, чтобы побольше action и поменьше horror. Помнишь? Твоё сердце быстрее тем временем. Убеждаюсь в этом, когда касаюсь ладошкой груди. Дыхание ощущаю на своей коже. Дыши. Только не останавливайся. Слова сейчас кажутся лишними. Поэтому всё молча.
Он нравится, нравится мне,
Нравится, нравится так,
Нравится, я без ума.

Никогда не отпустишь? Звучит как угроза. Я, конечно же, не убегаю, но вдруг не будет иного выхода_  выбора? Если однажды придется вот так нежданно-негаданно выпустить из своей мою руку, чтобы затем в разные стороны. Не возвращаясь и не оглядываясь. Легче чтобы. К бывшим давно забытым или же будущим, на пути случайно встретившимся. Всё может быть, Ксан. Жизнь слишком непредсказуема. Да, сейчас не хочу под чьим-то крылом от тебя укрыться. Скорее забыться. Но только с тобой. За компанию. Уходить не хочу и тебя отпускать заодно. Не смогу.  А вдруг придется? Не сейчас. Позже. А вдруг… Со всеми врагами_ конкурентами справишься, чтобы только быть первым? Моим первым, конечно же. Пройдешь через все испытания? Ты сможешь. Пройдешь. Достаточно сильный и смелый «мальчишка» для этого. Прикрыв глаза, ощущала твои поцелуи на своей шее. Вдох_ выдох. Это н е в ы н о с и м о. Слишком приятно, чтобы происходить наяву. Слишком реалистично, чтобы сном оказаться в итоге. Одним из самых моих лучших снов. И «я люблю тебя» следом, замерев на секунду, глядя в растерянные аквамариновые. Это так… неожиданно, но «люблю тебя», – моё сердце в ответ на твоё признание. «Не спеши, некуда торопиться», – подает голос разум. – Докажи, – невольно_ случайно срывается с губ моих в твои губы, вздрагиваю. От глупости слов собственных. Нелепости ситуации. Парадоксально. И сразу в голове мысли о том, как бы поступила любая другая, услышав твоё «люблю». Сначала всё было бы ничего так. Она бы порадовалась. Возможно, ночь провела бы в твоей компании, а на следующий день сиганула с балкона. От радости. Находясь под прицелом моей «Beretta». Надо бы прикупить на всякий пожарный. Улыбаюсь, а мысли тут же, как можно дальше отбрасываю. На самую дальнюю_ пыльную полку. Сейчас не время. Разбор полётов мы сможем устроить в любой другой день. В понедельник. Как тебе?
Мама, в нем 40 градусов минимум,
Я на максимум выжата,
От него сегодня пьяна.

– Но я слишком хочу тебя, чтобы дожидаться пока ты придумаешь что-нибудь эм… дельное. Потом как-нибудь, – шепотом. Упиралась ладошками в твою грудь. Тебя на спину, чтобы не я в твоей власти. Чтобы наоборот. Временно. А всё моё чёртово стремление быть главной. И твоё не_ желание быть кому-то подвластным. И пусть даже этот кто-то твоя любимая, как буквально только что оказалось, девушка. Мы как два заряда положительных или же отрицательных (не столь важно). Притягиваясь, отталкиваемся. Не навсегда. Проверено временем_ нервами моими, конечно же. Губами по твоей коже. Боже. А ведь я каждый твой шрам помню. Совсем не считаю эти воспоминания лишними. Недостойными жить где-то там. В маленьком действующем механизме под названием сердце под рёбрами. Напротив. Вношу их в разряд чуть ли не «жизненно важных». Подушечками пальцев по твоему «t-образному» шраму, на животе находящемуся, и лёгкий, призрачный поцелуй под правую ключицу, а затем губами всё ниже. Плавно ладонями по торсу, груди скольжу и всё-таки на сильных плечах твоих останавливаюсь. Ты – тот самый stop-control. Мой лёгкий наркотик состава сложного. Мой приторно_ сладкий провал. Бездарная попытка оставить прошлое в прошлом. Ты. Именно тот, кого так не хватало мне. И жизнь без тебя Ад. Не жизнь вовсе. Знаешь? Слышишь? Определенно чувствуешь. И вновь к тебе на… коленки. Почти. Начинала движения плавно_ медленно. Нам спешить некуда. До рассвета ещё совсем не_ близко. И сейчас лишь сбивчивый сердца ритм, в висках отдающийся_ дыхание через раз, выдают то, как хорошо мне. С тобою. И только. И вновь поцелуй. Очередное доказательство моей слабости.
Люблю тебя, мой. Только мой. Слышишь? Л ю б л ю  т е б я.

