vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules
Сейчас в игре 2017 год, январь. средняя температура: днём +12; ночью +8. месяц в игре равен месяцу в реальном времени.
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru
Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Она проснулась посреди ночи от собственного сдавленного крика. Всё тело болело, ныла каждая косточка, а поясницу будто огнём жгло. Открыв глаза и сжав зубы... Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » i guess i was wrong


i guess i was wrong

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

miranda warren & aurora g. sand
sand's flat
at night: two years ago when it was cold.
«никогда. слышишь? никогда не прислушивайся к чужим советам. даже если они даны далеко не чужими тебе людьми. никогда. слышишь? никогда не поступай так, как тебя принуждают_как было бы лучше поступить по мнению кого-либо. совсем не_близкого. скорее далёкого. слишком далёкого для тебя человека, ведь ему не почувствовать твоей боли_не укрыть тебя от холода. вскоре. если вдруг ошибешься всё же.»

Отредактировано Aurora G. Sand (2013-02-24 01:07:17)

+1

2

Жизнь не может быть одной сплошной, розовой, без извилистой дорожкой. По любому. Рано или поздно, но расплатишься за всё. Если полагаешь, что накрыло с головой, то выдохни с облегчением, детка: всегда есть тот, кто вляпался больше тебя.
Эти две морали усвоила давно. И поняла, что все прожившие на этой земле года была каким-то амёбообразным одноклеточным. Почему? Потому что не имела голоса. В переносном значении, конечно. Позволяла решать за себя, позволяла отвечать многое за меня, позволяла делать многое за меня... Кажется, первая мораль взяла в тиски и начала сдавливать беспощадно. Правда. Кто я? Очередная блондинка, залетевшая, толком не зная от кого. Очередная блондинка, которая думала, что живёт в ладу с головой на плечах, но на практике это оказалось очередной наглой ложью. Очередная блондинка, которая выглядит ошибкой природы. Именно так. Иначе снова ложь. Снова.
Пока находилась наедине, поразмышляла на тему всевозможных решений данной ситуации. И исходов. Главным образом - как избавиться от этого дерьма? Таблетки? Сильно. Самой жить хочется. Алкоголь? Аллергия на него. Один глоток и через семь минут можете выносить через дверной проём головой вперёд, ибо снимаю квартиру на Марсе и передаю всем оттуда пламенный привет. И изменению это не подлежит. А возможно, сейчас исход будет как у таблеток. Сигареты, наркотики, порезать вены, просидеть в ледяной воде абсолютно нагой несколько часов... Как можно избавиться от этого? Как сделать так, чтобы больше не беспокоило? Всё не то. Аборт? Пожалуй, оптимальный вариант. Деньги есть... Однако продолжаю сидеть на пятой точке около окна в своей квартире. Совершенно одна. Даже урчание холодильника покинуло меня. Даже шум машин на время перестал существовать. Не помню как давно. Ещё очко в пользу того, что ничерта не могу и живу за счёт других. Паршивое Солнце светит будь здоров даже на закате. Какая радость, какие забавы, когда нахожусь в самой глубокой луже дерьма, которую только может повидать каждая девушка?
Не отличаясь и при обыденной жизни выдающимся умом, решаю, что в одиночку мне не справиться. Логично, не так ли? Родители... Звучит тривиально, но если узнают - убьют меня, съедят и не подавятся ни одним хрящиком. Плевать, что покричат, но так или иначе, потом всё равно перестанут. Понимаю, что не смертельно, однако пойти на это не могу. Не хватает сил, отваги, мужества... И честности. Что с мамой, что с папой. Нужен кто-то ещё. Моего возраста желательно. С похожими проблемами, пусть не напрямую. В поисках даже встаю с дивана, не обращая внимания на телевизор, который вещал один из каналов. Вещал-то вещал, только без звука. Специально выключила его, чтобы не мешал. Но и в одиночестве не особенно приятно. Тетрадки со стихами, ручки, карандаши, маркеры - всё летит на пол с прикроватного столика. От бессилия ложусь на спину, прикрыв глаза запястьем правой руки, позволяю себе разрыдаться так, как не позволяла раньше.
