Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
- Тяжёлый день, да? - Как бы все-таки хотелось, чтобы день и в правду выдался просто тяжелым.

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Смерть заводит не на шутку


Смерть заводит не на шутку

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

Участники: Amadei Leoni vs Christian Andrews
Место: Небольшой отель в Сакраменто
Время: не определено
Время суток: вечер-ночь
Погодные условия: тепло, +23-25
О флештайме:

Амадея заказала своего партнера, после выполнения задания, сама привезет оплату, и не приминет соблазнить киллера. Для практики)

0

2

Внешний вид

http://heidiklumonline.com/gallery/albums/uploads/photoshoots/Set115/hkonline_004.jpg

Закрываю книгу, и включаю свет. Сегодня у меня важная встреча и я могу себе позволить снять наконец маску стервы, и побыть самой собой  - ненадолго. Итак, кто же я - похотливая тварь, которой все равно когда и с кем, пофиг на чужие судьбы и чужие чувства, волчица, вставшая на твердый путь и сносящая к черту тех, кто встал на моем пути? Или всего лишь жертва собственного тела, обстоятельств и глупости собственной, которая завела меня в эту темную яму из которой нет никакого шанса выбраться? Сеанс аутотренинга завершен. Можно закинуть  в угол дурацкую книгу, и начинать собираться на встречу.  Я давно экспериментирую  с психологией, впрочем также как и с ядами, с холодным оружием и финансами - это приносит толику адреналина в мою жизнь,  и позволяет чувствовать что-то интересное, что-то новое.
Машина приезжает всегда за пять минут до назначенного времени. Мой шофер - бывший военный, и он просто не умеет опаздывать, тем более, что получает более чем приличную зарплату. Я вообще люблю вознаграждать тех, кто приносит мне пользу и доход. А тех, кто мне мешает - предпочитаю убирать. Вот так жестко и безапелляционно. Этому научилась я сама, и этому научила меня жизнь - если не ты, то тебя. Dixi.
Машина не слишком приметная - не хочу привлекать  к себе лишнее внимание.  Как и внешний вид - я известна своей любовью  к эпатажным нарядам и драгоценностям - сегодня этого нет. Я предпочла простую одежду легкий макияж и простейшую прическу -  и сама себя не узнала, когда увидела в зеркале - я так отвыкла от обычной себя...
Эдуард... бедный мальчик, он даже не представляет, что  его ждет. Глупый, красивый и юный. Я прекрасно понимаю, что  как бы не молодилась, мои традцать пять для таких как он - глубокая старость. И именно поэтому, став моим партнером по бизнесу, он решил, что  мне пора на пенсию. А как иначе можно объяснить его слоновью неуклюжесть  в том, чтобы подкопать под меня и вывести из игры? Он развеселил меня презабавно, но это не повод оставлять его  в живых. Интересно, он случайно не заказал меня, когда понял, что игра проиграна? В его дотошном мозгу вполне могла родится такая мысль, раз уж она появилась  у меня. Впрочем - заказать Эда, это скорее очередной тип развлечения, нежели действительно необходимость  - таинственные места встречи, уйма денег за один выстрел  и суровый мужчина с недельной щетиной с винтовкой в футляре из-под гитары. Да ладно...
В конце-концов я не такая блондинистая дура, какой меня считают. Сама стрелять умею, сама в своем бизнесе правлю железной рукой, но это не мешает мне играть дурочку, наслаждаясь тем, как обламываются повевшиеся на этот образ.
- Ко мне прибудет гость. - Портье кивает и отдает ключ-карту от номера. Я конечно, сомневаюсь, что  киллер придет так в наглую, с другой стороны - если он будет прятаться, ничего хорошего не получится. А, его выбор!
Захожу в номер - здесь все крайне скромно, но в принципе - чистенько  и прилично. В конце-концов нам тут не жить. А уж пару часов в таком месте я переживу, и не в таком жить приходилось  в бытность мою в Америке в начале своей банковской карьеры - перетрусь. Присаживаюсь  в кресло, и приглушаю свет. Ждем.

Отредактировано Amadei Leoni (2013-06-25 00:09:13)

+1

3

внешний вид
Луна. Красивая полная луна. Сегодня необычно светлая ночь. Кристиан с любовью провёл пальцем по курку своей снайперской винтовки. Ещё чуть чуть и он утолит свою жажду убийства. Рев его жажды внутри разрывает плоть, зверь, затаившийся в лунном свете. Хладнокровный и готовый к прыжку, чтобы разодрать свою жертву. Ждет. Ждёт и наблюдает за своей очередной жертвой, вот уже как три дня. Все это время зверь внутри ревел от жажды. Три дня, три долгих дня Эндрюс провел, борясь с натиском голодного зверя. Ему нужно время. Время, чтобы убедиться в том, что все будет сделано професионально и четко. Никаких ошибок. Он слишком долго этим занимается,  и не может позволить себе удовольствие выполнить заказ, не подвергая опасности свою жизнь. Ему слишком это нравится, чтобы остановиться. Поэтому он всегда осторожен и заранее подготовлен.  Пару секунд. Палец ласково обнимает спусковой курок. Другой рукой он настраивает ночное прицельное устройство винтовки. Темный силуэт чётко выделяется на фоне прицела… Выстрел. Зверь с диким рёвом вырвался наружу. Удовлетворение. Сегодняшняя ночь просто праздник для его внутреннего зверя.

Громкий звук мотоцикла умолк только во дворе небольшого квартала, где находилась гостиница. Эндрюс оставил мотоцикл в надежном месте и прошел в дом. Поднявшись с легкой сумкой на нужный этаж, он вошёл номер. - Задание выполнено. – холодный взгляд в сторону женского силуэта. Сделав шаг вперёд, он смог разглядеть женщину. Физически привлекательная. Настоящая львица. Внешне блондинка выглядит очень женственной, но Кристиан был уверен, что в душе эта женщина - жестокая. Она очень амбициозна. В самом прямом эгоистичном смысле. Кажется, единственной слабостью этой женщины остаются красавцы с обложки на несколько лет моложе ее самой. Но, это не его дело. Он сам далеко не ангел. Скорее его можно сравнить с Каем из старой сказки, Эндрюс  несёт в себе лишь смерть и ледяной холод. Но этот окоченевший осколок в груди не причиняет ему боли, во всяком случае, боли он уже давно не чувствовал. Оперевшись рукой о каминную полку, мужчина перевёл взгляд на огонь. Было что-то первобытное в том, чтобы не двигаться и просто наблюдать за пламенем. Это перекликалось с какой-то его природной потребностью, хотя Эндрюс точно и не знал, с какой именно. Скорее всего, всему виной бьющая из огня энергия, которую поддерживало всего лишь несколько деревяшек. Как жизнь. Пару движений и бац, всё затухает. - У меня мало времени, так что - Кристиан посмотрел скучающим взглядом на женщину - давайте сразу к делу

