Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]

Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Adrian
[лс]
иногда ты думаешь, как было бы чудесно, если бы ты проживала не свою жизнь, а чью-то другую...Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Новые соседи - это новый повод быть любопытным


Новые соседи - это новый повод быть любопытным

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Участники: Emily Fischer и Frigyes Mátyás Fehér.
Место: жилой дом, где обитает теперь не только Фридьеш, но и Эмили.
Погодные условия: старушка разгоняет тучи, чтобы хорошо видеть в дверной глазок; намечаются осадки в виде растущего любопытства; под потолком сияет лампочка.
О флештайме: Фридьеш знает каждого своего соседа наизусть, выучив их повадки и расписание, найдя общий язык практически с каждым, однако на этом проблемы не заканчиваются, ведь на горизонте появляется Эмили, абсолютно незнакомая и ни разу не встреченная на улицах Сакраменто. Значит, пришло время познакомиться и помочь. Лишь бы не полки прибивать...

Отредактировано Frigyes Mátyás Fehér (2013-07-11 21:57:01)

0

2

внешний вид

http://images2.fanpop.com/images/photos/2700000/Natalie-Portman-walking-her-dog-in-LA-Nov-5th-natalie-portman-2763353-388-640.jpg

На заднем сидении моего автомобиля (между картонных коробок) подпрыгивает Людвиг. Он высовывает от жажды язык, время от времени визжит, и то и дело приплясывает хвостом... «Ваф-ваф-ваааафф»  — проносится в воздухе. Я с лихвой сворачиваю на парковку... «Ваааафффф» — Людвиг, не поджидавший подобных маневра автомобиля, изо всех сил цепляется когтями за обвивку, но, тем не менее, все равно скатывается на пол…  Он тот час же поднимается на лапы и обращает на меня печальную мордочку. Дорога его утомила. Людвиг не может усидеть на месте. Он метается из стороны в стороны, навострив уши. Ему хочется пошалить.
Наконец, я открываю дверцу и вылезаю из машины. Людвиг запрыгивает на водительское кресло и следует за мной… Через доли секунд он уже несется по газону, пачкает лапы и зарывается мордой в траву. Я вижу, как струится на ветру его шерстка и мелькают лапы…  Он перебирает ими так быстро… Мне кажется, словно он летает по воздуху. Людвиг стрелой проносится по двору. Изредка останавливается и обнюхивается.
— Людвиг! Иди сюда!— прикрикиваю я на него. Он не слушается. Ему нравится пошалить. Людвиг оборачивает ко мне мордочку и пускается бежать к столбу. Я потворно ему улыбаюсь… Рассеянно и устало. Он укладывается на траву и виляет хвостом.
— Людвиг, вот сучонок… — Людвиг переворачивается на бок и начинает вертеться в грязи. Его шерстка пачкается…  На ней отчетливо вырисовываются зеленые и черные пятна…
— Ты будешь есть у меня зубами мыло! —  шепчу я в надежде не привлечь к себе внимания соседей. Людвиг барахтается на газоне… Мне не остается ничего другого как проучить его! Крадучись, я приближаюсь к нему.
— Хороший песик, славный. Иди к маме! На-на-на-на-на, — я вытягиваю руку вперед и раскрываюсь ладонь. «Как бы не спугнуть мне эту собаку» — проскальзывает у меня в голове. Людвиг приподнимает мордочку и шаловливо мотает хвостом. Я пытаюсь уцепить его за загривок. Он плутливо потирает лапами о траву… Пачкается себе и пачкается… Я напеваю ему песенку: «Людвиг замечательный пес, сейчаааас он подойдееет к своооееййй хозяйке и будет молодцооом». Он прижимает уши. Я делаю выпад и протягиваю вперед в руку. Он мигом срывается со своего места — пытается улизнуть… Я бросаюсь вперед… И падаю на траву, ухватывая руками за хвост Людвига… Он пищит, быстро-быстро теребя лапами по земле… Я лежу на земле… Подтягиваю к себе за хвост собаку… Мой пиджак пачкается… Вместе с Людвигом мы шебуршимся в грязи...
Наконец, мне удается подняться на ноги. Людвиг, перебирает в воздухе лапами, ворочаясь в моих руках. Я направляюсь к автомобилю. Выуживаю из-за водительского сидения сумочку, захлопываю дверцу и включаю сигнализацию. На меня накатывает ужасная усталость. Я приближаюсь к двери своего нового дома.
Спустя несколько минут мы поднимается на третий этаж… Я останавливаюсь на лестничной клетке. Людвиг брыкается.
В моей голове рождается какая-то странная мысль… Я подхожу к соседской двери и нажимаю звонок.

