Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]

Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Adrian
[лс]
Остановившись у двери гримерки, выделенной для участниц конкурса, Винсент преграждает ей дорогу и притягивает... Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Ты же не служил, салага!


Ты же не служил, салага!

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

Участники: Marcus Kirk и Tony Morgan
Место: Госпиталь святого Патрика
Время: 2011 год
Время суток: утро
Погодные условия: осень, пасмурно, ветрено.
О флештайме: Тони давно мечтал о работе военным врачом, и даже подавал прошения и не раз на отправку, и на стажировку туда. Мечтал быть стажером у знаменитого Маркуса Кирка, о нем много рассказывали в госпитале. Так вот врач как раз и приезжает на лекцию, как раз чтобы выбрать желающих и провести с ними беседу.

+1

2

Ненавижу эту часть своей работы, впрочем понимаю, что кто-то все таки должен ее делать, и уже не первый раз этот кто-то я. Почему? Наверное, потому что чувствую кто правда хочет идти на это дело, а кто просто, считает что это романтично и прикольно. Ведь я сам когда-то думал так же, а росс и Афганистан показали, что это совсем не прекрасно, это грязно, мерзко, иногда слишком больно, иногда просто вытаскивает душу выворачивает ее и засовывает обратно, и это все без анестезии, чтобы прочувствовал каждой клеткой тела и мозга, что работа это совершенно адская, требующая стальных нервов и отсутствия совести, и даже в какой-то степени сострадания.
- Доктор Кирк, - обращается одна из молодых врачей, та которая точно не пойдет на войну, потому что она ее сломает в первый же день, видя меня в кафетерии, где оккупировав дальний столик, я пью кофе и рассматриваю людей, перекинув ногу на ногу, так что бок и носок тяжелого черного берца подпирает столешницу снизу. До лекции-конференции еще пятнадцать минут, поэтому можно позволить себе немного расслабиться и подумать о прекрасном, например о водопадах, или рассветах где нибудь на вершине горы.
- Слушаю, Келли, - делаю еще один глоток кофе и поднимаю глаза на девушку.
- Подвал подготовлен, как вы и просили. - говорит она и уходит по своим делам, а я лишь киваю. Сегодня, возможно, кто-то получит свою порцию войны в стенах госпиталя.
когда на часах без трех минут десять, я захожу в конферен-зал, где собрались мои коллеги, работающие в мире и покое, и прохожу спокойно между рядами, слыша как кто-то шуршит пакетами от орешков и батончиков, готов поспорить это интерны, которые всю ночь провели на дежурстве, а кто-то о чем-то шепчется с соседом. Такие звуки настораживаю, когда это первая встреча, но когда за неделю это уже третья, а за жизнь не сосчитать какая, то просто по привычке отмечаю этот факт и продолжаю путь, не чеканя шаг, хотя это было бы вполне по военному.
- Доброе утро коллеги, светила медицины и те, кто ими в скором времени станет, - приветствую аудиторию и включаю проектор. - Обещаю не занимать много времени у тех, кто пришел лишь для того, чтобы познакомится с  работой военных врачей. Для всех остальных напоминаю, что любые вопросы касательно карьере в этом направлении, задавайте после окончание лекции, обещаю дать ответ на каждый ваш вопрос, коллеги.
Мои лекции не просто рассказ о том, как круто на войне. Это история одного пациента, от начало его службы и до конца. Иногда пациент умирает, иногда живет дальше. Все инкогнито, ни каких имен или чего-то еще. Лишь номер, случайным образом присвоенный ему.
- Приступим. И так, пациент номер 9854\3. Двадцать три года, родом из Чикаго, анамнез заявляет, что ни чем не болел в детстве, аллергии нету. Группа крови первая отрицательная. Пациент отслужил в Ираке пол года к моменту, когда попал под наше поле зрения. Осколочное ранение в живот и пуля в ноге. - на кране появляется смоделированная на компьютере копия того, что видел я, дойдя до парня. - Из инструментов для его спасения, в наличии лишь скальпель, бинты, некоторые обезболивающие, щипцы для вытаскивания пули, одна пара рук и огромное желание спасти рядового 9854\3. - голос звучит абсолютно ровно и бесчувственно. Мысленно я опять там, под градом пуль, под давящим чувством не возврата, окрыленный желанием спасти этого молодого человека и дать ему возможность жить, вопреки всему и вся. Поэтому я просто рассказываю, что можно сделать и как спасти. Просто рассказываю, потому что никогда не знаешь, что может произойти, и молюсь о том, чтобы те, кто слушают меня  не нуждались в этих знаниях. Да, армии нужна свежая кровь, но мне нужна уверенность, что я не ломаю своим призывом других.
- Еще раз благодарю за внимание, и извиняюсь перед вашими пациентами за то, что отвлек вас от них. - ослепительно улыбаюсь по окончание рассказа, выключая проектор и делаю глоток воды. Теперь те, кто пришел ради получения опыта, могут уйти. И останутся несколько тех кто решил что это для него.

