Луиза откровенно забавлялась, чувствуя податливые мягкие губы незнакомой...
Вверх Вниз
» внешности » вакансии » хочу к вам » faq » правила » vk » баннеры
RPG TOPForum-top.ru
+40°C

[fuckingirishbastard]

[лс]

[592-643-649]

[eddy_man_utd]

[690-126-650]

[399-264-515]

[tirantofeven]

[panteleimon-]

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Однажды в Мексике


Однажды в Мексике

Сообщений 1 страница 20 из 21

1

Участники: Anna Donato, Philip Plein
Место: Мехико (столица Мексики)
Время: 07/07/2011
Время суток: день
О флештайме: мексиканская мафия не прочь наводнить Сакраменто своими наркотиками: Анна и компания приехали послушать их предложение. Вот только этому немножко может помешать тот факт, что её похищают. Вопрос: я-то как сюда ввязался?

+1

2

А он ведь всеми силами пытался избежать этого.
Организовывать встречу глав двух банд, помочь им переправлять наркотики из Мексики в Америку – отлично, мама гордилась бы им!
При этом отделаться от сего задания было невозможно. Хотя бы потому, что посредником и организатором самой встречи был именно Фил, это он договаривался с обратной стороной о месте, времени и условиях встречи, устраивал перелёт и размещение… глупо было бы не присутствовать самому.
В Мехико все приехали по раздельности, жили в разных частях гостиницы – всё, чтоб не вызывать подозрений. Всего – пятнадцать человек. Можно было бы приехать и меньшим составом, но, чёрт возьми, это же Мексика, ребята! Здесь уровень преступности выше уровня моря, а среднестатистический подросток успел нагрешить с Чарли Мэнсона. Добавьте тот факт, что латиносы сами по себе ребята горчие, вспыльчивые…  Именно эти аргументы он приводил, пытаясь остаться в Сакраменто. Жалкая попытка, стоит признаться. В действительности же он ещё лелеял надежду эту сделку использовать в своих интересах. Нужен был только четкий план, а пока его не было – играй, Фил, по их правилам.
Плейн прилетел раньше всех, и, пока остальные размещались и разглядывали полумокрые полотенца (а именно это он делал, держа тряпку двумя пальцами на вытянутой руке), решил быстро наведаться в город и найти надежный телефон-автомат. В полицейском управлении Сакраменто ждали его звонка.
Он вошёл в лифт, нажал кнопку минус первого этажа (подземная парковка) и прислонился спиной к стене, дожидаясь, пока двери захлопнутся и просторная кабина унесёт его навстречу арендованному BMW. Но прежде, чем это произошло, в лифт вошла Анна.
Фил ничего не сказал, просто разглядывал её спину и думал примерно следующим образом:
Фак! Надо отвязаться от неё и придумать, зачем я ухожу из гостиницы за час до встречи.
В кабине была тишина, как во время обеда двух ненавидящих друг друга супругов – знаете, тех, кто сидят на разных концах стола и разговаривают посредство прислуги.
Нет, нет, нет! – вдруг произнес он таким тоном, словно отвечал на какую-то реплику. – Анна, даже не уговаривай - заниматься сексом в лифте с начальницей? Как-то это пошловато. Пусть я и чувствую твое возбуждение - вопрос закрыт. Ни за что. Мне нужно свой имидж поддерживать.
Лифт замер, двери распахнулись – и Фил, опережая женщину, первым вышел на парковку, развернулся к ней лицом и встал, преградив дорогу, с разведёнными в сторону руками, как бы презентуя пространство вокруг себя.
А вот здесь – пожалуйста, - на его лице было довольное и крайне восторженное выражение. – Здесь обстановка подходящая. Тусклый свет, парковка – просто Уэльбек!
Краем глаза Фил заметил какое-то движение справа от себя. Повернув голову, он уставился прямо в дуло пистолета. Их окружило несколько латиносов, вооружённых до позолоченных зубов.
- Hola! – он выдал обаятельнейшую улыбку и тут же получил прикладом по лицу.

+1

3

Анна покачалась с носка на пятку, задумчиво глядя в окно. Тяжело вздохнула. И как ее занесло в Мексику?
Все дело в наркотиках, а точнее, в их легализации. Главам мафии Мексики осточертело гонять героин не по транзитным, уже освоенным путям, а потом трястись, ожидая ответа от принимающей стороны. А поскольку в карман мафии Сакраменто закапает нехилый процент, если сделка выгорит, то Анна и четырнадцать доверенных человек вылетели в Мексику. Организовывал встречу Филип, поэтому сделано все было на высшем уровне: хоть Анна и не любила его ребячество, она признавала – специалист он был хороший.
Женщина подумала еще несколько минут, прикинула время. Встреча назначена через два часа, принимающая сторона пообещала сопровождение. Что же делать пока?
А что может делать женщина в незнакомом городе? Ходить за покупками!
В отношении Анны это, конечно, было не совсем верно. Вещи, как таковые, ее мало интересовали… А вот драгоценности – почему бы и нет? Анна решила, что ознакомиться с ассортиментом тутошних магазинов не помешает. Может, и прикупила бы чего…
Решено! Женщина глянула в зеркало, обтянула свое бежевое платье, поправила колье, взяла клатч и вышла из номера. Дверь тихо захлопнулась за ней, щелкнул замок. Анна пошла к лифту.
Створки лифта разъехались, Анна вошла в лифт и подняла глаза. Фил! Собственной персоной! Анна прищурилась, изучая его несколько секунд, потом отвернулась так, чтобы стоять к нему спиной. Вечная подозрительность  дала о себе знать:  Донато облизнула губы, напряженно размышляя. Куда это он собрался? Ладно Анна, она в ювелирный… а вот организатор встречи, к которому Донато всегда относилась недоверчиво… Она знала, что Вито в неплохих с ним отношениях. Но никогда она этого не поддерживала.
Тишину лифта прорезал громкий голос Фила. Анна поморщилась.
- Паяц, - бросила она через плечо и замолчала. Не любила Анна такие фривольные шуточки, чего уж там!
Двери разъехались, Филип выскочил первым. Он расставил руки, не давая Анне прохода и сообщил, что здесь он вполне готов предаться плотским утехам. Анна фыркнула. Она моргнула и заметила какое-то движение. А затем из-за спины Фила показались два человека в черном. Они держали оружие.
- Фил, - произнесла Анна, но тот уже обернулся. Мужчина сказал что-то, Анна не расслышала, а затем дружелюбный человек в маске ударил его прикладом по лицу. Анна быстро вытащила пистолет из сумки и направила на второго мужчину. Но что может ее семимиллиметровый «браунинг» против двух пистолетов модели «кольт», да еще большого калибра? Анна прищурилась, целясь в лоб нападавшему. Она почувствовала резкую боль в руке, затем выронила оружие. Третий парень выкрутил левую руку женщины, заставив ее согнуться. Волосы упали на лицо, Анна зашипела от боли. Что еще за ерунда?
- Пройдете с нами, - сообщил нападающий, кажется, он был здесь за главного.  Анна фыркнула, услышала, что Фил тоже издал какой-то звук.
Женщина промолчала, она подумала о том, что эти люди весьмa неблагоразумны, если они, конечно, не работают на местную мафию. В любом случае, если на этой парковке или где-нибудь еще одна из глав мафии Анна, а с нею и весьма влиятельный человек, тоже стоящий почти у верхушки Филип погибнут, то местной криминальной структуре придется тяжко, Витторе, а с ним куча разгневанных обывателей Сакраменто, устроят в Мексике веселую жизнь!

+1

4

Из-за разбитой губы во рту был железный привкус, но это было не самой большой его проблемой.
Один из «людей в чёрном» на адски исковерканном английском предложил пойти с ними. Как будто у них был выбор. И нормальный человек (коим, кстати, и являлся Нэйтан Бенсон) благоразумно бы промолчал и делал все, что ему скажут. Но Фил Плейн, сукин сын, не удержался от комментария:
- А по-английски?
Удар под дых, он скрючивается и чувствует, как его грубо подхватывают под руки и тащат к машине, по пути ощупывая и отбирая оружие.
- Ребят, а как же предварительные ласки? Цветы? Шампанское?
Его руки заломили назад, и Плейн почувствовал прикосновение металла к запястьям. Неужто наручники? Копы? Да не-е-ет, не может быть…
Конечно, всё его кривляние легко можно было объяснить тем единственным фактом, что Фил был придурком. Его же расчет был в том, что привлечь к себе внимание максимально большего числа нападающих: если Анне не удастся сбежать, то по крайней мере бить её всем скопом не будут.
Его затащили на заднее сидение чёрного джипа, с другой стороны запихнули Анну – они оказались прижаты вплотную друг к другу, а по бокам от них уселись двое «надзирателей».
- Заднее сидение, мордобой, куча мужиков – ну прям как мой выпускной бал, - громко произнёс Фил в свойственной ему шутливо-беззаботной тональности, усмехаясь так, словно его везли на увеселительную прогулку. И тише, так, чтоб слышала лишь Анна, добавил, уже серьёзно: - Твои друзья?
В уме он досконально просчитывал варианты того, в каким именно месте облажался. В его жизни помимо наркоторговцев было много мексиканцев, благо нелегалами Майами полнится – но что-то ему подсказывало, что их везут не к отцу Марии Сортры из класса математики и не к престарелому почтальону, которого он в детстве изрядно бесил.
- Ладно, друзья, тут произошла какая-то ошибка, - он попытался повернуться к парню справа от себя, что в тесноте было крайне сложно. – Se llmo Fil, - качнул подбородком вниз, на себя, потом кивнул на Анну, - Es mi amiga Anna. Вы явно ошиблись, muchachos, поэтому мы согласны не поднимать шума, я вам даже свою губу прощу. Давай, останавливайте coche, отпускайте нас, будьте здоровы, живите богаты, paz sea en esta casa… - он фамильярно пихнул ближайшего соседа плечом и подмигнул ему. В ответ тот, сохраняя непроницаемое выражение лица, выдал целую тираду на испанском. Пару секунд Фил, сохраняя на губах идиотскую улыбочку, смотрел на него, потом повернулся к Анне:
- Ты поняла, что он сказал? Я не рублю по-испански.
Сбоку последовал ставший уже привычным тычок в бок.
- Аааай, да сколько можно меня бить! – ещё один удар. – Всё-всё, я затыкаюсь!
Он закатил глаза, замолчал и повернулся к Анне. Их новые друзья не спешили объяснять, что им нужно. За окном пролетал город, на который уже опускались сумерки. Фил взглянул на того парня, что сидел сбоку от женщины, и, убедившись, что он не наблюдает за ними, взглядом указал Анне вниз, ни ту часть тела, что была под ремнём. Конечно же, на свой карман, в котором лежал мобильный. Вытаращив глаза, он коротко кивнул и повторил реверанс.

