Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]

Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Adrian
[лс]
Застоявшаяся дневная духота города, медленно приближающегося к сумеркам, наконец-то сменялась... Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » В случае убийства набирайте «М» (c)


В случае убийства набирайте «М» (c)

Сообщений 21 страница 31 из 31

21

Омбра выдохнула, чувствуя как постепенно возвращается боль. Ее организм был странным в этом смысле - он словно заставлял ее мучатся в те моменты, когда казалось бы следовало расслабиться, и прийти в себя, попробовать выкарабкаться из всех передряг. Но не она. Омбра бы даже ухмыльнулась, если бы могла. Но сейчас это просто не имело смысла. Вообще забавная наверное была со стороны картина - босс мафиозной Семьи тащит на плече своего консильери, чье присутствие в данной картине выдает только откляченная задница. Очень мило, особенно учитывая то, что между этими двумя еще не выясненные личные отношения, много недосказанностей в деловой сфере и темные пятна в прошлом, которые слишком тяжело скрыть друг от друга. Омбра чуть пошевелилась, понимая что  своими движениями скорее мешает, чем помогает, но ей было слишком сложно лежать на одном месте без движения, особенно когда в живот упиралось достаточно широкое но все же достаточно костлявое плечо. Мышцы непроизвольно сократились, и Омбра резко вдохнула, чувствуя что  вот вот рассмеется Ситуация была абсолютно кретинской, и она ненавидела подобные ситуации.
- Нормально.
Осталось только жаловаться на неудобство человеку, который вытащил тебя из-под мотоцикла, из передряги и несет тебя на себе, несмотря на кучу копов вокруг и опасность почти одновременно оказаться в их лапах. Омбра пытается сама решить свои вопросы с неудобством, но даже занятая внутренним "я" и концентрацией на регенерации ран, она вдруг резко повернула голову, услышав рев своего мотоцикла. Хорошо пошла.. Она уже понимала, что больше не сядет на этот мотоцикл из суеверия - однажды попавший в аварию, он мог подвести ее снова.
Трюк Гвидо она могла лишь ощутить всем телом, когда внезапно заныло плечо  и бедро, а лицо Гвидо оказалось  у ее лица, а не у задницы. Впрочем, совершенно автоматически Омбра повела себя совершенно по женски, обняв его за шею здоровой рукой, и прижимаясь  всем ноющим от  макушки до пят телом.
- Будем вдвоем это делать или кёрхер позовем? - Буркнула Омбра  полулежа на заднем сидении, и поддерживая забинтованную руку, которая постепенно теряла чувствительность. - А на закуску - массаж на капоте? - Она фыркнула, поводив головой, и прикрывая глаза. Осталось только заснуть на заднем сидении, что бы он еще и будил ее... нежным поцелуем. Омбра ухмыляется относительно грустно, и снова открывает глаза - они уже возле скорой на парковке  Гвидо снова перетаскивает ее, удостаиваясь  пары крепких словечек в благодарность и короткого прикосновения. Она даже в состоянии близком к овощному ведет себя провокационно.

