vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules
Сейчас в игре 2017 год, январь. средняя температура: днём +12; ночью +8. месяц в игре равен месяцу в реальном времени.
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru
Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Быть взрослым и вести себя по-взрослому - две разные вещи. Я не могу себя считать ещё взрослой. Я не прошла все те взрослые штуки, с которыми сталкиваются... Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » i’m gonna give all my secrets away.


i’m gonna give all my secrets away.

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

http://f4.s.qip.ru/Myy9DswX.jpg
who? цезарь и амбрелла
when? март, 2013 год
where? у Эйвери дома
what happend? куда же идти после отличной попойки на дне рождении у подруги как не к Цезарю, "любимому" другу? и как же устоять перед туевой хучей мыслей и эмоций, которые так и лезут наружу, желая быть высказанными? вот только разговоры разговорами, а на утро надо будет как-то Цезарю смотреть в глаза! хотя, у того на мой счет свои планы, но он даже не догадывается, что своей "шуточкой" вытащит из меня достаточно ценный и внезапный секрет, который я хранила как зеницу ока.

0

2

И когда это приглашение на день рождения подразумевало под собой грандиозную попойку в компании знакомых и незнакомых личностей с учетом главного героя торжества именинника или именинницы?  С каких это пор подобные мероприятия стали проходить именно так? Нет, не то, чтобы меня это не устраивало, или я была против – хотя и не «за», - но почему нельзя просто собраться в кафе или чайной забегаловке, посидеть тихо и спокойно за столиками, разговаривая на любые темы мирно и не привлекая к себе внимание? Почему теперь мы, молодежь, любим снимать квартиры или коттеджи, накрывая стол не только обычной горячей картошкой с мясом и салатиками, но еще и хорошим, качественным, крепким алкоголем,  а так же основным «блюдом», именуемым пиво? К чему все эти пьянки, убивающие наши организмы раз и навсегда? Да что там организмы, мозги в первую очередь! Наше поколение и так давно стало называться деградирующим, так зачем мы усугубляем ситуацию?
Однако… Все это мое личное мнение, которого я сегодня не больно то и придерживалась ввиду того, что Нора, моя одногруппница, которой буквально час назад стукнуло девятнадцать лет, решила сразу после учебы собрать всех своих близких друзей в большом двухэтажном домике, что она сняла за месяц до праздника, а вот мне сообщила об этом лишь на первой паре за что получила нагоняй (ну, такой, добрый, «любя», как говориться). И все бы ничего, я успела сообщить о своем решении не пить сегодня, как вдруг мне влетел не слабый подзатыльник от Норы со словами, что если я не напьюсь, то она обидится на меня до конца своей «очешуительной» жизни. Собственно, я до конца надеясь, что девушка шутит, пока мне не всучили две бутылки пива с условием, что если я их не волью в себя, мне это сделают насильно через задний проход.
Угроза была довольно таки зловещей и настораживающей, поэтому спорить я не стала, да и негоже портить настроение имениннице. Так что, влив в себя две по ноль, пять, я ничего не почувствовала, кроме небольшого расслабона, который обычно ловила после такого количества выпитого алкоголя. Легкая эйфория и приятная волна пронеслась по телу, ударяя в голову, но я понимала, что это пройдет через часок другой, поэтому не обратила внимания. А зря.
Как-то так вышло, что я, оказавшись в объятиях Норы, выпила с ней виски: не один и не два стаканчика, а затем, покурив, меня так расплющило, что просто, мама, не горюй! Помню потом были танцы и караоке, еще, что какой-то краб пытался меня затискать своими лапищами, но Аманда, еще одна моя одногруппница, оттащила меня от того пьяного существа и настучала по голове. Далее я, кажется, с кем-то целовалась (или это была помидорка?), после снова танцы, сигареты, еще немного пива, виски, портвейн, снова пиво и сигареты… И я улетела на небеса, стоя возле раковины и собираясь ее испугать не совсем правильным «бу». Однако ничего не вышло, и я в очередной раз поняла, что пить совершенно не умею!
И вот, представьте: часы показывают шесть утра, в доме все перевернуто с ног на голову, кто-то только укладывается спать, кто-то уже давно лежит мордой вниз, другие ползут до дивана, а остальная часть продолжает допивать и доедать оставшиеся продукты и напитки. Вот вроде нормальные люди, ведут себя адекватно (!) после веселой отмечаловки, а я… Я ухожу из дома, набираю номер такси, жду, когда подъедет машина, сажусь в нее и еду по названному адресу, который сорвался с губ на каком-то магическом подсознательном уровне! Водитель косо смотрит на меня, но довозит до нужного мне дома, получает свои деньги и уматывает от греха подальше, даже не пожелав мне удачи. Безусловно, хрен с ним! Даже не обидно. Я медленно продвигаюсь к знакомой двери и опираюсь о нее своей головой, издавая непонятное мычание. После соображаю – да, я еще что-то соображаю! – что вышла полная белеберда, отрываю свой тяжелый чайник от двери и, запрокидывая ее назад, кричу:
- ЭЙВЕРИИИИИ! – руки начинают хаотично стучать по дереву как по барабану, затем в ход идут ноги. – ЦЕЗААААРЬ! – еще одна попытка доораться до хозяина этой чудесной каморки. – ОТКРЫВАААЙ! – к горлу подступил комок, заставляющий меня на секундочку заткнуться (нет, я просто икнула). – Я пришла, - на выдохе произношу я уже тихим голосом и продолжаю колотить дверь всеми частями тела.

