Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Lola
[399-264-515]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
Ты помнишь, что чувствовал в этот самый момент. В ту самую секунду, когда...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » 'Cause all that's left has gone away


'Cause all that's left has gone away

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Участники: Митч, Скар
Место: квартира Скар
Время: 22.06.13
О флештайме: месяц после свадьбы, почти два после ссоры. Имеет ли смысл пытаться вернуть хоть частичку былого общения? Есть ли, что еще возвращать?

+1

2

Два месяца. Почти два месяца я мучил себя за то, в чем по сути сам был виноват. Нет, не так, моя вина тоже присутствовала. Почему все должно быть так. Так сложно, непонятно, необъяснимо? Почему всегда что-то мешает. Мешает быть вместе, мешает быть честными, мешает элементарно доверять друг другу. Переступить через себя. казалось бы, что сложного? Взять и идти дальше, но на деле это оказывается не легко. Не думать о том, что девушка, которую полюбил, выходит замуж за другого. Будь это какой-то ботаник, мне возможно, было бы куда проще, но жених куда опаснее. И надеяться на то, что Скар в безопасности находясь рядом с ним - это просто глупость.
Недели проходили за неделями, не давая мне спокойно спать, работать, даже думать, потому что мысли крутились вокруг предстоящего события. Свадьбы. Грандиозной, шикарной, роскошной и такой шумной. И все мысли крутились именно вокруг этого чертового события, вокруг этой даты, которая неминуемо приближалась. Мне хотелось узнать как она, даже просто как у нее дела услышать ее голос... но не позволяла гордость и, конечно, ее просьба не писать и не звонить ей больше. И это было нелегко.
25 мая. Свадьба. Сегодня они стали мужем и женой. Интересно, Скар сменила фамилию? Конечно сменила, если она и не хотела, ее заставят. Все сделают так, как это нужно. Для прессы, для бизнеса, для родителей, но только не для нее. Больно.
Несколько звонков за день, которые я намеренно игнорирую. Зачем отвечать? Я боюсь сегодня услышать ее голос. Услышать в нем боль, отчаяние? Или слова о том, что ей плохо, может она скучает. Я знаю, что тогда я могу сорваться с места и испортить праздник. Для кого-то это и правда праздник. Весь день я пью, заперевшись в одиночестве в квартире, не желая никого видеть и слышать. К вечеру звонки прекращаются. Наверное церемония закончилась и они разъехались по домам. Или же в номер в отеле. И так до самого утра.
Всю следующую неделю на глаза только и попадаются вырезки журналов, заголовки газет, кричащие о свадьбе, пестрящие красивыми фотографиями. Скар прекрасна. Невинна, красива и нетронута. И выглядит... как бы больно не было это признавать, счастливой? Может я и правда зря мешался под ногами.

Но в какой-то момент и мое самообладание дает трещину. Наступает момент, когда уже не думается о гордости. Хочется, сам еще не решил чего. Хочется, наверное, узнать, что у нее просто все в порядке. Плевать на наши отношения, задолго до них мы были просто очень близкими друзьями, и это то, чего не хотелось бы терять даже в такой ситуации.
Неуверенный звонок в дверь, за ним еще один, потом стук более требовательный. До тех пор, пока мне не открывает Скар. Открывает и стремится закрыть обратно, чего я не даю ей сделать, делая шаг на встречу и оказываясь на пороге.
- Я не уйду. - твердо произношу и жду. Жду, пока она отступит, пока перестанет колебаться и впустит меня. - Я пришел и не уйду просто так, потоптавшись у тебя на пороге, Скар. - мягкое уменьшительно-ласкательное от ее полного имени, которое я так люблю смаковать, которым я люблю ее называть. Я еще не решил зачем именно пришел. Что я хочу узнать, спросить, но сейчас мне хорошо только от того, что я ее вижу. Перед собой.
Я оказываюсь внутри квартиры, такой знакомой, такой привычной. Наполненной уютом и присутствием Скарлетт. Она не очень любит это место, я же наоборот его люблю за дух ее хозяйки, ощущаемый в каждом укромном уголке.
- Я пришел не ругаться, Скар. Я волновался за тебя... - и поэтому не звонил и не отвечал на звонки? Я уже так и слышу этот вопрос от нее. Так или иначе, она или его озвучит или подумает о нем, потому что то, что я говорю - противоречит почти всему, что я делал.
- Ты выбрала очень красивое свадебное платье. Я ... видел фотографии в журналах. Вы хорошо смотритесь вместе. Это правда. - я осторожно начинаю перебирать темы, на которые я хотел поговорить. Свадьба была одной из этих тем. - Я пришел к тебе, как друг, а не ... - что тут сказать? Как бывший молодой человек? Возлюбленный? - а не кто-то еще. Мы ведь так давно друг друга знаем, я не хочу вот так легко потерять все, что у нас было. - мне хотелось, чтобы она была такого же мнения, чтобы она чувствовала сейчас тоже, что и я сам.

+4

3

-Подумаешь не звонит. Не принимай близко к сердцу
-Поздно: уже приняла ближе некуда.

В последнее время я больше походила на отшельника, чем на девушку, которая недавно вышла замуж, и по всем законам жанра, счастливо в этом браке живет. Не удивляйтесь, но вот как раз этого волшебного и невесомого чувства счастья я как раз и не испытывала, словно меня заперли в стеклянной банке и лишили доступа к воздуху. Словно бабочка, порхаю в замкнутом пространстве, то и дело ударяясь о твердые и холодные стенки.
Расставание с человеком, которого, как мне кажется, я любила. Свадьба, что больше походила на цирковое представление. Изнасилование, в тот самый момент, когда я понадеялась, что все не так плохо, что все будет хорошо. Черт, Метью, неужели ты настолько обезумела от личных драм, что теряешь остатки самообладания и разума?
Все, что я ощущала к себе в последнее время – лишь отвращение. Я не могла даже смотреть на себя в зеркало, заперевшись в собственном доме и убивая день за днем просмотрами фильмов, чтением книг, разглядыванием любимого города из окна. Словно одиночество могло меня спасти. Даже Бони, чей мудрый совет и желание помочь всегда выручали меня, ничего не могла сделать.
Я бросила работу, уволила прислугу и осталась одна, искренне убеждая себя в том, что я это заслужила. Начала пить, опустошила почти половину запасов, что оставил после себя Майкл. Временами, становилось стыдно, стыдно, что я так просто опустила руки и сдалась, позволяя людям пинать меня и втаптывать в грязь. Родителям врала, что пишу книгу. А может и правда написать? О моей жизни можно складывать стихи и учить юных девочек не влюбляться. Никогда и ни за что. Не зря я всегда отчаянно боялась этого чувства, щекочущего, легкого, от которого потом становишься зависимый, как наркоман.
Любовь внушала надежду, заставляла тебя верить во что-то светлое, она заставляла тебя ждать. Безнадежно, долго и отчаянно. Как Хатико.
И сегодняшний день мало отличался от предыдущих. Утренняя прогулка по центральному парку, вылазка до ближайшего магазина, пара журналистов, которые наивно предполагали, что я жду ребенка и потому так редко появляюсь на публике. Я ничего не ответила, позволяя себя пару раз запечатлеть на пленку, чтобы жители знали и видели – Скарлетт Стоун еще жива, она не сдалась, она все еще держится.