внешний вид

Отредактировано Marcus Kirk (2013-06-08 16:02:59)

+1

3

внешний вид

http://cs9455.vk.me/u36047195/94820405/x_5270ee17.jpg

Все в жизни Тони шло, как и раньше, девушки, учеба, и вечные воспоминания о девчушке из Розвилла. Хотелось вернуться, и отыскать ее, но вот проблема была, он и не знал ничего про нее, где живет, ее фамилию. В общем как всегда лоханулся.
И после своих деяний, которые не давали ему покоя, а после всего Морган хотел отправиться на поле боя военным врачом. Хотя мечта была с далекой молодости, когда чувство, что все можешь, было выше. Военные, романтика, военная форма врача, от этого у парня чуть радуга из ушей не лилась.
Именно сегодня объявили о лекции, что приедет знаменитый военный врач Кирк. Наслышан был Тони о нем, и давно уже подал заявку на поступление в стажеры, чтобы там и остаться. Чтобы там чувство смерти было выше, чувство, что не сегодня, так завтра солдат может умереть от потери крови, или от заражения крови, и сделать все возможное, чтобы спасти солдату, рядовому, офицеру жизнь, быть полезным. Искупить свою вину.  Окрыленный предстоящей лекцией, и разговором, и вероятностью того, что завтра он уже отправится на военную базу проходить стажировку, а потом в Ирак, Афганистан, Сирию.
Многие на лекцию пошли против своей воли, и им ничего не надо кроме как завершить свой рабочий день и получать деньги, чтобы купить дом, машину, или обучить своих детей. А у Тони, у него свои принципы, чтобы там не было мыслей, чтобы не думал, чтобы не сошел с ума. Ведь там под пулями ему будет не до мыслей, а если бы, тогда вообще не до дум.
И вот Кирк, в военной форме, начал лекцию, Тони уже давно в голове представлял, и уже был дернуться с места и записаться на обучение хирургов, чтобы углубленно, ведь озы он познавал в институте. Моргана считали одаренным врачом, и пророчили большое будущее, и главврач его любил, и обещал место зама, со временем, как только он наберется больше опыта. А тут такая перспектива, учится большему, учится у самого Маркуса Кирка, это  многого стоило.
Свет включился, и несколько человек, остались на местах, включая и самого Моргана. Потом все подошли к мужчине, и начали ждать, пока тот посмотрит списки, и решит кто из них достоин идти под пули спасая солдат, а кто будет здесь на гражданке отлеживаться с девчонками. Сердце Тони выскакивало, предвкушая давнишнюю мечту. Внимательно наблюдая за эмоциями врача, который высказывал предостережения, что это решение должно быть осмысленным, и продуманным, что дороги назад больше не будет.
«Я знаю, что дороги более не будет, я знаю, что нет гарантии, что я вернусь, и вернусь целым, то черт, я хочу попробовать! Я хочу рискнуть, чтобы помогать. Я же врач, я давал клятву».
Их стояло пятеро, по стойке смирно, и каждый хотел получить место под солнцем, о котором так мечтал, только теперь все зависело от Маркуса, который и ходил перед парнями, молодыми, недавно окончившими институт, и которые решили проверить свою судьбу и удачу на войне. Врачи нужны везде, разве не так?