- Грёбаная работа, грёбаная беременность, грёбаный ребёнок, грёбаная жизнь... Сука! Да катись ты всё к чертям собачьим, дерьмо. Всё надоело... Надоело... Надоело... Достало... Почему я? Зачем я? Найти больше некого, да? Нашёл, над кем отыграться можешь, да...?
Шею начинает сводить от постоянных всхлипов, сквозь которые пытаюсь говорить. Точнее, говорю. Потянув ноги вперёд, икры вначале немеют, а после словно загораются над пламенем. Боль выгибает поясницу, поэтому поворачиваюсь на бок, сжавшись в комок. Постепенно угасает боль, но не так, из-за которой плачу. Последняя лишь вставила мозги на место, а то, что действительно гложет, выносит их вновь и вновь.
Имя Авроры вспоминаю случайно. Уже на границе бессилия: между слабостью и сумасшествием. Если бы не она, безответно пала во второе, даже не успев сказать Goodbey. Снова всё тривиально до костей мозга, снова повторяюсь за такими же безмозглыми, коей оказалась сама. Иронично выходит. Презирая, стала одной из тех, кого презирала. Смешно. Истерический смех врывается в мою глотку незаметно, но уже поздно: смеюсь как последняя стерва на всю квартиру. Смеюсь как старая бабулька из фильмов ужасов: с позывом, искренней насмешкой. И вместе с тем грубо откашливаюсь до дёру в горле, будто не лечу уже как месяц. И вновь сводит, и вновь слёзы по девятнадцатому кругу... Практически забываюсь опять, но, видимо, Иисус сжалился, даёт кофе моему разуму и я постепенно успокаиваюсь. Не помню номера телефона, зато помню, как добраться до её дома от эскорт-агенства. Да, я решилась. Правда, скорее, решила, а не решилась. Решила, что выхода особого нет.
Встаю словно в тумане. Щиколотки ноют, икры тоже, отчего первую пару минут хромаю. Нужно идти к ней, не сидеть на месте. Но что дальше? В поисках ответа оборачиваюсь по сторонам, так ничего путёвого не найдя. Подхожу к зеркалу в прихожей. Не то, чтобы чудовище смотрит на меня, однако не та Миранда. Отнюдь. Волосы не мыты четвёртый день. Или пятый...? Брови верно переходят границы созданной в салоне формы. Губы потресканные, кое-где белый налёт. Это оттого, что желудок просит нормальной еды уже какой день. Четвёртый или пятый... Живу лишь на воде, пару раз перекусывая яблоком. А то и без него обхожусь. Провожу расчёской по взъерошенным волосам, которые не расчёсывала четыре или пять дней, и на ней остаётся достаточное количество отдельных волосинок цвета ржи. Больше, чем обычно. Бросаю это занятие, так толком и не начав. Пару раз провела по златовласой "гриве", а потом вдеваю руки в пальто, надеваю полу сапоги, явно не по сезону, стаскиваю с полки атласный шарф и кое-как обвязываю его вокруг шеи. На улице прохладно, однако в глубине души посылаю погоду туда же, куда и свою беременность. Порывы ветра нервно теребят мои волосы, обветривают лицо, которое не удосужилась даже просто припудрить, губы, глаза слезятся от ледяного порыва. Но иду. По началу к эскорту, а от него сворачиваю на следующую улицу. Бросаю неоднозначный взгляд в сторону заведения, в котором не появлялась уже четыре или пять дней, пусть и формально ещё значусь в нём "одной из". Оно. Именно оно поделило жизнь на "до" и "после". И неизвестно когда - сейчас или в первый день работы. Кажется всё одной огромной ошибкой. Конечно, этой выйдет мне уроком, как скажут многие. Плевала я на всех. Это не урок, а сплошные, нескончаемые муки, да насмешки. Шевелить также языком уже мечтаю, а не могу... Продолжаю идти.
Почти перешла дом единственной девушки, которая мне чуть ближе остальных. Мы различаемся в характерах. А амбиции мои, по сравнению с её, писклявый голосок в километровом тоннеле, который зовёт на помощь. Уверенная в себе. Пожалуй то, чего никогда не хватало мне. Не смотря на старший возраст в наших отношениях, старалась быть, как она. Во многом. Если не во всём. Поведение на публике, походка, взгляд... Нет, не зависть. Восхищение.
Этаж помню, а квартиру смутно. Как всегда буду выбираться при помощи никудышной интуиции своей. Четыре квартиры, одна из которых её. Внешне одинаковы, сложно сказать, кто где живёт. Так что тут же бросаю строить из себя экстрасенса и звоню в первую. Никто не идёт. Никого. Либо игнорируют. Умные люди. Тут закрадывается мысль обзвонить все оставшиеся квартиры разом, чтобы попусту времени не терять. Так и делаю. И жду. Уже какое, грёбаное, мгновение жду.
У Бога чуда.

