Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Ray
[603336296]
внешностивакансиихочу к вамfaqправилавктелеграмбаннеры
погода в сакраменто: 40°C
Ей нравилось чужое внимание. Восхищенные взгляды мужчин, отмечающих красивую, женственную фигуру или смотрящих ей прямо в глаза; завистливые - женщин, оценивающие - фотографов и агентов, которые...Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » За тобой крадется он и вот-вот поймает


За тобой крадется он и вот-вот поймает

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Участники: Jessie Wilson и Frigyes Mátyás Fehér.
Место: кафе, квартира Фридьеша.
Время: начало учебного 2012 года, выходной день.
Время суток: стрелки часов переползли за отметку полдень - прекрасное время, чтобы пригласить девушку к себе домой.
Погодные условия: осень выдалась прохладной, однако погодные условия позволяют существовать в социуме, требуя от гуляющих и прохожих разве что быстрее перебраться в теплые помещения.
О флештайме:
Ремарка №1: Фридьеш изначально родился и рос в Соединенных Штатах, однако когда его отношения с одноклассником стали школьным достоянием, он вместе с родителями перебрался в другое место.
Ремарка №2: Джесси является дочерью одной из мам, которые осуждали Фридьеша и были за его отчисление; на тот момент девочка только родилась.
Ремарка №3: через двадцать два года Матиаш вернулся в Соединенные Штаты, чтобы отомстить каждому из родителей своих одноклассников, жертвами выбирая их детей - так он хотел показать, каково терять близких и любимых людей.
Ремарка №4: Джесси и Матиаш познакомились в сети и на данный момент общаются уже больше полугода.
Предупреждения: лицам, которые не терпят насилия в любом его проявлении, отыгрыш можно не читать.

Отредактировано Frigyes Mátyás Fehér (2013-07-11 21:59:43)

0

2

Осень. Было в этом сезоне года нечто интригующее и захватывающее, словно игра в прятки, когда появляется возможность найти укромное место. Тихое, спокойное, расположенное в гуще ворочающейся толпы и при этом находящееся на самом видном месте ― идеальное начало наметившейся игры. Сердце, и без того невольно трепыхавшееся в грудной клетке, замирало каждый раз, стоило только увидеть сквозь монотонную, серую стену яркую и радостную точку, ничего не подозревавшую о запланированном для нее досуге. Однако в следующее же мгновение раздавался невнятный вздох, служивший единственным видимым доказательством, что терпение, отмеренное кротким желанием ждать, медленно подбиралось к предшествующей разочарованию границе: яркая и радостная точка ускользала из поля зрения, оставаясь в итоге лишь частью окружающего его пространства. Шумного и неуютного, словно рой страдающих пациентов, старающихся окружить со всех сторон и привлечь внимание, забирая необходимые и важные минуты жизни.       

Вы готовы сделать заказ?

Раздражение вспорхнуло с плеча, и Фридьеш медленно поднял взгляд на подошедшую официантку, все еще стараясь сосредоточиться на поставленной призрачной цели. Венцом творения ее приветливого лица была профессиональная выработанная улыбка, сродни той, которую Матиаш без зазрения совести демонстрировал родственникам больных, ― пустая и фальшивая, с нотами превосходства и незаметной, но очевидной долей презрения.

Кофе.

Стрелки часов, мелькая перед глазами медленным хороводом, обозначили время за полдень – время встреч и находок, ради которых Фехер ждал долгие двадцать два года. Подобная затянувшаяся необходимость заключалась и в свойственной ему манере перебирать воображаемые детали, составляя из них единую, цельную картину, в которой Джесси Уилсон играла ключевую, но отнюдь не главную роль. Ее все же уважаемая и вызывающее отнюдь не пустое разочарование мать была участницей не менее грандиозного и постыдного инцидента, оставившего в памяти Фридьеша неизгладимый след. Впрочем, под музыку Шопена тлеющая ненависть казалась лишь незначительным недоразумением, способным со временем забыться: мать Энтони Матиаш уже простил, с детским восторгом наблюдая в новостях за убитой горем женщиной. Было нечто трогательное и милое в ее заплаканных покрасневших глазах, испещренных мелкими лопнувшими капиллярами, в сероватом неестественном оттенке ее лица и неаккуратных линиях скомканного платка, который дрожал, как дрожали и руки с длинными пальцами.     

