Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]

Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Adrian
[лс]
иногда ты думаешь, как было бы чудесно, если бы ты проживала не свою жизнь, а чью-то другую...Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » - russian roulette


- russian roulette

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

кто мы, незнакомцы из разных миров
или может мы - случайные жертвы стихийных порывов
знаешь, как это сложно - нажать на курок
этот мир так хорош за секунду до взрыва

http://s1.uploads.ru/AR4F9.gif

Кто? Tyler Murphy & Ruth Oscar Hansen & Max Brown;
Когда? конец марта 2013;
При каких обстоятельствах? закрытый клуб, один стол, шесть человек и три патрона.
Кому-то сегодня придется умереть. Наши герои - блудная кошка, таинственный незнакомец и увлеченный азартными играми молодой человек пока не хотят встретиться со смертью лицом к лицу.
Но если бы у них был выбор... Выбора нет.

+4

2

Вв

http://cs879.vk.me/u58896378/100968888/y_28488722.jpg

Набираю телефонный номер. Первый, кто всплывает у меня в голове. Я звоню Руссо, но дверь туалета выбивают. Она толкает меня, телефон летит в туалет. Тянусь рукой за ним, совершенно не испытывая чувства брезгливости. Меня хватают за волосы и оттаскивают назад, а я так и не удержала телефон в руке. Да и сомневаюсь, что он бы помог, если уже оказался в воде. Нет, я звонить Нику собралась не потому, что сейчас какой-то амбал оттаскивает меня за волосы, волоча по полу. Я собиралась звонить потому, что во всем замешано его имя. Меня всего лишь заметили в то время, когда я услышала то, что слышать мне не нужно было. Мистер Х, поднимает меня на ноги, все так же за волосы. Разряд тока из электрошокера и сладких снов мне.
Дамы и господа! Добро пожаловать на бойню нет, мы не предлагаем осмотреть родео или забой свиньи. Сегодня вас ждет нечто особенное. Что-то пикантное. Вы готовы к настоящему зрелищу, да? Тогда начинаем. Сюда никак не попадут простые люди с улицы. Точнее... Точнее они никак не смогут попасть в зал зрителями. Но они вполне могут оказаться среди числа тех, кто принимает участие в зрелище. Заинтересованы? Зря, очень зря. Любопытство обязательно вас погубит. Я не хотела сюда попадать, но всегда знала, что в подобные заведения попадают такие, как  я. Те, кого потом не станут искать. Если и такие безумцы, которые отправляются на бойню по собственному желанию. Гонимые азартом, риском, желанием получить адреналин давая в залог не больше не меньше - свою жизнь. Здесь не редко убирают тех людей, которые слишком много знают. Те, кого хочется убить интересно. Заставить человека самого прострелить себе голову. Добро пожаловать на русскую рулетку. Круглый стол и револьвер на 6 патронов. Заправлено только три. Трое выживут... По крайней мере на данном этапе. Я не желала оказаться здесь. Но мне совершенно плевать умру ли я. Я вернулась с Сан-Франциско и меня утарабанили сюда. За день до званого вечера, дабы привести в какой-никакой презентабельный вид. Негоже выставлять напоказ затасканную наркоманку. Попытка сбежать - смерть. Притом как во время самого шоу, так и предварительно. В зале собираются люди. Это все напоминает казино. Только действие весьма кроваво.
- Вставай! Время.
Я и не спала. Ни часа. Не то чтоб не хотелось, просто этот день был скорее всего последним днем в моей жизни. Было бы смешно надеяться на то, что я останусь живой после. Да меня первую уберут. Это было коротание времени до того момента,  пока мне нужно будет спустить курок себе в висок. Мне выдают платье, укладывают волосы, делают макияж. Все должно быть красиво. Даже украшения одевают. И знаете можно сказать только то, что дела здесь гораздо хуже чем казались на первый взгляд. Вполне возможно кто то устроил себе подарок в виде рулетки на какой то праздник. Или же вовсе без повода. Указал требования. Кто должен быть и кто должен умереть. Интересно,  а сколько жертв до меня носили хотя бы эти серьги,  не говоря уж обо всем остальном. Мое спокойствие и смирение кажется девушке,  которая наносит мне макияж, более чем странным. Я вижу,  что она хочет что то спросить, но не решается. Нет, я не тот человек, который станет первым заводить разговор. Ее интерес побеждает.
- Ты не боишься?
Я отрицательно машу головой. Я и правда не боюсь. Перед глазами встают картинки с рождества. И тот убитый мною киллер. Я ему тоже выстрелила в голову. Эффект бумеранга получается. Вполне возможно я оказалась здесь именно потому что убила того колумбийца. Не сложно выяснить,  что на тот момент я работала на Ирландца,  а значит велика вероятность того, что я и предупредила его о том, что его заказали на новый год. За такое убивают. Это гарантия 100%. Да и вообще я по сути слишком много знаю для того, чтоб оставаться в живых. Мы выходим в зал. Уже собрались люди. Вокруг стола стоят еще пятеро человек: двое молодых людей до 30 лет, блондинка лет двадцати (скорее всего тоже наркоманка), еще один мужчина, которому на глаз можно дать около сорока и женщина примерно моего возраста. Последняя нервничает. У нее трясутся руки и бегают глаза по присутствующим. Загнанный зверь,  который умоляет спасти его. Только вот спасения ждать не имеет никакого смысле. Его здесь нет и не будет. От меня веет холодом и спокойствием. Я воспринимаю происходящее как должное. Словно ничего необычного. Словно все в порядке вещей. Когда тебе нечего терять воспринимать действительность какой бы сумасшедшей она не оказалась на удивление просто. На удивление просто умирать не имея целей. Нет никаких мыслей о том, что я не успела того, того и того. Важный факт  - все игроки рулетки трезвые. И это уж никак не придает храбрости или мужества. Или же что там должен в такие моменты придавать алкоголь или наркотики?