+1

5

Рука Анны, находясь в полускрученном состоянии, нещадно болела. Женщина подняла глаза и внимательно осмотрела налетчиков.  Три парня, похоже, молодые, лиц было не видно, но конституция тела, да и реакция, скорость, с которой они двигались, наводила на мысли о том, что ребята совсем еще зеленые.  Филип, как собственно и всегда, помолчать не мог. Он поболтал немного, за что и получил. Анна дернулась и высвободила руку. Конечно, по силе она с мужчиной не сравнится, но, черт возьми, откуда ему знать, что она состоит из одних мышц? Мужчина покосился на нее, приноровился схватить ее за плечо, Анна  аккуратно отвела его руку. Не хватало, чтобы ее лапал каждый мужлан!
- Прекратите, - тихо, но властно сказала она, - Мы пойдем с вами!
Похитители, кажется, ожидали другой реакции. Они удивленно переглянулись, для порядка двинули еще Филу и всунули несопротивляющуюся парочку в машину. 
Анна недовольно покосилась на похитителей, когда ее, совсем не церемонясь, запихнули в эту жуткую «гробовозку».  Она оказалась крепко зажата с двух сторон: с одной – Филом, с другой – незнакомым парнем.
Филип вякнул что-то еще, Анна устало прикрыла глаза. Боже мой, да помолчишь ли ты наконец? И тут Фил поинтересовался у Анны тихо, что же это за люди. Женщина приоткрыла один глаз, покосилась на него и шепотом сообщила:
- Мои друзья лучше обходятся с дамами. И, черт возьми,  не стали бы налетать так.
Однако слова Плейна все же задели ее за живое. Донато принялась думать, могли ли это быть ребята из Палермо? Да ладно, неужто им неймется, столько лет прошло, а они все никак не успокоятся! Женщина выдохнула, открыла глаза. Все же нет. Эти не стали бы церемониться, если это были они, убили бы ее просто, зачем свидетель, коим является сейчас Фил? Ерунда и бред.
Донато открыла глаза, как раз в тот момент, когда парень, сидевший рядом, толкнул речь Филу. Анна  посмотрела в глаза своему спутнику.
- Я плохо поняла. Что-то о наркотиках, вроде нас везут куда-то за город, куда – не сказал. А еще настойчиво попросил тебя замолчать, иначе твой язык вылетит из окна этой таратайки.
Анна помолчала секунду, потом тихо шепнула на ухо Филу, маскируя шепот под кашель:
- Несолидная контора. Работают грязно. Думаю, это не люди Веласкеса.
Веласкесом был тот самый грозный глава группировки Мехико, с которым они и договаривались о поставках.
Плейн опустил глаза вниз. Анна сначала разозлилась – и тут он думает о сексе! Потом, путем коротких размышлений, поняла, что он все же неплохой профессионал, опустила глаза ниже, метнув короткий взгляд на охранника. Тот не смотрел, Анна засунула руку в карман Фила. Не время сейчас расценивать это превратно, Анна нажала пару клавиш, вызвала начальника службы безопасности, а руку тотчас убрала. Только бы динамик был тих, но начальник охраны все услышал. Анна откашлялась.
-  A dónde vamos? – спросила она на ломанном испанском. Похититель помолчал, потом покосился на главного, который вел машину, что-то ответил. Что – Анна вообще не поняла. Она повернулась к Филу, глянула ему в глаза. Надежда на то, что их услышат и найдут, мала, но ведь Анна еще помнила времена, когда бегала по крышам с винтовкой. Да и Фил тоже – не цветок душистых прерий. Прорвемся. Да и потом, пистолет остался лежать на парковке… но нож эти простофили не вытащили. Болваны, обыскивать нужно всех и всегда. Посмотрим, что из этого выйдет, хмыкнула Анна. А что? Зато тряхнем стариной. А в то, что их не тронут, Анна верила безоговорочно. Не того эта шпана уровня, чтобы убивать таких людей, как они. Все же ребята знали что-то об Анне и Филе, раз так дерзко утащили их из отеля. Будет весело!

+1

6

Когда дела обстоят плохо, не кричите: «чёрт возьми, ну сколько можно?» - всегда есть вероятность, что Вселенная решит ответить на этот вопрос.
Фил не кричал, он вообще заткнулся – сидел с насупленным видом и возмущенно пыхтел. Вряд ли стороннему наблюдателю удалось бы понять, какая работа мысли происходит в данный момент в его голове.
Во-первых, Анна не паниковала и вела себя достойно, и это было немаловажным фактором. Визжащие истерички слишком осложняют операцию по побегу, знаете ли. А сбежать было необходимо, ибо Плейн уже подозревал, что не понравился этим ребятам. Но как сбежать? Им даже глаза не закрыли. В таких случаях обычно мешок на голову или повязку на пол-лица. Чтоб дорогу не запоминали. И тот факт, что этого не сделали, был дурным признаком.
Во-вторых, нужно было понять, кто они такие. Анна правильно заметила, что они не были посланы их богатым мексиканским другом. Похищать партнёра накануне важной встречи? Слишком абсурдно и нелогично даже для латиносов. Впрочем, по поводу «грязно сработали» Фил мог поспорить. Повязали-то их в рекордно быстрые сроки, и если бы не рукоприкладство, к которому данные господа перешли в первые секунды встречи, Фил бы ещё посопротивлялся.  Стоило признать, что дела тут обстоят куда хуже, чем в Сакраменто – вежливости латиносов не учили, видимо, занятия по этике делового общения как-то затерялись между стрельбой и киднеппингом.
Озвучивать свои мысли вслух он не стал. Ведь попросили молчать!
По поведению женщины он понял, что ей удалось набрать чей-то номер. И он искренне надеялся, что это не пиццерия и бордель, стоявшие у него в списке последних абонентов (на случай, если спросят, чем он здесь занимался, пока ждал остальную часть команды. В действительности же Фил изучал материалы, присланные полицией Мехико по запросу его начальства).
Плейн повернул голову к женщине, откинулся на сидение и прижался щекой к теплой кожаной обивке. Руки начинали затекать. Анна тоже повернулась к нему и теперь внимательно смотрела в глаза.
- У Веласкеса есть конкурент, - произнёс Фил так тихо, что смысл слов можно было разобрать не столько по голосу, сколько по движению губ. – Из военных. Генерал Перез. Хочет сорвать сделку?
- Эй, ты! Не шептаться! – очередной удар под ребра.
Теряешь хватку, мне уже не хочется выплюнуть внутренности, – мысленно прокомментировал Фил, сгибаясь пополам.
Остаток пути прошёл в тишине. Судя по виду за окном, они выехали в пригород, и вот спустя некоторое время машина затормозила у высоких ворот. Их створки медленно распахнулись – видимо, после того как охранник рассмотрел машину, и джип въехал во двор. Фила вытащили из машины. Он попрыгал на месте, разминая затекшие ноги, после чего присвистнул, разглядывая трёхэтажный дом белого камня.
- Ребят, спасибо, конечно, но та гостиница нравилась нам больше.
- Иди, - его пихнули в спину. 
Фил повернулся к Анне и, убедившись, что с ней хотя бы обращаются лучше, чем с ним, пошел за одним из латиносов.

+1

7

Анна облокотилась на кожаную спинку сиденья, придвинулась к Плейну как можно ближе. Это можно было бы расценить превратно, но Анне было плевать. Она смотрела прямо в глаза Фила, и слушала, что он шепчет ей.
- Я наслышана, - сдержанно отозвалась Анна на сообщение Филипа о генерале Перезе. Она только кивнула, затем бросила сердитый взгляд на похитителя, который вновь ткнул бедного мужчину. Анна сощурилась:
- Прекратите вы или нет? – зло спросила она, - Несмотря на то, что у меня нет оружия, я тоже могу применить силу. Мало не покажется.
Кажется, преследователям понравились ее слова. Они захохотали. Анна тоже улыбнулась, обнажив прекрасные зубы, мило посмеялась с мужчинами. Потом внезапно посерьезнела и локтем разбила парню справа нос. Она почувствовала, как под рукой ломаются хрупкие кости и довольно засмеялась, на этот раз уже в полной тишине.  Мужчина, который заливал пол своей кровью, тихо постанывал.  С переднего сиденья на Донато посмотрели налитые кровью глаза, потом женщина почувствовала, как по ее щеке скользит чужая рука. Голова Анны запрокинулась, ее ударили не так сильно, как, видимо, хотели, но это было неожиданностью. Анна, взметнув волосами, отвернулась, закусив губу. Не впервой, но женщина злобу затаила. Я не злопамятная, я просто злая и память у меня хорошая.
Дальше они ехали молча. Анна покачивалась в такт движению автомобиля, погрузившись в свои мысли. Она прекрасно была наслышана о Перезе. Черт побери, этот старый вояка, отличавшийся недюжинной силой и ужасной жестокостью, попортил немало крови местной мафии, а сейчас, возможно, пустит ее же представителям мафии Сакраменто. И как он только узнал о сделке? Анна вздохнула. Смерти-то она не боялась, но вот что придет в голову генералу – и придумать сложно. Да и потом, умирать все же надо в достойном месте, а не в Мехико, в каком-нибудь лесу.
Тем временем машина, кажется, достигла пункта назначения. Огромные массивные ворота отворились, пропуская машину, затем сразу же захлопнулись. Анна обернулась назад, внимательно оглядывая окрестности. Толку в этом не было – Мексику она не знала. Но Анна привыкла запоминать любую информацию, вдруг она пригодится после?
Двери открылись. Фила вытолкнули пинком, Анну трогать не стали. То ли посчитали, что стыдно трогать женщину, то ли побоялись, что сумасшедшая дамочка откусит противнику нос. Анна хмыкнула, вышла из машины и грациозной походкой направилась вглубь двора, в дом. Фил шел чуть впереди, кажется, он о чем-то напряженно размышлял. Анна  же все думала о кинжале, который крепился чуть выше ленты чулка. Нужно умудриться, и достать его.
Двери открылись перед парой, одни, вторые, и вот они оказались в шикарном кабинете, отделанном деревянными панелями. За красивым дубовым столом сидел пожилой мужчина, седой, но, видно, достаточно бойкий.  Он поднялся навстречу им, а Анна подумала, что Фил весьма проницателен. Он в точности угадал. Это был генерал Перез.
- Дорогие друзья, я рад приветствовать вас в моем доме, - радушно произнес он, раскрывая руки в гостеприимном жесте. Анна сузила глаза и кивнула:
- Ваши быки не очень-то вежливы. Разве Вы давали им разрешение бить моего коллегу? Да и дам они тоже не жалеют.
Анна увидела, что Перез убрал улыбку со своего лица. Конечно, он был не против, что их с Филом немного «поучат жизни», но сейчас он и сказал только:
- Я разберусь.
Он вышел из-за стола и пригласил Фила и Анну сесть в удобные кожаные кресла. Анна устроилась в кресле и приготовилась слушать, что же будет вещать Перез.