Звонок в дверь удивил меня, сначала кроткий и ленивый, затем настойчивый и требовательный. Я судорожно провела расческой по волосам, спутанным и неряшливым, убедилась в безукоризненности своего внешнего вида, не спеша поднимаясь на ноги. Интересно, кто это мог быть? Вряд ли это Бони, она никогда добровольно не приезжает ко мне сама. И не Майкл, он в Токио… А больше прийти ко мне никто не мог.
Было опрометчивым поступком не посмотреть в глазок. Я осторожно открыла двери, от удивления чуть не вскрикивая, желая поскорее захлопнуть дверь обратно. На моем пороге стоял Митчелл, тот самый, встретить которого после последних событий я чертовски боялась. Не могу смотреть на него, не могу слышать его голос и чувствую, как меня отчаянно начинает колотить, как все мое тело охватывает дрожь по всему телу. Голова наполняется бессмысленными женскими вопросами.
Зачем ты пришел?
Где ты был?
Почему ты не пришел раньше?
- Нам не о чем разговаривать, прошу, уйди. – слетает с моих уст. Жалобно и немного напугано. Я не знаю, чего он хочет, не знаю, чего хочу я. Но он не дает закрыть мне двери, преграждает проход и вскоре оказывается в прихожей, представ передо мной во весь рост. Высокий, уверенный в себе и такой… родной?
Можно ли так говорить о человеке, который променял тебя на другую? Можно ли любить человека, который в первый же день расставания нашел тебе замену? Я не хотела отвечать на эти вопросы, хотя бы потому, что ответ на них мне не нравился и противоречил всем моим понятиям о поведении. Я разочаровывала себя, здесь и сейчас, слабая и растерянная, как забитый котенок у его ног. Нужно взять себя в руки.
- А зачем ты пришел? – шаг назад, спотыкаюсь, но снова выпрямляю гордо спину, отводя взгляд в сторону. Не хочу смотреть тебе в глаза, мне нельзя этого делать. – Волновался?
Но последующие слова настолько ошарашили меня, что мне захотелось кинуть в Брина чем-нибудь тяжелым.
- Ты пришел сказать мне о том, что у меня было красивое платье? Ты издеваешься надо мной? Снова? Тебе не хватило церемонии? Зачем ты это делаешь, Митчелл? Зачем ты так поступаешь со мной? – неужели он пришел в очередной раз поиздеваться, в очередной раз вбить мне в голову, что я якобы променяла его на Макса. Мне противно это слышать, я не собираюсь вновь и вновь слушать о том, что я шлюха и изменщица, потому что это не так. – Ты не хочешь терять? Почему именно сейчас? Почему спустя столько времени? – когда уже ничего не изменить. Как друг! Как больно уколола эта фраза, резанула само сердце, заставляя дышать еще глубже и громче, словно пустоту, что образовалась внутри, сможет заполнить воздух.

+4

4

Я не перестаю тобой восхищаться. Чтобы не случилось, какой бы удар не нанесла тебе жизнь или близкие - ты всегда стоишь на своем. Гордо, с высоко поднятой головой, прямой спиной. Стоит немного оступиться, ты можешь потерять свое достоинство всего на мгновение, как тут же возвращаешь его себе. Я так не умею, мало кто так умеет, я впервые встречаю такого человека. Неужели Скарлетт Стоун может выдержать все? Неужели нет предела ее невозмутимости, прочности? Нет, я не хочу проверять ее на прочность, но я хочу верить, что у тебя есть чувства, что ты умеешь переживать, сопереживать, что ты умеешь быть не только каменной скульптурой, которую из тебя всю твою сознательную жизнь лепили родители. Они могут собой гордиться, тебя ничто не может сломить. Но раньше, когда мы еще были друзьями, ты умела быть слабой, рядом со мной. Ты умела делиться, жаловаться, страдать в моих объятиях. Неужели мне одному не хватает этих мгновений, когда ты, именно ты, могла быть самой собой? Почему меня это волнует сильнее, чем тебя саму? Мне удалось в тебе что-то растопить, изменить, и я несу за это ответственность, как бы глупо или странно это не звучало, но я несу это на себе. Я позволил себе влезть в твой привычный жизненный уклад и нарушить в нем что-то. Показать, что что-то может быть иначе, что не обязательно играть по чужим правилам. Мне нравилось, что я могу показать тебе хоть что-то, не обладая при этом ничем.
- Нет, я пришел не восхищаться твоим нарядом. Я даже пришел не для того, чтобы расспрашивать как проходит ваша семейная жизнь, потому что это не мое дело. Я не пришел для того, чтобы причинять тебе боль. Я не знаю, почему слова  о том, что я о тебе волновался, о том, что я могу о тебе волноваться, вызывают такую реакцию? Ты считаешь, что я на это не способен, Скар, серьезно? - ты делаешь шаг от меня, отстраняешься, хотя меня обуревает лишь желание обнять тебя покрепче и не отпускать. Мне никогда не хотелось тебя отпускать. Но кого могут волновать мои переживания и желания. Я не хочу видеть тебя такой. Рассерженной, растерянной, озлобленной, тем более на меня.
- Я ничего не хочу потерять, что в этом сложного? А когда по-твоему я должен был придти? После Церемонии? Может накануне свадьбы, во время свадьбы? Поверь, я безумно этого хотел, но я знал, что не удержусь, что снова все испорчу. Испорчу "праздник".  - последнее слово я произнес с отвращением, которое как бы я не старался, я не смог скрыть. - Ты думаешь мне было легко? Мне и сейчас не легко. Не легко было сюда придти, опасаясь застать здесь Брауна. Богом клянусь, попади он мне на глаза, его ничто не спасет, я убью его собственными руками. Я не мог придти раньше. Зачем ты мне звонила в день свадьбы зачем? Я не хотел тебя слышать. Что я мог услышать? Радость в твоем голосе, которая добила бы меня окончательно? - весь этот монолог я медленно приближался к тебе, а ты не переставала отходить назад, пятиться от меня, в комнату. Я не мог остановиться, молчал почти два месяца, молчал, хотя внутри все кричало. Я наступал до тех пор, пока ты не наткнулась на диван и не села на него, все так же испуганно глядя на меня. Пугать тебя мне хотелось меньше всего на свете, но даже сейчас я не мог успокоить сам себя. Начинаю задаваться вопросом, неужели я пришел для этого? Чтобы высказать тебе все, что наболело, разве за этим?
Я наконец замолкаю. Молча смотрю на тебя, такую испуганную и зажавшуюся. Мне становится тоскливо, противно, от всего от этой ситуации. Я опускаюсь на пол рядом с тобой, укладываю голову на твои колени и просто молчу. Не знаю, сколько я молчу, но я успеваю успокоиться и немного придти в себя.
- Я запутался Скар...