Отредактировано Ruth Oscar Hansen (2013-05-29 20:09:57)

+3

3

Я жил своей  серой никчемной жизнью и никогда не думал о том, что деньги родителей подведут меня к черте. Не  к той черте, что нарисована мелом на асфальте, а к черте между миром живых и мертвых. Я бы никогда не пошел туда в трезвом уме, и мне, как и большинству людей нашего поганого мира присущ страх за свою жизнь.
Каждый день, просыпаясь, мы обругиваем себя, свое бренное существование, и тем не менее, когда нам не хватает глотка кислорода, мы отчаянно хватаем ртом воздух, и мы, черт возьми, хотим жить. В этом дерьме, в этой рутине, потому что никто не знает, что будет потом.
И в тот день, когда я вытащил из почтового ящика пригласительный билет, я подумал о том, что это станет отличным поводом развеять скуку.
За свою четверть века я распробовал только одну сторону жизни состоятельного человека, увидел только блестящую сторону медали: праздную, безответственную, легкую и свободную.
Я никогда не думал о том, что моя жалкая душонка может быть предметом шантажа и представлять хоть малейшую ценность для сильных мира сего.
И вот я стою на пороге затертого заведения,  в нем пахнет смертью и азартом, глаза собравшихся людей выглядят слишком оживленными, они ненормальные.
Я делаю шаг назад, решив, что такой отдых не принесет мне долгожданного удовольствия, но тяжелая дверь за моей спиной захлопывается. Я последний.
Где я? Мы снимаем фильм? Такие вещи не могут происходить на самом деле. Оглядываюсь, ища хотя бы тонкую и полупрозрачную ниточку, которая поможет найти мне ответ на вопрос. Но нет, свет гаснет, и только стол и шестеро людей освещены яркими прожекторами.
Я разглядывал их попеременно, сначала мой карий взгляд хаотично метался по незнакомцам, затем я стал более детально рассматривать каждого. Среди них девушка в черном платье с каштановыми волосами, она выглядит мертвой, словно из нее вытащили душу, а теперь собирались утилизировать тело. В ее глазах не было страха, боли или любопытства, она так же меланхолично смотрела на меня, и ждала, когда все это закончится. Да, я увидел в ее глазах ожидание, словно она как безнадежно больной ждет последнего смертоносного укола, после которого будет только темнота и покой. Может быть грохнем ее и пойдем отсюда?
Дальше блондинка потрепанного вида, но в отличии от шатенки эта выглядела напуганной и живой, я видел по ее серо-зеленым глазам, что она намеревается бороться.
Еще один мужчина зрелого возраста, скорее всего он знаком с женщиной, что стоит по правую руку, они чем-то похожи, может быть брат и сестра, может быть супруги и мне казалось, я где-то уже встречал их…Возможно, на одном из званных вечеров, где мне довелось присутствовать.
Еще один парень с взлохмаченными волосами и слегка укуренным видом, кажется, что он как и я еще не до конца понимал, вот что мы вляпались, что мы смертники и выхода нет.
- Бред какой-то, - одними губами произносит мужчина в возрасте, вытирая белым платком со лба каплю пота. Его слова были беззвучными, но я слышал их так, словно он произнес их наклонившись к мему уху.
Сказать, что я был в шоке – ничего не сказать. Я не представляю, что должно произойти, чтобы я пустил пулю себе в лоб, да пусть лучше мне прострелят ноги или сразу в сердце, но я не самоубийца и никогда не пополню их ряды. Вспоминаю о голубых глазах Миранды, ее густых и светлых волосах, от которых всегда пахнет дорогим шампунем, закрываю глаза, слегка мотнув головой, надеясь, что все это дурной сон. Но нет, разлепив веки, я обнаружил, что мерзкие глаза публики все так же сверлят наши затылки и лица, все так же на нас направлены софиты, все так же на столе заряженный пистолет. Как меня угораздило, как?
Пока не прозвучит первый выстрел, до меня не дойдет реальность происходящего.
Сейчас бы не помешала стопка виски, ее нам обещали за счет заведения… С доставкой на тот свет?
Опираюсь обеими руками о стол, глядя сначала на пистолет, потом поднимая глаза на Хансен. Почему-то мне казалось, что ей даже хочется нажать на курок.
Пока мы стояли и слушали крупье, что озвучивал правила игры, я размышлял над планом побега. Почему все такие спокойные? Они знали, на что идут или не намереваются бороться? Быть мясом для богатых ублюдков мне совсем не хотелось. Если я выберусь отсюда, я узнаю, кто и зачем подложил мне эту свинью, и он поплатится. Я лично нагну его лицом в котел с кипящей водой и сварю заживо.
Выход только один, и около него стоят два мужчины с оружием. Окон нет, и как я сразу не обратил на это внимания? Нет даже бара с напитками, только крупье, публика и мы, еще те детали, которые я не могу разглядеть из полумрака. Впервые за долгое время мне совсем не смешно, я чувствую, как тревожно стучит мое сердце, словно отсчитывая последние секунды жизни. Даже не верится в то, что через пару минут все кончится, я не хочу, чтобы кончалось. Я хочу видеть лицо своей любимой девушки, хочу ходить на свою скучную работу, флиртовать с баристой, хочу дышать весной, хочу еще раз увидеть снег и побывать в Канаде. У меня слишком много планов на жизнь, чтобы вот так собственноручно разрушить их. Впрочем, кое-какая безумная идея все же прокралась в мою голову. Пустить себе в висок кусок свинца было бы слишком глупым.