Отредактировано Umbrella Rookwood (2013-03-19 19:02:54)

+1

3

В шесть утра у меня, как правило, существует два вида "не сплю" (заметьте, других состояний в природе не существует для данного времени суток): еще не сплю или уже не сплю. Второе встречается в моей жизни гораздо чаще по той простой причине, что я жаворонок, а значит это - будничное, нормальное состояние организма для столь раннего часа. Первое же "не сплю" случается тогда, когда жизнь закидывает меня на какую-нибудь тусу, которая длится до утра, что я, в общем-то не очень люблю. Сегодня...точнее, вчера, которое плавно перетекло в "сегодня" я был на достаточно специфичном мероприятии - практически закрытом. Это была вечеринка для определенного круга людей, куда я был неебически (простите мне мой французский, но за последние пять лет это был самый крутой прорыв в моей зарождающейся карьере) счастлив попасть. Меня пригласили скорее в порядке исключения и что называется "на перспективу", и даже скорее не пригласили, а "провели" - в качестве не то протеже, не то просто младшего приятеля, достойного внимания. На вечеринке гужевали уже состоявшиеся актеры, продюссеры, режиссеры с ассистентами, и прочая кинотворческая братия; не обошлось и без людей, имеющих к производству кино такое же отношение, как тигры к запуску шаттлов - у тех попросту водились деньги, которые в перспективе могли быть вложены в новый проект. И, несмотря на то, что первое время меня практически игнорировали и не воспринимали всерьез, чувствовал я себя там довольно уверенно - я методично и спокойно обзаводился новыми знакомствами, достойно поддерживал тематические беседы (к счастью, эта компания не имела ничего общего со светским обществом, в котором принято обсуждать погоду и половых партнеров отсутствующих господ), так что в конце-концов, кажется, мне удалось несколько укрепить свои позиции среди этих акул блокбастеров - некоторые, скажу без лишней скромности, даже запомнили мое имя.
   Ближе к концу вечеринки я практически нос к носу столкнулся с личностью, чей рассеянный и слегка забитый вид красноречиво говорил о том, что он здесь - случайно. Или даже тайно, незаконно. В процессе беседы мои догадки подтвердились - парниша оказался начинающим сценаристом - он пылко и с горячностью, присущей вдохновенной юности, убеждал меня в своем уникальном даре, сетовал на то, что никак не может протолкнуть свои два шедевра; что уже дважды прогорел на нечестных агентах и что последние деньги отдал, чтобы попасть на эту вечеринку. Мне понравился этот парень, но, к сожалению, помочь я ему ничем не мог. Кто я? Начинающий режиссер. Мальчишка-недоучка. Да, я верю в силу своего таланта и знаю, что в будущем смогу потрясти, возможно, не одним киношедевром мир, но пока что я - никто, трезво оценивающий свои возможности. Я пообещал посмотреть его сценарий, хотя слабо верил в то, что это хоть что-то ему даст. На том мы и разошлись под утро.
  Открывая перед собой уютные апартаменты (если так можно было назвать скромное обиталище, которое даже мне не принадлежало), я еще не был вполне уверен - улягусь ли спать, заранее зная, что в шесть утра жаренный петух по своему обыкновению начнет клевать меня в зад, или отложу сон на завтра. Слипающиеся, отяжелевшие веки, а также легкое жжение в глазницах тонко намекнуло, что сон, пусть даже краткосрочный, мне не помешает, а я спорить не стал - скинул жакет, расстегнул рубашку, распотрошил ремень и выпал на диван в гостиной, планируя убаюкать возбужденное событиями сознание чтением "через строчку" дилетантского сценария. Но глаза мои не сомкнулись ни через пять, ни через десять минут - напротив, они полностью сосредоточились на информации и, следует отдать должное тому пареньку, я продолжил заглатывать строки более вдумчиво и внимательно.
  "Слышится стук в двери - "рваный" и неритмичный.
     - Лааааки! - Лаки узнает голос Эйприл, поднимается с дивана, открывает двери. Эйприл возбуждена и пританцовывает на месте от радости."

