Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Lola
[399-264-515]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
В очередной раз замечала, как Боливар блистал удивительной способностью...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » любить до дрожи по коже


любить до дрожи по коже

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

Участники: Miranda & Christopher Cross
Место: квартира родителей Миранды
Погодные условия: не так важны
О флештайме: это была самая громкая и серьезная их ссора за все время совместного проживания. Она не закончилась примирительным нежным поцелуем на следующее утро, нет. Обоим понадобилась целая тяжелая неделя, чтобы прийти в себя и всё переосмыслить.

+1

2

Это было странно и одновременно сложно. Тяжело? Да. Потому что впервые в жизни я остался совершенно один против целой армии своих тараканов и пытался найти выход не на дне бутылки и пачки от сигарет, а в том, чтобы расставить все точки и многоточия над нужными буквами под нужными строками и рядом с правильными словами. Это было не легко. Телефон молчал, звонок тоже. И накатывало одиночество и тоска, когда по утрам привычно звонил будильник. От его звонка становилось тошно и хотелось отправить его в стену, чтобы заткнулся, вот только друзья прикололись на прошлое день рождения и подарили ужас который не разбивается. Умные друзья.
Сигареты уже не кажутся идеальными друзьями, как и осточертевший чай. Пустота дома заполнялась музыкой из центра, но и она быстро осточертела. Как и то, что на душе скребли кошки.
Именно поэтому когда на Сакраменто в очередной раз стал опускаться вечер, укутывая город в мягкий темный плед с яркими вкраплениями огней фонаря, я собрался, накинув на плечи кожанку и взяв надоевшую уже, но пока что так необходимую трость, проверил наличие телефона и портмоне в карманах, и покинул квартиру. Побродив немного по городу, взмахнул рукой, останавливая желтоглазое такси и забрался на заднее сидение, вздохнув. Таксист оказался достаточно учтивым, чтобы выждать с минуту, а потом поинтересоваться, куда же мне надо. Адрес сам слетел с губ до того, как я успел обдумать ответ, и кивнув мужчина молча взял курс, поняв что я не тот человек, который будет с ним вести беседы о погоде и прочем, он лишь раз поинтересовался не против ли я радио. Получив мое разрешение, он включил его в пол голоса, и удивил тем, что выбрал не попсовую станцию, а джаз. Усмехаясь про себя, я наблюдал за городом через стекло и пытался не думать о том, как пройдет встреча и что скажу и скажу ли вообще.
- Остановите здесь, - попросил я водителя и спустил стекло, протягивая деньги женщине, которая стояла на углу улицы и продавала цветы. - Дайте одну. - попросил я и взяв самую красную она протянула мне. Не забрав сдачу, я попросил водителя продолжить путь, и когда мы приехали на место,Я  просто вышел их такси заплатив за проезд.
В городе уже господствовал вечер, и я облокотившись на ограждение дерева, наблюдал за тем, как из подъезда вышла взрослая пара. В них я тут же узнал своих тестя с тещей, и постарался слиться с тенью от дерева. Разговоры о моем поведении не входили в мою программу. Но кажется пара вообще мало кого замечала, одетая в вечерний наряд. Выждав еще минут десять, я вздохнул и перевел взгляд на окна их квартиры. Я не знаю сколько я просидел так, но шея начала ныть, а на висок давить боль. Упираясь на трость, я крутил в пальцах розу и вздохнул набрал номер любимой.

внешний вид

+2

3

Сложно описать, чего мне стоило отправить родителей в театр. Пришлось едва ли не на бумаге расписывать договор о том, что я буду спокойно смотреть телевизор, кушать фрукты и не порываться прыгнуть из окна. Уверена, насчет последнего мои старички точно думали, потому что ссора с Крисом, как ни крути, подкосила меня. Еще и беременность… Нет-нет, это невероятное счастье! Только вот про него можно писать отдельную книгу. Если родители сейчас так носятся вокруг – ничего удивительного, они уже давно мечтают о внуках – то что будет, когда у меня округлится живот, даже представить страшно. Честно? Я стала четко понимать, что чувствовал Крис, который не мог и шага сделать без поддержки и заботы. Пусть они и были из искренних побуждений, но все же наверняка утомляли. Наверное, чтобы по-настоящему понять человека, нужно оказаться в схожей с ним ситуации.
В очередной раз заверив маму с папой, что все будет в порядке, я наконец-то закрыла за ними входную дверь. Очень хотелось побыть одной, в тишине квартиры, ставшей за несколько лет такой родной. Некой тихой гаванью, где тебя всегда ждут. Мне сейчас действительно никто не был нужен. Только Зевс, который осторожно устроился прямо на моем животе. К слову, кот самый первый почувствовал, что в нашей семье станет на одного члена больше, потому что дней за пять до того, как я сама узнала, стал спать на животе. Приятно грел и успокаивал. Особенно такими вот вечерами, когда от собственных мыслей меня спасали только книга и плед. В последний я с огромным удовольствием заворачивалась, а потом откидывалась на подушки и погружалась в воображаемый авторский мир. Хороший способ отвлечься. Если бы порой не мешали размышления, бравшие надо мной верх. Приходилось либо откладывать книгу, потому что сосредоточиться было сложно, либо возвращаться на несколько страниц назад и перечитывать.
Может быть, было бы правильнее загрузить себя работой, но вместо этого я наоборот взяла отпуск. Чувствовала необходимость в отдыхе. Нужно было время, чтобы разобраться в себе, чтобы проанализировать сложившуюся ситуацию. Какими бы не были мои мысли, в итоге все сводилось к одному. К Крису. Мне было не по себе. Сложно избавиться от страха, что он один дома, что он может с чем-то не справиться, что ему нужна помощь, а рядом никого нет. Вдруг ему станет хуже или еще что-то? В последние пару дней желание сорваться и вернуться домой становилось все острее и отчетливее. Только я не поддавалась. Дело не в гордости и даже наверное не в злости. Просто было понятно, что кому-кому, а вот Крису как раз больше всех сейчас нужна возможность побыть с собой наедине. Я была уверена почти на все сто процентов, что он позвонит или приедет сам, когда наступит подходящий момент. Наша ссора – это не кризис в отношениях. Здесь дело в другом. В человеке и в том, как он реагирует на происходящее, как справляется со своей проблемой. Если ему нужно побыть одному, то не стоит мешать. Всему свое время.
Именно об этом я размышляла до того момента, пока не услышала вибрацию мобильного, зарытого где-то в маленьких диванных подушках. Без всяких предчувствий и дрожи в руках, достала телефон, уверенная в том, что это звонят родители, дабы проверить, как там справляется дочурка одна дома. Странно, но я даже не посмотрела на экран, просто сразу приняла вызов.
- Алло, - негромко, чересчур спокойно, голосом человека, который то ли дремал, то ли о чем-то глубоко думал. В этот момент Зевс вдруг решил возмутиться и собрался уходить с дивана, а так как мне этого не хотелось, пришлось уговаривать питомца остаться. – Ложись, маленький, ложись, - проворковала коту, чуть отстранив мобильный. Кстати, маленьким я называю исключительно Зевса, несмотря на его восемь килограмм веса. – Я слушаю, - только сейчас до меня дошло, что звонивший, пока я возилась с котом, не проронил ни слова. А вдруг это какой-нибудь маньяк или извращенец? Привет от моей бурной фантазии.