+1

3

День, за которым следует день, а за ним еще такой же день — это череда событий и минут, смешение которых незамедлительно порождает историю, будь то жизнь слизня, медленно ползущего по своим земным делам, или же трудолюбивой пчелы, влюбившейся в цветок на чьем-то застекленном балконе. Что уж говорить о простом человеческом существе в простом пятиэтажном жилом доме среди простых построек и не совсем простых обстоятельств.

Фридьеш прекрасно знал своих соседей и с уверенностью мог сказать, что час назад, когда терпеливая и пунктуальная стрелка часов пересекла отметку «шесть», уже давно не молодая, но бодрая старушка отправилась вниз по лестнице на прогулку, осторожно ступая на каждую ступеньку, словно ожидая от той подвоха. Проблема была даже вовсе не в развившейся когда-то бесконечной паранойе, свойственной людям с подозрением на шизофрению, а в естественных процессах, время от времени именуемых старением. Ничем не примечательным, но в крайней степени занимательным, как полагал Матиаш, всегда с толикой детского любопытства наблюдая за тем, как пятка старой, изношенной туфли то приподнимается чуть над ступенью, то опускается, практически соскальзывая с идеально белого носка. Через полчаса сморщенные пальцы будут отчаянно хвататься за перила, как будто пытаясь вырвать те с корнем, но соседка вновь и вновь поднимается вверх далеко не на лифте, давно поддавшись всепоглощающему страху замкнутого пространства. «Иногда мне кажется, что двери закроются и больше никогда не откроются», — частенько заговаривала она, поглаживая подлокотник нового блестящего кресла, а Фехер с нескрываемым интересом смотрел на искусственную кожу бежевого цвета, желая увидеть старушку наедине с клаустрофобией. Интересное сочетание, распаляющее воображение.

Внимания заслуживали и соседи сверху, являясь молодой и активной парой, чья спальня беззастенчиво располагалась над его собственной. Впрочем, та самая активность, столь тщательно описываемая в любимых девушкой романах, интересовала мужчину лишь в крайнем случае, который за все года совместного существования так и не наступил. Однако особое внимание, вызывающее у соседей подозрение, заслуживал кот, обыкновенный американский керл, которого хотелось взять на руки или хотя бы обласкать взглядом, доставив обоим удовольствие. В конце концов, кто-то должен был страдать за вздохи и стоны, периодически доносившиеся с потолка.

Так что своих соседей Фридьеш знал от и до, давно найдя к ним единственный правильный подход, — быть услужливым и заботливым мужчиной снизу, сверху или с лестничной клетки. Когда же в его дверь позвонили, он ожидал скорее увидеть старушку, вооруженную мягким и вежливым взглядом, в котором можно было различить безапелляционную просьбу, нежели неизвестную ему особу с подозрительным субъектом на руках. Мохнатым и крайне активным.

«Что ж, общее определенно есть, — невзначай подумал Матиаш, поднимая взгляд от приковывающего к себе внимание комка шерсти, тканей, органов и костей, в сумме являясь ничем не примечательной собакой. — Определенно много общего».

