Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
- Тяжёлый день, да? - Как бы все-таки хотелось, чтобы день и в правду выдался просто тяжелым.

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » перепиши свою жизнь на чистые страницы.


перепиши свою жизнь на чистые страницы.

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

http://savepic.org/3608406.gif
gif was created by me

Участники:
Benjamin Ward & Freya Mair
Место:
дом Фреи, дом Бена и как дальше пойдет
Время:
недалекое будущее
Время суток:
утро → день → вечер
в течение дня, между 11:00 и 13:00 и далее
Погодные условия:
знойное лето, примерно +30 градусов по Цельсию
О флештайме:
Фрея вот уже некоторое время смотрит сериал, который снимается в Сакраменто. Каково же было удивление девушки, когда мать увидела в титрах знакомую фамилию - Уорд. «О, детка. Это твой брат». И юная домашняя девочка устраивает матери допрос с пристрастием, который вскоре приведет её в дом своего неудавшегося папочки. Но как раз его там не окажется.

Отредактировано Benjamin Ward (2013-06-16 19:52:17)

+1

2

Under Byen – Sla Sorte Hjerte
Pony Pony Run Run – Hey You

Вытерев капельки пота со лба, ты глубоко вздохнула. Жара стояла невыносимая. Такая, что можно было жарить яйца на солнце. Даже трава на улице пожухла, а соседские коты уже не нежились на крышах, предпочитая дремать в тени. Вот и ты пряталась дома, спасаясь от скуки за просмотром сериала, недавно вышедшего на экраны ТВ. По правде сказать, тебя это не особо спасало - духота была жуткая и с каждым вдохом твои легкие словно сжимались, ежесекундно заставляя ощущать нехватку воздуха.
Лето ты не любила. В такие знойные дни сон не шел; проворочавшись до утра, ты вставала необычайно раздражительна и весь день кидалась на окружающих, досадуя на собственный недосып и вялость. Даже губы становились сухими и безвкусными - приходилось каждый раз делать глоток воды, чтобы хоть как-то привести их в чувства и увлажнить. В общем, жизнь становилась похожа на один бесконечный день в пустыне, среди зыбучих песков, палящего солнца и койотов по ночам, норовящими закусить твоим измученным жарой и сухим беспощадным ветром, телом. К слову, еще один минус лета заключался в поразительно возрастающей активности насекомых. Их ты боялась и ненавидела с самого детства. Больше всего тебя пугала мысль о том, что однажды, во мраке ночи, когда ты будешь мирно спать в своей кровати, какой-нибудь особенно подлый и беспринципный жук решит заползти тебе в ухо и поселится там, заведет семейство и будет жить долго и счастливо, пока инструмент врача не разлучит вас. Опасаясь воплощения своих страхов, ты спала с ночным светом в надежде, что этот самый жук, собравшись навестить твою ушную раковину, посмотрит и решит: "ну нееет, она включила светильник, я ухожу!". Такие дела.
Взглянув на настенные часы, ты принялась бессмысленно щелкать пультом и нетерпеливо ерзать на диване в ожидании начала новой серии Сплетницы. Время тянулось бесконечно медленно. От нечего делать ты смотрела рекламу. Пять роликов подряд - про страховую компанию, зубную пасту, средство от угревой сыпи и влажные салфетки.
Спустя не исчисляемую уйму времени зазвучала знакомая мелодия и призвала тебя сосредоточиться на просмотре. Кстати говоря, сериал тебе не особенно нравился. Тебя мало интересовала чья-то светская жизнь и глупые интрижки. Но некоторые серии были и впрямь интересными, да и вообще ты смотрела только из-за симпатичных актеров, потому что в реальной жизни объектов любования было не так уж легко отыскать - в плане внешности относительно противоположного пола ты была большая привереда, и мало кто тебе нравился.
- Что смотришь, милая? - вопросила мама, усевшись рядом и разглядывая упаковку какого-то крема, наверняка омолаживающего - на сохранении молодости у твоей родительницы был настоящий пунктик и каждая появившаяся морщинка на лице приводила её в неописуемый ужас. Не трудно догадаться, на что уходило большая часть семейного бюджета.
- Очередной модный сериал для любительниц походов по бутикам, - лениво ответила ты не отрывая взгляда от экрана, - смотрю его ради Нейта. Хоть кто-то есть симпатичный. А где папа?
- Уехал по делам со своим приятелем, весь в работе, - вздохнула она, - так какой из этих мальчиков тебе нравится, говоришь?
- Вон тот брюнет. Да нет, мам, это Чак, смотри левее. Который рядом с блондинкой.
- И правда симпатичный. Кого-то он мне напоминает..
- Ну, теперь уже не узнаем, закончилась серия, - усмехнувшись, ты потянулась за стаканом воды.
- А как этого актера зовут? Да это же твой брат!, - воскликнула она, уставившись на титры, - да, да, я же говорю, кого-то он мне напоминает. Да не кого-то, а твоего отца! Очень похож.
Чуть не захлебнувшись дурацкой водой, ты скорчила рожицу. Вот тебе и раз. Сердце волнительно забилось, а все насущные проблемы сразу же отошли на второй план. Брат - актер. Чудеса. Недавно ты узнаешь, что человек, которого ты всю жизнь считала родным отцом - вовсе таковым не является, а теперь еще и это.
- Какой такой брат?, - прохрипела ты.
- Ну, вскоре после развода у твоего отца и его новой жены родился сын. Он старше тебя на пять или шесть лет, точно не знаю. Мне мало что известно о нем, по правде сказать. Да и зачем тебе это знать, милая? Ты ведь не собираешься с ним знакомиться.
Действительно, зачем? Но тот факт, что у тебя есть такой популярный брат не давал покоя. Тебе было интересно узнать, что он за человек. Наверняка хороший - такие приятные люди не могут такими не быть. Да и со знаменитым братом ты и сама станешь чуть ярче, а для успешной учебы популярность только на пользу. К тому же мысль о сближении с отцом тебя посещала уже не раз. Хотелось посмотреть ему в глаза и понять причины его поступков. У тебя накопилась уйма вопросов. Например, почему он не давал о себе знать все это время, и только переводил какие-то деньги для материальной поддержки? Почему не захотел познакомиться с тобой и общаться хоть изредка? Неужели ему совсем не интересно, кто его дочь и как она живет, чем увлекается, о чем думает?
- Ты ведь говорила, что если я захочу, то могу пообщаться со своим родным отцом и что он сам уже несколько раз обо мне спрашивал.
- Так то оно так.., - Кэтлин замялась, - дорогая, пойми, это ведь не так просто.
- А что тут сложного? Я не прошу тебя ничего делать: дай мне его номер, я сама позвоню и договорюсь о встрече. Я уже взрослая и сама могу решать, что для меня лучше, - отрезала ты. Тебя раздражала такая опека, особенно когда тебе что-либо было жизненно необходимо.
- Хорошо. Посмотри в телефонной книге, там должен быть записан его личный номер. Но я во всем этом не участвую.
- Ну и не нужно, - взяв блокнот, ты, громко топая про лестнице, поднялась в свою комнату, закрыла дверь и взяла телефон. Руки дрожали в странном волнении, а в животе возникло непонятное чувство, будто там ползал большой проворный червь и выворачивал твои органы на изнанку. Прикусив нижнюю губу, ты сделала глубокий вдох и набрала номер. Один гудок, второй..Боже, да что ты ему скажешь? Привет, папочка, я твоя дочь, про которую ты двадцать лет не вспоминал, вот, решила наведаться в гости? Нажав кнопку сброса, ты нервно сглотнула образовавшийся в горле комок. Нет, так не пойдет. Ты имела полное право на встречу с ним, и отказаться от этого он не смел, особенно если учитывать, что он сам, собственной персоной,  проявил к тебе интерес. Значит, все получится. Держа телефон на некотором расстоянии, словно бомбу, ты снова набрала номер и стала ждать. Впрочем, после седьмого гудка стало ясно, что трубку никто не поднимет. Расстроившись, ты присела на край кровати. Если быть до конца честной, чего ты на самом деле хотела больше, встречи с отцом или знакомства с популярным братом(хоть тебе было и странно осознавать, что Бенджамин Уорд - твой брат; ты все еще воспринимала его как мужчину, а не как родственника)? Наверное, второе было чуть более желанно, но и первое не уступало своего. В конце концов, выходит, что они оба близкие тебе люди и ты можешь попытаться влиться в их жизнь, какими бы не были последствия. Поэтому сейчас тебе нужно спуститься вниз, выяснить адрес своего папочки и пойти к нему домой. Да, вот так просто. Ну, почти.
Уже через десять минут, полная решимости и стремления, ты села в такси, назвала водителю адрес, откинулась на спинку заднего сидения и, глядя на проплывающие за окном городские пейзажи, принялась прокручивать в голове варианты встречи и фразы, с которых ты могла бы начать разговор.
- Девушка, приехали!
Громкий голос таксиста заставил тебя открыть глаза; погрузившись в свои мысли ты, сама того не заметив, задремала.
- Да, спасибо.. - сунув купюру в руку мужика, ты вышла из машины. Ветер тут же освежил твое утомленное душной погодой лицо и растрепал волосы. Солнце жарило уже не так сильно, как пару часов назад, и это не могло не могло не радовать, черт возьми! И вот наступил этот час, великий час, час, которого все так давно ждали. Ну, если и не все, то ты - точно, и подобный момент был весьма волнителен. В предвкушении и беспокойстве, заправив за ухо непослушную прядь, ты медленно направилась к порогу особняка. Красивые цветы в клумбах, ухоженная лужайка. Стоит отметить, что, судя по таким роскошным апартаментам, отец твой не бедствовал и даже более того. Неудивительно, что его сын пробился на экраны. Даже не обладай он актерскими талантами, все равно смог бы сниматься - деньги решают если не все, то многое в этой жизни, так что дети богатых родителей всегда смогут пробиться к вершинам на дороге славы. Похрустев гравием на дороге к дому, ты оказалась перед дверью, ведущий в новый, еще не изведанный тобою удивительный(как ты надеялась) мир. И вот твой палец с накрашенным ногтем медленно нажал на звонок, до ушей донеслась коротенькая мелодия и чьи-то шаги. Улыбнувшись, ты набрала воздуха в грудь, приготовившись приветствовать отца, но тут тебя ждал сюрприз. Ручка двери повернулась и перед тобой предстал..нет, не тот, кого ты ожидала увидеть. Это был тот самый Нейт из модного сериала в самом очаровательном виде, какой только может представить любая преданная фанатка: с влажными волосами, в полотенце и не успевшими высохнуть капельками воды, медленно и сексуально стекавшими по его груди. Слова застряли в горле, а язык прилип, из-за чего вместо нормального приветствия и объяснений ты, с вытаращенными от удивления и растерянности глазами, смогла промямлить лишь что-то вроде "Дробрый дрынь".