+2

4

- Алло
Проговорил динамик спокойным и таким родным голосом, и я ощутил, как по телу прошлась приятная волна тепла, как затопило ощущение нежности и желание защиты этого прекрасного создания. И в тоже время сердце сковало тоской и грустью, и первое желание было сбросить вызов. Вот только я не сбросил, слушая то, как она просит кота лечь я улыбнулся и оторвав взгляд от бутона розы поднял взгляд на ее окна, улыбаясь в телефон так, как будто она могла это увидеть. Я закусил губу дожидаясь, пока она вернет внимание трубке. Наверное, она взяла телефон не глядя на экран, наверное она даже не подозревает, что я сейчас стою под окном и мечтаю одновременно о двух вещай, чтобы она выглянула в окно и увидела меня и что бы он не делала это не в коем случае.
Во тру пересыхает и кажется, что язык задеревенел. Это оказывается чертовски сложно. Сложнее чем доставать звонками трубку друга, который не отвечает все равно и нести ему полную ахинею о том, как же все фигово. Оказывается сложно вот так вот открыть рот и сказать все, что лежит на сердце. А там много чего. И желание объяснить, что гиперзабота лишь в минус, и попытка прояснить, что нельзя все и вся делать за меня, и желание встать на колени и молить о прощении. О прощении за то, что я совершил, за то, что оказался таким идиотом, за то, что я не идеален и о том, что она не достойна того, что я сделал. Но уже сейчас, да и тогда, я понимал одно - мне не хватит мужества признаться. Не хватит сил сказать ей, что в тот день я согрешил, нарушил клятву. Но зато я мог сказать с уверенностью, я буду всю жизнь замаливать любовью и заботой этот грех, потому что по другому нельзя, по другому будет не правильно, по другому я не смогу.
– Я слушаю - ее голос возвращает меня из мира мыслей и я вздыхаю. Наверное она слышит это, наверное думает, что это маньяк. Она же у меня такая впечатлительная, такая хрупкая и нежная, но при этом сильная и упрямая. А я вдруг понимаю, что я не знаю что ей сказать. "Привет" звучит слишком глупо, "любимая" с места в карьер, "скучаю" так она же вылетит из дома даже не дав мне договорить.
- Мась... - чуть хрипло из за того что пересохло в горле, хотя подозреваю я просто перекурил, но ей об этом не стоит знать, и я прочищаю его вздохнув, - Привет. - говорю уже чистым голосом и улыбаюсь, давая понять голосом, а не словами что я и правда скучаю, что руки и ноги у меня на месте, просто без нее и правда очень сложно.