Я могу чем-то помочь? — Фехер посмотрел на девушку, отмечая боевой раскрас одежды и вспоминая, не оставил ли чайник включенным, ведь его истеричные всхлипывания и завывания настроения не подняли бы. — Боюсь, химчисткой я еще не научился заниматься, а этих очаровательных и… грязных в нее и так не сдают, поскольку сложно нести ответственность за пересушенные кости.

Как же Фридьеш хотел кота. Сейчас и сразу же, а получил непонятного происхождения шумную головную боль с придатком в виде хозяйки, которая являлась не только женщиной, а была потревожившей его покой женщиной, наверняка нуждающейся в улыбке.

«Странная шутка вышла», — спокойно отметил он, постепенно перевоплощаясь в образцового и в крайней степени обходительного мужчину с отвратительным чувством юмора.

Вечером, после рабочего дня, шутить сложно, особенно при виде… — Фехер вновь мельком взглянул на собаку, — нежданной девушки. Начнем сначала: могу я чем-то помочь?

Отредактировано Frigyes Mátyás Fehér (2013-05-30 18:28:05)

+1

4

Дверь открывает мужчина. Чем-то похожий на Людвига II Баварского (в честь которого и был назван мой сумасшедший пес!)…   Я инстинктивно пячусь назад… На моих губах проскальзывает какая-то неловкая и сумбурная улыбка. Я зажимаю Людвига подмышкой… Пес брыкается… Я сжимаю сильнее его туловище рукой… Он вылупляет глаза... Так сильно, что создается впечатление, словно они вот-вот готовы выгатить из глазниц и упасть на пол… Людвиг скулит и тормошит лапами мое плечо. Его когти больно впиваются в мою кожу. Я морщусь. Людвиг II Баварский, только что сошедший ко мне с гравюр Фердинандо фон Пилоти, наш новоиспеченный сосед, такой взбалмошный и взъерошенный, с виду строгий и какой-то аристократичный, разглядывает меня на лестничной клетке… Я теряюсь под его взглядом… А Людвиг и вовсе визжит как сумасшедший…
— Я могу чем-то помочь? — спрашивает Людвиг II Баварский… Я утвердительно киваю головой.
«Мне срочно нужно бежать, чтобы избежать участи  Софии Баварской» — проскальзывает в моих мыслях. Я украдкой разглядываю незнакомства, едва ли сдерживая в руках беспокойного пса Людвига. Сходство моего новоявленного соседа с Людвигом II Баварским становит все более явным и отчетливым… Я нервно прижимаю к себе запачканного Людвига и киваю соседу, больнее сжимаю туловище своего лохматого домочадца  и снова киваю…
—  Боюсь, химчисткой я еще не научился заниматься, а этих очаровательных и… грязных в нее и так не сдают, поскольку сложно нести ответственность за пересушенные кости, — говорит «воскресший король Баварии». У него приятный голос. И слова его звучат любезно… Я слегка усмиряю свою нервозность.
— Я хотела попросить у вас кусочек мыла, чтобы отмыть бедолагу. Со всем этим переездом, я совсем засуетилась и забыла, куда распаковала какие вещи. У меня так много коробок, — одними губами шепнула я, облокотившись на перила лестницы. Людвиг, рассекающий лапами воздух, повисает на моем логте и пуще принимается скулить…
— Он плохо переносит дорогу. Обычно ваш тезка не такой шумный, — говорю я, осмелев. Мне хочется произвести благоприятное впечатление на соседа… Поэтому я решаюсь приврать. Безусловно, Людвиг обычно еще более беспокойный. Он любит полаять, стоя у двери, стоит кому-то пройтись по лестничной площадке… Так Людвиг встречает гостей… Его коронный прием — облаять незнакомца до потери духа и как юла вертеть хвостом…
— Вы чем-то похожи на Людвига II… Наверное, из-за прически. У него тоже были хорошие волосы. Он построил Нойшванштайн —  замок Спящей красавицы, — надеюсь, «воскресший король Баварии», не решит прогуглить о себе информацию в интернете и сочтет мои слова за комлимент... Людвиг ворочается. Мне сложно его удержать одной рукой. В попытке усмирить собаку, я прижимаю его к груди. Он пачкает лапами мой пуловер. Я неловко улыбаюсь незнакомцу.
— Меня зовут Эмилия. Эмилия Крамер. Я художница. Обычно от меня бывает мало шума. Я буду для вас хорошей соседкой. Риелтор мне сказал, что здесь очень тихое соседство. Я обычно не приглашаю гостей. Людвиг постарается усмирить свой характер… Вы не будете так любезны одолжить мне кусочек мыла? — я делаю несколько шагов вперед в сторону незнакомца и протягиваю ему руку в знак приятного знакомства, придерживая Людвига другой.