+1

8

Есть такое правило: если делаешь что-то плохое, делай это хорошо. Фил не мог наслаждаться интерьером дома, приятным свежим воздухом, ароматом кофе и… о боже, это что, энчилада? Божественный запах аппетитной еды едва ли не заставил его свернуть с намеченного пути и, рискуя быть застреленным в спину, помчаться на кухню. Но он сдержался. Он же сильный.
Посему плотские желания были отодвинуты на задний план, ибо сейчас надо было позаботиться о своей душе, вернее, о том, чтоб она как можно дольше не встречалась с апостолом Петром.
А шанс на встречу очень возрос, когда их привели к Перезу.
Ненавижу, когда я прав!
Фил поднял глаза к потолку с выражением: за что ты так со мной? Более плохого сценария на этот вечер и придумать нельзя было.
Заговорила Анна, и, судя по всему, благотворно повлияла на настроения Переза – он даже предложил своим пленникам сесть. Ну, раз пошла такая пьянка, грех не воспользоваться моментом – Фил указал одному из парней, что привели их, на свои руки, и тот, с негласного одобрения начальства, расстегнул наручники.
Потирая покрасневшие запястья, Плейн опустился в кресло напротив Анны.
- Чем обязаны, генерал Перез? Готов поспорить, вы привезли нас не для того, чтоб продемонстрировать мексиканское гостеприимство и угостить отменной энчиладой, - на лице Фила сияла самая непосредственная улыбка, тон, которым были произнесены эти слова, источал самое искренне дружелюбие. И только взгляд был острым, холодным, отдающим презрением.
- Вы и так уже знакомы с мексиканским гостеприимством и кухней, мистер Плейн, - отрезал мужчина, смерив его долгим, жестким взглядом, который так и источал агрессию. Фила покоробило это «мистер» вместо принятого «сеньор». И, словно чтоб исправить эту грубость, Перез добавил уже мягче: - Вы ведь уже бывали в Мексике, совсем недавно. Не правда ли?
Да, когда я работал в полиции Майами, многие убийства были связаны с мексиканскими нелегалами, так что приходилось сотрудничать с местной полицией. Но ты ведь не об этом говоришь.
Фил бросил Анне короткий взгляд, означавший что-то вроде: «это он про то, как я договаривался о сделке. Знает, сучёныш, про Веласкеса».
- Да, вы правы, - он беззаботно развел руками. – Я бывал  в Акапулько, знаете, там есть чудеснейший бордель… - он мечтательно вздохнул и закатил глаза, как бы предаваясь воспоминаниям.
- Так или иначе, - по выражению мужчины было видно, что шутовство Фила его раздражало, но он предпочел игнорировать её, - я планировал на встречу с одной лишь прекрасной сеньорой Анной.
- А, то есть меня привезли по ошибке? – Фил поднялся на ноги. – Что ж, не смею больше тратить Ваше драгоценное время, генерал. Было приятно познакомиться, шикарный домишко, я скажу, - он поклонился, приложив руку к груди, и начал пятиться к двери. – Выход я сам найду, не стоит утруждаться, провожая. Adiós! No guarde rencor! – он повернулся спиной к генералу и резвенько направился к двери. В комнате было тихо, Перез молча наблюдал за уходящим мужчиной.
Только уйти не удалось. Едва Фил оказался у выхода, как в дверном проёме возникла статная, высокая фигура, преградившая ему дорогу. Мужчина молча смотрела в глаза Фила, явно давая понять, что никто и никуда не пойдет.
Но это было не самое плохое.
Плейн узнал этого человека.
Хорхе Рамирес, полицейский из департамента Майами, из отдела по борьбе с наркоторговлей, с которым Плейн – вернее, Бенсон, - был знаком и не раз выпивал после удачного дела. Один из многих, считавших Нэйтана мёртвым.
Пару секунд мужчины молча смотрели друг другу в глаза, и со стороны это выглядело вполне естественно: сторожевой пёс на пути к свободе. На самом деле в уме обоих были типичная (хрестоматийная, я бы сказал) задача из теории игр: дилемма заключенного.
Двое преступников, А и Б, попались примерно в одно и то же время на сходных преступлениях. Есть основания полагать, что они действовали по сговору, и полиция, изолировав их друг от друга, предлагает им одну и ту же сделку: если один свидетельствует против другого, а тот хранит молчание, то первый освобождается за помощь следствию, а второй получает максимальный срок лишения свободы (10 лет). Если оба молчат, их деяние проходит по более лёгкой статье, и они приговариваются к 6 месяцам. Если оба свидетельствуют против друг друга, они получают минимальный срок (по 2 года). Каждый заключённый выбирает, молчать или свидетельствовать против другого. Однако ни один из них не знает точно, что сделает другой. Что произойдёт?
В большинстве случаев – и Фил это знал! – предательство доминирует над сотрудничеством. Потому что предательство выгоднее. Ему самому было неизвестно, в каком положении Рамирес: предатель ли он, переметнувшийся на сторону наркоторговцев? Или, как и сам Плейн, действует под прикрытием?
С каждой секундой молчания оба мужчины как бы заключали негласный договор. Ни один мускул не дрогнул на жестком, грубом лице Рамиреса; за собственную рожу Фил не мог быть уверен. так или иначе, в продолжавшейся тишине Плейн вернулся на своё место.
- Я передумал. У вас тут очень приятная компания, пожалуй, задержусь ещё ненадолго. Тем более что Витторе пообещал сделать неприятные вещи с моим членом, если с Анной что-то случится.
Ему бы хотелось уничтожить Переза. Нет никого хуже, чем человек, поклявшийся служить и защищать - и нарушивший эту клятву.

+1

9

Анна сложила руки с безупречным маникюром на коленях и посмотрела на Переза. Ей совсем не нравился тон, которым он говорил с ней и Филом. Этот старый прохвост что-то хотел от мафии Сакраменто, вот только что? Легализация транспортировки наркотиков? А может, главенство на рынке сбыта? Он мог придумать многое, но Анна знала  точно – она не согласится, каким бы не было его предложение. Потому что ей очень не нравится, когда с ней обращаются. Как с вокзальной девкой.
Фил вел себя, собственно, как всегда. Анна, сотрудничавшая с ним уже много лет, все равно никак не могла взять в толк: ну как этот паяц может быстро и аккуратно решать дела, не только привычные, но и довольно щекотливые? То есть, женщина никак не могла уразуметь, как его характер может вмещать в себе и балагура, шута и бабника, но еще и ответственного и исполнительного человека?  Странно все это – сама Анна была, конечно, весьма скрытна, да и характер ее понять было сложно, как и мысли, которыми она руководствуется в те или иные моменты, но общую концепцию характера вы уловите моментально. А вот Фил.. чтобы понять его, придется попотеть.
Вот и сейчас, услышав, что ждали одну Анну, он непринужденно направился к выходу, продолжая болтать без умолку. Анна закатила глаза. Перез взирал на Плейна с безграничным удивлением. А я с ним постоянно работаю! хотелось сказать Анне, но она подумала, что это придаст беседе немного фривольный характер. Женщина откашлялась.
- Чем я могу быть Вам полезна? Что же Вы так неосмотрительно: позвонили бы, мы бы встретились в неформальной обстановке, по-человечески.
Рассуждая, Анна быстро осматривала комнату, она искала пути для отхода. Зарезать Переза и выпрыгнуть в окно? Банальщина, честное слово. Анна была уверена, что по всему дому натыкано охраны, особенно сейчас, когда в доме такие «важные» гости.
Фил дошел до двери, затем внезапно остановился. Анна лишь слегка повернула голову, чтобы не выдать интереса, опустила глаза и из-под ресниц посмотрела на того, кто нос к носу столкнулся на выходе с Плейном. Кажется, они уже знакомы, впрочем, возможно, Анне показался блеск узнавания в глазах обоих?
Как бы там ни было, Фил вернулся в кресло. Мужчина, с которым он столкнулся, занял невзрачное место у стены. Анна искренне удивилась:
- Господин Перез, Вы на самом деле считаете, что я буду обсуждать какие-либо дела при посторонних людях?
Такая несерьезность поражала. Анна еще больше уверилась в своем мнении, что с этим воякой дел никаких криминальный Сакраменто иметь не будет.
- Это мой поверенный, - ответил Перез, поморщившись. Неужто ему не понравилась дерзость Анны?
Женщина внезапно разозлилась. Она, вообще-то, не рядовая шестерка, чтобы каждую свою фразу шлифовать относительно понимания этого самоуверенного человека. Возможно, именно эта мысль и заставила Анну спокойно сообщить:
- Если Вы хотите поговорить о наркотиках, то сообщаю Вам, что никаких  дел с Мексикой, кроме группировки господина Веласкеса, Сакраменто вести не будет. Мы не намерены прикрывать каждую контору, даже за проценты.
Она увидела, что генерал побелел от злости. Ах, какая дерзость, Анна на корню перерубила все деловые отношения между городами, теперь разговор мог пойти по другой колее, весьма опасной для Донато и Плейна.
Тот, кстати, молчал, что было довольно странно. Он косился на странного человека в тени пальмы в кабинете, и внимательно слушал, что говорит Анна.
- Послушайте. Вы понимаете, что Вы в моих руках? – угрожающе осведомился генерал, сжав кулаки. Анна хмыкнула:
- Да бросьте. Вы не можете нас убить. Если Вы это сделаете, Ваш дом раскатают по камешку. Проще нас отпустить.
Перез поднялся из-за стола. Его лицо было угрожающе белым, рот кривился в усмешке, которая, впрочем, была вовсе не дружелюбной. Анна прищурившись, смотрела ему в глаза. Смерти она не боялась, но вот потерять характер не хотела.
- Вы – потрясающая женщина, - рассмеялся Перез, отводя глаза. Он рухнул обратно в кресло и закурил вонючую кубинскую сигару.
- Обсудим все? – предложил он, - Начнем сначала. Меня интересует лишь несколько определенных районов Сакраменто.
Анна молчала, сжав губы. Пусть с ним поговорит Фил, авось, у него лучше получится донести до этого напыщенного индюка полное нежелание Сакраменто сотрудничать с Перезом.

+1

10

Вперёд, Анна, вперёд, не останавливайся и даже не пытайся выбирать выражения – ведь все агрессивно настроенные военные, пришедшие к власти через применение силы и стремящиеся установить диктатуру в отдельно взятой стране, любят, когда им хамят женщины.
Ну что же ты, не стоит так переть напролом. Перез – грубый и недалёкий человек, ему нельзя говорить в лоб, надо быть хитрее, – больше всего ему хотелось уползти по стеночке куда-нибудь подальше, ибо Фил явственно видел, как генерал зеленеет от злости с каждым словом, что срывалось с идеально подведённых губ миссис Донато.
Между тем Фил бросил короткий взгляд на Рамиреса и – как ему показалось – заметил короткий кивок.
Узнал?
И вторая мысль, более абстрактная – наверняка старого товарища зовут уже не Хорхе.
- Если Вы это сделаете, Ваш дом раскатают по камешку. Проще нас отпустить.
Анна была права в этом – Витторе захочет отомстить. Но, видимо, женщина не до конца понимала, с кем они связались (пусть и против воли) – Перез был человеком рисковым, авантюристом, если позволите. Он не заботился о последствиях; тактике и политическому коварству предпочитал оружие и грубую силу. Тот же случай с похищением Анны и Фила был весьма показательным. Неужели такой человек остановится перед тем, чтоб убить их? Может, Анне и все равно, а вот Плейну собственная шкура дорога!
Разговор застопорился, Фил перехватил взгляд своей начальницы и, верно истолковав его, тут же поднялся на ноги.
- Видите ли, генерал, мы с вами не до конца понимаем друг друга.
Он медленно прошелся по комнате, как бы рассуждая вслух.
- Мы не можем принимать решения за одну минуту, к тому же – не поймите превратно, нам у вас нравится, особенно сад, ну просто загляденье, – у нас уже есть определённого рода договорённости с Веласкесом, это моя спутница уже упоминала. Подобные договорённости не рвутся за одну минуту, и тут, надеюсь, мы можем рассчитывать на понимание такого умного человека, как вы.
Хитрый взгляд на генерала – откажись он «понимать», признал бы себя глупцом – простая логика недалёкого человека. Перез нехотя кивнул, внимательно глядя на Плейна.
- Но есть кое-что, что мы всё-таки можем для вас сделать, - Фил, к этому моменту уже находившийся возле стола генерала, фамильярно присел на него (стол, не генерала) и доверительно склонился, словно собираясь рассказать что-то тайное.
При этом маневре Рамирес дёрнулся, но Перез, сохраняя спокойствие, сделал ему знак стоять на месте. С достоинством он наклонился к Филу, готовый выслушать его предложение.
Плейн облизнул губы, побарабанил костяшками пальцев по столу, выдержал паузу. Склонился ближе к Перезу и, понизив голос, сказал:
- В Сакраменто вы можете смело рассчитывать на палатки. С тако, - Фил ловко выхватил из пальцев генерала тлеющую сигару и воткнул её Перезу в левый глаз.
По комнате разнёсся вопль, который явно услышали бы не только во всём доме, но и в Калифорнии. Фил, продолжая сидеть на столе, быстро развернулся лицом к  Рамиресу, оперся на руки и пнул бегущего к нему мужчину в грудь.
Рамирес отлетел назад и, ударившись об стену, упал, явно притворяясь потерявшим сознание.
Плейн же уже соскочил со стола и обшаривал мужчину в поисках оружия. Перез, обезумевший от боли, не в силах скоординироваться, метался по комнате, ругаясь на испанском.
Фил достал из кобуры, прикрепленной под мышкой Хорхе, пистолет.
- Калитка за синей будкой, - услышал он тихий голос и, подняв голову, увидел, что глаза мужчины приоткрыты. Фил просто кивнул, даже не понимая смысл услышанных слов, и бросился по направлению к Анне. И как раз вовремя – дверь комнаты распахнулась и в неё хлынули люди Переза.