внешний вид

внешний вид: распущенные волосы, белый топ с открытым животом и надписью "Кill me", джинсовые шорты, сандалии.

Отредактировано Freya Mair (2013-06-14 23:49:47)

+1

3

You want me in 'yo world,
You wanna get to my treasures.
I'm precious like a pearl.

Этим утром тебя разбудил телефонный сигнал, который противной трелью разносился по комнате. Мобильник лежал на краю прикроватной тумбы, причем, на том, который находится на расстоянии от кровати, беспрерывно вибрируя и издавая ранящие сонный слух звуки. Еле разлепив глаза, ты потянулся за сотовым, пытаясь сфокусировать взгляд на размытом телефоне; ты придвинулся ближе, чтобы ухватить пальцами свою цель, но контролировать вестибулярный аппарат ранним утром было крайне сложно, вследствие чего ты слетел всем телом на мягкий ковер у подножия кровати, а зацепленный телефон приземлился рядом. Ты потер затылок и негромко выругался, но, по крайней мере, хоть как-то проснулся. Однако и эта мысль, к сожалению, не принесла должного облегчения. Впрочем, пролежав еще пару минут на полу, ты взял в руки телефон; после падения он, кстати, перестал звенеть. На экране ты прочитал напоминание о том, что сегодня состоится съемка очередной серии. Ты посмотрел на время и, удостоверившись, что еще есть как минимум часа два, отключил сообщение. А еще ты зарекся убрать с напоминаний такой ужасный сигнал, который когда-нибудь сожрет твои нервы, потому что за последние полгода жертвой сигнала будильника пало около десяти отличных песен. Если еще и уведомления вот так по утрам будут радовать сонный мозг, то сокращение плейлиста обеспечено.
Потянувшись, ты встал с ковра и отправился на кухню в надежде на свежевыжатый сок, оставленный каким-нибудь добрым человеком и охлажденным, желательно. Сотни раз в СМИ именитыми диетологами и прочими "гениальными врачами" обсуждался вопрос потребления "живого" апельсинового сока с утра, якобы - это жутко вредно и вообще раздражает стенки желудка, но какое дело тебе до того, как действует на твой организм сок с утра, если ты куришь, порою, по пятьдесят сигарет, а вечером заправляешься алкоголем в каком-нибудь клубе. Что меньшее из этих зол? Вот поэтому ты с видом совершенного блаженства налил себе из графина стакан холодного сока и с наслаждением выпил. Все же маменька не оставляет тебя в трудную минуту умирать от жажды. Ты улыбнулся, мысленно поблагодарив Габриэллу.
Выглянув в окно, ты увидел, кажется, как расплавлялся асфальт. По ту сторону стекла стояла невообразимая духота и ты, стоящий в охлажденном кондиционером помещении, ощутил пробежавшие по телу мурашки от мысли, как же там жарко. Термометр показывал 31 градус по Цельсию, и вид у тебя был весьма обреченный. Через полтора часа тебе нужно было быть на студии и изображать из себя сериального богатенького Ричи. Съемки шли еще не очень долго для того, чтобы претендовать на звание популярного актера, но сериал пользовался уже неким успехом для того, чтобы тебя узнавали некоторые девочки в кофейне. Вообще, иногда тебя интересует ответ на вопрос, зачем оно тебе все было нужно, однако, работы в кофейне ты не бросил, а подсчитывая некоторый заработок "актера", возвращался к мысли о том, что неплохо иметь такое постороннее хобби, которое не мешает основной занятости в качестве администратора, мало того, приносит деньги и какое-какую популярность. В общем, жизнь твоя после возвращения в Сакраменто из Плимута складывалась весьма удачно, с какой стороны ни смотри.
Еще через час ты собрался и выехал на студию. Духота на улице стояла невообразимая, кругом сновали люди - разморенные и красные от жары и загара на плечах: солнце палило как сумасшедшее. Ты надвинул на глаза черные солнцезащитный очки и собрался достать сигарету по инерции в ситуации, тебя раздражающей. Ты ловко запустил руку в карман джинсов, но не обнаружил там пачки, которая, по твоим соображениям, непременно должна была покоиться там. Кратко выругавшись, ты усмехнулся про себя затем, что в Англии твоим словам не были бы рады те снобические особы высшего общества, которым своего сына представлял твой отец. Ты красовался в черном костюме, непрерывно улыбаясь этим сухоньким дамам в классических консервативных нарядах. Ты любил Англию, но все же Сакраменто был ближе, потому что тут ты был лишен столь яростного контроля и не обязан был играть в гольф с отцом и друзьями. Эти кратковременные поездки по делам на Туманный Альбион ты со стойкостью выносил, а затем возвращался к привычной жизни американца высокого достатка со всеми удовольствиями такой жизни. Ну что же, сигарет не было, солнце пожирало затылок и ты поспешил найти укрытие в здании, где снималась очередная серия.
--------------------
Через несколько часов ты был уже свободен, как ветер в поле, изможден невыносимой жарой, и в немного опущенном настроении. Эти постоянные конфронтации с режиссером, разговоры, шум и беготня выматывают персону, которая раньше и подумать не могла об актерском ремесле. Можно сказать, ты был одним из тех профанов, которых продюсер нашел в этом городе и пригласил играть в молодежном сериале, поэтому подготовки к этим перипетиям не наблюдалось, но втянулся ты довольно быстро. Если не учитывать те случаи, как сегодня, когда тебя садистски вырывают из сна. Несколько минут ты поболтал с кем-то из персонала, а затем поспешил убраться отсюда подальше и ближайшее время потратить на отдых. Возможно, тебе даже удастся поспать. Ты воткнул в уши наушники, надел очки и выглядел довольно круто, от этой мысли тебе стало смешно - в старшей школе такой вид воспринимали как проявление собственной исключительности и считали тебя плохишом, которому ни до кого нет дела, в то время как ты искренне насмехался над этими однобокими предположениями.
По пути домой ты купил пачку вишневых сигарет, положил их на законное место в карман и почувствовал себя снова во всеоружии. Совсем скоро ты был уже дома, злой, раздраженный и разгоряченный жаркой погодой. Все твои мысли занимала одна вещь - эта холодная красотка, которая обеспечит тебе контрастный душ - душевая кабина в прохладной ванной комнате. Именно туда ты сейчас стремился всеми фибрами души, сбегая от дневного зноя. В ванной ты скинул с себя пропитанную жарой одежду и прошел по приятному кафельному полу в душевую кабину. Стоя под струями душа, в твоей голове крутилось блаженное спокойствие, ушли все порывы ко сну, но появились планы на веселье, которое можно устроить себе вечером. Ты хитро улыбнулся, предвкушая близкую развязку. Обдумывая место будущей дислокации, ты вышел из душа, предполагая ко всему поздний обед, так как утром не удосужился ни съесть ни крошки. Только ты потянулся за полотенцем, как раздался звонок в дверь. С мыслью, мелькнувшей в твоей голове, а-ля "кого это черти принесли?", ты сдернул с сушилки мягкую ткань и обернул её вокруг бедер, не успев даже как следует обтереться, поэтому вниз ко входной двери ты спускался полуголым, с тебя стекала вода, капая на пол и оставляя мокрые островки. Однако при этом из твоей головы как-то абсолютно выпал тот факт, что в таком виде ты открываешь дверь какому-то человеку. Ты убрал со лба нависшие волосы, зачесывая их пальцами назад, при этом на ладонях осталась львиная доля воды. Тем не менее, ты все же подошел и повернул дверную ручку, впуская в дом солнечные лучи. На секунду ты был удивлен, но на лицо медленно начала заползать лукавая улыбка: на пороге стояла девушка, незнакомая. Она так вытаращилась на тебя, будто увидела говорящего грифона и промямлила что-то весьма невразумительное. - И вам того же, мисс. - тебя откровенно забавляла эта ситуация, но не оставлять же эту прелестную особу на пороге, а то, того и гляди, придется потом всю жизнь корить себя за несчастный случай. Ты посмеялся. - Проходи. - ты отбросил формальности почему-то, уж больно ... маленькой?... она казалась тебе. Ну такой девочкой, с которой можно сразу на "ты" без брудершафта. - Проходи пока в столовую, я накину что-нибудь. - а про себя добавил: а то тебе так, детка, кажется, недолго схватить инфаркт. Ты встал боком в проеме, что между тобой и косяком осталось мало места, и пропустил ее в дом. Пока она протискивалась, ты ощутил, что она задела тебя рукой по животу, и тебе показалось, что девушка покраснела. Хотя, может быть, это лишь солнечный свет поиграл на щеках. Ты ухмыльнулся, затем закрыл дверь и поднялся наверх, чтобы что-нибудь на себя надеть. Иногда мелькала мысль остаться в полотенце и посмущать немного юную особу, но потом ты решил пощадить ее нервишки, заодно про себя отмечая, что все планы, похоже, коту под хвост, но, может, намечается что-то поинтереснее. Нужно же узнать, кто она. Ты наскоро оделся, но волосы причесывать не стал. Впрочем, как всегда; оставляя творческий беспорядок и взъерошенную прическу.
Ты спустился по лестнице и мигом оказался в столовой. - Ну что ж. Чай, кофе, виски? - ты развел руками, делая непринужденный вид. - И расскажите же мне, кто вы. - незатейливо, повернувшись к гостье спиной.

внешний вид

http://i2.listal.com/image/3733054/600full-ben-barnes.jpg

первый пост такой первый.