+1

4

Лишние люди отсеялись сразу. Это было видно по их лицам, по позам. Десять лет службы оставляют свой отпечаток. Руки делают дела, глаза смотрят и наблюдают, рот говорит, а мозг просто оцифровывает данные, отсеивает не нужное и оставляет чистую информацию. Без этого на войне ни как. Нужно уметь следить за всем одновременно, иначе ты труп, иначе не спасешь, а погубишь.
Вытаскиваю флешку из компьютера и отпускаю техника, убирая носитель информации в карман, просматривая к тому же списки. Поворот и вижу пять пар глаз устремленных на меня в немом ожидании. Отлично. Буду меньше играться с ними и выйдет быстрее убедить в том, что они нужны армии, или наоборот, что нужны тут, на гражданке. Нет, я совсем не против новой крови в армии. Даже наоборот, любой новичок и доброволец это помощь, и лишних врачей никогда не бывает, тем более там, когда расстрелы колон и людей, и раненые поступают с такой скоростью, что одному хирургу приходится одновременно проверять двоих, а порой просто делать выбор между пациентами, кого спасти, а кого обречь на гибель. Но есть и другая сторона - эти пять человек по каким-то своим причинам стремятся уйти в армию, убегая от проблем или себя самих, как правило. А таких не в армию брать надо, а мозг вправить и объяснить, что они нужны мирным людям больше чем войне.
В ходе разговора, когда вся бравая пятерка ровным и дружным составом рвется в бой, я выясняю, что один из парней племянник моей подруги, которая опять уехала в Ирак, забив на Сирию. И о нем она и говорила, что парень создан для войны, с чем я согласен.
Когда очередь доходит до Моргана, я тихо и незаметно вздыхаю. Его прошения о переводе на военную службу лежат в отдельной папке у начальства, которое очень любит этого юношу, по каким-то своим определенным критериям и предложило мне заняться его проверкой на проф пригодность.
- Хочу напомнить каждому из вас о том, что назад пути нет. Так же напоминаю вам, что там не сделать головокружительную карьеру, не стать главой хирургического отделения и не открыть универсальное лекарство от всех болезней. Вас ожидает карьера полевого врача, который вправляет кости без анестезии, оперирует в полной темноте, чтобы не выдать место нахождения лишним светом, и полагается на свое чутье и руки. Там у вас не будет наставников, которые вас подстрахуют. Там не будет родителей, которым можно будет пожаловаться на гада руководителя и сказать, что он полный идиот если думает что это будет работать. Там не будет практически ни каких удобств. Там филиал ада на земле. И если вы готовы ступить в этот ад, прошу за мной.
Я направился к выходу и не разу не обернулся, считая про себя шаги идущих за мной. Четверо. Что же, они достойны уважения, потому что слишком упрямы и целеустремленны. Может возьму даже всех четверых, может троих, а может оставлю всех тут, в больнице совершенствоваться.
Помещение, которое я просил подготовить ни чем не отличается от любого другого в больнице. По крайней мере не отличалось, пока я не попросил переоборудовать его в то, что мне надо. Искусственно нагнанная температура воздуха колебалась между 45 и 50 градусами Цельсия, минимум воды, чтобы не создавать не нужную влажность. От сухости и жары с непривычки можно ощутить как дерет горло. Семь тренировочных манекенов, женщины, дети, мужчины, в разных положениях, с разными ранениями. На ближайшем столе, к слову единственном, стояли три сумки с медицинским набором. По сути идеальное приближение к военным действиям. А еще тут был магнитофон, игрушечный пистолет и карточки. Последние рассказывали о разных осложнениях, которые я собирался подкинуть в качестве теста.
- И так. Олтман ты будешь работать с Грей. Морган и Кэпнер - вы соло. Задача проста - стабилизируйте своих пациентов. все необходимое в этих сумках. По одной на каждую "команду". - я взял пистолет и проверил обойму. Там находились пластмассовые пульки. Много вреда не нанесут, но удар почувствовать можно будет.
-В кого попадет "пуля", считайте ы труп. - пояснил я и посмотрел на кандидатов. - Приступайте. - скомандовал я и включил магнитофон. Звучи войны тут же затопили помещение, а я облокотился на стол и стал наблюдать.