look

Отредактировано Miranda Warren (2013-02-24 13:29:57)

+1

3

Испивать до дна одиночество. Наслаждаться самостоятельностью, отцом мне подаренной. Воистину волшебный подарок. Ранее пыталась противиться. Мол, как же одна я в пустой квартире? Кто в ней приберётся? А еда? Я же за неделю-две помру с голоду, стоя у плиты, раздумывая над рецептом очередного «кулинарного провала»! А деньги? Пожалуй, это единственное, с чем мне обещали помочь и с чем мне действительно помогали. Однако, только первое время. Буквально через три или четыре месяца моего самостоятельного проживания здесь я нахожу работу. Сначала всё и все кажутся до безумия подозрительными, но потом… Потом от моей подозрительности не остаётся и следа. Работа совсем не пыльная. Посещаешь различные мероприятия_открытия в компании богатых мужчин. Не всегда, правда, красивых, но это не важно. Важным на тот момент для меня был мой заработок. Хотелось быть самодостаточной. Хотелось жить в своё удовольствие, обходясь без всякого рода зависимости. И благодаря именно этой работе я получала желаемое. Освоиться мне помогли с удовольствием. Пояснили, что к чему и как поступать в ситуациях сложных… Мне же оставалось следовать инструкциям, тепло улыбаться «заказчикам», отвечать на вопросы (порою не самые корректные_сумасшедшие) и получать свой гонорар, в большинстве случаев, в конце месяца. Гонорар, с помощью которого я могла позволить себе всё. Дорогую одежду, шикарную обувь, профессиональную косметику, а ещё… не будь я гребанным аллергиком, истратила бы первый свой заработок на шоколад, который безумно любила «до того как».
И сейчас, лёжа в постели с «широко закрытыми» глазами, я мысленно благодарила отца за возможность, мне предоставленную. Помнится, несколько минут назад подумывала о сне, но кинофильм жанра horror послал сон мой далеко и надолго. Отложил на «потом». Если не отложил вовсе. Усаживалась удобнее, тянулась за прямоугольным пультом с множеством кнопок и давай нажимать одну за другой, пока не находила канал, обещавший мне ночь ужасов ранее. А теперь только и остаётся, что замереть в ожидании желаемого.
Звонок в дверь заставил меня лениво_медленно соскользнуть с белоснежной, измятой мною же, простыни, а затем, сунув ноги в домашние тапочки, не спеша прошествовать в доселе тёмную прихожую... Включив свет, открывала дверь и, просунув голову в образовавшуюся между дверью и рамой дверной щель, замечала тебя. Почему-то напротив совсем не той двери, перед которой тебе на деле находиться стоило бы. Или ты не ко мне, а к этому извращенцу с соседней восемьдесят девятой? Но гримаса удивления, исказившая твоё личико в момент, когда на пороге «гвоздь» нашей с тобой программы нарисовался, даёт, наконец, ответ на вопрос, поставленный выше, и я принимаю решение тебя окликнуть, получить хотя бы толику твоего внимания. Подать, наконец, знак, что спутала ты квартиры и распутать этим самым Гордиев узел, который возник столь нежданно и неожиданно. Появился из ниоткуда, поставив несколько человек точно в неловкое положение.