Отредактировано Christian Andrews (2013-06-25 01:15:35)

+2

4

Хорошо. Утомительно, фейерически, как-то зверски хорош - со своим фирменным выражением лица, холодным, напыщенно-холодным взглядом, мягкой походкой ленивого тигра, просто излучающей немую силу... уххх! Ухмыляюсь, позволяя себе не слишком допустимое в отношениях наниматель-работник свободомыслие. Все же я бы такой экземпляр ни за что бы не упустила из своих рук - слишком уж хорош, и как минимум попробовать это экзотическое блюдо, сваренное на крови врага - это уже удовольствие.
Некоторое время рассматриваю его  в полумраке - никто не говорил, что  все будет быстро. Деньги при мне, вся сумма, которая осталась после выплаты аванса, плюс - небольшая премия за скорость и качество. Неужели он думает, что  я пустила бы все на самотек - трижды "ха".  Все-таки мне пришлось в свое время неоднократно глотки вырывать, чтобы продолжать держаться на плаву в своем бизнесе, и я никак не могу позволить какому-то мальчику-киллеру сделать глупую ошибку, даже если плата за нее будет невысока. Но этот Кристиан сделал все как надо - начальник моей службы безопасности, слюной захлебывался, когда отчитывался по работе парня. Он бы его  с удовольствием к себе бы взял. Но тот точно не пойдет, во-первых - одиночка слишком явный, а во-вторых  - в мою службу безопасности идут либо законченные сексисты, либо самоубийцы. Только глухой еще не слышал о том, какие оргии я устраиваю со своими телохранителями. И надо сказать, очень не много преувеличили.
- Отлично. Здесь вся сумма. - Кладу на стол изящный кейс, и подхожу максимально близко к мужчине. Знаю, что  глупо, но почему-то хочется попробовать растопить его лед. Хоть ненадолго. Мне редко попадаются подобные ценные экземпляры, чаще всего мужчины любят либо меня, либо мои деньги. Здесь же на лицо полное отсутствие интереса, и это меня заводит. Как и ощущение смерти за его спиной. Много лет уже я - фаталистка. Верю  в то, что  все предначертано и ничто не в силах изменить предначертание. Эта вера спасала меня неоднократно - но сейчас она толчок к тому, чего мне хочется. А хочу я сейчас этот сексуальный айсберг. На столе, например, или на ковре, или ... в ванной, а может - на подоконнике или в кресле - неважно, от перемены места секса, наслаждение не ослабевает. Улыбаюсь, замечая, что  уже довольно нагло касаюсь пальчиками его скулы, а второй рукой, не спешно расстегиваю пуговицу рубашка - кстати темно-синий шелк ему к лицу. Знаю, знаю конечно, что сама веду себя как мужик, но меня учили с раннего детства всего добиваться самой - и это тоже описываемый случай.
- Расслабься... ты словно все еще на охоте... - Нет, мой милый киллер, здесь уже я на охоте, и твою заснеженную шкурку я повешу над своим камином, чтобы приятными теплыми вечерами вспоминать холодного зверя, который скорее всего скрывает пламенную душу.

+1

5

Темнота, царившая в номере, в какой-то момент стала почти осязаемой. Казалось, если протянуть вперёд ладонь, а после, резко сжать руку в кулак, то между пальцев окажется сама тьма. Она давно уже забралась под его кожу и проникла в самое сердце, обжигающий взгляд на женщину. Она играет с ним. Его глаза с вызовом смотрели в её, но они были способны рассказать ей гораздо больше, чем любые слова.  Мужчина неотрывно смотрел на нее, сквозь занавески с трудом пробивался свет луны. Но даже при таком освещении сложно было не отметить про себя, как она хороша. Глаза с пробегавшими в них дьявольскими искрами выдавали ее внутреннюю силу. Нарастающие желание обладать её телом мгновенно сдавило его разум, а потом своими грязными пальцами стиснуло, желая раздавить и выпустить внутренних демонов.
Схватив её за руку, он потянул женщину на себя, а затем грубо завладел её губами. Ярость, сжатая в пружину, бешенство и злость вылились в безумный поцелуй.  Руки начинают бесцеремонно путешествовать по её гибкому телу.  Ещё движение, и слышен звук разрывающейся ткани.  Её соски возбуждены. Он останавливается и смотрит ей в глаза. - мне хочется тебя разорвать - Нежно не торопясь мужчина стал ласкать соски пальцами. Едва касаясь. - ты чувствуешь, как я прикасаюсь к тебе? - Его тело играло мускулами и блестело при свете огня. Не давая ей опомниться, Кристиан резко разворачивает её спиной к себе и толкает в сторону стола, заставляя опереться на него руками. Разведя в стороны её ноги,  его руки скользнули вниз по ее ногам, стягивая трусики. Звук расстёгивающейся ширинки, грубый поцелуй в район шеи и резкое движение, заставляющее женщину вскрикнуть от его дерзкого проникновения. Ещё рывок, проникающий еще глубже, заполняя собой ее всю. Движения быстрые и резкие. Дикий голодный зверь вырвался на свободу. Он не давал ей превосходствовать и управлял ее телом словно инструментом. Пальцы грубо сжимают ее кожу.  – Повернись ко мне –  хриплый полушепот, царапающий нервы. Уверенная нота собственника в голосе и неколебимое спокойствие. Он хотел, чтобы её ноги, обвились вокруг его бедер, крепче сжимая его, Кристиан не желал упускать ни одного ощущения, когда будет резко и до упора входить в её теплую промежность. Развернув её лицом, он жадно прижался ртом к ее соску, втягивая его и дерзко покусывая. Движения становятся неумолимо резкими, глубокими и рваными. Он двигался в ней, сжимая ее грудь, все быстрее, наращивая темп, заставляя вскрикивать от сладкой боли. Его ладонь нагло переместилась на внутреннюю часть ее бедра, а указательный палец коснулся и без того трепещущего клитора.