  На сем в мой сценарный мир ворвалось нечто, очень соответствующее антуражу писанины, однако вполне себе материальное. Я отчетливо услышал сначала стук, потом свою фамилию и, наконец, имя.
- Руквуд? - в отличие от Лаки, я не подскочил с места, а лишь повертел головой в поисках часов, обнаружил оные над камином и, обнаружив, что стрелка замерла на шести утра, удивленно изогнул бровь. Правда, после я все же встал, потому что там, за дверью, все еще стояла нежданная визитерша - и сомнительно, чтобы она вот так просто отступилась от своей идеи до меня достучаться. Думаю, не стоит уточнять, насколько странно это все выглядело и насколько я был заинтригован, распахивая двери перед Руквуд.
  Если честно, я ожидал увидеть что угодно - начиная от Амбреллы в спортивном костюме и с требованием совершить утреннюю пробежку вместе с ней, и заканчивая её же в сотне иных "конфигураций". Но когда мне навстречу буквально ввалилось нечто, пахнущее всеми прелестями злокачественной попойки (видимо, дверь была единственной опорой для девушки и, потеряв её, она потеряла еще и равновесие), я, конечно, среагировал быстро и достойно - поймал едва стоящее на ногах тело, но прилично так... простите...прихуел.
   От Руквуд пахло не только алкоголем и  сигаретами. От нее пахло мужиками, от чего захотелось вструсить подгулявший субъект и допросить с пристрастием, каким образом она "вывалялась" в этом мерзком запахе. И какого хрена после этого пришла КО МНЕ?! Знаю, что девушки в таких случаях за неимением нынешних любят докучать бывшим, но я-то к этой категории какое имел отношение?
  - Пресвятые прожекторы! - пятясь вместе с висящей на мне Руквуд сделать несколько шагов назад, пробормотал я.
  Нестандартная такая ситуация. Непредсказуемая, я бы даже сказал. - Чем обязан? - как общаться с пьяными девушками, я знал лишь в теории, которая в таких ситуациях машет платочком и рассеивается в голове где-то среди междометий и нецензурных мнений о происходящем.

+1

4

Знаешь, Эйвери, я тону. Я тону в этом чертовом, богом проклятом мире. Тону и не понимаю, как докатилась до этого. А ведь по сути ничего и не случилось. В этом ли вся ирония?
Сегодня был хороший день, но я сама все испортила. Я снова все испортила и разрушила, позволив алкоголю взять надо мной верх, одержать победу, проникнуть в самые потаенные уголки моего подсознания и разворошить там буквально все. Да, Цезарь, я захлебываюсь. Захлебываюсь своим же самобичеванием. Но мне это нравится. Я, кажется, ловлю от этого странный кайф.
В моей жизни сейчас происходило что-то особенно приятное и важное, и я это прекрасно осознавала. Мне нравились все те изменения, которые неожиданно появились на пороге моего дома, моих мыслей, моего мира в целом. Мне казалось, что ничего лучше со мной не случалось. И не думаю, что я ошибалась всякий раз, когда только позволяла себе подобные думы. Я считала, что должна наслаждаться сегодня и сейчас тем, что имею, что дарит мне Судьба. И я реально получала неизгладимое удовольствие от всех новых сюрпризов. Мое сердце вытанцовывало такие пируэты в груди, что даже самым известным балетмейстерам не снилось! Оно вращалось как юла под песню Лу Бега – Mambo №5, даже не думая о последствиях и не забегая вперед, в будущее. Да и к тому же, что мне было особенно непонятно и странно, разум вдруг был не против! Вернее… В отсутствие тебя он уходил на задний план, не мешая веселиться моему сердечку.
Черт. Все из-за тебя, Цез. Во всем виноват ты. Почему ты не оставил меня в покое? Зачем ты появился тогда, на концерте? Зачем я перепутала комнаты? Почему ты потом вытащил меня из дома, увез за город, признался в том, что я тебе нравлюсь. Почему ты просто не мог оставить все так, как было? Закончить наши встречи раз и навсегда! Ладно, моя вина тоже есть – я пошла с тобой в центр для беременных. И это смешно. Да, я смеюсь. Но… Черт. Ты меня сбиваешь с ног! В прямом смысле этого слова! Ставишь подножку, а я падаю. Долго и мучительно. Словно в замедленной съемке.
Зачем ты так? Почему именно я? Почему сейчас? И неужели все это правда?
Я сегодня пошла на день рождение к подруге. Думала, смогу отвлечься, смогу не думать о тебе, но все вышло из-под контроля в тот самый момент, когда чьи-то руки прикоснулись ко мне. Я вспомнила о тебе. Черт! Пока меня лапал какой-то левый хлюпик, я думала о тебе, Эйвери! Господи, да знай ты об этом, на смех бы поднял, загордился бы собой и в миг размазал бы меня как маленькую муху! Обалдеть можно! А потом… Потом меня отпустило. Меня увели от приставучего парня, промыли мозги и отвели в другую комнату. Но лучше не стало, иначе бы я не приехала к тебе.
- Ооой, - произношу я, когда падаю тебе на руки и чувствую, как ноги буквально перестают существовать вместе с моим телом, волочась где-то позади. – Д не над мня держать! – я резко поставила свои две пятки на пол и перенесла вес назад, чтобы от тебя, так сказать, отлипнуть. Напрасно, потому что если первые секунды три я еще держала равновесие, то уже на четвертой секундочке мне пришлось нелегко – система дала сбой, и меня хорошенько понесло назад, но я вовремя развернулась и оперлась спиной о стену, прижавшись к ней и сползая вниз. – Не упал, - вынесла я свой вердикт, поднимая на тебя свои два карих глаза и улыбаясь. – Знаешь, Цез, - я говорила достаточно серьезно, и это подтверждалось моим сосредоточенным взглядом на тебя и нахмуренными бровками. – Вобще я… Пффф… Кроче! – я присела на корточки, поддерживая корпус ладошками, что опирались о пол, затем случайно (вот прям совершенно ненарочно) упала на коленки, но таки встала (!), встала с пола! – Я пришла вести пре… Перегр… Поговорить пришла я!
Ох, только не смейся надо мной, Эйвери. Все, что угодно, только не смейся. Ну и, естественно, не воспользуйся ситуацией, потому что, несмотря на мой корявый язык и координацию, которая не уступает по корявости языку, я могу соображать в плане тебя.
- Пшли! – машу тебе рукой, обхожу твою тушку, придерживаясь за чье-то (черт, твое же!) предплечье и… - Упал, - целую коленками пол, спотыкаясь о небольшой порожек. – Пмги! – бью руками о линолеум и жду твоей помощи.
Это будет веселая ночка, Цезарь. Да и то ли еще будет.