+1

5

Вступительная часть объяснения, что это не сказка, и не книжка и не фильм о войне, что там настоящий ад, ад на земле. Это понятно. Они тут взрослые люди и понимают что к чему. Это не сказка, и они по собственному желанию отправляются на это дело. Умереть, лечить, убежать от жизни, от себя. Маркус был прав, и  как не ему рассказывать таким как эти после институтские врачи, которые недавно приступили уже не посредственно к работе.
Ох, мистер Кирк, если бы эти ребята не хотели, они бы тут не стояли, и не ждали бы серьезного отбора, отбора в место, настоящее место полной задницы. Но один все же передумал идти дальше, испугался. Тони на него посмотрел презрительно и покачал головой. Трус, хотя и сам был такой, сбежал из Розвилля, как самый последний трус, испугался наказания, испугался увидеть ее, ту, которая запала в самое сердце, и вот уже месяцы не вылезает. Так же трусливо сбежать от этих проблем, бежать от совести на войну. Теперь даже спорный вопрос, кто из них смелее Морган, который решил пойти дальше, или Форм, решивший остаться.
Кирк привел их в комнату, где были раскиданы манекены, с разными ранениями. Тони осмотрел их, прикидывая какой из манекенов достанется ему. Но Маркус поступил мудрее, решивший разделить парней. Двое работали вместе, а Морган и Кэпнер отдельно,  сами по себе. И дав команду, военный врач включил для общего фона звуки стрельбы и взрывы гранат, и парни сразу приступили к лечению так называемых больных. Представить жестокую реальность, что над головой пролетают пули, что в любой момент рядом может оказаться граната, которая разнесет все к чертовой матери. Либо всех больных, либо самого врача. Но так же есть самый смелый вариант, и спасти тем самым и раненных и здоровых ребят, это лечь на саму гранату всем телом, чтобы разорвало только одного, чтобы спасти десяток.
Осколочное ранение, повредившую артерию на руке, пациенту Тони осталось жить всего несколько минут, надо вытащить осколок, и прижать артерию, в лучшем случае зашить, но так же если не поможет, то он погибнет. Лучшее конечно это зашить, но будет ли в сумке все самое нужное? Оказалось, и парень с облегчением вздохнул, прижимаясь почти вплотную к раненному, пытаясь укрыться, в случае если случайно Маркус решил выстрелить в него. Хотя если это поле боя, и если там кусты, то они не должны быть заметны. Но все же решает сам врач.
Проведя операцию быстрее всех, и кажется Кэпнер уже получил пулю и выбыл, так же как и Грей. Осталось двое, и раз Тони провел операцию, перевязал руку.
- Операция проведена успешно, - сказал Морган, не отрываясь от своего раненного, словно в никуда сказал.
Дальше он не знал как поступить, решил оставаться в такой же позе, в любом случае, сам военный врач скажет, что и в чем Тони допустил ошибки, чтобы знать на будущее. И парень примет критику, хотя и всегда негативно относился к свободному высказыванию, но тут другой случай. Тут пример того, что может быть на поле боя. Ведь и врачей убивают, для вражеской стороны не важно, хоть врачи, хоть женщины и дети, главное им выполнить указания и уничтожить врага.