+2

4

Я никогда не был трусом. Никогда. Клянусь Богом и всеми святыми, в которых не верю. Клянусь Богом и всеми святыми, в которых верят другие. Более весомая клятва, как мне кажется. Но, так вот... я никогда не был трусом. И всегда был чуточку безумцем, которому не хватает риска в жизни, не хватает адреналина в крови. У меня всегда было слишком мало поводов для того, чтобы его получить, потому что жизнь текла как по накатанной. Шаг вправо, шаг влево - расстрел. Собственный папочкой. Но я всегда бросался "в бой", за острыми ощущениями, если у меня была возможность. Влезть в чужую драку? Пожалуйста. У одного из "драчунов" нож или пистолет? Не беда, мне не совсем страшно. Повезет. Прыгнуть с парашютом? Конечно. С тарзанкой? Всенепременно. Шанс попасть на русскую рулетку? Дайте два.
   Русская рулетка... Шанс проверить себя, свои нервы и свою выдержку. Шанс проверить удачу, которая так часто поворачивалась спиной, когда действительно это было нужно, и так часто улыбалась мне по пустякам. При таком раскладе идти на такой риск - безумие. Жить безумцем, я вам скажу, намного интереснее.
   Словами не описать, сколько сомнений было в моей голове. В какой-то момент я почти струсил и не пошел. Смалодушничал, решил, что у меня есть более важные дела. Что схожу в другой раз, как бы ни было сложно снова попасть на это "представление". Потом поймал себя на этих мыслях и решил, что обязан пойти. Я всегда слишком много думаю, слишком хорошо себя знаю. Не пойти, значит струсить и потерять уважение к самому себе.
   Именно так я оказался в зале, наполненным людьми. Возможно это моё воображением, но я стоял около стола и чувствовал, что здесь пахнет смертью. Бред какой-то, скажите вы. Разве может смерть пахнет? Да, может, - отвечу я вам. Это запах людского тела, запах страха вперемешку с запахом пороха. Только у троих из нас останутся воспоминания после этого вечера. И только от запаха смерти я, кажется, наконец сообразил, в какую передрягу себя втянул.
   Отец, мать, сестра, мои друзья... Они, возможно, никогда меня не увидят. И я их никогда не увижу. Стараюсь выглядеть спокойным, но внутри нарастает паника. Засовываю руки в карманы брюк и сжимаю кулаки, сжимаю гладкую ткань, из который карман выполнен. Обвожу взглядом потенциальные трупы и становится еще страшнее. Я вдруг сообразил, что не все, как я, пришли сюда по доброй воле. Кого-то заставили, принудили. Кто-то из этих безумно хочет жить и не готов рисковать ею. Так же внезапно появляется мысль о людях, которые смертельно больны, и у которых нет шанса выжить. Пожалуй, в этот миг я перестаю казаться себе смелым и отчаянным. А пути назад нет... Не будь трусом, Тайлер!
   В моем взгляде совсем чуть-чуть любопытства. Посмотреть на людей, которые уже через полчаса будут мертвы. На отчаянных людей, которые смело смотрят в глаза собственной смерти. Выходит, я сам такой, но собственное отражение в зеркале даже накануне казалось мне бестолковым.
   Даже не знаю, кого я ожидал увидеть. Наверное, каких-то бравых парней. Или доходят с татуировками, которые покрывают всё тело и кучей проколов по всему лицу. Но нет, рядом стояли совершенно обыкновенные люди. Ничего примечательного, и, будь я на месте зрителя, обязательно бы разочаровался и удивился.
   Но как же жутко... Душу раздирают сомнения, на миг я запускаю пятерню в волосы и тяну, чтобы было больно. Словно от этого может что-то поменяться. Или я проснусь. Но нет, ничего подобного... Я стою и сверлю взглядом оружие, которое позовет сегодня, возможно, мою смерть. Интересно, каково оно на ощупь?