+1

5

Если изначально странный ночной визит каким-то мистическим образом и походил на мое ночное (а скорее, наверное, все же утреннее) чтиво, то теперь, когда ЭТО начало очень неубедительно передвигаться и складывать звуки в человеческую речь, вся аура таинственности и за компанию - сходства со сценарием, в момент отсалютовали и  двинулись в иное измерение.  И под "этим" я подразумеваю Руквуд, потому как назвать полу-недвижимость, у которой алкоголь  вытеснил из организма кровь, именем или хотя бы даже моим излюбленным "Вудс" - сущее кощунство. Ну да ладно, по старой памяти и авансом, и учитывая тот неоспоримый факт, что тело все же принадлежало одной моей знакомой, будем называть тело именем
  Я не нахожу нетрезвость саму по себе хоть сколь-нибудь забавной, на самом деле. Я могу накуриться и ржать до посинения, но вот пьянство - пф, бр и прочие междометия, которыми можно выразить неприязнь. Но черт... Руквуд действительно выглядела достаточно комично, особенно в этих бесконечно стереотипных попытках доказать всем вокруг свою адекватность и исключительную способность держать тело в вертикальном положении без точки опоры. Я с трудом сдержался, чтобы не прихрюкнуть от смеха, но усталость давала о себе знать - было ощущение, что моему организму попросту лень издавать всякие не особенно важные звуки и движения, поэтому диафрагма даже не содрогнулось под действием зарождающегося смешка, и я остался серьезным и сосредоточенным на том, чтобы, в случае необходимости успеть предотвратить беду - поймать Амбреллу до того, как она успеет что-нибудь себе расквасить.
- Да, конечно. Поговорить - почему бы и нет, - на полном серьезе киваю, стараясь ни единой интонацией не выразить то, с каким неуклонным и вполне естественным недоверием я отношусь к разговорам втроем (Я, она и Зеленый змий). Потому что стоит только не-трезвеннику учуять хоть толику вашего несерьезного отношения, как вы будете обречены на выслушивание долгих и путанных аргументов уже на другую тему - в пользу адекватности и полного трезвомыслия его, едва на ногах стоящего. Оно нам надо? Нет. Лично я хочу выслушать, что там сгенерировал мозг Руквуд, уложить её спать и прилечь хотя бы ненадолго самому, так что сделаю вид, что нисколько вообще не сомневаюсь в том, что разговор ее на самом деле важен и серьезен.
- Ээээ-ге-гей! - я честно попытался успеть поймать эту Пизанскую Башню. Но, в отличие от оригинала сего архитектурного шедевра, который стоит в таком "падающем" состоянии не первое десятилетие, моя "недвижимость" рухнула быстро, и не оставляя мне шансов хоть как-то это предотвратить. Ну, теперь-то мне спешить некуда, поэтому я неторопливо присаживаюсь на корточки и терпеливо помогаю Руквуд подняться на ноги и теперь уже не собираюсь пускать в самостоятельное плавание, даже если длина маршрута в сумме составит всего несколько шагов.
  Усадив "гостью" (вы слышите эту иронию, да?) на диван, я присаживаюсь на кресло напротив, теперь нас разделяет только журнальный стеклянный стол на колесах с графином воды (как в лучших домах Парижа, угу).
- Ну... Давай поговорим, - да, мне бы, кстати, хотелось знать, что вообще за повод был вливать в себя такую дозу алкоголя, после которой даже лошадь бы блевала, но сейчас чем меньше вопросов я задам, тем больше вероятность, что удастся в ближайшие пол-часа отправиться спать (идею таки дочитать главу сценария я отмел сразу же - вариант заведомо проигрышный и не имеющий шансов на жизнь). Так что буду серьезным, внимательным, и просто лапушкой. На самом деле, я просто хочу спать, и сейчас шесть утра. И тем не менее, я готов выслушать всё. Обвинения в свой адрес - да, как же без них. Ведь за этим и звонят бывшим после шумных попоек - рассказать, каким он был козлом, как был не прав и что просто обязан сейчас посыпать голову пеплом и исправить все разбитое и треснувшее. Расскажи мне все то, что ты уже говорила, - разве могу я услышать что-то новое? Расскажи, что я не имею права говорить после поцелуев, что ты мне нравишься. Расскажи, как я коварен, если могу пойти на подобную игру на чувствах. Ах да, расскажи мне вообще в принципе, как я бесчувственен - ведь я на своем веку бросал стольких девушек, и стольких же коварно обманывал. И хотя ты не выглядела настроенной воинственно, я почему-то не могу представить себе, чтобы разговор имел какое-то другое направление, поэтому с видом отчаянного миротворца скрестил руки на груди и воззрился прямым спокойным взглядом на тебя.