— Миранда! – девочка моя, мне так тебя не хватало! Где же ты пропадала все эти дни? Да, что там? Почти неделю. Ни звонка от тебя ни единого… Да, что там звонка? Тебя даже на работе не было видно. Была ли ты там вообще? Судя по разговорам начальства и по кислым девчонок лицам – всё-таки нет. А знаешь, без тебя всё совсем не так было. Без твоих шуток, улыбок, подколов (нелепых порою, но это не важно). Всё  вышесказанное, увы, так и останется словом с префиксом «недо-». Так и останется недосказанным. Вынырнув из квартиры, беру тебя за руку. Сплетаю между собой пальцы рук наших, — Джош, это не к тебе. Твой «звёздный час» не сегодня! Прости, что побеспокоили зря, – бросала последнее скорее из вежливости, нежели оттого, что мне было действительно жаль его «драгоценного» времени. Подумаешь, отвлёкся на пару минут от излюбленного пива и телевизора. Подумаешь, сбросил лишних парочку граммов, пока путешествие совершил от дивана до двери входной. Оказавшись в квартире, закрываю дверь. Выпускаю из своей твою руку, полным искреннего удивления взглядом затем тебя окидывая. В голову тут же закрадываются сомнения. Что-то не так. В этот момент твоей жизни что-то пошло не так. Сошло с привычной равномерной тропинки, заводя саму тебя в пустынные, никем не изведанные ранее места. Туда, откуда нет выхода. Туда, где не так просто сделать, наконец, единственно-верный выбор. Туда, где так сложно не ошибиться.
— Детка, да ты же сама не своя, – сейчас напоминаю, наверное, самую лучшую и заботливую подругу, но… С тобою мы не были даже подругами. Что уже говорить о лучших? Нам просто было о чём поговорить. Удивительным образом почти всегда получалось выбрать именно ту тему, которая покажется интересной обеим нам. Наше общение чем-то напоминало мне русскую рулетку. Поди знай, когда вспыхнет ссора, разговор возьмёт да сойдёт на «нет» или же просто точки соприкосновения не будут найдены, будто назло нам. — Или мне только кажется? – но сегодня ты пришла именно ко мне. Из десятка других девчонок, работавших вместе с нами, ты выбрала меня. Или в определённый момент сыграл роль лишь тот факт, что ты просто знала мой адрес? Только мой адрес. Иных адресов/маршрутов в твоей записной_памяти не обнаружилось. Нет. Куда больше мне нравилось чувствовать себя избранной. В чём-то особенной. Чем-то отличающейся от других. Не таких. Убийственно_серых. Мертвенно-бледных. Других. Забираю твоё пальто, чтобы через секунду поместить его на вешалку. А ты продолжай расправляться с моими сомнениями. Или же, напротив, вдыхать жизнь в них. Говоря честно, я приму любое вещей положение, каким бы дерьмовым, прости за французский, оно не было.
— Ну же, проходи, не стой на пороге, – и в подтверждение вышесказанного прохожу в гостиную. И вновь тебя за собой за руку, этим самым пытаясь помочь побороть стеснение, что вечно под ногами мешается. Тонкими пальцами свободной руки пригребаю назад волосы цвета «воронье крыло», дабы не мешались перед глазами зря, а затем на диван плюхаюсь, не забыв тебя за собой утащить_отпустить твою холодную руку после. — Может быть, кофе, чай, шоколад горячий или ещё что? – согреться не помешало бы, я уверена. Унять дрожь по твоей коже. От холода.
______________________________
look