+1

11

Анна недовольно посмотрела на разглагольствующего Фила. Что-то он разошелся, этак он и даст разрешение на торговлю наркотиками в Сакраменто. Хотя полномочий у него, в общем-то, таких и нет.  Да и Анна одна вряд ли бы это решила, слово Доминика тоже многое решает.
- Палатки с тако.
Анна прикрыла глаза рукой. Отлично, Фил. Теперь нас точно убьют!
Тем временем Плейн времени не терял, он воткнул сигарету прямо в глаз озверевшему Перезу. Анна вскочила, генерал тоже, кажется, ему было очень больно. Анна ухмыльнулась. Ага, кажется. Ты Шерлок Холмс, Донато!
Женщина подбежала к столу Переза, который сходил с ума от боли, дернула ручку последнего ящика стола. Нашла там пистолет с глушителем, обрадовалась. В это время человек, стоявший около стены, побежал на Фила. Вы плохо знаете Плейна, если думаете, что тот раздумывал хоть минуту над тем, что собрался сделать. Он взлетел на стол и послал подручного Переза в глубокий нокаут. Анна обернулась к двери, затем повернулась обратно к воющему генералу и всадила две пули ему в грудь. Вояка упал, Анна глянула на человека в углу и с глубоким удивлением услышала, как тот шепчет, откуда можно выйти. Размышлять времени не было, но Анна насторожилась. Если она этого человека не знает, выходит, его знает Плейн. Если его знает Плейн, то либо он сотрудничал с Перезом, либо.. подставные лица? Ладно, об этом мы подумаем позже. Сейчас надо выбираться.
Фил как раз подбежал к Анне, когда в комнату хлынул народ. М-да, пистолет с четырьмя патронами явно не выстоит против автомата. Анна выстрелила в лоб одному из первых автоматчиков и сквозь зубы процедила:
- Фил, окно!
Они  находились на первом этаже, окно было невысоко. Значит, вылезти через него можно. И хотя Анна была в бежевом платье меньше всего ее сейчас интересовала сохранность наряда.  Кажется, эти молодчики с удовольствием убьют их с Филом за кончину своего дорогого босса.  Женщина обернулась, заметила, что странный человек, помогший им, бросился наперерез людям с оружием. Анна  покосилась на него с недоверием, но ничего не сказала. О странных, альтруистических поступках подумаем позже. Сейчас нужно выбраться, добраться до гостиницы и вызывать из Сакраменто ребят. Мехико совсем распоясалось, нужно ставить его на место. Пора прикрывать эту контору, потому что если каждый старый вояка будет наглеть так, как обнаглел Перез, то начнется хаос. Хаоса Анна не любила.  Она всегда была немного педантом, значит, всегда старалась навести порядок во всем.
Сейчас же Донато разбила стекло пистолетом, подхватила подол платья, и первая вылезла в окно. Она мягко спружинила, коснувшись земли, и подняла голову. Где же Фил, он что, решил остаться в теплой компании ребятишек?
Сверху, тем временем, гремели баталии. Громкие выстрели пронзили тишину двора, кто-то закричал. Анна подтянулась на руках, уцепившись за раму. Не хватало, чтобы помощники покойного Переза убили Плейна!
Но нет. Убит, к сожалению, был тот самый парень, который сообщил, куда же бежать Филу и Анне. Женщина присмотрелась. Филип почему-то не спешил убираться, он смотрел на тело мужчины и молчал.
- Плейн! – закричала Анна, - Не время рассиживаться!
Сама она никак не могла взять в толк. Фил что, двинулся? Стоять в комнате, куда бежит вся охрана дома, да еще вооруженная автоматами? Стоять и не двигаться, вместо того, чтобы уносить ноги подальше?
Донато повела пистолетом, выпустила еще пулю в того, кто целился в спину Филипа и вновь крикнула:
- Фил, черт бы тебя побрал!

+1

12

Комната быстро заполнилась людьми, и Фил, не особенно целясь, выстрелил в одного из них. Он не рассчитывал, что Анна убьёт Переза – этот человек должен был, разоблаченный Рамиресом, предстать перед военным судом и понести наказание за все свои преступления.
Впрочем, чего ещё он ожидал от мафии? В этом мире вопросы лишаются несколькими пулями, а слово «правосудие» неизменно обладает отрицательной коннотацией.
Фил попятился к окну – охранников было немного, спасибо стероидам и узкой двери. Но вот один из них направил автомат прямо на Плейна.
Знаете, в мультфильмах Багз Банни, бегущий по скале и вдруг оказавшийся над обрывом, на несколько секунд зависает в воздухе, смотрит прямо в камеру, говорит «О-оу» - и только тогда падает. Эти несколько секунд плейновского «о-оу» Рамирес заполнил собой – безотчетно, напрочь срывая маскировку, бросился между Плейном и автоматом. Автоматная очередь резанула по ушам, и Фил почувствовал на лице мокрые брызги. Кровь забрызгала не только его лицо, но и шею, чёрную рубашку. Несколько секунд заминки – он тупо уставился на обмякшее на полу тело.
А? Как так? Что? Зачем?!
А дальше – красным по белому: Рамиреса убили. Знаете, полицейские – это нечто вроде братства, в любом конце мира смерть одного, даже незнакомого, должна быть отомщена. Убийства полицейских расследуются в первую очередь и воспринимаются как плевок в лицо всем им. Красная пелена накрыла Фила, застлала ему глаза, и в голове пульсировала только одна мысль. Ему вдруг стало так плевать на всё это, плевать на то, что его могут пристрелить или что его прикрытие сорвётся – он вспылил моментально, как спичка. На этот раз он целился, и не как обычно – в плечо или ногу – а прямо в лоб. Раз, два, четыре, шесть – рука заболела от отдачи при такой быстрой стрельбе. Он понял, что стреляет уже в пустую – патроны закончились – и отбросил пистолет в сторону.
Азарт, истраченный на спусковой механизм, отпустил его. Сзади раздался голос Анны.
Не раздумывая больше ни секунды, Фил бросился к окну. Вскочив на подоконник, он просто вылетел наружу с остатками стекла. Падение на землю мужчины, окружённого осколками, было очень эффектным… и болезненным. Хотя он и приземлился удачно (как учили в полицейской академии: сгруппироваться и спружинить), всё равно покатился по траве. О! Трава! Как хорошо, что здесь был сад…
Фил вскочил на ноги.
- Вау! Давай ещё разок! – залихватским и самым жизнерадостным тоном произнёс он, мутным взором озираясь по округе, немного дезориентированный и с кружащейся головой. Синяя будка (оказавшаяся на деле светло-голубым хозяйственным домиком) оказалась в дальнем конце сада.
- Нам туда, - пригибаясь за кустами в слабой надежде, что они худо-бедно укроются от постороннего и крайне враждебного взгляда, Фил, резво прихрамывая на левую ногу, потрусил в обозначенном направлении.
Мозг тем временем напряженно работал, перегоняя одну за другой нерадужные мысли и просчитывая десятки вариантов. Без сомнения, Анна видела смерть Рамиреса.
Если у тебя есть план – надо его придерживаться. Потому он и называется планом, верно? Планом их обоих было внедриться в преступную группировку и всеми правдами и неправдами поддерживать прикрытие. Сорвав собственное, Рамирес поставил под удар и плейновское. И спас ему жизнь. Как бы Фил поступил на его месте? Оказалось бы спасение старого товарища важнее уничтожения мафии? Стоила бы игра свеч для него? Это был ряд вопросов, на которые ему ещё предстояло ответить… Но как бы он ответил, если бы времени на раздумья не было? Конечно же, ответом было бы «да».
Видимо, сегодня был крайне удачный день: до светло-синего здания они добрались незамеченными. За ним действительно была калитка, с виду запертая. Фил не успел проверить, ибо откуда-то сбоку раздались крики на испанском – еще несколько секунд, и из-за поворота покажутся люди Переза.
Заметив в стене строения какую-то неприметную дверь, Фил дернул её и – о боги! – она оказалась не заперта. Он запихнул Анну в тёмноту помещения и, зайдя за ней, осторожно, чтоб не создавать лишнего шума, закрыл дверь.
- Ты цела?
Фраза «Вот мы и остались вдвоем, у нас есть пара минут, я как раз успею» так и осталась вертеться на языке. Стебаться в такой ситуации – это слишком даже для Филипа Плейна

+1

13

Анна бежала следом за Филом, торопливо проверяя барабан пистолета и судорожно размышляя о том, кто же, черт возьми, этот человек Плейну и что их связывает. Филип так долго стоял, ничего не предпринимая, он наверняка была очень огорчен смертью незнакомца. И опять в голове Анны заворочались тяжелые мысли. Фил сотрудничал с Перезом ранее?
Вполне возможно, что это всего лишь паранойя, они просто ранее работали вместе. А если нет?
Сзади раздался лепет на испанском. Анна закатила глаза. Как носитель итальянского языка, она не могла слушать испанскую исковерканную речь. Однако, не время для размышлений. Самое время прятаться от преследователей.
Плейн так и сделал. Он дернул дверь будки, впихнул туда Анну и зашел следом за ней.  Женщина перевела дух. В магазине осталось три патрона, что не могло не огорчать. Вокруг наверняка скоро соберется целая компания недружелюбно настроенной охраны. И три патрона не спасут тогда парочку от болезненной смерти.
- Цела, - ответила Анна, - Я в полном порядке. А как ты? Эти мерзавцы не отбили тебе почки?
Она присела на старое ржавое ведро, перевернутое вверх дном. Откуда здесь сей инвентарь? Или это домик садовника?
- Что будем делать? – спросила Анна, потирая лоб. Она потерла руку, покатала туда-сюда золотой браслет и подняла глаза на Фила. Нужно было предпринять что-то, но вот что?
- Фил, - внезапно медленно произнесла Анна, - Мы дураки. Телефон все еще в твоем кармане?
И в самом деле! Как можно было забыть о мобильном, теперь он – единственная ниточка к спасению! Если батарейка не разрядилась и сигнал есть – нужно продержаться лишь до приезда ребят, а значит, подпереть дверь и сидеть тихо, как мыши. Что, в общем-то, с языком Фила, довольно проблематично. Сама Анна привыкла часами сидеть молча, когда выслеживала ублюдка Альфонсо.  Фил тоже наверняка умел сидеть в «засаде», он же специалист высокого класса, раз сотрудничает с мафией Сакраменто, но верилось в его способность молчать более пяти секунд Анне с трудом.
Женщина аккуратно выглянула в щелочку в стене. Кажется, заметно их не было – и то слава Богу.
Анна вытащила телефон из штанов Фила, рискуя вновь нарваться на сальные шуточки и глянула на экран. Батарейка почти села, сигнала почти не было. Почти. Донато торопливо набрала номер начальника безопасности и быстро зашептала:
- Дом генерала Переза. Будьте здесь через десять минут, с оружием. Возьмите побольше людей. Торопитесь!
Анна положила трубку. Телефон мигнул и погас. Женщина тяжело выдохнула. Слава Богу, успела!
Она вновь устроилась на жестком дне ведра, откинула волосы за спину и в упор посмотрела на Плейна.
- Кажется, у нас есть время поговорить, - прошептала она, - Ну-ка, расскажи мне, что же это за человек был?
Он бросился наперерез автоматным очередям, укрывая собой Плейна. Как это можно объяснить? Анна все больше склонялась к версии о предательстве, такой уж был у нее характер. Но Донато решила все же дать Филипу шанс объясниться, а вдруг все совсем не так, как она видит?  Может, это все – больное воображение Анны?
Женщина положила оружие на колени и вопрошающе уставилась на Плейна, как бы подталкивая его начать говорить.
На улице был слышен бег и крики на испанском, Анна с сожалением подумала, что, возможно, помощь не подоспеет вовремя, и тогда Витторе доставят лишь два цинковых гроба. А это печально. В общем, бороться надо до последнего вздоха. Но пока еще никто не обнаружил присутствия Плейна и Донато, можно было послушать, что сейчас споет ей Фил.