+2

6

Ох, какой зверек! Без игр, без прелюдий, властно, почти силой, уничтожив платье - я тащусь. Мгновенно таю  в его руках от жадного и жестокого поцелуя - давно  у меня не было такого жадного и властного любовника. Рвется платье и я подаюсь  к нему сильнее - в его руках сосок буквально превращается в камешек - желание словно вода из ведра обливает меня с ног до головы, и чувствую что  трусики уже неприлично влажные.
- Рискни... - Ухмыляюсь, позволяя плавящемуся огню в моих глазах натолкнутся на лед в его - он похож на дикаря в своих резких жадных движениях, он слегка потерян, хоть  и самоуверен, а его руки жадно  и слегка жестоко ласкают мою грудь, успеваю лишь коснуться пальцами его ширинки, как оказываюсь развернутой и поставленной спиной к нему. Ладони пребольно ударяются об стол  - но через мгновение эта боль забывается - словно шлюху, без разогрева, задрав юбку, и не раздеваясь он  входит сразу и полностью. Стон срывается с губ и темная пелена плывет перед глазами, закусываю губы и опираюсь на стол - боги, какое наслаждение ощущать его вот так в себе - он словно жадный насильник, почти через силу делает несколько резких движений - у меня кружится голова, пересыхают губы, еще немного -  и я растекусь бледной лужицей у его ног.
Стремлюсь сильнее раздвинуть ноги, чтобы расслабить мышцы, чтобы пригасить боль, которая проникает даже сквозь нев*ебенное удовольствие, от недоконца увлажненного лона, куда он с маниакальной силой и ритмом проникает несколько раз, прежде чем позволить мне повернуться. Ответ - "да, мой господин"  замирает на губах - он покидает мое тело лишь на миг, но слабость  и желание выть  и молить его о новой порции "наказания" - просто безумны. Резко разворачиваюсь  и усаживаюсь на стол, широко разводя и без того бесстыдно разведенные ноги, позволяя ему рассмотреть мое тело во все красе. Мне есть чем гордиться и пусть этот зверь вряд ли оценит - но это первобытное существо дарит мне безумное ощущение, когда снова перехватывает инициативу, и жадно вонзается в мое дрожащее от нетерпения тело.
Рука проникает под лежащую возле кейса куртку - это  сложно он снова начинает задавать ритм, резко  и дерзко врываясь  в раскрытое ему тело  и заставляя меня буквально захлебываться стонами. Но разум еще пошатываясь светел - и  пальцы нащупывают тонкую стальную окружность. Едва ощутимо смещаюсь, позволяя ему долбиться в мое тело, доставляя какой-то изуверский кайф, ощущать себя проституткой в руках жестокого клиента. Вцепляюсь  в его плечо, чуть  выше по шее, резко тяну эту чертову рубашку, с трудом разрывая тонкий шелк, и кажется решив хоть как-то обнажить его тело, и почти мгновенно оставляю алые следы на коже почти у волос - слишком резкое, слишком сладкое движение, заставляет  меня буквально приподнять таз над столом, и застонав как брошенный щен вжаться в его тело, практически насаживаясь на пульсирующий орган. А в следующее мгновение происходит одновременный контакт, когда его пальцы касаются моего слишком напряженного клитора, вызывая феерический близкий к оргазму взрыв, а рука по инерции застегивает на его запястье стальной браслет - Боже, какой кайф...! Ты зверь! - Почти кричу ему в лицо, уже не понимая что натворила, связав его  с собой на эту ночь.

+1

7

[Онa] идеальная его добыча на эти пару часов, [он] же идеальный хищник. Безжалостный. Холодный. Непоколебимый. [Пресыщенный жаром дикого секса] и острыми ощущениями убийства.  Он - охотник, а она, пантера, попавшая в расставленную ловушку.  Настоящий дикарь. Зверь, готовый к кровавой трапезе,  сделал резкое движение и вставил свой член полностью внутрь, схватив блондинку за волосы и накрутив их на руку, свободной же продолжая ласкать её клитор. Зловонное дыхание опаляет её ухо
- Ну что, богатенькая, никто из твоих ухажёров так не ухаживал за тобой? - спросил он прикусывая мочку её уха - терпи - Она его недооценивала и теперь жестоко поплатится за это. Он вновь повалил ее на стол лицом вниз и зажал ее руки над головой. Прекрасные ноги, переходящие в округлые сексуальные бедра, подтянутая грудь вызывали восхищение. А возбуждающий аромат ее духов, будоражил сознание. Мужчина приложил свою головку члена к её лону, не входя, начиная тереться о клитор. Кристиан  еще не наигрался со своей добычей. Ему хотелось объездить эту кобылицу и насытиться ее смирением. Обычно было легко спать с такими женщинами. Они сами нетерпеливо ползли в его кровать в надежде стать любовницей на одну ночь. Да, смерть и опасность  явно увлажняют киску таким как она. Чтобы испытать страсть, Кристиан не сильно нуждался в кровати, чтобы сойтись с такой женщиной: чаще всего достаточно было и узкого переулка. Он мысленно рассмеялся над собственной мыслью.
Член то и дело бьёт её по дну влагалища растягивая его. Этого она хотела? Вырываться бессмысленно. Блондинке оставалось лишь извиваться под ним, он крепко держал её за шею. Находясь в такой неудобной позе, Кристиан тем не менее показывал себя на высоте. Пусть наслаждается мощью дикого зверя. Смена позы, он слишком увлёкся.[Неожиданный щелчок]. Эндрюс посмотрел на своё запястье и нахмурился. Его кровь начинала закипать от нарастающей волны гнева, и он с силой дернулся, таща за собой блондинку. Ярость и  страсть. Свирепый, пристальный взгляд в глаза. – Какого хрена? - Голос, был холодным и резким. А она обольстительно лишь усмехается в ответ. – Это вызов? - горячий адреналин затапливал комнату, наполняя её лишь животными, безрассудными желаниями. Прижав женщину к стене, он грубо развел в стороны её ноги и уверенной рукой, прикоснулся к половым губам. Под его пальцами чувствовалась горячая плоть. Разведя влажные от смазки губы, он, круговыми движениями, принялся вводить два пальца прямо в неё. – Думаешь я стану играть?