+3

5

Tricky – Past Mistake

Именно сейчас, именно сегодня я не хотела тебя видеть, не хотела слушать твои речи, не хотела пускать тебя на порог собственной квартиры, прекрасно понимая, что сдамся, что прощу и забуду обо всех обидах. Мне не нравится быть слабой, ты не меньше меня знаешь, как я ненавижу себя в таком состоянии. Жалкую, ничтожную, отвратительную. Я потеряла все остатки самообладания, всю свою гордость, все те составляющие, что раньше были неизменным содержимым Метью Стоун. А что сейчас? Сейчас у меня даже фамилия другая, семья… Только где они все, где мои братья, где мои родители, где мой чертов муж?
Я одна, я одинока в этом мире, как волчица, которую выгнали из стаи. И ты представить себе не можешь, как чертовски сложно оставаться сильной и уверенной в себе женщиной, после того как люди, один за другим, унижают тебя и мешают с дерьмом.
Каждый шаг в мою сторону сопровождается моим шагом назад. Боюсь, бегу от тебя словно от огня, боюсь сдаться, но чувствую, что отступать становится все сложнее и сложнее. Нелюдимая, дикая, отчаянная, тону в твоем взгляде и вижу в нем надежду. Ты скучал по мне, я это чувствую, ощущаю даже в твоих неуклюжих движениях, и меня это пугает еще больше. Пойми меня. Митч, я не могу снова открыться тебе, снова позволить быть рядом с тобой слабой. Как я могу доверять тебе снова, если ты этого доверия не оправдал? Бросил меня, отказался от меня, вычеркнул из своей жизни, словно я была ничего незначащей для тебя личностью.
- Потому что мне сложно в это поверить. – невозможно, но мне было стыдно за эти женские капризы и вопросы, многочисленные вопросы в моей голове о том – почему ты не звонил мне? Почему не пришел за мной? Почему не вернулся раньше? – Ты был с ней. – не вопрос, а факт, брошенный тебе в лицо с отвращением и недюжинной обидой. Я не ревновала, за столь долгое время я научилась отличать обиду от ревности. Это был твой выбор, и я его уважаю, но это не отменяет моего эгоизма и моей обиды. Я хотела быть для тебя самой особенной женщиной. Я хотела быть женщиной твоей.
- Ты когда-нибудь не думаешь о Брауне? – свалившись на диван я буквально взвыла, хватаясь руками за виски и пытаясь телепортироваться из своей квартиры куда подальше. – Макс, Макс, Макс… Ты постоянно говоришь одно и то же, это был всего лишь брак по контракту, после брачной ночи я больше не видела этого ублюдка, и надеюсь, никогда больше не увижу. Когда ты поймешь это? Когда ты поймешь, что если этого брака хотели мои родители – это не значит, что его хотела я.
Я не часто позволяю себе столь эмоционально разговаривать, но вы, ты и Макс сделали меня такой вспыльчивой и нервной, что я уже больше не могла контролировать свой поток эмоций и чувств, словно воду из ведра вываливая на ваши плечи. Твои вопросы меня удивляли, я смотрела на тебя с непониманием и неподдельным удивлением, чувствуя, как к горлу подкатывает комок слез.
- Да потому что ты мне был нужен. На этой гребаной свадьбе, где мне приходилось лицемерно улыбаться и получать фальшивые поздравления, где я должна была сидеть рядом с человеком, которого ненавижу мне была необходима поддержка, мне было важно услышать твой голос. Это был худший день в моей жизни, ты просто не представляешь, что со мной произошло.
Мой голос заглушал собственные ладошки, я не видела тебя, но чувствовала твое присутствие, ощущала кожей твое дыхание, я не знаю, чего я от тебя ждала. Знала, что в любом случае останусь недовольна и в любом случае это будет не то, чего я хочу. Вот такая я, капризная и запутавшаяся в себе Скарлетт Стоун, сложная и непостоянная.
И мы молчим, наши тяжелые вдохи нарушают тишину, и я чувствую, как ты устраиваешься передо мной на колени, как касаешься моей кожи, и я иду навстречу, укладывая свои ладони поверх твоих, обнимая тебя за плечи, словно накрывая своим телом от тех напастей, что меня окружили.
- Мне нужно сказать тебе кое-что… - нечто очень важное, нечто пугающее саму себя, сказать то, что я обещала никому и никогда не рассказывать. Я относила это к измене, и пусть мы не были вместе, на душе по сей день было это чувство, словно я тебя предала. И тихо-тихо шепотом, на самое ухо:
- Он меня изнасиловал.