+1

14

- Жить буду, - он криво усмехнулся, потирая шею сзади.
Фил закрыл глаза, пальцами слегка надавил на глазные яблоки – верный приём, чтоб зрение быстрее адаптировалось к темноте. Открыв глаза, он уже мог различать смутные очертания предметов. Какие-то лопаты, садовые инструменты, канистры… Если они собирались попасть в оружейную, набитую гранатомётами, то явно ошиблись дверью.
Тем временем его спутницу поразила гениальная идея, и она резво запустила руку ему в карман. Филип даже немного удивился такой сноровке.
- Тебе что, понравилось залазить ко мне в штаны? – с деланно-подозрительным видом поинтересовался он, прищурившись. – Соберись, женщина, мы не в том положении! – мятый и побитый, он, казалось, продолжал хранить бодрость духа. Это всяко лучше, чем метаться из угла в угол и рвать на себе волосы.
Дождавшись, пока женщина закончит разговор, он сказал:
- Хорошая идея, Анна, просто отличная! Ты, видимо, забыла, что это не Сакраменто и по одному твоему звонку не приедет целая эскадрилья гоночных авто. Это грёбаная Мексика, а мы сидим в сарае мертвого генерала, в распоряжении которого целая – я хочу, чтоб ты обратила на это особое внимание! – армия. Не в переносном и метафорическом смысле, а в самом, мать его, буквальном. И те тринадцать человек, что приедут к нам на помощь из гостиницы, непременно падут смертью храбрых. Вместе с нами, кстати.
Говоря, мужчина раздражённо жестикулировал. В его голосе было больше злой иронии, чем он обычно себе позволял. Сам Фил считал, что отсюда легче улизнуть вдвоем, чем с целой бандой, палящей и стреляющей налево и направо. Ибо, если взглянуть на это сверху, они действительно были в резиденции генерала Мексики, официального, действующего – то есть, уже убив его, стали государственными преступниками. А, учитывая шаткость политической обстановки страны… как бы до переворота не дошло. Интересно, такой результат его деятельности в группировке Донато можно рассматривать как провал операции?
- Прости, - он вздохнул. – Ты же знаешь, вся эта кровь и резня не по мне, - он брезгливо передёрнул плечами и провел руками по лицу, размазывая кровь Рамиреса по щеке.
Да, именно таков Филип Плейн – высокомерный и брезгливый пижон, который ненавидит грязную работу.
Пижон, у которого появились проблемы. Глупо было надеяться, что Анна спустит на тормозах эпизод с Хорхе. Она и не спустила: заговорила о нём при первой же представившейся возможности. А у Фила так и не было легенды.
Давай же, думай. Друг? Человек Веласкеса? Сказать, что сам в шоке? Неееет, не то…
Плейн бросил на неё долгий, внимательный взгляд. Почему-то в голову вместо достоверной лжи приходили лишь выдержки из дела Анны Донато. Палермская мафия, юридическое образование, смерть отца от инфаркта… Это всё не то. Но в жизни этой женщины была трагедия, навсегда изменившая её – так бы сказал писатель-романист в духе Гюго. На деле – убийство её мужа неизвестными. Тёмное дело, которое даже не расследовали. Понятное дело, полиция не бралась за слежку. Она просто собрала материал, предоставленный коллегами из Италии и… другими источниками.
Воспользоваться слабостью женщины? Надавить на её болевую точку? Нет, это уже слишком, это чересчур. Это подло.
Вот только ты должен следовать плану. Ни в коем случае не срывать прикрытие, даже если для этого следует пойти на подлость и пренебречь собственными убеждениями и моральными устоями. Кроме того, то, что для Нэйтана Бенсона было подло, для Филипа Плейна входило в порядок вещей.
Фил мигом стал серьёзным, вряд ли Анне прежде доводилось видеть на его лице такое выражение: смесь сдерживаемых эмоций и желания взорваться. Неожиданно строгим, бесстрастным голосом он ответил, продолжая смотреть ей прямо в глаза:
- Это был отец моей невесты. Она погибла из-за меня. И не спрашивай, почему он меня спас вместо того, чтоб всадить несколько пуль в голову, потому что я и сам не знаю.
Если он не ошибся в этом человеке, сейчас ей должно стать не по себе от того, что затронула эту тему – Анна должна по собственному опыту знать, каково говорить другим людям о таких вещах.
А что? Хорхе Рамирес был старше Фила лет на пятнадцать, если не больше. Вполне сойдет. Вот только полиции Сакраменто придётся хорошенько потрудиться, чтоб обеспечить достоверность и информационную поддержку этой легенде. Потому что Анна, если даже сейчас не будет задавать вопросов, непременно всё проверит, едва они вернутся в Америку.
Фил отвернулся, всем своим видом показывая, что разговор на этом закончен, и подошёл к двери. Чуть приоткрыв её, он сквозь образовавшуюся щель оценил обстановку вокруг.
- Я знаю, как нам выбраться, - он повернулся к женщине. Прежняя серьезность прошла, как не бывало. – Через две минуты выходи отсюда.
Сказав, он, пригнувшись, исчез за дверью.
Возможно, эти вояки умели стрелять и брали силой грубой, мужской. Но им невдомёк была другая сила, магическая, дарованная всепоглощающим идиотизмом. Им и в голову не могло прийти, что Фил Плейн настолько дурной, чтоб при свете дня пробраться почти что к дому и угнать у них из-под носа мотоцикл. По крайней мере, когда взревел  мотор и железное чудо рвануло с места, бегающие по саду боевики не сразу отреагировали. Фил остановился возле домика, в котором пряталась Анна, и когда она оказалась сзади, ударил по газам. Только тогда раздалась адреналиновая трель автоматной очереди.
Он не имел ни малейшего понятия, как им перебраться через забор и при этом не быть застреленными. Единственное, что он знал – нельзя дожидаться подкрепления, ибо их убьют вместе с ним. Да и ждать, сложив лапки, он не то что не любил – не умел.
Фил просто гнал мотоцикл таким путем, который обеспечивал максимальное прикрытие: за деревьями, террасами, различными постройками… Стоило признать, что генерал нехило нажился на этой стране – территория была масштабной.
Впереди показались главные ворота, возле которых так и осталась стоять машина, привёзшая их из гостиницы.
О нет, это же полное безумие! Не могу поверить, что я собираюсь сделать это…
- Держись крепче, - бросил он через плечо, не уверенный, что Анна слышала его.
Рвануть руль на себя – переднее колесо поднялось в воздух, и мотоцикл с разгона вскочил сначала на бампер, а потом и на крышу автомобиля. Пара секунда – и вот они уже в воздухе, перелетают через ворота, причем колесам не хватает каких-то пару сантиметров, чтоб коснуться ограждения и убить наездников к чертям собачьим. А Фил вспоминает все известные ему молитвы.
Но дуракам везет. Таким дуракам, как Фил, везёт вдвойне. И мотоцикл не только перелетает через ограду, но ещё и более-менее удачно приземляется, лишь адски дёргается из стороны в сторону. Филу удается выровнять его, и они уезжают прочь.
- Ииииха! Выкусите! – в воздух взметнулась его рука со старым-добрым американским факом.
А из ворот ранчо (или фазенды, кто их разберёт) Переза уже одна за другой выезжали машины…

+1

15

- Главное, что мы сможем уйти, - холодно ответила Анна на бурную речь Фила, - Остальное меня не волнует!
Это, конечно, была неправда. Анна не любила левых смертей, а уж когда гибли ее люди, вообще чувствовала себя неуютно. Но сейчас это был единственный выход, потому что умирать в этой будке вовсе не хотелось. Да и потом, даже как-то неловко перед коллегами – так глупо умереть.
Сейчас же главное – выбраться. И потом, Веласкес все еще их ждет, и будет ждать, во сколько бы они не появились. Что то обстановки в другой стране… А разве Анне было до этого дело? Выйти за территорию дома генерала, встретиться с Веласкесом и сесть в самолет. Что будет твориться в Мехико после их отлета – дело самих горожан, но никак не Анны. Поэтому она взирала на Фила, яростно размахивающего руками, довольно спокойно, свое решение она приняла.
Донато лишь пожала плечами, когда Фил сообщил, что не любит подобное решение проблем. А что оставалось еще сделать? Перез убит и слава Богу, добра он точно никому не принес, а так хоть упокоится с миром. Опять же, Анна привыкла, что любую проблему можно решить с помощью пистолета. Если процитировать весьма известную личность, о которой Анна много читала в исторических книгах: «Есть человек – есть проблема, нет человека - нет проблемы!»
Филип замолчал, Анна сложила руки на груди и принялась сосредоточенно разглядывать его. Ну, птичка певчая, что же ты сейчас скажешь?  Почему-то в душе Анны росла уверенность, что Фил сейчас что-то соврет, или попытается отделаться шуточкой, как и обычно. Но дело слишком серьезно, чтобы спустить его на тормозах, да и Плейн слишком много знает. И если появятся подозрения, что он – двойной агент.. Анна не терпела таких людей, ни в каком виде. Будет очень жаль терять такого толкового помощника.
Но Фил врать не стал. Он тоже упрямо посмотрел в глаза Донато. Выражение его лица сменилось, теперь это был серьезный и уставший от жизни человек. Он ответил Анне спокойно, сухо, не вдаваясь в подробности.
Анна секунду глядела ему в глаза, затем отвернулась, сохраняя на лице каменное выражение лица. Выдавать свои эмоции – глупо, да и потом, Фил же не знает о жизни самой Анны до Сакраменто.
Женщине стало не по себе. Она встала, отошла к противоположной стене и уткнулась взглядом в стену. Она даже на секунду пожалела, что завела этот разговор. Филу наверняка было хреново, раз его невеста погибла из-за него. Тяжело выдохнув, Анна повернулась и положила руку Филу на плечо.
- Прости. Я не хотела,- скупо  сказала она.
Фил кивнул и отошел, посмотрел в щель в стене и сообщил, что знает, как выбраться. Анна подняла брови и скептически поинтересовалась:
- Да?
И тут Плейн совершил поступок, равный самоубийству. Он вышел из будки и понесся к дому, где стояли машины и несколько мотоциклов. Анна закрыла глаза рукой. Боже мой, кто же знал, что он НАСТОЛЬКО сумасшедший?
Между тем Фил не слышал, что думает Анна. Он оседлал железного коня и быстро подъехал к будке. Анна торопливо выбежала из нее, на бегу повыше поддергивая платье. Бежевый наряд от Дианы фон Фюрстенберг превратился в тряпку, но Анне главное было выбраться отсюда. Жалеть платье в данной ситуации может лишь блондинка!
Уцепившись за талию Фила, Анна пригнулась и посмотрела по сторонам, затем обернулась назад. Однако, люди Переза времени не теряли. Вслед бешеной парочке уже стрекотали пулеметы. Фил повел мотоцикл через кустарники и деревья. Так он обеспечил уверенность Анне, что, по крайней мере,  в спину ее не убьют.
- Чертов Перез, - сквозь шум прошипела Анна, - Отгрохал себе домик!
Они приближались к воротам. Анна увидела, что они открыты, а внедорожник, на котором их привезли, так и стоит там, загораживая проезд. Но Плейну, казалось, по барабану. Он вел мотоцикл прямо на машину.
- Нет-нет-нет, Боже мой, Фил! – крикнула Анна, но Плейн ее не услышал. Он крикнул что-то в ответ, что, Анна не поняла. Она лишь вцепилась в Фила мертвой хваткой, уткнулась лицом в его плечо и зажмурилась, торопливо зашептав на итальянском молитву Деве Марии:
- Padrona della nostra, Stella del mattino, te ne preghiamo, la dispersione della sua nuvola luce delle motivazioni del male, eclissando il terreno della nostra mente!
Донато почувствовала рывок, затем ощутила полет. Она еще громче затараторила молитву, искренне надеясь, что смерть их хотя бы не будет слишком болезненной!
Женщина открыла глаза, когда мотоцикл приземлился, бешено трясясь под пассажирами. Эйфория затопила Анну, она словно стала на секунду той самой девочкой, так любившей приключения и еще умевшей радоваться жизни.
-Мы сделали это!
Она крикнула это громко, Фил наверняка услышал. Анна обняла его покрепче.
Плейн повел мотоцикл сквозь кусты. Анна обернулась. Невдалеке от них ехали два внедорожника.
- Фил? У нас проблемы, - сообщила Анна, - Нам нужно ехать не по дороге. Иначе они  запросто снимут нас.
Снимут Анну, в первую очередь. Смерть – не такая уж и плохая штука, но сейчас, после невиданного финта, женщине вовсе не хотелось умирать. Она покосилась опять на ребят на машинах и пригнулась поближе к Плейну. Ты вытащил нас из того ада. Теперь осталось уехать от этих костоломов. Не подведи, Фил!