+1

8

Это игра, mio nino... Игра по моим правилам, даже если я сейчас распята на столе, и подмахиваю влажными бедрами танцу твоего тела, ощущая каменный член в себе, это еще не значит, что эта игра проиграна мною, а не тобой. Я наслаждаюсь  каждой ноткой боли или наслаждения которую буквально вдалбывает в мое тело каждое твое движение, откровенно кричу и хрипло постанываю, потому что это безумное наслаждение, и никто  и никогда не был настолько откровенен в своей жестокости к моему холеному телу, привыкшему к ласкам, нежности и забавам, не имеющим ничего общего с тем, как с ним обращаются сейчас. И это непередаваемое удовольствие!
Наручник тянет кожу на запястье, причиняя дополнительную боль, я вытягиваюсь  вслед за его руками, и чувствую пустоту между ног, когда он  выходит. Слишком тяжелую, слишком сладкую  и одновременно сводящую с ума. Ему удается сделать из меня один сплошной комок нервных окончаний, дрожащих от одурманивающего вожделения. Боль и накатывающее обжигающими волнами наслаждение слились в один бесконечный поток.

Она теряла сознание и через мгновение снова приходила в себя, когда смешанное со стыдом желание накатывало подобно жадной волне. Её сжигало изнутри не только безудержное желание, но и раскаленный стыд, когда она осознавала, что по бедрам сочится не только кровь, но и смазка - возбуждение было настолько сильным, что она едва сдерживала хриплые стоны, сливающиеся с безумными криками, когда боль все же становилась сильнее. Она выгнулась и захрипела - ощутив как пальцы проникают  в растянутое словно на дыбе тело, заставляя буквально расплавляться от пламени наслаждения. Это было настолько великолепно и настолько позорно, что она буквально выгибалась под его ласками, снова вжималась в холод стены, осознавая уровень своего падения. Дышать получалось лишь через раз, и горящее в пламени его ласк и в аду боли тело изгибалось, словно его действительно касалось всеопаляющее пламя.Он сжигал её в своём чувстве оставляя пепел горящей ярости, и желание удавить его в какой-то момент стало настолько сильным, что она буквально выгнулась, впиваясь  ногтями в его руку. Наслаждение на мгновение отрезвило ее, но лишь затем, что бы снова сбросить в Тартар, где наслаждение физическое воплощалось в моральном унижении.

Ненавижу себя за эту откровенную похоть, которая заставляет меня распалятся все сильнее, ненавижу слишком чувственное тело, которое изгибается под его ласками, заходясь  в агонии оргазма, и ослабевает, буквально провисая на нем, вынуждая смотреть из-под прядей мокрых волос, и дышать, наслаждаясь  новой волной желания.  Руки скованы его руками, и даже то, что нас держат наручники, не дает забыть о том, как хочется прикоснуться к его члену, который все еще как каменный упирается в мое бедро, и взгляд зверя, не согревшийся ни на минуту заводит только сильнее.
- Станешь... никуда не денешься... тебе ведь нравится эта игра, волчонок... - Ухмыляюсь  искусанными губами, и изгибаюсь жадным телом, почти захватывая его орган в плен бедер, и потираясь  влажной плотью о напряженную кожу с прожилками взбухших вен. Меня не так легко сломить, мой мальчик.

+1

9

- Тебя возбуждает грубость? Возбуждает, когда тебя трахают как шлюху? -  Что делала эта грациозная пантера? Она просто вынуждала Кристиана наслаждаться её действиями. Они были непредсказуемыми. Возбуждающими. А кошечка то упрямая. Она хочет поиграть с ним. Она его испытывала. Его глаза походили на грозовое небо. Она и не догадывалась, что в них совсем не гроза, а целое торнадо из ненависти. Он смотрел на женщину ледяным взглядом, без капли сочувствия, продолжая её грубо трахать. Словно наслаждаясь тем, что ей больно.  Он двигался в ней, молча, с яростью и хладнокровием. Сумасшедшее цунами. Взрыв страдания и наслаждения.Этот дикарь, её хозяин на эту ночь, а она его вещь которую он будет использовать как захочет. Её ногти оставляли кровавые полосы на его спине, но ему это нравилось, она что-то выкрикивала и бесстыдно подставляла ему своё пылающее лоно, а Эндрюс заводился все сильнее, пока совсем не обезумел. Прижимая её к стенке, блондин наклонился к самому уху, попутно вдыхая аромат ее духов, чуть касаясь губами мочки уха, произнёс – Прекрасная как сама страсть. - правая рука зарылась в ее волосы, массируя кожу на затылке, а его губы тем временем еле касаясь, прошлись по её щеке. Ее длинные волосы водопадом струились по его руке, а глаза отражали желание продолжать их игру. Она напоминала ему фарфоровую куклу. Кукла. Чертова кукла. Кристиан грубо ласкал ее тело, опускаясь все ниже и ниже. Мужчина припал к её лону стоя на коленях. Губы его раскрылись над ее разгорячённым лоном, а язык принялся дразнить. Животная страсть, еле прикрытая внешней сдержанностью. Вызывающие, опасные движения языком. Отравить её душу, наполнив ее бесполезной тягой к себе. Почти касаясь её клитора, сделав языком влажную дорожку. Возбуждающе, волнующе, Кристиан поднялся с колен. Губы всего в паре миллиметров от её. Непроизвольно облизывает свои губы, чувствуя её неповторимый вкус. Сладко, жгуче, страстно. Уверенный, пылающий страстью. Глаза мужчины горят непонятным огнём. Его ресницы слегка дрогнули, после чего легким движением закрывающихся век спрятали от женщины заинтересованный взгляд сверкающих в ночи глаз и он вновь опустился на колени. Язык оставляет красные дерущие следы на теле. Такой же сухой и жестокий как пустыня Гоби в Монголии. Губы тянутся везде, где могут найти горячую точку, словно думают, что утолят там жажду. Опять поцелуй, но в горле у Кристиана такая же суш и приходится с рычанием прикусить её кожу, спускаясь поцелуями к обнаженному паху.
К телу прикасаются руки, они трутся о её кожу и рисуют неизвестный обоим орнамент, пока пальцы пытаются насытиться властью над её телом. Губы оставляют поцелуи на внутренней стороне бедра блондинки, перемещаются на бок, спускаются к ягодицам, на которых он оставил засосы, на память. Его губы были раскаленными, как сталь, отчего, касаясь её кожи, обжигали, срывая стонущие в накаленной атмосфере стоны. Запретно, возбуждающе, тягуче словно карамель. Сексуальная игра становилась пыткой.  Войдя в неё, он начал ритмично двигаться, руки скользнули по ягодицам с силой сжимая их. Они сплелись в страстных объятиях. На его лице застыла гримаса дикого удовольствия. Сценой банального секса это нельзя было назвать. Это было нечто невообразимо развратное.