+2

5

Я чувствую вокруг себя страх. Он липкий и гадкий, прилипает на легкие, словно смола. Черная. Неприятная, обжигает, оставляет ожоги. Я чувствую страх каждого из вас. Ваше волнение. Никому из стоящих со мной во одном кругу не хочется прощаться с своей жизнью. Оно и не странно. Это нормальная реакция. Каждое живое существо будет бороться за свою жизнь. Как бы они не ныли, что жизнь их скучная и пресная. Как бы не говорили, что всё надоело, что люди надоели, работа надоела, муж или жена плохие, или босс сволочь. Все равно перед лицом смерти это стирается и уходит на второй план. Становится таким смешным и незначительным. И каждый! Каждый без исключения готов терпеть и жену и работу, и все остальные горести и напасти. Ты понимаешь, что хочешь жить. Как бы то ни было, что бы не происходило. Ты хочешь еще раз увидеть родных, близких, любимых. Понимаешь, что не сказал еще самых важных слов. Понимаешь, что у тебя на жизнь еще столько планов! Всё то, что ты оставил на потом. Ты хочешь жить, да. Каждый из этих людей рядом на самом деле хочет жить. Не удивительно, что им страшно. От меня веет холодком. Так, словно я уже гость с того мира. Холодная, пустая, безразличная. Во мне столько пустоты, что можно утопить в ней океаны. Или может это только мне так кажется? Давайте уже скорее закончим с этим? Я получу свою порцию свинца в голову, еще двое уйдут за мной следом, а трое других уйдут от сюда домой. Счастливчики, не так ли? Жизнь даст этим троим еще один шанс. Не растратьте его. Давайте, уйдите в монастырь, или займитесь благотворительностью. Ведь как же! Нельзя этот второй шанс продолжить прожигать именно так, как это вам нравится. Каждый! Каждый из вас на самом деле трус. Да и я тоже. Ведь каждый из нас боится до конца получать удовольствие от жизни. Поэтому мы выдумываем преграды и оправдания. Будто нам мешает и то и это. Глупости. Это всё такие глупости. Каждый из нас волен делать то, что хочет. Каждый из нас волен быть действительно счастливым! Улыбаться каждому дню. Радоваться своему существованию. Мужчина в возрасте, тот который только что вытирал со лба пот. Он уже на пределе. Еще капелька, момент, секунда и он взорвется!
- Да это же безумие! Люди!! Это просто идиотизм. Мы же не звери! – глаза наполнены отчаяньем. Он смотрит на зрителей. Глупый. Тебя никто не услышит. Тебе никто не поможет и не отпустит. Как ты попал сюда, а? Ты явно не тот, кто купился на деньги, на предлагаемую сумму якобы приза. К этому разряду скорее относится вот та блондинка. Только я могу огорчить. Никто не получит никаких призов. Более того я сомневаюсь в том, что от сюда выпустят тех, кто не умрет во время рулетки. Это было бы слишком опасно. Слишком безрассудно. Это слишком рисково, отпускать людей, которые могу пойти в полицию. Отпускать людей, которые могут отомстить.
- Господи! Нет! Я ухожу. Мэри пошли от сюда!
Он начинает идти к выходу и раздается выстрел. Крик. Ему выстрелили в ногу и вернули обратно к столу, усаживая на стул. Нам тоже предложили сесть. Такое себе предупреждение каждому, кто вздумает повторить подобный подвиг. Мужчина этот держится за колено. Теперь останется хромым на всю жизнь. Если конечно же выживет после этой ночи, в чем я глубоко сомневаюсь. Рядом со мной по правую сторону сидит парень с взлохмаченными волосами. Словно заряженный электрическими разрядами. На иголках. В нем больше чувствуется нервозность, нежели страх. Слева от меня сидит блондинка. Слева от блондинки второй молодой парень. Рядом с этим парнем женщина и уже рядом с ней раненый мужчина. В центре стола все так же пистолет. Первому пистолет предлагают взять именно тому смельчаку, который чуточку ранее решил был уйти. Он дрожащей рукой подносит пистолет к виску. Женщина рядом с ним закрывает лицо руками. Слышатся всхлыпы. Он не решается нажать на курок. Нервы оголены..но не у меня. Выстрел. Кровь заляпывает этого парня рядом со мной. Да и на меня немного попадает. Я вытираю те капли, что попали на лицо ладошкой. Минус один. Осталось два патрона. Та женщина, которая сидела рядом с убитым рыдает. Кажется у неё начинается истерика. Но разве истерика это удивительная реакция в данной ситуации?