+1

4

Нервно топаю левой ногой, кусаю до крови алые губы свои. Из-за этого припухают, становятся шершавыми, но вкус чуть-чуть солёной крови во рту даже нравится. Как томатный сок, который мне, кстати, нельзя, только более однородный и "матовый".
Собираюсь уже уходить. Слишком рано, но ждать как-то не по кайфу. Наверное, так оно и лучше. Буду знать, прежде чем соглашаться на желание "заказчика" чуть пошалить. Ну и где он? Теперь-то? Ушёл? То-то и оно. Кто ж догадывался, что он не знает простого понятия, как резинка? Ну ладно, презерватив, если не может совладать с собой во время полового акта? А с виду как накрахмаленная доска - опрятный, красивый, не лишённый чувства юмора, обаятельный, внимательный к собеседнику_собеседнице, и далее по списку.
И наконец дверь приоткрывается. Та, на которую смотрела. Тёмная, точнее, вовсе чёрная, самая обыкновенная дверь на лестничной площадке. Однако из-за неё показывается вовсе не та, которую ожидала увидеть. И вообще не она, а он. Хотя, да, чем-то похож. Своими длинными иссиня угольными волосами.
- Ну привет, красотка. Что привело тебяяя в столь поздний чааас?
От его певучего голоса, прокуренного да пропитого, окаменела. Не в силах и язык повернуть в какую-либо сторону. Вообще. Лишь хмурюсь, словно посреди ночи слышу писк комара над ухом. Больше всего мне не хочется вспоминать о своей работе. Уже бывшей работе. А тут... Пример во плоти. Только не такой опрятный, не красивый, лишённый чувства юмора, не обаятельный, не внимательный и далее по списку.
- Извините. Я ошиблась...
Говорю тихо, да словно за раз на спор засунула в рот двадцать пирожных. Вкусно, ни ничерта не понятно.
- Для тебя я буду тем, кем захочешь.
Если после этой фразы должен был быть позыв самца, то я его не особо то и наблюдала. Стоит тут, выпятив пузо вперёд, обтянутое жирной рубашкой и думает, что выглядит как Аль Пачино. Что за наглая ложь? У второго даже трусы были и то симпатичнее.
- Аривидерчи, милый, - вздёргивая руку, жестом показываю, мол, "сорри, но в пролёте".
Внезапно меня окликают сразу после своих слов, чуть не перебивая. Не теряя секунды, оборачиваюсь. С меня этого секси хватило до следующей работы. Всё правильно. Правильно. Нашла того, кого искала. Говорят, кто ищет - тот всегда найдёт. Но я уже сдалась. Так что и этот мужик заслуживает похвалы, потому что задержал меня тут на лишние мгновения. Забыть невозможно, поэтому ощущения, что видела ещё сегодня утром. Когда протянула руку, поняла, что спасена. Отчасти, но всё же не одна. Не одинока как последний лист на клёне. Никто не сопротивлялся, а я ещё хочу жить, ещё хочу быть частью его. Не хочу падать. Хочу смотреть на всех оттуда, свысока. Только вот... Не мечтаю об этом. Да и как-то не особо нужно. Что хотела, получала раньше. Расплатиться бы пора уже как лет "цать".
Почти что вбегаю в квартиру, в которой раньше не была. Однако быстро ориентируюсь. Но сил, чтобы повесить одно пальто на вешалку выше меня - непосильная тяжесть. И ведь как-то доплелась до этого дома, до этого этажа, до этой квартиры, не сломавшись ни разу. Лишь "до". Что ещё ему сказала - не помню. Точнее, в полной беспутице. Не та личность, которая смогла бы заинтересовать.
Кивок в знак согласия. Да, действительно не своя. Не та. Сама чувствую, что оболочка собственная давит на кости. Или кости давят на неё? Не столь важно. Ведь пришла отнюдь не за этим. Только вновь трушу. Вновь трушу как последняя дворняжка, даже после твоей гостеприимности. И после того, что брала меня за руку, забирала у меня верхнюю одежду, предлагала тёплые напитки. Вроде то, чего не хватало эти четыре-пять дней, но по прежнему чувствую, что внутри - пружина. И пока тугая.
Пожимаю плечами вновь, через несколько секунд, после предложенных напитков.
- Не знаю.
В голову абсолютно ничего не лезет. Пусть и пришла поговорить. Но не об этом ведь. А выложить цель незапланированного визита боюсь. Стесняюсь.
- Не уверена... Что-то в последнее время всё сошло с привычной колеи. У мамы с папой размолвка... Кажется, пустяк, по типу "кто украл мою ручку из пенала?", а цацкаются как кошка с собакой... И меня, получается, игнорируют...
Отчасти было правдой, но лишь так. Если честно, преувеличила всё до последней интонации в голове. Пытаюсь так настроиться на то самое, с чем пришла.
- Наверное...
Вырывается само собой и кажется, что выдаёт с головой.
- У меня проблемы, Аврора...