Испытанное тогда разочарование не шло ни в какое сравнение с триумфом, окрылившим настолько, что Фридьеш со всей имеющейся благосклонностью отнесся и к прессе, обласкавшей его настолько, что впору было негодовать. В конце концов, «Художник» не такой уж плохой псевдоним для любителя.

«Я буду с ромашкой», ― ничего не значащее безликое сообщение, посланное Джесси этим утром.

Энтони оказался весьма интересной жертвой, подавление воли которой предстало перед Матиашем незатейливой, но требующей особого подхода игрой. Он не кричал и не стенал ― молчал. Просто громко молчал, как золотая рыбка. Мужчина не любил плавники и нелепые выпученные глаза, но в качестве исключения был готов купить для него аквариум и держать там как можно дольше, пока у того не кончится воздух и он наконец-то не взмолится, как до этого себя повела Альба.

Стрелки сдвинулись еще на несколько миллиметров вправо, и Фехер оторвал взгляд от лежащего перед ним цветка. Возможно, ромашка как ничто лучше подошла бы для похорон юной Уилсон. Бедной и ничего не подозревающей Уилсон, с появлением которой Фридьеш заметно приободрился, с неприкрытой заинтересованностью разглядывая каждую деталь, но видя лишь общие очертания: миловидная девушка с загубленной родителями душой.   

Джесси, ― с очевидным трепетом и волнением произнес он имя, удерживаясь от непреодолимого желания встать и прикоснуться к ней. Матиаш даже замер на несколько мгновений, словно сломанная кукла, которая не смогла справиться с сильнейшим потоком чувств из нежности, гревшего душу желания уложить на стол и легкости, с которой жертва шла к нему – простой неописуемый восторг. ― Это тебе.

Цветок заскользил по гладкой поверхности, огибая чашку кофе и хрупкими лепестками дотрагиваясь до руки Уилсон. Пожалуй, именно такой она и была: хрупкой, способной затмить Альбу ― идеальной.

Я заказал тебе кофе – нет ничего лучше, чем такой непогожий день запить глотком ароматного латте, ― Фехер улыбнулся, приглашающим жестом указывая на единственную чашку. – С другой стороны, разве может сравниться кофе с такой встречей и возможностью наконец-то увидеться? Если хочешь есть ― можешь заказать еще что-нибудь, а я в честь такого события с удовольствием поухаживаю за не только умной и обаятельной в сети девушкой, но и обворожительной, как показала практика.

Фридьеш нетерпеливо облизал губы и вновь улыбнулся, готовый сейчас выполнить любой каприз юной Уилсон. Лишь бы та затмила Альбу…

Отредактировано Frigyes Mátyás Fehér (2013-05-29 21:53:09)