+1

5

Меня словно пронзает. Мурашки, дрожь, электрический разряд или просто сердце пропускает удар, замирает. Не могу объяснить. Слышу родной голос, наверное даже не верю своим ушам. Резко сажусь на диване и молчу. Зевс сразу же уходит, недовольно фыркнув, но я не обращаю на него внимания. Знаете, то самое чувство, когда долго чего-то ждешь, знаешь, что оно обязательно случится, но когда случается, всегда вздрагиваешь от неожиданности. Внутри все ухает куда-то в пятки и становится трудно дышать от нахлынувших эмоций.
Я прекрасно понимаю, зачем Крис звонит. Сейчас тот момент, когда он готов помириться. Мы оба готовы. И все же, несмотря на это, где-то на задворках сознания бьется мысль: «А вдруг он хочет сказать, что все кончено?». Пытаюсь отогнать от себя эту глупость, неосознанно прикладываю ладошку к животу, словно это гарантия, что любимый меня не бросит. Я понимаю, что в наше время клятвы и громкие слова зачастую словами и остаются. Если человек пообещал, это не значит, что так и будет. Не значит, что он не оставит, не предаст, не разлюбит. Мы зависимы. Зависимы от всего: от времени, от обстоятельств, от других людей, от собственных мыслей. Мы должны быть готовы к тому, что в один момент все может круто перевернуться. Должны уметь отпускать, если это требуется. Но я… Я не умею. Этого человека у меня не получится отпустить.
- Привет, - говорю после недолгого молчания. Чувствую, как меня начинает накрывать буря эмоций. Накатывает, словно беспощадное цунами, сметающее все на своем пути. Я в последнее время стала замечать за собой излишнюю впечатлительность. Уж не знаю, с чем конкретно это связано, но сильная и упрямая Миранда уступает место Миранде милой и нежной. Если сейчас меня поставить в тупик, создать экстремальные условия, то есть все шансы, что я растеряюсь и проявлю слабость. Даже в той летней истории с похищением и угрозами в данный момент я повела бы себя совершенно по-другому. Нужно брать себя в руки и морально восстанавливаться. Нужно.
- Крис…, - продолжаю почти сразу. Хочу сказать, что очень скучаю, что мне страшно одной. Страшно за себя, за него, за будущего ребенка. Да, я с родителями, но мне нужна поддержка любимого человека, мужа. И это, надеюсь, взаимно. – Как ты? Вот так. Гениально. Вместо того, чтобы сразу признаться и вернуть всё на свои места. Впрочем, ничего удивительного, люди часто так делают. Произносят не то, что на душе. Не то, что в сердце. 
Я внимательно слушаю, что он говорит. Отвечаю, если что-то спрашивает. Киваю, словно мы сидим друг напротив друга. Только это все будто на автомате. То есть я осознаю все свои действия и слова, но при этом умудряюсь думать над одной вещью. Мне нужно его увидеть. Жизненно необходимо, чтобы он приехал. Мое молчание сейчас не означает гордость. Скорее это страх. Тот самый страх услышать не то, чего трепетно ожидаешь. Вдруг он скажет, что не может или не хочет? Да, голос Криса довольно бодрый и даже радостный, но мы оба, кажется, понимаем, что за ним скрывается.
- Пожалуйста, - осторожно, тихо перебиваю мужчину и замолкаю. Повисает тишина. Секунды, пропитанные страхом и надеждой. – Пожалуйста, приди ко мне. Снова тишина. Я замираю. Глупо бояться, ведь это мой муж, мой самый близкий человек… Но мне не по себе.

+2

6

Я замираю и улыбаюсь в трубку. Так приятно слышать родной и близкий голос, так приятно ощущать что кто-то там, на том конце провода, помнит о тебе, Не молчит тягучей тишиной, которая царапает душу и сердце. Этот голос звучит так же как и всегда, немного переживаний, немного заботы, много любви и желания слышать слышать и говорить. Я готов слушать ее часами, просто потому что истосковался по ее голосу. Я готов слушать ее веками, потому что ее голос звучит как соловьиная трель. В нем появилась своя мягкость, и я подозреваю, что это сказывается беременность так на ней. Но мне нравится как она звучит, и от ее голоса на душе наступает весна. Боги, как же сильно я соскучился по ней... Думаю про себя.
Разговор словно не клеится изначально. Просто обоим тяжело. Но в конце концов, мы раскачиваем эти качели, и начинаем говорить. Я подбираю слова, чтобы не причинить ей боль своими рассказами, говорю о том, что питаюсь по графику, говорю про то, что все в порядке и даже неплохо, Избегаю тему отношений, потому что мне страшно признаться ей что я скучаю. Потому что в памяти все еще ее слова, и пусть сегодня, я понимаю что она возможно не вкладывала в эти слова истинного смысла, но все равно страшно. Страшно, потому что я не уверен, что нужен ей на все то процентов. этот иррациональный страх все равно присутствует.
Мира что-то говорит, я не совсем улавливаю смысл слов, потому что слушаю ее голос, интонации. Отлипнув от ограды, я делаю несколько шагов в сторону подъездной двери, хотя она пока и закрыта. Впрочем, стоит мне приблизится к ней, она распахивается и от туда выходит женщина средних лет. Я кивком приветствую ее придерживая для нее дверь, и проникаю в подъезд, продолжая на ходу обмениваться с Мирой словами. Возможно даже говорю не впопад, когда слышу то, от чего сердце делает тройное сальто в груди, а я замираю в трех шагах от ее квартиры.
- Мась... - я замираю и нажимаю кнопку звонка. - Открой двери, - улыбаюсь в трубку не выдавая при этом что я вообще-то и звоню. И когда девушка соглашается, я просто сбрасываю звонок, убираю телефон в карман джинс, а вместо куска пластика в руках теперь роза.