+2

22

Отвлёкающий манёвр, похоже, сработал на ура - копы и внимания не обратили на то, что тридцатью секундами позже в противоположную от мотоцикла сторону рванула куда как более приметная Хонда провокационного красного цвета; даже забавно, что отвлекающим манёвром стал менее яркий мотоцикл... Впрочем, не было в этом ничего удивительного - на месте преступления принято искать то, чего там не должно быть, а полицейские не знали, что именно искали здесь, так что и сорвались всем скопом за тем, что первым, что попалось на глаза, решив, что мотоцикл - это именно то, что и нужно им было обнаружить на Драйвер-стрит. И на это Гвидо и рассчитывал. Оставалось только надеяться на то, что копы не возьмут то, что хотели. Крис... И что её собственное состояние своё не возьмёт тоже. О Маргарите он мог позаботиться - даже не доехав до той кареты скорой помощи, хоть как-то; Санчез была сейчас сама по себе - по его приказу, спасая их шкуры, и в случае чего, помочь ей он не смог бы - не так просто, во всяком случае... Чувствовал ли Гвидо вину за то, что подверг её риску? Да, пожалуй. Но вес обстоятельств, в которых они оказались, Монтанелли чувствовал сильнее. Вероятно, и Крис тоже - девушка с такой будничностью ответила ему, что они ещё увидятся, что становилось ясно, что по-другому и быть не могло. Они ещё увидятся. Эта гонка не будет последней и для неё тоже...
Странное па, часть странного танго, где у партнёров три руки и три ноги для двоих, и Маргарита устроена на сидении. Тут всё поудобнее, чем на чужом плече... если бы не влажность. Повязка промокла - её уже надо было менять. В голове Гвидо промелькнула мысль о том, что он вполне может потерять и их обеих, если очень постарается - в Омбре может и много стали, но крови не больше, чем в любом другом человеке.
- Вдвоём с тобой мы его и залили прекрасно.
- хоть мистера Проппера зови, что, впрочем, не так уж страшно - словно это был бы первый автомобильный салон, который Гвидо пришлось бы отмывать от крови. Несмотря на то, что здесь повсюду уже были следы их "пребывания", что из раны Маргариты, что с его куртки, это было наименьшей в списке проблем; помимо того что они "пометили" автомобиль Крис, на них уже висела угнанная машина скорой помощи, телефонный звонок, почти содержавший в себе заявление о нападении, и ещё - попытка скрыться с места преступления, которая ещё не перешла в ранг удачной. В свете всего этого - даже красные пятна, как последствия "массажа" на капоте, на ярко-красном автомобильном покрытии будут не так уж и заметны. Гвидо лишь смерил её коротким взглядом сквозь зеркало заднего вида, и снова возвращаясь взглядом к ночной дороге. У Омбры было настроение ещё и шутить. Наверное, стоило и ему глотнуть спирта - у него настроя хватало только на то, чтобы мысленно прокрутить в голове те действия, что ему придётся выполнять, чтобы поставить обеих девушек на ноги. Ну или сделать первый шаг к тому, чтобы их раны начали заживать, как следует... едва ли он, со всей своей самостоятельно приобретенной базой, всё же является достаточно квалифицированным, чтобы оказать настоящую врачебную помощь.
- Потерпи... - только и бросил он в ответ на её тихую ругань. С того момента, как он перенёс её сюда - начался отчёт тех пятнадцати минут, которые он дал Кристине, чтобы добраться до них; этого времени должно было вполне хватить ему на то, чтобы помочь Марго, используя полученные в машине ресурсы. Обезболивающее, нормальные бинты, перекись, нехитрый набор инструментов... Уже неплохо. Устроив Омбру на сложенной каталке, где ещё полчаса назад лежала Крис, и даже всё ещё были следы её крови, Гвидо помог Омбре перевернуться набок и открыл фельдшерский чемоданчик, надевая перчатки и начиная разматывать импровизированную повязку. Через несколько мгновений плеча женщины коснулась ватка, пропитанная перекисью, а затем - тонкая игла, вводящая под кожу обезболивающее. Монтанелли не стал рисковать, давая ей таблетки - ничего хорошего не будет, если мешать их с алкоголем.
- Я собираюсь вытащить остатки пули.
- предупредил он прежде, чем вытащить первый свинцовый фрагмент и вновь приложить ватку. Кто-то не пожалел на неё разрывных - и Гвидо убедился ещё раз, всё могло быть гораздо хуже, войди она чуть под другим углом или будь куртка на консильери чуть менее плотной. Рана могла бы стоить ей если не жизни, то раздробленной ключицы - вполне; что при шиле в её-то заднице - рана, вероятно, даже ещё хуже, чем просто смертельная. Монтанелли повторил процедуру, и продолжал подходы до тех пор, пока плечо Маргариты не стало представлять собой чистую открытую неглубокую рану без посторонних элементов. Пуля - те её части, что были в плече - перекочевали в пластиковый стаканчик; часть остальных - по-прежнему оставались в коже её куртки. Гвидо размотал бинт, начав аккуратно оборачивать его вокруг плеча и торса Марго. Крови было уже меньше, хотя и порядком...
- Вот теперь устройся поудобнее... - Монтанелли дал Омбре куртку парамедика взамен её пострадавшей кожанке, чтобы она могла надеть её, или укрыться ей, чтобы не замёрзнуть. Пора было уже выезжать. Время, отведённое для Крис, заканчивалось, и давая ей больше - они рисковали быть сами обнаружёнными в краденом автомобиле. Причём - содержавшимся на налоги граждан, что немаловажно. Рука сама потянулась к стволу, когда задняя дверь вдруг открылась... но Гвидо расслабился, увидев, что это Крис - всё-таки успела добраться до них. Не самой лучшей ценой, похоже. На губе - кровь, да и царапины, похоже, снова начали кровоточить.
  - Madonn'! Крис, что с тобой? - Санчез прямо перекашивало от боли - и это было хорошо заметно; девушка выглядела слабой, хотя и держалась молодцом - потому что терпела боль, а не потому, что она была несильной... Было очень похоже, что он ошибся в первоначальном диагнозе - с виду состояние Крис было куда более паршивым, чем Маргариты, несмотря на то, что она могла передвигаться самостоятельно... - Merdata... Ложись. - не оставалось другого, как помочь ей занять соседнюю каталку. Было похоже на то, что Санчез плевала кровью. Внутреннее кровочетение - только этого здесь не хватало... Но откуда ему взяться, если только не... - Рёбра?

+2

23

Возвращаясь на чужой машине в даунтаун, к Драйвер-стрит, я то закрывала глаза, пытаясь не шевелиться, да и вообще не дышать и привыкнуть к ноющей боли в ребрах, то опускала оконное стекло, чтобы сплевывать кровь. Парень, сидевший за рулем, сомнительно и с долей сочувствия поглядывал на меня в зеркало заднего вида, однако заговорить не пытался.
Вечер уже давно опустился на огромный мегаполис. Люди сновали туда-сюда, вырываясь из офисных помещений и спеша поскорее добраться домой. И как людям нравится весь день находиться в закрытом помещении и протирать свой зад, сидя на крутящемся стуле? Или это, как его, престижно сейчас? Вся улица, вдоль которой мы ехали, была залита холодным светом неоновых реклам. Рекламы повсюду, они кричат, шепчут, призывают куда-то пойти и что-то приобрести. Свет из огромных витрин магазинов приманивал к себе взгляды людей. Но этот свет чужой, свет, зовущий не нас, а только наши кошельки. Этот свет освещает толпу, падает только на небольшую группу людей, а остальные поглощены темнотой, в которой им предназначено остаться навсегда. Сакраменто жесток: он манит к себе, показывая приятную улыбку, а затем убирает с дороги тех, кто ему неугоден. Но все эти несчастные потерянные души бродят по городу и разъедают его изнутри, превращаясь в огромную язву, некрасиво выступающую на ухоженном облике города. Высокие небоскребы своими стеклянными глазами смотрят в небо и не видят, что делается внизу. Эти стекляшки растут с необычайной быстротой, заполняя собой пространство, и создается ощущение, будто они давят на тебя со всех сторон, и ты уже не можешь вдохнуть, не можешь жить. Медленно с мучительной болью они вдавливают тебя в грязь, не давая оттуда подняться.
- Может, вам нужна помощь? – промолчав половину дороги, паренек все же решил подать голос. Я невольно оглядела водителя: смуглое круглое лицо, темно-русые волосы, крепкие мышцы, мозолистые руки - наверняка он спортсмен. – Я могу довезти вас до больницы. Вдруг, что-то серьезное?
- Нет, не нужно, - улыбнувшись уголками губ, я снова прикрыла глаза, откидывая голову на спинку сидения, облизнув губы и почувствовав металлический вкус крови. Вот только больницы мне снова не хватало… - Останови близ Драйвер-стрит, - теперь я опять была измученная, улыбка исчезла с моего лица так бесповоротно, что ему, наверное, показалось, что улыбаться я вообще не была способна. – Только, приятель, у меня бабла совсем нет, так что наживы не будет сегодня, – невесело усмехнувшись, я уже выбиралась из салона его автомобиля и, бросив напоследок, “спасибо”, пошла, насколько быстро это было возможно при моем состоянии, до подземной парковки.
- Чш-ш, спокойно! – сказала я голосом более твердым, чем даже сама ожидала, и выставила перед собой ладони в знак защиты, когда открыла задние двери скорой помощи и на меня была наведена пушка Гвидо. Я перевела взгляд на женщину, лежащую на одной из каталок, которая выглядела уже более менее сносно, чем я увидела ее впервый раз в подвале. – Как вы? – никогда в жизни я не могла проигнорировать тех, кто так или иначе был дорог мне или моим коллегам. 
- Я в порядке! – ответив Гвидо, суетящегося вокруг нас, и сплюнув подступающую кровь, я только прошипела сквозь резкие боли в грудной клетке, которые усиливались лишь при вдохе и выдохе. Соседние носилки были незамедлительно заняты мной. Мало того, меня начало немного подлихораживать. Шокового состояния я боялась больше всего, поэтому вдруг выпалила, схватив босса за запястье одной рукой. - Если я сегодня сдохну, закопайте рядом с братом, окей? - кто бы когда мог раньше услышать от несгибаемой и сильной на вид Крис Санчес нытье и такого рода просьбы? Я даже сама от себя не ожидала такого морального упадка сил, не говоря уже о физическом состоянии, вследствие чего усмехнулась своей слабости и нелепости. – Да, ребра два точно. Скорее всего, десятое и двенадцатое.  Слушай, оставь меня сейчас, гони лучше поскорей отсюда! – я потянулась за трубкой капельницы, дабы получить хоть немного обезболивающего, но тщетно. – Помоги, пожалуйста. Лекарства где-то на третьей полке, - совсем обессилив, я шумно, но осторожно выдохнула, перестав предпринимать какие-то действия самостоятельно.

