Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
внешностивакансиихочу к вамfaqправилавктелеграмбаннеры
погода в сакраменто: 40°C
Сука, ну какой пиздец, а.
Дверцу машины ты захлопываешь с такой силой, что звук рассыпается по всей улице, звенит в ушах, вспугивает парочку пиздецки нервных подростков с банками пива, которое...Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Saucy Jacky postcard


Saucy Jacky postcard

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Участники: Adam Evans, Fiona Price, Jamie Bell
Место:  улицы Лондона.
Время: 31 сентября 1888 г.
Время суток: 2:13 АМ
Погодные условия: пасмурно, холодно и ветрено.
О флештайме:
Третье убийство на каменных улицах Лондона. Ещё две женщины пали жертвой загадочного маньяка. Газеты пестрят скандальными заголовками, раздутые факты не помещаются на первых страницах. Пресса прозвала его Джеком Потрошителем, под стать деяниям.
Представительницы древнейшей профессии в панике, Скотланд Ярд молчит и бездействует, получая послания от убийцы, чиновникам нет дела до отбросов общества, а благопристойные горожане видят в смертях только лишний повод для сплетен. Кому суждено умереть следующим?

Отредактировано Fiona Price (2013-01-28 19:32:02)

0

2

Не туманами, что ткали Парки,
И не парами в зеленом парке,
Не длиной, — а он длиннее сплина, —
Не трезубцем моря властелина, —
Город тот мне горьким горем дорог,
По ночам я вижу черный город,
Горе там сосчитано на тонны,
В нежной сырости сирены стонут,
Падают дома, и день печален
Средь чужих уродливых развалин.
Но живые из щелей выходят,
Говорят, встречаясь, о погоде,
Убирают с тротуаров мусор,
Покупают зеркальце и бусы.
Ткут и ткут свои туманы Парки.
Зелены загадочные парки.
И еще длинней печали версты,
И людей еще темней упорство.
(Илья Эренбург - "Лондон")

http://fuza.ru/uploads/posts/2011-01/1294931215_fuza.ru_2-popup-low.jpg


Внешний вид

http://content.internetvideoarchive.com/content/graphics/734/030852/2.jpg

Холод пробирает до костей, полы пальто развиваются на ветру, допуская до тела ледяной воздух ночного города. Стук каблуков об брусчатку отдается гулом в ушах. Вокруг будто могильная тишина. А ведь в этом есть своя правда, где-то совсем близко, где дороги все еще покрыты грунтом – новая жертва маньяка, о котором сейчас трубят на всех углах, а страницы London News не устают высказывать свои версии загадочных убийств. Лишь свет редких фонарей позволяет увидеть фигуру молодого человека, все быстрее удаляющегося от центра города. Длинное черное пальто, высокий цилиндр, трость и туфли из кожи высшего качества, выдают в нем принадлежность к лондонской знати. Его лицо выражает крайнюю степень сосредоточенности, и весь он натянут, как струна. Его имя Адам Джонатан Персиваль Эванс. Как старший сын графа Куинси Персиваля Нейла Эванса, после смерти отца он унаследовал его титул и состояние, а также замок в пригороде Ист-Энда и семейный бизнес - судостроительную компанию Evans & sons Ltd. Воспитанный в строгих правилах и при этом прекрасно образованный в свои неполные тридцать лет, Адам иногда позволял себе смотреть свысока на людей намного старше себя. Хотя он и заслужил уважение в светских кругах не только благодаря имени отца, но и благодаря своей осведомленности в делах семьи, многие считали его излишне заносчивым. Близко он не общался ни с кем, скорее был одиночкой. Всё больше времени Эванс проводил в замке с книгой в руках. Он часто не спал ночи напролет, увлекшись очередной историей, рассказанной на пахнувших типографской краской, страницах. Он полностью погружался в жизнь героев, напрочь забывая о своей собственной. Детективные истории, нередко пропитанные запахом мистики, а иногда и откровенного ужаса, он любил больше всего. Утром горничная могла застать его спящим на диване в совершенно холодной гостиной, потому что угли в камине давно погасли. Увещевания маменьки и младшего брата, которые иногда навещали его, только выводили из себя. После смерти отца они перебрались в графство Файф в Шотландии, откуда тянулись их корни по линии матери. И Адам благодарил бога, что мать не настолько набожна, чтобы наносить ему визиты на каждый католический праздник. Одиночество не угнетало Эванса, напротив, с каждым годом он все больше становился похож на затворника, посещая лишь необходимые собрания с акционерами, докладывая о состоянии дел компании. Однако на них он всегда выглядел безупречно: идеально выбрит, в кипельно-белой рубашке, сюртуке и начищенных туфлях. Но потом он возвращался в свою обитель, где самыми близкими были книги и книжные герои. Так и продолжалось бы, но одним, по обыкновению, хмурым утром, к нему в руки попал свежий выпуск лондонской газеты. Заголовки о загадочных убийствах приковали его внимание. Живое воображение, присущее Адаму, сразу нарисовало в голове мрачные картины. Сквозь густой желтоватый лондонский туман можно было разобрать очертания темной фигуры в длинном плаще, услышать грохот колес проезжающей мимо упряжки, и даже почувствовать зловония от канализации, заполняющие весь Ист-Энд. Словно герои из книг ожили, а одна из историй вдруг стала явью.
После этой первой статьи в газете, Адам уже не упускал не одной новости, касающейся этого дела. Желание быть в центре этих событий все больше завладевало им. Письмо убийцы, опубликованное в очередной газете, поразило его и стало последней каплей, поле которой он решил действовать. Письмо было обращено к одному из полицейских Скотланд-Ярда и звучало так:

"Из ада
Мистер Ласк,
сэр
Я посылаю Вам половину почки, которую я взял у одной из женщин и сохранил для вас. Вторую половину я зажарил и съел, она была прелестной <на вкус>. Я пошлю Вам окровавленный нож, что вырезал её, если Вы подождёте дольше.
подписано
Поймайте меня, когда сможете, мистер Ласк"

Эвансу отчаянно захотелось встретиться с вышеупомянутым мистером Ласком. Он изучал статьи об этом деле и понимал, что расследование Скотланд-Ярда постепенно заходит в тупик. А он со своими финансовыми возможностями и знаниями, полученными из книг, мог бы предложить существенную помощь полицейскому управлению.

И сейчас он шел по ночным улицам, кутаясь в пальто, отказавшись от кэба. Он спешил на место преступления. Благодаря своему верному дворецкому, которого он обязал приносить самые свежие новости быстрее утренних газет, он знал, что произошло очередное убийство, жертвой которого стала проститутка из Уайтчепел. Очень скоро он услышал полицейские сирены и голоса. Эванс был уже совсем близко, буквально один переулок отделял его от места, где на холодной земле лежал изуродованный труп женщины. Адам нервничал больше от предвкушения, чем от страха. Он остановился, отходя от света фонаря и, как вор, выглядывал из-за угла. Ощущение чужого присутствия возникло неожиданно и заставило Адама похолодеть, на этот раз от ужаса. Он сжал в руке трость и резко обернулся.

+1

3

Даже в таком огромном городе новости об убийствах расходятся по всем уголкам быстрее, чем можно себе представить. Эти грязные сплетни, словно чумные крысы разбредаются по всей округе, и слова, блохами прячущиеся в облезлые крысиные шкурки, упоительно зарываясь в них, запрыгивают в уши особо прожорливых на вести сплетников. На их лапках – зараза. Безумная страсть к убийствам, беспамятная любовь к кровавым драмам и черным комедиям. Вот она – чума нашего века,  она приходит с маленькими словами-паразитами. У чумных крыс есть собственные паланкины: беспризорники, что чудом избежали работного дома. Нищие дети, незаметные, бесполезные на первый взгляд отбросы. Обычно их не замечают, когда прогуливаются по каменным улочкам, покупают овощи на рынке или флиртуют с дамой. Их не замечают, когда вдоль тротуара дети просят милостыню, безбожно обделяют, когда приходит время веселья и праздников. Их единственный шанс выжить – смотреть, слушать и запоминать. Вы платите им за информацию, а они с упорством Ханумана, индийского божества, охотятся на всех интересующих вас крыс.
Одним из таких милосердных самаритян, подающих страждущим божкам подворотен, была Фиона Прайс. Дитя разорившегося аристократического рода, любопытная юная мисс была больна той самой чумой убийств. И вот сейчас молодая особа глядела, с каким удовольствием тощий мальчишка в лохмотьях наслаждался поданной к столу чашкой горячего супа. Он принёс чудесные новости, а потому заслужил хорошую награду. «Мисс, новое убийство!» - весь запыхавшийся от бега, красный, как камзолы тауэрских бифитеров, громко голосил он на весь дом, до сих пор пропитанный безраздельными скукой и унынием.
Новое убийство означало продолжение замысловатой игры, в которой принимали участие все, без исключения, жители туманной столицы. В общем и целом правила были довольно просты: убийца делает ход, а ты пытаешься предсказать следующий, или найти самого игрока. Кровавые прятки, хождение по трупам с холодной лупой в руке и обледенелым сердцем.
- Ты ведь проведёшь меня на место? – ласковый голос заботливой мамы и безумный азарт в глазах. Хороший учитель должен уметь быть лицемером. Хороший человек должен быть лицемером. Вся жизнь – как декорации для мизансцены в театре. Спешите увидеть! Короткая постановка каждый день. Улыбка всегда располагает к тебе тех, с кем хочешь провести беседу. Мальчик игриво заулыбался в ответ, но таких, как он, не так то просто обмануть. Он видел мир за кулисами, а потому придётся заплатить всю цену. 
- Конечно, мисс Прайс! – он продолжал торопливо жевать, возможно, высчитывая, сколько заботливый клиент сможет заплатить за подобную информацию. – Десять пенни, - в итоге выдал он, отодвигая от себя пустую тарелку.
- Пять, - торговаться нужно в любом случае, чтобы потом не приходилось прогибаться.
В итоге сошлись на семи пенни. Не жалко, ради такого дела. Ночной туманный воздух, пропитанный душком чего-то мистического, щекотал ноздри. Поначалу улицы казались пустынными, но это на первый взгляд. Где-то между переулков отдыхают от своих тяжелых, пропитанных перегаром будней, местные пьянчуги, чьи услуги бывают незаменимы для начинающих, или же опытных медиков. Но только после смерти. А пока они лишь бесполезный кусок тихо разлагающейся изнутри плоти.  Мальчик будто старался идти тише, воровато оглядываясь по сторонам и осторожно ступая по камню мостовых. Они могли бы выглядеть как мать и ребенок. Но это ночной Лондон.

Отредактировано Fiona Price (2013-03-02 20:12:08)

0

4

игрок удален, эпизод отправляется в архив

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Saucy Jacky postcard