Отредактировано Benjamin Ward (2013-06-16 22:25:20)

+1

4

Вообще говоря, неловкие моменты в твоей жизни случались нередко. Не то, чтобы ты была скромницей, этакой девой в беде(обычно такие становятся объектами насмешек судьбы, как ты считала) и даже наоборот, уверенности в себе хватало с головой, но в глупые ситуации ты попадала с завидной частотой. Причиной тому могло быть множество факторов: в момент твоего рождения звезды сошлись не под нужным углом, наделала дел в прошлой жизни или же банальное, земное "невезение". Хотя, по правде сказать, невезением это не назовешь, скорее уж испытание, посланное тебе свыше для того, чтобы повышать уровень умения выкручиваться из неловких ситуаций и при этом не быть смешной. Нет, ты вовсе не считала, что смешной быть плохо, но у этого определения есть два разных понятия. Смешной можно быть в эквиваленте с забавной. Это такая милая неловкость, вызывающая скупую мужскую слезу. Но есть другая форма этого слова, ассоциирующаяся с чем-то вроде унижения, когда краснеют уши и хочется провалится сквозь землю до самого её ядра и остаться там загорать, никогда более не являясь на эту грешную, полную опасностей в виде дурацких моментов, землю. "Смешная" это так же, как и "толстая". Можно быть полной, но с крепким мясистым телом, красивыми его изгибами, а можно быть толстой, с лишними складками и с коробкой фаст-фуда в руках  как для роты американских солдат. В общем, есть разница, и лучше быть смешной-забавной, чем глупой-смешной. Такие дела.
- Проходи пока в столовую, я накину что-нибудь.
- Спасибо, - не своим голосом ответила ты, сосредоточившись на том, чтобы не сесть в галошу в такой ответственный момент и приготовилась протиснуться в эти десять сантиметров(настолько крошечным тебе казалось это пространство) между притягательным телом Бенджамина и косяком; настоящий капкан для неуклюжих золушек! Правда кем в этой сказке являлся мистер Уорд, принцем, злой мачехой, крестной феей или же каретой из тыквы, пока оставалось не ясным. Сделав глубокий вдох и втянув живот, ты принялась пролезать в дом, мысленно сетуя на невежество своего новоявленного братца. И вот уже на  последних секундах к финишной прямой твоя  рука, беспрекословно подчинявшаяся целых двадцать лет, начала вдруг жить отдельной и какой-то отчаянной жизнью, решив хорошенько потереться о живот Бена. Ты почувствовала, как твои щеки наливаются жаром и принялась молиться всем существующим богам о том, чтобы внешне этого не было видно. Мало того, руке было не достаточно, что она вогнала тебя в краску, и требовала большего; ей хотелось еще прикосновений, хотелось изучить пальцами каждый миллиметр кожи на животе этого парня, запомнить тепло и эти странные ощущения в низу твоего собственного живота. И уж схожестью этих ощущений с родственными чувствами тут точно не пахло.
Оказавшись наконец в помещении, ты огляделась, отметив обстановку; все здесь отличалось от твоей обители, взять хотя бы эту свежую, будто бы только что наведенную чистоту; твоя мать не была образцовой хозяйкой и убиралась в доме лишь до известного предела, после которого наступало равнодушие. Тем не менее, упрекать её тебе было не за что. В конце концов, это в твою комнату из кухни каждый день переезжала сборная по кружкам. Присмотрев себе стул, ты направилась к нему, обдумывая по пути аргументы, которые можно было бы привести в  качестве объяснений по случаю твоего визита в дом, где тебя, в общем-то, никто и не ждал. Не придумав ничего путного, ты решила импровизировать и выдать то, что первое придет на ум. В такие моменты главное сохранять серьезность и не захихикать на каком-нибудь особенно ответственном слове от осознания собственного коварства. Собственно, пока ты была занята своими мыслями, гостеприимный хозяин уже успел напялить одежду, но волосы по прежнему просили расчески. Ты вдруг подумала о том, что никогда бы не стала расчесывать чьи-то волосы; тебе это показалось неприятным, чем-то сродни внезапному вторжению в личную жизнь. Это как если бы некто сидел  на унитазе и кто-нибудь к нему ворвался, отвлекая от чтения газеты и других важных занятий. В общем, волосы для тебя имели какое-то свое, особое значение, непонятное никому, даже тебе.
- Ну что ж. Чай, кофе, виски?
- Чкфей. Чай,- более внятно ответила ты. Тело, включая язык, словно одеревенели. Ты сидела чересчур спокойно, выпрямив спину, не ковыряя ногтем стол и не ерзая. В этой столовой ты словно стояла голой на сцене: дурацкие ощущения и постоянно возникающее желание убежать. Нет, так нельзя, нужно было как-то расслабиться, иначе того и гляди, мистер Уорд решит отвести тебя к логопеду, у которого ты не была уже..да вообще никогда не была, ибо до прихода в этот дом проблем с твоей дикцией не было.
- И расскажите же мне, кто вы.
Последовал вздох с твоей стороны. Именно этот вопрос и заставлял сердце биться быстрее, но не от приятного волнения, а от страха быть пойманной на вранье.
- Меня зовут Фрея. Фрея Мэйр. Можешь не представляться, я тебя знаю. Смотрю телевизор. Ты снимаешь в "Сплетнице", да? - вопросила ты после секундной паузы. Что говорить дальше, ты не знала. Твой язык, кажется, мечтал быть проглоченным, чтобы ничего не говорить. В конце концов, он был просто языком и не хотел ничего решать, он хотел только болтать всякую незатейливую чепуху и не участвовать в подобных интригах. Причин, по которым ты не хотела объявлять истинную цель своего визита, было несколько: во-первых, ты не знала, как отреагирует Бенджамин на такие заявления. Скорее всего, он либо не поверит и поднимет тебя на смех, либо накинется на тебя с заварником(вдруг у него неуравновешенная психика на фоне популярности и постоянного преследования фанатками?) чтобы, например, не делить с тобой внимание отца и его наследство, потому что если когда-нибудь папенька решит всех покинуть, ты сможешь претендовать на долю его имущества, являясь законной наследницей. Или же твои травмы будут последствием элементарно испытанного шока. Не каждый же день на порог заявляются сестры. Шутка! Если уж быть серьезной и, самое главное, честной - в первую очередь к себе!- то тебе не хотелось заранее портить отношения. Во-вторых, ты не была уверена, что хочешь быть сестрой. Конечно, отношения как пары были бы не нормальны и, скорее всего, невозможны, и даже точно невозможны(все-таки он твой родственник и крутой парень), но сознание сопротивлялось и никак не желало переключаться на родственное восприятие, продолжая трактовать свою точку зрения, которая заключалась в том, что Бенджамин мог быть для тебя кем-угодно, но только не братом. Наверное, со временем непослушное сознание удастся приструнить и объяснить ему, что такое хорошо, а что такое плохо, но сейчас ты была не в состоянии противиться его нашептываниям и решила просто смолчать. Выждать более подходящий момент для таких радостных известий. И вообще говоря, не в настроении ты была для подобного, а магнитные бури и взрывы на солнце дурно сказывались на твоем мировосприятии, что препятствовало честным высказываниям.
Серьезным тоном:
- На самом деле у меня должна была состояться встреча с Ричардом Уордом, но он не отвечал на звонки и я подумала, что, может быть, застану его дома. Адрес он дал мне сам!, - добавила ты будто бы в свое оправдание и, немного помолчав, продолжила - у меня к нему дело. Важный разговор, - еще немного помолчав - личный. - закончила, намекая на то, что все это расспросам не подлежит. Оставалось только надеяться, что у Бена не окажется наглости и совесть его восторжествует, чтобы пресечь любую перспективу дальнейших расспросов.
- Прошу прощения, если нарушила твои планы, - откинув серьезность, твой тон принял облик лукавства. Если уж он решил отречься от формальностей, то и тебе выделываться незачем, - я не думала так врываться и не стала бы, если бы не важность встречи. И где же мой чай? Умираю от жажды. На улице настоящее пекло. Ненавижу лето. От него только в мухах польза, - добавила, немного поразмыслив. Твои губы снова пересохли, отчего ты говорила будто не ртом, а прорезью в губке для мытья посуды, - на самом деле я бы хотела дождаться Ричарда здесь, если это никого не стеснит. Ты ведь уже никуда не торопишься, верно? Иногда время бывает перерезанным. Мне так кажется. - не к месту выдала ты. Вообще говорить не в тему было твоей особенностью, вот только не очень нужной.

Отредактировано Freya Mair (2013-06-18 22:12:40)

+1

5

What's the matter?
What's the matter with you?