+2

7

В недоумении хмурюсь, но все же встаю с дивана и иду к входной двери. Как-то все спонтанно получилось, поэтому я не до конца осознаю, кто именно нажал на кнопку звонка. Правда, сердце не обманешь. Оно выделывает такие кульбиты, что позавидовал бы любой цирковой гимнаст. Это тот самый момент, когда мозгом ты еще не дошел до истины происходящего, а вот сердцем все чувствуешь. Оно как бы опережает твои мысли, предупреждает.
Кладу мобильный телефон на тумбочку, поправляю рубашку и замираю у двери, положив на нее одну ладонь. Не могу понять причину своей медлительности. Сейчас самое время щелкнуть замком и оказаться в объятиях любимого. Ведь я так соскучилась. Сложно было не видеть его целую неделю, не слышать, не интересоваться делами. Да даже просто не целовать перед сном, как я привыкла. Так чего же медлить? Чего бояться? Нас разделяют лишь несколько сантиметров. Ничтожное расстояние – последняя преграда. Пусть это всего лишь дверь, но она будто символизирует то, что встало между нами. То, что подкосило и едва не сломало. 
Стискиваю зубы, щелкаю замком и нажимаю на ручку. Встречаюсь с Крисом взглядом. Кажется, я не дышу. Стоило бы удивиться его волшебному присутствию, когда это стало жизненно необходимо, но внутри все слишком натянуто и напряженно. Все мы склонны усложнять себе жизнь, надумывать проблемы. Вот сейчас просто нужно обнять и поцеловать, чтобы все встало на свои места. И ведь я понимаю, что любимый пришел мириться. Ведь роза и легкая улыбка на его лице означают именно это? Но мне все равно не по себе. Вдруг внутри вопреки ожиданиям все-таки что-то треснуло? Вдруг, поцеловав Криса, я пойму, что уже ничто не будет по-прежнему? Да, наверное именно это меня и пугает.
- Крис, - произношу совсем тихо, удивляясь тому, как сильно дрожит голос. Протягиваю руку, обхватываю прохладную ладонь и мягко тяну мужчину в квартиру. Объясняться в подъезде и через порог совсем не хочется, хотя сейчас такие мелочи я почти не замечаю. – Мы оба ошиблись, - крепче сжимаю пальцы мужа и внимательно смотрю в глаза. Знаю, что он со мной согласен и спорить не будет. – И я готова извиниться. Может быть по законам каких-нибудь слезливых мелодрам стоило сыграть роль всепрощающей преданной женушки, которая готова взять на себя и чужую вину тоже, но Крис очень хорошо знает меня и мой характер. Я так делать не буду. Мы оба понимаем, что в этой ссоре виноваты оба. Кто-то больше, кто-то меньше, но факт есть факт.
- Прости меня, - говорю все так же негромко и совершенно искренне, а затем наконец-то подаюсь порыву и осторожно обнимаю Криса. У нас обоих была целая неделя, чтобы расставить все точки над i в данной ситуации. Надеюсь, что мы сделали это правильно. – Нам с тобой теперь нельзя нервничать, - шепчу на ушко, теперь уже не сдерживая нежную улыбку. Страх ушел.

+1

8

Я ждал. Ждал и думал о ... о многом. О том, что скандал вышел не просто так, о том, что можно было в нем быть и по мягче, и том, как нам теперь жить дальше и о том, что мне нужно сообщить Мире что теперь Холмс мой официальный юрист, а еще может быть рассказать о том, что я переписал кое какие документы на нее и ребенка и вообще теперь она, Миранда Джонс и наш ребенок являются не только прямыми моим наследниками, но и единственными и более никто не имеет право даже пытаться отсудить у нее хоть какую-то собственность принадлежащую мне. И пусть помирать завтра я не собирался, я осознавал одно - это их страховка, да и моя тоже.
Перекатываясь с носка на пятку и опираясь одной рукой на трость я думал о том, что она слишком медлит открыть двери и что мне стоит начать диалог первым. Надо извинится. Обязательно нужно сказать, что я сожалею о том, что я оказался дураком и что я был не прав, раскаиваюсь и не могу жить без нее. Без нее и нашей девочки. Почему я вдруг решил, что первым у нас будет дочь я не знаю. Я просто так решил и все. Хотя, если родится сын я буду не менее счастливым отцом, чем если родится дочь. Словом, главное, чтобы этот ребенок родился. А ее пол ну совсем не принципиален.
щелкает замок, на пороге Мира. Вся такая... Нежная, ласковая, любимая, прекрасная. Определенно, беременность ей к лицу. Интересно, а какой срок? Мне так интересно когда родится наша дочка. Да, все таки это будет дочка. Странно. обычно отца желают сына первенца. Наверное, я не обычный отец. Ну да, необычный. Я же спасатель. Поэтому пусть будет дочка. Я буду воспринимать ее как девочку. Я пропускаю мимо сознания когда меня затаскивают в квартиру и лишь улыбаюсь. Мягко и влюбленно, как и всегда улыбался только ей одной. Удивленно выгибаю бровь. Черт, я все это время молчал. А она извиняется. Я делаю пол шага на встречу, раскрываю объятья и прижимаю к груди эту женщину, утыкаясь носом в район макушку.
- Прости меня, моя хорошая. - шепчу так, чтобы она услышала. Только она одна, как будто сейчас за нами следят миллионы и я не хочу выдавать им этой информации. Я прижимаю ее к себе, чувствуя такой родной и любимых запах ее тела, ее запах, и улыбаюсь. Да, это вполне сойдет за оттенок счастья, потому что любой человек счастлив когда он любим и любит.
- Мои девочки, - говорю улыбаясь и чуть отстраняюсь заглядывая в глаза Миры. Удивлена? Вполне. - Что? Я уверен, что эта девочка. - пожимаю плечами и вручаю ей наконец-то несчастную розу, которая мне мстит напоследок тем, что я наталкиваюсь пальцем на ее коварный шип. Усмехаюсь и подношу палец к губам слизав капельку крови. Соленая. А потом обнимаю мисс Кросс за плечи и веду в сторону кухни. Потому что нам обоим наверное есть что обсудить за чашкой чая. Я скоро начну любить чай, хотя кофе все равно мой фаворит.
- Я безумно скучал, - проговорил я ей на ушко, и улыбнувшись поцеловал в висок.