+4

6

Мне хочется остановить время. Именно сейчас, именно здесь. Пусть я буду сидеть у твоих ног, пусть. Пусть я буду молчать и не иметь возможности сказать ни слова, тоже пусть. Даже плевать, если я не смогу пошевелиться и дотронуться больше до тебя, плевать, я все ровно хочу остаться здесь, рядом с тобой, не важно кем, не важно в какой роли.
Я сижу молча, наслаждаясь твоей близостью, такой невесомой и почти неощутимой. Думал о твоих словах. О Брауне, который всегда фигурировал в наших спорах. Как тебе объяснить, что я не могу и, возможно, никогда не смогу смириться с тем, что официально ты принадлежишь ему. Не важно, что ты его не видишь, не важно, что не с ним, но мне приходится делить тебя с кем-то еще. Разве это справедливо? Ему ты даже не нужна, ему не нужно твое общество так как мне, ему оно вообще не нужно. Возможно, это чувство зависти, соперничества, я не знаю, что это, но это не дает мне покоя, даже когда ты рядом со мной, даже сейчас, я ощущаю его незримое присутствие, будто он здесь и вот-вот снова помешает нам. Разве это может быть легко? Разве можно просто взять и забыть об этом, будто этого и нет? КАк бы, Боги, как бы я хотел, чтобы так и было. Чтобы остались только мы с тобой. Чтобы нам никто не мог помешать, разлучить, сделать нам больно. Я хочу слишком многого, я знаю.
Ты касаешься моих рук, моих плеч, в этой затянувшейся тишине, от чего легкие мурашки пробегаются по телу. Это такой невинный жест, но такой родной и такой знакомый. Я готов продать за него душу, только бы иметь возможность ощущать твои прикосновения. Я молча выслушиваю твои слова, обвинения про день свадьбы. Я знаю, что нужен был тебе, я это знал тогда, знаю сейчас. Но я тоже слабый, слабый черт возьми, каким бы сильным мне не хотелось бы быть для тебя. Я знал, что не смогу тебя поддержать, знал, что не смогу сказать хорошего слова. Знал, что не смогу не обидеть тебя в тот день, разве ты этого хотела от меня? Разве тебе было мало? Господи, Скар, я так хорошо тебя знаю, я боюсь сломать тебя. Сломать эмоциями, которые могу дать тебе, боюсь, что в один момент ты не выдержишь и сломаешься, как тростинка на ветру. Я касаюсь губами кожи твоей руки, накрывшей мою руку. Молчаливо задерживаюсь, будто пытаясь выпросить прощение за все, что было. За день свадьбы, когда я должен был тебя поддержать, но не смог. Не смог. Не смог и ненавижу себя за это.
Ты легко обнимаешь меня, закрывая своим хрупким телом, хотя это моя роль - закрывать тебя, защищать. Почему сейчас я кажусь сам себе таким слабым? Я не выпускаю твою руку, все так же не желая разрывать этот момент. Не важно, что будет после него, мне хочется пожить этим моментом, когда ты снова рядом со мной.
Твои слова выводят меня из задумчивости, дыхание щекочет слух, но то что я слышу, заставляет меня напрячься всем телом. Это все же случилось. Мучительная мысль отдается эхом в моем сознании, разнося боль по всему телу. Я знаю, что в этом нет твоей вины, но я ненавижу себя, что не защитил тебя от этого, не смог защитить, хотя должен был. Должен был не смотря ни на что. Больно осознавать, что я был прав, что ему доверять было нельзя. Какое может быть доверие к человеку, который не имеет понятия, что такое честь. Я сжимаю руки в кулаки, обхватываю тебя за талию и стаскиваю на пол, к себе на колени, заключая в крепкие объятия. Впервые в жизни мне хочется плакать. Плакать из-за твоей боли, которую я не смогу ничем унять и заставить забыть. Это навсегда будет с тобой. Это осознание беспомощности никогда не оставит и меня.
- Он за это ответит... - твердым голосом произношу я тебе на ухо, зарывшись в твои распущенные волосы. - Я должен был быть рядом, я должен был его остановить, я... - я не знаю, что еще я бы мог сделать, правда не знаю. Я пытаюсь держать себя и не сжимать Скар очень крепко, потому что боюсь сделать ей больно. Всю свою злость мне хочется оставить до встречи с Брауном. Смогу ли я причинить ему хотя бы толику боли, которую он причинил моей девочке? Не уверен, но я постараюсь. Постараюсь ради себя и нее.

+4

7

Мне нужно было кому-то в этом признаться, понимаешь? Ты не можешь себе представить, как невыносимо сложно держать в себе эту страшную тайну, переживать ее в одиночку. Как первые дни лета мне приходилось ходить в закрытой одежде, чтобы не дай Бог, что-то увидел многочисленные ссадины и синяки на моем теле. Как мне приходилось лгать в глаза, пытаясь объяснить людям, почему я не живу со своим собственным мужем.
А тебе я верила, не смотря на все то, что произошло, на наши недопонимания, на то, что ты бросил меня и оставил в трудную минуту, я не забыла, каким хорошим другом ты мне когда то был. Ты знаешь меня как облупленную, ты знаешь, какая Скар скрывается под ее привычной маской. Отчаянная, забитая и слабая. Не умеющая справляться с поражениями в одиночку, не умеющая доверять, не умеющая верить и так нуждающаяся в сильном плече рядом. Раньше этой силой, этой безопасностью был ты, а теперь я осталась одна и до сих пор не могу привыкнуть к этой так нежеланной мной независимости.
Чувствую твое напряжение, чувствую, как адская злость растекается по твоим венам и уже думаю, а не сделала ли я глупость, рассказывая тебе эту страшную тайну.
  - Прости меня, я не должна была этого говорить. – я испугалась, чертовски испугалась, и как не было бы стыдно в этом признаваться, я испугалась за вас обоих. Что придет в голову тебе, что придет в голову Максу?
Корень всех бед – я одна, ведь не было бы меня, вы бы оба жили счастливо. Ты бы встречался с Никитой, что так манит тебя своим безумством и непосредственностью. Макс бы по прежнему любил Миранду, их отношения бы однажды доросли до брака, я в этом уверена. Но появилась я и мой алчный отец, который одним своим желанием нарушил все наши жизни. И три параллельные линии пересеклись.
Ты сгребаешь меня в охапку и я оказываюсь в твоих руках, в твоих объятиях… Так хорошо, что даже перехватило дыхание. Прижиматься щекой к твоему щетинистому подбородку, обнимать крепче в попытках забыться и вспомнить, как было хорошо и просто до всех этих событий, до того, как мы обидели друг друга на столько, что сейчас уже не хватает сил банально – простить.
- Я очень скучала по тебе, Митч. Очень сильно. – мне сложно делать такие признания, ты это знаешь. Но я не могу промолчать, не могу, потому что мне дико не хватало этой уверенности в том, что меня не обидят. Ты не сделаешь мне больно, ты никогда не осмелишься сотворить со мной тоже самое, на что пошел Браун. И снова слезы, не могу вспоминать о той ночи без слез.
Мои всхлипы, твое рассерженное дыхание, мои попытки тебя успокоить и успокоиться самой.
- Ничего не надо делать, прошу тебя. Мы не видимся, мы живем своей жизнью, со временем все обязательно забудется. Все же будет хорошо? Я смогу это пережить, я правда смогу.

