Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
- Тяжёлый день, да? - Как бы все-таки хотелось, чтобы день и в правду выдался просто тяжелым.

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Профессиональный праздник Купидона


Профессиональный праздник Купидона

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

http://s2.uploads.ru/a9KeS.png

Участники: Gabriel Livano, Damien Goodman
Дата: 14 февраля 2013
Место: улицы Сакраменто
Погодные условия: прохладно, безветренно
О флештайме:"День святого Валентина - это день, когда влюбленные идиоты делают идиотские вещи" (с)
Но лишь сейчас я понял, что лучше быть идиотом рядом с ним, чем умным в одиночку.

А чтобы этот день стал незабываемым не нужно часами строить головокружительные планы... Просто импровизируй.

Отредактировано Damien Goodman (2013-02-12 23:24:11)

+2

2

Я никогда не причислял День Всех Влюблённых к дням, которые по истине могли называться праздниками, как Новый Год, День Рождения или тот же День Благодарения, когда с самого утра ощущаешь волшебство вокруг, которое буквально парит в воздухе и щекочет нос; я в принципе не выделял 14 февраля в календаре и понимал, что в мире начинает происходить что-то неладное только тогда, когда всё вокруг принимало вид сердца или было обшито в плюш. Не понимая, а отчасти и не принимая, Валентинов День, я никогда его не отмечал, к тому же, как-то ни разу этот день не приходился на те или иные мои немногочисленные и недолгосрочные отношения, но в этом году всё было иначе. Думаю, это что-то сродни историям "пока не испытаешь на себе - не поймёшь", но, в любом случае, в последние дни мне хотелось скупить почти всё, что было оформлено в виде алого сердечка, пусть даже это были кухонные полотенца или шапочка для душа, о шоколаде, который Гудмэн любил больше всего на свете, я уж вообще молчу, потому как меня за это он едва ли похвалил бы, сославшись на то, что к весне ему итак надо худеть, а тут я со своими конфетами! Мне очень хотелось провести этот день вместе с ним и сделать его запоминающимся и особенным для нас, ведь именно на него выпадала, пусть и небольшая, но очень значимая для меня, дата - полтора месяца наших отношений с Дэми. Не преувеличивая могу сказать, что это было лучшее время в моей жизни, самое счастливое, по-хорошему волнительное, наполненное нежностью и чувственностью, которые я как дарил ему, так и получал в ответ. Стоит заметить, Дэмиэн очень изменился за эти сорок с небольшим дней - он стал заметно уверенее в себе, смелее, стал более открытым и уже не держал в себе все переживания и мысли, которые раньше пытался запрятать от меня как можно дальше и, мне очень хотелось верить, что хотя бы отчасти все эти изменения как-то связаны со мной. Понимать свою причастность к тому, что любимый человек меняется, причём меняется в лучшую сторону, становясь сильнее и всё более идеальным, безусловно прияно, но одновременно с этим понимаешь и то, что ты то замер на одной ступени, не сделал и шага вперёд в то время, когда он уже стоит на пьедестале, а потому невольно задумываешься о том, достоин ли ты его? Да, я до сих пор считал Дэми самым прекрасным созданием на всей планете и никак не мог окончательно поверить своему счастью и возможности быть с ним, стараясь насладиться каждым днём, каждой минутой, проведённой рядом, словно она была последней.
           К сожалению, чаще всего наши идеальные мечты не сбываются, им просто не суждено этого сделать, что и вынуждает нас плыть по течению, подстраиваясь под ситуации. Сегодня нам пришлось присутствовать в университете на студенческой вечеринке, посвящённой Дню Святого Валентина, на сколько-нибудь неплохой ход событий которой мы очень рассчитывали, раз уж наш романтический вечер полетел коту под хвост. Однако, всё было крайне скучно и уныло, да присутствуй тут хоть сам Оззи Осборн, вальсирующий с первой леди страны, моей голове всё равно не давали покоя мысли о том, что мы могли быть сейчас совершенно не здесь... Я честно держался из последних сил, старался почаще улыбаться и не отходить от Дэми и даже как можно спокойнее реагировать на брошенные в его сторону взгляды незнакомых парней, только крепче при этом сжимая его руку, но мысли мои были хоть и с ним, но явно далеки от этого места.
        Ускорив шаг, я варьировал межу не особо то и скучающими студентами, направляясь от барной стойки с двумя стаканами сока и ища взглядом своего парня, но напитки до места назначения я так и не донёс, стремительно, но аккуратно, оставляя их по пути на одном из столиков, подходя к Дэмиэну со спины и касаясь ладонями плечь. - А вот и мой Валентин... - шёпот, пробираясь сквозь музыку, коснулся его шеи, щекоча кожу, - Мы уходим... - Беря его за руку и ведя за собой, я поторопился к выходу, даже не слушая возражения Гудмэна, хотя, может, он даже был и не против поскорее покинуть эту вечеринку. У меня не было чётких планов на ближайшие часы, но одно я знал точно - нельзя убивать этот вечер на всякие глупости в то время, когда он должен стать только нашим. Уже оказавшись на улице, где мягкий ветерок ласкал кожу и теребил волосы, я развернулся к Дэми, притягивая парня к себе одной рукой и приближаясь к его лицу - Я хочу провести остатки этого Дня Всех Влюблённых только с тем, в кого влюблён. - Губы преобразила мягкая улыбка, а глаза были чуть прищурены, всматриваясь в его голубые, словно хрусталики, глаза, в вечернем свете казавшиеся почти синими и нереально глубокими - Мистер Гудмэн, не согласитесь ли вы покинуть это место вместе со мной?. - кажется, последние слова я уже не то что шептал, а произносил либо одними лишь губами, либо и вовсе в своих мыслях, невесомо, буквально на пару секунд, приникая к губам Дэми и тут же отстраняясь.

Отредактировано Gabriel Livano (2013-02-15 03:17:33)

+1

3

Иногда мое неумение отказать друзьям убивало меня, но я не мог иначе. Вот и сейчас из-за моего обещания, необдуманно данного подруге, нам с Габи приходилось проводить вечер под гром не самой лучшей на мой взгляд музыки в душном зале, до отказа забитом студентами, находящимися в разной степени алкогольного опьянения. Может, чтобы повеселиться здесь действительно нужно было что-то влить в себя, но мне не хотелось жертвовать возможностью трезво размышлять ради такой глупости как студенческая вечеринка. Я уже сотню раз пожалел о своем решении присутствовать здесь (а ведь мог банально притвориться больным, позвонить и извиниться, что не смогу прийти) и о том, что потащил с собой Габи. Мы были здесь явно не в своей тарелке. Во всяком случае в своих ощущениях я был уверен, искренне считая, что День Святого Валентина - не тот праздник, который нужно отмечать в шумном кругу друзей. Тем более, что максимум троих присутствующих я действительно мог назвать друзьями, остальная же толпа меня лишь угнетала. Именно поэтому я весь вечер, считая секунды до его завершения, старался держаться в тени, не выпуская из руки ладонь Габи - такого любимого и настоящего во всем этом безжизненном царстве мишуры.
Полтора месяца рядом с Габриэлем перевернули многие вещи в моем сознании, причем это получалось как-то незаметно, словно невзначай. Вот я уже не замечаю того, как в людном месте сам беру Габи за руку, переплетая наши пальцы, словно чтобы не потерять его в толпе, не замечаю, что перед тем, как поцеловать его, я больше не оглядываюсь вокруг в поисках потенциальной опасности, а просто прикасаюсь губами к его губам. И пусть это пока не было постоянным явлением, но я постепенно привыкал к тому, что прятаться - глупо, и это может лишь испортить всю ту сказку, в которой я оказался. Именно из-за этого я учился не бояться, чтобы проживать каждый день не жалея назавтра о том, чего не сделал и о чем не сказал вчера.
При всей своей любви к романтике, я не особенно жаловал День Всех Влюбленных, считая его чересчур показательным, словно это была большая нелепо-приторно-розовая декорация всепланетного масштаба и все, что происходило на ее фоне тоже было не настоящим, плоским, словно нарисованным наспех на куске картона. Одинаковые цветы и открытки в руках людей, одинаковые сообщения со списанными из интернета стихами - во всем этом не было ничего живого.  Да и если задуматься, почему все так рьяно рвались доказывать свою любовь только один единственный день в году, если это на самом деле нужно делать все время, не привязываясь к определенной дате? И не обязательно подарками, цветами и сюрпризами (хотя это тоже в какой-то степени важно), а чем-то простым, но таким честным, какими могут быть только настоящие чувства. Ведь даже сказать "Я тебя люблю" можно сотнями разных способов, не обязательно даже прибегая к словам, - разбудить любимого человека поцелуем, отправить милое сообщение, когда он на работе, и много-много других крошечных поступков. Ведь это все тоже считается, даже если эти проявления чувств не столь яркие и кричащие. Не нужно кричать громко, можно сказать шёпотом...
Ощущение чужого дыхания на шее в сочетании с любимым голосом почти у самого уха, послали по коже стаю мурашек и заставили резко выдохнуть. Ты ведь даже не подозреваешь, что сейчас со мной делаешь, да? Я не успел даже опомниться, как почувствовал прикосновение руки Габи, который уже вел меня к выходу из зала, - Надо было, наверное, попрощаться, - слабо пискнул я. Эта причина остаться на лишние пару минут в дурдоме, гордо именующем себя университетом, даже мне самому показалась неубедительной, поэтому я решил просто следовать за Габриэлем.
Улица встретила прохладным воздухом и я с удовольствием сделал глубокий вдох, чтобы избавиться от того ощущения удушья, что преследовал меня в помещении. Хотя уже через мгновение посмотрев в глаза Габи, я почувствовал, что мне никогда не надышаться. Я и раньше не мог спокойно смотреть в его глаза, а сейчас я чувствовал, что меня окутывает необъяснимым теплом от одного только взгляда, в котором было столько нежности. Я был уверен, что я никогда не смогу никаким способом передать столько эмоций, сколько он мог выразить лишь взглядом, - Разве я могу отказать Вам, мистер Ливано? - улыбнулся я, кладя руки на плечи Габи и подтверждая свое согласие легким поцелуем в щеку, - Нам понадобится моя машина или у тебя другие планы? - поинтересовался я. На самом деле в последнее время мне было все сложнее находиться за рулем, если Габи сидел в пассажирском кресле. Сидел, говорил, смеялся... Я каждую секунду подавлял в себе желание съехать на обочину и поцеловать его просто за то, что он такой. Но раскрывать такие маленькие слабости было стыдно и я продолжал тщательно скрывать их.