+1

3

внешний вид

http://s2.uploads.ru/t/LF7d1.jpg

Кажется, мы познакомились с ним давно, очень давно. Каждый день я, просыпаясь с утра, заходила в социальную сеть только для того, чтоб написать ему. Спросить, как у него дела и поинтересоваться, что нового произошло за то время, что мы не общались. А когда мне приходилось уезжать в командировку, или просто на отдых с друзьями, и не было возможности выйти в интернет, я скучала, очень сильно скучала.
Не могу сказать, что это была влюбленность или любовь в сети, нет. Что вы – мой мозг вообще отказывался воспринимать, что можно любить кого-то, будучи незнакомыми в реальной жизни. Но какая-то привязанность определенно была. Иногда мне вообще казалось, что Фридьеш – это единственный человек во всем мире, кто меня понимает, и кто всегда может поддержать. В общем, всё то время, с самого первого дня, что мы начали общаться, и до сегодняшнего дня я воспринимала его исключительно как родного брата. И плевать, что разница в возрасте огромная. По крайней мере, мне так казалось первое время. А сейчас у меня складывалось впечатление, что мы ровесники – мне правда всегда было очень легко с ним общаться.
А сегодня с самого утра меня не покидало легкое волнение. Знаете, такое бывает перед походом на концерт любимой группы, или перед свадьбой, или перед выпускным балом в школе... Это волнение приятное, не сравнимое ни с чем. Сегодня мне поскорее хотелось оказаться в кафе, где меня должен был ждать Фридьеш. Я боялась, что приду раньше времени, или наоборот, застряну в пробке на половине пути и сильно опоздаю. А ещё боялась, что он просто не придет. Мне хотелось поскорее уже познакомиться с этим человеком. Дата встречи была назначена на сегодня.
Мне интересно было познакомиться с мужчиной, поговорить с ним тет-а-тет не на фейсбуке перед сном, а как нормальные взрослые люди.
Три раза возвращаясь домой, я убеждала себя, что нельзя верить в плохие приметы. Сначала я забыла телефон, потом я вспомнила, что не выключила чайник на газовой плите, ну и потом я вспомнила, что ключи от машины остались на подоконнике в гостиной. Наконец, кажется, я была готова ехать.
Уже через полчаса я заходила в кафе. Как только я вошла, дверь за мной захлопнулась, а я взглядом стала искать мужчину с ромашкой в руках. Невольно на моём лице появилась улыбка – мне напоминало это какую-нибудь английскую комедию с примесью мелодрамы – познакомились в интернете и спустя полгода решили встретиться, я узнаю его по ромашке, которую он будет держать в руках. А потом станем лучшими друзьями на всю жизнь, и, если повезет, будем дружить семьями. Романтика, блин. Лишь усмехнувшись своим мыслям, я огляделась вокруг себя ещё раз. Неприметное со стороны улицы местечко внутри было милым и уютным. Дизайн сделан со вкусом, ничего лишнего, ничего не мешает глазу.
А вот и он. Фридьеш.
- Здравствуй – я осторожно подошла к столику, неуверенно присаживаясь за стул напротив него. А вдруг это не тот человек, с которым я должна встретиться? Вдруг сегодня, в эту минуту, в этот самом кафе, ещё один человек ждёт девушку, которая узнает его по ромашке в руках?
– Ты ведь Фридьеш? – слегка прищурив глаза, я кинула быстрый, оценивающий взгляд на мужчину, поудобнее устраиваясь за столиком. Но, услышав своё имя, я поняла, что не ошиблась – это именно тот человек, с которым неделю назад мы договаривались о встрече.
- Кофе? Спасибо – очаровательная улыбка тронула мои губы, аккуратно повернув чашку с горячим, ещё дымящимся напитком ручкой в свою сторону, я так и оставила её на столе, не сделав ни единого глотка. – Спасибо, нет, не нужно ничего. – красивый, высокий. Вежливый. Я всё больше убеждалась, что он может стать хорошим другом, если после этой первой встречи наше общение не сойдет на «нет». – Извини, что опоздала. Надеюсь, тебе не очень долго пришлось ждать – оправдывающимся, извиняющимся тоном быстро проговорила я, достав телефон из клатча, мельком посмотрев на время. – Даже не сильно опоздала – успела отметить про себя. – Всего на 10 минут.

+1

4

Он ждал долго и терпеливо, не имея никакого желания портить и без того долгожданную встречу глупыми предрассудками: у них впереди было много свободного и одновременно полностью расписанного времени, тратить которое на нелепое негодование Фридьеш вовсе не думал. 

Нет, что ты, только что пришел, ― непринужденно соврал мужчина, переведя взгляд на чашку кофе, словно демонстрируя простую и безобидную ложь, которой не было конца. Абсолютно «случайное» знакомство, со временем ставшее чем-то большим, чем беседы на интеллектуальном уровне. Абсолютно «случайная» зависимость, со временем ставшая мелким звеном в рутине дня: пациенты, работа, фантазии и юная Уилсон, мыслям о которой не было конца. С ней он засыпал и с ней же просыпался, словно маленький ребенок, неспособный отойти ко сну без крепких объятий плюшевого медведя. Теперь Матиаш едва сдерживал нетерпение, которое томилось в сердце все эти долгие месяцы, ― его снотворное находилось в пределах досягаемости и ждало возможность быть принятым.  