+3

8

Я держу тебя в своих руках, такую хрупкую и беззащитную. Пытаюсь защитить хотя бы сейчас от всего, что тебя тревожит. Убаюкиваю, словно маленького ребенка в своих руках. Ты дрожишь, уткнувшись лицом в мою грудь, обнимаешь меня ища поддержки и защиты. Я всегда стремился быть для тебя таким - надежным и сильным, быть опорой. И что получилось? В самый важный момент я тебя подвел.
- Я хочу, чтобы ты мне доверяла, Скар. - шепчу ей на ухо, гладя ее волосы. - Ты могла доверять мне раньше, я не хочу, чтобы это менялось. Хорошо, что ты  сказала об этом... - как бы это не было тяжело, но я был рад, что она поделилась. Только исправить уже было ничего невозможно. Мы сидели в тишине, наслаждаясь моментом... воссоединения? Не было слов о прощении, не было ничего, это было на другом уровне. Обнимая тебя сейчас, я знал, что ты на меня не обижена, мои обиды тоже потеряли какую-либо ценность, превратившись в ненависть к твоему мужу.
- Я тоже скучал, Скар. - я заглядываю в твои чистые глаза, готовые вот вот наполниться слезами, глажу тебя по щеке, желая увидеть улыбку на твоих губах. Я все ровно разберусь с Максом, ты видишь это по моим глазам, ты умеешь читать меня без слов. И ты начинаешь плакать, роняя слезинки одну за другой. Почему, почему ты его жалеешь, после того, что он сделал с тобой? Я не верю, что тебе могло понравиться такое обращение к себе, не хочу в подобное верить. Ты слишком хрупкая.
- Почему ты меня останавливаешь, пытаешься остановить? Тебе его жалко или тут что-то другое? - я всматриваюсь в твои глаза, ища смущение, удивление, боль, ненависть, что угодно. Я хочу знать, что ты испытываешь к этому человеку. Я хочу знать за что еще мне стоит с ним поквитаться. Он покусился на тебя, на твое тело, мне этого достаточно с лихвой, чтобы желать ему смерти. Но почему ты другого мнения? Он тебе фиктивный муж. Он человек, который изнасиловал тебя. Он тебе никто. Неужели ты вздумаешь защищать его?
Я поднимаюсь на ноги и подхватываю тебя на руки, такую невесомую. Укладываю тебя на широкую кровать в твоей комнате, всю еще в слезах, содрогающуюся от сдерживаемых всхлипов.
- Перестань убиваться из-за этого подонка. Разве он стоит твоих слез? - я ложусь рядом, обнимая тебя и укладывая голову на твой живот. Мне не хочется сейчас никуда уходить, рядом с тобой слишком тихо и спокойной. Спокойствие, которое я искал два месяца, но не находил.
- Чего ты хочешь, Скар? Чтобы я пообещал, что не трону его, твоего мужа, ты этого хочешь? - мне не легко даются эти слова, потому что я предчувствую, что захочет она именно этого. Я все ровно буду стоять на своем, я все ровно буду желать вправить ему мозги по-своему. Не знаю Скар, сможет ли меня остановить хоть что-либо, даже ты.

+4

9

Maroon 5 – Secret

Утопая в твоих теплых руках, кутаясь в кружева твоего внимания, наслаждаясь твоим размеренным голосом. Хотелось забыться и не думать ни о чем, забыть о своей недавней секундной слабости, о моем желании выплакать все обиды и всю боль. К черту все, я слишком долго терзала себя напыщенным одиночеством, слишком долго строила вокруг себя стены, который ты, каким-то непонятным для меня образом, смог переступить за ничтожно короткое мгновение. Знаешь, я думала, никогда не смогу тебя простить. Думала, это все. Конец. Занавес закрывается, и я в итоге остаюсь одна, ни с чем. Как там говорят? В погоне за двумя зайцами… А что бывает тогда, когда именно зайцы гонятся за тобой?
Не хочу думать, хочу только лишь чувствовать, позволяю себе вспомнить, как было тогда. Мы были вместе и казалось, весь мир был у наших ног. Моя первая стопка виски, мое первое произнесенное вслух матерное слово. Моя первая поездка на метро. И каждый раз, со мной рядом был ты, ты и сейчас здесь, держишь меня в своих ладонях, словно я нечто хрупкое и ранимое, нечто потерянное в этом мире, нечто, чему нет здесь места.
Не хочу задумываться над твоими словами, не хочу вновь возвращаться к тем воспоминаниям, но ты терзаешь меня. Тебе нужно знать, тебе нужно разговаривать, потому что в отличии от меня, ты не умел забираться в мою голову. Наверное, тебя чертовски это пугало. Что ты не знаешь, о чем я думаю. Какие темные мысли гуляют в моей голове.
Знаешь, что самое смешное? Я сама себя не знала. Не понимала своих идей, своих желаний и тайных страхов. Словно я сама – чужой человек.
- Я буду стараться. – пустые обещания – не мой конек. И если я не уверена в том, что смогу сдержать свое слово – я промолчу, но никогда и ни за что не обману тебя так явно. Вновь и вновь зарываюсь лицом на твоей футболке, словно пытаясь укутаться твоим телом, словно хотела забраться туда, в твою грудь и занять свое прежнее место – занять место в твоем сердце.
Интересно, ты любишь меня? Любишь меня хоть чуть-чуть?
Мы никогда не говорили о чувствах напрямую, слишком трусливы мы для таких разговоров. И если для меня это все в новинку, то для тебя. Порой мне казалось, что ты просто не создан для такого возвышенного чувства, и оно тебя пугало. Быть может это и есть объяснение твоим постоянным изменам и попыткам уколоть меня? И мне бы спросить вслух, узнать о твоих чувствах напрямую, но я молчу, прислушиваясь к стуку твоего сердца, укладывая ладонь поверх, словно пытаясь добраться до самой сути, ощутить пыл и жар твоей огненной души, что так отчаянно меня манила уже на протяжении двух лет.
И слезы текут из моих глаз, твои вопросы, твои сомнения и мое молчание. Я не знала, что сказать тебе, я сама не знала правды, понимаешь?
Грань между любовью и ненавистью настолько прозрачна, что я боялась спутать два этих яростных чувства. Почему я защищаю Макса? Я не знала. Но то, что произошло между нами… тебе покажется странным, но теперь Браун был для меня не чужим человеком. Словно своим опрометчивым поступком он пустил меня в свой мир, настоящий, полный бесов и демонов, темный и мрачный, где нет места ни одной женщине. А я смогла найти туда путь. Я помню его пьяный и безумный взгляд до, и так же хорошо помнила его отчаяние и разочарование в себе после. Как он сжимал мои ладони, как с надеждой смотрел на меня молчаливо моля о прощении. Это нечто необъяснимое, то, что можно только почувствовать, но никак не рассказать на словах.
Я не желала мести, я не мечтала вонзить ему в сердце нож, нет. Я молилась лишь о том, что однажды он найдет себя. И что наши пути больше не пересекутся. Слишком противоречивые чувства я к нему испытывала. Слишком странные, непонятные даже мне самой.
А я люблю конкретику.
Молчу, лишь редкие всхлипы могут быть тебе ответом, и ты терпеливо поднимаешься на ноги, и я словно проваливаюсь в небытие. В твоих руках, рядом с твоим сердцем. Мне было все равно, куда ты отнесешь меня, мне просто хотелось быть с тобой рядом, чувствовать, знать и не бояться, что ты исчезнешь, что ты снова бросишь меня одну, тихонько и методично умирать в царстве ненависти и жалости к себе.
- Единственное, чего я хочу – спустя время, спустя долгое время, когда я наконец смогла успокоить себя и мы уже лежали на кровати. Я гладила твои волосы, запуская ладонь в светлый ежик, от твоих горячих выдохов, что я ощущала кожей живота, замирало дыхание. От меня веяло коньяком, а от тебя отчаянием. И мы снова такие разные, пытаемся вновь связать свои жизни в прочный клубок. – Я хочу забыть об этом навсегда. Не нужно ворошить прошлое, я хочу продолжать жить. Я должна быть сильной, и я должна найти в себе силы простить его, понимаешь? Но я не могу, не знаю почему, но мне сложно это сделать. Но и мстить мне не хочется тоже. Я просто хочу побыть с тобой.
Спускаюсь к тебе ближе, касаясь своим кончиком носа твоего. Заглядываю в глаза, пристально-пристально, словно пытаюсь прочесть тебя, как один из своих любимых романов сестер Бронте. Ты не представляешь, как ты стал мне дорог, не представляешь, насколько сложно мне так сильно привязываться к людям. Но я тебе верила, я чувствовала, что тебе не все равно, и что ты так же нуждаешься во мне, как я нуждаюсь в тебе.
- Поцелуй меня, пожалуйста.