+1

16

Да, свежий ветер в лицо, теплое солнце на коже, железный зверь между… кхм, под тобой, женщина прижимается сзади – это всё хорошо, но вот пара амигос на коче сзади слегка (немножко так) портят идиллию.
- Ты переоцениваешь меня! – ответил через плечо. – Я же не экстремальный гонщик!
Несколько пуль пролетели прямо сбоку.
- А знаешь, пожалуй да, я такой.
Фил резко вывернул руль, и мотоцикл, подскакивая на каждой мало-мальски заметной кочке, помчался в сторону от главной дороги. Филу еле-еле удавалось удерживать равновесие, что уж там говорить об управлении… Радовало то, что ехали они по песку, а посему – правильно, за ними поднималось старое-доброе облако оранжево-медовой пыли. Вдали показались дома Мехико – до городской черты оставалось совсем немного. Фил искренне надеялся, что там вояки присмиреют. Серьёзно, не могла же мафия здесь настолько оборзеть? Хотя стоп, они же военные… Ему удалось выровнять мотоцикл и более-менее скорректировать курс. Теперь они мчались параллельно дороге.
Может, моя фея Крёстная расщедрится на ещё один подарочек и мы сейчас встретим «подкрепление»?
Он поднял глаза вверх, на небо (на котором, кстати, не было ни облачка).
Нет? Не будет подарка?
Мотоцикл вдруг зафыркал, затрясся и начал снижать скорость.
- Нет… Нет! – Фил судорожно обшаривал взглядом приборную панель. – Чёрт! Чёртовы латиносы с их ублюдочными мопедами!
Он стукнул по приборам рукой, но потом пришлось снова схватиться за руль.
- Бензин!!! Закончился бензин! – и это – прошедший цензуру вариант.
Мотоцикл со страшным треском вдруг подскочил, сбрасывая с себя «наездников». Фил отлетел в сторону и почувствовал, как на него упала Анна, больно ударив локтем в живот.
- Бл********, - он вытянулся на песке, из-под женщины наблюдая за тем, как неподалеку останавливаются два запыленных внедорожника и из них выходят вооруженные и очень злые люди.

+1

17

Анна вцепилась в Плейна еще сильнее, она попыталась сделаться незаметной, что, разумеется, было полной ерундой. Но схлопотать в спину пулю не хотелось вообще!
Женщина лишь хмыкнула на реплику спутника. Как, скажите на милость, весь побитый, на дряхлом мотоцикле, в паре секунд от смерти, он умудрялся шутить? Гениальность или идиотизм? Анна толком и не знала.
Женщину подбросило на кочке, раз-другой…
- Фил, не дрова везешь! – крикнула она, но ветер унес ее слова вдаль. Анна же чуть не поймала ртом муху, и поспешила замолчать, чтобы не наесться букашек. Пыль позади мотоцикла стояла страшенная – желтый песок взмывал вверх и рассыпался мириадами песчинок. Анна обернулась и кашлянула, потом рассмеялась. Выглядит все так, будто они на Диком Западе, Фила зовут не Фил, а какой-нибудь Грязный Джо, а она – пинаповская красотка тридцатых годов. Боже мой, это песок  так действует на мозг?
Кажется, бог удачи решил, что парочке на сегодня хватит. Анна не поняла толком ничего, услышала только пару ласковых от Плейна, а потом полетела с транспорта.
Ей повезло. Она свалилась прямиком на Фила, двинув ему хорошенько по печени рукой.
- Прости, Фил, - повинилась она, сразу же вскочив. Разлеживаться времени не было, нужно было удирать.
Женщина обернулась. Удирать было поздно. Два внедорожника притормозили метрах в двухстах, из них, как из порванного мешка горошины, повалили злобные люди с оружием. Анна тяжело вздохнула, положила руку на плечо Филу, печально сидящему на земле:
- Ну что ж, удачи нам и прости меня, если что…
Анна закрыла глаза. Конечно, здесь и сам господь Бог не поможет. Помолимся, друзья? Пресвятая Дева Мария, заступница наша…
Позади послышался долгий сигнал автомобиля. Анна повернула голову…и увидела четыре черных джипа. Они неслись на всех парах, отчаянно сигналя. Ах, какая эйфория завладела Анной! Значит, ребята все же подоспели!
Люди в черном быстро попрятались по машинам и поспешили унести ноги с места встречи. Из первого же джипа выпрыгнул смуглый мужчина и быстро направился к парочке, сидящей на земле.
- А, господин Веласкес, - сказала Анна, поднялась и отряхнула платье, - Добрый день.
Бежевое платье стало серым от пыли, волосы растрепались, а ожерелье Анна где-то посеяла. На ее щеке был длинный след копоти, кажется, она испачкалась, когда упала с мотоцикла. Смешной видок представляла из себя консильери мафии Сакраменто, переговорщик о транспортировке наркотиков! Анна пригладила волосы и протянула Веласкесу руку для пожатия.
- С Филом, думаю, Вы уже знакомы.

+1

18

- Ну что ж, удачи нам и прости меня, если что…
- У нас бы всё равно ничего не получилось, - грустно усмехнулся Фил, растягиваясь на песке и заводя руки за голову, как будто не готовился к смерти, а загорал на пляже.
Всё происходило так быстро, что он даже не успел принять факт грядущего как нечто ужасное и трагичное.
Люди Переза, приближавшиеся к ним, глумливо усмехались.
Увы, Анна, быстрой смерти нам не ждать.
По предварительным оценкам Фила им сначала должны вырвать глаза и зубы, отрезать все конечности и нехило так надругаться. Это вам не цивилизованный Донато с его банальным «пристрелю, сука», а набор озлобленных некультурных людей, которые с дерева-то только вчера слезли. Наверное, повинуясь традиции своих предков – рыцарей, – Фил должен был убить Анну, избавив её таким образом от страданий. Только вот чем её убить?
Он, нахмурившись, наблюдал за приближением вояк. Должен же быть какой-то выход! Его жизнь не может закончиться вот так, на окраине Мехико и в ботинках, полных песка. Он лихорадочно соображал.
Вдруг латиносов привлекало что-то сзади Фила. Анна – и та повернулась на звук клаксона.
Плейн резко вскочил, опираясь на руки, поднялся на ноги – песок под ним разъезжался, и пару раз он чуть не рухнул обратно. От машины к ним мчался Веласкес, а с ним и его головорезы.
Фил выпрямился рядом с Анной и в тон ей начал оправлять рубашку и растопыренной пятерней приглаживать волосы. Видок у него был соответствующий спутнице: расквашенная ещё в начале этого расчудесного квеста губа опухла, рожа забрызгана кровью, на скулах несколько царапин, руки все в ссадинах, рубашка порвана, очки (любимые, между прочим) сгинули ещё на парковке.
Веласкес, которого аж перекосило от злости, взял протянутую руку Анны в обе ладони и, сжав, прикоснулся губами к костяшкам её пальцев. Его ребята тем временем заняли позицию между американцами и людьми Переза, таким образом загораживая Фила, Анну и своего главаря от перестрелки.
Плейну было жутко интересно, почему они стоят и сверлят друг друга ненавидящим взглядом вместо того, чтобы пристрелить. Настолько дисциплинированны, что не начинают без приказа?
Веласкес тем временем с самым отеческим посылом похлопал Фила по плечу.
- Вы в порядке? – спросил на ломаном английском.
- Дааааа, конечно, лучше некуда! – рассмеялся Фил, как ни в чем не бывало потягиваясь и чувствуя ломоту в пояснице.
Веласкес повернулся к людям Переза и что-то им проорал на испанском. Те ответили – но за ходом разговора Фил не мог уследить.
- Пойдемте, - Веласкес взял Анну за локоть и повел к машине. Фил двинулся за ними следом.
За его спиной раздался оглушительный треск пальбы - обернувшись, он увидел, что люди Переза мертвы.
Вдруг темноволосый мужчина остановился, не обращая внимание на резню и ошарашенное выражение Фила, с улыбкой, положил руку тому на плечо и медленно, с трудом произнося слова, сказал:
- Фил, нам с твоей очаровательной спутницей надо обсудить некоторые вопросы, - которые не предназначены для моих ушей. – Диего позаботиться о тебе. Хорошо?
А у меня есть выбор?
- Да без проблем, - сопровождаемый Диего, он сел в другую машину. Та, что везла Анну и Веласкеса, уехала первой.