+1

6

Кажется, упустив момент поднятия себя с пола и «дотаскивания» до этого мягкого и комфортного сиденья (я прямо таки чувствовала, как погружаюсь в него пятой точкой все ниже и ниже, растекаясь в подобие лужицы, а спиной «укутываясь» в спинку кресла), я случайно пустилась в воспоминания о том, когда последний раз была настолько пьяна.
В голову не лезло ничего, кроме… Того дня, когда я застала отца с какой-то бабенцией у нас дома. Ну, как бабенцией – симпатичной длинноногой полуобнаженной красоткой – вы слышите эту иронию, да? Конечно… Тогда я сильно напилась. От отчаяния. Но… Если сейчас я была еще в этом мире, то в прошлый раз я отключилась. Причем вышло это совершенно случайно! Насколько мне потом рассказывали, я была даже очень «в уме», а потом вдруг просто – бамс – и уснула, и все. Домой меня привез/приволок/уложил спать тогда-еще-незнакомый-мне-парень, которого потом, на следующий день, я встретила в университете. Помню, насколько была шокирована и напугана, увидев его. Помню, как мне хотелось провалиться сквозь землю – «тот неловкий момент» давал о себе знать по полной программе. А стыдно-то как было! Кто бы только знал! Однако все закончилось хорошо: с тем юношей я после познакомилась поближе, даже была в него влюблена какое-то время. Вернее, меня к нему непреодолимо тянуло – он был интересный собеседник и приятный человек высоких моральных устоев. Мне это всегда нравилось в юношах, однако… Система дала сбой, когда вдруг мое сердце отдало предпочтение ушастому несносному и невыносимому Эйвери! Сейчас признавать насколько он мне нравится гораздо проще, чем на трезвую голову, ибо разум не вмешивается в думы пьяного сознания.
И вот на данный момент лопоухий сидит прямо передо мной. Сидит такой милый, такой хороший и… Мне так хочется его обнять! Я мысленно идеализирую его, внимательно рассматриваю сквозь полузакрытые глаза и делаю какие-то выводы.
- Слушй, - я подаю корпус резко вперед, отрывая тело от спинки кресла. Оно, неподдающееся моему контролю, покачивается чуть в сторону, но таки держится. Я еще не совсем кукла на ниточках, за которые нужно дергать, чтобы удержать игрушку в той или иной позе. – Вбще все хорошо! – я активно жестикулирую руками, которые в отличие от тела ватные на все сто процентов. – Но… Мне так хренво, - ударяю себя ладошкой по лбу, а затем делаю тяжелый выдох и, опираясь руками о свои же колени, встаю с диванчика. – Это все из-за тебя! – и вдруг все четыре слова вылетают так четко и ясно, что даже сами меня пугают. Я немного пошатываюсь из стороны в сторону, но рискую сделать шаг вперед. Затем еще один и еще. Ноги ударяются о что-то холодное, опускаю голову и вижу перед собой журнальный столик. – Ой, - смеясь, я прикрываю ладошкой рот, обхожу преграду и таки добираюсь до тебя. Падаю рядом, да так, что одной ягодицей сперва оказываюсь на твоей ноге, а затем, извиняясь, чуть отодвигаюсь. – Я нзнаю, что на меня нашло! Прсто все так зкрутилось-звертелось! – мои руки описывают круги в воздухе, а лицо между тем следит за этими передвижениями и тоже рисует эту фигуру. – Но было вееесело, - протягиваю я, потом оборачиваюсь и смотрю на тебя. – А вбще, я не хочу домой ехать. Там скучно.
В моих словах нет смысла, даже не пытайся его найти. Я говорю то, что первое приходит в голову – это как в русском языке «как слышится, так и пишется», только здесь «что думается, то и говорится».
Я вдруг резко отодвигаюсь от тебя, поднимаю в это время ноги на диван – а я не разутая; а сама ложусь, оказываясь головой у тебя на коленках. Смотрю на тебя снизу вверх и провожу указательным пальчиком линию у твоего подбородка, странно и тяжело дышу, но скорее от усталости и внезапного желания уснуть. Но вдруг убираю свою ладошку и бью тебя легонько кулачком в живот.
- Все так непоняяятно, Эйвери, - я произношу каждое практически нараспев, закрывая глаза и укладывая свои руки себе на грудь. – И мне тааак хочется спааать, - зеваю, чувствуя, как тело словно уносит куда-то в сторону. – Мне завтра рааано вставааать, а ты мне мешаааешь… Ты такая скотииина, Цезарь. Я тебя ненавиии… Жу, - и на этом моменте, кажется, меня окончательно вырубает, потому что я больше не слышу ничего, оказываясь в каком-то совершенно другом мире, в туннеле, который простирается на сотни и тысячи миль. Он меня манит все дальше и дальше, и я зачем-то подчиняюсь этому зову. В меня летят какие-то предметы, мебель, но я огибаю их, я отмахиваюсь от них, шагая вглубь этого «измерения». Вокруг меня нет ни души. Только ветер… Но и он слишком тих. Почему здесь нет никого?