+4

10

Сколько может длиться счастье? Секунду, минуту, час, может вечность? Если бы время можно было останавливать 0 оно бы длилось вечность. Каждый нашел бы тот самый момент, который хотел бы запечатлеть навсегда и остался бы с ним. Как я сейчас с тобой, сжимая тебя хрупкую в своих объятиях, желая обнять крепче, но боясь сломить.
Мы долго лежим в тишине, думая каждый о своем. Мне вспоминаются стычки с Максом и сожаление, что не ударил кого-то сильнее, не ответил обиднее, не сделал чего-то еще. Вспоминается все, начиная с Новогодней ночи, когда Браун вмешался в наши отношения. Вспоминается все, вплоть до дня нашего незатейливого знакомства. Я помню ту Мэттью Стоун. Очень молодую, гордую, пытающуюся что-то доказать окружающим. Старающуюся казаться старше, чем она есть. Я тебя помню даже такой. И как ты менялась в моих руках. Как легко ты смеялась надо мной, но потом прислушивалась, как легко мне давалось открывать тебе простые истины. Самое главное, что я смог дать тебе - это возможность кому-то доверять. Ты не умела даже этого. Ты всегда положилась только на себя, будто, если будет все иначе - мир вокруг содрогнется и рухнет, но это не произошло. Не произошло тогда, два года назад, не произошло и за последующие годы.
Предавшись воспоминаниям, мысли о том, что сделал с тобой Макс уходят на задний план, я наконец успокаиваюсь. Обнимаю тебя, гладя теплую кожу живота, ощущая твою руку у волосах. Слишком спокойно и приятно, слишком уютно и зыбко.
Ты неуверенно нарушаешь тишину, и я не осмеливаюсь тебя перебивать. Ты, так же как и я, лежала и раздумывала. О том, что будет дальше, как все будет, меня ведь не одного мучают эти мысли? И я выслушиваю тебя, твой тихий голос, уже не дрожащий, но все еще неуверенный. Я просто пытаюсь принять твои слова. Я не хочу спорить, я не хочу высказывать свою точку зрения, свои мысли, я не хочу вообще говорить об этом. Есть моменты, когда каждому лучше остаться при своем мнении, пусть это будет один из них.
- Я здесь. И никуда не денусь, пока ты сама меня не прогонишь. - потому что у меня нет желания, нет даже сил уйти от тебя. Даже если я захочу этого - не смогу. Только твое слово меня может прогнать, заставить забыть, возможно ненавидеть, что угодно. Но сам я пока на такое не способен.
Я прислоняюсь губами к коже живота, задержавшись так на несколько мгновений, пока ты не опускаешься ниже, ближе ко мне. Меня не нужно просить, я сам соскучился по таким приятным моментам, как вкус твоих губ, твое дыхание, слившееся с моим. Но мне слишком не по себе. Целовать тебя, дотрагиваться до тебя, будто тебя уже сломали и я могу добить. Это сложно описать даже в мыслях, то, что творится у меня в голове, когда я лишь хочу прикоснуться к тебе. Я одновременно боюсь причинить тебе боль, и так же сильно в тот же момент хочу раствориться в твоем теле, смыть с тебя неприятные воспоминания, заполнив их собой, заполнив тебя своим присутствием, своим теплом, своей жизнью. То, что творится в голове - это одно, тело же редко слушается разума. Моя рука уже легла на твой подбородок, притягивая для поцелуя. Осторожного, трепетного и желанного. Смакуя этот момент, я не спешу отрываться от тебя.
- Ты веришь мне? - шепчу в твои губы слова, неожиданно вырвавшиеся у меня. Я заглядываю в твои глаза, но снова продолжаю шептать. - Веришь, что я не смогу причинить тебе зла, сделать тебе больно? Ты мне веришь, Скар, скажи это... - я шепчу уже тебе на ухо, снова обняв тебя и зарывшись лицом в твои волосы. Мне было невообразимо важно услышать на свой вопрос, будто от него сейчас зависели моя жизнь или смерть. На деле все было куда прозаичнее, мне нужно знать, что ты не покривишь душой и снова сможешь быть открытой для меня. Такой ты была только для меня, и я должен знать, не потеряно ли это безвозвратно.
Я прижимаюсь к твоим губам в новом поцелуе, теплом и требовательном, будто я хочу забрать то, что принадлежало и принадлежит мне. То, что у меня нещадно отобрали. Я покрываю твои губы маленькими поцелуями, не желая выпускать тебя.
- Я хочу, чтобы ты мне верила, Скар. - слишком много горечи отразилось в этих словах, как бы я не пытался ее спрятать, чтобы не выглядеть сейчас в твоих глазах жалко. Именно сейчас, когда тебе нужна поддержка.