+1

4

You are the best thing that’s ever been mine (c)

    К хорошему быстро привыкаешь, это правда. Сейчас, спустя полтора месяца, проведённые с Дэмиэном, я уже не мог даже представить какого это - проживать день без него, а ведь ещё совсем недавно даже просто взять его за руку было для меня чем-то из области фантастики, чем-то запретным, а оттого ещё более желанным. Обнимать его, целовать, просто сидеть/стоять/идти рядом, рука об руку стало для меня ежедневной, если даже не ежечасной необходимостью, потребностью, заложенной во мне природой, как и необходимость дышать, моргать или есть. Казалось, я каждый день открываю в нём для себя что-то новое, хотя и думал, будто знаю Дэми наизусть, но теперь понимаю, что и через двадцать, и через тридцать лет от точно так же будет меня удивлять. До чего же удивительно, что весь мир, все семь миллиардов человек, моря, океаны, горы, сотни тысяч городов, войны и величайшие откытия, определившие судьбу этого мира, мог заменить один-единственный человек, олицетворяя собой буквально всё. Разве скажи мне кто-то года полтора-два назад, что я буду так зависим от кого-то, я бы поверил? Разве мог я хотя бы вообразить, что смогу так легко оставить за закрытой дверью свою любовь к свободе, вольной жизни, веселью, ведь моё существование именно это из себя и представляло, даже не предполагая каких-либо обязательств или ответственности. Сейчас я ни капли не жалел о том, что всё изменилось до неузнаваемости и казалось таким естественным, будто бы это Дэмиэн помог мне наконец увидеть и понять  в чём же именно я нуждался и к чему шёл, выбирая неправильные дороги, пока однажды, по какой-то неведомой случайности, наши пути не пересеклись, и уж теперь я сделаю всё зависящее от меня, что бы они и дальше представляли из себя одну общую тропку, по которой нам предстоит идти далеко-далеко вперёд, в наше общее будущее.
      - Ммм.. потрясающе, а то я переживал, что вы, мистер Гудмэн, захотите вернуться назад и окунуться с головой в то безудержной веселье, из которого я вас выкрал.. - голос мой звучал всё так же тихо посреди почти пустынного тротура, где не было ни души, лишь отсветы фар проезжающих в стороне машин, да едва различимые звуки музыки из здания университета напоминали мне, что мы, всё-таки, здесь не совсем одни. Я не притягивал Дэми ближе к себе, но и не отпускал, наслаждаясь, будто завороженный, его тёплым взглядом и мягкой тяжестью на плечах от его ладоней. Это был как раз один из тех моментов, о которых я говорил чуть ранее и в котором готов был остаться навсегда, позволив времени даже не останавливаться, а попросту обойти нас стороной, забыв о нашем существовании. Мне казалось, что мой мозг плавится, как зефир, охваченный пламенем костра, потому как отказывался выдавать хоть сколько-нибудь адекватные идеи, что бы их можно было озвучить, и я прекрасно его понимал, ведь находясь рядом с Гудмэном, подальше от пытливых посторонних глаз, рядом с таким нежным Гудмэном, каким он был сейчас, я сам становился безвольной розовой зефиркой... Честно признаться, никаких романтических задумок на вечер у меня заготовлено не было, потому как ещё за неделю было известно, что мы отправимся на эту вечеринку, которая, по моим ожиданиям, должна была быть немного иной, так что сейчас нужно было действовать по обстоятельствам и действовать быстро. - Думаю, твоя машина нам не потребуется... - пальцы скользнули по спине Дэмиэна, поверх мягкой материи пиджака, и замерли на пояснице. Мне не хотелось ехать в какой-нибудь ресторан, переполненный влюблёнными парочками, выбравшимися на свидание, или какой-то подобной привычной банальности, вроде похода в кино, мы итак постоянно проводили свободное время подобным образом и всё это не подходило для последних часов Дня Всех Влюблённых, когда нам наконец выпала возможность немного побыть вдвоём, пускай эта возможность и была получена не самым честным образом с моей стороны... - Кажется, я знаю... Пойдём?.. - вопросительно, и немного хитро, глянув на Дэмиэна, я ждал его ответа, медленно отдаляясь и протягивая ему вытянутую руку, пятясь назад. На самом деле я не знал куда идти, но, кажется, совсем рядом была красивая просторная набережная, которая в такой день и в такое время не должна была пользоваться особой популярностью...

Отредактировано Gabriel Livano (2013-02-17 17:37:28)

+1

5

- Если бы ты меня не выкрал, я бы умер в вихре этого «веселья», а мы ведь этого не хотим? И если еще хотя бы раз я по собственной глупости попытаюсь вытащить тебя на подобное мероприятие, можешь смело запирать меня дома, и я однозначно не буду сопротивляться, - улыбнулся я. Я не был затворником в общепринятом смысле и не просиживал сутками в четырех стенах, но все же предпочитал во всем камерность и уют. А в мероприятиях, подобных сегодняшнему не было ни того, ни другого. Толпы людей не пугали меня, но заставляли чувствовать себя не комфортно. Звуки музыки, все еще доносящиеся из распахнутых настежь дверей, лишь усугубляли ощущение того, насколько мне было хорошо сейчас, в отдалении от всех, кто мог потревожить потревожить то спокойствие, которое все больше окутывало нас. Я словно наяву услышал завтрашний телефонный звонок, в котором мне выскажут все, что думают о сегодняшнем побеге. Но оно того стоило. Я даже готов был отключить телефон, чтобы по возможности продлить этот день, который для меня начинался лишь сейчас. Я старался никогда не разбрасываться такими громкими словами как "идеальный", но каждая минута рядом с Габи была именно такой. Во мне все еще было ощущение, что в жизни так не бывает. Казалось, что сейчас я замечу где-нибудь рядом мигающий красный огонек кинокамеры и громкий голос скажет: "Стоп. Снято. Фильм завершен. Всем спасибо за работу." Да, наверное я просто накручивал себя, но я так боялся его потерять.
Предложение о машине было вызвано скорее ощущением прохлады на коже и подразумевалось, как возможность согреться, если станет совсем холодно. Но, почувствовав  прикосновение пальцев к спине, понял, что мне не понадобятся никакие обогреватели и датчики температурного режима - К черту, пришлю за ней кого-нибудь или приеду завтра - потому что и без всех этих изобретений человечества мне казалось, что рядом с Габриэлем температура вокруг только накаляется.  В последнее время я впитывал в себя каждое мгновение, но снова и снова, сколько бы приятных слов ни произносил Габи, как бы часто ни прикасался ко мне, я переживал все как впервые. Снова и снова пытаясь заставить себя не воспринимать все так остро, я раз за разом сдавался на волю своих внутренних ощущений, потому что привыкнуть к этому, словно к обязательной чашке утреннего кофе, было невозможно.
- С тобой куда угодно, - едва слышно произнес я, хватаясь за ладонь Габи. Я даже не пытался задуматься о том, куда мы идем. На самом деле это было абсолютно не важно, лишь бы там было не так людно, как в университете. Мне хотелось, чтобы на какое-то время город вымер, чтобы все заперлись дома хоть на пару часов, чтобы фонари освещали улицы только для нас двоих, идущих на постепенно усиливающийся звук шумящего океана. В голове промелькнуло, что на набережной сейчас должно быть прохладно, но от этого еще больше хотелось задержаться там надолго, ведь это было бы еще одной причиной прижаться поближе к Габи, чтобы согреться. При всех тех изменениях, что произошли внутри меня за эти дни, при том, что все больше хотелось становиться сильнее, мне все еще нравилось чувствовать себя слабым и хрупким рядом с Габриэлем. Сейчас он был единственным человеком, которому я не боялся показать себя с уязвимой стороны, не опасаясь, что эта честность будет использована против меня. С каждым днем привычка вести себя сдержанно и не давать эмоциям и мыслям выйти наружу искажалась, разбивалась, таяла. Потому что я не мог запретить своим щекам краснеть, когда слышал или произносил нежные слова, не мог запретить мелкой дрожи пробегать по спине, не мог заставить себя не смотреть на Габи каждую секунду.
Каждому из нас снились сны о будущей идеальной жизни, о том, где мы будем через пару лет, а главное - с кем. Когда-то у человека, который будет обнимать меня по утрам, не было четких очертаний - это было лишь эфемерное размытое облако. Я даже не заметил, как этот человек со временем стал приобретать четкие очертания: мягкий нежный голос, темные вьющиеся волосы, которые хотелось перебирать пальцами перед сном, огромные медового оттенка глаза, которые сияют только для меня. Но тот портрет был ничем по сравнению с настоящим Габи, тем, к которому я мог прикоснуться и знать, что он не растает, когда я проснусь, разбуженный трелью будильника. Мне больше не нужны были эти навеянные романтическими историями сны, потому что реальность была в тысячи раз лучше.

+1

6

Never thought you'd make me perspire.
Never thought I'd do you the same.
Never thought I'd fill with desire.
Never thought I'd feel so ashamed.