Отредактировано Chris Sanchez (2013-06-01 09:32:59)

+2

24

Это было какое-то безумие! Как еще это можно было назвать. Она едва ли не умирала в этой чертовой машине, но держалась до последнего, сдерживая как боль так и безумие, которое вызывал алкоголь. Зря Гвидо думал, что она шутит говоря о массаже на капоте -  у Омбры была странная особенность либидо - чем сильнее была боль, тем сильнее ей был нужен мужчина, и хотя она это подавляла  в себе, сейчас алкоголь был сильнее собственных сил, и Омбра боролась скорее не с болью, сколько  с собственным либидо. У нее были мужчины после рождения сына, но последние полгода она держала "пост", а оттого гормоны в крови гуляли откровенно и слишком сильно, ей едва удавалось совладать с собой и болью,  Это было странное ощущение - ощущение разгорающегося пламени в крови, созвучного нестерпимой боли. Омбра сжала пальцами край каталки, на которой ее устроил Гвидо, чтобы вытащить остатки пули.
Омбра проклинала мысленно того, кто объявил на нее охоту, и как на большого зверя не пожалел разрывных пуль. И как ребенок, радовалась тому, что  куртка оказалась слишком плотной и большая часть разорвавшейся пули прошила не ее тело, а плотную телячью кожу ее куртки.
- Поцеловал бы, что ли... на удачу... - Голос отвратительно хриплый, похоже она умудрилась его сорвать, пытаясь справиться с собой - эдакая молчаливая ангина или фарингит. Врач над ней, сейчас сам все решит. Врач, вдыхая одеколон которого, она словно возвращалась  в Рим, в те минуты, когда она, казалось была действительно собой, и счастлива , как наверное былы счастлива, лишь когда взяла на руки новорожденного сына.
Миллион искр боли рассыпаются по телу. Омбра не издает не звука, лишь сильнее вцепляясь  в многострадальную каталку побелевшими от силы пальцами. Не вздрагивает, когда пинцет проникает в ее тело, не стонет. когда внезапно отпускает не слишком сильный наркоз, не говорит ни слова, позволяя Гвидо вытащить из нее кусочки пули, лишь стремительно трезвеет, понимая, что безумно, страстно, до какого-то умопомрачительного отупения хочет жить.
- Позаботься о Дольфо - Глупо, как в голливудских боевиках, но она хочет быть уверена, что  ее сын не будет брошен, и что его отец сможет остаться с ним, не лишая сына своего внимания. Идиотская просьба, особенно учитывая то, что она начинает наконец проваливаться в обморок, когда Гвидо уже занят ребрами Санчез. Она проваливается в темноту молча, не желая отвлекать Монтанелли от перевязки Крис, и едва ощутимо сдерживая падающую на пол куртку. Ей нужно время, что бы побыть наедине со своей темнотой, с той частью ее "Я" которое закрыто от обозрения, и которую видел дважды лишь один человек.

