Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Lola
[399-264-515]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
В очередной раз замечала, как Боливар блистал удивительной способностью...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Танго


Танго

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Участники: Irena Tourney, Brandon Williams
Место: ангар, в котором танцуют танго
Время: осень прошлого года
Время суток: вечер
Погодные условия: только что закончился дождь, прохладно
О флештайме: "Танго делало с нами все, что хотело, - и подстегивало, и пьянило, и вело за собой, и опять отдавало друг другу..."

0

2

Залитая дождем дорога была почти непроходимой для автомобиля, тем более для "альфы": ее засасывало в липкую жижу, колеса буксовали, седан то и дело проваливался в колдобину. Густая грязь плескалась из-под капота, забрызгивая стекло крупными коричневыми лепешками. Уильямс выругался, с трудом выравнивая "альфу". Мимо проехало несколько машин, затем промчалось такси. Брэндон включил поворотник и свернул с Индастриал бул.
Припарковавшись, он опустил боковое стекло и в салон ворвался воздух, наполненный вонью от мусорных баков стоящих неподалеку. Где-то залаяла собака, потом наступила тишина. Брэндон сморщился и повернулся к Салли, прервав молчание: 
- Ты уверена, что это то место?
Тишину улицы нарушил женский голос: - О да. Трахни меня, сильнее. Господи, да, да!
- Больше похоже на нелегальный бордель,- они рассмеялись.
- Перестань, это определенно то место.
- Почему ты не взяла мужа?
- Он не любитель таких мероприятий.
- А я прям обожаю их?
- Нет. Но ты мой брат и не можешь мне отказать.
- Ага,- кивнул Уильямс, добавив,- И ты этим нагло пользуешься.