Отредактировано Aurora G. Sand (2013-01-18 22:12:52)

+3

15

If you want me to listen whisper
If you want me to run just walk
Wrap your name in lace and leather
I can hear you
You don't need to talk

Моё внезапное признание неожиданность для меня самого и для тебя вижу тоже. Смотришь на меня удивлённым взглядом с долей растерянности в голубых глазах. Не знаешь, как реагировать? Сам не знаю, что нам со всем этим делать потом… Ключевое слово «нам», уже не считаю себя одиноким, и не коробит, не давит грузом понимание того, что теперь твой. Сам пришёл к тебе, добровольно сейчас тону в аквамариновом цвете твоих прекрасных глаз…
- Обязательно докажу, - улыбаюсь, целуя тебя в губы. Не ответила мне прямо, но по глазам всё вижу. Всё, что хотела сказать, но умолчала. – Да, потом, - с улыбкой на губах соглашаюсь с каждым словом, лишь крепче обнимая тебя, - позже… - и волна желания охватывает с головой, больше не до слов, всё, что имело значение, уже сказано.
По твоему желанию оказываюсь лежащим на спине, а ведь, я почти успел забыть, как иногда ты любишь властвовать... Мне никогда это не нравилось, но я не против, если речь идёт о постели. И разве можно хотеть тебя ещё сильнее? Но в такие моменты понимаю, что да, можно. Видеть тебя такую откровенно-сексуальную, отбросившую в сторону стеснение и стыд… это ли не прекрасно? И пусть временно, ведь не удержусь  и возьму контроль в свои руки, но не сейчас…
You can kiss me with your torture
Tie me up to golden chains
Leave me beggin' undercover
Wrong or right
It's all a role play

Потому что сейчас твои губы на моей коже, чувствую их прикосновение и невольно улыбаюсь. Моя ладонь скользит по твоему бедру, медленно переходя с него на ягодицу, не надолго замирает, пальцы сжимают упругие мышцы и вновь ладонь приходит в движение поднимаясь выше, лаская поясницу и тонкую талию. Рука замирает где-то на лопатке, там, где у тебя татуировка. Помню, как шутил когда-то, что среди всего этого богатства тату на твоём теле не хватает только моего имени, для полной коллекции. Конечно, юмор, с весьма серьёзным преувеличением, но «я-прошлый» и «я-настоящий», как два разных человека. Сейчас я понимаю, что заклеймил бы тебя всерьёз, оставил бы метку, что мне принадлежишь. Навсегда. Ревность? Откуда, господи, никогда не ревновал никого… Никого, кроме тебя. Всегда не такая, как другие, всегда особенная для меня.   Зарываюсь пальцами второй руки в твои длинные распущенные волосы, сжимаю пряди в кулаке на уровне твоего затылка и притягиваю твоё лицо к себе. Жадно целую в губы, обхватывая твою талию рукой, прижимая тебя к своей груди, чтобы ближе, чтобы одним целым чувствовать себя с тобой…
You're my obsession
My fetish, my religion
My confusion, my confession
The one I want tonight

И вот он, тот момент, когда мне становится мало тебя. С приглушённым рычанием в нетерпении переворачиваю тебя на спину, меняясь с тобой местами. Твои шелковистые волосы длинными прядями рассыпались по диванной подушке, взгляд голубых глаз из-под трепещущих чёрных ресниц, разгорячённое тело откликающееся на каждое моё прикосновение. Прекрасна, до чего же ты прекрасна сейчас… Склоняюсь над тобой, покрывая поцелуями твои губы и шею, обжигая горячим дыханием кожу, ускоряя движения, сливаясь с тобой в одно целое… Ты моя единственная слабость, но знаешь ли ты об этом? Но как бы там ни было, я готов подвергать себя такой опасности снова и снова, быть неуязвимым больше не правильно, быть без тебя больше не хочется. И сколько ещё дней нам отведено Судьбой я не желаю знать. Все их хочу провести с только тобой. Потому что влюблён, потому что люблю до безумия…
You're my obsession
The question and conclusion
You are, you are, you are
My fetish you are