+2

25

Врач... которого нет. Который никогда не получал лицензии, который забыл о клятве, и заботится только о тех, о ком хочет заботиться сам - а тем, кто ему не нравится, с чистой совестью может принести и вред, и даже убить их медицинским способом, коих знает предостаточно. Врач, занимающийся мертвецами, а не живыми, патологоанатом; он хоронит людей, а не лечит, за редким исключением... Но сегодняшняя ночь была таким исключением. К счастью, на этот раз в его расположении была не его похоронно-чёрная Тойота, а красно-белый автомобиль скорой помощи, в котором было больше полезных живым медикаментов, чем в его саквояже.
- Мне показалось, или я ирландский акцент услышал в твоём голосе? - итальянцы не верят в удачу... Впрочем, нет конечно, в удачу верит любой человек - но итальянские банды никогда не делали упор на своём везении, планируя и проводя любые свои операции, и скрывая их следы. Итальянцы верят в судьбу, а не в везение. Хотя в конечном итоге, это может показаться одним и тем же явлением... Ирландская удача - такая же легенда, как многие другие, созданные жителями этой планеты, в какой бы стране они не жили; каждому самому решать, во что верить. Вера в собственную удачу называется самонадеянностью, а не везением. Возможно, оттого ирландские эмигранты и не были никогда особенно успешны в криминальных войнах со своими итальянскими соседями из итальянских кварталов в американских городах... Впрочем, расположение сил не может быть постоянным. Всё ещё может однажды измениться в пользу рыжих британских бунтарей. - Клевер тебе сейчас нарисую... на удачу. - проворчал Гвидо, продолжая заниматься остатками пули. Как бы не осталось шрама на её изящном плече - и как бы это не было забавно, но повреждения на коже действительно чем-то напоминают пресловутый четырёхлистник... Пожалуй, хорошо, что какое-то время это будет скрыто под бинтами. Не самое лучшее украшение для мафиозо. Да и для женщины - ещё более неудачное... - Давай без драм. Твоя рана для жизни не опасна. - не считая возможности сепсиса, но это даже в больничных операционных - всего лишь лотерея. Впрочем, инфекция опаснее при внутренних повреждениях - а они у Маргариты как раз отсутствуют. Всё будет в порядке. Нужно лишь немного времени, чтобы перестать хромать и восстановить возможность полноценно двигать рукой - только и всего.
Ночь становилось ещё больше необычной... Теперь у него было целых два пациента. Из разряда тех, кого докторам вообще лучше не брать - собственных друзей, в случае Маргариты - можно даже сказать, родственников... Впрочем, Омбру он уже стабилизировал, так что можно было потратить на Крис немного времени.
- Ты не в порядке. И не спорь. - Гвидо убрал пушку и помог Санчез устроиться на соседней каталке, и хотел было уже заниматься поисками лекарств и лечением второй своей сегодняшней "пациентки", как она схватила его за руку, не отпуская от себя. И тоже изрекла почти театральную фразу - пусть и из немного другого жанра. Плохо было то, что Гвидо не был уверен в её состоянии так же хорошо, как и насчёт Марго, и не мог сказать ей о том, что всё закончится хорошо, с той же уверенностью. Пока ещё не мог. Если бы она не скрыла симптомы своих повреждений настолько хорошо, он вообще не позволил бы ей рассекать на байке ради них двоих. Вероятно, это и стало причиной того, что она сейчас плюётся кровью. А вот закопать её рядом с Мигелем - вот это будет проблематично...
- Почему сразу не сказала? Я бы не послал тебя никуда в таком состоянии... - здравый смысл - вот что отличает хорошего лидера от плохого. У Мафии полно других водителей. Однако же не только его выбор пал на того, кому труднее всего будет это сделать, но и сама Крис решила поиграть в камикадзе, приняв эту помощь... Гвидо много ей должен за эту ночь. Не дать умереть - это только первый шаг к расплате по этому долгу... Так что, несмотря на её возражения, он стянул с неё майку, как только девушка дала ему такую возможность, протянув руку к капельнице, и бегло ощупал её рёбра. Очень похоже на то, что её диагноз был вполне верен. - Вот так-то лучше... - тихо буркнул себе под нос Монтанелли, когда Крис резко переменила своё мнение и попросила его о помощи - пожалуй, впервые за долгие годы он услышал эту просьбу из её уст, хотя это его нисколько не волновало сейчас. Всё содержимое третьей и второй полок отправилось на пол между Крис и Маргаритой, так было легче найти хоть что-то. Заправив обезболивающим ещё один шприц, он вкатал девушке его содержимое. - Мне трудно делать выводы, но скорее всего, тебе нужна операция, Крис. У тебя внутреннее кровотечение - это значит, обломок ребра что-то зацепил внутри. - удирать из больницы вообще было плохой затеей при таком повреждении. Впрочем, Гвидо был склонен полагать, что ребро зацепило что-то позже, когда Крис оседлала мотоцикл - поза всадника как раз располагала к тому, чтобы повреждённая кость начала гулять... - Глотай. - босс помог ей приподняться, заставив проглотить таблетку, и затем устроил её снова, взяв со стола бинты и скрутил фиксирующую повязку, туго обмотав её вокруг ребёр Кристины и вернув ей её окровавленную майку, чтобы та могла прикрыться - и перестать раздражать частичной наготой Маргариту; Гвидо понимал, что она ревнует его, и как бы не хотелось проигнорировать это... не отреагировать совсем тоже было нельзя. Вот только оглянувшись на неё, он заметил другое... - Мэг?! - бросившись к ней, он прикоснулся пальцами к её сонной артерии. Чтобы обнаружить, что консильери просто спит - похоже, физическое напряжение с долей алкоголя и успокоительных сделали своё дело... - Она просто заснула. Крис... - Гвидо оглянулся, обнаружив небольшой кислородный баллон в углу. Всё-таки автомобили скорой помощи в Сакраменто оснащают отлично - хотя бы часть налогов идёт на пользу городу... - ...вот это тебе. Дышать будет легче. - он протянул девушке маску и слегка повернул на баллоне вентиль. - Всё, я за руль. Пока что - помогайте друг другу...