+1

7

Я дал себе установку не вмешиваться в происходящее ни при каких условиях, хотя, учитывая то, что по сути я являлся одним из двух главных действующих лиц разворачивающейся комедии, это было достаточно проблематично. Весь поток бессвязных слов лился именно в мои уши, и именно мой мозг тщетно пытался расшифровать какие-то загадочные сигналы, которым позавидовали бы даже знатоки Азбуки Морзе. Кстати, да, этому господину давно пора сделать кульбит в гробу, потому что все пьяные женщины планеты уже давно заткнули его за пояс по части того, как можно алогично зашифровать информацию. В Азбуке Морзе есть правила, есть система и есть конкретный метод, как ее понимать. В случае с пьяными женщинами отсутствуют все три фактора и есть лишь одно крошечное правило, которое максимум, в чем может помочь - так это в том, чтобы не спровоцировать еще больший поток зашифрованных посланий на свою голову.
  В довесок  к хаотичным последовательностям букв, в которых лишь угадывались слова и еще более мутно угадывались цельные фразы, шли еще и беспорядочные телодвижения - я всерьез опасался, что пострадает либо интерьер, либо тело Руквуд, но вероятнее - и одно, и другое... Но, в конце концов, выслушав довольно типичные (о Руквуд, неужели и ты туда же?) фразы, я практически вздохнул с облегчением - моя ночная гостья обессиленно рухнула на диван, совершенно не гнушаясь обществом моих коленей для своей помутневшей головки, и, вынеся мне окончательный вердикт, с которым я был ранее не единожды ознакомлен, заснула.
  - Очаровательно, - сухо вздохнул я, пытаясь наконец начать думать - ибо в то время, пока на меня, словно машины с пьяными водителями, неслись странные слова то о веселье, то о сложности жизни, это было делать проблематично. Теперь это сложное существо мирно сопело у меня на руках, а я с интересом рассматривал ее несколько угловатое, но необычное и привлекательное лицо.
Я видел его столько раз и столько раз находил в нем что-то новое, и сейчас это новое заключалось в том, что впервые появилось какое-то странное ощущение, словно мы с Руквуд вместе, я и она. И это - просто часть нашего обычного времяпрепровождения - засыпать рядом друг с другом. Я криво усмехнулся этой довольно глупой мысли (я и Руквуд? Чушь... По крайней мере, сейчас, когда она раз за разом говорит мне о своем негативном отношении) и, выждав определенное время, чтобы убедиться, что произошел необратимый процесс отключения организма, решил несколько сменить положение, потому что идея "проспать" оставшееся время вот так, сидя и не решаясь шелохнуться, меня не улыбала ни разу. Ввиду того, что отведенное мне пространство ограничивалось лишь одной комнатой я, осторожно выскользнув из положения "подушки", роль которой исполняли преимущественно мои колени, покрутился, пробороздил вдоль и поперек комнату, пока не понял, что явившаяся столь внезапно Руквуд заняла единственное спальное место в отведенном мне пространстве.
   К счастью, я также вспомнил, что Альма сегодня осталась ночевать у подружки, поэтому уже было направился с твердым намерением занять собою её просторную кровать (не в пример просторнее моего дивана, кстати!), но... черт, я не знаю, откуда взялось это чувство, каким таким рычагом запустился странный и чуждый механизм под кодовым названием "забота". В какой-то момент я просто подумал о том, что, отключенный полностью (вместе с инстинктами самосохранения), организм Руквуд при малейшем неудачном перевороте окажется на полу и, вместо того, чтобы злорадно оставить все, как есть (в конце-концов, обвинить меня в шишаке на темечке Амбрелла не сможет при всем желании...), я осторожно переложил девушку с запахом всех спиртных напитков мира с дивана на кровать Альмы. И только после этого сам обессиленно рухнул на диван, который, о черт, теперь тоже отчасти пропахся алкоголем.