+3

16

I'm amazed you're still breathing, серьёзно. Поделишься секретом, как это у тебя получается? Не сейчас. Потом как-нибудь. Сейчас лучше просто не отвлекайся. Продолжай отрываться. Слишком ночь коротка для этого. Слишком быстро наступит утро, солнца луч скользнет по нашей не_ смятой постели. Но и этот ма-а-аленький недочет будет исправлен в скором времени. Будь уверен. Притягиваешь ещё ближе к себе, чтобы грудью к твоей груди. Чтобы расстояние в ноль_ в такт сердцебиение. Вновь. Обхватываю твоё лицо ладонями и вверх_ вниз подушечками пальцев по подбородку с мыслью о том, что завтра-таки заставлю тебя побриться. Каким образом? Ещё не решила. Зато придумала наказание. Наперед_ заранее. Потом всё узнаешь как-нибудь. Отвечала на поцелуй, буквально на несколько секунд движения тела приостанавливая. Осознавая, что моё промедление не очень-то хорошо сочетается с твоим нетерпением, оттого оба на грани. Ты на нервах_ на взводе, а я наслаждаюсь счетом «1:0» в мою, естественно, пользу. Никаких махинаций. Всё строго. Почти по правилам.
I need you to hurry up now
Cause I can't wait much longer

Победу, увы, не подфартило праздновать очень долго. Ты не сдержался, нагло перехватил инициативу в свои сильные руки, отчего вновь на спине оказывалась. I'm trippin', I'm caught up in the moment right? Добровольно в твоей ловушке лишь потому, что в следующий момент почувствовала, как губами касаешься шеи, темпо_ ритм движений ускоряешь, принося этим самым ещё большее удовольствие. Ни с чем несравнимое_ несравненное удовольствие. С губ громкий стон наслаждения непроизвольно так_ в подтверждение вышесказанного, пока иллюзорно_горячие ладони скользят по хребта линии. И только ради этого остаться стоило. Не только ради этого, но и ради этого тоже, — мысленно_ алогично (в моём стиле, в общем-то), проводя языком по алым, от поцелуев распухшим, губам, пальчиками ног по бедрам твоим_ всё ниже с каждым последующим прикосновением, отвечая на поцелуй твой с той же страстью. Тем же нетерпением. И кажется мне, что сладость нашего «мы» сможем ощутить уже через несколько мгновений.
I need you right now
I need you right now

На часах ровно «чёрт знает сколько». Не важно. Ведь вот он «the end» нашего обоюдного «хочу тебя». Наслаждение по телу медленно разливается. И будто ток от тебя ко мне, от меня к тебе. Чёртова магия послевкусия. Нереально желанно-приятная магия. Глубокий вдох, выдох. Вновь прижимаюсь к тебе всем телом, затем находя твои губы. Нагло срывая с них поцелуй. А теперь читай между строк: ты нужен мне. Да уж, в подобные моменты по части болтливости я могла составить конкуренцию любой выскочке-первокурснице, которая за свою пятерку готова была любому порвать пасть. И не только пасть, будьте уверены. Дабы не наболтать лишнего, так хорошо себя любимую зная, делаю попытку на что-нибудь переключиться. К примеру…
— Как во-о-он тот бокал шампанского, — с лёгкой улыбкой на губах. Считай, исправилась. Умудрилась реабилитироваться в собственных глазах, ведь так и не научилась за всё это время вслух признавать очевидное. Уверять кого-то в его крайней необходимости. Неисправима. Выдохнув, рукой до бокала дотягиваюсь, на журнальном столике расположенном. Делаю несколько глотков и, о чудо, жидкость в нём действительно шампанским оказывается. Отличный способ заткнуться, Аврора. Пользуйся «на здоровье». И не болтай лишнего.
Какое к чёрту стеснение «после»? Тут бы не накосячить с фразами.