My sweet prince
You are the one
You are the one
You are the one
You are the one
You are the one
(с)

     

        Казалось, прошла целая вечность с момента, когда Дэмиэн опустил руку на мою ладонь, позволяя сжать её и вести за собой.  Секунды сыпались медленно, словно в замедленной съёмке, плавились и растекались по асфальту, как в картинах какого-нибудь сумасшедшего художника, хотя, возможно, он тоже когда-то чего-то томительно ждал и разгадал загадку времени. Сумасшедший или гений – решать каждому и тут всё, как правило, зависит от банального уровня романтики – этого расслабляющего и постепенно уничтожающего яда в крови человека. Хотя, не исключено, что гений и псих – всего лишь две стороны одной медали. Находясь рядом с Гудмэном мне начинало казаться, что вместо крови по венам растекался жидкий огонь, пламя, что охватывало меня  изнутри, заставляло щёки пылать, а сердце в груди сбиваться с ритма, меняя размеренный темп на бешенные удары, ощущаемые не только в висках, но и слабым покалыванием в запястьях. Порой мне удавалось себя контролировать, изображать сомнительное спокойствие но, если бы Дэми приложил ладонь к моей груди, он бы отчётливо почувствовал каждой клеточкой что же он со мной творит, сам, возможно, того не желая и не подозревая.
        Покрепче сжимая его руку, переплетая пальцы и уверенно притягивая парня к себе, сокращая расстояние между нашими телами настолько, что при ходьбе я случайно касался его бедра, я уверенно устремился вперёд, огибая угол здания, пересекая шоссе, при этом даже не поворачивая головы в сторону Дэми потому как знал, что это станет самым большим провалом; я просто не смогу идти дальше, я просто прижму его к себе, замерев на месте и жарко целуя, наплевав на всех - на редких прохожих, на злостно сигналящих водителей, что вынуждены объезжать нас на просторном шоссе, выкрикивая ругательства через приопущенные стёкла... Я бы ускорил шаг, но побоялся, что это выглядело бы как-то нервно и несуразно - ни к чему торопиться и даже то, что до официального окончания Валентинова Дня остаётся от силы часа два - не имело никакого значения - для нас он будет длиться столько, сколько мы оба того пожелаем - хоть неделю, хоть год, хоть всю жизнь. Вдалеке, может где-то на другом берегу, где кто-то так же беззаботно прогуливается, желая укрыться от надоевшей суеты под чернично-чёрным небом с блеклыми точками-звёздочками, едва заметными в больших городах, но так ярко сияющими в нашей памяти счастливыми моментами, россыпью горели огни, горели так живо и нежно, что напоминали трепещущие на ветру свечи, хаотично выставленные у портрета кумира, напоминали разгорающийся закат и тепло любящего сердца. Я знал, что сердце Дэмиэна сейчас билось в такт с моим, знал это вопреки воцарившейся тишине, разбавляемой лишь шумом океана, к которому мы неминуемо приближались, да шёпотом городской суеты, доносившимся откуда-то из-за спины, вопреки всем тем несказанным нами словам, в которых даже не было надобности в эти минуты. Мир – не схема. Мир – совпадение. Я всё больше и больше убеждался, что мы однажды просто совпали, как совпадают оставшиеся паззлы одной большой картины - крутишь, вертишь их в руках, примеряешь друг к другу, надеясь, что хотя бы несколько из них найдут своё место, и ведь находят же!
           Резко рзвернувшись, упираясь поясницей в широкий парапет, за которым внизу ласково лизал прибрежные камни океан, я, едва заметно улыбаясь, во все глаза смотрел на своего возлюбленного, который вот-вот, хотел он того или нет, неминуемо должен был оказаться в моих объятиях, упереться мне в грудь, потому как другого варианта у Дэми просто не было - либо резко развернуться, уйдя чуть в сторону, либо... второй вариант. И я не сомневался, что он выберет именно его.

Отредактировано Gabriel Livano (2013-02-20 02:43:09)

+1

7

Казалось, что с каждым шагом, уносящим нас все дальше и дальше от шума университета, мы растворяемся в пространстве, постепенно исчезая со всех существующих радаров. Сейчас мы не просто уходили с вечеринки, мы словно бежали от целого мира, пытаясь перестать существовать для всех, скрыться от повседневных шквалов надоедливых телефонных звонков и потока бессмысленных электронных писем, от взглядов как друзей, так и незнакомцев.
Я не помнил, чтобы набережная когда-нибудь была такой красивой, хотя прожил в этом городе всю жизнь. Не замечал, какой темной постепенно удаляясь от берега становится вода и ее цвет кажется совсем черным там, где океан соприкасается с небом. Не замечал этих россыпей звезд над головой, которые перемигивались с фонарями, словно соревнуясь, кто из них светит ярче. Наверное все это было оттого, что я никогда не бывал на набережной ночью. Хотя кого я обманываю? С того самого полуночного разговора я словно начал видеть мир ярче, как будто кто-то увеличил резкость в настройках картинки и я начал замечать что-то по-новому красивое там, где раньше бывал сотню, а то и тысячу раз, подмечать то, на что раньше не обратил бы внимания. И я запоминал эти несущественные мелочи, бережно откладывая их на полочку, как новый снимок в стопку старых дорогих сердцу фотографий, которые через некоторое время пересматриваешь, чтобы хотя бы мысленно снова и снова возвращаться туда, где тебе было хорошо. Оглядывая набережную, я словно пытался запечатлеть этот образ в своей голове, хотя уже через мгновение я практически врезался в резко развернувшегося ко мне Габи и просто забыл обо всем, что происходило вокруг нас.
- Ты это специально, - слегка обиженным тоном произнес я, стараясь скрыть глуповатую улыбку. Габриэль был единственным человеком в моей жизни, который мог превращать будничные простые вещи во что-то запоминающееся, и я прекрасно знал, что этот вечер не забуду, даже если по какой-то ужасающей причине нам придется расстаться прямо сейчас и разойтись по домам. Потому что впервые за двадцать лет своей жизни я понял, насколько важен День всех влюбленных со всеми своими преувеличениями и банальностями. Потому что он был, черт возьми, днем, когда каждый человек на свете мог понять то, что я чувствую, когда ежедневно смотрю на Габи. И сейчас я осознавал только то, что если не поцелую его, превратившего мою жизнь в один сплошной День святого Валентина, то мне просто разорвет от переизбытка нежности.
Во всех фильмах о влюбленных при соприкосновении губ на заднем фоне играет волшебная легкая музыка, которая настраивает зрителя на романтический лад. Но нам она была не нужна, потому что каждый поцелуй с Габи был прекрасной мелодией сам по себе. Я сократил то крошечное расстояние, что еще оставалось между нами и накрыл его губы своими. Мне не хотелось спешить, поэтому движения были невыносимо тягучими, словно каждая секунда длилась дольше, чем обычно. Возможно таким образом я просто пытался контролировать время, чтобы оно не бежало так быстро, хотя и не имел такой власти. Мне не хотелось отпускать Габи, хотелось чувствовать его рядом настолько близко, насколько возможно, поэтому я лишь зарывался пальцами в короткие кудряшки на его затылке, притягивая к себе. Ветер трепал волосы и, возможно, здесь было даже холодно, но я этого не чувствовал.
- Я люблю тебя, - разорвав поцелуй, прошептал я. Отстраняться не хотелось, поэтому наши губы все еще соприкасались, когда я говорил. Мне хотелось, чтобы Габриэль не только услышал мои слова, но и почувствовал их. Еще один легкий поцелуй словно запечатывал на его губах мое признание. В этих словах не было, казалось бы, ничего сверхъестественного, тем более для того дня, когда каждый человек объяснялся в любви как минимум раз пять за сутки. Но для меня это значило очень многое, тем более то, что я произнес признание первым, хотя зачастую лишь отвечал "Да, я тебя тоже". Это не значило, что для меня эти отношения значили меньше, чем для него. Просто мне всегда было тяжело превращать свои чувства в слова.
- Почему мы не ушли оттуда раньше? - спросил я и улыбнулся, наконец отпуская Габриэля от себя. Опершись на парапет и склонив голову набок, я принялся разглядывать набегающие на берег волны. На самом деле в моей голове вертелось множество мыслей и десятки вопросов, ответов на которые я так и не смог найти, да и не нужно было. Но все эти вопросы, если задуматься, объединял один общий мотив: "Почему мы всегда так боялись спешить в то время как уже опаздывали?"

+1

8

       Над каштановым побегом,
В переплетах Мураками.
Я люблю тебя огромным небом,
Я хочу любить тебя руками.
(с)