+2

26

Перечить боссу и упорно доказывать то, что я в порядке, было бессмысленно, поэтому я поспешила заткнуться и на некоторое время превратиться в тряпку, позволяя помогать себе. Как бы я не отнекивалась, помощь действительно была нужна, так как мое физическое состояние резко ухудшилось. Все-таки не зря тот парень, нашедший меня на трассе после аварии фуры не забрал меня, а доставил прямиком в больницу. Видимо, я и вправду утром была слишком плоха, что обойтись без помощи врачебного персонала было никак нельзя и опасно. Сбегать из больницы вероятно тоже не стоило, но возможное опознание меня на той трассе очевидцами и специалистами при помощи камер видео-наблюдения и страх попадания в полицейский участок настолько овладели мной, что я ровным счетом не думала о последствиях, принудив юную санитарку помочь мне с побегом. Уж что-что, а соприкасаться лоб в лоб с грязными копами я никак не желала, поэтому сделала все возможное, пусть и не в угоду себе. Меня удручал тот факт, что позднее мне все-таки придется рассказать о всей этой утренней передряге Гвидо. 
- Потому что чувствовала себя нормально, - попыталась огрызнуться. Ага, настолько нормально, что при звонке босса лежала на этой самой каталке с воткнутой в изгиб локтя иглой трубки капельницы с обезболивающими лекарствами.  Себе-то можно не врать и не изворачиваться. Понимая, что Монтанелли элементарно беспокоится обо мне, я снова замолчала, сжав от неприятного ощущения зубы и пытаясь не делать резких движений, пока босс ощупывал мои ребра, стянув мою майку. Плевать было сейчас на эту наготу, так как внутренняя боль прошибала тело настолько, что не было способности самостоятельно двигаться и нормально дышать. Игла в очередной раз проткнула кожу, пропуская через себя обезболивающее средство, заставляя недовольно щурить переносицу. Новая и совсем небольшая порция крови вперемешку со слюной, но без пены была сплюнута в сторону, однако признаков удушья не ощущалось, только немного хотелось пить.
- Какая еще операция? Может, все обойдется? – тихо переспросила я, отчаянно надеясь на то, что сломанное ребро не затронуло никаких жизненно важных органов, а лишь слегка проехалось, вызвав небольшое кровотечение. Кто, черт возьми, будет делать мне операцию при случае? Как бы то ни было, а из-за этой мелкой передряги подыхать совсем не хотелось. Приняв положение сидя, я болезненно проглатывала какую-то таблетку, после чего выдохнула для того, чтобы Гвидо смог туго забинтовать область ребер. Прошипев от неприятных ощущений, я вот-вот была готова отчаянно застонать от безысходности своего положения. Прикрыв себя своей же окровавленной майкой, я откинула голову назад, испуганно глядя в сторону лежащей на другой каталке женщины. Раненная Маргарита просто-напросто отключилась, вымотавшись за такое малое количество времени от всей этой суеты. 
- Спасибо, - благодарно кивнув головой боссу, я надела кислородную маску, получая глоток за глотком свежий воздух. Несмотря на то, что я не испытывала особой затрудненности в дыхании, мне стало куда легче. Так и находясь в положении полулежа, я в очередной раз кивнула Гвидо, которому уже давно пора было выводить фургон с этой парковки. Я не знала, куда направится Монтанелли и что будет дальше. Сейчас меня мучил только один вопрос. – Моя тачка здесь? – все же я не хотела, чтобы ее нашли пустой и окровавленной в почти неположенном месте и отправили на штраф-площадку. - Куда сейчас? – спросила и вновь сделала глоток кислорода.

Отредактировано Chris Sanchez (2013-06-18 13:54:56)

+2

27

Даже на драму ей не оставляют права. Омбра бы ухмыльнулась, но и правда спала  каким-то странным, тяжелым сном, наверное  и правда связанным с алкоголем, собственной слабостью и болью. Практически не чувствовала движения машины, смутно ощущала голоса над собой и смотрела свои самые страшные кошмары, и то, что  могла принять за них этой странной ночью. Боль втекала в вены, и становилась кровью, дыхание прерывалось  и иногда вовсе не рождалось в ее груди, оставаясь где-то на потом.
Ее не оставляло странное ощущение. Она был здесь и словно не здесь. Где-то в глубине сознания она понимала - она без сознания, где-то, где не было ни людей, ни зверей. Она понимала, что тот, кто был рядом не мог подло предать, нанеся удар... Но было все равно.
Все течет, все меняется… То что вчера казалось важным, сегодня остается лишь глупой прихотью маленького ребенка. Спотыкаюсь, едва не теряя равновесие, но бреду дальше, хотя мышцы горят как проклятые. Остановится страшнее, чем так вот идти в бесконечность. Я не права в который раз, пытаюсь увидеть в кактусе прекрасный цветок. Все мы кактусы в какой-то степени. У каждого своя защита от окружающего мира, свой щит, и не важно, солнце ли на нем, или черная мгла… это то, что защищает нас хотя бы отчасти от боли и страданий. Горечь всегда остается той прерогативой, которая дается нам без каких либо условий. Горечь и боль. И осознание. Осознание неверности выбора, ошибочности шага, или наоборот идеальной правильности рывка вперед, к тому свету, который каждый из нас считает своей целью. У каждого он свой, но рывок всегда один – иногда первый, иногда последний, иногда бесконечный, как затяжной прыжок.
Все течет, все меняется… ещё вчера не было ничего, сегодня уже нет ничего, бесконечный замкнутый круг, как арена, по которой, идешь, бежишь, едва ли не летишь, и ползешь на последнем издыхании.

Омбра резко выдохнула и открыла глаза, почуствовав боль в ноге и плече. И правда, что это она осмелилась драматизировать - она всего лишь получила простреленное плечо, лучше лежать себе на каталке и не рыпаться, и еще неизвестно куда ее везут. Впрочем, Гвидо виднее. Наверное стоило попросить наркотики. В прошлый раз, после ранения Омбра едва слезла с морфина, а теперь снова хотела его почуствовать. Вместо желания жить пришла апатия. Эдакая тетка-веселушка, пляшущая цветастыми пятнами перед ее глазами, вокруг них и по темной кабине машины. Где-то там в прошлой жизни осталось безумное желание выжить, здесь же была тоска, серая, злая, кусачая как волк.