+1

9

Я слегка сжимаю пальцами складки на одежде Криса. Во мне сейчас воедино смешалась целая масса чувств. Главное, что страх распахнул свои стальные холодные объятия и отпустил. Больше бояться нечего. Уверена, что все самое ужасное уже позади. Осталось лишь окончательно прийти в себя и адекватно принять изменения, ворвавшиеся в нашу жизнь. Мы сможем, ведь мы Кроссы.
Знаю, что стоим так всего лишь минуту или две, но я сразу потеряла счет времени, поэтому сейчас лишь вдыхала такой родной запах и наслаждалась тем, что любимый человек рядом. Может быть это абсурдно, но меня не так пугает его профессия, как то, что случилось между нами. Я не справлюсь, если Криса не будет рядом и морально, и физически. Как ни крути, а со временем боль притупляется, но не исчезает. Мне всеми силами хочется верить в лучшее и надеяться, что больше ничего подобного не произойдет. Да, поругаемся мы еще не раз, но это будут наши излюбленные ссоры, после которых хочется искренне смеяться и обниматься уже через пару часов. Может я слишком идеализирую обстоятельства в силу своей молодости и некой наивности, но во мне живет уверенность, что все будет хорошо. Впрочем, разве возможен другой вариант, если уже меньше чем через девять месяцев у нас появится малыш?
Когда Крис начинает говорить о… нас с будущей дочерью, я смотрю на него с легкой удивленной улыбкой. Он и сам не может объяснить. Наверное, просто чувствует. Странно, почему тогда не чувствую я? Кажется, мамочки почти всегда заранее знают, кто у них родится. Может я неправильная мамочка, потому что не думала и не называла чудо внутри кроме как ребенком или малышом? Или еще просто слишком рано? Аррр, вот она, женская логика, на которую давит еще и беременность.
- Я еще ни о чем подобном не задумывалась, - чуть смущенно улыбаюсь и беру из рук Криса розочку. Вижу каплю крови на его пальце и немного неожиданно для себя подавляю порыв взять за руку и осмотреть. Это лишнее. Я, если честно, и раньше не особо дергалась из-за таких вот мелких царапин, но наверное лишь после этой ссоры осознала в полной мере, что мой мужчина не офисный клерк, а спасатель-международник, который на такие незначительные вещи даже внимания не обращает.
Чуть позже мы вместе завариваем две кружки чая, садимся за стол. Безумно хочется рассказать все-все мелочи, которые произошли за эту странную и тяжелую неделю. Например, как Зевс выскочил в подъезд, а сосед с папой его ловили целых полчаса. Или как родители пытаются приучить меня к исключительно здоровой еде, а я упираюсь и визжу, что «не хочу брокколи, хочу шоколадные шарики с молоком!». Самое главное, что нам необходимо обсудить, это беременность.
- Я тоже скучала, - улыбаюсь и аккуратно провожу подушечками пальцев по щеке мужа. Чудо мое родное. – А Зевс еще больше, - киваю на кота, который как раз зашел в кухню, смерил нас своим обычным нейтральным взглядом, а потом как ни в чем не бывало запрыгнул к Крису на колени. Если честно, туда «запрыгнуть» планировала я. Ну да ладно, чего не сделаешь ради любимого норвежца. – Знаешь, это наверное странно, но я до сих пор не осознают, что…, - вместо того, чтобы продолжить, счастливо и вместе с тем немного испуганно улыбаюсь, опускаю глаза и по недавно появившейся привычке кладу ладошку на свой живот. Знаю, что малыш там только-только начинает развиваться, но меня уже тянет его всячески оберегать.
- Ты не боишься? - резко поднимаю взгляд и внимательно смотрю на Криса. Он не должен бояться и обязан успокоить меня, потому что... Потому что я, кажется, боюсь. Хотя пока сама с точностью не могу сказать, чего именно.

+1

10

В квартире Джонсов мало что изменилось Разве что фотографий прибавилось после прошлого моего тут пребывания. И то, это было, как мне кажется, еще в прошлой жизни. Усмехаюсь сам про себя и облокачиваю трость о стену. Вот уж единственное напоминание, не считая шрама на животе, о том, что я побывал в аварии. Шрам, колено и трость. Ну и голова, иногда. Последнее время почти не беспокоит. Даже не знаю радоваться или нет.
Пока стынет чай в кружке, смотрю на Зевса. Тот пару секунд медлит, но потом все равно запрыгивает ко мне на колени. Странно, что он меня принимает таким, какой я сейчас. Немного даже отвык от его веса, но чешу за ухом, слышу как урчит. Раз принял он, значит с этим и правда можно жить. Кошки ведь чувствуют людей лучше чем кто либо еще. Слегка улыбаюсь Мире, следя за ее движениями, мимикой, поступками. Ладонь на животе почти в охранном жесте. Из нее выйдет прекрасная мать, я даже не сомневался в этом. Она будет идеальной в этой роли. Протягиваю руку к чашке с чаем, когда она задает свой вопрос, и вместо фарфора, нагретого от содержимого, я тянуть и касаюсь ее руки, кладя ее поверх ее ладони на животе. А потом заглядываю в глаза.
- Не боюсь, - говорю вкладывая в эти слова все что мог бы вложить другой я, тот чей тенью я сейчас являюсь. Заботу, нежность, обещание охранять и оберегать. Последнее это уже всецело я. Каким бы я не был, я всегда буду заботится о мире и нашем ребенке, всегда буду охранять, оберегать, защищать. Это по умолчанию, это даже не обсуждается и не подвергается сомнению. Просто буду, даже если это будет казаться невозможным и нереальным. Даже если мир перевернется.
- Все будет хорошо. Я обещаю. - слегка улыбаюсь Мире и аккуратно сжимаю ее ладонь в своей. Все правда будет хорошо, потому что по другому не бывает. Потому что это закон жизни - после тьмы всегда идет свет, и какой не была бы темной ночь, за ней всегда придет светлый день.
- Мась, мы справимся, - сгоняю с колен кота, который недовольно шипит на меня, но мне не до него сейчас, и тяну Миру за руку, заставляя встать, подойти и сесть ко мне на колени. Смотрю в глаза, ведь сейчас мы практически на одном уровне и улыбаюсь. Да, определенно, у нас все будет более чем хорошо.
- Если тебя что то страшит, поделись со мной этим и тебе будет легче. - произношу мягко и уверенно и готов не только выслушать о ее страхах но и прогнать их все.