+2

17

Наше тяжёлое сбивчивое дыхание, жар разгорячённых тел и крепкие тесные объятья, когда вздрагиваешь в моих руках и я ловлю твой стон нежным, но требовательным поцелуем. Одно дыхание на двоих, одно удовольствие на двоих и, кажется, будто сердца также бьются в унисон. И в момент, когда наслаждение накрывает нас с головой, держу тебя крепче в своих объятьях в конце-концов замирая, положив голову на твоё плечо. Улыбка играет на моих губах, пока с усилием пытаюсь восстановить дыхание, и приятная слабость овладела всем телом, отчего совершенно нет никакого желания делать лишние движения. Но понимаю, что вешу не мало и вполне способен, если не задавить тебя своей многогабаритной тушкой, то доставить неудобство наверняка. Поэтому всё же приподнимаюсь на локте одной руки, и провожу кончиками пальцев по твоей щеке, убирая с лица упавшие на него пряди волос. Отвечаю на твой мимолётный поцелуй и твои слова после… кажется, не рада тому, что произнесла их вслух? В этом ты вся. Снова улыбаюсь и с особой нежностью скольжу взглядом по твоему лицу:
- Серьёзно? – смеясь, переспрашиваю и нарочно колю тебя своей щетиной, проведя подбородком по плечу. – Как бокал шампанского? Так вот она вся правда, я для тебя значу не больше бутылки игристого вина. О, боги, и ради этого я сегодня нарвался на мордобой… - заливисто смеюсь, целуя твою ключицу. Что-то подсказывало мне, что так небо наказывает меня за все те разбитые мною сердца в прошлом, когда я бежал от каких-либо чувств. А теперь ситуация совсем иная: я признаюсь женщине в любви, а в ответ слышу слова о сравнении с шампанским. И как тут не смеяться? Одно хорошо - слишком долго тебя знаю, чтобы читать между строк и видеть всё по глазам. Протягиваю руку и беру второй бокал с «игристым», потому что тоже жажда мучает и пить хочется ужасно.
- Завтра утром мы вылетаем в Сакраменто, - говорю после того, как опустошённый мною бокал снова оказывается на столе. – Я не могу остаться здесь дольше, у меня дела… - заминаюсь на полуслове и продолжаю: - И тебя в Сан-Франсиско одну не оставлю. – И вот это даже не обсуждается. Я никогда не испытывал особого удовольствия от того, что ты работала в эскорте. Само собой, что с проституцией здесь разница существенная, но ревность ещё никто не отменял.
- Надо выспаться, поэтому давай перебираться из гостиной в спальню, - поднимаюсь с дивана, почти не разрывая наших объятий, и тут же беру тебя на руки, унося в соседние покои.
- А знаешь, - задумчиво начинаю, остановившись у кровати и всё ещё держа тебя на руках, - Ты, кажется, стала тяжелее, чтобы это значило? – конечно, я был готов к тому, что за такую шутку по голове меня не погладят. Как гласит давняя мудрость: не хочешь навлечь на свою голову беду, не упоминай при женщине ничего связанного с её весом.
Опускаю тебя на постель и укрываю одеялом тут же пристраиваясь к тебе под бок.
- Эй, ну же… - смеюсь, обнимая тебя за талию и притягивая к себе, - Я пошутил, ты у меня стройная, аки горная лань, - ещё один короткий смешок и рукой провожу по твоей щеке, следом целуя в висок. Даже представить трудно, что завтра я… мы снова возвращаемся в Сакраменто, к своей привычной жизни. Тяжело вздыхаю, сверля взглядом алебастровый потолок с лепниной, и методично вывожу узоры кончиками пальцев на твоём плече. Ведь я уже обещал тебе всё рассказать, но одно дело пообещать тебе это сейчас, а другое дело действительно посвятить тебя во все нюансы своей жизни. Это будет весьма непросто…
- Знаешь, а я часто вспоминал тебя, - и мне самому мой голос кажется слегка охрипшим, это от усталости или от того, что давно не курил?.. - И очень сожалею, что ушёл тогда. Столько времени упущено… - но ведь кто может знать, что было бы, останься я тогда с тобой? Как обернулась бы жизнь, совершил бы я все эти рискованные поступки и как знать… возможно, и моей поездки на Сицилию никогда бы не было и тогда… Я был бы совершенно другим человеком, наверное. Таким, какого бы ты, возможно, даже не захотела знать.
- Как-нибудь я отвезу тебя в Палермо, - смежив веки, бормочу под нос медленно засыпая. – Там красиво: бескрайние виноградники, солёный морской воздух, золотистый пляж и море… - «...оно всегда напоминает мне о твоих глазах». Но этого я тебе уже не сказал, потому что согретый теплом твоего тела погрузился в крепкий сон, по-прежнему прижимая тебя к своей груди.