     Это был по истине волшебный вечер, как-то уж очень стремительно перетекающий в ночь, стирающий границы между часами, что обволакивали нас и утягивали за собой в трясину безмятежности, календарными днями, по законам природы сменяющими один другой без единого шанса на повторение; между домами, светящими издалека жёлтыми квадратиками окон, но совершенно не манящими к себе призрачной теплотой, хоть вокруг нас, так робко расположившихся на пустынной набережной, на которой нам полагалось быть королями, и кружил прохладный и влажный ветер с океана, солью оседающий на коже; между улицами, что ломаными линиями испещрали карту города, превращая её в некое подобие не то шахматной доски, не то полей для игры в крестики-нолики или морской бой, отважившись сыграть в который, я явно потерпел бы поражение, ведь у Дэмиэна была особая власть надо мной, именно он всегда был победителем в наших несуществующих сражениях, в которых я заведомо отступал на шаг назад, дабы затем сделать ещё два, но уже вперёд. Самые крепкие, будто сердечки, процарапанные ручкой на школьной парте, границы этой ночью стирались и между нами, позволившими себе быть откровенными как никогда, выражая чувства прикосновениями и взглядами, не растрачиваясь особо на слова.
          Когда-то, услышав интересное высказывание о том, что "обнимать нужно не руками, а сердцем", я посчитал это не более, чем глупостью, фразой из дешёвого бульварного романа, не в силах даже вообразить - каково же это, но сейчас, ловко сковав тело Гудмэна кольцом рук, я, кажется, начинал понимать... Сейчас каждая клеточка моего тела стремилась быть ближе к нему, а сердце, что так бешенно колотилось в груди, снова предательски выдавая ничуть не умиротворённое и неспокойное состояние своего хозяина, могла унять лишь его непосредственная близость. На самом же деле, моё собственное сердце уже давно мне не принадлежало, являясь моим только физически и тоской отзываясь перед сном в те дни, когда увидеться с Дэми нам так и не удавалось. Вложив в это прикосновение всё тепло, всю нежность и всю любовь, я завроженно всматривался в его глаза, видя там своё отражение и не в силах сдерживать счастливую улыбку даже сейчас, понимая, что я неминуемо иду ко дну, но меня это нисколько не пугало, даже наоборот - я всячески этому способствовал, наслаждаясь моментом. Вот звуки постепенно исчезают, а картинка перед глазами становится всё более расплывчатой и мутной, мягкий холодок приятно щекочет кожу, а прикосновение губ Дэми к моим, увлекающее меня в головокружительный поцелуй, напрочь выбивает почву из-под ног. Я судорожно хватаюсь пальцами за материю его пиджака, сжимаю её, ненароком касаясь при этом тела, отчего меня в туже секунду словно пронзало током... Наверное, только долгожданные слова из уст любимого человека, которые каждый раз я воспринимал так, словно слышал впервые - с волнением и переполняющим счастьем, сдержали меня от порыва потребовать ещё, потому как одного поцелуя было совершенно недостаточно. - Ты только мой. - шепчу я ему в губы, а про себя добавляю "навсегда", однако озвучить это не решаюсь, вновь теряясь где-то между днями недели и листами календаря, когда Дэми запускает тонкие пальцы в мои волосы прежде, чем отстраниться, хотя я и не хочу отпускать его от себя.
        - Я думал, ты и сейчас не согласишься уйти... - холодный ветер безжалостно треплет его волосы, руша всегда идеальную укладку и вынуждая прищуриваться, смотря куда-то в сторону, на гранитный парапет, чёрные волны океана, куда угодно, но не на меня, в то время, как я непослушными пальцами искал в плейлисте телефона одну-единственную песню, которая прочно засела в моей памяти, ассоциируясь ни с кем иным, как с Дэми, нажимаю на плей... - Иди ко мне... - произношу сквозь улыбку, что наверняка заметно по интонации - Я не хочу, что бы ты замёрз, к тому же... - договорить я не успеваю, потому как мелодия, звучавшая на свадьбе Морганов, во время первого танца Тони и Эммы, сыграла на опережение, мягко растворяясь в ночном воздухе, и растекаясь по набережной, подобно тягучему шоколаду, липнущему к пальцам...

Отредактировано Gabriel Livano (2013-02-21 03:11:36)

+1

9

Только твой. Куда же я теперь от тебя денусь? Да и в мыслях не было никуда "деваться". Габи просто стал неотъемлемой частью меня, причем уже давно. Он без труда преодолел все те стены, которые я годами кропотливо, кирпичик за кирпичиком, выстраивал вокруг, и вытащил меня наружу, спасая в какой-то степени от самого себя, привыкшего закапываться под одеялами, прячась там от всех страхов и проблем. Габи незаметно, день за днем, проникал под кожу, причем ничего для этого не делая, а просто будучи собой, его имя с каждым ударом сердца все быстрее и быстрее бежало по венам, перемешавшись с кровью. Он почему-то смотрел так, словно я был каким-то особенным и ради него мне хотелось стать именно таким: необыкновенным, исключительным, даже если ради этого мне пришлось бы каждый день пытаться прыгнуть выше своей головы. И я был готов к этому, пока Габриэль был рядом. Я с ужасом вспоминал, как совсем недавно говорил Габи, что смогу отпустить его, если он этого захочет. Ну уж нет, только не теперь. Сейчас, узнав каково это - быть еще ближе, чем раньше, я понимал, что отказаться от него будет для меня сродни смерти. Иногда ловя себя на таких мыслях я чувствовал себя сумасшедшим, который вцепился в человека, приклеился к нему всем своим существом. Я готов был отдать все, что у меня когда-либо было, есть или будет, лишь бы быть рядом так долго и так близко, как только возможно.
- Почему я не должен был соглашаться? - тихо поинтересовался я, бросив удивленный взгляд на Габриэля. И тут же поспешил сам ответить, - Ты же знаешь, что время, проводимое вместе, для меня важнее всего. И я бы не променял даже минуту наедине с тобой на тысячи таких вечеринок, - я улыбнулся, прищурившись от дувшего прямо в лицо ветра. Изредка попадавшие на кожу капли воды покалывали щеки словно крохотные льдинки. Холодные порывы ветра то и дело напоминали о себе, ероша волосы. Я потер руки, чувствуя, что пальцы понемногу начали коченеть. Поэтому слова Габи были как нельзя кстати, и я с радостью сделал шаг навстречу ему. От него исходило тепло даже тогда, когда я ужасно замерзал и чувствовал себя ледышкой, и мне каждый раз хотелось бессовестно этим воспользоваться. И сейчас я понимал, что мне это можно, что он тоже хочет этого не меньше - согревать меня в своих объятиях, когда я прячу оледеневшие руки под тканью его пиджака.
- Я тоже дико не хочу замерзать... - со смехом перебив Габи я обнял его за шею, как вдруг тишину прорезала мелодия. Та самая, которую я считал самой романтичной в мире. Та, ради которой я никогда не выключал "Кейт и Лео", когда начинались финальные титры, лишь для того, чтобы до конца дослушать ту волшебную мелодию. Та самая, с помощью которой я пытался сделать свадьбу Морганов хотя бы чуточку похожей на ту, которую я смог бы назвать идеальной. Я отдал им музыку, под которую сам хотел бы танцевать со своим любимым в один из самых важных дней нашей жизни, и, похоже, сейчас мы могли реализовать эту возможность, если бы не одна мелочь, - Я... Я не силен в танцах, - запинаясь и краснея произнес я, - Но если ты будешь вести, то я попробую, - я робко улыбнулся, посмотрев в глаза Габи. Я знал, что это не будет выглядеть как в Диснеевском мультике, когда с первыми аккордами музыки пара начинает кружиться в вальсе и воспаряет над землей, знал, что со стороны это не будет так же прекрасно, как на картинке, но мне почему-то верилось, что когда мы сделаем первый шаг, это будет уже не важно. Я прижался щекой к щеке Габриэля. Если эта мелодия и для него была не просто "случайно услышанной красивой песней", то я просто должен был сказать ему.
- Знаешь, тогда на свадьбе у Тони и Эммы, - я подбирал слова, чтобы это не выглядело слишком странно, - Я хотел держать тебя за руку с первой до последней минуты, хотел обнять тебя каждую секунду, но боялся, что ты воспримешь это как-то неправильно. И тогда, когда они танцевали под эту песню, как бы я ни пытался, у меня перед глазами был ты. Я так старался не думать о тебе, но у меня не получалось. Прости, мы должны танцевать под голос Стинга, а не под мой глупый монолог, - я смущенно улыбнулся и опустил голову.

If I caught the world in an hourglass
Saddled up the moon and we would ride
Until the stars grew dim
Until the time that time stands still, until...
(c)

+1

10

Я, я - не один, но без тебя просто никто (с)

        Солнце слегка проглядывает сквозь перистые облака, в которых в детстве я любил высматривать барашков, кошек или Микки-Мауса, лёгкий ветерок колышет воздушный навес шатра и кремовые, едва распустившиеся, упругие бутоны цветов, чей пьянящий аромат, казалось, был повсюду, подобно густому туману окутывая немногочисленных гостей. Тут собрались лишь самые близкие - родные и дорогие друзья, словно по какому-то внегласному правилу разделившиеся на две группы - мужчины, делающие вид, что ко всему этому они не причастны, но с нетерпением и теплотой в глазах выискивающие за складчатой прозрачной материей виновников торжества; и женщины, восторженно обменивающиеся робкими фразами, то и дело вскидывающие голову или закатывающие к небу глаза - в попытках сдержать слёзы радости и волнения, что так и норовили скатиться по щекам, и лишь Кэмерон суетливо блуждал из угла в угол, высматривая, выслушивая и выжидая чего-то интересного. Все ждали нас - безумно волнующихся, невероятно счастливых и немного смущённых по причине, что эта шумиха собралась из-за нас, но твёрдо уверенных в том, что делаем. В идеально сидящих строгих костюмах, с бутоньерками, в виде всё тех же кремовых бутонов, щепчущихся и приободряющих друг друга где-то за пышным жасминовым кустом, невзирая на обычаи и приметы. Это был день нашей с Дэмиэном свадьбы. Мои мысли. Мои желания. Наше будущее.