+1

6

Ребята ринулись в бой так, как будто это и правда люди. Технически они люди, правда пластмассовые, но это не значит, что они не нуждаются в помощи. А я стою и наблюдаю за тем, как четыре человека пытаются спасти троих. Не рационально. Совершенно не рационально. Вздыхаю, кидаю взгляд на часы на руке, перезаряжаю пистолет и направляюсь в сторону Олтман и Грей.
- Что у нас? - спрашиваю над самым ухом врача, и она вздрогнув чуть не перерезает артерию "больному". Цокаю языком и приставляю дуло пистолета к ее голове. - Поздравляю. Вы труп. - выдаю абсолютно холодно и перевожу взгляд на Олтмана, который пока что работает с пациентом, при ем парень сообразил оставить этого и перейти к следующему. Стоит дать ему шанс.
Кэпнер тоже выбывает, да так, что я даже не подхожу к нему, просто стреляю в ногу и тот убирает руки от пациента. Цокаю языком, слышу Моргана и смотрю на его пациента. Не плохо. Но не идеально. Возвращаюсь к столу, кладу пистолет на поверхность и выключаю звуки войны.
- Ожидал большего. Олтман, оставьте пациента в покое. У него обширное кровоизлияние в мозг он давно уже умер. Грей, внимательнее. Я подошел к вам из за спины. Слишком легкая добыча. Кэпнер, вы медик или как? Я ранил вас в ногу, могли перевязать рану и продолжить лечить. Не надо мне про условия. Надо оценивать грамотно ситуацию. Нога не смертельно. Можно жить. Морган, - взгляд голубых глаз остановился на молодом враче, который рвался в бой, но я нутром чувствовал там ему не место. - Непозволительно долго зашивали. Тут не операционная, здесь война. Счет идет на секунды. Все на исходные, - жду пока ребята вернуться и смотрю как Кэпнер потирает ногу куда ударила пуля. Неужели так больно? Не верю.
- Считайте, что это была тренировка и вы просто познакомились с тем, что это такое. Теперь создадим ситуацию номер два.
Я попросил Грей помочь мне переложить манекены но парам. Вышло три пары и отдельно лежал один. Создав этому одному несчастному перелом обеих ног, открытый и закрытый, и внутреннее кровотечение и для красоты украсив это все сквозным ранением на сквозь, я довольный вернулся к ребятам.
- Грей забирай солдата. Олтман, твоя пара номер один, - солдат и женщина, - Кэпнер твоя пара номер два, - два ребенка, - Морган, твоя пара номер три, - солдат и ребенок. - Спасти вы можете только одного из вашей пары. Грей это не относится к вам. Ваша обязанность спасти солдата. Остальным нужно решить, кто будет жить, а кто умрет. Приступайте.
Проговорил я садясь на стол и наблюдая как молодняк снова ринулся в бой. Выбор совести всегда давался крайне сложно и тяжело всем, кто приходит на войну впервые. Это с годами, нарастив броню, можно с ходу решить, то жилец, а кто нет. Кого лечить первым, а кого заочно записать в трупы. Это сложно. Это совершенно не честно, но такова реальность войны. Кто-то должен умереть, таков закон, и он не терпит не соблюдения.

+1

7

Ну вот и время вышло, Кирк выдал замечание каждому, к Тони мужчина придирался, это было видно, ведь Маркус видел, что он раньше закончил работу, и просто не знал, как подать и что сказать в этом случае. Встать на ноги означает попасть под прицел снайпера, логически было так, но практически парень не знал что делать. Поэтому критику выслушал молча, и лишь кивнул. Это армия, и никто не будет слушать нытье, поэтому лучше уж так, в конце концов, есть возможность еще отказаться, но Морган упрямый, поэтому пойдет до конца, и будет продолжать усовершенствовать свои навыки, главное, чтобы его цель была достигнута.
Следующее испытание было совсем не понятным. Кирк собрал по два манекена, и распределил их по человеку. Тони достались солдат и ребенок, он вопросительно посмотрел на Маркуса, но ничего не сказал, и лишь когда задание было озвучено, вот тут началась паника. Морган никогда не думал, что бывает такой тяжелый выбор. Ведь знал, что нельзя делать так, нельзя выбирать между жизнями, они оба должны выжить.
- Выбор тяжелый, ведь можно спасти двоих! – сказал он, но Кирк, казалось ,даже не обращал внимания на него.
Тони тяжело вздохнул и задумался, в голове прокручивая жизни данных пациентов. И выбор тяжелый, если у других солдат и женщина, то конечно солдата выбрать, у другого тупо солдат, у третьего два ребенка, тут и думать не стоит, а ему достался самый тяжелый выбор. Ведь как он поступит в реальной жизни, кому он даст путевку в жизнь солдату, который убил сотни людей, либо ребенку, чистому и невинному. Но и с другой стороны можно посмотреть на эту ситуацию. У солдата может быть семья, жена или дети, родители, мать, которая будет оплакивать своего сына. Но и ребенка будут оплакивать.
«Черт! Слишком тяжелый выбор. Никогда не любил выбирать между этим и тем».
Обдумывая минуту еще все за и против, аккуратно взвешивая, пододвинул ребенка поближе, и начал заниматься им, хотя сердце и болело, представляя себе все это, и весь этот кошмар, который будет там, по ту сторону мира. Выбор был сделан, и пути назад уже не было. Тони понимал, и представлял, что делает не так, как должно быть на войне, но иначе было никак. Иначе было против его принципов, против жизненных устоев, которые он сам себе и сделал.
Без промедления Морган сделал операцию на манекене, который изображал ребенка, и нехотя встал, чтобы показать свою работу военному врачу.
- Морган завершил задание, - четко произнес он, отходя от манекенов.
Слово теперь было за Кирком, и за его критикой.