Пока ты еще не догадывался, насколько была пропитана неловкостью данная ситуация. Ты зачем-то держал в руках бутылку текилы, случайно замерев с полуухмылкой, играющей на губах. Ты почему-то хотел уже потянуться за бокалами, а девушка вроде выбрала чай, хотя, по-твоему, то, что она назвала первым было более пригодным напитком для неё. Ты хихикнул еле слышно, но твоей смешок больше был похож на мимолетное хмыканье: вроде как ты услышал ее ошибку, принял во внимание, но не стал акцентировать внимание. - Чай, что ж, хорошо. - мягкий тон, ты все еще стоишь к ней спиной после секундного оцепенения ставишь бутылку текилы на место, а в руках уже оказывается маленькая чашечка с зеленой каймой - любимый сервиз твоей матери и чересчур раздражающий тебя. Эти крошечные лозы, коими испещрены эти кружки и тарелки, больше похожи, ты считал, на маленьких зеленоватых змеек, которые вот-вот готовы прыснуть ядом на язык и губы того, что прильнет ими к стакану. Ты не придавал поначалу значения этому маленькому факту, но со временем, наблюдая все чаще и чаще за этими изумрудными головастиками утвердился во мнении, что ненавидишь эту посуду. Между тем, ты не положил сахара, налил на дно немного желтовато-зеленой жидкости, пахнущей травами и поставил чайник. Сам же ты решил выбрать третий вариант своего коротенького меню и представить, что ты все-таки уехал в бар, а не изображаешь из себя гостеприимную хозяюшку перед незнакомой особой. Все это время, пока ты орудовал у кухонного гарнитура, ты ни разу не повернулся к девушке, и лишь когда ты плеснул себе в широкий бокал золотистой жидкости, приукрашенной шоколадного цвета волнами, обвил ножку пальцами, то развернулся к гостье. Ты облокотился о край стола и скрестил руки с бокалом на груди. Что делала она, пока твой взгляд был вне зоны досягаемости, ты не знал, но выглядела она довольно сконфуженно и напряженно. А затем девушка назвала свое имя, и ты отметил, что оно довольно необычное, учитывая то, что живете вы в Калифорнии, где скорее услышишь имена вроде «Джессика» или «Джилл». Ты едва заметно улыбнулся, пока тебя развлекала эта ситуация. Ты смотрел на её лицо довольно жадно, а в тебе кричало желание смутить Фрею - может, ты просто изголодался по развлечениям за ближайший час, или в тебе говорило обиженное самолюбие, жаждущее забав? Буквально через секунду, не дав тебе вставить слово, она отозвалась и о тебе, что ей известно твое имя. Эти слова заставили внутри тебя подняться волне подавляемого торжества, которого ты от себя никак не ожидал. Ты поднял брови. - Да, верно, так и есть. - ее слова казались какой-то милой нелепостью, Фрея будто изрекала всем известные факты с наивной детской простотой и серьезным при этом лицом. - Нравится сериал? - ты подмигнул ей и расплылся в самой игривой улыбке.
Наконец, чайник закипел, возвещая об этом тихим шорохом позади тебя, и стал заметен легкий пар. Ты отвлекся на секунду, поставил свой бокал на столешницу рядом и принялся наливать чай своей гостье, а уже через мгновение ты приземлил перед ней чашку с ароматным напитком и, захватив свой, присел рядом со своей новой знакомой. Она молчала, а а ты маленькими глотками отхлебывал виски, чувствуя, как по горлу растекается приятная горечь и проникает во все клетки разгоряченных тканей. Ты прикрыл глаза, наслаждаясь моментом и пользуясь молчанием девушки. Тебе показалось, что после расслабляющего душа, тело твое стало невероятно податливым и восприимчивым. Именно поэтому после полубокала выпитого ты почувствовал мягкое напряжение в мышцах, будто по венам пустили электричество. Кажется, ты даже улыбнулся легко, а потом открыл глаза, отвлеченный голосом Фреи. - С моим отцом? - ты даже как-то встрепенулся. Какие дела могут быть у такой юной особы с твоим старшим родителем, разве что, исключая любовные. Ты осмотрел девушку с ног до головы и понял однако, что даже если бы отец решил изменить матери, то кандидатуру именно этой девушки мужчина рассматривать бы не стал. Так уж вышло. Про себя ты усмехнулся мягко, но высказывать мысль в слух не счел нужным. - Личный разговор? Детка, - ты сделал нажим на это слово, при этом облокотившись на локоть ближе к ней, язвительным полушепотом: - ты можешь решить все дела со мной. Не думаю, что ты его застанешь в этом доме. Сейчас он в командировке. Ты вернулся в изначальное положение и отпил еще немного из бокала. - Давай, не стесняйся. - ты улыбнулся довольно мило и притягательно, напоминая себе Нейта. Зачем ты это сделал, оставалось неясным.
Кажется, девушка не заметила чай и разразилась, к тому же, весьма невнятной тирадой. Ты придвинул ей чай чуть ли не под самый нос, намекая на то, чтобы она сделала пару глотков и успокоилась немного. - Время перерезанным, а планы - разрушенными. - это, возможно, из твоих уст прозвучало весьма упрекающе, но ты только развел руками. Ты вдруг разом осушил бокал, мигом выпив то количество алкоголя, которое оставалось в нем, и сказал ей: - Слушай, Фрея, ты всегда такая.. мм.. необычная? - видимо, на тебя повлиял ее странный монолог и выпитая доля виски. Кажется, все это вдруг смешалось в голове и крепость напитка начала ощущаться в словах, расщеплять буквы и мысли в твоей голове. Ты ощущал себя каким-то необычно теряющем почву под ногами, что было немного непривычно, ведь ты мог провести всю ночь, предаваясь алкогольным утехам и громкой музыке. Может, здесь слишком тихо, слишком неловко? Может, это девушка так влияет на пространство вокруг тебя, будто сгущает его и покрывает липкой странностью. Говорит невпопад, сидит скованно и явно с трудом формулирует предложения. Вот она облизывает пересохшие губы, а у тебя в теле начинает говорить опьянение. Тебе это не нравится, но ты с трудом себя сдерживаешь, понимая, что все вокруг пошло совсем не так, и вселенная повернулась к тебе задом, вгоняя тебя в пучину полнейшей ереси. - Ты и правда немного перевернула ход событий. - ты пожал плечами и тряхнул головой, отгоняя ненужные мысли. Пространство вокруг тебя рассредоточилось на отдельные участки, в одном из которых с чаем сидела она. - В любом случае, Ричарда Уорда ты не увидишь. А если захочешь его дождаться в этом доме, то придется остаться здесь жить. По крайней мере, в ближайшие две недели. - Ты ухмыльнулся.
Кажется, девушка собралась встать, видимо, твои доводы убедили ее, что старшего Уорда она не дождется, а перспектива жить в твоем особняке ее не совсем устраивала. Почему же? Фрея что-то говорила, направляясь к входной двери, а ты следовал за ней. Внутри все как-то медленно обрывалось и таяло, испытывая твое терпение. Вот девушка уже у выхода, и ты протягиваешь руку, чтобы открыть дверь и выпустить маленькую рыбку на волю. - Знаешь, все же, если тебе понадобится помощь, ты можешь позвонить мне. Когда отца нет, я иногда замещаю его, - ты отклонился немного вбок и с полочки вблизи двери взял визитку с твоим номером, следом протягивая ее новой знакомой. При этом ты обворожительно и мягко улыбаешься. Ты не можешь понять, что в этом лице, обрамленном светлыми волосами, притягивает твой взгляд и заставляет щуриться, прикидывая движения милых черт. Ты берешь ее руку и еле касаешься кисти губами в полупоклоне: этот мимолетный жест, выученный тобой в Англии выглядит как-то несуразно и немного не к месту. Ты распрямляешься и усмехаешься. - До свидания, мисс Мэйр, - нагловато, но нарочито формально ты прощаешься с нею и закрываешь дверь. Что было это? К чему? Твоя матушка сказала бы, что это знаки, что ничего просто так в жизни не бывает, особенно хорошего, но когда ты доверял этим женским бредням про символы судьбы? Ты засмеялся и глянул на часы. Было около пяти, солнце покидало свое место в зените, а ты, со странным ощущением внутри собирался продолжить свой маленький «пир» в каком-нибудь баре.

Отредактировано Benjamin Ward (2013-06-21 22:43:48)

+1

6

To be with you is a crime.
Oh No! Oh My! – I Love You All The Time

- Нравится сериал?
Кажется, твоя осведомленность о новинках киноиндустрии была по душе гостеприимному хозяину, но ты всегда старалась быть честной, а когда не получалось, то облекала правду в наиболее мягкую форму и подносила это блюдо с закрытой крышкой.
- Не то, чтобы мне нравились интриги, - осторожно сказала ты, - но актерский состав подобран удачно, - улыбнувшись. Не с кислой же физиономией весь вечер сидеть.
- С моим отцом?
С нашим - мысленно поправила ты. Твой взгляд, изучающий спину Бенджамина, иммигрировал(вполне законно) на его лицо, которое, наконец-то, к тебе повернулось. Пар от чашки горячего чая, нарочито близко придвинутого к тебе, мягко щекотал подбородок, но ты почему-то не решалась притронуться к напитку. Как будто боялась, что с первым твоим прикосновением к любому предмету в этом доме все тут же рассеется, подобно пустынному миражу.
- Личный разговор? Детка, - Уорд наклонился к тебе слишком близко, вторгаясь в твое личное пространство, зону, запрещенную для посещения посторонними; от осознания этой наглости и горячего дыхания, щекотавшего скулу, по телу мягким приятным покалыванием пробежались мурашки. В этот миг ты замерла, словно маленькая птичка в объятьях дикого зверя. Но то было приятное оцепенение и возмущаться тебе не хотелось. - ты можешь решить все дела со мной. Не думаю, что ты его застанешь в этом доме. Сейчас он в командировке.
Что за черт..?
- Не могу, - сказала ты, - мне нужно обсудить дела с твоим отцом. - подобное проявление настойчивости с детства давало о себе знать. Все думали - пройдет, и, в общем-то, не ошиблись, но отголоски вредности все еще эхом отдавались где-то на задворках характера и изредка вылазили наружу, в частности в моменты стресса или волнения.
И даже обворожительная улыбка "брата" не изменила твоего по-детски упрямого "нет". Ты не могла ему ничего рассказать - всему свое время, и желательно, чтобы для подобных дискуссий оно настало где-нибудь лет через сто, когда придется рассказать обо всем разве что секретарю у Райский ворот.
Пропустив замечание Бена о разрушенных планах, ты еще раз посмотрела на чай, но пить уже не хотелось. Твой собеседник пил, кажется, ром, или виски (ты точно не знала) и нализался уже достаточно; об этом говорили странные горящие огни в его темных глазах. Не то, чтобы ты была профессионалом в распознавании степеней опьянения, но достаточно проницательна для того, чтобы заметить наличие алкоголя в человеческой крови. Наверное, природный талант, ведь в семье у тебя были сплошь трезвенники и научиться отличать это состояние от ему противоположному особой возможности не представлялось, посему вариант с опытностью и натасканным на такие дела глазом можно исключить.
- Смотря что ты считаешь необычным, - пространно ответила ты, пристально глядя на Бенджамина. Ты заметила, что если разговаривать обычным тоном, то ваши голоса звучат слишком громко, поэтому тебе приходилось следить за тем, чтобы вдруг не разораться. Будто внутри тебя была встроена специальная ручка, как в радиоприемнике, позволяющая регулировать громкость. Все потому, что в этой прохладной столовой было как-то тихо. Доносилось лишь негромкое урчание холодильника и посапывание кондиционера. Тебе казалось, что дыхание парня ты слышала тоже, и как растет его щетина. Ты чувствовала себя на удивление реальной.
- В любом случае, Ричарда Уорда ты не увидишь. А если захочешь его дождаться в этом доме, то придется остаться здесь жить. По крайней мере, в ближайшие две недели.- кажется, такое предложение немало забавляло его сказавшего.
- Тогда я приду в другой раз. Когда он будет дома. - перспектива остаться тут жить тебя не прельщала - каждодневное волнение из-за присутствия некоего господина рано или поздно довело бы тебя до инфаркта, а ты была еще слишком молода для того, чтобы умирать, - спасибо за чай. И мне было приятно провести это время в твоей столовой.
Больше сказать тебе было нечего. В груди бултыхались какие-то непонятные чувства, как подвешенные на веревку шары с водой. Встав со стула, ты направилась к двери, а Бенджамин шел за тобой, будто бы боялся заблудиться. Ты чувствовала себя Данко, разве что не вырвала сердце, дабы осветить им путь. Ты уже приготовилась и протянула пальцы к дверной ручке(отметив про себя, что твои запясться какие-то тонкие) как вдруг поступило неожиданное предложение.
- Знаешь, все же, если тебе понадобится помощь, ты можешь позвонить мне. Когда отца нет, я иногда замещаю его.
Что? - мысленно вопросила, не понимая, в каком это смысле он замещает отца. Ты уже собралась было открыть рот, чтобы все это озвучить, но передумала и закрыла его обратно. Вопросов задавать не хотелось. Силы почему-то покинули тебя, уступая место то ли вялости, то ли расслабленности, как побочному действию регулярной бессонницы.
- Спасибо, буду на тебя рассчитывать, если что, - мягко ответили губы, растянувшись в улыбке. Тебе было приятно это неожиданное беспокойство со стороны псевдородственника и ты приняла его визитку. Но сюрпризы не закончились и губы парня коснулись кожи на твоей кисти. От этого самого места, подобному очагу вулкана, по телу начало растекаться тепло. - До свидания, мистер Уорд, - так же деловито ответила ты, и, помедлив секунду, добавила совершенно серьезным тоном, - ничего не бывает случайно. - Развернувшись спиной к новому знакомому, ты легким шагом направилась вверх по улице.
-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Иногда тебе бывало одиноко. Будто ты зимняя муха с оторванными крыльями или не пишущий фломастер в пачке новых, только что купленных. Обычно это чувство настигало тебя вечером. Словно оно бежало за тобой весь день, с самого утра и вот, наконец, с наступлением сумерек смогло догнать и утопить своей безжалостной рукой в ванне с меланхолией, без шанса на спасение или возможности вынырнуть и сделать глоток спасительной реальности. Ты даже представляла себе эту картину: неистово бьешься, как рыбешка, выброшенная на берег, а крепкая рука одиночества прижимает твою голову, погружая все дальше, во тьму. Ты тонешь; меланхолия наполняет легкие, медленно течет по венам, и, наконец,  проникает в сердце, поражая каждую клетку, словно инфекция. Но инфекция - это не просто болезнь плоти.
Твои пальцы казались странными. Ты разглядывала их в сиянии летних сумерек сидя на краю подоконника. Встреча с мечтой любой девчонки и события сегодняшнего дня в целом заставляли чувствовать себя одурело. Будто бы твое тело вовсе не было твоим и принадлежало кому-то другому; далекому и чужому человеку. Остатки птиц за окном все еще подавали признаки жизни, сидя на ветке какого-то дерева и чирикая время от времени. Хотелось поразмышлять о многих вещах - но ни одной мысли в голове не было. Только бултыхание в груди все еще давало о себе знать. Вздохнув, ты слезла с подоконника и упала на кровать лицом в низ. Твой мозг все еще пульсировал в голове - это хорошо, значит, ты еще жива, и дурацкие ощущения скоро пройдут и позабудутся. От нечего делать ты решила лечь спать пораньше. Взяв книгу и забравшись в постель, попыталась сосредоточиться на чтении. Интересно, что сейчас делает Бенджамин? И, главное,  с кем он делает это что-то? Может, он так же, как и ты торчит сейчас дома, жует чипсы и смотрит бейсбол по телеку. Наверняка ему скучно. И что будет, если он узнает всю правду раньше, чем ты сама все расскажешь(если вообще расскажешь)? Почему-то тебя беспокоил этот вопрос. Прочитав первую строчку раз десять подряд и разочаровавшись в своем настрое, ты босиком прошла к шкафу, решительно достала из кармана шорт визитку и принялась созерцать напечатанный номер. Возможно, вернувшись домой отец увидит твой пропущенный звонок, решит сам с тобой встретится и все-все выложит Бену. Прямо как есть. Он ведь его сын и имеет полное право знать. Тогда, с ярлыком позора, ты будешь всю жизнь скрываться от своего "братца", лишь бы только не объяснять ему ничего. Хотя, если подумать, с чего ради тебе должно быть стыдно? Ты не лгала, потому что он ни о чем не расспрашивал. А укрытие важной информации не считается ложью, ты просто немного не договорила. Потому что не представилось подходящего момента. И между вами ничего такого не случилось(хоть и не могло случится, но вдруг), чтобы ты чувствовала себя виноватой, да и виделись вы всего лишь один раз, и не исключено, что он был первым и последним. И тем не менее, все это не давало тебе покоя, висело камнем на шее и тянуло ко дну. И в кого ты такая совестливая родилась, спрашивается? Но, быть может, дело тут не в совести. Ясно оно: заснуть ты не сможешь. И ничего другого не остается, как поехать и все рассказать, иначе будешь думать еще десять лет, а думать равно не спать, что тебя совсем не устраивало. Стоит отметить, что ты вообще слишком много думаешь и "пустить все на самотек" совсем не про тебя. Без раздумий не бывает страданий, а без страданий скучно жить. Набрав ватными пальцами номер, ты принялась слушать гудки. Где-то на сто сорок втором в трубке наконец-то раздался голос, прерываемый орущей музыкой, гулом и чьими-то возмущенными возгласами. Что-то внутри тебя отозвалось почти ликованием.
- Привет, это Фрея, - сказала ты. Но, кажется, это не помогло и тебе пришлось проорать эту же фразу еще пару раз.
Голос что-то ответил, но ты ничерта не расслышала из-за шума.
- Что? Я ничего не слышу. Мне нужно с тобой поговорить, рассказать что-то важное!,- вновь прокричала ты, - я сама приеду, только скажи, ку..
Связь неожиданно оборвалась. Начиная нервничать от совокупности всех дурацких обстоятельств, ты послала смс с просьбой прислать адрес. Через минуту твой телефон возвестил об ответе. Напялив какое-то платье, более-менее подходящее для клуба(судя по всему, Бенджамин находился именно там), ты взглянула на себя в зеркало и, убедившись, что выглядишь не как трубочист, направилась вниз. Конечно, никто просто так тебя из дома выпускать не собирался(родителей не интересовало, что тебе уже двадцать, а не два). Проспорив битые десять минут, ты получила наконец идиотское разрешение и, вызвав такси, поскорее отправилась к месту встречи, совершая свой маленький хадж.