         Едва ли когда-то я мог бы назвать себя романтиком. Скорее же я был реалистом, живущим сегодняшним днём и старающимся взять от него по-максимуму; никогда не сидел на месте, всегда был окружён шумными задорными товарищами, был главным заводилой в компаниях, неким "моторчиком", генератором безумных идей, организатором посиделок, поездок - какая уж тут романтика? К тому же, романтика в самых истинных своих проявлениях представлялась мне мультяшными зарисовками, когда мужчина бросает под ноги женщине свой пиджак, дабы она перешла через лужу, не замочив туфли, или же устланный живыми розами асфальт у её дома - то есть, полнейшей ерундой, претворять в жизнь которую смысла я не видел. Сложно сказать - изменился ли я сам за эти несколько лет, стал ли я взрослее, или же меня менял Дэмиэн одним лишь фактом своего нахождения рядом, а заодно меняя и мою жизнь, делая её более размеренной, вдумчивой и взрослой. Сейчас я строил планы на будущее, причём не только на следующие выходные, я знал, каким хочу видеть себя через десять лет; каким и с кем. Я не боялся этого, не боялся быть зависимым, всецело принадлежать одному человеку и только в этом случае быть самим собой, быть настоящим, ощущая за спиной два крыла, позволяющие взмывать в небо от счастья, а не влачить по земле одно-единственное. Романтика с цветами, звонками перед сном, что бы пожелать доброй ночи и попросить присниться,  утренними ласковыми sms, прогулками по парку, держась за руки и кормление уток на пруду - всё это теперь казалось мне ествественным, ведь это было по душе Дэми, а значит и мне, ведь только видя, что он счастлив, мог быть счастлив и я.
        Обнимая Дэмиэна за талию, но не прижимая слишком близко себе, соблюдая дистанцию, позволившую бы нам, если не кружиться в танце, то хотя бы плавно двигаться по воображаемому кругу, я замер на месте, так и не успев сделать ни шага, касаясь его щеки своей, глядя на чёрную рябь океана, на поверхности которого пролегла широкая светлая полоса, будто бы сотканная и тончайшего волокна от тёплого клубкообразного лунного шара. Эта песня стала "нашей" с первых аккордов, стоило ей только зазвучать тем декабрьским вечером в кафе, в день венчания Морганов и, пусть тогда мне так и не удалось даже коснуться Дэмиэна во время её звучания, не говоря уже о желанном танце, сейчас был шанс всё исправить, тем более что я знал - желание как тогда, так и сейчс, было обоюдным.
           - Твой образ уже очень давно у меня перед глазами, равно как и в сердце, и в мыслях. Даже когда я закрываю глаза, всё равно вижу тебя. Я хочу что бы так было всегда, и что бы ты был рядом всегда. Рядом со мной. - стараясь закрывать Дэмиэна от порывов влажного ветра своим телом, я сделал небольшой шажок в сторону, ещё один, третий, перемещая ладони с талии Гудмэна на спину, поддерживая корпус, ведя его в такт песни - Морганы не имеют с этой песней ничего общего, она наша... - Губы скользнули по щеке, следом за шелестящим и уносимым ветром шёпотом, а подушечки пальцев увереннее коснулись любимого, словно сквозь ткань желая коснуться нежной кожи.

Отредактировано Gabriel Livano (2013-02-23 04:02:37)

+1

11

Я лежал на кровати, в который раз пытаясь понять, что со мной не так. В очередной раз мои непродолжительные отношения закончились, причем самое обидное - как раз в День святого Валентина. Как будто специально выждал время, чтобы было побольнее. А я ведь проторчал в том кафе целый час. И все лишь для того, чтобы услышать: "Извини, но из этого ничего не получится". Я так надеялся, что никто не услышал как я вернулся домой, тихо всхлипывая от досады. Я смотрел в потолок, когда услышал какое-то копошение за запертой дверью. Хорошо, что ключи есть только у меня, - только и успел подумать я, когда дверь открылась и в небольшом просвете появились две головы.
- Как вы это сделали? - устало спросил я.
- Ты как всегда меня недооцениваешь, - хмыкнул Кэм, пряча что-то в карман. Несмотря на то, что у нас были очень близкие отношения, он выслушивал мои страдания лишь в особенно крайних случаях. Да я и не хотел его грузить - рано ему еще. Впору в футбол гонять с соседскими мальчишками и девчонок за косички дергать. Я был лишь рад, когда он скрылся в своей комнате, чтобы не видеть брата, больше похожего сейчас на разбитую потрепанную куклу.
- Очередной сеанс антидепресии? Зачем тебе это нужно? - я покачал головой, когда сестра присела рядом со стопкой дисков.
- Я не дам всяким идиотам убивать в тебе романтика, - улыбнулась она, - К тому же мне тоже сейчас не помешало что-то сказочное - не поверишь, но он даже не вспомнил, что сегодня праздник, так что пусть катится, - я всегда удивлялся тому, как спокойно Бри отпускает людей. Она не скандалила и не цеплялась, в отличие от меня за соломинку, не плакала в трубку. Она просто, по-королевски подняв голову, уходила, а потом я долго отбивался по телефону от ее опомнившихся ухажеров. Она знала себе цену, а я только пытался вычислить свою, все больше занижая ее.
- Мэг или Одри? - Все равно. - Тогда пусть будет Мэг. "Вам письмо" или "Кейт и Лео"? - Не важно. - Зануда. Возьмем Хью - он посимпатичнее.
Две одиночки на одной кровати с ведром поп-корна - праздник всех влюбленных в самом разгаре. Фильм отчасти делал еще хуже, и я не знаю, как пережил эти два часа. Разве что ради финальной песни. Ради этой мелодии я бы посмотрел фильм еще раз, уж слишком красивой она была. Я вышел на балкон и набрал полные легкие холодного зимнего воздуха. Сзади послышались тихие шаги и я почувствовал, как сестра обнимает меня за плечи.
- Ну не расстраивайся, он того не стоит.
- Я просто не понимаю, что со мной не так. Я слишком занудный? Слишком женственный? Слишком много болтаю? Слишком-слишком-слишком, - я почувствовал, как глаза наполняются слезами, - Почему в жизни не бывает как в кино? Я уже не могу во все это верить.
- Ты просто еще не встретил своего Лео, - улыбнулась она.
- И где же его искать? Я не умею открывать порталы в прошлое и не рискну прыгнуть с Бруклинского моста, - грустно усмехнулся я, растирая по щекам слезы и разглядывая бледно-желтые звезды.
- Не надо искать. Он сам тебя найдет. Просто еще не время.
- И он будет таким же красивым?
- Он будет лучше.
- И мы будем танцевать под звездами как Кейт и Лео. Под эту самую песню, - сдался я, прикрывая глаза и улыбаясь сам себе. Каждый раз Бри заставляла меня верить, что все будет, нужно лишь немножко подождать.

Я пытался спрятать улыбку, вспоминая тот вечер много лет назад. Да, эта песня была нашей и она стала такой еще задолго до того, как Габи появился рядом со мной. Она тянулась через всю мою жизнь, словно тоненькая красная ниточка, за которую я из последних сил цеплялся, когда хотелось забросить все и отказаться от ярких и красочных зарисовок будущего ради простоты и реализма настоящего.
Я уже не боялся сделать неверный шаг, потому что доверял Габи, его рукам и уверенным движениям. С ним не страшно был даже оступиться, потому что он не подал бы виду - просто улыбнулся и через мгновение мы продолжили бы танцевать. Я уткнулся носом в его висок и тихо напевал. Слова словно отражали все то, что я сейчас чувствовал. Мне хотелось, чтобы эти несколько минут продолжались пока звезды не погаснут и время не остановится. Но жизнь глуха к нашим желаниям, поэтому музыка стала затихать, а я все еще не хотел отступать даже на шаг от Габи, тем более, что по набережной то и дело проносился холодный ветер, угрожающий окончательно заморозить нас.
- Мне кажется, нам не помешало бы где-нибудь погреться, - предложил я, мягко поглаживая пальцами его шею, - Может, в какое-нибудь кафе. Или домой. Ко мне домой, - голос слегка дрожал, но я надеялся, что Габи объяснит это холодом, а не чем-то другим.

+1

12

Это были далеко не майские ночи, согревающие своими мягкими ветерками и, наверное, нужно было быть последним идиотом, что бы привести в феврале Дэмиэна на открытую набережную поздним вечером. Его, такого нежного, нужно было беречь, оберегать и пылинки с него сдувать, а не подставлять промозглым ветрам. То ли от переизбытка эмоций, то ли от волнения, которое никогда не покидало меня, останься я наедине с Дэми, мне не было холодно, однако ветер нахально теребил волосы и одежду и, хоть я и пытался защитить его от холода в своих объятиях - толку было мало. Шёпот Гудмэна прямо у моего уха, повторяющий слова песни, что почти растворялась в воздухе, меркла на фоне его голоса, меня убаюкивал и будоражил одновременно, теплой волной касаясь кожи, тут же подхватываемый порывом ветра и уносимый прочь; его пальцы на моей шее не позволяли оставаться в тонусе и не проваливаться окончательно в то блаженство, которое дарили мне его прикосновения. Я бы мог стоять так с ним вечно, но вот подвергать этому парня было бы верхом наглости с моей стороны. Не успев даже ощутить грань между последними аккордами мелодии и нежным, робким голосом любимого, я крепче обнял его, поворачиваясь спиной к парапету, ведь именно с океана сейчас на нас неслись противные порывы ветра, стараясь хоть как-то защитить, укрыть его от непогоды, ругая себя в то мгновение всеми мыслимыми и немыслимыми проклятиями. Рядом не было ничего, что могло бы послужить нам укрытием, а самым ближайшим местом, куда мы могли бы пойти, был наш университет, из которого мы недавно сбежали с шумной праздничной вечеринки. Я не знал сколько времени мы тут провели, но эти, не то минуты, не то часы, определённо были одними из лучших в моей жизни и запомнятся на долгие годы, как и Новогодняя ночь, определившая нашу дальнейшую судьбу.
            Я хочу раствориться в том магическом ощущении позднего свежего вечера, когда по тротуарам, плавно огибающим нашу набережную, на которой гуляют, наверно, все на свете ветра, самой дальней стороной, гуляют либо влюбленные парочки, стремящие сбежать от городской суеты, либо припозднившиеся работники с миной мировой скорби на лице и усталостью всего мира. Машин не слишком много, а те, что есть, позволяют себе нестись с большой для города скоростью, светя фарами, меркнущими в сравнении с блеском глаз Дэмиэна. Холодный воздух скользит в легкие, как сладкий сироп в детстве, обжигая изнутри, неровная поверхность океана становится золотистой от пятен звёзд и луны, от ярких глаз фонарей. Наверное, всё же, рай - это то, что мы представляем. И мой рай может быть либо уютным диваном в гостиной Гудмэна, с Новогодними песнями и мерцанием гирлянд на общем фоне происходящего, либо вот таким вот вечным вечером, созданным для долгих прогулок только с ним одним, когда греешь его озябшие руки в своих ладонях и, ненароком оборачиваясь на ходу, целуешь в нос.
            - Да.. Только нам сперва надо вернуться за твоей машиной.. - и, всё же, этот вечер можно по праву прозвать вечером моей глупости, потому как я, мало того, что не потрудился хоть сколько-нибудь спланировать наше времяпрепровождение, понадеявшись на удачу, так ещё и отверг предложение Дэми доехать до места на машине, а потому сейчас нам придётся возвращаться обратно к университету, где на парковке оставлен автомобиль Гудмэна. - Я очень счастлив, когда ты рядом. Счастлив от того, что ты у меня есть.