+1

11

Задыхаясь от собственных эмоций, закрывая глаза и проваливаясь в необычную, позабытую мной негу удовольствия. Отдаться в твои руки, верить и доверять, чувствовать необыкновенно щекочущее чувство внизу животу, едва заметно улыбаться уголками губ, радуясь, словно ребенок радуясь своей глупости и наивности. Словно это что-то изменит. Словно это изменит тебя, или же меня, или всю эту непростую ситуацию.
Но мне не хотелось думать, мне хотелось просто жить. Сегодняшним днем, сиюминутным мгновением, когда я под твоими чуткими поцелуями забывала обо всем. О своих страхах, о боли и об обиде. Ты никогда не изменишься, ты будешь все тем же Митчеллом, все тем же необязательным и ветреным барменом, в которого меня угораздило влюбиться. Что нас ждало впереди, что ожидает нас в будущем? Или к черту мысли? К черту постоянные планы, все к черту? Как то ведь люди живут, не думая о завтрашнем дне. Так почему тогда думаю я?
Твои слова были так же требовательны, как и поцелуи. Ты не просил о доверии, ты требовал. Я читала в твоих серых эту упрямость и прямолинейность, это стремление вновь завоевать меня полностью, вновь стать для меня главным человеком. Прогнать прочь сомнения из моей головы, прогнать мысли о Брауне… И знаешь, сейчас мне казалось, что у тебя обязательно получится. Что ты сможешь, ты сможешь измениться, стать лучше, ты поможешь мне забыть и не вспоминать… Сделать так, чтобы я не хотела вспоминать об этом человеке.
Поцелуи обжигали, высушивая на моем лице остатки слез. Я обнимала тебя, крепко, осторожно проводя кончиками пальцев по затылку и вниз, к шее, к крепким плечам. Порой мне казалось, что я знаю каждый сантиметр твоего тела. Скучала по нашим невинным ласкам, скучала по моментам, когда слова были лишними.
И пусть я не могла дать тебе того, что дают другие девушки, пусть я не была так опытна и мудра в постельных вопросах, я верила, нет, мне хотелось верить, что не смотря на это, я навсегда останусь для тебя особенной.
- Да. – отрываясь от губ. – Наверное… - вновь прикасаясь к теплой коже. – Я верю. – словно забываясь и отправляясь в нирвану, туда, где нет счета времени, где нет смысла у слов.
Словно укутанная тобой, как открытая книга, которую ты в праве читать так, как тебе заблагорассудится. Я не думала ни о чем, ни о возможном намеке в твоем вопросе, ни о близости, что могла между нами произойти, о нет. Я просто упивалась твоими ласками, наконец, ощущая себя желанной и любимой женщиной. Любимой.
Вновь и вновь смакую это слово на губах, шепча его в тишину, но мой голос сливается с твоим дыханием. Сердца бьются в унисон, пульсы ритмичны, и я лишь выгибаю спинку, подаваясь тебе на встречу, разрешая вспомнить – какого это – касаться моего тела. Какого это – быть моим мужчиной?
Скажи, тебе сложно? Скажи, почему ты так отчаянно пытаешься удержаться рядом. Столько бед, столько противоречий, столько сложностей с такой маленькой и уже такой сложной девчонкой. Неужели, оно того стоит? Неужели ее поцелуи восполняют все неприятности, что сыплются на твои голову вместе с ее присутствием в твоей жизни?
- Я ждала тебя очень. Я так рада, что ты пришел. – Хватаясь за тебя, как за спасательный круг. Скрещивая ладони в крепком замке. Соединяя тела в уверенных объятиях. Мне тебя не хватало.

+2

12

Обнимаю тебя, укутываюсь твоим присутствием теплом, стремясь закрыть собой тебе доступ к внешнему миру. Чтобы остался только, что занял все место в твоем сознании. Это не эгоистично, ни капли. Я боюсь тебя сильно обнять, резко поцеловать, боюсь напугать тебя, сделать больно, я не знаю чего бояться больше, тебя своих желаний. Я не знаю, чего стоит бояться больше.
Ты шепчешь мне в губы неуверенные слова, которые я так отчаянно требовал, желал услышать, стремился поверить. Почему мне это так важно, ведь ты не просишь ничего взамен. Не просишь сейчас, никогда почти не просила,но в глубине твоих глаз я всегда вижу надежду. Я не могу знать, на что ты надеешься, я ценю этот момент, как и любой другой, который был у нас до этого. Любой другой, когда я мог чему-то учить тебя, или этот, когда мне позволено наслаждаться твоим прекрасным телом.
Мне хочется улыбаться, хочется смеяться, хочется сказать, как я так же рад, что я здесь, что я решился, что я перешагнул через себя, но к чему слова? К чему они вообще, когда можно гораздо больше сказать телом, покрывая твое лицо поцелуями, проходясь губами по оставшимся полувысохшим дорожкам от слез. Я не позволю тебе больше плакать, я не хочу видеть твоих слез.
- Я скучал, очень скучал. - серьезно смотрю в ее родные глаза, пытаясь донести до нее мои слова. Что еще можно сказать? Что я ее не оставлю, могу ли я пообещать это? Что я всегда буду с ней? Что вообще говорят в подобные моменты? Я не знал, отчаянно не знал, потому что все, что касалось меня и Скар, было впервые, всегда было впервые.
- Ты выглядишь безумно уставшей. - я укладываю тебя на кровать, устраивая рядом с собой, обнимая тебя. Чувство удовлетворения окатывает меня, потому что ты снова рядом, рядом со мной, и ничто, по крайней мере сейчас, не может изменить этого. Два последних месяца были наполнены тоскливой мукой, которую могла прекратить только ты. Одним своим взглядом, прикосновением, словом, и я благодарен тебе за то, что ты впустила меня обратно.
- Мне остаться? - ты не поверишь, но я все еще боялся. Что ты меня прогонишь, испугаешься, отшатнешься, что угодно. В твоих руках оказалась власть, о которой ты не подозреваешь - ты можешь причинить мне боль. Мучительную и горькую, и задумываешься об этом.
Я смотрю в твои глаза, ожидая ответа, разрешения? Смущенного, Скар, ты все еще смущенная скромница или что-то изменилось? Или это будет уверенный ответ, умоляю ответь мне...