Отредактировано Freya Mair (2013-06-25 22:13:06)

+1

7

I used to be the kid that no one cared about
that’s why you have to keep screaming til they hear you out.

Быстрый взгляд на зеркало слева - ты хочешь удостовериться, что все в порядке. Да, все и вправду вроде гладко - и одежда, и обувь и внешность, а вот в лице изменилось что-то. Ты почему-то слегка в недоумении, которое сосредотачивается на всем твоем лице; на губах такая странная-престранная улыбка, которая невесть что вообще может значить, а глаза чересчур веселы. Или что это в них? Отблески недавно выпитого виски или все же какие-то смешанные чувства, бурным потоком стремящиеся вылиться из темных глаз? Ты посмотрелся еще раз и смахнул несуществующую пылинку с плеча. Улыбнулся сам себе, но как-то неестественно, держа под контролем какую-то неведомую ситуацию. В голове твоей роились мысли, подобные высказыванию из книги Максима Горького - русского писателя, чьи книги тебе довелось читать: «А был ли мальчик?» - значилось в его романе, а ты вертел в голове видоизмененную версию этого вопроса: а была ли, собственно, девочка? Ты зачем-то открыл дверь и выглянул наружу, будто пытаясь удостовериться, что прошлые два часа не были растаявшим миражом. Ты закрыл дверь обратно, попытавшись вспомнить черты гостьи, и припомнил лишь чрезвычайно маленькую маечку, на которой значилась просьба ее убить. Ты усмехнулся. Разве такое странное существо могло находиться только что в этих стенах, сидеть за отполированным столом? Ты провел ладонью по лицу, словно убирая с себя груз ненужных мыслей, сочтя их совсем непривлекательными в данный момент. Ты ведь собирался отдохнуть, так? Ты об этом думал... когда же? Сегодняшний день будто бы сделался поделенным на две части, которые совсем между собой никак не были связаны, либо находились в каких-то абсолютно параллельных мирах, либо вообще все это было вчера, если хотя бы существовало на самом деле. Но, в общем и целом, планы, в какой бы вселенной они не были созданы и кем, ты собирался исполнить, ведь за окном вечерело, дом становился пустым и одиноким, а такое состояние у себя в душе ты терпеть не собирался. С этими мыслями ты вышел из коттеджа и закрыл за собой дверь.
Твой мотоцикл остался в гараже в доме, где находилась квартира, а в этом стояла твоя любимая машина. Изначально ты хотел прогуляться пешком, но мысль о мягком кресле и музыке в колонках, удобном руле и высоких скоростях заманила тебя на парковку за домом. Стоит ли говорить о твоем расстройстве, когда ты вспомнил, что уже выпил - это раз, выпьешь в клубе еще больше - это два? Ты был растерян и удручен, как маленький мальчик, у которого отняли любимую игрушку, дорогую, притягательную, и тебе вдруг по-детски захотелось ощутить ласку и заботу, захотелось, чтобы тебя пожалели. Возможно, стой кто рядом, этот кто-то увидел бы надутые губы, и от этой мысли тебе стало смешно. Ты позабыл про удар, нанесенный тебе в самое сердце, закрыл гараж и отправился пешком. Правильно говорят, первая мысль - самая верная. Сегодня тебе светит только пройти по улицам Сакраменто, вдыхая вечерний воздух.
Солнце еще бросало блики на город, и ты решил надеть очки. Ты любил чувство, когда можно смотреть на мир свободно, а мир же не видит тебя за стеклами солнцезащитных темных очков. Надо сказать, выглядел ты весьма сексуально и привлекательно, и это осознание не могло тебя не радовать. В голову вдруг поползли странные мысли: а понравился ли ты этой странной девушке? Ты вспомнил ее многозначительный отзыв об актерах сериала, ее вид на крыльце и предпочел сделать вывод о том, что ты точно запал ей в душу. Ты рассмеялся. Ну или ей понравилось твое прелестное полотенце, которое непременно оставило яркий отпечаток в памяти юной симпотяжки. Тем временем ты шел по людным тротуарам, и настроение твое с каждой секундой становилось каким-то не бодрым, не зажигательным, а наоборот спокойным и безмятежным. Ты чувствовал себя в эти минуты именно как человек, который идет по городу, один посреди огромного мира, кишащего другими людьми, которым нет никакого дела до окружающих, и это как ни странно в данный момент было прекрасно. На твоих губах играла легкая полуулыбка, и ты прекрасно понимал, что это хрупкое равновесие, установившееся за время твоего пути одним музыкальным ритмом разлетится в пух и прах, уступая свое место безудержной буре молодости и неприлично спиртным напиткам.
Наконец ты достиг заветного места, и огни бара приветственно манили твою изголодавшуюся душу. На улицы уже опускались сумерки, так что эта светящаяся обитель была как никогда притягательна. Зайдя внутрь, ты сразу же окунулся в пеструю и шумную атмосферу. На твоих пальцах заплясали разноцветные ломающиеся лучи: зеленые, фиолетовые, желтые, синие. Неоновые лампы били в глаза, которые почти сразу привыкли к этой яростной пестроте. Ты снял очки и повесил их на край футболки посредине над грудью и неспешным шагом направился к барной стойке. Ты заказал себе абсент, приготовившись лицезреть красивое зеленое пламя и немного пообщался с барменом, который сегодня был особенно весел и разговорчив. Ты заказал еще выпивки и перебрался на диванчик недалеко от танцплощадки, где вовсю танцевали разодетые дамочки-тусовщицы Сакраменто. Ты закурил и почувствовал, как кто-то тронул твою руку, ты повернул голову, и на мгновение тебе показалось, что стоит перед тобой стоит Фрея, что казалось тебе весьма неожиданным. Но потом блондинка засмеялась и ты узнал свою знакомую и приветственно помахал рукой с сигаретой. В тот же миг рядом с тобой на мягкую кожу дивана плюхнулись три человека: две девушки и парень, а еще один подошел следом. Ты их знал, двое из них даже были твоими друзьями, которые начали тебя шуточно упрекать за то, что в последние несколько дней ты ни разу здесь не появлялся, подумали - уж не случилось ли чего с Бенджи? Ты не стал вдаваться в подробности последней недели, а в особенности сегодняшнего дня и просто отшутился в привычной манере. Они принесли еще выпивки, и очень скоро вас окутал клубок из табачного дыма и громкого смеха. Ты чувствовал, как алкоголь проникает в каждую клеточку твоего тела, он запирает разум и открывает сердце и душу. Этот был тот единственный раз, когда ты не ощущал самого себя. Ты смеялся по инерции, не различая смешных и не смешных шуток, твои мысли были где-то далеко. Сейчас ты находился в тот необъяснимом состоянии, когда по идее, по всем правилам, ты должен расслабиться, но что-то внутри не дает долгожданного и желаемого результата. Ты куришь еще одну сигарету, и неожиданно раздается звонок. На самом деле ты не слышишь его, но вибрация на телефоне говорит за сигнал. Ты достаешь из кармана телефон, твои глаза прикрыты, а на внутренней стороне век расплываются разноцветные пятна. Прикладываешь трубку к уху, а сквозь орущую музыку вдруг прорывается тихий женский голос. Ты был готов поклясться, что в этот раз это точна она. Она повторяла приветствие снова и снова, ты говорил ей что-то, но, кажется, ей тоже было сложно тебя расслышать. И вдруг эта непрочная ниточка разорвалась, и этот мимолетный факт почему-то заставил тебя выругаться. За этим гомоном никто ничего не услышал, но это имело место быть. Через секунду телефон вновь ожил - смс. Ты улыбнулся как-то нагловато, и отправил девушке в ответ адрес этого бара . У тебя на уме не было никаких коварных мыслей, но в то же время какое-то мимолетное предвкушение тяготило твое сердце. Для тебя это чувство было ново и внезапно, оно готово было вот-вот сорваться в пропасть и оставить тебя. Ведь ты заметил, что когда на горизонте может маячить что-то серьезное, требующее обязательств, ты непомерно скоро остывал и ничего не мог с собой поделать. Однако это уже совсем другая история.
За сими размышлениями прошло уже прилично времени. Твои друзья уже вовсю танцевали, а ты будто прирос к этому дивану, как к единственному островку, на котором ты вообще можешь существовать. Вдруг ты поднял голову, и твой взгляд выискал в толпе танцующих прямо посредине танцпола одинокую фигурку, которая, казалось, не вписывалась в пьяное веселье этих людей. Ты сощурил глаза, отчего стал похож на тигра. Цвет радужек сейчас невозможно было бы различить - такими темными они были. Ты вдруг перестал слышать музыку и одновременно различал каждый бит. Ты резко поднялся с дивана и плавно, но в то же время необычайно стремительно сорвался с места. Ты не помнил, как подлетел к Фрее, но чувствовал, как твои собственные довольно неистово накрывают ее губы, а пальцы обрамляют лицо девушки. Тебе прямая дорога в Ад, Бен. По шоссе-666 и до перекрестка.