Фил откинулся на заднем сидении, с наслаждением вдыхая прохладный, насыщенный кислородом кондиционированный воздух. Прикрыв глаза, он смотрел на Мехико, проносящийся за окном. Сумерки уже сгустились, и город постепенно погрузился в электрическо-неоновый свет. Плейн со сладострастным наслаждением предвкушал ужин и мягкую постель. Больше всего хотелось уснуть прямо сейчас.
Он был рад, что всё это закончилось. Сейчас Анна проведёт переговоры, и они вернутся в родной Сакраменто, туда, где преступность хоть и преступность, но организованная. А ему придется как можно скорее сообщить в штаб, чтоб готовили легенду… Можно будет сделать это ещё в Мехико, если найдется время.
Эта мысль неизменно привела его к Рамиресу. Его было жаль, жаль до глубины души, и Фил прекрасно понимал, что погиб Хорхе именно из-за него. Чувство вины давило его. Рамирес был хорошим копом, честным, справедливым, весёлым – нередко шутил, что из-за травмы колена его не взяли в мексиканскую армию, поэтому пришлось пойти в американскую полицию. Фил грустно усмехнулся, вспомнив эту шутку, но вдруг улыбка, остановленная внезапной догадкой, сползла с его лица. Он выпрямился и украдкой огляделся. Двое его спутников на переднем сидении ничего не заметили.
Рамиреса не взяли в армию. Он не мог бы стать военным даже спустя двадцать-тридцать лет. Перез был ублюдком, но ублюдком законным, он не набирал шпану, а выводил своих людей из отменных вояк. Полиция может подделать отменную биографию, но вот отменное здоровье…
- Ребят, - весело и беззаботно, между тем едва сдерживая дрожь, сказал Фил, - мы же виделись в мой прошлый приезд, да? С вами был ещё такой парень – забыл, как его зовут… ммм, - он пощёлкал пальцами, словно пытаясь вспомнить. – Ну, прихрамывал ещё немного… Такой, со шрамом на подбородке…
Небольшая храмота – последствие той злополучной травмы колена – мало сказывалась на физической силе Рамиреса, а шрам он получил, стыдно сказать, во время драки в баре.
- А, это Маркес, - парень на переднем сидении обернулся, чтоб взглянуть на Фила. – Да, точно, Маркес. А что тебе?
- Да ничего, он мне пиво должен…
Латинос несколько секунд смотрел на Плейна, потом заржал, оценив «шутку» - и тут же пересказал её своему другу, похоже, не говорящему на английском.
Фил же снова отвернулся к окну. Тяжесть открывшейся правды словно придавила его к сидению. Захотелось съежиться, свернуться в позе зародыша в надежде стать полностью незаметным.
Лучше бы я остался лежать на песочке.
Рамирес действительно был копом под прикрытием. Под прикрытием в мафии Веласкеса.
Они знали, когда люди из Сакраменто приедут и где будут жить.
Они знали о сделке.
В доме Переза были люди Веласкеса.
Это же бред, Фил точно знал, что эти двое враги.
В голове отчётливо прозвучали слова Анны: «Несолидная контора. Работают грязно». Ведь действительно грязно… потому что действовать надо было быстро… потому что не было плана.
Фил округлил глаза, внезапно поняв, чего добивался Веласкес. О нет, он не заключал союза со своим злейшим врагом, он просто использовал его, рассчитывая, что генерал сделает грязную работу, а Веласкес останется чистеньким. Подкинуть им нужную информацию, запустив в контору «своего» человека, – и двойной агент Рамирес оказывается уже тройным агентом. Перезу нужно действовать быстро, чтоб помешать сделке, он готов пойти на необдуманное похищение главы мафии Сакраменто. Анну бы убили, как и всех, с кем она приехала, - и реакция американцев на это была бы очевидна. Началась бы война, во время которой Веласкес бы стоял в стороне и просто наблюдал. Он бы выиграл в любом случае: убили бы Переза либо убили бы Донато, он бы избавился от врага или воспользовался слабостью сакраментской мафии и сделал поставки наркотиков на тех условиях, которые выгодны ему.
И Анна сейчас едет с Веласкесом в машине.
Фил порылся в карманах – чёрт, телефон сдох!
- Куда мы едем? – он постучал по плечу того парня, который рассказывал о Маркесе.
- В надежное место, - в оскале того не было ничего обнадеживающего.
Плейн откинулся назад. Он почувствовал безнадежное чувство – ты заперт в машине, у тебя связаны руки (матафорически) и ты ничего не можешь изменить. Он ненавидел это подрывающее волю ощущение безнадежности.
Конечно, следовало кого-то предупредить. Человека, который мог бы со всей серьёзностью воспринять его слова. Но кто этот человек? Донато далеко, и хотя у него длинные руки, они не дотягиваются до Мексики. Мир мафии – мир междоусобиц, разрозненных «кланов», где каждый сам за себя, и один «коллега» не станет выручать другого.
Фил инстинктивной опустил плечи, закрыл глаза и сделал три глубоких вдоха. Сердце сразу стало биться медленнее, а все мышцы расслабились. Паническое настроение отступило, и хаотический круговорот мыслей стих.
О’кей, Филип Плейн, – думал он. - Соберись и найди выход, как ты делал весь это день.
Но машина продолжала своё движение, а выход всё не был найден. Ничего не приходило в голову.
Они подъехали к какому-то заведению, напоминающему клуб, и машина остановилась. Меньше всего это заведение было похоже на «надёжное место». Фил вышел и огляделся в поиске остальных машин, но их не было. Анну увезли в другом направлении.
А может, всё дело в том, что этого выхода и нет? По крайней мере для Филипа Плейна.
Зато есть для кое-кого другого.

Его преимущество в том, что они даже не подозревают, что пленник догадался о своём пленении.
Идя за двумя мексиканцами  в клуб, Фил оглядывался вокруг. Внутри сказал, что ему нужно в туалет, и под бдительным присмотром своих «друзей» направился в указанном направлении. Ему навстречу шел официант с нагруженным подносом. Ловкое движение – и тот падает, разбивая все тарелки и прочее, а Фил под шумок скрывается в соседнем зале.
На секунду он замер, оглушенный музыкой и ярким светом лазеров. Собравшись, огляделся, выискивая подходящую жертву. Уже через несколько секунд он стоял рядом с какой-то девушкой, представившейся Сальмой, нёс полный бред на жуткой смеси испанского и английского, а рука незаметно ползла по её бедру. Узнав, что она хочет текилу (текила в Мексике – какой моветон!), он направился к бару… сжимая в руке её телефон. Выходя из зала, чуть не столкнулся с двумя своими друзьями – пришлось быстро отойти в сторону, чтоб не встретиться с ними лицом к лицу. Фил оказался окружен стайкой захихикавших девушек.
- Ой, нет, дорогие, спасибо, не сейчас, - снимая с разных частей своего тела их руки, он попятился и, заметив какую-то дверь, толкнул её.
Женский туалет.
Ну ещё бы!
На него в гоголевской паузе уставилось несколько полунакрашенных глаз.
- А что? Мой пластический хирург очень хорош, - гордо подняв голову, он скрылся в одной из кабинок.
Ну, Сальма, надеюсь, ты простишь мне звонок в Америку.
Он набрал номер, который знал наизусть и на ощупь. Когда на другом конце ответили, понизив голос, произнес.
- Это Нэйтан Бенсон. Тут возникли большие проблемы. У нас есть выход на полицию Мексики? Скажи, что дашь им повод взять Веласкеса. Как минимум тот, что он убил генерала Переза.