+2

18

Ты просто не знаешь ч т о для меня значит чёртова бутылка игристого в данный момент. Готова была за один глоток свою душу Дьяволу. Навеки и без возврата. Всё так запущено? Есть немного. Правда. Смеёшься, вспоминаешь о произошедших сегодня событиях… И лишь с твоей лёгкой подачи_ пары сказанных фраз, на губах сияет моих улыбка. В очередной раз. Ладошками тёплыми по плечам твоим сильным пока мягко губами ключицы касаешься, мой нежный_ ласковый. Почти плюшевый, до мозга костей собственник. Мне не хватало тебя. Как же мне, чёрт возьми, тебя не хватало.
— Но ведь оно того стоило, Ксан, — шепотом на ухо. А ты уже строишь планы на завтра. Вылет из Сан-Франциско, потому, что дела в Сакраменто ждут… Ясно, понятно. Покой нам всё ещё только снится. Дела превыше всего. Как же забыть могла? Непростительно. Пожимаю плечами, молча соглашаюсь с твоими словами. Делать здесь мне без тебя нечего, посему на меня билет тоже заказывай. Вместе домой летим. Вот только вещи мои… Как же вещи? Об этом надо было думать раньше. Но кто же знать мог, что всё именно так обернется? Кто знать мог, что будет ожидать нас в итоге? Фиг с ним. Определимся завтра. Спать? Конечно, я только «за». Уносите. Но вместо того, чтобы взять и унести вот так просто_ без разговоров лишних, меня подхватывал на руки и давай задавать каверзные вопросы.
- Ты, кажется, стала тяжелее, чтобы это значило?
Ах, вот так значит, да? Ответ в мыслях нарисовался уже. Осталось только дождаться, пока окажусь на кровати, а потом можно озвучивать, не боясь реакции_ возможного результата. Кстати, о результате — ещё, не дай Рок, упустишь. От неожиданности.
— Тяжелее, да. «Мачо» селёдки не нравились. Потребовал, чтобы поправилась на несколько кило, — в ответ на твоё замечание, затем нагленько так прижимаясь к груди твоей. Рассказ продолжая занятный свой, — А я что? Пришлось соответствовать, ведь он ничего так. Могла бы рассуждать на эту тему ещё очень долго_ мучительно. Перечислять тебе все его плюсы-минусы. Преувеличить плюсов количество_ положительных качеств, в процессе перечисления, не забыв театрально загибать пальчики. Мол, красив, умен, богат, добропорядочен… И вообще он весь совсем такой не_отрицательный. Почти совершенный. Могла бы притвориться, что мужчина мечты, но твои нервы дороже мне будут сейчас. Так что пока можешь спать спокойно. Постараюсь быть лапочкой. Твои слова про «пошутил» мимо ушей пропускаю. Устала.
— К чёрту прошлое. Назад не вернешься, а вспоминать лишний раз нет смысла. Забудь, как это сделала я, пожалуйста, — произношу сонно, закрыв глаза, засыпая в твоих объятиях.
***
Утро. Часов шесть или семь. Не смотрю на время. Первым делом взгляд на тебя, спящего рядом, падает. Признаться честно, до сих пор слабо верится в то, что вновь вместе. Вновь так близко и просто рядом. Кстати, о «вместе». В голове мгновенно всплывает твоё вчерашнее «завтра утром мы вылетаем в Сакраменто» и мой вопрос мысленный относительно вещей моих, оставшихся в номере, увы, не этого отеля. Относительно вещей, которые я всё же планирую забрать с собой. И нет. Я никогда не была мелочной. Просто каждая м о я вещь для меня что-то значила. Каждая вещь хранила в себе какие-то жизненные моменты_ ситуации и… и только поэтому я не могу их просто взять и оставить здесь. Даже не здесь, а в отеле совсем не родного города. И я поеду за ними. Сейчас же.
Благо, привести мой не самый коварный план в действие мне ничего не мешает. Посему, задавшись определенной целью, аккуратно выбираюсь из твоих объятий. Не уверена на все сто, что так и останешься спящим вплоть до моего ухода (а то и после него), но… Надежда умирает последней, знаешь ли. Первым делом посещаю ванную комнату. Умываюсь, одеваюсь, морально готовлюсь к мозговыносу, если проснешься вдруг раньше положенного, но, появившись вновь в спальне, облегченно выдыхаю. Всё ещё спишь, ни о чем не подозревая_ не догадываясь. Тебе же лучше.
Последний взгляд в зеркало. Готова, кажется. Накидываю на плечи твой пиджак, нахожу клатч свой и понимаю, что умудрилась забыть кое-что важное. Оставить тебе записку, чтобы не подумал, что решила уйти по-английски или вообще вернуться к любимому-обожаемому «мачо». Не сказав на прощание тебе «good bye»_ не оставив на щеке твоей след от губной помады. Салфетку нашла без проблем, а вот с ручкой… жаль – не сложилось. В последний момент мою голову посетила очередная идея. Написать вышеупомянутой губной помадой, найденной в сумочке. А что? Не самый жуткий вариант. Помещаю салфетку на стол, вывожу почерком аккуратное «Я скоро, дождись. Аврора» и, оставив записку на столике в гостиной, покидаю номер. Я успею всё. Иначе и быть не может.