Он ждал долго и терпеливо. Хотя бы ради того, чтобы оценить, насколько великолепным и одухотворяющим казалось сочетание Джесси и ромашки: трепет, вызванный подобной идеальной гармонией, вынудил отвести взгляд и одобрительно, мечтательно улыбнуться. Впрочем, в стройном хороводе из нынешних событий был один незначительный изъян, улыбка при мысли о котором растворилась в немедленно возникнувшей апатии – он не догадался найти усаженные ромашками клумбы, послужившими бы идеальной постелью для юной Уилсон и финальным аккордом в ее мучениях. Нежное, хрупкое тело, утопающее в цветах, словно мертвец на морской глади, плавные линии изгибов ее тела ― Венера Милосская в истинном обличии. Шедевр, который обязан был войти в историю.

Знаешь, я все же посоветовал бы здесь что-нибудь заказать, ― вернув себе впредь нерушимое самообладание, произнес Фридьеш, чуть наклоняясь вперед и вновь улыбаясь. Мягко и безобидно, как будто рассказывая страшный секрет, необходимый скрыть от некоторых женских ушей. – Официантки здесь не очень, а вот шоколадные десерты попробовать стоит. У меня соседка по лестничной площадке любит сюда заходить время от времени. К тому же у пенсионерок много свободного времени… Я тебе о ней рассказывал как-то, если помнишь. У нее еще свирепая орда разъяренных полок, которые только и ждут момента, когда входная дверь откроется и они выскочат наружу, чтобы поработить каждого живущего в подъезде…

Будь юная Уилсон наивным и любопытным ребенком, мужчина захотел бы напугать ее заблаговременно, будто бы давая необходимую для осмысления подсказку, способную вырвать жизнь из крепких пут судьбы, что шаг за шагом заманивала девушку к роковой черте. Однако Джесси уже выросла и должна была самостоятельно справляться с головоломками.

К тому же моя соседка хотела с тобой познакомиться ― она была просто очарована, что еще остались молодые девушки в двадцать первом веке, которые очаровывают мужчин не вырезом декольте и отсутствием длинной юбки, а умственными способностями. Да и ей было бы приятно, если бы мы что-нибудь с собой захватили в качестве презента, а если успеем все сделать быстро, то успеем застать ее дома, ― Фехер бросил беглый взгляд на часы, чтобы сделать бесхитростные расчеты и утвердительно кивнуть. ― Да, обязательный поход к соседке из рядом стоящего дома состоится через час. Мы успеем.

Очередная небольшая ложь и поведение, способное вывести на ложный след: довольство, явственно сквозившее во взгляде, было вызвано вовсе не предвкушением бесполезных посиделок с надоедливой старушкой, а ее отсутствием к моменту их прибытия. Ни свидетелей, ни лишних телодвижений ― простые манипуляции с ничего не подозревающим сознанием.

Еще помню, мы обсуждали книги и ты пришла в восторг, когда узнала, что одно редкое издание завалялось у меня дома. Я мог бы тогда сразу отдать книгу, а ты потом скажешь свое мнение. Идет?.. Да и какой толк в прогулках при такой погоде?

Все шло по плану, как и должно было идти: мужчина, не позволяя девушке особо думать, встал со стула и подошел к ней сзади, отмечая, насколько прекрасным был подобный ракурс, чтобы отодвинуть стул и поухаживать за юной Уилсон.

Отредактировано Frigyes Mátyás Fehér (2013-05-29 21:56:02)