+1

19

Анна удивленно посмотрела на Веласкеса, лобзавшего ее руку, аккуратно высвободила ладонь из его цепких пальцев и склонила голову. Не в смирении, нет. Кажется, по ноге что-то ползло.
Фил тем временем торопливо одергивал рубашку, он стоял позади Донато. Женщина хмыкнула. Пижон Филип никогда не предстанет перед партнерами в плохом виде. Сейчас особый случай. Посмотрите на Анну, женщину, которая всегда выглядит безупречно! Эх, да что там говорить? Иногда обстоятельства складываются не в нашу пользу, простите, господин Веласкес.
Ах, да. Веласкес что-то зло бросил людям Переза. Анна в который раз обозлилась, что здесь все говорят на чертовом испанском. Варварский язык, ей Богу! Это же не мелодичный итальянский, которым сама Донато владела безукоризненно, все-таки родной. На испанском она понимала пару фраз, да и то смутно. И что сказал Веласкес головорезам покойного генерала – осталось для нее загадкой.  Анна лишь увидела, что люди Переза были чем-то уж очень огорчены, да настолько, что даже порывались выстрелить в пафосного мачо, но не посмели. Тот тем временем подхватил Анну за локоть и на ломанном английском попросил ее следовать за ним. Женщина пожала плечами. Сейчас они, слава  Всевышнему, в безопасности, значит, можно и расслабиться.
Два события, произошедшие примерно в одно время, поразили Анну. Во-первых, всех до единого людей генерала убили. Не подумайте, пожалуйста, что Анна – неженка, падающая в обморок при виде чужой крови. На своем веку она повидала достаточно для того, чтобы не спать по ночам. Однако ночью Анна спокойно посапывала в своей огромной двуспальной кровати. Крепкие нервы, что сказать. Но зачем было убивать людей, которые собрались отступить? Не любила Анна ненужные жертвы, да и они могли многое рассказать о Веласкесе. Женщина прищурилась, окидывая пристальным взглядом самодовольного мачо. Да он не так прост, как кажется. Как бы не пришлось уступать ему еще один район Сакраменто. Анна покачала головой, Веласкес открыл перед ней двери машины. Сам же настоятельно попросил Фила поехать в другой машине. Анна удивленно подняла брови, но от комментариев отказалась.  В ее голове закопошились смутные подозрения, но ведь Фил должен был все проверить, он не потянул бы Анну сюда, если бы не был уверен в безопасности сего мероприятия… наверное.
- Анна? – позвал Веласкес, усевшись рядом с ней. Женщина повернула голову и увидела, что мужчина протягивает ей сигарету. Покачав головой, Анна спокойно сказала:
- Признаться, я не ожидала, что нас смогут похитить под Вашим носом, господин Веласкес!
Она увидела, что ее спутник напрягся. Ну еще бы. Анна высказала ему свое «фи» по поводу организации и его авторитета в Мехико. Впрочем, Анне было наплевать, что думает Родриго.
Машина споро катилась по городу, уже стемнело, Анна видела огромные растяжки рекламных щитов, яркие неоновые вывески. Она долго приглядывалась, прежде чем наконец поняла. Стекла были слишком сильно затонированы. Веласкес так боится за свою личную жизнь? Или не хочет, чтобы Анна запомнила дорогу. Донато покачала головой. Ее что, совсем за дуру держат? Она поправила волосы, чертыхнулась. Повернулась спиной к Веласкесу, убрала волосы с шеи:
- Посмотрите, что-то колется!
Веласкес принялся оглядывать тонкую шею Анны, женщина же, повернувшись к нему затылком, бросила взгляд на дорогу, через заднее стекло. Дорога была пуста. Где же Фил?
- Спасибо, прошло.
В молчании они доехали до резиденции Веласкеса. Джип притормозил прямо у гранитного крыльца, Родриго вышел из машины первым,  открыл дверь и помог выйти Анне. Та огляделась. Территория, подвластная Веласкесу, ничем не уступала садику Переза. Мексиканцы зарвались, - зло подумала Анна, - плачутся, бедные, что денег нет.
Она вновь посмотрела Родриго прямо в глаза:
- А где же Фил? Я думала, он поедет с нами, просто посидит в машине.
- Что Вы, - деланно рассмеялся ее спутник, показав прекрасные белые зубы. Небось, протезы, - Сегодня Вы – моя гостья. А Филип переночует в гостинице.
- И я бы там предпочла, - пробормотала Анна сквозь зубы, пока Веласкес вел ее под руку в дом.
Веласкес, видимо, был человек дела. Он сразу же повел Анну в свой кабинет. Пока они шли, у Анны было время оглядеться по сторонам. Вкуса у Родриго не было. Повсюду позолота, античные статуи и картины с полуголыми девками, косящие под творения Рубенса. Тем не менее, этот ужасный стиль, а-ля Людовик XVII, требовал очень много денег на оформление. Что и говорить, Веласкес явно продешевил, когда называл свою цену. Но теперь Анна гадала, не было ли это тактичным ходом, чтобы заманить ее сюда, в Мексику?
В который раз она убедилась, что пора отходить от дел. У нее был дом и муж. Друзья и приятели. Море денег. Чего еще хотеть от жизни? Всех капиталов не заработаешь, а разъезжая по странам ближнего зарубежья легко сложить голову в перестрелке и оставить мужа вдовцом.
Вот и пришли. Кабинет Веласкеса, по сравнению со всем остальным домом, был просто образцом безвкусия: фонтанчик посреди комнаты, плетеные кресла-качалки. Анна прикрыла глаза рукой. Родриго, видимо, подумал, что Анна ослепла от такой красоты.
- Вам нравится мое скромное обиталище?
- Да я в шоке, - пробормотала Анна, - Глаз не оторвать.
Родриго усадил ее на кожаный диван, налил в бокал тягучую жидкость, которую Анна опознала, как ликер, и протянул ей. О Боже! Ликер! Веласкес голубой? Донато из вежливости взяла протянутое и пригубила жуткий напиток. Она привыкла пить виски, которым потчевали ее все друзья, начиная Джоном, заканчивая Риккарди, каждый раз, когда она приезжала к ним домой. Не слишком хорошего качества ликер радости Анне не придал.
- Итак, Анна, я подумал немного и решил, что транзитом пускать наркотики через Сакраменто весьма неразумно. Прибыль для меня будет минимальна.
Веласкес развалился в кресле напротив Анны, он положил одну ногу на другую и с наслаждением потягивал мерзкое пойло. Анна смотрела на него с удивлением. Так дела не делаются.
- А вот если Вы дадите мне район или два в самом городе, чтобы я смог сбывать там свои препараты…
Анна не дала Родриго закончить. Она уселась поудобнее, выпрямив спину, и холодным голосом произнесла:
- Это исключено. Монополия на торговлю принадлежит мафии Сакраменто. И только. Мы не даем разрешения на торговлю. Никому.
Она твердо посмотрела в глаза Родриго и прищурилась. Она явно вывела его из себя. Несомненно.
- Я сделаю Вам предложение, от которого Вы не сможете отказаться! – тихо, но настойчиво сказал Веласкес. Он приподнялся, прошел по комнате мимо книжных полок, зачем-то потрогал корешок одной книги, приблизился к Анне… и схватил ее за волосы, запрокинув ее голову.
Женщина дернулась, но этот подонок держал ее достаточно крепко. Он нагнулся к ней низко, так, что Анна различала на своей шее его дыхание, и прошептал:
- Если я немного попорчу твой внешний вид? Или, предположим, вообще закопаю тебя. Заживо?
Анна хрипло рассмеялась. Это было неудобно, попробуйте сохранить хорошую мину, когда вас держат, как нашкодившего кота за загривок.
- Вперед, Родриго. Тебе не видать Сакраменто, что бы ты со мной не сделал!
Ути боже, вот баба-то, а? Просто Рэмбо, чесс слово. Анна блефовала. К Сакраменто он бы все равно не приблизился, но вот быть закопанной на участке Веласкеса не хотелось. Делаем вид, что мы – вполне себе уверенные дамочки. Вдруг, прокатит? Не прокатило.
Веласкес вскочил, отпихнув от себя Анну. Женщина отъехала в другой конец кресла, стукнувшись о деревянный подлокотник, а Родриго тем временем достал нож и, нехорошо улыбаясь, двинулся опять к ней. Что за день сегодня вообще?
И внезапно… Анна не поверила своим ушам! Во дворе раздались звуки полицейской сирены. Родриго прислушался, а затем, выронив нож, выбежал в коридор. Анна улыбнулась. Черта с два, нас так просто не возьмешь! Да и вообще, у Анны просто нереальный ангел-хранитель!
Женщина поудобнее уселась в кресле и приготовилась ждать. Однако полиция себя дожидаться не заставила. Куча людей в форме спецназа ввалилась в безвкусный кабинет Веласкеса, один из полицейских подскочил к Анне:
- Руки за голову!
- Я – гражданка Соединенных Штатов Америки, - невозмутимо произнесла Анна, - Требую встречи с консулом!
- Может, еще президента пригласить? – саркастически осведомился полицейский. Анна только открыла рот, а на ее запястьях уже болтались серебристые наручники, больно сдавливающие косточки.
- Я требую приезда консула! – с ноткой истерики в голосе произнесла Донато, но слушать ее не стали. Полицейский грубо дернул ее за руку, заставляя подняться, а затем повел по хитросплетениям коридоров дома Родриго к выходу. Анна прикусила губу. Такого унижения она еще не испытывала. Ее, полусогнутую, тащат в полицейскую машину, как будто она обычная, уличная девка! Какой кошмар!
Тем временем полицейский вывел женщину во двор и усадил в машину с решетками на окнах. Там уже сидел Веласкес в заляпанной кровью рубашке. Кажется, ему  разбили губу. С красавчика смыло спесь, теперь он был похож на мокрого кота.
- Твои шутки, сука? – поинтересовался он.
- Заткнись, а то я тебе нос откушу, - огрызнулась Анна и уставилась в окно…

Закончили довольно быстро. Десять минут – и Анну мчат в полицейский участок.
Женщина смотрела в окно всю дорогу. Незнакомые улицы, чужие люди – все не так, и все не то…когда твоя девушка больна. Впрочем, мы сейчас не о том.
Ее выволокли из машины и потащили в участок.
- Не учили разве с женщинами нежно обращаться? – поинтересовалась Анна и схлопотала тычок в ребра. Да, все ясно. Мексиканцы – дикие люди. Анна заткнулась, потому что синяки на своем теле не любила. Лучше уж помолчать.
Ее закрыли в камере обезьянника. Анна огляделась. Двое мужчин о чем-то увлеченно говорили, они и не заметили «прибавления». Еще один блевал под кроватью. Анна поморщилась. Пьяный дядька справа от нее умиленно сделал Анне «козу», а затем завалился спать. Анна прикрыла глаза рукой. Что происходит вообще?
***
Дверь камеры открылась. Анна сразу же вскочила. Она просидела здесь никак не меньше трех часов, хотелось пить, курить и в туалет. И убраться отсюда, пожалуй, это было самое сильное желание.
- Анна Донато? На выход!
Женщина радостно приосанилась, потом окинула комнату взглядом и вежливо попрощалась с сокамерниками. А потом уверенно вышла из жутко воняющего места.
На улице ее ждал Пабло – старый, добрый Пабло, который всегда выручал Анну. Он ничего не сказал, лишь удивленно поморщился, когда увидел, в каком виде женщина вышла из полицейского участка.
- Отвези продуктов сюда,-  попросила Анна, -  И денег. В камеру номер 14. Узнал, где Фил?
Мужчина кивнул и открыл перед начальницей двери машины…
Пабло гнал довольно быстро, по ночным уже улицам, но его никто не собирался останавливать. Анну не очень порадовало его молчание, она молчала тоже, про себя же все надеялась, что с Плейном головорезы Веласкеса ничего не сделали. Ну, в самом деле, будет обидно потерять такого хорошего партнера… и, черт с ним, такого хорошего мужика!
Пабло притормозил у какого-то кабака. Анна покосилась на него:
- Куда ты меня привез?
- Плейн здесь, - как-то уж очень недружелюбно отозвался Пабло, вышел из машины, открыл дверь Анне, помог выйти и продолжил, - Я не буду уезжать, подожду Вас здесь.
Анна кивнула, оправила платье, потом махнула рукой. Все равно уже внешний вид не поправишь! Она вздохнула и толкнула дверь бара…
… Обстановка оглушила ее. Громкая музыка, раскатистый хохот и женские довольные визги. Что за заведение? Донато огляделась…и застыла. Фил сидел на высоком барном стуле…в стельку пьяный. Вокруг него сидели какие-то не менее пьяные мужики, на коленях же Плейна восседала брюнетка, весьма фамильярно шлепавшая Филипа по щеке. Рукалицо.
Все добрые мысли из головы вымело, осталась одна злость. Донато даже захотелось прикончить Филипа самой. Значит, пока она сидела в вонючем клоповнике, он тут пил?
Анна быстро подбежала к нему со стороны спины и громко рявкнула прямо на ухо горе-пьянице:
- Плейн, мать твою! Чем ты тут занимаешься?
Брюнетка дернулась и свалилась на пол. Анна, сверкая глазами, уставилась на Фила.

+1

20

Что ж, звонок сделан. Теперь нужно было держаться подальше от этой заварушки с копами, потому что присутствие как минимум в двадцати метрах от служителей порядка могло стать большой угрозой для прикрытия.
Кроме того, Фила попросили оставаться на связи. А как это сделать, если телефон даже не его? Кончено, мог бы и украсть – руки бы не зачесались, но у Сальмы были такие красивые глаза…
А ещё встал вопрос о том, что делать с молодчиками Веласкеса. Им наверняка дали задание убить Фила….

Спустя час.
- … А я ему и говорю: ты, конечно, можешь забрать мои брюки, но не обещаю, что после этого сможешь смотреть людям в глаза.
Компания вокруг Фил разразилась хохотом, пьяные вдрызг люди Веласкеса начали хлопать его по плечу, один даже слезы утирал. А Фил подлил им ещё виски.
Телефон Сальмы, брошенный на стол, зажегся и завибрировал. Фил перехватил тонкую девичью руку, потянувшуюся за ним, и поцеловал, заставляя забыть о звонке. Телефон был уже у него в руках.
- Я сейчас вернусь. Не скучайте, амигос, - полушутливый поклон сборищу малознакомых людей, - милая, - сложил ладони в молитвенном движении и подарил Сальме взгляд с поволокой. – Я буду считать секунды до нашей встречи.
Пьяной походкой, опираясь на стены, Фил пошел к мужскому туалету. В кафельное помещение же вошел абсолютно трезвый человек, движения которого была точны и просты.
- Да.
- Нэйтан, они взяли Веласкеса. И Донато с ним.
- Где она сейчас?
- В центральном участке. Они спрашивают, что с ней делать – выпускать сейчас или задержать. Тебе решать.
- Да не, пусть посидит часика три, - усмехнулся он.

Спустя три с половиной часа.
- Даааааа, мы будем жить в Сакраменто, у нас будет много детей и дом с садом, - глядя в огромные карие глаза Сальмы, так и хотелось наврать.
Руки мексиканки были где-то уже под его рубашкой, люди Веласкеса спеклись и дремали за их прошлым столиком, тогда как веселье переместилось к бару (чтоб не разбудить мальчиков).
Над ухом неожиданно раздалось злобное шипение. Фил, не ожидавший такого пассажа, вздрогнул, и Сальма свалилась куда-то под барную стойку. Он протянул женщине руку, одновременно с этим поворачиваясь.
- Мать честная! - было первой реакцией на вид Анны. – Что с тобой, женщина?
Анна схватила его и потащила прочь. Не особо сопротивляясь, он сделал Сальме знак «позвони мне» - благо, своего номера не оставил.
- Чем вы там у Веласкеса занимались, что ты такая злая? – заплетающимся языком поинтересовался Плейн.
Ведь прекрасно знал, что она не чаи гоняла. Но упустить шанс поддеть Донато? Да никогда.
Пусть лучше думает, что бессовестный Фил ходил по бабам да по барам, пока она решала проблемы. И пусть о предательстве Веласкеса он узнает от Анны. Фил ведь умеет очень натурально удивляться.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Однажды в Мексике