+1

8

- Выбор тяжелый, ведь можно спасти двоих!
В учебной ситуации можно спасти конечно же, но не на войне. Там нужно делать выбор между двумя иногда и больше. И выбор этот не из легких и простых. Помню, в первый же год, буквально через несколько дней после попадания на войну пришлось решать, кого спасти ребенка или женщину. А потом еще делать выбор между женщиной и мужчиной. Словом, там всегда надо делать выбор в пользу кого-то, потому что иногда гуманнее дать человеку умереть, чем вытаскивать его с того света. Это тоже приходит с опытом на войне.
- Поздравляю, Морган, вы спасли не того и обрекли ребенка на пожизненную инвалидность. - спокойно произнес я и раздал остальным замечания. - Все свободны. Морган, а вас, я попрошу остаться. Олтман, жду завтра в штабе.
Пока ребята покидали "поле боя" я методично и не спеша разложил инструменты по сумкам, проверил все ли на месте и выключил свет и обогреватели. Подвал мне сегодня больше не понадобиться, так же как и сухость в помещении. Можно наконец-то выйти на улицу и вдохнуть свежий воздух, на пропитанный сухостью и так ужасно не напоминающий пустыню.
Сегодня обещали дождь, и я очень надеялся, что он будет. До командировки осталось три дня, и я очень хотел успеть понаблюдать за дождем в Сакраменто, точно зная, что буду скучать по этому погодному явлению. Дождь в городе прекрасен. Порыв ветра приятным холодом прошелся по оголенной шеи и рукам, даря приятную прохладу, после сорока пяти градусов тепла, нагнанных в помещении.
Морган, ответьте мне пожалуйста на один вопрос. - проговорил я открывая пакт с крекерами и предлагая го интерну. - От чего вы бежит на войну? - спросил я смотря прямо в глаза юноши и пытаясь понять что движет им и заставляет думать, что там он будет полезнее, чем здесь. Почему он решил, что война сможет излечить его.

+1

9

Настало время критики, и каждый получил свою долю, особенно Тони. Его выбор был не правильным, но только для Кирка, ведь это его принципы, да и растерялся Морган по той же самой причине, что не знал, что будет правильно. Поэтому он молча выслушал и задумался над своими ошибками. Элементарное скрывалось не так далеко, как казалось, принципы можно было послать в задницу, и угодить тем самым военному врачу. Но солдат ребенка не обидит. И пусть даже если этот ребенок останется на всю жизнь инвалидом, но живым, а это главнее. Каждая человеческая жизнь бесценна, и ею нельзя разбрасываться. Сохранить жизнь любой ценой – такой девиз врачей.
- Разве задача врача не спасти жизнь любой ценой? – спросил Морган серьезно смотря на Кирка.
Маркус попросил Тони остаться, отправив остальных, при этом Олтману выпал большой куш, и его сразу врач попросил прибыть в штаб. Оставшись в помещении вдвоем Морган, наблюдал за мужчиной, на лице того не было никаких эмоций, даже сейчас. Очень было интересно наблюдать за этим. Насколько война делает из людей роботов, без эмоций, но именно там закаляет человека.
Вопрос, заданный военным врачом был странный, чем вызвал удивление парня, поэтому Тони задумался. Нужен грамотный ответ, а не просто хочу и все тут. Причины у каждого своя, как и была причина не идти в армию, причина пойти именно на медика, причина, которая одна из тысячи.
- Я ни от чего не бегу, - соврал он. – Мне просто хочется помогать солдатам, и лечить их. Врачей на войне мало, и поэтому надо пополнять ряды. Разве не так?
Это было похоже на вызов. Зачем спрашивать у парня почему тот хочет идти на поле боя, и почему готов умереть. Это уже минимально глупо, а поэтому Тони смотрел на мужчину, и сам же себе говорил ответ на поставленный вопрос.
«От себя самого же я и бегу. От воспоминаний, и совести».
Но это являлось веской причиной, семьи у него не было, как особо сильных родственных связей. Семейные узы с матерью не являлись сильными. А война самый лучший менятель мозгов.