Придерживая Салли за манжету плаща, Брэндон пошел к развалюхе из кирпича. Удивительно, что в таком, казалось бы, ветхом и убогом здании проводились танцевальные встречи, и второстепенные бои без правил. Мрачный коридор закончился лестницей, они спустились по ней в зал и услышали звуки оркестра. Оркестр был маленьким, но акустика зала позволяла слышать музыку во всех уголках. Если снаружи здание было похоже на заброшенный завод, то внутри это походило на амбар больших размеров с высоким потолком, откуда спускались вниз большое количество светильников, светившие лишь на половину, создавая полумрак. Танцевальная площадка располагалась в центре, ее окружали столики. Вечер был в самом разгаре. Сколько пар танцевало, сложно было подсчитать, ведь все они перемещались и сплетались друг с другом, ловко ускользая от твоего взгляда.   
Брэндон провел Салли через площадку к столикам, которые накрывали для желающих официанты. Он сразу заказал водки и бокал шампанского и уселся напротив сестры, лицом к залу.
- Ты же за рулем.
- Я вызову такси, сидеть здесь без алкоголя равносильно смерти.
- Ой, ой,- закатила глаза Салли. – Делай, что хочешь, только не забудь, что должен в целости и сохранности посадить меня…тогда в такси.
Уильямс взял с собой больше наличных, чем обычно поэтому, когда за соседним столиком мужчина прикуривал сигару, он подумал, что было бы неплохо податься искушению и тоже попросить сигару вместо сигарет, впрочем, вряд ли кто-то здесь курил сигареты. 
- Как же я обожаю такие места,- с горечью в голосе прошептала Салли, разглядывая людей.
Говорят, что мужчины и женщины существа с разных планет, наверное, одним из аргументов к согласию с этой идеей можно отнести различия между женским и мужским восприятием. Салли танцоры казались мотыльками, прекрасными мотыльками, танцующими и в своем порхающем танце приближающимся к лампе, которая, в конечном счете, их сожжет, как только закончится вечер, а быть может и раньше. Брэндон же смотрел, а правдивей сказать пялился на зал и видел лишь сексуальную подоплеку всего действия. По его мнению сюда приходят не для того, чтобы потанцевать и послушать музыку, а для того чтобы потискать друг друга или потрахаться, кому как повезет. А вся загадочная пелена романтики рождается в душе лишь от того, что зал наполнен ароматами человеческих тел, запах пота смешивается с запахом секса и все это возбуждает вошедших сюда. И в этом главное наслаждение: здесь никто никого не судит, не учит и не дает советов, как жить, здесь каждый может делать то, что велит его сердце и плоть. Будто в этом зале люди находили и познавали себя и понимали, как же велико в нас животное начало. Начало хищников и добыч, самок и самцов. Ничего не радовало так как это открытие. И люди пьянели от собственной низости. Никаких надежд, нежности и планов на будущее. Только страсть. Только секс.
Официант принес шампанское, бутылку водки и сигару, которую Уильямс попросил в последний момент отчаливания официанта от их столика. В своей жизни он не так часто баловался подобными вещами, на самом деле только в армии, когда их отправили на Кубу. Там он познакомился с парнем, который знал о сигарах все и любил  делиться своими знаниями и сигарами с сослуживцами. Он часто жаловался на то, что после прихода к власти Кастро кубинские сигары стали далеко не, что прежде. Уильямс же ровным счетом ничего не понимал, только кивал головой, наслаждаясь вкусом сигары. Официант ловко обрезал запечатанный кончик сигары катером и протянул ее Брэндону. Приняв подарок, он как завороженный стал поглаживать гладкую темную сигару, покрытую тонким матовым листом. Аккуратно Уильямс стал прикуривать, пока паренек держал деревянные спички.
- Ну и где там твои друзья? В перерывах между прикуриванием сигары спросил Уильямс, разглядывая проходивших мимо девушек.
- Должны быть у этого столика,- встревожено произнесла она и стала оглядываться по сторонам, и, найдя их, наконец, привстала и помахала рукой. Десять минут спустя Салли опустошила бокал шампанского и убежала танцевать, оставив Брэндона одного.
Нет. Не одного, а с сигарой, водкой и панорамой сексуальных женщин перед собой. "Вечер обещает быть приятным", подумал он, хлебнув водки и не сводя глаз с зала. После нескольких рюмок Уильямсу стало немного душно, и он снял черный пиджак, расстегнул у ворота еще пару пуговиц и закатал рукава черной сорочки.  Его горячая потная кожа покрылась мурашками, пробежавшими вдоль позвоночника. Мышцы торса напряженно подтянулись. Он взял сигару с пепельницы и мышцы груди незамедлительно откликнулись на работу тела. Одеколон смешался с легким запахом пота, ароматом сигары и шлейфом алкоголя. Уильямс вдыхал дым сигары, позволяя тому заполнять рот, решив не трогать некоторое время водку и дать организму передышку.  Он откинулся на спинку стула и с жадным интересом стал рассматривал зал.

Отредактировано Brandon Williams (2013-04-09 19:52:00)