+1

8

Мне всегда было жутко интересно, как люди умудряются контролировать свои сны? То есть не просто уметь входить в них с полным осознанием того, что ты увидишь сейчас то, то и это, но еще и менять тот или иной ход событий, заставлять подсознание показывать и озвучивать такие картины или разговоры, которые, например, в обычной жизни никогда не произойдут. Я считала этот навык, умение – даже не знаю, как правильно назвать – чем-то важным, серьезным и невероятно крутым.
А почему бы и нет?
Неужели вам никогда не хотелось увидеть во сне какого-то определенного человека, с которым, скажем, в реальной жизни у вас сложные отношения: вы боитесь ему в чем-то признаться, боитесь просто взглянуть на него, сказать ему что-либо. И вот в момент «отключки» вы четко вырисовываете в голове сюжет. Видите все подробности окружающей вас обстановки, прямо таки прорисовываете каждую деталь в своей голове, а затем картины начинают двигаться без вашей воли, вы только направляете какие-то определенные беседы в нужное для вас русло. И вы говорите с этим человеком о том, что вас беспокоило, вы прикасаетесь к нему – в общем, делаете все то, что не посмели бы наяву.
К сожалению, мне подобного рода вещи удавались довольно редко, но, когда я могла контролировать свои сновидения, я этим умело пользовалась. Так было несколько раз, но я прекрасно помню, как наутро не могла нарадоваться тому, что выполнила такое сложное задание, что увидела то, что хотела увидеть, и услышала то, что хотела услышать. Это, быть может, глупо, но… Когда попробуете – поймете всю суть.
Вдруг тишина неизвестного мне пространства сменяется площадью: декорации здесь напоминают мне фильм «Назад в будущее 3» (события разворачиваются непосредственно в одна тысяча восемьсот восемьдесят пятом году на Диком Западе). Вокруг опять же ни души, но где-то вдалеке я вижу высокий силуэт мужчины. Боюсь подходить ближе, но понимаю, что выбора особо-то и нет. Приближаюсь и узнаю до боли знакомые черты лица: это мой отец. Руквуд мне что-то говорит, но я его не слышу – откуда-то раздается шум, заполняет мои уши, заставляет недовольно хмуриться и закрывать глаза, будто помимо этого мне больно. Затем какой-то толчок. Нерезкий, но, тем не менее, ощутимый, и я выпадаю из этой «реальности», оказываясь в какой-то темноте.
Что-то бубню себе под нос, покусывая периодически губы, а затем снова проваливаюсь в сон.
Разгар лета; солнце нещадно греет все вокруг; школьный двор, в котором недавно провели ремонт – еще не сняли наклейки со скамеек, что они окрашены, и садиться запрещено. Резвящиеся дети – кто-то прыгает через скакалку, кто-то катается на велосипедах; родители обсуждают подготовку к первому учебному дню, подарки, которые следует прикупить для учителей, канцтовары, необходимые для скорой учебы. Я стою посреди небольшой площадки для волейбола, оглядываюсь и смотрю на сетку. Затем подхожу к ней и… Отталкиваясь двумя ногами от земли, отрываюсь от асфальта и парю в воздухе, перелетая через эту преграду. Странное ощущение воздушности, легкости: быть птицей во сне – приятная возможность.
Однако я в очередной раз вылетаю из сна и понимаю, что та самая легкость вызвана не столько полетом, сколько тем, что я нахожусь на руках у Эйвери. Тихонько довольно мурлычу, вдыхая такой знакомый парфюм, а, когда спина соприкасается с мягким постельным бельем и утопает на кровати, пытаюсь открыть глаза, но тщетно – слишком лень, слишком близко я стою у порога очередного отключения от внешнего мира и погружения в сновидения.
- Нравишься ты мне, - тихо произношу я, невольно прислушиваясь к посторонним звукам и не осознавая, что озвучиваю свои собственные мысли.  – Ты хороооший, - зачем-то добавляю я, чуть улыбаясь одними лишь губами, и улетаю в новую сцену своего подсознания.