+2

13

Мне бы хотелось дать тебе всего, что ты так ждешь от меня. Бесконечной любви, беспрекословного доверия, физической близости. Ты этого заслуживаешь, несомненно заслуживаешь, но перебороть себя и действовать наперекор собственному характеру я не умела. Слишком честная, слишком прямолинейная, слишком упрямая, для того, чтобы научиться уступать.
Но сейчас мне не хотелось спорить, мне было хорошо и спокойно в твоих руках. Если бы не ты, я бы снова металась из угла в угол, думая и размышляя над остатками своей ничтожной жизни. Когда-то мне казалось, что забыть – это легко и просто. Но было предательское ощущение того, что забывать мне совсем не хотелось. Словно я желаю оставить эту драму с собой, упиваясь этой странной и противоречивой связью со своим собственным мужем. А ведь я должна была его ненавидеть, но никак не скучать и вспоминать его под ночную тишину городских улиц.
И вновь поцелуи, любящие и проникновенные, жаркие объятия и нетерпеливые ласки, от которых мне становилось не по себе. Я не хотела близости, я все еще помнила то саднящее чувство меж своих бедер, словно тебя разрывает изнутри вновь и вновь. Не было ни приятной истомы, ни эйфории, ни наслаждения, что отправляет тебя в нирвану, ничего, что описывалось в женских романов про любовь. Грубо, грязно, отвратительно. И сейчас я не понимала, почему нельзя ограничиться одними лишь ласками, без перехода на другой уровень, что не таил за собой ничего притягательного?
И я напрягалась, чуть отстраняясь от твоих ласк, опуская твои руки вниз, на живот и глядя в твои серые взволнованные глаза.
Мои мысли от тебя не утаились. Единственный, кто умел понимать меня без слов. И сейчас я боялась тебя обидеть. Я далеко не глупая девочка, я прекрасно понимала, что без этого ты не моешь, и если я не дам тебе близости сама, ты будешь искать ее на стороне. С той же Никитой, или же с Сэм.
Было мерзко, признаваться себе в этом, было неопрятно горько ощущать в груди приступ ревности. Но увы, по своей масштабности он не мог сравниться с моим страхом перед физическим контактом.
- Я не могу, прости. – шепотом в вечернюю тишину. – Пойми меня пожалуйста, я не готова. – а что еще можно сказать в такой ситуации? Тут дело не в доверии или уверенности, как бы я не дорожила Брином, я не желала вновь чувствовать ту боль. – Ты можешь остаться. – поднимаюсь на кровати, оборачиваясь на него сквозь плечо, награждая легкой улыбкой. Слабой, но уверенной в последующих словах. – Я хочу, чтобы ты остался.
- Мы можем выпить, утром я открыла дорогой виски Майкла. Он ему все равно больше не понадобиться. – с легкой непринужденностью, словно никто меня и не бросал и скоропостижный переезд брата не оставил на мне никаких впечатлений.
Пытаюсь восстановить дыхание, поднимаюсь с кровати, накидывая на плечи легкую толстовку, хотя бы просто чтобы скрыть признаки все еще блуждающего в крови возбуждения.
- Можем посмотреть кино, ты мне расскажешь, что ты делал все это время? Мы будем отвлекать друг друга разговорами, и если мне понравится твой рассказ и ты будешь со мной предельно честным – тебя ждет награда в виде поцелуя на ночь.

0

14

Я ждал этого вечера два месяца. И ждал ли я его? Ждал ли я, что окажусь снова в этой квартире, что буду рядом с тобой, что смогу тебя обнять? Нет, признаться, этого не было в моих планах. Как и этих поцелуев, жарких объятий. Я не знаю, зачем именно пришел, просто чувствовал, что так надо, так будет правильно. И знаешь, это то, что нас связывает? Мне не нужно говорить, когда придти, я сам это знаю. Я чувствую, что приди я раньше - ты бы меня не стала и слушать. Чувствую, что приди я позже - ты бы совсем надломилась, и я не смог бы помочь. Почему так?
Ты отстраняешь меня, думая, что я хочу... что? Сделать тоже, что и Браун? Меня задевает такое твое мнение обо мне. Сколько было раз, когда ты говорила "хватит" и я останавливался? Глупо думать, что сейчас что-то могло измениться. Хотя вру, изменилось, теперь я боюсь еще больше испугать тебя или сделать что-то против твоей воли, уподобив себя Максу.
- Значит я остаюсь. - с теплой улыбкой на губах, я снова обнимаю тебя, раздумывая... обо всем сразу. Например о том, что будь на твоем месте другая девушка, меня бы никакое "хватит" или "стоп" не остановило бы. И что меня бы не мучила совесть, сделай я тоже самое, что сделал Макс. С тобой все иначе. Неужели я до сих пор отношусь к тебе, как к ребенку? Избалованному шестнадцатилетнему ребенку, который не видел еще ничего в жизни? Но это ведь не так. Ты уже замужем, ты уже женщина
А в моих глазах ты все такая же хрупкая и невесомая и тебя необходимо оберегать. Ей Богу, я бы больше подошел на роль твоего старшего брата, который не заботится о тебе, а не твоего молодого человека. Желание постоянно тебя опекать снова и снова заставляет меня задумываться, а не совершаем ли мы ошибку? Все шло своим чередом, мы хорошо общались, были близки. Стоило нам перейти на другой уровень - как резко все усложнилось. И будто почувствовав перемены, тебя выдают замуж. Совпадение? Я в них не верю...
Я остаюсь у тебя на этот вечер, не желая оставлять тебя наедине с твоими мыслями. Мы смотрим кино, хорошие комедии, вместе заливисто смеемся над героями, порой находя смешные совпадения и с нашей жизнью. Если смотреть с этой стороны на наши отношения - это порой и правда похоже за хорошую шутку, на продуманную и поставленную комедию. Было бы хорошо, будь это правдой.
Ты засыпаешь на моем плече, в середине очередного фильма, мы решили посмотреть мелодраму. Тебя не хватает и на половину фильма,  и ты отправляешься в мир грез. Я переношу тебя на широкую кровать, укладывая и укрывая. Не желая оставить легкий поцелуй на щеке, потому что изнутри меня съедают сомнения. И я оставляю тебя одну. У меня есть очень важное дело, которое не может долго ждать. Твой муж.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » 'Cause all that's left has gone away