+1

3

Огромное помещение ангара было заполнено запахами сигарет и сигар – дорогих и не очень, разнообразными парфюмами – мужскими и женскими, сладковато-приторными и озоново-резкими, цитрусово-свежими и удушливо-тяжелыми. Все это сливалось в странный пьянящий и кружащий голову коктейль, смешанный с запахом алкоголя, разгоряченных в танце тел, желания и секса. Полумрак и тускло светившие лампы по периметру зала лишь придавали дополнительную интимность танцующим или просто глазеющим на переплетение тел посетителям из укрытых сумраком уголков, где располагались столики для отдыха.
Музыка… чарующая и пленительная, страстная, резкая и бросающая вызов каждому, кто осмеливался ступить на танцпол. Она не оставляла шансов на победу, повелевая, направляя и окутывая своими властными мотивами. И люди, забывая обо всем, отдавались в этот сладкий, волнительный плен, сливаясь с ней в единое целое, сплетаясь телами с партнером, и сердца их, словно кастаньеты, отбивали синхронный ритм короля танцев – танго.
Ирэн улыбнулась своим мыслям, отведя на мгновение взгляд от танцующих пар, вырываясь из тумана собственных мыслей и фантазий, чтобы обратить внимание на свою спутницу. Кажется, та что-то спросила, но девушка, погруженная в собственные эмоции, не расслышала тихого вопроса.
- Что? Ты что-то сказала?
Тонкие пальцы машинально потянулись к пачке сигарет, прикуривая и добавляя в общую гамму висящих здесь запахов еще один – ментоловый.
- Я спросила, хочешь ли чего-нибудь выпить? - терпеливо повторила собеседница.
- Да… пожалуй, не откажусь, - Ирэн бросила девушке дежурную улыбку и снова вернулась к созерцанию пар, танцующих в мареве душного зала.
Мадлен коротко кивнула и сама отправилась к бару, не дожидаясь официантов – еще одна попытка завоевать благосклонность любовницы, поухаживать за ней, оказывая знаки внимания. Впрочем, этот жест, как и многие другие, воспринимался Ирэн как должное.
В отношениях всегда так – один любит, другой позволяет себя любить, один светит, другой отражает.
Турней всегда была отражателем. Она не любила Мадлен, но ей нравилось внимание девушки. С ней было хорошо и комфортно, пока та не начнет требовать ответной реакции. Пока не начнутся выяснения отношений, мозговыносы и прочая белиберда. И тогда им придется расстаться. Кошки не любят неволи. Они гуляют сами по себе. И этот танец – танго - как нельзя лучше отражает их природу, их сущность – гордую и независимую, игривую и опасную, словно бархат с запрятанными в мягких складках острыми лезвиями ножа.
Ирэна любила сюда приходить, любила эту атмосферу, пропитанную эротизмом и вожделением, любила эти запахи и резкие ритмы, любила наблюдать за танцующими и, разумеется, танцевать сама. Взгляд ее блуждал от пары к паре, задерживаясь на лицах, руках и ногах, отмечая про себя разнообразие па, одежды и улыбок, улыбаясь машинально сама загадочной, томной улыбкой, чуть щуря кошачьи глаза от сигаретного дыма.
Налюбовавшись танцующими, взгляд двинулся дальше, вглубь, привыкая к сумраку помещения и выхватывая из тени сидящих за столиками таких же любителей прекрасного, как и она сама, либо просто праздно шатающихся, желающих провести время в приятной компании и усладить свой слух аккордами скрипки и гитары. Черные глаза лениво и томно осматривали одного за другим, мужчин и женщин – смеющихся, серьезных, скучающих, пьющих, возбужденных… пока не задержались на одном экземпляре.
Непринужденно-расслабленная поза, ленные движения руки, подносящей к мужественному рту сигару, чуть скучающий взгляд… Но это обманчивое спокойствие не могло ввести Ирэн в заблуждение. Она знала эту породу людей – хищники, завоеватели. Она и сама к ним относилась, к тем, кто привык получать свое. Но если она была всего лишь кошкой, то этот мужчина больше походил на тигра. Дремлющего до поры, до времени, высматривающего свою жертву. Тонкие губы девушки дрогнули в предвкушающей улыбке. Кажется, вечер не будет скучным.

Отредактировано Irena Tourney (2013-04-10 11:45:39)