Отредактировано Gabriel Livano (2013-02-25 16:09:11)

+1

13

Раньше меня оберегали родные и друзья, но это было другое. Сейчас, когда Габи пытался защитить меня от ветра, пусть это и не всегда приносило плоды, я чувствовал себя самым счастливым человеком на свете. Это такое восхитительное ощущение, когда тебя любят, тобой дорожат, тебя оберегают. И я прижимался ближе к человеку, которого любил больше всего на свете, стараясь не упустить и частички тепла. Но, как бы приятно ни было это, настолько контрастирующее с внешним холодом, теплое объятие, нам нужно было поскорее укрыться от непогоды. Даже если Габриэль пытался уберечь меня от возможной простуды, он наверняка ни за что не позволил бы мне сделать то же самое для него, хотя мне так сильно хотелось делать и для него хоть что-то взамен той заботы, что он дарил мне.
- Я счастливее, - шепнул я, в последний раз крепко обнимая Габи перед тем как отпустить его из своих рук. Если бы я не сделал этого сейчас, не смог бы оторваться от Габриэля еще очень долго и завтра на этом месте наверняка нашли бы ледяную, но безусловно красивую, статую. Такой финал романтической истории меня однозначно не устраивал - мне хотелось прожить рядом с Габи долгую и счастливую жизнь.
- Мы возвращаемся только за машиной. Даже если нас заметят, попытаются связать и вернуть в свой сумасшедший круг, мы все равно попытаемся сбежать и уехать домой, да? - я не был так наивен, чтобы надеяться, что все уже разошлись по домам и спокойно спят под теплыми одеялами - все-таки не дети уже. Я лишь надеялся, что мы не наткнемся ни на кого из тех, кто захотел бы вернуть нас обратно в душный зал, потому что я сейчас был не в том настроении, чтобы отбиваться от чьей-то цепкой хватки. Но выбора не было, и нужно было возвращаться, хотя бы ради того, чтобы с комфортом добраться домой, а не провести еще около часа в попытках поймать такси на фактически пустых ночных улицах города. Я схватил Габи за руку, уводя его от этого жуткого пронизывающего холода. Всего несколько быстрых шагов и мы уже оказываемся под защитой высоких стен домов, сдерживающих ветер, приносящий жуткий холод со стороны океана.
- Знаешь, у поездки домой на машине все же есть один небольшой минус. Когда я за рулем, я не могу сделать нечто подобное, - я обернулся и прикоснулся губами к его губам. Поцелуй прямо под окнами чьего-то дома явно не был тем, что я делал ежедневно. Поэтому такое проявление эмоций с моей стороны было явно неожиданным для Габи. Отстранившись, я покрепче сжал его руку, - Но ведь мы это как-нибудь переживем? Тем более ехать придется совсем недолго, - я лукаво улыбнулся и быстро зашагал в сторону университета, увлекая Габриэля за собой. И где только понахватался? Иногда я и сам себя не узнавал, когда дело касалось его. Я даже пытался неумело флиртовать, рискуя показаться круглым идиотом, но меня это не останавливало - милая улыбка Габи запросто могла скрасить мою неуклюжесть в этих вопросах и даже заставляла подавить в себе желание провалиться под землю.
Возможно, именно такое настроение и помогло добраться до университета гораздо быстрее, чем в прошлый раз покинуть его территорию. Парковка была уже наполовину пуста, но в окнах здания все еще горел свет и доносилась приглушенная музыка. Неужели кому-то еще не надоело пить и прыгать под музыку, последствием которой являлся лишь жуткий звон в ушах? Но сейчас это было не столь важно. Подойдя к машине, я открыл дверцу:
- Я надеюсь, что ты не передумал и не останешься у себя, - я склонил голову набок, с грустью глядя на маячащее неподалеку здание университетского общежития.

+1

14

Было страшно даже вообразить, что нам придётся вернуться на вечеринку, с которой мы так благополучно сбежали этим вечером. Возможно, наше отсутствие даже осталось незамеченным, по крайней мере можно будет попытаться сделать удивлённое лицо и сослаться на то, что мы просто затерялись в толпе, погрузившись в веселье и потеряв счёт времени, или же и вовсе отмалчиваться, но не рассказывать как мы с Дэми провели вечер. Хотелось, что бы эти пара часов, песня Стинга и нежные объятия на безлюдной набережной были только нашими, чем-то вроде тайны, что бы при упоминании вечера четырнадцатого февраля мы лишь едва заметно улыбались и переглядывались, думая о чём-то своём, зная то, что другим знать не дозволено. Мы быстрыми шагами направлялись к университету, намереваясь осторожно добраться до парковки, что бы ни в коем случае не попасться на глаза кому-то из знакомых, что бы побыстрее оказаться в тёплой машине и, если не сразу ехать к Дэми домой, то просто посидеть вдвоём, подальше от любопытных глаз, согревая его руки в своих ладонях. Мы уже почти вышли на парковку, когда Гудмэн внезапно обернулся ко мне, нежно целуя. Перед глазами снова всё поплыло, а в груди опять разгорелось золотистым пламенем едва утихшее томительное волнение, от которого приятно щекотало где-то в области сердца, отчего я на пару мгновений даже задержал дыхание. Мне никогда в жизни не было так хорошо и комфортно даже от занятий любимым делом или осуществления каких-то маленьких желаний и мечт, как от времени, проведённого с моим Дэми, даже если это был лишь поход в кино, вечер в кафе или простая прогулка по улице, как сейчас. Рядом с ним я действительно был счастлив каждую секунду и благодарен ему за это. 
          - Если ехать и правда недолго, то я постараюсь продержаться всю дорогу и не отвлекать тебя... - подыграл я Дэмиэну, довольно улыбаясь, хотя, по сути, я говорил чистую правду, которую не озвучивал ранее; а ведь мне действительно постоянно хотелось касаться его, держать за руку, целовать, слышать мягкий голос и видеть его блестящие глаза... - Не останусь. Не останусь. - Покачав головой, я постарался развеять все его сомнения, потому как я и сам не особо то хотел возвращаться сейчас в общежитие, до которого было буквально рукой подать. Вернее, дело тут было совсем не в кампусе, а в том, что невозможно, пожалуй, начать день лучше, чем, проснувшись, увидеть рядом с собой спящего Дэми, как было утром первого января. Во всех языках мира не найти подходящих слов, которые бы хоть сколько-нибудь смогли передать весь спектр чувств и ощущений, что были у меня в те минуты. Не коснуться, не обнять, не поцеловать что бы не разбудить, лишь молча любоваться им, таким нежным и беззащитным, понимая, что он только мой. - Садись в машину, холодно же - по-прежнему улыбаясь, поторопил я любимого, переживая что итак уже достаточно его сегодня "поморозил" на этой дурацкой набережной, и беспокоясь, как бы это не послужило причиной простуды, что я себе точно никогда не прощу.

+1

15

Я не хотел задавать последнего вопроса. Он просто вырвался, потому что частичка меня твердила, что я не могу принимать решения за нас двоих, и требовала предоставить Габи выбор. Иногда я терпеть не мог эту часть своего характера: она требовала говорить правильные вещи тогда, когда хотелось просто запихнуть человека в машину и увезти подальше от всех, кто мог оказаться против. Но то, что Габи не изменил своих планов даже оказавшись на расстоянии нескольких десятков шагов от своей собственной кровати, вызвало улыбку, которую я попытался спрятать, отвернувшись к машине. Осознавать, что любимый человек готов пожертвовать несколькими лишними минутами сна только ради того, чтобы провести с тобой еще немного времени просто сидя в машине пока за окнами мелькают деревья, фонари, огни домов, до которых еще не добрался песочный человек, было ново, но приятно. Хотя мне снова придется изо всех сил стараться следить за дорогой вместо того, чтобы смотреть на него, но это можно было и пережить, ведь как я уже сказал - ехать здесь совсем недалеко, да и это было лучше, чем отпустить его прямо сейчас.
В ответ на заботливую реплику Габи я в весьма взрослой манере показал ему язык и засмеявшись сел в водительское кресло. Рука сразу же потянулась включать обогреватели - нам еще до приезда домой не мешало бы немного погреться - и, уже по привычке, к кнопке, включающей радиоприемник. Услышав, как сбоку захлопнулась дверца, я завел мотор, сразу же давая себе обещание ехать как можно быстрее, потому что уже чувствовал на себе взгляд Габи, а выдерживать его, не поворачивая голову в ответ, было очень тяжело. Поэтому я лишь вцепился пальцами в руль и, прикусив губу, сделал вид, что я сосредоточенно слежу за дорогой. Мысли о Габи и нежном взгляде, который я чувствовал кожей, смешивались с мыслями о том, в каком виде я оставил квартиру, когда собирался на вечеринку - не хотелось представать перед Габриэлем в невыгодном для себя свете. Память подсказывала, что вроде бы все было прилично, когда я закрывал за собой двери. Разве что около десятка разных рубашек вперемежку с галстуками разбросаны по столу в гардеробной. Но ведь Габи не обязательно туда заходить, правда?
Так, перебирая в голове свои возможные проколы, я даже не успел заметить как мы добрались до места. И похоже, что прошло это время в абсолютном молчании, которое разбавлялось звуками песен, льющихся из колонок. Заглушая мотор я лишь надеялся, что Габи не воспринял это молчание как "нам нечего сказать друг другу" и что музыка не была столь ужасна, потому что я ее даже не слышал. Словно извиняясь за последние неловкие минуты, я развернулся к Габи и немного подавшись вперед поцеловал, - Чтобы ты знал, мне хочется делать это всегда, когда ты сидишь рядом. Так что один обязательный поцелуй, когда садимся в машину и один, когда выходим из нее. Договорились? - не дожидаясь ответа, потому что он явно должен был быть положительным, я улыбнулся и выбрался из машины. Холодный воздух заставлял поторапливаться и то, как мы появились в подъезде, встречаемые строгим взглядом консьержа, явно называлось словом "ввалиться". Преодолевая ступеньку за ступенькой я тащил Габи за собой, крепко держа его за руку, отпустив лишь когда мы оказались у двери. Переводя дыхание, я достал из кармана ключи и принялся открывать замок.
- Почему каждый раз, когда он, - я кивнул в сторону оставленных позади ступенек, намекая на консьержа, - на нас смотрит я чувствую себя преступником? - Может если бы ты жил здесь, все было бы иначе? - опустим этот вопрос на время, не надо спешить. Я тряхнул головой, прогоняя мысль, и нажал на дверную ручку, - Да ну его. Проходи скорее.