Отредактировано Benjamin Ward (2013-06-27 22:09:06)

+1

8

- Не бойся, я держу тебя.
- А толку? Ты ведь тоже падаешь. q.

Темнота сгущалась. За тонированным окном автомобиля город, погруженный в вечерние краски, казался еще более мрачным, чем есть на самом деле. Огни неоновых вывесок пробивались сквозь этот мрак и неуловимо мелькали за стеклом такси, словно гигантские светляки, летевшие со скоростью тысяча километров в час. Твой взгляд не успевал зацепиться за них; зрачки, ослепленные неожиданно появлявшейся яркостью могли лишь проскальзывать по городскому пейзажу, то сужаясь, то расширяясь, снова и снова утопая в темноте салона. До твоих ушей доносилась негромкая музыка: кажется, это был Бах или Моцарт, ты точно не знала, потому что не любила классику. В нынешнее время редко встретишь человека, который слушает старую, проверенную, мелодичную музыку, начинавшую свою жизнь в современном обществе еще с виниловых пластинок. Ты с любопытством покосилась на таксиста. Ничего примечательного или выдававшего бы его любовь к классике: возраст около пятидесяти, очки с толстыми линзами, делавшего водителя похожим на переросшую стрекозу. Кепка странного цвета и седые волосы. В общем, ничего общего с образом любителя Баха ты не находила. Хотя, если подумать, ты вообще таких любителей не встречала. Разве что в младшей школе, но того, как выглядел тот человек ты не припоминала, как ни старалась извлечь из своей памяти какие-то важные детали для сравнения.
Прижавшись щекой к стеклу, ты вернулась к созерцанию мира вне автомобиля, который вез тебя черт знает куда. Адреса, который прислал тебе Бен, ты не знала, что позволяло предположить, будто этот бар находится достаточно далеко от твоего дома. Может быть даже на Марсе. И, возможно, буквально с минуты на минуту таксист нажмет волшебную кнопку и вы, слившись с воздухом, полетите на встречу Луне. Ты думала о том, как все странно складывается. Какой странной получается вся ситуация в целом: и ваша встреча, и то, что ты сейчас едешь неизвестно куда для того, чтобы сказать человеку, которого почти не знаешь, но к которому тянет какой-то невидимой силой то, что навсегда лишит твои непонятные, слившиеся в странную субстанцию чувства какой-либо надежды на жизнь. Твое тело не охватывало дрожью волнение в предвкушении встречи. Пальцы не теребили край платья в страхе сказать что-нибудь не то. Душа пребывала в странном, неестественном спокойствии. Волна усталости вдруг обуяла тебя до самых костей. Ты устала о чем-то думать, что-то делать, ждать, тосковать. Кому-то что-то объяснять, делать вид, притворяться только лишь из вежливости. Морское дно теплее любого города. Там только покой и тишина. Но море далеко, а тебе хотелось лишь уткнуться в его майку и все позабыть. Все-все. И даже то, кто ты есть на самом деле. Ведь говорят, что одиночество никогда не проходит. Это страшно. На Земле так много одиноких людей. Такое массовое хроническое заболевание, знаете. Словно все рождаются в уже мертвом мире.
Автомобиль постепенно замедлил движение. Казалось, будто прошла уже тысяча лет и от тебя осталась только призрачная тень - так долго ты ехала. Расплатившись с таксистом, ты покинула душный салон, подставляя лицо по-вечерне свежему легкому ветерку, неизвестно откуда взявшемуся в этой городской пустыне. Постояв несколько секунд на месте, будто бы в замешательстве, ты, собравшись, не торопясь направилась ко входу в клуб. Найти его было не сложно - здоровенная сверкающая вывеска, казалось, была бы заметна даже из космоса. И кому только могут нравиться такие вычурные места?
Прежде дремавшее сердце начало оживать, возвещая о нараставшем волнении частыми ударами о ребра с каждым новым шагом. Но волноваться не было причин; ты как будто заранее знала куда идти и что делать. Словно невидимая рука вела тебя к месту встречи. Словно это было неизбежно. По-приятному.
Оказавшись внутри, ты остановилась, ослепленная тысячью непрерывно мигающих неоновых лучей. Кожа стала похожа на цветастое покрывало, сплетенное из неестественно ярких пятен, то и дело меняющих свои оттенки, начиная от голубого и заканчивая непонятно-зеленым. Шум поглотил тебя; ты не различала ни музыки, ни чьих-то слов, ни звона бокалов и смеха за барной стойкой - все звуки слились в один нескончаемый гул, плещущийся в недрах твоих ушей. Все еще с полуприкрытыми глазами, ты принялась проталкиваться дальше сквозь горячие, потные от танцев и алкоголя тела. Их невольные касания вызывали неприязнь и раздражение. Лица, мелькавшие в твоем поле зрения были тебе не знакомы; вряд ли кто-то из твоих друзей или приятелей потащится через пол-города только ради того, чтобы сходить в крутой клуб. Их устраивали местные развлечения. Но раз уж ты здесь, то отступать нет смысла. К тому же ты преследуешь более значимую цель, чем какие-то игры. Устав прокладывать себе путь локтями, ты остановилась. В горле пересохло, но зрение вернулось в норму и ты достаточно различала то, что происходит вокруг, а именно свое пребывание прямо на середине танцпола. Особенно странно все это выглядело в сравнении с танцующими вокруг парнями и девушками. Ты была игрункой в ночи; растерянной, взволнованной. Свет неоновых ламп плясал на твоем лице, прожигая щеки, отражаясь в глазах, призывая сделать хоть что-нибудь, ведь если ничего не предпринять, то можно в любую секунду сойти с ума. Но делать ничего не пришлось; твои губы накрыли другие, мягкие и теплые. Не обжигающе горячие, как об этом пишут в любовных романах, но пленяющие.
-Откуда ты взялся?, - не отрываясь пробормотала ты, но он, конечно, ничего не расслышал. Ощущение было такое, будто вместо крови раскаленная магма растекалась по всему твоему телу, превращая каждую клетку в электрозаряд. Ни тоски, ни одиночества не осталось; душу охватывало приятное волнение. Ты могла бы подумать о том, как было бы хорошо, останься это приятное чувство навсегда, но в данный момент твой мозг отказывался повиноваться. Ты вообще сомневалась, что он по прежнему присутствует в твоей голове - как ни старалась зацепиться за мысль, ничего, кроме гула ты там не находила. Обняв руками шею Бена, ты продолжала жадно его целовать, словно ждала этого момента всю жизнь и вот, по благоволению судьбы, чудо наконец-то свершилось. Быть может, отчасти так оно и было. Заниматься сейчас самокопанием хотелось меньше всего.
Но сказать что-то было необходимо. С трудом оторвавшись от Бенджамина, ты взяла его за руку и поманила в сторону выхода, взглядом давая понять, что не все так просто и вам есть, о чем поговорить. Ты не смотрела ему в глаза, словно боялась утонуть в их бездонной черноте. Днем они были совершенно другими.
Догоравшие остатки смущения играли румянцем на твоих щеках, хоть в вечерней темноте это и трудно было заметить. Пальцы дрожали. Уличная тишина, разбавляемая лишь негромким разговором двух людей у входа, отдавалась звоном в ушах. Ты плохо соображала, но знала, что рано или поздно придется говорить, и лучше сделать это сейчас, пока все не зашло слишком далеко. Он что-то говорил тебе, но ты как будто не слышала. Твое сознание пребывало в странном, плохо восприимчивом состоянии, как после легких наркотиков, и в то же время ты отлично понимала суть происходящего. Развернувшись лицом к парню, хотела было что-то сказать, но вместо этого обхватив его лицо ладонями снова поцеловала, почти сразу же отстранившись. Что-то внутри подбивало тебя и сказать, и молчать. Разрываемая собственными сомнениями, ты сделала вторую попытку открыть рот и выдавить из себя-что нибудь, но ничего, кроме вздоха не получилось. Он слишком внимательно смотрел на тебя, слишком участливо собирался слушать. Это было невыносимо.
- В общем, я хотела сказать.., - пробормотала ты, запинаясь на каждом слоге, - хотела сказать, что..ты мне очень нравишься. Понравился сразу, как только увидела. Как будто что-то толкает меня к тебе. Все это так странно. Почему-то мне захотелось сказать об этом. - закончила, заливаясь краской. У тебя не было выбора. Конечно, это правда, но вот так просто говорить не  хотелось. Но говорить о том, что он твой брат, хотелось еще меньше. Лучше мучиться угрызениям совести, рефлексией и прочими заболеваниями думающего человека, чем взять и все испортить в один момент, выдав признание под взглядом темно-карих глаз. Они, несомненно, обожгли бы тебя презрением и больше не захотели бы видеть. Лучше все утаить от них, недосказать. Это не так уж и сложно, если быть внимательной и осторожной, ведь о вашей родственной связи знают только родители, а уж перехитрить их тебе под силу.
- Давай уйдем отсюда. Куда-нибудь, где не так шумно, - предложила ты, смущенно улыбнувшись. Вечер плавно перетекал в ночь, но, кажется, это только начало.