+1

10

Наивный наивный мальчик Тони, решивший, что может спасти тех, кому пора умирать. Спасти любой ценой, это удел работающих в мирное время. Тут есть все, инструменты, время, кровь для переливания, чистая операционная, стерильность и уверенность, что никто не будет гнать в шею. А попробовал бы ты оперировать одним скальпелем, в одних перчатках, да еще когда вокруг стреляют, когда не имеешь право потерять кровь пациента, потому что нету пакетов с запасной, когда молишься в душе о том, чтобы все получилось. Вздыхаю скосив взгляд на молодого врача, отправив пару крекеров в рот и задумчиво их жуя, не мешая медику думать и придумывать ответ. Знаю же, что будет сейчас подбирать слова, чтобы быть верным и качаю головой слыша то, что слышал не раз. Отправляю в рот еще пару крекеров, серьезно смотрю на парня облокотившись о стену и подпирая ее как в старые добрые времена. А ведь у этого выхода практически ничего не изменилось. Разве что двери стали автоматические, да скамейки стали комфортнее. Но остальное то же самое. Те же стены, тот же цвет этих самых стен, тот же воздух, еще не пропитанный медицинскими препаратами, но уже уловить можно в нем знакомые нотки.
- Бред собачий. - выдал я абсолютно серьезно и отправил в рот еще крекеров. - Послушай меня и прислушайся. армия это монстр, который съедает каждый год тысячи и тысячи душ невинных парней и девушек, которые считают, что это очень романтично поехать и рисковать собой. Кто-то туда убегает, в надежде, что можно будет скрыться от себя и того, что сидит внутри. Но ты не служил и не знаешь, что это такое выбирать умереть или убить. Что такое бьющийся в агонии боли пациент, во время операции, потому что нет анестезии. Ты не видел слез в глазах мужчин, которые рыдают как дети, и не видел серьезного взгляда пятилетнего ребенка, который держит не разорвавшийся снаряд в теле старшего товарища, пока ты споришь с саперами о том, то ребенка надо спасти. Ты не служил и не знаешь, что не сбежать не от этого, - я приложил пальцы к виску имея в виду память, - и не от этого. - я коснулся своей груди, кладя руку над ровно бьющимся сердцем. - Морган, война не лечит. Она калечит, поверь моему опыту. Она калечит и тело и душу.