+1

10

Хочу его. Хочу его как шлюшка последняя, потираясь всем телом о его, и протекая от возбуждения, желая чувствовать его все сильнее, насаживаться на его член и отдавать ему каждую каплю своего желания, превращаясь  в лаву на его коже. Грудь саднит от его жестоких прикосновений, между ног такой Везувий, что мне кажется, что если он  не войдет в меня немедленно, я просто сгорю от этих чертовых судорог между широко расставленных ног. Да, этой ночью он -мой господин, а я - его покорная шлюха, с которой он может делать все что хочет, унижать, издеваться, насиловать - я сама выбрала этот путь, приковав его к себе наручниками, которые можно открыть лишь ключом, а не вовсе игровыми, которые легко ломаются даже тонкими пальцами моих рук.
По запястью стекает кровь, наручник содрал кожу,  и теперь сукровица растекается по коже, наполняя комнату не только запахом откровенного секса, но и железистым ароматом крови. Боги, как я его хочу, как угодно, но лишь бы он брал меня снова и снова, насаживая и заставляя орать до потери пульса и голоса. Никто и никогда не мог похвастать, что был со мной в таком сексуальном акте, никто  и никогда не мог добиться от меня ничего подобного. Никто, кроме этого жестокого, холодного зверя, чью голову я хочу повесить в своей спальне, что бы ласкать себя, и кончать всякий раз, когда буду смотреть на эту голову.
Вскрикиваю и замираю, вжимаясь  в стену - его язык, как орудие пытки проникает между горячими дрожащими складками моего тела, и я вздрагиваю и запрокидываю голову, кусая губы, чувствуя как жар разливается по телу, а капли смазки слизываются его губами и языком, дрожу и как собачонка раскрываюсь  ему сильнее, подмахивая бедрами и постанывая, безмолвно моля его о пощаде. Но он не щадит меня - свободной рукой сжимаю свои груди, ставшие тяжелыми от острого возбуждения, опускаю руку ниже, и вцепляюсь  в его светлые волосы. Боги, я хочу чтобы он делал со мной это каждую ночь!
- Возьми меня.... пожалуйста... пожалуйста... - Выгибаюсь, подаваясь сильнее вперед, чувствуя как горит все тело, а лоно просто истекает, чувствую его губы на своих на короткий миг - собственный привкус, солоноватый, горячий. Хочу его, хочу..  - не тяни... пожалуйста...
Вскрик превращается в рык, когда растягивая мышцы его член, каменный. жесткий, и очешуенно горячий входит в меня, я провисаю на нем, обнимая свободной рукой, и ищу его губы как слепой кутенок. Не хочу его отпускать, он нужен мне каждую ночь.  Крик разрезает напряженную тишину комнаты, до этого наполненную лишь движением, запахом секса, и хлюпаньем, с которым он жестоко и безапелляционно входит в покорное ему тело. Ору как сумасшедшая, кончая с отвратительными звуками хлюпающего смазкой тела.  Хриплю, провисая на нем выброшенной куклой.
- зверь... - шепчу ему в кожу... чувствуя привкус пота и собственного возбуждения. Хочу его еще...

+1

11

Больше Эндрюс не проговорил ни слова. Он двигался в ней, молча, со звериной яростью, больше она  не услышала от него ни стона, ни тяжёлого вздоха. Требовательно сжимая её ягодицы грубыми пальцами он входил в неё всё  сильнее. Словно изголодавшийся голодный зверь. Продолжая трахать её все так же безумно, грубая схватка двух не-людей. Страсть. Оргазм обрушился на него внезапно, захлестнул, выбивая рык удовольствия, она же тоже кончила, он чувствовал как её тело содрогается, а мышцы её лона крепко сжали его возбужденный, раскаленный до предела член. Мужчина грязно выругался, почувствовав как семя изливается на её дрожащее тело. Он замер ровно настолько, сколько ему требовалось, чтобы прийти в себя. Потом резко натянул джинсы и застегнул ширинку. Скрип змейки. Нащупав в кармане смятую пачку сигарет, он закурил и сел в кресло, таща её за собой. Его правая рука нагло раздвинула её ноги. - Запоминай чего тебе делать нельзя - Его рука скользнула по её бедру -  ты не будешь мне мешать и лезть в мою жизнь. - его пальцы достигли своей цели и грубо вошли в её лоно - Иногда я буду приходить к тебе, чтобы попользоваться твоим телом. – Слова срывались с его губ жестко и безжалостно. Каждое слово резало её. Кристиан выпустил колечко дыма ей в лицо и, вытащив пальцы из неё, показывая, что они блестят от влаги.  - Грубость тебя явно заводит. Порочное существо… - Облизав свои пальцы, Эндрюс снова погрузился ими в неё. Он знал, как свести эту женщину с ума. Там внутри, его пальцы перестали быть жестокими и грубыми, он делал все, чтобы выбить из неё стон. – ты как и я жадная до удовольствий, я прав? – докурив, он свободной рукой потушил сигарету, захватывая в плен своих объятий блондинку, дерзко стал теребить её затвердевшие соски. Другой же рукой продолжал страстно ласкать её лоно, неумолимо подводя к грани. Его прикосновения были непривычно нежными и умелыми, он надавливал на её клитор, управляя полностью её телом - мучая и не давая кончить.

Отредактировано Christian Andrews (2013-07-09 23:31:19)