+1

4

Уильямс ничего не знал о танцах в принципе и танго не исключение. Однако, за короткие минуты, что он провел здесь, наблюдая за танцующими он понял, что мужчина в танце, безусловно, доминирует над партнершей. Он ведет ее и заботится о ней, да, звучит странно "безопасность в танце", но судя по всему это необходимо, когда на площадке танцует не одна, а сразу несколько пар. Если женщина адекватна и умеет танцевать, то следует импульсам мужчины, а не строптиво гнет свою линию, демонстрируя партнеру давно заученные движения, абсолютно не беспокоясь, что танцует она уже не в паре, а одна. И эта идея главенства мужчины безумно понравилась Брэндону. Он сидел с рюмкой в руке и следил за парами. Его начала охватывать радостная эйфория. Алкоголя в организме хватило как раз на эту стадию, стадию, когда мир перестает казаться таким дерьмовым. В такие минуты мужчине казалось, что он готов навсегда остаться в легком опьянении.  Ему подумалось, что танцуют здесь исключительно профессионалы, причем не какие-нибудь дохляки европейцы, а подтянутые аргентинцы или испанцы. Эта мысль еще больше возбудила мужчину. Мимо него так и мелькали округлые и крепкие бедра женщин.  Наверняка им даже не приходилось учиться, ведь они рождаются с танцем в крови. Мужчины же представлялись Уильямсу тружениками, он живо смел границу времени, и воображение его нарисовало картину старой Аргентины, душный зал, куда ходили пареньки из среднего класса рабочих. Там в перерывах между мытьем полов они учились танцевать до потери пульса. Танцевали в одиночестве, оттачивая свое мастерство, чтобы когда-нибудь в будущем осмелиться пригласить женщину.
Постепенно эйфория Брэндона сменилась легкой грустью и разочарованием от мысли, что самому ему так никогда не двигаться. Здесь он был абсолютным неудачником, прямо сказать бревном, который только может поймать ритм мелодии и не больше. Если бы не обещание он бы сорвался с места и умчался в какой-нибудь бар, чтобы нажраться и вернуться в свой привычный мир, в свою среду – мрачную и депрессивную среду убийств, расследований и пьяных забытых вечеров.
Так и сидел бы он в одиночестве, подливая водку своей грусти, если бы взгляд его не остановился на одной девушке.
Уильямс поймал ее взгляд и будто электрический удар пробежал сверху вниз по его телу. Несколько секунд он смотрел на девушку, затем перевел взгляд на других. Вальяжно закинул руку на спинку стула, уперевшись локтем в дерево. Продолжая сжимать сигару, Брэндон вновь остановил свой взгляд на незнакомке. Он оглядел ее с ног до головы. Пользуйся моментом,- подумал Брэндон и легким кивком указал девушке на площадку, таким образом, приглашая на танец. Мужчине пришлось выждать несколько минут, чтобы наступила музыкальная пауза, когда танцующие размыкали объятья и отдыхали.
Брэндон пошел на площадку, где пахло крепким мускатом и влажной пылью старого деревянного паркета, который скрипел в такт мелодии и рассек толпу медленным уверенным шагом, не отрывая взгляда от глаз девушки, подернутых и слегка прикрытых от дыма, в которых горела гордость и непокорность. Он подошел к ней, успев уловить запах ее сигареты, который взволновал Брэндона и пустил по крови яд возбуждения. У него перехватило дыхание:
- Никогда не понимал фразу "в танго не приглашают – в танго берут" до этого мгновенья, - голос его был низким и заговорчески тихим,- Mi bruja,- продолжал шептать мужчина, это были единственные слова, что он знал на испанском и если память не ввела его в сюрреалистическое заблуждение, то слова "моя ведьма" могли быть именем незнакомки.
Расстегнутая рубашка открывала мускулистую проросшую волосами грудь. Все тело мужчины напряглось. Он смотрел в глаза девушки своими влажными от страсти глазами, животный огонь Bruja могла видеть чуть раньше, когда они обменивались взглядами. Он не смог сдержаться и обхватил ее кисть, нежно, но властно взяв Bruja за руку, и потянул на себя, заставив девушку встать. Брэндон не утруждал себя размышлениями насколько оправдан его поступок, как со стороны это выглядит и получит ли он по роже, когда спутник незнакомки прибежит сюда. Уильямсу было все равно. Правая рука его, покрытая черными, переплетающимися между собой волосами, плавно поднялась на уровень ее лица и зависла в двух-трех сантиметрах от левой щеки незнакомки. Брэндон тяжело дышал, грудь с шумом громыхала, вбирая терпкий воздух. Черты лица мужчины, будто стали острее из-за напряженной тени. Плавно и медленно он опускал руку вниз, следуя изгибам скулы и шеи, сохраняя прежнее расстояние. Когда широко разведенные пальцы спустились ниже шеи, то Брэндон позволил себе дотронуться до девушки, кончики пальцев коснулись верхней части грудной клетки и соскользнули вниз, вновь набирая расстояние. Взгляд Брэндона следовал за движением руки. Он обогнал изгиб ее груди, спустился по животу и под конец обхватил ее кисть, вновь взяв за руку, чтобы повести на танцевальную площадку.