+1

5

Как жаль, что люди не умеют читать чужие мысли. Многим бы это когда-нибудь пригодилось. А кому-то эта способность могла бы спасти жизнь. Но, увы и ах – нам, смертным, остается только надеяться на интуицию. На шестое чувство, которое зачастую ошибается в подсказке.
- Я с удовольствием познакомлюсь с твоей соседкой. – с улыбкой, совершенно искренне произнесла я, всё ещё любуясь милым цветочком ромашки.
С детства я обожаю эти цветы – они милые, нежные, чистые. Такие белые. Для меня ромашка всегда была символом какой-то надежды, что ли. Светлый, хрупкий цветок на крепком, длинном стебле. Я могла любоваться ромашками вечно. Особенно они доставляли мне удовольствие зимой. В холод. Когда не так просто найти эти чудесные создания природы в цветочной лавке.
Аккуратно, чтоб не отпал на один листочек, я скользнула указательным пальцем по слегка шершавой поверхности стебля, непонятно чему улыбаясь. Тут же перевела взгляд на Фридьеша.
- Если хочешь, можем пойти и сейчас, я не против – ещё одна искренняя, открытая улыбка, подаренная мужчине.
Конечно, родители всегда воспитывали во мне юную леди, воспитанную, интеллигентную. Которая соблюдает комендантский час, хорошо ведет себя в приличном обществе и не садится к незнакомым дяденькам в машину. Но я уже давно выросла, считала себя взрослым, ответственным человеком, который может сам решать, что ему делать и куда идти. Поэтому-то я уже пару лет живу одна.
Предложение мужчины пойти к нему меня совершенно не смутило – я же не собиралась делать ничего противозаконного, правильно? Всего лишь пойти в гости к человеку, с которым общаюсь уже очень долгое время, которого знаю достаточно хорошо. А ещё познакомлюсь с его соседкой, о которой он так много рассказывал. Наверное, это очень хорошая женщина, раз Фридьеш так её расхваливает. Да и хорошая возможность взять книгу, о которой он говорил. На самом деле, я не фанат каких-то раритетных вещей или редких изданий, но почему бы и не прочитать редкую книгу, если есть такая возможность? Тем более, что чтение – моя любовь. И не эти электронные гаджеты, на которых почти ничего не видно, а настоящие книги, толстыми страницами, в красивом, твердом переплете. Они ведь даже пахнут по-особенному.
В общем, причина зайти в гости к Фридьешу была, и не одна. Поэтому-то уже через пять минут мы неторопясь шли по улице. В руках я крутила ромашку, любуясь её красотой и одновременно слушая, что говорит мне мужчина.
- А почему ты решил написать мне? – поинтересовалась я, поправив локон, убрав его с лица за ухо. – В этой социальной сети ведь куча девушек… Почему я? – прищурив глаза, я не торопилась отводить взгляд от нового знакомого. Естественно, мне, как и любой другой девушке на моем месте, хотелось услышать что-нибудь приятное, что-нибудь, от чего на лице заиграет улыбка. Поэтому, затаив дыхание, я ждала. Ждала, что ответит Фридьеш.
Не знаю, сколько времени идти до его дома, не знаю, сколько времени мы уже идем. Но я даже не хотела думать о времени.
Что такое «время» в принципе? Оно уходит, его не вернуть по щелчку пальцев. Поэтому и нужно жить только сегодняшним днём наслаждаться моментом. Радоваться мелочам, решать все проблемы по мере их поступления и не обращать внимания на вещи, которые могут испортить настроение.
Свою машину я оставила у кафе, потому что погода хоть и была не солнечная, но мы решили всё-таки немного пройтись пешком. Тем более, если бы мы поехали – в пробке мы бы застряли часа на два, а Фридьеш сказал, что у его соседки нужно быть через час.
- Как ты думаешь, почему некоторые люди мстят? – я снова перевела взгляд на мужчину. Не знаю, почему меня вдруг заинтересовал этот вопрос, но мне правда было важно услышать его мнение. Да и он уже должен был привыкнуть к таким скачкам наших разговоров – ещё когда мы общались по интернету, я могла перескакивать с одной темы на другую не предупреждая, не спрашивая. И, вроде бы, Фридьеш реагировал на эти скачки достаточно спокойно. – Почему они не могут жить спокойно, почему не могут просто забыть то, что произошло?

0

6

Мельтешащая перед глазами оживленность улицы буквально приковывала к себе внимание, представляясь прекрасным и живописным антуражем для трагической и поучительной пьесы, главная роль в которой была отведена ничего не подозревающей юной Вилсон. Трогательной и нежной, словно увиденные сквозь витрину белые нераспустившиеся бутоны роз, слишком любопытной, чтобы выпускать шипы, ― истинная растущая на воле ромашка, настоящую ценность которой было суждено увидеть далеко не каждому. Впрочем, ее стоимость, как и цена увлекаемой прочь от бурлящего людьми центра жизни, определялась далеко не мягкостью движений и улыбки, не плавностью походки и вовсе не доверчивостью, едва ли льстящей Фридьешу. Его манила наивность, детская и искренняя, настолько очевидная, что заданный вопрос показался не более чем продолжением начатого представления, декорации которого обретали новые очертания.