+1

19

Проснуться не от неосторожного движения тебя рядом спящей, а от громкого стука в дверь номера. Хмурюсь, лениво приоткрывая сначала один глаз, потом второй и окидывая постель сонным взглядом, обнаруживаю твоё отсутствие в ней. Странно, ведь вроде бы и рано ещё, но может быть…
- Аврора? – зову, приподнявшись на локтях и высматривая тебя в комнате. И снова этот назойливый стук в дверь… - Да, чёрт бы вас побрал, иду я, иду! – громко выкрикиваю и покидаю тёплую постель, на ходу напяливая на себя джинсы. Миную гостиную и там тоже тебя не нахожу. Брови хмуро сводятся к переносице, а в голове уже роем начинают кружить не особо радостные мысли.
В дверях номера я натыкаюсь на Билла:
- Доброе утро, босс… Извините, но нам пора выезжать, если вы хотите успеть на рейс и прибыть в Сакраменто вовремя.
Всё-таки ответственные у меня работники. И побеспокоятся, и разбудят, и предупредят, и проследят, чтобы не опоздал... Улыбнуло.
- Да, и тебе доброго. Спасибо, что разбудил. Который сейчас час? - тру веки пальцами, пытаясь смести остатки сонливости.
- Восемь, сэр.
Отлично. Значит, пора выезжать, а я ещё даже чемодан не собрал.
- Подожди меня в гостиной. Я сейчас… - иду в сторону ванной с одной только мыслью: «только будь там…». Открываю дверь и там так же натыкаюсь на пустоту…
- Твою мать, блять! – дверь ванной с грохотом захлопывается, потому что сейчас зол, как сам Дьявол. И, кажется, будто готов разнести всё в этом номере к чертям собачьим… В подтверждение этому, резким движением руки сметаю на пол всё, что было на комоде. Вещи, фарфор, вазы, и ещё какой-то бумажный хлам в виде салфеток и брошюр, в вперемешку попадали вниз. Всё, что могло разбиться, со звонким дребезгом разлетелось на осколки.
- Сэр?.. – слышится за спиной, оборачиваюсь и вижу в дверном проёме спальни голову Билла, явно обеспокоенного шумом и моим ругательством.
- Всё в порядке… почти, - выдыхаю и провожу руками по волосам. Так, сейчас нужно собраться с мыслями. Но, бля! Как же так? Я ведь думал, что всё в наладилось, что мы оставили всё в прошлом и уж никак не ожидал, что ты уйдёшь вот, так… не попрощавшись. Резко разворачиваюсь и иду собирать вещи, благо их по номеру разбросано не много. Всё действо не составляет особого труда, да и времени много не занимает. На самолёт я определённо успею... Хочу ли я сейчас же уехать? Нет. Моя бы воля, я ринулся бы тебя искать и наверняка нашёл бы, но на это у меня сейчас просто нет времени. Слишком много проблем нависло над моим бизнесом в Сакраменто, я обязан там быть сегодня же вечером, от меня зависят другие люди. Не могу поддаться желанию остаться и заставить тебя поехать со мной… Хотя, стоит ли заставлять, если не хочешь? Замираю с курткой от спортивного костюма в руках и коротко усмехаюсь собственным же мыслям. Я даже не хочу думать о том, чем была эта ночь для тебя. Иначе в край озверею… Кидаю куртку в чемодан и взгляд падает на беспорядок, который я оставил в спальне после себя. А, чёрт с ним, за всё более чем уплачено, так что «all inclusive» в том числе и разгром. Вскоре сюда придут горничные и всё уберут. Сотрут из этого номера любое упоминание о нашем в нём пребывании. А мне что? Сожалеть? Злиться? Быть равнодушным? Хотелось бы последнее, но это уже нереально более, задело где-то в области груди и колит до боли, а в горле ком, который мешает дышать, душит что-то... Ненавижу это чувство, ненавижу это в себе снова. Господи, кого нужно убить, чтобы обрести наконец-то покой? И это я? Это тот самый Александр Романо, которого не пронять ничем? Вор и убийца, побывавший в «аду» не один раз? Не узнаю себя…
- Что же ты со мной делаешь?.. – вопрос в пустоту и Билл лишь удивлённо приподнимает брови, наблюдая за мной, стоящим посреди спальни с чемоданом в руках. Может быть, всё-таки подождать? Ещё немного, пол часа и вдруг ты вернёшься? Войдёшь в эту дверь и причина твоего внезапного отсутствия окажется какой-нибудь глупостью, вызывающей лишь мой тёплый смех… Губы искривляются в ироничной ухмылке в адрес собственных мыслей, провожу ладонью по лицу и решительно покидаю комнату. Я сделал всё, что мог. Я был с тобою честен впервые в жизни и это не помогло. Так могу ли я сделать ещё что-то? Увы, но нет. Здесь меня больше ничего не держит…
- Подгони машину, я сдам ключ, - Билл с моим багажом отправляется на автостоянку, а я, задержавшись у выхода из номера, окидываю пустые комнаты потускневшим взглядом. Через пару секунд наконец-то закрываю за собой дверь и иду к лифту. А далее по плану: первый этаж – найти администратора и отдать ключ; вестибюль – пересечь шумное помещение наполненное людьми, чтобы добраться до выхода… Прощай, Сан-Фрациско.