Отредактировано Brandon Williams (2013-04-12 17:37:36)

+1

5

Ирэна не сомневалась в том, что любой взгляд можно почувствовать на себе, его эманации, его волны, животными импульсами проходящими сквозь твое тело. И ты безошибочно повернешь голову именно в сторону смотрящего, где бы он не был и как бы далеко не находился. А потому девушку совсем не удивило, что и ее взгляд, проницательный и проникновенный, достигнет своей жертвы. Впрочем, понятие жертвы в данном случае было весьма спорным. От мужчины просто веяло животной силой. звериными инстинктами. Он притягивал к себе внимание снова и снова, отвлекая от всего окружающего - от соседних столиков, за которыми сидели, возможно, не менее достойные кандидаты, от сплетающихся пар, предающихся танцевальному экстазу, от снующих и что-то спрашивающих официантов.
Взгляд черных глаз Ирэны скользнул по мужественным, чуть заостренным чертам лица мужчины, скулам и волевому подбородку, прошелся по изгибу шеи до самого края расстегнутого воротничка, по рукам, задержавшись на мгновение на выглядывающих из-под рукавов черных вязях татуировок. Ирэна любила татуировки - как процесс, так и результат. И не только на собственном теле. Замысловатые или бессмысленные рисунки на чужой коже всегда приводили ее в какой-то волнительный трепет. А если уж эти узоры украшают руки достойного мужчины...
Фантазия девушки уже давно и неконтролируемо улетела в свободный полет, предоставляя своей хозяйке мысленные картины весьма возбуждающего толка. Да, эти руки, пожалуй, весьма гармонично смотрелись бы на ее талии и бедрах... в танце, разумеется. Хотя... А фантазия тут же услужливо подсовывала все новые и новые картинки - яркие и красочные, животрепещущие. В зале становилось все жарче и душнее - кондиционеры не справлялись с атмосферой пылкого танца и разгоряченных тел. Приходилось дышать все чаще и тяжелее, отвоевывая дополнительный глоток кислорода. Конечно, во всем виновата жара и всего-то.
Ответный взгляд - словно электрошоком по оголенной коже. Губы девушки непроизвольно дрогнули в улыбке, наблюдая за тем, как незнакомец сканирует ее сверху-вниз и снизу-вверх, так же как минуту назад делала она сама. Нет, улыбка ее была вовсе не кокетливой и жеманной, какими пользуются большинство девушек, в желании привлечь к себе внимание понравившегося им мужчины. Это была скорее торжествующая улыбка, улыбка человека, привыкшего получать то, что хочется. И да, она хотела этого мужчину, случайного незнакомца, волей судьбы оказавшегося сегодня в этом месте в это время.
Вызов брошен и вызов принят. Как легко и просто люди их породы понимают эти негласные правила, молчаливые знаки, язык тела и мимики. Но она более не сделает ни шага - только взгляд. Следующий ход  - его, и он тоже  прекрасно знает правила этой игры. Танго уже началось - с контакта глаз, с легкой улыбки, с учащенного биения сердца. Но внешне Ирэна оставалась спокойной, несмотря на бушующие внутри нее страсти. Все так же, чуть щурясь, следила за передвижением мужчины, томно и неторопливо вдыхая в себя ядовитый дымок сигареты и выпуская его обратно в и без того уже прокуренный воздух ангара.
Mi bruja... Ирэна знала значение этого слова. Когда-то у нее был короткий роман с испанцем, который кстати и научил ее премудростям аргентинского танца. Он часто называл ее именно так, а она лишь тихонько посмеивалась над проницательностью его слов. Вот и сейчас хриплый шепот мужчины невольно вызвал легкую усмешку в уголках ее губ и глаз. Девушка едва успела бросить окурок в пепельницу, когда сильные пальцы деликатно, но в то же время настойчиво обхватили ее тонкое запястье. Рука была теплая, даже горячая, но по телу пробежали приятные мурашки, скапливаясь в районе солнечного сплетения. Обоняния коснулся тонкий аромат мужского тела, смешанный с более резким - парфюма, алкоголя и табака. Пьянящий, кружащий голову коктейль. Чертовски привлекательный, от которого Ирэне всегда было трудно устоять.
В танго берут? Да, верно. Но это иллюзорная власть, основанная на том, что тот, кого берут, позволяет это сделать. Ирэна позволяла себя вести - в танце ли, в жизни ли, в сексе... Но до тех пор, пока ей самой было это выгодно. Сейчас она хотела именно этого. Так пусть же незнакомец считает себя завоевателем. До поры, до времени. Но какой ценой обойдется ему его победа?
Она по-прежнему не произнесла ни слова, ощущая как накаляется воздух между его ладонью, обводящей контуры ее тела и собственной кожей. Он словно запоминал, запечатлевал ее образ в своей душе, чтобы слиться мгновениями позже в страстном танце, чтобы паззлы сошлись идеально, как будто они - часть одной мозайки. Девушка так и не сводила с него глаза, изучая в свою очередь случайного партнера, пока его ладонь не закончила свой путь на ее запястье и не увлекла в сторону вновь собирающихся для следующей смертельной битвы пар.