+1

6

Хотел бы я посмотреть, что будет с тем, кто попытается отсюда выйти – очень скоро мне такая возможность предоставилась. Удивительно, что не я один считал ситуацию, в которую мы попали, чистой воды маразмом.
Мысленно я был согласен с каждым словом обезумевшего мужчины.  Я отжил уже четверть века и не знал, что такие дела могут вершиться в реальности. Я не считал себя трусом, просто я не искал опасностей на свою задницу, мне жилось хорошо – у меня была работа, женщина, и да, все было слишком банально и примитивно, но меня моя скучная жизнь устраивала целиком и полностью.
Незнакомец дергается в сторону выхода, и мертвую тишину тут же рассекает пуля. Она со свистом проносится в воздухе и раздается вопль, отчаянный и леденящий душу, перемешанный со страхом и безысходностью. Я стоял с той стороны стола, откуда всю картину было сложно увидеть и оценить, но мне не нужен полный обзор, для того, чтобы представить, как чувствует себя человек, чью плоть только что разрезал свинец. Должно быть это невыносимо больно. Вы правы, лучше пустить себе пулю в висок, чем корчится в муках.
Да, я всегда выбирал легкие пути, и сегодняшний день не был исключением. Эта ситуация заставила меня усомниться в разумности того плана, который еще недавно сиял в моей гениальной голове.
Я молчал. Ждал, что будет дальше, как отреагируют люди, публика. Выступать борцом за справедливость никому из нас не хотелось, возможно, если нам суждено столкнуться лицом к лицу со смертью, пусть это будет легкая смерть.
Охрана поднимает раненного и вспотевшего мужика, усаживая его на стул. Теперь он точно не уйдет далеко.
Мы тоже садимся за стол, ровно держим спины и продолжаем сверлить друг друга глазами. Уверен, что почти каждый из нас сейчас желала смерти другому. Я точно желал: и ему, и ему, и этой темноволосой уже полумертвой девчонке. Ей больше всего, потому что этот мир для живых людей, она в него не вписывается.
Меньше всего я желал упокоения души Тайлеру, я не знал его имени, но он выглядел  заинтересованным в том, чтобы быть. Не знаю, по какой причине он сюда попал, может, как и я случайно, а может искал приключений, но в его жестах, неровных и нервных читалось то, что он уже пожалел об этой затее. Я сижу на против него и наши взгляды волей неволей пересекаются. Всего три патрона, это значит что у троих из нас чуть больше времени на жизнь.
Первым пистолет берет раненный мужчина, впрочем, я решил, что ему уже нечего терять и желаю упокоения, сейчас он испытывает Адскую боль, он должен радоваться тому, что ему выпал этот шанс. Потом его жена должна будет рада возможности уйти вслед за ним в тот же день и даже час. Романтично…
Мне хотелось плеваться, но в голову лез всякий сентиментальный бред о том, хотел бы я умереть в один день со своей любимой. Знаете, когда душа покинет мое тело, мне будет уже все равно, что стало с другими, в том числе и с этой мифической любимой.
Выстрел, не смотря на то, что все прекрасно знали, что он случиться именно сейчас, его звук прозвучал неожиданно, я вздрогнул, глядя на свои руки, они вспотели от напряжения. Не хотел бы я знать, как выглядит труп мужчины, но первый патрон использован, еще три.
Чем больше я слушал всхлипы женушки убитого, тем больше мне хотелось схватить пистолет и пустить пулю ей в черепушку. Оружие идет по кругу, теперь оно в руках Мерфи.
Я рассчитывал, что он останется жив. Затем брюнетка – паф! И еще одно тело, затем блондинка… На счет нее у меня не было никаких пожеланий, затем я – разумеется, останусь жив, и эта истеричка продырявит себе башку.
И что дальше?
Толпа ревела, первый выстрел и сразу в цель. Публика хотела больше крови, больше зрелищ, и даже коррида казалась мне мультфильмом на фоне того, что творилось в этом полутемном, пропотевшем и душном зале без окон, выход из которого охраняют несколько амбалов, готовых в любой момент, словно питбули, накинуться на тебя и изрешетить тело.
Убитого звали Роджер, так нам сказал крупье, объявляя следующего.
- Тайлер Мерфи, готовы ли Вы распрощаться с жизнь? Впрочем, смерть не предоставляет нам право выбора, небеса не ко всем бывают благосклонны, прошу!
Если я выберусь отсюда живим, клянусь перед Богом ходить в церковь каждый четверг без опозданий и на пару месяцев завязать с азартными играми.