+1

20

6:50 Выпорхнув из отеля, направляюсь к дороге. Взглядом машину ищу, а затем правую руку в сторону, уже находясь на месте.
– Такси! – благо, долго ждать не пришлось. Сажусь в первый попавшийся салон авто, называю адрес, куда доставить меня положено. Получаю в ответ кивок утвердительный, не интересуюсь ценой «за проезд». Решаю узнать всё на месте. Да и цена для меня ничего ровным счетом не значит. Сейчас искренне надеюсь на отсутствие пробок, но моя надежда, как ожидать следовало, умирает последней в самых жутких_ ужасных муках. Радует одно – пробка эта не затянется на очень уж длительный срок. Правда же? Правда?
7:20 Мы на месте. Никогда не думала, что поездка в такси может убить такое количество нервных клеток разом. Теперь буду знать. – Подождёте? Через минут 7-8 вернусь, – бросаю и удаляюсь с места событий в отель чёртов.
7:22 Лифта дверцы в разные стороны. По длинному узкому коридору шагом танцующим, лёгким. Боюсь лишний раз вдохнуть_ выдохнуть. Боюсь влипнуть в аналогичную вчерашней историю. Быть вновь кем-то пойманной. Да, что там пойманной? Мне и узнанной быть не особо-то улыбается. Сейчас чувствовала себя кем-то вроде преступницы, вернувшейся на место своего преступления, ранее совершенного. Необдуманно и рискованно. С опаской по сторонам осматриваюсь. Констатирую мысленно «чисто», а затем спиной к стенке около моего номера. Открываю клатч и трачу с минуту на ключей поиск. Затем поворот ими в замке, очередной по сторонам взгляд и… Lucy, I’m home, – шёпотом. Чёртова конспираторша. Бросаю пиджак твой на кровать в спальне. Быстро снимаю платье, сменяя его джинсами, свитером и курткой. Так гораздо лучше. Дышать даже, кажется, легче. Окидываю себя взглядом в зеркале, а затем в спешке в чемодан все мои вещи. Кое-как все, сложив, удостоверившись, что ничего не забыла, с чистой совестью закрываю номер на ключ. С минуту-две дожидаюсь, пока лифт подъедет, и в процессе его дверей закрытия замечаю «мачо», по коридору идущего. – Эй! – и национальный американский ему. Вместо приветствия. За твою бровь рассеченную. На немой души моей крик_ невербалику отреагировали очень даже, но, к счастью, уже после того, как дверцы благополучно захлопнулись. Надеюсь, что таксист меня всё же дождется. Иначе… иначе и думать страшно, во что может вылиться эта история.
7:30 – Едем! Быстрее только, пожалуйста! Да-да, едем уже. Пока «мачо» в очередной раз не додумался устроить погоню. Удобнее усаживаюсь за заднем сидении, положив свой багаж на колени. Время от времени бросаю обеспокоенный взгляд на часы. Их я тоже надеть не забыла. Вот только не знаю, к счастью ли? Уже готова к очередной войне минут_ секунд с моими нервными клетками. Ну же, в бой, чёрт возьми. Счёт пока 1:0, к слову. В пользу, увы, времени.