+1

6

У страсти отличный прицел. Страсть никогда не промахивается. Бьет в самый центр сплетений нервных окончаний, пуская свои заряды по маленьким кровотокам. За считанные секунды твое тело превращается в бомбу с очень быстрым отсчетом времени. Пусть разум Брэндона был затуманен и редкие мысли проскальзывали в голове, он все же понимал, что незнакомка женщина опасная, действительно ведьма, а чары колдовские почти всегда заканчиваются для мужчины трагично. Но пока стоит вечер, стремительно приближающийся к ночи, у него есть шанс. Мысли эти прятались мужчиной в сейф подсознательного где-то на границе рассудка и животного начала. Нельзя испытывать к ней каких-то романтичных чувств. Нежность и романтика идут на хуй. Если женщина сводит тебя с ума, то кровь закипает, все движется как заражение бешенством, все встает, если тебя сводят с ума.
Брэндон уверенно шел к площадке, ведя свою партнершу за собой, с особой силой держа ее руку и глядя исподлобья на других мужчин, неосознанно демонстрируя свою добычу и запрещая кому бы то ни было на нее даже смотреть. По крайней мере, в эти короткие минуты танца.
Когда потертая подошва обуви Брэндона коснулась деревянного пола, знаменующего начало танцевальной площадки, он остановился и решительно остановил партнершу, положив правую руку ей на низ живота, коснувшись ребром руки ее лобковую кость. Замерев на несколько секунд, Уильямс подался вперед, прикрыв глаза, он жадно вбирал аромат ее волос. Постепенно рука мужчины стала подниматься вверх, горячо надавливая, Брэндон остановился у самого сердца. Другой рукой он коснулся лопатки девушки, медленно пальцы перебрались на ее руку, ощущая горячее тепло подмышки, затем остановились у локтя. Уильямс прижимается к девушке, заставляя ее согнуть руку в локте.
Кровь мужчины шумно пульсировала в венах. Изо рта с рычанием вырывается учащенное дыхание. Он задевает носом ее ухо, горячо выдыхает, отпускает руку незнакомки, правой же рукой, что до сего времени лежала под грудью девушки он сильно обнимает ее за талию. Свободную руку отводит в сторону и делает большой шаг вперед, затем еще один другой ногой.
Когда они оказываются непосредственно на площадке, Брэндон обхватывает девушку за талию, чуть пускает руки на бедра и, в такт мелодии направляет ее двигать бедрами и попой, прижимаясь своим пахом. Резко поворачивает незнакомку к себе, ловит взгляд и прижимает, одной рукой обнимает чуть ниже лопатки, другую берет в свою руку и начинает вести вперед. Закончив с прелюдиями и приступив к танцу.