+1

12

Боги, ну что он  со мной делает? Я же понимаю, что фактически становлюсь его рабыней, сходя с ума от его прикосновений, от его нарочито-губых ласк, от его явного желания вынудить меня самостоятельно отказаться от остатка ночи. Впрочем, он все равно не знает, где ключ, а я - знаю. И не собираюсь отказываться, от своего лохматого, светловолосого приза. Каким бы жестоким и холодным он не казался. Вздыхаю и сползаю с него, чувствуя как подсыхают потеки его семени в области паха - мог бы и в меня, уже много лет пользуюсь  таблетками - детей заводить не собираюсь, и не горю желанием становится женой по залету. Если уж придется идти замуж, так хоть из-за такой страсти. Впрочем, такие звери редко окольцовываются.
Едва успеваю прийти в себя, как он тянет меня за собой,  едва не роняя на пол  - вот  уж точно рабыня получилась, хоть  и жутко строптивая - и сама же приковалась  к нему.  Черт, он словно чувствует меня - наверное все же мы сделаны из слишком похожей глины. Внимательно слушаю его, понимая, что  в принципе лезть в его жизнь никто и не собирается, мне даже фамилия его не интересна,  достаточно и имени. Хотя и то и другое, я итак знаю, хоть еще и ни разу не заикнулась ему об этом. Странно, раньше киллеры имели прозвища, эти же - словно кичатся своей работой, не боясь ни бога, ни черта, ни ФБР, ни лейтенанта Моро..
Резко выдыхаю и на мгновение сжимаю интимные мышцы вокруг его пальцев - ох, хорошо как... он словно специально меня отвлекает и дразнит, при этом курит, и пожалуй, я побаиваюсь, что его сигарета оставит на моем холеном теле след. Хотя нет, в таком состоянии в которое постепенно погружается мое тело, уже наплевать  на все. Оказываюсь  в плену его объятий и хрипло вскрикиваю - не имею привычки сдерживать эмоции, и жадно выдыхаю, все еще имея силы смотреть ему в глаза, а не на свой лобок, где блестя от смазки и его семени, скользят во мне его пальцы, завораживая и притягивая взгляд.
- Заводит...   - хрипло соглашаюсь я, и потираюсь  попкой о его пах - чувствуя под джинсами первые признаки возбуждения. Вскидываюсь, и закрываю глаза - боги, он еще и нежным может быть. Сладким... Тяжело дышу и свободной рукой  обхватываю его голову,  путаясь  в светлых волосах. - Я... принимаю ... твои условия... мое только одно - все только между нами... никакого бизнеса... только ... ах... - Чувствую что теряю контроль над сознанием, и уже тяжело дышу, как глупая курица, нарвавшаяся на ловеласа. Между ног мокро и жарко, его пальцы умело сводят меня с ума, и я понимаю что он специально не дает мне разрядки. Начинаю следовать его ритму, подмахивая бедрами, и естественно потираясь ими о него, и чувствуя как твердеет он под плотной тканью. - ты прав... пожалуйста... - Сильно сжимаю его затылок под своей рукой и вжимаюсь  в его тело, широко и бесстыдно разводя ноги, и чувствуя как он наполняет пальцами влажную плоть.

+1

13

Жестокий, грубый и неуправляемый. Эндрюс преступил закон еще в далёкой юности. Этот мужчина плевал на кодекс чести, у блондина за душой нет ничего святого, и он всегда живет одним днем. Его руки запятнаны чужой кровью, а жизнь – это сплошное болото, у них нет ничего общего… Только животная страсть. И это ему чертовски нравится. Такие как он должны ненавидеть таких как она - всем сердцем, часто ему заказывали таких дамочек и он вырывал их холодные, оледеневшие, сердца яростной хваткой. Он не умеет сожалеть и любить. 
Ярость и страсть. Этот мужчина  давно превратился в зверя, годы закалки и безжалостных убийств, стёрли в его сущности все присущие нормальным людям черты, Эндрюс утратил свою человечность, надев на себя маску дикого зверя, убийцы и хищника. И как бы он сейчас не старался быть нежным приобретая человеческий облик,  в душе мужчина был зверем, зверем который был готов убить в любую минуту. Легкие прикосновения к её лону, как крылья бабочки. Если в прошлый раз эти прикосновения тут же исчезали, то сейчас они продолжались некоторое время. Теперь прикосновения передвинулись и стали интенсивнее и грубее. Он медленно проводит пальцами свободной руки очертания её подбородка, вырисовывая контур губ. Эта женщина похожа на падшего ангела, мечтающего вернуться на небеса, - в этой блондиночке скрывалась сила Дьявола и невинность ребёнка, - самая опасная и сладкая смесь. А он этой ночью испачкает её душу кровью, оставляя за собой кровавый шлейф из животной страсти и порока.Шквал, капкан эмоций. Ничего нельзя вырвать, поймать или [до]чувствовать. Всё кружится в первобытном ритме, никаких приличий и манер. Кто и на кой чёрт их придумал?
Он ловил каждый выдох блондинки, оборачивающийся полустоном. Бальзам на его уши. Такой обжигающий, но живительный и завораживающий. Мало было обоим. Кристиан чувствовал каждой клеткой своего тела нарастающее возбуждение и четырежды успел мысленно выругаться на свои джинсы, которые доставляли невообразимое неудобство. Но отвлекаться от ласк её тела не хватало ни сил, ни желания. Свести её с ума. 
Тигр уже оскалил свою пасть, шерсть стала дыбом, и он был готов к прыжку. Мышцы мужчины напряжённо перекатывались под кожей, когда он продолжал обжигать её нежные половые губы огнём страсти. Карающие и дарующие наслаждение пальцы продолжали свои ласки то входя в её тело, то резко покидая находя себе массу самых разных и восхитительных занятий, способных длиться если не бесконечно, то наверняка, очень долго. Кристиан тихо зарычал и резко подался вперёд, чтобы развернуться вместе с девушкой и подмять её под себя. Он грубо прижимал блондинку лопатками к холодному столу. Эндрюс чувствовал себя едва ли не скульптором, из мягкого воска создающим потрясающей красоты скульптуру, которой сам не мог налюбоваться. Прижимаясь теснее, к ней, он давал её прочувствовать степень своего возбуждения.

+1

14

Выгибаюсь под его властными руками. и теряя контроль все сильнее развожу и без того раскрытые его рукам ноги, и напряженные мышцы, когда видно, что ступни не просто стоят на полу - они подняты на пуанты - привет моей бурной молодости в роли балерины - так легче переживается напряжение, которое все сильнее захватывает мое тело. Хотя куда уж казалось бы больше его захватывать, если и без того кажется что хрупкие кости лопнут от перенапряжения,  Тяну его  к себе за волосы, и прижигаю странный поцелуй на его скуле,  искусанными, пересохшимися губами, чтобы чувствовать не только его властно нежные руки, успешно ведущие меня к наслаждению, и также успешно отнимающие его, но и его дыхание и его кожу.
Он хочет меня, я чувствую это обнаженными ягодицами, с силой прижатыми к его паху, и даже раздражающая кожу джинса не помеха этому желанию. Я уже бездарно теку, трусь об него и вообще напоминаю себе кошку в марте - слишком сильно хочу что бы он завершил эту ручную ласку либо оргазмом, либо стащил  с себя эти чертовы джинсы и трахнул меня нормально - жестко и сильно, чтобы погасить этого гребанный огонь, который делает меня слабой и зависимой от его нежных прикосновений.
- Зверь, мой зверь.. - Забываю контролировать речь, когда он снова опрокидывает меня на стол, и заставляет извиваться змеей от своих жадных прикосновений, и стонать не прекращая. СНова вцепляюсь  в его волосы свободной рукой, и забываясь пытаюсь направить его голову к той самой части тела, что пылает от его нежных, но незаконченных касаний, и которая не дает мне покоя, заставляя идти на сделку с жестоким зверем, который так нежно и одновременно жестоко берет мое тело  в свои руки. Тяну скованную с ним руку к его джинсам, пытаясь противостоять его желанию и дальше меня мучить и желание стянуть с него проклятые штаны и отдаться полноценному сексу. Пара капель крови падает на мой живот, вздрагиваю и острая судорога проходит от кончиков пальцев до корней волос, выгибая мое тело... Кайф...
Но оргазм не значит, что  я забуду о том, что  я его хочу. Притягиваю его голову к себе и жадно целую, не желая отпускать.