Отредактировано Emilia Kramer (2013-05-09 18:51:21)

+1

5

Психиатр Фридьеш Матиаш Фехер, ― он мягко пожал протянутую руку, отрешенно смотря на копошившегося пса, который интересовал его намного больше, являясь непосредственным рассадником утомительного повизгивания и лая, на который только способны были его собратья. В конце концов, этот порог никогда не переступала лапа собаки. ― В строительстве замков замечен не был, лишь на уроках всемирной истории. Хороший и тихий сосед, ― без тени иронии произнес Фридьеш, продолжая наблюдать беспокоившим его субъектом, однако после практически моментально, хотя и нехотя переключил внимание на нежный, светлый оттенок кожи и аккуратный маникюр.   

У нее был такой же, только чуть светлее, а подушечки пальцев ― шероховатыми. Прохладными, вызывающими мурашки и нетерпение. Поэтому Фридьеш улыбнулся новой соседке, высвобождая себя из оков приятных, трепетных воспоминаний и отточенным, рабочим, жестом приглашая Эмилию войти.

Воспользуйтесь ванной. К тому же чайник вскипел ― он явно ожидал гостей. Да и если сюда выйдет соседка и застанет вас, то полки чинить будем вместе, а работать молотком в такое время уже не так хочется. 

Тезка был удостоен прощального взгляда, а Матиаш закрыл за не прошеной гостьей дверь, напоследок пристально взглянув на глазок противоположной квартиры, тонущий в темном массивном дереве. Как-то ему говорили, что у нее есть один знакомый, питающий непреодолимую любовь к разного вида чучелам, натуральным и составленным из отдельных лоскутков, сшитых грубыми нитями. Кажется, Людвиг ему понравился бы, а Фехер оценил бы мягкую, успокаивающую тишину, в которой отчетливо слышалось громкое и пронзительное шуршание и копошение двух пар подвижных лап.

Надеюсь, в ванне столь активный Людвиг Баварский проявит чудеса сдержанности, ― добавил он, показывая дорогу к ванной, спрятавшейся под замками пяти комнат. Лишенных жизни, как и молчаливые двери, одна из которых интересовала Фехера больше всего. ― Это ванная, здесь есть вода, мыло. Разрешите взять вашу верхнюю одежду, чтобы с ней ничего страшного и непоправимого не случилось.

Фридьеш дружелюбно улыбнулся, словно верный и гостеприимный сосед, продолжая размышлять над необходимостью запирать двери в квартире, чтобы ни одно существо с повышенным волосяным покровом не думало сбегать и раскрывать сокровенные тайны. В конце концов, сегодня Матиаш не планировал дополнительных трупов, не успев даже подготовить все удобства для Эмилии.

«Эмилия», ― задумчиво повторил он, с досадой отмечая, что желанному телу подобное имя не подходит, как и отсутствие зеленого платья с рукавами-колокольчиками. Неприятно, как скисшее молоко, безразлично, как отсутствие этого молока в холодильнике.

Соседи здесь хорошие. Вам нравятся черно-белые фильмы? ― пошел Фехер от обратного, не сводя взгляда с мелькающего в пасти розового языка. Шершавого, как ее подушечки.

Находить общий язык с соседями он всегда умел.

0

6

Игра стоит
В архив

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Новые соседи - это новый повод быть любопытным