+2

28

Гвидо невесело и хрипло хмыкнул на заявление Санчес - он не был настолько невнимательным, чтобы не заметить кровь на игле от одной из двух капельниц, и не сомневался в том, кому именно она принадлежит - обычно выездные бригады стерилизуют свои инструменты после того, как используют их. Бросать всё, как было, это уже удел вольных - а чаще всего, невольных - пациентов. В роли выездного фельдшера теперь находился Монтанелли, а заниматься всякой ерундой у него времени уже не было. Он не стал ничего отвечать Крис - какой вообще нужно быть свиньёй, чтобы обвинять человека, который готов был в лепёшку разбиться, чтобы помочь тебе? И Гвидо был за это настолько благодарен ей, что не мог выразить этого словами. Так что молчание в ответ на грубость с его стороны уже было вежливостью. Хотя бы как врача к пациенту, которому тоже требуется помощь.
- Может и обойдётся. Пока не могу судить... - он не был всё же ни врачом, ни членом бригады скорой помощи, и собирался везти их не в больницу - у них не было в распоряжении ни рентгена, ни операционной; что, впрочем, не означало, что Гвидо не найдёт другого способа вылечить девушек и оплатить за их лечение, даже провести операцию, если всё же будет в ней необходимость. Это он точно мог пообещать матери своего ребёнка и той, кто, возможно, спасла её свободу. Если не жизнь. - Не переживай, если даже понадобится операция - я обо всём позабочусь. - естественно, негласно, без каких-либо свидетельств, документов, врачебных подтверждений... только лечение и средства на него. И воровать автомобили скорой помощи для этого будет совершенно незачем. Впрочем, если понадобится - можно будет и украсть что-то. Это уже не столь важно. - Да, она здесь. Кто-нибудь переместит её позже. - до утра будет вполне достаточно времени. А на парковке их искать уже вряд ли будут - они достаточно далеко от места собственных поисков... - Всё туда же... - в бывшее заведение покойного Болта, разумеется - уж там их точно никто не будет искать. Да и свидетелей не будет. Разве что пара-тройка крыс, догрызающих то, что не успели конфисковать или разграбить, но они не опасны, особенно, если не собираешься трогать их нору... а Гвидо этого делать не собирался. Оглядев своих "пациенток" последний раз и усевшись за руль, босс вывел машину из гаража, не включая спецсигналов, чтобы не привлечь лишнего внимания. Они направлялись за город...

С тех пор, как он устранил Болта и двух его прихвостней, выбив из горе-деятеля информацию о деньгах с операции Крис, когда подчищал её следы во время её несанкционированного исчезновения из города, байкерский бар просто прекратил свою деятельность - пережив зиму и изрядно прогнив, нежилое и никому не нужное здание едва ли служило даже укрытием для бездомных - они привыкли обитать в черте города, а не за его границей, где не достать еды. Товар конфисковали или же растащили - Гвидо не так уж интересовался судьбой самого заведения. Тело самого Болта он уничтожил в своей манере, его подельников - оставил на откуп полицейским; всё выглядело так, словно владелец убил их и просто смылся - хотя, возможно, была у детективов и другая версия. Но оцепление давно уже сняли, и только обрывки жёлтой полицейской ленты ещё как-то напоминали о том, что происходило в этом баре и на чём всё веселье закончилось. Монтанелли припарковал машину скорой помощи за зданием, заняв парковку для персонала, и потушил фары.
- Вы там в порядке? - зеркало в салоне давало относительно неплохой обзор кузова, но, глуша мотор, Гвидо всё-таки пожелал удостовериться и в наличии обратной связи от обеих девушек. Он видел, что Маргарита проснулась, но в её состоянии сон был только на пользу - куда больше он переживал за Кристину и за то, отчего она начала харкать кровью. Благо, кислорода в баллоне было ещё достаточно, чтобы протянуть хотя бы эту ночь; хотя дело было далеко не только в нём, и от пневмоторакса он вряд ли поможет, если дело в лёгком, да и задержаться, скорее всего, здесь придётся больше, чем на ночь. Возможно, даже больше, чем на сутки. Впрочем - это лучше, чем отсиживаться в подвале. - Сейчас помогу вам выйти. - переместить пациентов пациентов, вытащить каталки, забрать лекарства - а затем придумать, как вернуть государственный автомобиль городу. Эта машина хорошо послужила им сегодня, но может послужить ещё немалому количеству людей, забирать же у граждан то, что является предметами первой необходимости - просто бесчестно. Да и какой уважающий себя преступник будет нарушать покой в больнице? Докторов уважают все. Никогда не знаешь, когда может понадобиться именно их помощь; как говорится - не стоит плевать в колодец. Да и воровать необходимое для лечения людей - подло; Гвидо просто возьмёт то, что им самим необходимо, и вернёт остальное. Всё нужно делать по правилам. Подхватив Маргариту первой на руки, не спрашивая ничьего разрешения, Монтанелли потащил её внутрь, попросту выбив ногой прогнившую дверь, даже почти не задержавшись.
В здании царил тот самый хаос, какой и остаётся на невостребованных более местах преступлений. Битые стёкла, обломки мебели, барная стойка с несколькими дырами - хотя Монтанелли отчётливо помнил, что она была целой, когда он появился здесь впервые - опустевшая витрина, если не считать слоя пыли, и вполне обычный для подобных мест романтичный запах затхлости. Расположив Маргариту на барной стойке, Гвидо протянул руку, щёлкнув выключателем. Света, естественно, не было... может быть, генератор остался нетронутым? Надо заняться обследованием местности после того, как он переместит сюда Крис и обе каталки...