В этой социальной сети много мужчин, ― мягко парировал он, стараясь не спугнуть сотканный из незначительных мелочей настрой, в крайней степени подходящий к улыбке девушки, такой же теплой, как и кожа, которой коснулся Матиаш, увлекая ее к цветочному магазину. ― Ты могла отказать в общении мне, но согласиться на предложение другого, ― Фехер осторожно распахнул перед ней дверь, ненавязчивым движением вынуждая зайти и подойти к краю золотой клетки, готовящейся стать вторым домом для юной Уилсон. ― Ромашки.

Поучительность слагаемой из последовательных фрагментов истории сводилась к самому обыкновенному и безликому правилу «никогда не разговаривай с незнакомцами», которое девушка уже успела нарушить, плавно переступая и через очередное ставшее мантрой табу, ― не брать у незнакомых людей конфеты, игрушки, вещи или же самые обыкновенные ромашки, с искренней улыбкой и скрытой во взгляде нежностью протянутые Джесси. Для ее колыбели мужчина был готов найти столько белоснежных цветов, сколько понадобилось бы для придуманной композиции, в которой приобретшее неестественный оттенок тело утопало в бархате нежных лепестков. Белых, как невинность, утративших свежесть, как неизбежная скоротечность забранной жизни.   

Суть заключается не в том, почему случайный выбор пал на тебя, а почему мы продолжили общаться после знакомства и свели нашу переписку к реальному общению, ― обратился к ней Фридьеш, терпеливо ожидая, пока молодая женщина завернет цветы в прозрачный саван. ― Нельзя оценивать человека, зная лишь его внешность и поверхностно зная придуманный в сети образ. Именно поэтому многие люди не сходятся, потом расходятся и не понимают, как смогли найти общий язык. Мы смогли, и я получаю неописуемое удовольствие от компании столь нежного и чуткого создания, ― Матиаш чуть наклонил голову в бок, переводя бесстрастный взгляд на услужливую флористку. ― Благодарю.

Дорога до дома не занимала слишком много времени, главной артерией простираясь сквозь одинаковые, ставшими сейчас праздными дома. Копошащиеся люди приобретали формы обыкновенных, ничем не примечательных точек, окутывающих все пространство, сквозь гам которого мелодичным шумом пробивался голос Уилсон. Близкий, как и возможность загнать певчую птицу в уготованную ей клетку, и такой далекий, словно недосягаемая мечта добиться справедливости. Не хватало лишь цветов, способных дополнить практически законченную картину, однако те покоились у Фехера, ожидая своей неминуемой очереди.

Почему мстят? ― переспросил мужчина, переведя безразличный взгляд на лицо юной Уилсон, задержавшись на нем чуть дольше обычного и позволяя себе вплести едва заметные ноты нежности, - его творение ничто не превзойдет. ― У каждого человека свои причины мстить или не мстить, ― он подтолкнул девушку к возникшему из-за угла дому, предлагая самостоятельно пройти в разинувшую пасть клетку. Ведь именно в этом заключалось все очарование, перед которым блекли и яркие карусели, окруженные здешней детворой, и ухоженность клумб, покрытых разноцветными бутонами, и газона ― все казалось маловажным и не заслуживающим внимания в такой трепетный момент. ― Мстят малодушные люди, однако, думаю, тебе подобная встреча с ними не грозит ― не верю, что у такой доброй девушки могут быть враги.

Он украдкой взглянул на удаляющуюся с площадки старушку, чья левая туфля скользила по пятке, открывая белые, идеально чистые носки, и открыл дверь перед гостьей под аккомпанемент взглядов собравшихся соседей. Фридьеш Матиаш Фехер, будучи человеком даже слишком любезным, не слыл любителем постороннего внимания и не приглашал к себе незнакомых никому из присутствующих особ. Впрочем, их недоумение увидели лишь опущенные вниз ромашки, обреченно смотрящие в пол. Однако мимолетная улыбка осталась вне досягаемости их внимания.

Странный вопрос для девушки, если честно, ― Фридьеш открыл входную дверь, плавным жестом предлагая юной Уилсон пройти и разрушить последний призрачный шанс к отступлению. ― Может, ты хотела бы что-нибудь выпить или съесть? Со вчерашнего дня у меня осталась лазанья, ― спокойно пояснил Матиаш, быстро разуваясь и проходя в гостиную, чтобы найти подходящую вазу, достойную касаться будущей колыбели. ― И все равно располагайся, как дома.