+2

7

Ирэна не знала этого мужчину – его имя, фамилию, возраст, род деятельности. Не знала, с кем он пришел и есть ли у него постоянная спутница жизни. Впрочем, все это было сейчас не важно, все эти мелочи, атрибуты социальной жизни, делающей человека частью общества, все они были сейчас бессмысленным набором статусов, ярлыков, штампов. В эти минуты Ирэна забыла, что и сама пришла сюда не одна, что Мадлен наверняка бесится от ревности, наблюдая, как ее собственность уводят у нее из-под носа. Впрочем, собственность ли?
Турней никогда никому не принадлежала, что бы там не думали ее случайные или неслучайные партнеры, любовники, ухажеры. Она просто позволяла им быть рядом. Вот и этот незнакомец с видом захватчика так крепко сжимает ее запястье, что наверняка на нежной коже останутся синяки. Он ревностно оглядывает зал, словно вокруг полно готовых накинуться на него хищников, желающих отобрать его добычу. Но он волнуется напрасно. Этим вечером, в эти короткие моменты танца Ирэна сама готова остаться подле него, как истинная кошка, позволяя гладить себя, возможно даже взять на руки, но оставаясь при этом гордой и независимой.
Зазвучали первые аккорды, сразу же переключая восприятие окружающей действительности на максимум – бешенный стук сердца, учащенное дыхание, жар тела, так явственно ощущаемый оголенной кожей, и легкое касание ветерка от не справляющихся с духотой кондиционеров. Самое главное в танце – в любом танце – почувствовать музыку, пропустить ее сквозь себя тысячью нейронных нитей, дать опутать, покорить, слиться с ней в единое целое, стать самой музыкой. И тогда уже не важно, умеешь ли ты танцевать в принципе, знаешь ли движения и па – музыка сама ведет тебя, а партнер – всего лишь орудие. Он не кукловод, он просто нить, связующая тебя с главным Мастером – танцем.
Впрочем, если нить некачественная и дешевая, танец можно и запортачить. Но не в этот раз. От этого мужчины веяло уверенностью, за версту было видно породу, класс. В такие руки совсем не страшно отдаться, ему совсем не сложно довериться. Довериться, но не доверять. Иначе быть беде. Страсть захлестнет, затопит отравленным потоком, пронзит насквозь, словно игла коллекционера глупую бабочку, польстившуюся ярким цветком. Доверить тело, упасть в объятия, чувствуя крепкую, надежную хватку на своей талии, но не доверять душу. Она слишком хрупка и ранима, ее просто затопчут в этом танце страстей и эмоций. Это война, и слабости здесь не приемлемы.
Горячее тело мужчины было так близко, а сильные руки сжимали так крепко, но в тоже время бережно, словно ценную фарфоровую статуэтку. Ирэна ощущала жар, и сходящий от его ладоней и не менее горячее дыхание на своей шее, слышала его учащенное сердцебиение. Его прикосновения были полны эротизма и интимности, но девушка отдавала себе отчет, что это всего лишь танец, что правила игры требуют от них именно этого – желать в этот момент друг друга с такой силой, словно они единственные оставшиеся на земле люди, опалять друг друга вожделением, умирать в животной страсти, подталкиваемой властными аккордами.
Но так легко забыться, утонуть в омуте расширившихся зрачков, поверить в ту мимолетную любовь, сквозящую в каждом движении, во взгляде. Шаг, еще шаг, плавное покачивание бедрами. Пальцы скользят по обнаженной шее, крепко удерживают за затылок, словно в попытке удержать равновесие, зарываются в волосы, тревожа аромат туалетной воды. Прижаться всем телом, почувствовать, как звенит оно напряженной струной. Глаза в глаза, дыхание смешивается с дыханием. Первый раунд начался.