+1

29

Обезболивающее действовало, но не так хорошо, как хотелось бы. Я не могла нормально вздохнуть, лишь кислородный баллон оставался в помощь... Тяжело. Больно. Гадкий вкус крови во рту, которую только и остается что сплевывать. Какого хрена я вообще вызвалась помогать им? Камикадзе нашлась. Черт возьми, я очень надеюсь, что сегодня меня не будут вскрывать как дохлую рыбу для мариновки и перебирать сломанные ребрышки. Хватит мне шрамов. Голень исполосован уродливыми швами в Афгане, плечо пробито шальной февральской пулей в Койоте, на брови тоже что-то красуется после соучастия в январском убийстве гонщика Фрэнка Галлардо – и как меня вообще угораздило пересечься с той сумасшедшей латиноамериканской бабой из Лос Зетас. И это я молчу о том, что почти все мое когда-то шикарное тело итак помечено рубцами с самого детства. Взять, например, безымянный и средний пальцы левой руки, между которыми шрамина знатный от детских пороховых бомбочек. Кажется, пора в скором времени навестить пластического хирурга. Но сначала, если выживу, конечно, найду того, кто сегодня утром подставил в деле и отрежу яйца ржавыми плоскогубцами. Потом найду того урода, который сдал меня, без сознания, в больницу – ладно хоть не в лапы фараонам – и свалил, да еще и с моей раритетной рухлядью (!). А уж потом можно искать визитку искусного мастера-штопальщика.
     Не устраивало то, что мою, залитую чужой кровью, огненную Хонду оставили почти рядом с местом происшествия. Но и другое место, в которое мы направлялись на карете скорой помощи под управлением босса, слишком не нравилось мне, да и особого доверия не внушало. Но опять же, куда нам, таким красивым, еще податься? Правильно, в заброшенный бар, коим когда-то заправлял Болт, тело которого уже давно смыто по частям в унитазе и разложено в канализационных водах. Или что там с ним сделал Монтанелли… Не интересовалась по той простой причине, что сама была на волоске от смерти в тот роковой сентябрь, когда моей жопе не сиделось на месте и она рванула творить приключения. Что ж, меня вернули и хорошенько «отшлепали» с применением пушки. Вот тогда я и узнала, где раки зимуют и что чувствуешь за три секунды до того, как пуля красиво разнесет твои распрекрасные мозги. – Другого места не нашлось? – попыталась фыркнуть, но тут же себя заткнула. В конце концов, я не в том положении, чтобы сейчас выбирать, командовать и протестовать. Лучше бы я сейчас в такой же бессознанке была, как и Марго. Аккуратная парковка в стиле Гвидо, и машина послушно останавливается.
– В порядке, что с нами сделается то, - усмехнулась, уставившись в потолок и пытаясь не делать резких движений, каждое из которых отзывалось болью в грудной клетке. Не люблю ныть. Хотя вечерок действительно скверный и неизвестно чем может закончиться для нас троих. Ладно, для меня, ибо я сейчас думаю только о себе любимой и возможности на сдохнуть здесь. Задние двери фургона открылись, показывая темноту за его пределами. Босс ловко поднял Маргариту, осторожно выбираясь из машины и занося в заброшенное заведение. Так, чего разлеглась, пора тоже вылезать. Аккуратно и не дергаясь соскребаю себя с каталки, плотно сжимая губы и держа снятую майку на уровне груди. Нормально. Крови уже нет, что странно. Просто боль и тяжелое дыхание. Сама дойду, шевелилась же весь день как-то. Плохая затея, но из машины я кое-как выбираюсь в полусогнутом виде, пытаясь передвигать только ноги, но никак не туловище. Какой бес сегодня утром заставил меня надеть эти тяжелые ботинки? Медленно ковыляю до бара, на входе которого меня встречает Монтанелли. Он возмущен и вот-вот готов красноречивыми словами меня отчитать, на что я закатываю глаза. – В порядке я! Тягать меня лучше не стоит… - мотаю отрицательно головой. - Лучше со светом разберись! – облизываю пересохшие губы, как только появляюсь в баре и ложусь на твердую грязную скамью у одного из деревянных столиков. А когда-то здесь было весело и ярко, и я пила темное вишневое пиво…

офф

сорри за скомканный пост, исправлюсь

Отредактировано Chris Sanchez (2013-07-21 13:00:17)

+1

30

Омбра ненавидит заброшенные дома. Они вызывают у нее воспоминания тесно связанные с детством. собственный горящий дом, проданная вилла в Риме, и прочее, слишком сильно давящее на натянутые струной нервы. Омбра - хороший игрок, мощный, яркий, но сейчас, лежа сломанной куклой на полированной и слишком пыльной доске то ли столешницы, то ли барной стойки, Омбра ощущала себя хламом выброшенным на обочину истории. Так не должно было быть! Этого не должно было случится, и она остро понимала, что пора заканчивать разлеживаться и браться за дела, пока Гвидо не закатал ее в клинику на долгое лечение. Она слишком хорошо понимала, что дай ему волю  и как минимум неделю придется провести если не в больничной палате, то под домашним арестом точно. Ее деятельная натура не терпела подобных простоев, даже сейчас, когда казалось, все тело было одним болевым нервом, натянутым как тетива лука, и совершенно искореженным коррозией неудачного дня.
- Черт... - Стоит Гвидо отвернуться и отправится за Санчез, как Омбра сползает со стойки, и опираясь на нее же делает пару неловких шагов, придерживая бедро простреленной рукой. И смеется, видя свое отражение в разбитом и запыленном зеркале. Да уж, краше в гроб кладут, особенно если гример хороший... - Осколки зеркала отображают странную женщину, взлохмаченную, едва одетую, бледную как смерть, на плече которой почти сливается с кожей окровавленный бинт. Нервные руки с почти посиневшими от напряжения пальцами, сжимают стойку, а она кажется вот-вот уйдет из-под ног.  Маргарита закрывает глаза, и находит на ощупь что-то за стойкой, опираясь на нее почти полностью и тихо доругиваясь от боли в напряженном плече. Замахивается очень неуклюже, и звон зеркала озаряет тишину дома. Оборачивается на звук шагов и голоса, и мило улыбается Гвидо и Санчез, пока не торопясь двигаться с места.
Ты права, Крис, нам не помешает свет, грустно помирать без света... - Омбра снова смеется, и неуклюже разворачиваясь, пытается пойти к Гвидо, но застывает на месте, неправильно поставив ногу.