Отредактировано Miranda Warren (2013-02-25 20:50:29)

+1

5

Неопределённо пожимаешь плечами. Не знаешь, чего хочешь. А хочешь ли ты вообще хоть что-нибудь? Ладно, сейчас пошлём к чёрту мою гостеприимность и разберёмся со всей навалившейся на тебя грудой. Потом, если пожелаешь, чай приготовим вкусный. Угощу тебя тортом. Сладким таким. С кремом и ягодами цвета алого разновидностей разных. Хочешь? Не знаешь. Но, если  захочешь вдруг что-нибудь – говори, не стесняйся. Потом. Не сейчас. Сейчас разобраться бы. Или хотя бы начать это делать, а не сидеть, сложа руки. Проблемы, жаль, не имеют привычки решаться самостоятельно.
— Дуристика. Но ты не переживай. В конце концов, они всё равно решат, кто в семье главный. Война пройдёт, а ты старайся не вмешиваться в их разборки. Ещё, не дай Бог, виноватой окажешься. Даже в том, чего не делала никогда. Ох уж эти взрослые. У них всегда и всё слишком сложно. Поспорят, поорут, разбудят соседей сверху-снизу, сведут с ума, а потом скажут, что всё так и было ещё «до того как». И, знаешь, мне остаётся молча тебе не_завидовать. Никогда не понимала сути всех этих скандалов. Отчасти потому что скандалов как таковых в моей семье никогда не было. Мать ушла из семьи, тем самым освободив отца от ежедневных головомоек. Мы остались вдвоём. Да, всё не было идеально. Порою мне не хватало, как не банально – внимания. Позже смирилась с жестким отцовским графиком и несказанно радовалась каждому моменту, проведённому в его компании. А ещё ценить научилась. Так что подобные ситуации порою только на пользу. Ободряюще улыбаюсь тебе, не вдаюсь в детали из моей жизни. К чему тебе проблемы мои_чужие?
Произносишь своё «наверное» и умолкаешь. Довольно-таки длительная пауза, за которой следует «у меня проблемы». Значит, ссора родителей была лишь своеобразным постепенным подходом к главному. Не свожу с тебя пытливо-любопытствующего взгляда, слежу за сменой выражений на твоём лице. В мыслях тем временем миллион самых разных вариантов появляется. Что же послужило причиной твоего приезда ко мне?
Мои варианты? Да, пожалуйста. Только как бы они тривиальными не показались. 1) Твою квартиру затопила сволочь, живущая сверху и теперь тебе обитать негде; 2) заявился тот, кто квартиру сдаёт тебе и скомандовал сегодня же выселяться; 3) нет денег – заплатить за жильё нечем; 4) погнали в три шеи с работы и теперь не знаешь, что тебе делать; 5) поругались родители – приказали выбрать, по чью сторону баррикад находиться будешь; 6) умерла любимая кошка/собака; 7) парня убила, труп в багажнике расчлененный и что с ним делать, увы, не знаешь (соответственно, вместе придётся думать над этим нам, так как от бывших своих я ещё не избавлялась подобным способом); 8) в машине нашли наркотики, грозятся в тюрьму посадить, если не додумаешься спасти свою соблазнительную пятую точку взяткой; 9) врачи расписали целый «букет» болячек, которых на деле быть не должно вообще; 10) парень умер любимый, но вовсе не с твоей лёгкой подачи. Что же из предложенных выше вариантов могло с тобой приключиться? Или моя фантазия не настолько сильна и разнообразна, так и не выдала правильного варианта?
— Насколько глобально всё? Я смогу чем-то помочь? Или могу даже не пытаться, потому как всё тщетно и ничего уже не изменить? – вопросы, как полагалось, в логичной друг за другом последовательности. Нет? Тогда мысленно попрошу прощения. Мозг к ночи теряет дневную работоспособность.
— Иными словами… Может, расскажешь, что с тобой приключилось? Увы, я не научена читать по глазами. Не ловлю в свои цепкие сети твои мысли. Порою становится грустно оттого, что не наделена подобной способностью, но желание обладать ею пропадает ровно в тот момент, когда в голове появляются все последствия её, минусы. Сколько людей – столько мыслей. А значит – буду абсолютно всех слышать. Всех и сразу. И, если толпу вслух рассорившихся, ещё можно как-то утихомирить, то чужой поток мысленный не подвластен кому-либо; не сможет остановиться по чьей-то громкой команде. Так что с подобной способностью можно сразу заказывать себе место в палате с белыми, мягкими стенами. Но и там – не факт, что от мыслей чужих скроешься. Прячу под себя ноги, как бы на них пересаживаясь, руки помещаю на спинку дивана, подбородком упираюсь в руки собственные же, не сводя с тебя взгляда внимательного. В ожидании.