Отредактировано Frigyes Mátyás Fehér (2013-05-29 21:54:00)

0

7

- Я со многими людьми общаюсь в сети. – сказала, и тут же спохватилась – Но ты не подумай ничего такого. Я не со всеми встречаюсь в реальной жизни. Далеко не со всеми. На самом деле, могу признаться в том, что ты – первый человек, с кем я встретилась после такого продолжительного общения в Интернете. С остальными общение так и заканчивалось – на страницах всемирной паутины – прикрыв глаза, я вдохнула в легкие душный уличный воздух. Как бы я сейчас хотела оказаться где-нибудь в лесу, на поляне с крупными ромашками. Ночью, под дождем. Никакой романтики, нет, что вы. Сплошное умиротворение.

Когда я была маленькая, родители часто ездили со мной за город, на природу. И всё время я сбегала от них на полянку с цветами, чтоб сплести себе венок на голову. Первое время мама паниковала, думала что я потерялась. А потом они смирились. Потом они сами начали приносить мне эти веночки, только чтоб я никуда не уходила. Но мне это не нравилось. И я перестала ездить с ними. Оставалась дома. Имен тогда, лет в 12, я начала засиживаться в интернете ночами. Кто знает – а если бы родители разрешали мне уходить погулять одной? Если бы они не контролировали меня так сильно? Может быть я и не знала сейчас, что такое интернет. Может быть, я не стала такой интернетозависимой. И не познакомилась бы сейчас с Фридьешем… Удивительно, какое-то небольшое изменение в жизни способно изменить всю жизнь целиком.

Немного замявшись перед тем, как зайти в подъезд, я всё-таки сделала шаг вперед. Что-то тревожило меня, сейчас я уже была не так уверена в правоте своих действий. Но отступать было поздно – не хотелось показаться трусихой перед этим человеком. Фридьеш казался мне таким добродушным, милым собеседником. Так почему бы и не продолжить наше общение за чашечкой чая? Она ведь ни к чему не обязывает. Главное, не засидеться допоздна. На сегодня у меня была запланирована ещё одна встреча, с лучшей подругой. Мы решили устроить небольшой девичник на двоих. И мне уже не терпелось рассказать ей о том, что я познакомилась с хорошим человеком. Она была уверена, что в Интернете обитают только те люди, которым нечем заняться в реальной жизни. Что сутками сидеть в сети могут лишь люди, у которых не всё в порядке с головой, которые способны совершить что-то ужасное. И мне очень хотелось рассказать ей о Фридьеше, о ромашках, и о том, как хорошо мы сегодня погуляли. Мне хотелось изменить её мнение о том, что в сети нет нормальных людей.

- Почему странный? – я обернулась и посмотрела на мужчину. По мне – самый обычный вопрос. Поднимаясь по ступенькам, с каждым шагом я всё замедляла свои движения. Мне не хотелось идти дальше, мне хотелось оказаться сейчас дома. Странно, но с Фридьешем мне было комфортней общаться по-другому. Через Интернет. И дело не в том, что я боялась его. Дело в том, что так мне было спокойней. То общение ни к чему не обязывало. Не нужно было думать, что ответить, не нужно было подыскивать слова. Если не знаешь, что ответить – можно просто промолчать, а потом сказать, что была в душе, например. А здесь, сейчас, это было совсем нереально. От ответа не уйти. Не проигнорировать.

Но я шла. Переступая через себя, я упорно двигалась вперед, отчаянно пытаясь скрыть своё беспокойство.

И вот уже открытая дверь, порог. – Спасибо. – вежливо, серьёзно, глядя в пол произнесла я, оглядываясь вокруг себя и попутно разуваясь. – У тебя очень уютно. И да, я бы с удовольствием выпила сока, если можно. – в горле пересохло, хотелось чего-нибудь выпить. – А когда мы навестим твою соседку? – наивно поинтересовалась я, проходя за мужчиной на кухню, всё так же крутя головой во все стороны, пытаясь понять, нравится мне здесь или нет. – Ты сказал, что она ждет нас через час. Этот час почти истёк. – сказала я, мимоходом взглянув на экран телефона, который крепко сжимала в руках.

0

8

Игры нет месяц.
Тема в архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » За тобой крадется он и вот-вот поймает