+2

7

- Да это же безумие! Люди!! Это просто идиотизм. Мы же не звери!
Ну да, действительно. От чего-то на моём лице появляется горькая улыбка, а в мыслях цинично: ну да, не звери, зверям и в голову не придет играться с собственной жизнью. Это всё людские забавы добровольно приходить в подобное место и, смеясь, смотреть прямо в лицо смерти.
   А еще я никогда не видел убийств, никогда не видел мертвых тел... Мужчина подносит дуло пистолета к виску и всё вокруг как будто замирает. В мыслях я повторяю одну и ту же фразу: пожалуйста! Пожалуйста! Я с одной стороны молюсь, чтобы выстрел не раздался, а с другой стороны малодушно желаю, чтобы его мозги были разбрызганы по стенку.
   Выстрел. Вздрагиваю и втягиваю воздух сквозь зубы, отвожу взгляд, потому что желудок болезненно сжимается от зрелища мертвого тела, валящегося на пол. На моей рубашке остаются пятна чужой крови, и, когда я это замечаю, желудок снова сжимается. Как бы не попрощаться с содержимым желудка... Не то, чтобы я сильно стесняюсь, но даже девушки стоят и терпят, а я тут начну блевать. Не хорошо получится... Впрочем, блондинка вон какая-то зеленая уже.
   И всё же, этот мертвый мужчина дал мне шанс выжить. Немного жутко, учитывая тот факт, что я пришел сюда добровольно, а его явно заставили. И все-таки, осталось всего два патрона и пять человек. Это придает чуть-чуть уверенности, самую малость. Опускаю взгляд в зеленое сукно стола, стараясь мысленно отгородиться от стонов и плача женщины. Просто от них стынет кровь в жилах, это так жутко и так стыдно, что хочется забиться под стол и укрыться там, словно маленькому.
   Но у меня такого шанса нет. Я следующий на очереди, второй, оружие кладут прямо передо мной, и мой неподвижный взгляд невольно упирается в пушку. Твою мать... Это. действительно. очень. страшно. В оцепенении смотрю на оружие, которое может сегодня оборвать мою жизнь, затем обвожу взглядом пятерых присутствующих. Все взгляды прикованы ко мне, а я даже не могу собраться с мыслями и выглядеть достойно. Еще утром я храбрился и представлял, как буду сидеть гордый, безразличный, а затем уверенно поднесу дуло к своему виску. Черта с два! Я наверняка выгляжу жалко, на лбу и на висках выступили капельки пота, а медлить нельзя, часы отсчитывают последние секунды моей жизни.
   Не могу точно сказать почему, но я был уверен теперь: живым мне отсюда не уйти. Раздастся новый выстрел и человек по имени Тайлер Мёрфи перестанет существовать. Гребаный Тайлер Мерфи расстанется жизнью в этом гребаном подвале, за этим гребаным столом, на гребаном двадцать шестом году жизни.
   - Мля... - тихо, себе под нос произношу я, затем медленно провожу потной ладонью по брюкам, вытирая её. Пушка ложиться в руку на удивление удобно, в другой ситуации я бы встряхнул рукой, прикинул, попробовал бы стрельнуть куда-нибудь. Точно не в свою голову.
   Снова вдох и я медленно подношу руку к голове, холодное дуло касается кожи и на пару секунд я закрываю глаза. Черт, не могу себя заставить. Просто не могу пошевелить пальцем и нажать на долбаный курок. Черт. Черт. Я сейчас умру, но я так не хочу умирать. Делаю над собой усилие и пытаюсь нажать на курок. Рука дрожит, но я всё еще не могу нажать. Ну же! Ну же! Давай! Собираю в кучку всю оставшуюся храбрость и...
   Щелчок! Я слышу щелчок и понимаю, что всё еще сижу и держу пистолет в руке, всё еще с закрытыми глазами и я, черт возьми, жив. Странно, но я не расплываюсь в улыбке. Только опасливо открываю глаза, озираюсь, а затем кладу пушку на стол. В зале слышны крики, смешки, кто-то хлопает в ладоши и выкрикивает поздравления. Очень, кстати, неуместные.
   Ход за брюнеткой слева.