+1

11

Удивительно, как всего пара фраз из уст этого человека может успокоить и привести мои мысли в порядок. Когда мы поругались, все, кто знал – то есть родители и близкий друг – твердили, что все будет хорошо. Я кивала, соглашалась, говорила, что знаю, но сама была не уверенна. Если уж совсем на чистоту, то всю эту неделю во мне не было ни капли уверенности в завтрашнем дне. Ненавижу подвешенное состояние, когда остается лишь ждать солнечного луча сквозь хмурые тучи, будто ты связан по рукам и ногам обстоятельствами. Сейчас это ушло. Теперь я верю в то, что все будет хорошо. Крис так сказал, а ему сложно не верить. Наверное, со стороны это выглядит так, будто я в очередной раз наступаю на те же грабли, слепо верю обещаниям и готова все простить… Но, знаете, мне плевать. Это моя жизнь, и я буду наступать на любимые грабли столько раз, сколько посчитаю нужным.
- Спасибо, - вновь совсем тихо, потому что не хочется нарушать атмосферу, которую нам только что удалось восстановить. Оказавшись у любимого на коленях, на пару секунд перевожу взгляд на Зевса и усмехаюсь. Да-да, именно вот таких мелочей вроде взаимных ехидностей двух моих мужчин мне и не хватало. Слегка касаюсь губ Криса, ласково поглаживаю по голове. В такие минуты на меня иногда накатывает невероятное всепоглощающее чувство любви и нежности, которое невозможно описать словами. Хочется мурлыкать от удовольствия и умиротворения.
- Я сейчас сама себя не понимаю, - чуть улыбаюсь, кладу голову Крису на плечо и обнимаю его чуть крепче. – Такое чувство, будто меня бросили в воду, а я не умею плавать, - говорю все это с улыбкой и искрящимися от счастья глазами, без всяких подтекстов, просто делюсь с мужем своими впечатлениями о первых неделях беременности. – Масса новых ощущений, причем почти каждый день – разные. И я боюсь, сделать что-то не так: съесть что-то не то, забыть сходить к врачу, слишком напрячься. А какая у меня была паника, когда я увидела две полоски!.. – поднимаю голову и улыбаюсь куда шире, но вдруг, опомнившись, прикусываю губу и замолкаю. Наверное, не стоит нам вспоминать тот день, смешавший в себе чересчур хорошее и чересчур плохое. – В общем, если вдруг у меня поедет крыша, то знай – я тебя любила, - тихо смеюсь и целую Криса.
Я могла бы заварить еще чаю или приготовить любимому что-нибудь вкусненькое, а потом продолжить рассказывать о все этих приятных мелочах, но спустя несколько минут нашего весьма милого разговора мы услышали поворачивающийся в двери ключ. Либо время в компании дорогого человека летит действительно незаметно, либо спектакль был не таким длинным, как я ожидала. Иными словами, вернулись родители, и это заставило меня напрячься. Мама и папа всегда очень хорошо относились к Крису, но после ссоры и новости о моей беременности… В общем, я боялась, что что-нибудь сейчас пойдет не так.
- Привет, вы быстро, - мило улыбаясь, как ни в чем не бывало, произнесла я, выходя из кухни в прихожую. – Как спектакль? Мне совсем не хочется новых семейных разборок и холодных взглядов, поэтому всеми силами стараюсь вести себя как можно более непринужденно и надеюсь на то, что родители не держат на Криса зла.

+1

12

Одно ощущение того, что скоро у нас будет ребенок, было странным. Одно ощущение того, что я уже отец того маленького чуда, которое сейчас растет в животе жены было более чем не привычным. Я как-то не представлял себя в ребенком. Нет, я с ними более чем лажу и дети меня даже любят, но как-то... Я еще не привык к тому, что скоро, даже если это скоро только через месяцы, случиться. Непривычно. И очень интересно.
Обняв Миру за плечи и нежно поглаживая ее по спине, я слушал как она тараторила и нежно улыбался. Надо же. Она такая хрупкая с первого взгляда будет защищать и оберегать наше дитя, а я буду защищать их, ни как иначе. По другому просто нельзя.
- Хочешь я позвоню Крис и она поможет тебе? Ну просто я в этом деле не разбираюсь, - тихо смеюсь, - а она поделиться опытом. Да и твоя мама тоже не против рассказать пару интересных вещей. А вообще знаешь что, - нежно касаюсь ее подбородка и приподнимаю лицо Маси за подбородок и улыбаюсь ей, мягко и коротко целуя в губы, потом чуть отстранился и улыбнулся ей. - Я тут подумал. Это же инстинкт. Не стоит бояться того, что ты уже знаешь, ведь эти знания лежать в тебе на генетическом уровне. И тем более не стоит себе отказывать в том, что хочется. Право дело, ты же не делаешь ничего плохого, а просто даешь организму то, что он желает. Так что все яства мира у твоих ног.
Я мог бы сказать ей еще много приятных нежностей, но слух уловил как в замке повернулся ключ и я мельком глянул на часы. Спектакль оказался одно актовым?
- Тьяго! Софи! - проговорил как можно дружелюбнее, позволяя Мире встать с моих колен, и поднимаясь следом, протягивая руку тестю и теще, хотя никогда не воспринимал их в отрицательном ключе этих званий и никогда не мог понять, как другие могут недолюбливать и воевать с теми, кто дал жить их вторым половинам. Моет быть я оказался редким счастливцем в этом плане, поскольку с Тьяго и Софи я имел честь познакомился еще в больнице, куда увез Миру после той аварии, которая решила нашу судьбу и уже тогда понял, что они люди достойные уважения.
- Кристо. Неожиданно было тебя тут увидеть, - проговорил мужчина пожимая руку и переводя настороженный взгляд с меня на дочку и обратно. Конечно же, он переживал о Мире, так же как и Софи. Ведь Мася не просто так переехала к ним с Зевсом, и наверное, хотя какое наверное, я уверен в этом на все сто процентов, рассказала о том, что мы поругались. Так что да, их настороженность я понимаю.
- Я тоже рад видеть вас. - машинально переключился я на обращение на "вы", поскольку я в этом доме все таки гость, хоть и зять им. - Я пришел чтобы забрать Миру домой. Извиниться и попросить вернуться, если быть точным, сэр, - проговорил я и повернулся к Мире лицом, смотря в глаза. - Ты согласна вернуться?