+2

31

Рано было судить о том, кого и куда направлять; хотя больничная палата, впрочем, место действительно сомнительное для тех, кто получил пулю не на службе - даже ещё более сомнительное, чем гнилой и пыльный сарай, ещё год назад бывший вполне цивильным - насколько это вообще применимо к тому, что вышло из-под рук Болта - баром, недовольство по поводу которого высказывала Крис. Для Маргариты, конечно - каким бы ни было состояние Санчес и её рёбер, пулевых дырок, по крайней мере - свежих, в её организме не наблюдалось, а значит, и специалисты по дыркам в синей униформе ей не страшны. Для неё большую опасность сейчас представляют другие специалисты - те, кто занимается окровавленными салонам автомобилей и угнанными государственными машинами; но Гвидо просто не продержался бы в роли чистильщика большую часть своей жизни, если бы оставлял столь позорные следы. К счастью, телефонная связь облегчает жизнь в такой ситуации, а водить умеет не только Кристина. От номера, конечно, придётся избавиться, но это было понятно ещё в самом начале этого вечера. Всё-таки правы журналисты и копы, они в чём-то похожи на змей - время от времени приходится избавляться от старых шкур...
На выходе Гвидо чуть не налетел на Крис, всё-таки решившей вскочить с каталки и прогуляться до дверей самостоятельно. Даже на минуту нельзя оставить... чего стоило дождаться его переместиться под крышу при его помощи, как и положено примерной пациентке? Впрочем... о чём он - эта "пациентка" три часа назад угнала "скорую помощь" у настоящих докторов в настоящей больнице, вряд ли её можно назвать примерной. Говорят, что худшие пациенты - это другие врачи. И Гвидо верил в это, пока не попытался однажды помочь, как медик, членам преступного клана Торелли - все ли современные гангстеры так себя ведут, или их Семья какая-то особенная, но с ними было ещё тяжелее...
- Стоит вместо этого просто тебя к каталке привязать этими же бинтами... но ты тогда и её вместе с собой поднимешь. Иди, ложись. - бесполезно спорить, всё равно она не даст поухаживать за собой. Как и Маргарита тоже. И любая другая женщина - все они скорее умрут от своей слабости, чем покажут её. Тем более - мужчине, и тем более - близкому; неважно, близкому, как друг, или как любовник. Такова уж их порода... оттого женщин-гангстеров лечить ещё тяжелее. Гвидо хотел было огрызнуться на командный тон Санчес, но резкий звук битого стекла сзади заставил его развернуться... минута? Какая минута - он отвернуться не успел, как вторая его пациентка не только оказалась на ногах, но и расколотила что-то за стойкой. Это начинало уже злить. Он пытался помочь им обеим - и как друг, и как фельдшер, пусть даже неквалифицированный, а обе девушки попросту игнорировали его старания.
- От нескольких царапин на плече и вывиха ты точно не умрёшь. А вот инвалидом можешь стать, если будешь скакать, как коза! Тебя, Крис, это тоже касается. - Гвидо подошёл к Маргарите - и без слов было видно, даже в полумраке, что она неудачно шагнула и потому не может сделать ещё шаг. Да и хорошо, что не может - она достаточно близко к стойке, чтобы держаться за неё и не упасть на пол, повредив себе ещё что-нибудь в добавок. В этой ситуации приходилось понимать друг друга без слов. Омбра ведь не пожалуется на боль и в том, что встала неудачно и невовремя, тоже вслух никогда не признается... Как и бывший сержант, который устраивается на чудом уцелевшей лавке. Босс помог Маргарите вновь принять горизонтальное положение, не понимая, чему она смеётся - сам он не видел совершенно ничего смешного.
- Я сейчас принесу каталки, попробую что-нибудь сделать со светом...
- этого Гвидо не мог обещать, не будучи уверен, что свет вообще возможно включить, - и постараюсь найти новую няньку, которая будет за вами приглядывать - мне это уже надоело. - Гвидо глянул сначала на Маргариту, затем на Крис, оценивая последний раз их состояние перед тем, как покинуть помещение. Калифорнийские ночи не такие уж тёмные, но даже в полумраке было непросто ориентироваться, да и доктору осматривать их при таком освещении будет невозможно. Так что Монтанелли, как и обещал, ненадолго предоставил девушек самим себе, отправившись наружу, чтобы обследовать территорию и закончить превращение заброшенного бара в сельскую лечебницу, притащив внутрь обе каталки, относительно более чистые, чем местная мебель, кислородный баллон, фонарь и набор лекарств. С правом использовать всё это так, как заблагорассудится самим больным - раз уж их самостоятельность сдерживать всё равно не удаётся. Затем Гвидо вновь вышел, доставая мобильник, по которому набирал Кристину ранее, и найдя номер того, кто мог бы успокоить её нервы, спрятав её автомобиль на время. А затем - той, которая могла бы помочь его собственным нервам, подлатав Маргариту и Санчес...
- Доброй ночи, Марион. Надеюсь, я тебя не разбудил? - по звуку голоса было слышно, как Гвидо обошёл здание, направляясь к тому месту, где должен был стоять генератор. Генератора, естественно, не оказалось - ни рабочего, ни сломанного, никакого. Скорее всего, кто-то попросту увёз его отсюда, решив, что нечего добру пропадать. - Ты не на дежурстве? Нам нужна твоя помощь. - наступило время для доктора Бернард отработать ещё одну часть своего кредита на медицинское образование. По сути, это означало всего лишь принять двоих пациентов. Чтобы облегчить ей работу, Гвидо сразу же передал необходимые данные. - Две женщины. Тридцать шесть лет, пулевое ранение в плечо, вывих бедра. Вторая - двадцать шесть лет, перелом двух рёбер, харкает кровью. Мы в бывшем байкерском баре за городом, закрытом в конце прошлого лета. И не удивляйся, увидев там "скорую" из твоего госпиталя... - выключив мобильник, Гвидо появился за барной стойкой.

В игру вступает Marion Bernard :-)

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » В случае убийства набирайте «М» (c)