Отредактировано Freya Mair (2013-07-03 16:22:26)

+1

9

Sister, don't worry, it's just a reflex.
Like fear or sex.

Бездумно, инстинктивно, заряжаясь отравой алкоголя в твоих наэлектризованных венах, целуешь ее, сжимая ладонями хрупкие нежные скулы. Локоны девушки щекочут твои пальцы, в то время, как губы сливаются в каком-то неведомом приветствии, сплетают косы неизвестных ранее мыслей и тут же, несмотря ни на что, острыми ножницами их отрезают, отчего ломкие прутья ощущений падают в опустошенные тела. Твоя голова почти пуста: в ней нет бесконечного шума музыки и галдящих людей, заполняющих танцпол и душное помещение клуба, как нет и бурного звучания неугомонных мыслей. Ты стоишь в центре, сплетаясь незримыми узами с этой едва знакомой девушкой, с этой птичкой-колибри, которая хочет казаться серьезной и взрослой, будучи неизменно крошкой, сколько бы лет не исполнялось. Ты раз ее видел, ты безумец, и в тебе плещется ядовитый поток текилы. Вдруг девушка оторвалась от твоих губ, а у тебя вырвался какой-то злобный смешок, безумный даже. Она взяла тебя за руку, сцепляя с твоими пальцами свои утонченные, которые причем довольно сильно дрожали. Она потянула тебя за собой, увлекая в пучину томящей неизвестности, которая грозила сбить тебя с верного пути, утащить в омут с головой, из которого точно не найдется выхода. Но ты улыбался; немного туманной, размытой улыбкой, в которой нельзя было углядеть ничего, кроме неясного удовольствия от игры с этой маленькой-большой девочкой, которая выволокла тебя на улицу. Ты что-то вымолвил, но оно казалось таким ненужным и бессмысленным сейчас, что, поняв, что она не услышала твоих слов, оставил желание повторять. Чепуха. На мгновение закрыв глаза и поддавшись на ее негласный зов, ты почувствовал дуновение свежего ветра в лицо; ты поймал его каждой порой своего лица, подставляясь этому жгучему ощущению и вдруг так же четко поймал на себе руки этой внеземной поселенки - она поцеловала тебя снова, теперь уже сама: быстро, нестройно, будто испуганная дикарка, влюбленная в своего господина. И тут же, спустя роковое мгновение, она отстранилась, словно чего-то опасаясь, пытаясь взять свое расшатанное спокойствие в руки. А ты ведь натворил бед, Бенджамин, то и знай, ты выбросишь эту девушку в шумный океан. Ты сложил руки на груди, приводя в порядок свои мысли, приготовившись безоговорочно внимать, изображая из себя участливого джентельмена. Пока девушка пыталась собрать по частям свое самообладание, то и дело вздыхая, ты обратил внутренний взор к самому себе. Вот ты стоишь, прислонившись спиной к стене за клубом. Здесь тихо, если не считать отдаленные отголоски громких мелодий, которым ни за что не прорваться за толстую кирпичную кладку. Как обычно бывает в таких ситуациях? Сознание мужчины пьяно, а нервы на пределе, спотыкаются об острые края - вся эта история до боли глупа, иронична, несерьезна. Ты слишком спокоен, ты слишком далекий. Где-то в тебе теплится уголек большого костра, но тебе рано на нем гореть - ты лишь пробуждаешь в себе задремавшее жерло вулкана. Твои глаза почти черные, суженные, волосы растрепаны. Ты напряжен, ты безопасен, ты какой-то тигр в глубоком сплине. Пока. - Ну же? - твой голос мягок, ты будто подталкиваешь ее к смелости, при этом рассматривая каждую мельчайшую деталь. Ты так сейчас от себя отдален, так приближен к этой странной фигурке. С тобой такого не случалось, оно ломает тебя, а ты пытаешься сохранить свой контроль. И все же она говорит. Запинаясь, теряя мысль и саму себя, кажется, в этих нечетко сформулированных фразах, краснея. Ты замер на мгновение, затем чуть слышно хмыкнул, наверное, собственным мыслям. - Любовь с первого взгляда? Ты улыбнулся, отвечая на ее улыбку, чувствуя, как в тебе разогреваются выпитые градусы. - Я вызову такси. - ты говорил медленно, еле слышно. Не спуская глаз со своей маленькой жертвы, в которую как-то нелепо в этот миг оказался влюблен, ты достал из кармана телефон и набрал номер ночного такси. Ты назвал адрес, и совсем скоро машина была уже у клуба, поджидая тебя и девушку. Ты открыл заднюю дверь, пропуская Фрею в машину и сам забрался следом, игнорируя переднее место рядом с таксистом, на которое обычно садился, когда был в состоянии самостоятельно залезть в машину. Тем не менее, ты уселся рядом с девушкой, и тебе показалось, что было как-то жарко - может, это ее дикое смущение накаливало обстановку? В свете встречных фар твои глаза блеснули непонятным огоньком, но, вероятно, девушка не могла этого заметить. Ты ненавязчиво опустил перегородку между пассажирами и водителем, оставив вас, можно сказать, наедине, вдали от взгляда таксиста в зеркало заднего вида. У тебя из груди вырвался такой шумный выдох, и ты сел ближе в своей спутнице. Твоя рука вдруг оказалась на ее щеке, и пальцы аккуратно провели черту по скулам. Ты приблизился к лицу Фреи, нарочито глядя ей прямо в глаза, затем проводя взглядом по скрытым тьмою губам, неспешно приближаясь к ним собственными, обжигая дыханием. Ты сначала целуешь нижнюю губу девушки, затем верхнюю, пробуждая желание - ее и собственное, намеренно не собираясь кусать их, намеренно не начиная поцелуй, когда она уже тянется к тебе с этой целью. Большим пальцем берешь ее за подбородок и усмехаешься, вторя бесенятам в зрачках, которые уже, кажется, устроили дикие танцы на ведьминой горе твоих темных глаз. Ты уже чувствуешь, как из твоего внутреннего вулкана потряхивает основание, как горячая магма заполняет твои сухожилия. Ты разгораешься, звереешь.
Машина останавливается, и ты убираешь руку от лица девушки. Тебе показалось, или она часто дышит? Забавно, этот факт веселит тебя, а еще не дает покоя навязчивое желание чувствовать ее губы. Мягкая улыбка соскальзывает с твоих уст, ты расплачиваешься с таксистом, оставляя девушку в темноте автомобиля, лишь жестом подзывая ее идти следом, как покорную зверушку. Твои руки в карманах, ты неспешным шагом направляешься к дверям собственного дома, слегка покачиваясь от дозы выпитого алкоголя. Опять же, в твоих мыслях не было логики и расчета, в них было лишь явное осознание того, что эта невинная овечка идет за тобою след в след, она на твоем крючке, а, может быть, ты на ее, но его острие точно кому-то из вас больно пронзит глотку. Тебе не нужно разворачиваться, чтобы знать, что Фрея влекома тобой в ворота твоего собственного отполированного ада. Кто же может знать наперед, в какие цвета окрасятся стены этого здания - в цвета радости, уныния, отрады? Лишь тебе это известно, тебе, искусному художнику собственных интуитивных грез.
У двери ты останавливаешься и делаешь поворот на сорок пять градусов, чтобы поймать взглядом девушку за твоей спиной. Вот уже сколько времени прошло, но никто из вас не вымолвил ни слова. Ты пьян, ты дико и бесповоротно опустошен алкоголем, тебе не нужны слова, сейчас важны лишь жесты, обнаженные чувства, которые обнажают еще и тела. Ты открываешь дверь в пустой дом, пропускаешь вперед твою гостью, а затем запираешь дверь вновь, слушая, как щелкает замок, отрезая пути к отступлению, сжигая мосты и всякие остатки морали. Она здесь уже была; когда это случилось? сегодня?  вчера? миллион лет назад? Ты неспешный, учтивый, просто гостеприимный хозяин, но нельзя смотреть тебе в глаза, в них - потаенный грех, а за пазухой уже приготовлены сети похоти. Ты провожаешь ее жестом вперед по коридору, в гостиную, идя следом. Из груди будто бы доносится слабое урчание, ты улыбаешься каким-то оскалом, алкоголь бьет тебе в виски, ухватывает в вихрь, а ты резко, даже грубо прижимаешь Фрею к стене в этом самом коридоре и целуешь, уже не нежно, а страстно впиваясь в губы. Кажется, ты ее укусил; ты чувствуешь под своим языком соленую кровь, и это поддает огню твоему желанию. come, baby, come, it's your fantasy. Ты покрываешь поцелуями ее шею, не оставляя, однако засосов - этих мерзких следов дешевой похоти. Твои руки, вобравшие силу ночи подхватывают ее и поднимают чуть выше по стене, и девушка будто немного висит в воздухе, прижатая к плотной стене. Ее платье задирается, оттого, что она обвивает своими ногами твое тело, и ладони твои, поддерживая ее, оказываются на уровне задравшегося края, обхватывая бедра. Ты скалишься, снова спиваясь поцелуем в разгоряченные губы, в то время, как руки блуждают по ногам и изящным бедрам девушки. Ты на миг отрываешь от нее ладони и стягиваешь с себя майку, чувствуя, как пламенное желание перемещается по твоему телу со скоростью нападающего животного. Тебе казалось, что огонь вырывается из твоей груди, готовый поглотить и Фрею, и тебя, и весь этот дом заодно. Ты нащупал замок на спине девушки и, продолжая осыпать покусываниями и прикосновениями губ ее шею и ключицу, резко дернул за застежку, распахивая костюм сзади. Ты стянул с нее это ненужное платье, а ей, в свою очередь, позволил снять с тебя штаны, нервно усмехаясь. Ты отшвырнул одежду в сторону, забираясь пальцами под тонкую ткань бюстгальтера, ощущая прикосновение к нежной груди; ты расстегиваешь маленькие крючки на спине, и вот уже нет этой мнимой преграды. Ты подхватываешь девушку и буквально двигаешь ее по стене в комнату, впиваясь кончиками пальцем в кожу на боках и спине. Ты уже крайне дикий, разгоряченный и жаждущий продолжения. Кажется, в данный момент ты даже довольно влюбленный, замечая, что уже опустил девушку на журнальный столик, а твое лицо на уровне низа ее живота.
Сколько нужно жарких секунд, чтобы освободиться от нижнего белья, чтобы успокоить нервы, лопающиеся с каждым движением? Ты слышишь ее стоны, ты выгибаешься, словно леопард в напряжении, загнавший свою жертву, приготовившийся ее съесть. И ты пожираешь ее своей страстью, своим порок, ваши дыхания сливаются в одно, переплетаясь и сливаясь с криками девушки под твоим горячим телом, под твоим твердым торсом. Твои руки ласкают ее тело, ее грудь, в то время как вы оба ввергаетесь в пучину наслаждения и огня. На улице поднимается жар от разогретого дневным солнцем асфальта, но что он в сравнении с пожаром, который творится на мягком ковре у камина? Блики скачут по вашим телам, а вы устроили безумные танцы друг на друге, вы играете на страсти, на разврате. Ты, кажется, уже знаешь все детали, все подробности ее тела, а она изучает тебя, когда твои пальцы блуждают по ее груди и между ног. Все повторяется снова и снова, как будто эротический фильм находится в вечном повторе. Слишком жарко, слишком удушливо, яростно. Кажется, ты уже затащил эту юную прелестницу в Ад, Бенджамин. Туда, где ты уже давным-давно.