+1

6

- Да, думаю, ты права. Не конец же света - их ссора...
Повторяюсь следом, дабы делать вид живой девушки, а не умерщвлённой бабульки. И, естественно, становлюсь глупее в глазах собеседников, чем прежде. Порой именно это и спасает. Просто притвориться отстранённым человеком, живущим вдали от других, и смотреть на них. Не смеяться, нет. Просто наблюдать. Они шумят, смеются, переживают, слёзы льют, улыбаются, нервничают, страх испытывают, и вновь счастье-удовольствие в одном флаконе их накрывает. Я же - по ту сторону. И так удобнее. Быть независимой хоть в каком-то отношении.
- Они любят друг друга. Даже больше, чем я вижу. Даже больше, чем сами они осознают. Помню, возились со мной, как с маленькой... Хотя, да, я ж была маленькой. Помню, как досадовали, что зонт сломала металлический. Взрослый, мол, вряд ли сделает, а тут залезла Миранда в него словно в кораблик, который по течению речки плывёт, и вот так вот сломала троечку, а то и более спиц... Или... Дураком, помню, папу обозвала, пока он в мастерской комнате возился... Или где-то ещё, где было много красок, холстов и пахло соответствующе. Помню, побежала тогда от него, ибо хотел вставить мозги мои детские, да никудышные на место, так как шёл за мной, когда от него бежала. Бежала к маме, только вот лбом приземлилась не к её ногам, а здорово припечаталась к раскалённой духовке сзади неё. Итог: преогромная алая шишка, которую мне вечно намазывали то одной мазью, то другой, и никогда не прикрывали головным убором, даже когда я капризничала. Понимала, что некрасиво, но никто не слушал меня... До сих пор иногда болит именно в той части, напоминая о том происшествии и по сегодняшний день... А потом, уже через несколько недель, папа вновь завёл разговор на эту тему. И тогда он сказал, что вовсе не хотел дать мне оплеуху или по мягкому месту пару раз ремнём надавать... Просто хотел, чтобы я уяснила тогда, что взрослых называть так нельзя. И что вообще слово это плохое, не для девочек оно. И пошёл за мной потому, что дёру быстро дала, не дав себя окликнуть...
Перевожу дух со своего внезапно начавшегося монолога, который был лишь ответом, по началу, на изъяснения сказанные. К чему? О чём? Почему? А, да... Ведь как бы ненавидела своё положение, люблю я, всё же, детей. Совесть не позволяет решиться на аборт перед ними, но и жить с такого возраста с кем-то на шее - не моё. О, и бое упаси назвать карьеристкой меня. Вообще не из того сословия. Ни разу. Да и работягой-трудоголиком тоже. Из кожи вон не лезу. Отменной памятью и умом не отличалась. Точно не в той жизни обзаведусь данными чертами. Особенно последней. Посади в класс с маленькими детьми, что оканчивают первую ступень школы, выяснится, что меня умнее раза в два. И справедливо ведь. Не обижусь. Ибо такое мне и место. В самом конце. Как можно подальше.
- А...?
Растерянно и явно потерянно. Кажется, всё же успела уйти к себе, поболтать, чаю попить, и тут же, на планете Земля, в квартире не своей, как и должно быть. Ну что, Уоррэн, может, хватит тянуть кота за всего выпуклые места его, а заодно и кота чужого, не своего, и рассказать всё, что хотела, с чем пришла?