+1

15

В ночной тишине, нарушаемой лишь потрескиванием дров в камине, Эванс слышал свое шумное дыхание и ее прерывистые стоны. Было в этом что-то нечто величественное, нечто невыразимо прекрасное. Следы отравления настоящей животной страстью не проходят так быстро. Взгляд мужчины скользнул ниже и застыл на ее лобке. Эванс склонился перед блондинкой на колени, раздвинул руками ее бедра и стал покрывать их поцелуями. Дотронутся к ней, ввести в эйфорию. Горячий влажный язык трепетно касался к её нежной коже бедер, а через несколько секунд он впился в розоватую сердцевину половых губ всем  ртом, дерзко норовя просунуть язык поглубже в самые укромные уголки ее тающего лона. Руки тоже не остались без дела: они сжали её груди и принялись ласкать соски. Было неудобно, но пальцы Кристиана умело теребили её твердые соски, пощипывая их, оттягивая и резко отпуская, заставляя женщину сладострастно постанывать. Сжав левой рукой её бедро и, лизнув половые губы, он начал дразнить кончиком языка клитор. Когда женщина издала стон и судорожно вздохнула, язык мужчины принялся облизывать его со скоростью секундной стрелки часов - доводя её до экстаза и пробуждая в ней распутницу. Очередной неожиданный фортель языком в ее промежности, дарящий ей новые волны удовольствия и вызывающий оргазм. Он доводил её до безумия языком, перемежая дразнящие и еле ощутимые движения с более жесткими и настойчивыми. Её оргазм увеличивался, стихал, а затем вновь нарастал и вот, когда блондин сильно сжал её клитор зубами и чуть потянул, она кончила. Чутье подсказывало Кристиану, что он сотрясет ее до ногтей на ногах. Расстегнув ширинку, мужчина рывком поднял её, затем подхватил рукой под коленями, а другой обнял за плечи. Все это он сделал без каких-либо усилий, словно бы она была маленькая девочка. Глядя в её глаза, он провёл языком по её нижней губе, а затем страстно  поцеловал ее.  - Сейчас. - Снисходительная улыбка слетела с его губ. Но не смотря на это его голос был тверд. Даже надменен. Грубыми ладонями по лоскутной коже, не оставляя её губы больше ни на секунду.  Никакой трепетной нежности. Эванс давно продал все свои светлые чувства в ломбард. Сдал и забыл. Они на грани безумства. Губы касаются её шеи, даря ей укус, на память. Одно движение и его член стремительно врывается в неё, до боли сжимая её за задницу. Начинает резкие и глубокие движения. Казалось, он вот-вот сокрушит все естественные преграды на своем пути по темному горячему тоннелю и пробьет женщину насквозь. Для них сегодня нет ничего невозможного.  Опасные, страстные игры. Вскрытие души и не иначе.

Отредактировано Christian Evans (2013-07-16 17:05:00)

+1

16

Тишины нет. Есть только сорванное дыхание, которое разрывает высохшие от лавы желания легкие и сводит с ума, оставляя горький привкус на губах, еще вчера таких мягких и сладких, а теперь просто чертовски сухих и искусанных. Острый крик рвется из груди так чертовски тяжело не расплакаться от ощущения собственного бессилия, когда его губы дразня касаются моего  и без того уже расслабленного и горячего тела. Дышу через раз, пытаясь хотя бы на секунду разорвать гложущий меня плен его ласк, и не могу, проигрываю эту игру под чистую, сильнее подаваясь вперед на встречу жадным губам, словно проникающим в меня насквозь, дразнящему языку, дрожащим телом подмахивая каждому его движению. Схожу с ума. Сильнее натягиваю руку с наручником и царапаю пальцами собственное бедро, словно мне мало ссадин на запястье опасно натянутом вместе тонкой стальной цепочкой. Он - безудержный зверь. и хочется одеть на это сильное, движущееся в такт моим вскрикам горло тонкую серебрянную цепочку и приручить его сделать только своим, чтобы никто не смел прикасаться к тому, что принадлежит мне.
Темнота. Жар и стоны, которые, кажется отражаются от стен комнаты. Она вся напоена запахом страсти и секса, дыхание замерло вместе с головкружительны сердцебиением. С трудом осознаю происходящее. И снова кричу. когда чувствую вхождение жесткого члена, который словно пробивает меня насквозь, вбивая каждым движением в мое тело покорность  и жар, способный просто испепелить нас обоих.
- Сейчас - звучит где-то  в полумраке, и подчиняясь его воле, сильнее обхватываю его бедра истерзанными ногами, прижимаюсь, расплющивая напряженную грудь о его торс, и трусь, вздрагиваю как кошка, словно умоляя его одновременно о пощаде и желая продолжения, боясь что он замрет хотя бы на секунду. Понимаю, что тело просто рассыпается на куски от его резких и лишенных нежности движений, впиваюсь  в его спину ногтями, царапаю шею и кричу, кричу совершенно не стесняясь, вылетая куда-то за пределы реального мира, оставляя за спиной все, что  есть  у меня, и все хочу забрать у него... Растекаюсь по нему, чувствуя, как дрожит  и болит каждая мышца,  а между ног горит так, словно туда залили чистого спирта... кровь еще кипит, но сил уже нет. только ощущение постепенно теряющего твердость органа в обожженых движением тканях...
- bestia... - Шепчу едва слышно, и заставляю его повернуть голову, что бы клеймом запечатлеть свой поцелуй.