+1

9

Эти ее последние слова, сказанные не то в алкогольном бреду, не то во сне какому-то мифическому персонажу, не имеющему со мной, конечно же, ничего общего, они нахально вторглись в мои мысли и, не спрашивая моего на то согласия, уютно там расположились. Сколько я ни силился разогнать их ко всем чертям вовне, чтобы успеть хоть немного поспать прежде, чем биологический будильник просигнализирует "подъем", они возвращались, кружились, размножались почкованием и продолжали жечь мне веки - их усилиями я раз за разом распахивал глаза и сердито пялился в потолок, прокручивая их на разные лады. Что бы это значило, в самом деле? Только что она, как того и следовало ожидать, говорит мне, каков я мерзавец, и тут же вдруг резюмирует - я таки хороший, я ей нравлюсь. Этого ведь не может быть в самом деле?
  Нет, конечно, чисто гипотетически всякое может быть, и я даже как-то обмозговывал такую теорию, что если двух людей, которые абсолютно друг друга не привлекают, поместить на очень долгое время в место, где они контактировали бы только друг с другом, они непременно влюбятся, потому что вроде бы как в каждом человеке есть какая-то позитивная херня, которую в другом мы усмотрели бы быстрее за счет его других привлекательных качеств. Но мы с Руквуд не были не необитаемом острове, и я не был последним мужчиной на планете...
  Впрочем, я лукавил и врал сам себе - ведь по сути, если бы я на полном серьезе не принимал саму возможность наших отношений, то к чему было все то, что я делал - все эти титанические завуалированные усилия, направленные на сближение? Ведь я давно признал, что Руквуд мне нравится, и я не из тех, кто садомазохизма ради будет держать себя на коротком поводке рядом с таким человеком как она, чтобы лишний раз причинить себе боль уничижения.
  Не этого ли я хотел? Не к этой ли мысли пытался хитростью подвести Амбреллу? Тогда почему теперь, когда она случайно выронила эти слова из себя, как роняют из ослабевших рук предмет (а в состоянии алкогольного опьянения и немудрено!), я в них засомневался?
  Чертова Руквуд! Даже ничего не делая, она меня бесит и не дает мне покоя! Даже просто мирно сопя в обе дырки в соседней комнате, в полной отключке, она все равно продолжает совать мне иглы под ногти! Это что-то сродни пассивному доходу - ты его с умом вкладываешь, а потом, как говорится, "солдат спит - служба идет". Так вот, Руквуд сделала нехилые такие инвестиции - они исправно работали на неё. Вместе со мною.
   
  Ну что я могу сказать? Заснуть мне так и не удалось. Смешно, правда? Я, словно прожженный паркурщик менял позу за позой и едва не закидывал ноги на люстру в тщетном желании хоть как-то заставить себя погрузиться в кратковременный сон. В конце-концов я бросил эту затею и пролежал остаток предрассветных часов/минут, тупо и бесцельно пялясь в потолок и считая воображаемые трещины на нем.
  И Руквуд была обязана за это поплатиться! За эти случайные слова, которые подняли в моем мозгу волну жарких дебатов с самим собою, со своими чувствами, эмоциями и мыслями. За то, что я так и не заснул этой ночью, за то, что все утро до обеда ощущал себя голодным зомби... Направляясь в душ и взглядом цепляясь за недвижимое тело в комнате Альмы, я обмозговывал план мести. А возвращаясь из ванной комнаты с полотенцем на бедрах, я уже совершенно точно знал, что скажу, если... если она не будет ничего помнить. Впрочем, даже не зная этого наверняка, ничто не помешало бы мне попробовать - в худшем случае, всегда есть шанс съехать на шутку и не опростоволоситься по полной программе.
   Следуя разработанному алгоритму отмщения, я пристроился на кровати рядом с Руквуд, нацепил на лицо гримасу победителя с легкой ноткой насмешки над ситуацией и положил руку на бедро Амбрелле. Надеюсь, ее головная боль не будет сильнее прочих ощущений, ведь в ином случае я потеряю добрую половину своего злорадства и удовольствия от наблюдения за ее удивленно-разъяренным лицом.
  Руквуд спала, хотя стрелки часов уже недвусмысленно возвещали о самом разгаре дня. Ждать я больше не мог, потому что предполагал, что подобное бездействие мне очень быстро наскучит и я сам испоганю свое представление, поэтому я ненавязчиво провел ладонью вдоль ее бедра, а потом назад. Ну давай же, детка, ты ведь не можешь мне дать вот так безнаказанно тебя лапать - пусть даже и в такой достаточно невинной форме? Давай, просыпайся, или я подключу тяжелую артиллерию!

Отредактировано Caesar Avery (2013-06-22 17:14:37)

+1

10

Игры нет месяц.
Тема в архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » i’m gonna give all my secrets away.