- Я... Не знаю... Я... - Иисусе, ломаюсь как наркоша последний, получивший дозу последнюю дня три назад, не менее. Неужели так словно всего два слова произнести? Два! Всего лишь "Я беременна". Без распространения и обособления иными членами предложения. Уже бью свои же рекорды в соревновании "Кто дольше всех жмётся".
- Я надеюсь, ты не наругаешь меня...
Пф. Уоррэн превзошла саму себя - говорить сверстнице, да ещё и не последней в списке знакомых, плюс ко всему младше её, чтобы не наругала. Может, в таком случае, чтобы и мягкое место в цвет сливовый не превращала ремнём, либо ладонью? Но если серьёзно, то всегда относилась без вызывающих манер к людям, да привлекающих к своей персоне посторонний глаз. Надо будет - буду во внимании купаться.
- Я беременна.
Взгляд снующий по углам, и не спешу менять его траекторию.Пусть пока там, вдали, чтоб вдруг под "метеоритный" дождь не попал. Но плюс был, безусловно, на долю тысячи минусов - я сказала ей это. Пересилив, переборов, не застеснявшись, призналась. Честно. Однако в тишине посидеть поразмыслить не получиться. Как бы не так.
- Да, вот так вот, беременна, - отвечаю на незаданный вопрос, продолжая монолог-дубль два, - узнала об этом не более недели назад. Четыре или пять дней. А сколько на самом деле хожу пузатая - точно сказать не могу. Усталость сильную почувствовала, изжогу, головокружения стали посещать. К маме обратилась, как раз во время апогея сего выяснения их отношений. Посоветовала к врачу, естественно, прогуляться. Прогулялась. Кровь сдала из вены. Ну она меня и обрадовала, мол, подозрительно кое-чё ей её машинка выдала, которая кровь в баночке мешает со скоростью тысяча оборотов в микросекунду. Интересно ж ведь, а мало ли - СПИД или ВИЧ подцепила. Оказалось, как видишь, хуже...
Утихаю... Угасаю, словно мотылёк перед пламенным рассветом, словно пламя от силы ветра, преклоняясь ему. Вдох кажется слишком поверхностным. Беру глубже, и понимаю, что нос полностью забит. Тогда и даю волю себе. Уже дважды за вечер один единственный, качая головой, словно отрицая то, что это я, это я беременна! Я! Сама я!
- За что мне? Почему я? Ну? Почему? Я же живу, не мешаю никому; дышу, ни у кого кислород не забирая лишний, на всех ведь хватит его; я же... Да, грёбанная жизнь, я вообще никому и ничего... Из-за чего тогда достаётся? Из-за чего?
Сворачиваюсь по привычке в комочек, только сидя, к ягодицам пятки подгибаю. Непроизвольно, сама не понимая, кладу голову на плечо. Не своё. Твоё. Содрогаюсь от истерики пришедшей только что, и пока остановиться, увы, не смогу. Даже при большом желании никак. Сидишь сбоку от меня, такая красивая и самоуверенная в достатке, и я, разбитая, ни на что не способная. Кто-то говорил, что искристый человек ни за что не найдёт общего языка с тихоней наедине. Что ж, мои поздравления.
- Что мне делать дальше, Аврора? Что? Банальное "что"?
Хочу ли совета? Да, но навряд ли такого, что будет противоречить моим взгляда на эту ситуацию. Если скажешь "Делай аборт" навряд ли пойду завтра же на этот шаг. К тебе пришла, но за тем ли, чтобы оценить эту ситуацию объективно? Скорее, пришла в поиске утешения и неодиночества.
- Что...? Я же... Я же... - челюсть дрожит, будто при лютом морозе, от этого и запинаюсь, - Я же жизнь только начинаю...

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » i guess i was wrong