за опечатки и прочее ответственность с себя снимаю, да.

+1

10

portishead – only you
Черный - это не цвет. Это отсутствие цвета.
Ведь спектр цветов начинается с черного и заканчивается белым, включающим в себя все цвета.
В общем, хотя это не так уж и важно, но черный - это не цвет. q

- Любовь с первого взгляда?
- Да. - тихо ответила ты, отводя взгляд. Совесть все еще давала протесты против твоих ложных высказываний. Словно ты была на суде, одна, без адвоката, без свидетелей. И защитить от обвиняющей стороны тебя было некому. Совесть была и судьей, и прокурором в одном лице; шанса на оправдание не оставалась. Одиночная камера в далекой тюрьме где-то в адских глубинах уже приготовлена, чтобы под стоны других, таких же несправедливо обвиненных душ ты проводила остатки дней своей вечности. Хотя, может, не все так страшно и государство выделит тебе какого-нибудь бесплатного, но хорошего адвоката, который сможет повернуть русло данной ситуации в лучшую сторону. Может, отделаешься хотя бы условным. Отголоски на задворках сознания давили на тебя мыслями о том, что на самом деле это аморально. Не правильно. Так нельзя и так не должно быть. Но так есть, и что-то менять тебе не хотелось. В этом и заключалась главная проблема, решение для которой еще не нашлось, да и не хотело находиться.
Бен вызвал такси. К счастью, долго ждать не пришлось, и уже через пару минут ты разместилась на заднем сидении. Все это время он смотрел на тебя так, как будто пытался освоить гипноз и ты была его первым подопытным кроликом, на котором можно было бы проверить, как это работает и работает ли вообще. Рядом с ним ты чувствовала себя немного смущенно и скованно. И ты не удивилась, что он сел рядом, ведь было бы странно, если бы в такой вечер он остался на переднем сидении, а не ближе. От него исходил жар, который ты чувствовала кожей и даже кончиками волос. Твои чувства были неопределенны и спутаны, как клубок старых ниток. Волнение, желание, страх - все слилось воедино и стало частью твоей души, поэтому разобрать, что же преобладало в этом хаосе, было практически невозможно.
Все происходило как в замедленной съемке. С твоим зрением творилось что-то странное. Кажется, будто ты видела все до мельчайших подробностей. Каждое движение, каждый вздох. Видела, как он опустил перегородку между вами и водителем, как шелохнулись его волосы от поворота головы, какой длины его ресницы, какой формы губы, если смотреть в профиль. Как медленно и в то же время стремительно он приближался к тебе, гладил твою скулу, смотрел так страстно. Ты чувствовала пьянящий запах его кожи и алкоголя.
Зрачки Бена сливались с темнотой и поглощали тебя; ты тонула в черноте его глаз. Чувствовала жар его губ на своих. Тело покрывалось мурашками, а что-то внутри подталкивало все ближе к нему. Ты тянулась к его лицу за поцелуем, сердце билось быстрее, вторя частому дыханию, а он лишь дразнил тебя, словно играя в какую-то игру, где он был победителем, а ты всего лишь пешкой, подчиняющейся его правилам. Тебе это нравилось, и все твое существо жаждало большего. Ты хотела быть его полностью, слиться телами и стать одним целым хотя бы на одну ночь. Поцелуев было недостаточно.
Машина остановилась, ты вышла, чувствуя себя словно во сне и вслед за Бенджамином направилась к дому. Взгляд упал на его спину - хотелось обнять сзади и прижаться щекой, но ты сдержала это мимолетное желание, словно боясь все испортить. Молчание, царившее на пути к дому, тебя не тяготило - слова были лишними.
Парень замешкался у двери, на мгновение повернулся и проверил, не пропала ли ты. Ты так же неотрывно смотрела не него, как будто боялась потерять его из виду. Вот он галантно пропустил тебя внутрь, и ты медленно зашагала по знакомому темному коридору не оборачиваясь, но чувствуя на себе его взгляд. Слух уловил щелчок дверного замка, на что ты улыбнулась куда-то во мглу. Как будто ты могла или хотела убежать. Вдруг тебя развернули и прижали к стене руки Бена, губы жадно впились в твои; ты чувствовала близость его тела грудью и животом. Ощутила вкус собственной крови во рту, но это только придало жару и без того накаленному раскладу. Твои пальцы запутались в его волосах, веки прикрылись от удовольствия. Все мысли растерялись; ты не думала ни о чем кроме того, насколько сильно его хотела и это тебя удивляло. Ты ощущала жар поцелуев на своей шее, горячие ладони на бедрах; ноги обвивали его тело, а руки - шею. Твои пальцы гладили его спину, а в низу живота творилось что-то необъяснимое. Парень содрал с тебя дурацкое платье и ты наконец могла чувствовать его кожу своей. Избавив его от ненужных штанов, ты покрыла поцелуями плечи, шею, лицо - все, до чего только могла дотянуться в таком положении. Его пальцы скользили по твоей груди, избавляясь от бессмысленной ткани; из горла вырвался тихий стон наслаждения; ногти впились в его плечи, ты шептала что-то неразборчивое, мечтая, чтобы эти ощущения не покидали тебя никогда. Подхваченная Беном, ты будто заскользила спиной по стене, в комнату. Опустилась на стол, с наслаждением чувствуя тяжесть его тела. Его губы двигались от твоей груди к животу, а затем еще ниже, и ты была словно в агонии. Наконец то он вошел в тебя; ты застонала от желания и наслаждения; волосы прилипли к шее и лбу, ваши тела переплелись между собой и ты уже не понимала, где его руки, а где твои. Кажется, прошло всего ничего, вы уже на ковре у камина, а тебе все мало, ты хочешь еще, очень, очень много. Ты не до конца изучила его для того, чтобы отпустить, но время неумолимо неслось вперед. Ночное небо подернулось лучами рассвета и ты была вынуждена сдаться усталости. Пытаясь отдышаться лежа на полу, ты переползла слегка в сторону и, уткнувшись носом в руку Бена, нечаянно заснула.
Правда, совсем не на долго. Уже через час ты бродила по дому в поисках деталей своей одежды. Хозяин дома учтиво принес тебе кофе, но, увы, это не помогло. Кажется, парень, не засыпал ни на минуту и, самое удивительное, выглядел вполне себе бодро. В отличии от тебя, чувствовавшей себя после такой активной ночи на все восемьдесят лет. При всем этом ты, безусловно, была довольна и даже счастлива, хотя спать хотелось просто ужасно. За все время после твоего пробуждения вы перекинулись лишь парой незначительных фраз, но это не тяготило и даже наоборот, было необходимым. Сейчас тебе не хотелось ничего обсуждать, посему ты была благодарна за то, что Бен никаких таких тем не поднимал. Одевшись и кое-как пригладив волосы расческой, ты решила, что, кажется, пора уходить. Конечно, тебя никто не прогонял, но факт того, что нужно вернуться домой, был сам собой разумеющийся. Хотелось побыть одной, все обдумать и решить, как вести себя дальше.
О том, что, возможно, эта ночь была первой и последней, думать не хотелось. Ты надеялась, что не станешь одной из тех девушек, которые появлялись и почти сразу же исчезали из жизни парня. Тебе хотелось остаться еще хоть ненадолго и верить в то, что он к тебе чувствует что-нибудь важное. Такое, что притягивало бы его к тебе.
Обувшись и остановившись у двери, ты улыбнулась с хитринкой, глядя ему в глаза. Почему-то захотелось убежать.
- Мне..было хорошо, - смущенно сказала и тут же пожалела об этом, потому как фраза прозвучала, будто из какого-нибудь сериала, - очень, - добавила, словно стараясь передать масштабность того удовольствия, что Бен доставил тебе сегодня, - ты мне и правда очень нравишься. Я бы хотела продолжить наше общение, - слова были не теми, ты приблизилась к нему и нежно поцеловала скулу, затем плечо, - я позвоню тебе.
В спешке открыв дверь, ты вышла на улицу улыбаясь.

Отредактировано Freya Mair (2013-07-13 19:44:19)

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » перепиши свою жизнь на чистые страницы.