+1

11

Слова на врача не подействовали, он так же равнодушно жевал крекеры, смотря на Тони. Спокойствие Кирка раздражало, хотя Моргану нельзя было подавать виду. В конце концов, он собирается туда, и равнодушные лица офицеров, врачей со стажем. Его слова резали по сердцу, ясное дело было, что война это не ванильная сказка, и не сон, от которого можно проснуться.
- Я знаю, я все знаю, и я хочу туда, - упрямо повторял парень. – я все это представляю, и мне все равно. Что значит моя жизнь, в отличие от жизней, которые я смогу спасти? Да, я не служил, я учился в это время, пока молодые парни, решившие заработать на армии и увидеть ад в столь молодом и глупом возрасте.
Как еще надо было доказать, что Морган готов, и должен идти туда, под пули, спасать, оперировать, и приезжать домой раз в полгода. Даже можно и не приезжать, все равно будет ждать его пустая квартира, бутылка пива, и воспоминания. Все равно отношения как начинаются, так и заканчиваются, семья давно забыла о нем.
- Мистер Кирк, от памяти невозможно скрыться, если только не получить либо полную, либо частичную амнезию, - сказал Тони, пожав плечами. – Сердце, оно может остановиться в любую минуту, наш организм это система, одно связано с другим. Душа, единственное, наверное, что нас ставит выше животных, а еще и разум, что мы не живем инстинктами, хотя и это тоже вопрос спорный.
«Вашу дивизию! Маркус, почему ты не хочешь меня брать? Рожей не подхожу, или слишком хилый для этого?».
Вызов в голубых глазах парня. Сжал губы, сердце начало выскакивать из груди, в ожидании обречения и слова отказа. Но если стоять на своем, так  до конца, и во всем. Морган останется при своем, даже если рухнет все тут. Это же как всегда его не понимают. Сложно понять человека, когда он замкнут в себе, и его привлекают несколько вещей в жизни, такие как, еда, алкоголь, девушки, и секс с девушками, и все. Развратный, пошлый, эгоистичный? Да! Это Тони Морган, он такой.
- Мистер Кирк, неужели я хуже Олтмана? И если это так, то в чем? Неужели, мои способности настолько ничтожны, что я недостойный кандидат?
Ну вот и развязка, последнее слово окажется за Маркусом, за тем, кто приехал сюда набирать новобранцев, тех, кто реально решил податься в военную медицину, и работать на военке, молясь каждый день за свою жизнь и здоровье.

+1

12

Знаю но хочу. Блин ну что за юношеский максимализм. Хочу черт тебя побери. А ты знаешь какая там мясорубка-то? Хочет он, черт бы его подрал! Нет, я не фейспалмю и не вздыхаю. Нет, я даже не подаю вида, что хочется врезать мальчишке, схватить его за грудки, прижать к стене и посмотреть в глаза, ища в них ответы на немые вопросы. Или наоборот дать посмотреть в свою память, чтобы он увидел что такое война, что такое боль и отчаяние, когда нет выхода, и когда приходится выворачиваться на изнанку, чтобы найти путь и остаться в живых. Хочет, он блин. Хотелка еще не отросла, салага. Кидаю в сердцах но мысленно, и почесывая бровь доедаю крекеры, после чего аккуратно складываю обертку, и укладываю ее в карман формы.
- Не живем? Морган, слышали бы вы себя. В большинстве случаев нами двигает чистый инстинкт, который называют желанием.
Хмыкаю и подпираю подошвой берца стену вместе со спиной и смотрю на молодого врача, который решил выяснить насколько он хуже Олтмана. Усмехаюсь одним уголком рта и слушаю его дальше. Боги, столько времени ты с ним бок о бок, и не видишь что он мясник? Что нет в нем этой легкости, которая должна быть у хирурга. У него нет творческого порыва делать все лучше, чем в учебнике. Такие люди и нужны войне, люди без души и лишних мыслей, люди которые смогут орудовать пилой когда надо будет резать. Потому что не дрогнет его рука и он просто возьмет и отрежет, не думая о чем-то другом. А ты как я. Ты похож на меня, тоже будешь сомневаться, тоже будешь размышлять, резать или нет, метаться между хорошо и плохо, между долгом и обязанностями, между своей и чужой жизнью. Война тебя сломает, дурак. Сломает, переломав все кости и втопчет в грязь, смешав тебя с ней. Надеюсь когда нибудь ты поймешь меня. А пока, что извини, я не хочу ломать твою жизнь войной. Она не для тебя.
- Поду май сам, - кидаю я отлипая от стены. Я не могу сказать ему всего. Потому что не поверит он в то, что я могу рассказать ему. Не верит и не хочет верить, такие сами приходят к тому, что имеют в будущем. Может, благодаря сегодняшней беседе он станет гением медицины и добьется небывалых высот, только для того, чтобы доказать мне и миру, что он лучше какого-то Олтмана и всех остальных.
- Прощайте, Морган, -я хлопаю юношу по плечу и отхожу. - Чарли, стой, и меня даже не интересует, что у тебя там операция. Надо поговорить, - крикнул я догоняя друга и оставляя молодого врача за спиной так и не дав ему ответа. Потому что нельзя всегда водить за ручку, нельзя показывать все пути. Иногда нужно ломать надежды и мечты другим, чтобы дать им верный маяк в жизни.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Ты же не служил, салага!