+1

13

от лица Тьяго Джонса
Наверное, я чересчур волнуюсь за свою взрослую дочь, но а как же иначе, если она мой единственный и горячо любимый ребенок? Моя девочка, которая, пожалуй, навсегда так и останется для меня той очаровательной малюткой с бантиками, звонким заразительным смехом и широко распахнутыми глазами, с интересом смотрящими на мир. А сейчас хочется оберегать ее в сто раз сильнее, потому что Мира – до сих пор не могу поверить в это счастье! – через несколько месяцев родит нам с Софией внука или внучку. И все бы ничего, но вот Крис… Слишком сильно переживала дочь ссору со своими мужем.
Думаю, понятно, почему мы торопились домой. Причина тут одна – не хотелось надолго оставлять Миранду одну. В адекватности своей девочки я был уверен, но вот ее настроение оставляло желать лучшего, а волноваться во время беременности все-таки не стоит. Может мы с Софией и не были самым лучшим средством от негативных мыслей и переживаний, зато могли хоть немного поднять Мире настроение или увлечь ее чем-нибудь.
Это не очень хорошо, но какая-то эгоистичная часть меня была рада тому, что дочь спустя столько времени вернулась в родной дом, пусть и временно. Миранда жила здесь уже около недели, и каждый день мы проводили так, будто она никуда и не уезжала, будто не жила в собственной квартире с мужем. Мы втроем пили чай вечерами, разговаривали по два-три часа, несколько раз ходили гулять, вместе смотрели телевизор. Знаете, я, видимо, окончательно постарел, раз на меня нахлынула такая ностальгия. Софи реагировала несколько иначе, мягче, что ли. Все-таки она женщина и не стесняется показывать свои чувства, я же почти все мысли держу при себе. Должен ведь хоть кто-то здесь сохранять ясность ума и серьезность. Ну, котяра не в счет. Он, кстати, разодрал мой тапок. То ли ребята его совсем не воспитывают, то ли он так выражает свою тоску по Кристоферу.
Последнего я не очень-то ожидал увидеть сегодня у нас дома. Но в ближайшие дни это обязательно случилось бы, так что на визит Криса мы с Софией отреагировали спокойно. Точнее я сохранил нейтральное выражение лица – как ни крути, а вина за такое моральное состояние Миры лежит на его плечах – а вот моя жена, ровно как и дочь, были очень рады видеть парня.
Так что положительный ответ Миранды на вопрос ее мужа не стал для нас всех неожиданностью. Сразу же куда-то исчезли напряжение и неловкость. Будто все встало на свои места.
- Кристофер, могу я с тобой поговорить? – улыбаясь сначала моим девочкам, а затем и парню, произнес я и отвел его чуть в сторону. Не было цели вправлять ему мозги или что-то в этом роде, просто желание дать совет и поделиться опытом.
- Я точно не знаю, что там у вас произошло, потому что Мира такими вещами предпочитает делиться с Софи, - усмехаюсь, вспоминая, как девочки всегда с хитрыми улыбками прекращали обсуждать мужчин/одежду/макияж, стоило мне войти в комнату. Забавные. – Вам с ней изрядно досталось, но сейчас живите ради будущего ребенка. Не важно, какие проблемы свалятся, да и поругаетесь еще не раз. Только помните, что скоро вас будет трое, а значит, какие-то свои эгоистичные порывы придется засунуть куда подальше, - вновь по-отечески теплая улыбка. Кристофер понимает, а это главное. – И постарайся сделать так, чтобы я больше не видел Миру в подобном состоянии, ладно? – последнюю фразу я сказал парню уже на ухо, когда обнял и пожал ему руку. – Через несколько месяцев, когда станешь отцом, ты поймешь, что я имею в виду, - мягко рассмеявшись, похлопал Кристофера по плечу и подошел к Мире и Софи. Дочь уже начала собирать вещи. Грустно, конечно, опять ее отпускать, но надо привыкнуть к тому, что у нее своя семья и своя жизнь. А я все-таки стал слишком чувствительным.