Отредактировано Damien Goodman (2013-03-01 02:15:54)

+1

16

Первые несколько секунд после того, как Дэми вышел из машины, я сидел как вкопаный, чувствуя что губы медленно расползаются в улыбке. И всё же я был прав - он никогда не перестанет меня удивлять и даже такая, казалось бы, ерунда, как только что введённое им правило касаемо поцелуев в машине и то, с какой лёгкостью он всё это провернул - заслуживало Оскара. У меня чуть было сердце в желудок не провалилось, а он так беззаботно развернулся и мягко захлопнул дверцу, дожидаясь меня снаружи. Да, за эти полтора месяца он сильно изменился и мне безумно нравились эти перемены - если на людях он был всё ещё сдержанным и робким, хотя уже и не настолько, как раньше, то наедине со мной позволял себе такие вещи, от которых я просто сходил с ума, и он это прекрасно знал. Должен был видеть и чувствовать.
            Консьерж, хоть и знал меня уже не только в лицо, но и по имени, потому как я и раньше нередко приходил к Гудмэну, а теперь и подавно зачастил, причём как днём, когда расписание занятий немного менялось и нам не хотелось сидеть в кафе, так и поздно вечером, задерживаясь где-то и не попадая в общежиие из-за комендантского часа, я тоже ехал к нему, надеясь, что своим присутствием не особо стесняю Дэми, ведь он привык жить один в своём королевстве, где всё было подстроено и приспособлено для него, смерил нас недовольным взглядом, стоило нам только появиться в подъезде. Я привык к таким взглядам и не обращал на них особого внимания, но сейчас какое-то недовольство всё же дало о себе знать - можно подумать, Гудмэн через день заявляется домой посреди ночи с разными парнями или девушками, не в этом ведь дело; взгляд его был и правда не самым доброжелательным и я тут же поспешил отвернуться, не понимая своих ощущений - от этого казалось, что мы делаем что-то запретное, что нужно хранить в тайне, а потому и более желанное. Глупость и только, так что тряхнул головой, выпроваживая странную мысль из головы, словно отгоняя назойливую муху, и быстрыми шагами засеминил следом за парнем, ведущим меня за руку по ступенькам, этаж за этажом, пока мы не оказались у двери в квартиру. Похоже, Дэмиэн тоже заметил в его реакции на наше появление что-то, что его тревожило, но ведь нас не должно было это волновать. Мы не обязаны были ни перед кем отчитываться, а уж перед ним и подавно, и могли делать со своей жизнью всё, что нам угодно, чем мы и занимались, стараясь игнорировать общественные предрассудки.
            - Сколько время? Уже, наверное, часа два... - в темноте я хоть и глянул на наручные часы, но ровным счётом ничего не разглядел; Время сейчас было совершенно не важно, если уж на то пошло, я был счастлив, что в днную минуту и до самого утра буду рядом с тем, кого люблю больше всего на свете, что ещё мне могло быть нужно? Все университетские вечеринки, недовольные консьержи и то, что согласно календарю было уже пятнадцатое число, а не четырнадцатое, то есть День Святого Валентина официально был позади - оставалось на заднем фоне, теряло всякий свой смысл и растворялось в полумраке и тишине квартиры. - Ты, наверное, устал?.. - Скользнув кончиками пальцев по щеке Дэми, я поманил его за собой в комнату, где тут же опустился на мягкий диван, поднимая глаза к парню, словно ожидая его действий.

Отредактировано Gabriel Livano (2013-03-03 15:31:33)

+1

17

Закрывшаяся за моей спиной дверь обрезала поток света, проникавший с лестничной площадки, погружая коридор в темноту. Я пару раз моргнул, давая возможность глазам немного свыкнуться с отсутствием света, чтобы различать хотя бы очертания предметов и не столкнуться с ними, шаг за шагом продвигаясь к комнате.  Я предпочел сделать вид, что не заметил вопроса о времени, потому что в данный момент для меня это совершенно не имело значения - я слишком сильно хотел провести время, оставшееся до утра, рядом с Габи, чтобы обращать внимание на движение стрелок по циферблату и тем более считать сколько кругов успела сделать какая-либо из них. Сейчас во мне, если задуматься, зарождалось огромное желание остановить все часы как минимум в своей квартире и больше никогда не задаваться вопросом о времени.
- Да, устал немножко, - полушепотом ответил я, почувствовав прикосновение к щеке, и последовал в комнату вслед за Габи, улыбаясь приятной мысли о том, что именно в моем доме он чувствует себя так спокойно и уютно. Я почти не наведывался в комнату Габи в общежитии, стараясь не смущать никого своим присутствием, но почему-то был уверен, что и там ему не настолько комфортно как здесь. Во всяком случае, мне хотелось на это надеяться.
Единственным источником света в комнате были фонари, свет которых лился в большие окна. Они были достаточно яркими, чтобы и без лишних ламп создать приятный, немного убаюкивающий полумрак. Тишина в квартире разбавлялась лишь едва различимыми звуками шагов. С раннего детства я очень боялся находиться в лишенной звуков комнате. Она казалась мне пугающей и гнетущей, холодной, похожей на давящую толщу ледяной воды. Мне казалось, что я проваливался в вакуум из которого всеми силами пытался выбраться - правда не всегда успешно - привычно нажимая на кнопки плеера. Но с Габриэлем тишина была совершенно другой. В ней было уютно, словно она была теплым пушистым коконом и мне, как ни странно, не хотелось выбираться из него в мир, заполненный какофонией привычных звуков.
Я стянул с плеч пиджак и аккуратно положил его на ручку дивана - даже сейчас я не позволил бы себе небрежно бросить его где-нибудь. Но надо признать, избавившись от него, я почувствовал себя гораздо свободнее. Присев рядом с Габи и обняв его за талию, я поудобнее устроил голову на его плече. Я чувствовал себя настолько расслаблено и спокойно, что как-либо двигаться или даже просто говорить было немного лениво. Мне так хотелось, провести рядом с Габриэлем еще несколько часов на этом самом месте, чтобы он увидел тот волшебный вид из окна, когда медленно появляющееся из-за горизонта солнце понемногу окрашивало стены домов. Хотя, если признаться честно, возможно я немного приврал, когда сказал, что устал всего-лишь чуть-чуть. Возможно, я даже и хотел бы прямо сейчас заснуть так, но понимание того, что до мягкой, удобной постели рукой подать, не давало окончательно закрыть глаза и тихонько задремать. Разве что я позволил себе тихонько зевнуть, мечтая о том, что все же гораздо приятнее будет прижаться к Габи, укрывшись теплым одеялом.
- Знаешь, я ведь учусь на своих ошибках, - сонно пролепетал я, прикрыв глаза, и потянувшись рукой, чтобы ослабить узел галстука, - Я подумал, что тебе наверняка не очень удобно спать в моих вещах, поэтому я купил для тебя пижаму. Она должна подойти и мне будет приятно знать, что здесь есть что-то по-настоящему твое, - я улыбнулся сквозь накатывающую дремоту, которой трудно было сопротивляться.