+2

8

Минус один. Значит у каждого из нас на один шанс больше выйти от сюда живыми. Но не у меня, ведь так? Ведь сколько уже можно таскать смерть за хвост. Можно сеть и сыграть с ней в нарды, домино или шахматы. Сыграть с ней в карты или гольф. У нас с ней так много совместно проведенного времени, что можно начинать делить совместное имущество. Если же оно таковое было бы. Только вместо имущества у нас с ней люди. Люди, которых я встретила на своем жизненном пути. Люди, которые пропадали, чаще умирали. Словно вместо меня. И чью призраки оставались при мне. Чьи призраки и тени тянуться за мной невидимым  всем этим людям вокруг. За моей спиной словно армия из бесов и демонов. Люди за этим столом из не видят, но вполне вероятно ощущают. Что-то с этой девочкой не так. Ведь она так спокойна и холодна. Словно только и ждет тогою. Что спустить курок, чтоб выстрелить себе в голову, получить порцию свинца. Сделать еще минус один, добавить еще один шанс на спасение каждому из оставшихся. Рыдания дамочки, судьба которой быть последней разве что раздражают меня сейчас. Но никак не вызывают жалости. Жалость… почему она должна быть здесь? Все люди звери, как бы они не отрицали этого. Как бы не кричали о том, что мы разумные существа. Гуманизм, слобода слова, свобода действий, смешная пародия на это, иллюзия. Ха. Давайте револьвер, хватит тянуть и затягивать с этим. Меня оглашают без имени. Темная лошадка и это нравится толпе. Это интригует. Придает какую-то изюминку. Девушка со скучающим видом. И эта странная мысль, да, ребята? Когда сам не можешь решить хочешь ты, чтоб эта темная лошадка умерла, или же все же, чтоб осталась жива. Я не смотрю на эту толпу вокруг. Я смотрю в глаза парню, который будет пытаться себя убить после блондинки. Он еще никак не может выдохнуть с облегчением. И чем больше ч тяну, тем больше накаляю атмосферу. Мой пустой холодный взгляд, который в какие-то минуты смог бы и успокоить, сейчас заставляет нервы оголятся. Ведь ты, да-да, именно ты смотришь сейчас мне в глаза и думаешь о том, что было бы отлично, если бы пистолет прострелил мне голову. Почувствуй себя прогнившим. Почувствуй насколько низкие люди по своей природе. Почувствуй на что они готовы для того, чтоб спасти свою шкуру. Ведь если бы тебе сказали, что если ты сам выстрелишь в меня и сможешь уйти..разве ты бы не выстрелил? О, еще и как. Вряд ли стал бы и раздумывать над такой возможностью. Жить с тяжестью убийства, но все же жить. Я знаю что такое убивать. Я знаю, знаю, знаю… Поэтому я без малейшего колебания беру этот револьвер. Револьвер, который погубил уже десятки, если не сотни жизней. Какая страшная вещь, сказали бы вы. И даже сама энергетика такая угнетающая, да? Чушь. Чушь собачья это всё. Нет у неё никакой энергетики или темного ореола. Всё это вы можете разве что придумать сами себе и воображать хоть до бесконечности. Этот револьвер точно такой же, как и сотни других. Совершенно ничем не отличается. А мы в кругу всего то очередная кучка самоубийц. И как бы вам не хотелось считать себя значимым или индивидуальным, а точно такие же сценарии жизни проживает на земном шаре не один и не два человека. Нас толпы похожих и одинаковых. Здоровому человеку в современном обществе достаточно хотя бы просто задуматься об этом для того, чтоб впасть в депрессию, чтоб добровольно полезть в петлю и опять же стать одним из. Что бы ты не делал, как бы ты не пытался выбиться из толпы ты все равно будешь лишь одним из. Пора прекращать людям придумывать, что каждый значим. Каждый из нас пыль, песок, какая-то совершенно незначительная часть, жалка крупица, которая и в памяти времени не останется. Не больше и не меньше, чем единица существование. Скот. Я подношу револьвер к виску. Толпа затихает. Задерживает дыхание в ожидании того, что же произойдет с этой темной лошадкой, имени которой даже не назвали. Ха. Да нас и не похоронят даже. Сожгут тела и рассыпят где-то или на помойку в мешках из под мусора. И покойтесь с миром, господа. Момент и нас всех нет. Да чего уж там. Мы все умрем. Раньше или позже. Нет, я не дорожу своей жизнью. Это совершенно не значит, что я собираюсь сама лезть быстрее в могилу. Но и я не могу сказать, что мне есть что терять. Люди так любят обманывать себя этой фразой. На самом деле терять никому нечего. С собой, что сейчас, что потом ничего не утащишь. И люди, которые так клянутся в верности и любви горевать станут разве что месяц. Не более того. Смотри правде в глаза, правде, которую каждый из нас знает и которую каждый из нас почему то не боится. Жму на курок. Глухой щелчок. Нет выстрела. Кажется, моя костлявая подруга, и сегодня тоже не твой день. Демоны у меня за спиной ликуют, они победно рычат, сгущаясь темнее черноты. Кладу револьвер на центр стола. Увы, я не дала кому-то из вас троих дополнительного шанса выйти от сюда. Хотя разве кто-то из вас правда думает, что нас выпустят живыми? После всего того, что мы видели? Как же смешно и наивно.
- Наша леди в черном, пиковая дама этого вечера покорила себе удачу, - толпа словно все еще боится выдыхать. Такое абсолютно странное напряжение относительно меня остается. Я ощущаю взгляд в спинную. Кто-то совершенно не доволен тем, что моя голова не продырявлена.
- Я могу только предполагать с кем же она заключила контракт на том свете. Итак, у нас одни жертва и двое выживших. Осталось два патрона на троих. Кому из вас, о, святая троица, сегодня улыбнется удача. Пистолет переходит к Сью Нильсонс.

Отредактировано Ruth Oscar Hansen (2013-09-03 00:21:05)