+1

14

Я замер в ожидании. Все таки сейчас Мира должна была принять решение - идти со мной обратно в наше уютное гнездышно, или остаться тут, под крылом родителей, которые всегда будут ее защищать и стоять на ее стороне не смотря ни на что. И вот когда Мира ответила согласием я улыбнулся, чувствуя как сердце вновь забилось отмеривая свои семьдесят два удара в минуту, не больше не меньше, как и раньше, как уже стало привычно для меня. Но этого никто не знал и нее видел, потому что я не давал возможности видеть то, что им не стоит. Улыбнувшись нежно и мягко, я приобнял Миру и поцеловал ее в щечку, словно мы не взрослые люди состоящие в браке и ожидающие своего первенца, а школьники и большего нам при родителях нельзя ничего. Мысль показалась мне забавной и я едва улыбнулся, отмахнувшись, когда Мира поинтересовалась что меня улыбнуло. Я ей расскажу потом, когда мы останемся один на один. А сейчас можно просто насладиться тем, что все встанет на свои места Все таки, как не крути а она моя вторая половина, даже если  запутался в масках и своих демонах. Просто без нее и правда тоскливо и печально. К тому же, только эта женщина умеет готовить прекрасные оладьи, от которых текут слюни лишь при одном воспоминании. Да, эгоистично вспоминать о кулинарных шедеврах жены и думать что вернувшись она тут же встанет за плиту, но я мужчина и еда одна из составляющих программы по покорению моего сердца, как гласят все глянцы. Впрочем, покорила меня Мира еще до того как начала готовить, да и вообще, если будет на то ее желание, мы завтраки обеды и ужины в ресторанах проводить будем, а не дома.
Обменявшись с Софи приветами от мамы и для мамы, я кивнул Тьяго и вооружившись тростью направился за мужчиной, впрочем далеко мы и не отходили, а что он собирался мне сказать я уже представлял. Не сложно догадаться о таких вещах, когда твой собеседник отец твоей жены, с которой недавно ты поругался и она ушла из дома. Конечно же он надеется, что такого не повториться и вообще что все будет у нас прекрасно. Естественно, он переживает о своей девочке, и конечно же я теперь буду очень долго зарабатывать доверие четы Джонс.
- Тьяго, я сожалею что у нас вышло, что вышло, и полностью признаю ответственность за случившееся. - я посмотрел  в глаза мужчины, давая понять что я сейчас серьезен и честен, даже если в глубине души считаю что в конфликте виноваты всегда двое. Но то, что происходит у меня на душе это лично мое дело и разбирать мне эту тьму самому. - И я даю вам свое слово, сэр, что Мира больше не будет в таком состоянии. Я не допущу более такого. - уж что-что, а слова держать я умею, работа обязывает. А такое слово сдержать я просто обязан.
Кивнув друг другу, мы вернулись к своим девушкам, которые уже успели упаковать вещи Миры и теперь обменивались своими женскими секретами или не секретами. В женских разговорах я всегда был профаном.
- Девочки, можно к вам, или мужчины пусть идут ищут спорт на тв? - проговорил я улыбаясь во все тридцать два зуба, заставляя Софи тихо хихикнуть и махнув рукой сказать, что нам они рады всегда.

+2

15

Разумеется, папа не мог обойтись без нравоучений, пусть они и были высказаны в довольно мягкой, даже чуть шутливой форме. Я знаю своих родителей очень хорошо. И если с мамой все понятно как дважды два, потому что она не скрывает эмоции и всегда делится со мной переживаниями, то вот с отцом сложнее. Он, как настоящий мужчина, предпочитает многое держать в себе. Сейчас точно так же. Знаю, что он очень переживал нашу ссору с Крисом, наверняка злился где-то в глубине души. Кроме того, папа, мне кажется, больше мамы боится за меня, такую нежную и беременную. Как ни крути, а мама в отличие от него знает, что ничего страшного в вынашивании и рождении ребенка нет. Так что все тревоги и волнения были понятны. Именно поэтому я немного переживала за их разговор с Крисом.
Когда наши с мамой мужчины вернулись, первым делом мой взгляд упал на любимого. Он был в довольно бодром расположении духа, а значит, все прошло хорошо. Вряд ли кому-то нравятся все эти споры, обиды и недопонимания, но вот в такие моменты, как сейчас, понимаешь, насколько важна семья, ее поддержка и любовь. Самое интересное, что в жизни ни без конфликтов, ни без искренней доброты близких не обойтись. И то, и другое преподносит уроки. Серьезно, без поддержки мамы и папы в данной ситуации мне было бы очень тяжело. Но и из ссоры с Крисом получилось вынести много нового и полезного. Раз все так получилось, значит, было нужным. Главное, что теперь все хорошо.
- Мама сказала, что Зевса надо было оставить тебе, - я рассмеялась, погладив свернувшегося на стуле кота. О да, представляю, что осталось бы от нашей квартиры. – А то он тут уже успел разбить вазу и разодрать коврик в ванной. Наш большой пушистый зверь не вредничал, а скорее таким образом демонстрировал свое недовольство происходящим. Во-первых, не было ни хозяина, ни его вкуснейших кроссовок. Во-вторых, мамин диван в гостиной оказался не таким удобным, как наш. Ну, это по мнению Зевса, конечно же.
- Я готова, - вздохнув и легко улыбнувшись, взяла в руки свою сумку. Уже хотела повесить ее на плечо, но вдруг наткнулась на взгляды всех троих моих самых любимых людей, и без лишних слов передала ее Крису. – Не такая уж она и тяжелая, Зевс больше весит. Ну правда! Я даже рассмеялась, несмотря на то, что папа назвал меня ворчливой старушенцией.
Спустя минут двадцать мы с любимым вышли из дома моих родителей. Такое двоякое чувство, если честно. С одной стороны, не хочется уходить и снова становится взрослой, самой решать проблемы. А с другой, ощущается какой-то невероятный прилив сил, мол, «всё могу, всё сделаю, сверну горы, налажу жизнь». Хотя моя жизнь прекрасна, а все возникающие проблемы лишь делают ее интереснее. В конце концов, о чем может идти речь, когда рядом такой замечательный мужчина, отец моего будущего ребенка.
- Я тебя очень люблю, - прошептала, прижимаясь к Крису. Романтический до безобразия момент был прерван недовольным «мау» со стороны Зевса, которого я, задумавшись, зажала между собой и любимым. – И тебя тоже люблю, - рассмеявшись, чмокнула кота в серую макушку. Всё у нас будет хорошо.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » любить до дрожи по коже