8:01 Мы в разных кабинах лифта. В движении в разных направлениях. Ты на втором на первый – т.е. вниз. Я же на первом на тот этаж, где находился твой_ наш номер – вверх, как вы уже, возможно, поняли. Надеюсь, что там всё ещё ты. Покидаю лифт и в несколько шагов преодолеваю нужное расстояние. Ручку дверную вниз. Не заперто. Слава всей тусовке богов древнегреческих.
– Ксан! Я вернулась! – сумку с вещами оставляю в прихожей, начинаю стягивать с себя тёплую, хоть и не зимнюю, куртку. Добегалась, а теперь слишком жарко. Вглубь номера прохожу. Успела. Спешить некуда. Оказавшись в гостиной, сталкиваюсь с недоуменным взглядом горничной. Брови изогнуты в удивлении, а где-то внутри начинает ютиться страх. Умело расправляется с моим спокойствием внутренним. Выталкивает_ нагло занимает его ложе с бокалом мартини, зажатым пальцами. Ликует_ победу празднует, чёрт возьми. Нет, ещё рано сдаваться. Может, перепутала номер? Случайно зашла не в тот. С кем не бывает? Вновь куртку на хрупкие плечи. Похоже, мои гонки по вертикали продолжаются. Бросаю своё «простите» и вон из номера, прихватив с собой несчастный багаж, который за сегодня успел побывать, где только можно. И нельзя тоже. Вновь в коридоре. Осознаю, что не спутала ничего. А значит…
– Простите. Этот номер… Его давно покинули? – молодая_ красивая в ответ лишь пожимает плечами, так и не сказав ничего дельного_ способного хоть каким-то образом мне помочь, – Fuck! Ладно, благодарю, – на выдохе, стоя около выхода из. В ответ мне банально: «не за что». Действительно. Не за что. Мыслям своим усмехаюсь, залетаю в лифт, чуть ли не сталкиваясь с людьми, его покидающими. Вновь на первый этаж, чтобы убедиться, что наш не_о_любви “кинофильм” окончится так… глупо. И так стремительно. А ты… войдёшь в историю и станешь моим самым коротким романом. На несколько часов. В тему сказать бы: «never mind, I’ll find someone like you», но надо трезво смотреть на вещи. Такого как ты не найти мне. А если и найти, то я не намерена задыхаться рядом с твоей жалкой копией. Мне необходим оригинал. И только. Глупая, наивная, упрямая девчонка… называй, как хочешь меня, мой отдаляющийся постепенно. В нетерпении переминаюсь с ноги на ногу, а затем быстрым шагом по коридору. Доля секунды… 5.. Проходим мимо друг друга. 4.. Улавливаю аромат твоего парфюма в воздухе. Именно твоего. Не ошиблась. Точно. 3.. Или всё же не ты? 2.. Поворот головы назад. Ведь должна убедиться в правильности_ ошибочности своих догадок. 1.. Взглядом своим с твоим встречаюсь.

inspiration

http://s3.uploads.ru/Xi7WI.gif

Растерянно улыбаюсь и, волоча за собой чемодан злосчастный, в следующий момент возле тебя оказываюсь. Обнимаю за шею, губ поцелуем касаюсь призрачным. Уже ненавижу себя за тотальную к тебе привязанность.
Но я успела! Успела, чёрт возьми! Так что с добрым утром, счастье моё, вечно куда-то спешащее.

Отредактировано Aurora G. Sand (2013-01-28 17:51:23)

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Когда я говорю, что ты идёшь со мной - ты берёшь меня за руку и идёшь.