+1

18

Хоть непосредственная близость Дэмиэна в абсолютно пустой тёмной квартире и волновала меня, всё же это было приятное волнение, щекочущее где-то в животе. В целом же состояние моё было умиротворённым, рядом с ним было уютно, моментами мне даже казалось, будто я дома, хотя рядом с ним я всегда чувствовал себя как дома. Наблюдая за тем, как Гудмэн медленно стянул с себя пиджак, бережно откладывая его в сторону, на подлокотник дивана, как направлялся ко мне и опускался рядом, я вдруг ощутил томительную усталость, растекающуюся по всему телу согревающей волной. Словно по инерции, будто бы иначе и быть не могло, я обнял Дэми, прижимая к себе, давая ему возможность поудобнее устроиться на моём плече и коснулся губами лба. Я нисколько не жалел, что променял этой ночью свою комнату в общежитии, пускай даже, на этот диван, хотя, слово "променял" было явно не подходящим - я был счастлив, что всё сложилось именно так. Я любил наблюдать за тихим домашним Гудмэном, когда волосы его ещё не были привычно уложены, в забавной пижаме вместо тщательно выглаженной рубашки и узких брюк, чуть медлительного, но с сияющими глазами и мягкой улыбкой - именно таким он представал передо мной, когда я несколько раз заезжал к нему за пару часов до занятий, что бы вместе отправиться в университет; именно таким я впервые увидел его утром первого января, спящим рядом, когда его пушистые ресницы чуть подрагивали, а губы слегка тронула улыбка, стоило мне только коснуться их своими. Мне даже показалось, что он и сквозь сон услышал тогда мой шёпот, хотя не стану утверждать.
          - Тебе не понравилось, как тогда на мне сидела сиреневая обтягивающая футболка со стразами?.. - усмехнувшись, я погладил любимого по предплечью, не давая ни единого шанса отстраниться от себя, вспомнив ту ужасную ночь, послужившую, пожалуй, началом того, что мы сейчас имеем. Ведь, если бы я тогда не очутился в этой самой квартире, на утро выползая из гостевой спальни и идя на звук, обнаружив хозяина на кухне, который даже накормил меня завтраком, а потом открыто усомнился в моей сексуальной ориентации, наше общение могло даже и не начаться, а это значило, что я не имел бы возможности сейчас обнимать Дэми, целовать и говорить как он мне дорог. Возможно, мы бы здоровались, встретившись в стенах университета, или и вовсе проходили мимо, делая вид, что не знакомы или и правда не узнавая друг друга, но мне настолько это казалось нереальным, что попросту не умещалось, не укладывалось в голове. - Это всё было так давно, как будто бы в прошлой жизни... - я огляделся, пытаясь вспомнить свои первые ощущения при виде этой гостиной несколько лет назад, но воспоминания были слишком размытыми, всё же ванная комната и кухня зацепились в памяти прочнее - А что было бы, не появись я на твоём пороге незадолго до полуночи, не решись я тебя поцеловать?.. - даже не знаю, хотел ли я и правда услышать ответ на свой вопрос, потому как сам неоднократно прокручивал его в голове, пытаясь представить различные ситуации и повороты событий, начиная от того, что я остался у себя дома, и заканчивая тем, что Дэмиэн оттолкнул меня во время поцелуя - Давай лучше пойдём спать, ты очень устал, и не пытайся спорить.. - стараясь говорить как можно бодрее, я пытался скрыть свою усталость, которая всё больше и больше давала о себе знать.

Отредактировано Gabriel Livano (2013-03-06 17:09:19)

+1

19

- Тебе все идет, даже тот сиреневый взрыв. Но пообещай мне, что больше ничего сверхблестящего, - не открывая глаз, попросил я. Все это время я искренне надеялся, что сразу же по приезде домой он ее разорвал, выбросил, закопал, сделал хоть что-то, чтобы от нее избавиться, потому что эту вещицу можно и нужно был считать преступлением против человечества и подвергнуть ритуальному сожжению, как и прочие неоднозначные принт-работы Кэма. Хотя я не врал Габи - меня действительно удивляло то, что даже в таком кошмаре, как футболка с надписью "Барби" он смотрелся непревзойденно. Хотя в полотенце на плечах в тот день он выглядел еще более ошеломляюще. Все, меня, похоже, окончательно уносит в сон. Да, в том дне определенно были и свои плюсы. Особенно то, что я в кои-то веки прислушался к своей интуиции, буквально кричавшей, что я идиот, если позволил себе обидеть одного из самых милых (даже в пьяном виде, что случается очень редко) людей на свете и просто должен оставить свою гордость в самом дальнем ящике шкафа, когда поеду в университет извиняться. Если кто-то и говорил, что плохое забыть сложнее, чем хорошее, я бы с удовольствием поспорил с этим человеком. Потому что с того злополучного утра действительно прошло уже много времени и самым прекрасным было то, что, вспоминая, наша память цеплялась не за ссору, которая определенно расцвела благодаря моему ужасному характеру, а за такие абсолютно не важные мелочи как кусок ткани, случайно выбранный из стопки футболок не менее дурацких расцветок
- Дай подумать, - бормотал я, изо всех сил пробиваясь сквозь накрывающие с головой волны сна, - Если бы ты не пришел тогда, сегодня я стоял бы у твоей двери в футболке с идиотской надписью, перевязанный ленточкой и украшенный бантиком, - Что я несу? - глаза резко распахнулись, но я даже не пошевелился, чтобы не выдавать своего беспокойства. Я понадеялся на то, что Габриэль воспринял это как сонный бред, а не что-то серьезное. Действительно, что из этого могло показаться логичным человеку, который не слышал моего рождественского разговора с семьей и вполне реальной угрозы Кэмерона. Переживать нечего, он все равно ничего не знает об этом. Я спокойно выдохнул, - Не обращай внимания, это всего лишь глупость, - я постарался свести тему на нет, предотвращая возможные вопросы, - И судя по тому, что я начал нести чушь, действительно пора спать, - нехотя опуская Габи из своих объятий, я встал с дивана.
- Кстати, именно из-за того, что ты появился на моем пороге в Новогоднюю ночь, теперь этот диван и гостевая комната для тебя закрыты. И, прости, но у тебя больше нет выбора где спать, - обернувшись и мимолетно улыбнувшись Габи, я в полной темноте прошествовал в свою спальню. Лампу пришлось включить, чтобы не наткнуться в темноте на какие-то вещи, но свет не бил по глазам, а лишь мягко ложился на предметы. Вручив Габи свою недавнюю покупку (цвета наших пижам прекрасно сочетались между собой, хотя моя и была немного светлее. Какое милое совпадение.), я выпроводил его в гостевую ванную с комментарием что он может не спешить.  Мне и самому нужно было время, потому что для него я хотел выглядеть красивым всегда, даже со взъерошенными волосами и в смятой пижамной рубашке. Благо, целая армия разнообразных баночек, оккупировавших столик в ванной, позволяла этого добиться. В комнате я появился первым, чувствуя себя после теплого душа и привычного запаха крема расслабленным и еще более сонным. Забравшись под одеяло, я надеялся, что смогу не заснуть до того, как придет Габи. Чтобы добиться этого я даже пытался смотреть на лампу и по возможности не моргать. Но у меня не получалось и глаза закрывались сами по себе.

Отредактировано Damien Goodman (2013-03-06 22:00:51)

+1

20

        Ты же знаешь - ты мое солнце
Без тебя мой мир не проснется
(с)

Время летело, мчалось так быстро и незаметно, что я и думать забыл о подслушанном разговоре Гудмэнов в скайпе, когда Дэми встречал Рождество с семьей, а потому угроза Кэмерона, высказанная в шутливой форме, абсолютно вылетела из головы и до этого момента не давала о себе знать ни разу. Сейчас же, услышав как Дэмиэн буквально пересказывает слова брата, я едва сумел сдержать смех, закусывая губу и изображая недоумение, хотя в темноте моего лица, в любом случае, не было видно. В Новогоднюю ночь всё сложилось так легко и просто, как будто бы это было уже кем-то спланировано, а мы только лишь сыграли свои роли, заранее зная концовку сюжета, что не было причин возвращаться к тому разговору, даже наоборот - я старался забыть об этом, потому как один лишь факт что я скрываю что-то от Дэмиэна - рвал меня в клочья, пускай я и преследовал благие намерения. Но что есть эти благие намерения? Ложь она и есть ложь, по какой бы причине она не была сказана, так что все громкие высказывния "о лжи во спасение" - не более, чем глупые сказки, ведь это крайне не логично - врать человеку, потому что любишь его. Не исключено, что когда-нибудь, очень-очень не скоро, я расскажу Гудмэну свою маленькую тайну, положившую начало нашим отношениям, но сейчас мне нужно было сделать абсолютно непонимающий вид и посмеяться над шуткой любимого.
           - Очень даже милая глупость, но я рад, что мы не потеряли целых полтора месяца и уже второй праздник встречаем вдвоём, а не порознь, пускай даже я и упустил шанс получить на День Влюблённых такой подарок, да ещё и с бантиком, прямо с доставкой на дом! - улыбнувшись во все тридцать два зуба я в ту же секунду ощутил, как улыбка медленно, но верно, исчезала с моего лица одновременно с тем, как ладонь Дэми плавно скользила по пояснице, размыкая объятие, а сам он отдалялся, выпрямляясь во весь рост и становясь передо мной. Одна нежная улыбка, и вот он уже растворился в темноте, словно видение, маня меня за собой, притягивая как магнит иголку. Несколько секунд просидев без движений, стараясь уловить суть происходящего и поверить в то, что всё это происходит со мной на яву, а не в фантазиях уставшего мозга, уверенно укладывающегося спать, я быстро очутился в спальне Дэми, без труда найдя туда дорогу даже в темноте, где чуть ли не на пороге получил свою пижаму и был отправлен в гостевую ванную комнату.
            Стоит признать, с размером он угадал идеально - пижама словно была сшита именно на меня, а приятная коже материя мягко укутала, ещё чуть влажное после душа, тело, так что отражение в зеркале было встречено мною довольной улыбкой. Прохладный душ немного привёл меня в чувства, словно вытащил из цепкой хватки дядюшки Морфея, что так и норовил заставить мои веки опуститься, а разум погрузиться в сон, а вот мой возлюбленный, похоже, уже почти был в его власти. Выключив лампу и осторожно, что бы не разбудить задремавшего Дэмиэна, я откинул одеяло, ложась рядом на бок, нежно обнимая любимого за талию и касаясь губами виска. Сердце в этот миг даже не попыталось выпрыгнуть наружу или остановиться, но стало невероятно тяжёлым, огромным, словно заполняя собой всю грудную клетку и тоже обнимая парня, если бы это было возможно.
          - Доброй ночи. Я очень тебя люблю. - мягкий шёпот разлетелся по комнате тем временем, пока я старался ни о чём не думать, закрывая глаза и мечтая поскорее уснуть, потому как следом за ночью настанет новый день, который я начну с его нежного поцелуя.

Отредактировано Gabriel Livano (2013-03-07 02:36:39)

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Профессиональный праздник Купидона