+1

8

Если кто-нибудь помешает танцу – они не остановятся. Если Брэндону придется отпустить ее, то он скажет, что она принадлежит ему, всецело и подлинно и докажет это неистовыми ударами, прибегнув к единственно верному решению. В женщине вся красота, в мужчине сила. Живые звуки пространства, с многочисленными голосами, посторонними шумами вроде хлопанье дверей, треск бокалов и скрип стульев, все это глушилось проникновенной музыкой, благодаря которой незнакомец и незнакомка плавают как пойманные рыбы в аквариуме. Стенки аквариума – границы паркета. За границами бескрайние просторы океана, но им достаточно этих дюймов. И даже, выбросив аквариум в тихий океан, позволив рыбам выплыть на волю, они останутся в своем крошечном пространстве, в своем мирке, наполненным сразу всем. Брэндону пришлось ждать целую вечность. Вечность скучных дней и нежных ночей, наполненных любовью, но без самой любви. Ему казалось, что он готов обменять несколько серых лет на лишние часы удовольствия. Минуты бегут, но спешить нельзя, еще есть время. В ансамбле все было столь гармонично, что тяжелые, резкие и грубоватые движения Уильямса, так напоминающие военное прошлое, стали подчиняться этим пронзительным, щемящим сердце и душу звукам. Скрипка, флейта, гитара, бандонеон подавляли своей красотой, останавливали резвые порывы и быстрые движения. И вот Брэндон уже ведет в такт музыки, чередуя медленные шаги с быстрыми разворотами, переносом веса на другую ногу. Он смотрит в ее глаза, в которых со всей ясностью подрагивают искры зарождающегося пламени. Он опускает взгляд на ее губы, которыми так и хочется завладеть, примкнуть грубым сильным поцелуем, проталкивая свой язык в ее ротик, всасывая ее слюни и покусывая губы. Рефлекторно мужчина приоткрывает горящие губы, кожа которых тут же высыхает в духоте зала и ему приходится облизывать их, детский жест – совсем не детских желаний. Не зная как правильно двигаться Брэндон смело поворачивается немного левее, чтобы было удобней идти и не запутаться своими ногами с ногами девушки. Рука его давно спустилась на ее талию, он чувствует ее тело, плоть, напряженную, но напряженную так соблазнительно. Чтобы ощутить как можно больше он держит пальцы прижатыми друг к другу, согнутый локоть его поднять чуть выше кисти. Ее рука лежит на его руке, он почти ощущает кровотоки. Чтобы видеть, куда двигаться Уильямс то и дело отрывает взгляд от незнакомки, слегка разворачивается в направлении движения.  Он делает шаг левой ногой, затем правой, уловив натянутость музыки, он поворачивает незнакомку, теперь они отдалились друг от друга. Он прижался к ней лишь правым боком корпуса, колени согнуты, приставляет вторую ногу и ведет ее по диагонали, рассекая плавным движением паркет, не уподобляясь движению по кругу, как движутся другие пары. Это может быть неправильным с точки зрения танца, но зато искренне с точки зрения страсти и желания.
Незнакомка двигается как кошка, ее стройные ноги так легко, но уверенно дотрагиваются до пола, мышцы икр напряженно острые, кажется, будто  ее пластичность какая-то аномальная. Нет преград из костей, позвоночника, она изгибается, извивается или быть может, так только ему кажется? Она манит, она притягивает. Нет ничего эротичнее женского стриптиза, считал Брэндон, но сейчас все изменилось. Танго превратился в синоним стриптиза. При этом одежда не спадала с тела девушки, они по-прежнему были одеты. Уильямс был возбужден, как и мужчины вокруг, и кто после этого может их винить? Природа женщин такова, что одной лишь походкой они могут взорвать мужчину, а совладать с телом они не могут, по крайней мере, Брэндон был рабом своего тела. Никто не в праве его винить, если он попытается удовлетворить свою жажду, рискуя стать грубым неандертальцем, тащащим свою добычу (женщину) в пещеру. Но не все так просто. Все запутанно. Правила запрещают овладевать телом женщина, сначала ее нужно завоевать. И если где-то за пределами ангара, женщины хотели, чтобы их благородно завоевывали, то здесь женщина хотели быть завоеванными грубо. Но грубость должна быть выражена в уверенном танце, в страсти, чувственности и Брэндон собирался выиграть, доказав свою состоятельность и способность завладеть незнакомкой. Он не знал никаких движений и позиций танго, но кого это волнует? Эрогенные точки и зоны от этого не изменятся.
Остановившись, Брэндон отталкивает девушку, чтобы та сделала несколько поворотов и в момент, когда она останавливается, он резко притягивает ее к себе за руку, что он держал. Вновь прижимается к ней и ведет в обратную сторону, делает левой ногой выпад назад, согнув ногу в колене, и притягивает девушку к себе, чтобы та сделала аналогичный выпад, но только вперед. Крепко обнимает ее за талию, даже чуть ниже, поддается корпусом вперед, поглаживая свободной рукой ее шею, грудь и принимает исходную позицию. Почти ощущая стремление незнакомки ощутить свободу. Брэндон ослабевает хватку, позволяя девушке сделать свой ход.

Отредактировано Brandon Williams (2013-04-18 13:14:18)

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Танго