+1

9

Желал ли я ей смерти? Нет, перефразируем эти слова и попробуем придать им иной смысл – я не желал смерти себе. Тайлер Мерфи выжил, он смотрел на собравшихся вокруг стола смиренным взглядом,  в его темных очах не было радости и ноток ликования, но я уверен, что чуть позже он поймет, что ему чертовски повезло, и больше не будет шутить с госпожой Фортуной.
Еще один тихий щелчок, я даже не прикрыл глаза, рассматривая в упор острее черты лица Рут Оскар Хансен, гадая, прервется ли ее ничтожная и, наверняка, невероятно скучная жизнь в эту минуту. Но нет… Тень мисс Хансен продолжит существовать, девушка будет носить свое тело по миру, желая себе смерти. Поверьте, мне было ее жаль, и жаль, что удача, повернувшаяся к ней лицом, оказалась ей не нужна. Также, как Мерфи, она пожалеет, что этот март не стал для нее последним мартом в ее жизни. Уверен, судьба заготовила ей куда более тяжелые испытания, чем пустить себе в висок кусок свинца, при этом томно и с чувством выполненного долга прикрывая глаза.
Крупье все слишком драматизировал и нагонял пафоса, от чего публика, сидевшая за моей спиной, взрывалась в победном ликовании – им нравилось разглядывать наши лица, читать на них отчаяние, страх, безысходность.
Не буду кривить душой, если бы я сидел в зрительском кресле, мы бы тоже нравилось, я бы тоже рвал глотку в эйфоричном ликовании, когда очередной тело падало со стула, и ритм сердца одного из игроков навсегда прерывался.
Мне стало стыдно за себя, за свою природную безответственность и наплевательское отношение ко всему, что происходит вокруг меня. Я прекрасно осознавал и то, что даже если выпадет один шанс из миллиона и мне повезет выйти живым, ничего не изменится, и обещание ходить в церковь по четвергам станет равноценным грошу, как только моя права нога переступит порог этого убогого помещения.
Смертоносный трофей переходит в руки некой Сью Нилсон, белокурой девушки, цвет лица которой приобрел уже зеленоватый оттенок.
Помниться, пару минут назад я желал ей смерти, впрочем, как и темноволосой, но той несказанно повезло.
Сью, я и жена убитого, два патрона, надеюсь, судьба будет благосклонна сегодня и к мужской половине игроков в роковую рулетку.
И знаете, если за себя я часто испытывал стыд: за свое поведение, свое попустительство и отмашки от близких, то в данный момент времени этого гнетущего чувства я не ощущал.
Тонкие, побелевшие пальцы Сью неуверенно берутся за рукоятку, мне кажется, пистолет для этого небесного создания слишком тяжел, скалывается ощущение, что одно неловкое движение, и она выронит оружие.
Все снова замирают, молчит и зал, даже воздух словно сгустился над столом и стал пахнуть иначе – смертью. Я тоже затаил дыхание, не сводя карих глаз с блондинки. Давай же, смелее, чему быть, того не миновать (сам я этой теории не придерживался, кстати говоря).
Она медленно с задумчивым видом подносит ствол к своей голове, ее матовые розовые губы, накрашенные жирным блеском, дрожат, по щекам стекают слезы. Мне кажется, она молится.
- Смелее, Сью! – Произносит крупье, и зал снова взрывается, наполняя помещение гулом и свистом, в нас что-то летит, около моих ботинок приземляется потный черный шарф, я чуть отпинываю его ногой.
Интересно, сколько стоит подобное увлечение и чем именно привлекает посетителей? Например, я страстный любитель американского футбола и по мне он выглядит не менее увлекательно и драйвово.
Бах! Пока я думал над чем угодно, но не над тем, что близиться моя очередь, нас за столом стало на одного человека меньше. На одного живого человека. Я нервно сглотнул, опуская глаза и глядя на то, что осталось от миловидного лица Нилсон – сплошное месиво.
- Браво, браво! – Вскинул руки ведущий в черном смокинге, провоцируя зал на новую волну восторженных криков.
- Макс, ваш ход. Повезет ли вам так же, как Рут или вы отправитесь следом за милашкой Сью? Кстати, всегда считал, что модели и наркоманы плохо кончают, а бизнесмены?
Думаю, многим в зале моя фамилия что-то да говорила – сын зажравшихся предпринимателей, удачливый гад… Пути людской зависти неисповедимы.
Беру пистолет в руку, сам этот жест получился довольно смелым и решительным, ощущаю холод рукоятки, с интересом разглядываю его модель, четко осознавая, что умирать мне не хочется совершенно.
С детства я отличался решительным характером и желанием всегда и всюду идти против правил, даже если цена моего своеволия будет запредельно высокой.
Сегодня на кону стояла не больше не меньше – моя жизнь, в любом случае, в независимости от того, начну ли я действовать или буду и дальше оставаться покорным бычком, позволяя толпе наблюдать за моими эмоциями и переживаниями.
Одной рукой я отвожу пистолет за спину, а второй толкаю стоявший перед нами стол на крупье.
Поступок необдуманный, но эффектный. Что дальше? Времени на раздумья и планы у нас нет.
- Ребята, надо выбираться, - хватаю за руку выжившую худенькую девушку, Рут. Если не вытащить ее отсюда, ее затопчет толпа, киваю Мерфи… И замечаю дверь, по моему предположению ведущую на выход, не сразу на улицу, но приближающую к свободе, ту самую, около которой пасутся два амбала.
- Остерегайтесь пуль, - был уверен, что в нас будут стрелять, а значит, надо собраться и не глазеть по сторонам.
Впрочем, сильно сомневаюсь, что «выжившим» дали бы реальный шанс выйти отсюда на своих двух, так что выбора у них нет. Или мы идем на пролом или все сдохнем здесь.
- Да шевелись же ты, - отпустил руку Хансен, встряхивая ее. Не собираюсь тащить на себе апатичную девицу, но если она будет и дальше такой полуживой, можно бросить ее на растерзание лютой толпе и выиграть еще пару минут. Надеюсь, лохматый парень умеет драться.

+1

10

*в архив*

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » - russian roulette