+1

17

Переплетения чистой страсти и звериной грубости. Притяжение тел. Новая поза и полный отказ от будничной прозы.  Дрожь.
Они оба стали невесомые. На стене разыгрался настоящий театр теней.  Она как самая крепкая затяжка.  Густой сигаретный дым. Нет, её не хочется вдыхать, ею хочется наслаждаться. Ещё и ещё. Отчаянные, дерзкие объятия. Зверь рычит и кусается. Он не умеет принимать ласки, он никогда не сможет преданно носом прикоснуться к плечу. Отдайся ему, полностью Амадея. Он хищник, желающий твою плоть.
Его член бился в устье её матки – вот он – самый прекрасный момент состыковки двух тел.   
Женщина, казалось, обезумела как и он. Сумасшедшее напряжение и совсем неощутимое, но такое невидимое притяжение. Она царапала его до крови, кричала полностью отдавшись ему. С его же губ срывались приглушённые стоны. Он кончил так , как ни кончал ещё ни разу ни с кем на протяжении всей своей жизни: это был самый затяжной оргазм со множественным излиянием. Эванс физически ощущал густоту своей спермы, накопленной за всю жизнь где-то в глубинах организма и, наконец освободившейся. Такого не могли добиться все вместе взятые женщины, которых он трахал до Амадеи. Блаженство. 
В пол шепота произносит, открывая глаза.  - Мучительно сладкая – холодная усмешка. Холоднее пролива Беринга. - химера моего ночного приключения, даже сейчас ты очень сексуальна.
Она и он. Словно как два беспокойных диких зверя, которые умело  - различают за версту чужих. Она и он. Прекрасно понимают что только слабак близко к себе подпускает других людей. Она и он. Никогда и никому носом в колени не тыкались, как туго ни было в этой жизни.
Она и он, насквозь пропитаны волчьей тоской. Молчать, искусавши друг друга и лишь стоять рядом. Смотреть в друг друга глаза, тяжело дыша растревоженной грудью, тихо хмуря лоб. Что может быть слаще? Этой ночью они вместе смогли дойти до звезд. Забавно, они могли бы лечить друг друга молчанием, оно сейчас такое наполненное. Только им известно, что суть вовсе не в словах. Последний жаркий поцелуй – подарен. Внутри что-то неприятно щёлкает. Он давно стал невыносимым. Резким, в сердце грязным, но её этот жест был приятен. Эванс положил руку ей на грудь. Раз, два, три. Что это? Её сердечный ритм напомнил ему медленный вальс. Три, два, раз. Последний танец. – Мне пора.

Отредактировано Christian Evans (2013-07-18 05:54:08)

+1

18

Дрожу от пережитого, чувствуя, что ноги, залитые его семенем, меня просто не держат. Тяжело дышу, опираясь на него всем телом, и молча радуюсь тому, что у меня полный арсенал контрацепции - иначе бы пришлось срочно искать возможность женить его на себе - в моей семье залетают быстро. Не думаю, что для ребенка это был бы идеальный вариант родителей - страстная мать-б**дь и холодный и жестокий отец-киллер. Ухмыляюсь ему в плечо, чувствуя горьковатый привкус пота, щиплющий растерзанную губу. Чертов самец, он настолько заводит меня, что голова идет кругом, и кажется, сейчас просто отвалится вместе с шеей - чтобы не завидовала.
Улыбаюсь на его слова - у него слишком холодные глаза для таких признаний. Холодные и жадные. Как у голодного зверя, так и не привыкшего  к большому количеству халявной еды, словно он не может поверить, что это все - только для него, и за это - не надо рвать никому глотку. Глажу его по мокрым волосам ладонью, словно дикого зверя, словно недавно прирученного и еще потенциально опасного. Он ведь  и правда очень опасен - только сейчас понимаю это совершенно остро - он ведь мог просто убить меня, и отстрелить цепочку наручника, чтобы уйти в свои вольные леса. Вместо этого Кристиан дал мне самой сполна насладиться его пленом, и явно получил сам неплохую разрядку после "дела". Провожу пальчиками по его бедру, исцарапанному мной, отмечая капельки подсохшей крови - та, что сочилась с растертого запястья.
- Я не хочу тебя отпускать... - Спокойно, ровно, без излишне пафосности и страсти - всего лишь констатация факта. Я хочу посадить его в клетку. и приходить каждую ночь, чтобы получать свое удовлетворение, чтобы только моим был этот жадный, опасный хищник. Ловлю его руку у себя на груди - и правда, сердце бьется как-то слишком медленно. Это странно, но не смертельно - в конце-концов я всего лишь игрок, который сделал верную ставку. Но пора покинуть стол - одежду мне принесут, это не проблема, но что делать с зудом между ног, который появляется только от его взгляда. Ему ничего не стоит переступив порог комнаты забыть о своих сказанных в запале словах. А я еще долго буду его искать. Поднимаю свою руку в наручнике, заставляя и его поднять свою, и долго смотрю на эти сцепленные, такие разные конечности. Я бы все так и оставила, ей-богу. В конце-концов мне не сложно было бы шокировать совет директоров своего банка появлением вместе с прикованным любовником, но это всего лишь мысли. Тянусь назад, и беру из кармана своей куртки маленький ключик, провожу прохладным металлом по его коже, чуть задевая следы своих ногтей, и расстегиваю наручник на своем запястье, словно  в качестве подарка оставляя ему эти стальные браслеты. Убираю его руку со своей груди, и отхожу к окну, отворачиваясь. Не хочу мешать ему тихо уйти...
- Иди...

+1

19

Вдыхать её как кокс, и чем больше, тем резче головокружения, их откровенное поведение, и плевать на всё. В голове его абсолютная пустота. Полная тишина и невидимая черта. В грудной клетке глубоко спрятаны слова. В сердце возрождается притуплённое ею чувство свободы. Всё зачеркнуть. Забыть её голос.  В душе слишком сумрачно, чтобы пытаться остаться хотя бы ещё на минуту. Ледяной взгляд. Не помнить ни о ком, не думать, забыть сравненья. Задушить в себе глупые сомненья. Они слишком увлеклись друг другом этой ночью. Взахлёб отдаваясь друг другу.  Вдыхая ароматы порока – совершенно не понимая, как же надышаться. Луна скрылась, рассвет, а их словно и не было. Щечок ключей в браслете. Тот, кто никогда не сидел, тот, за кем никогда не скрипели, тюремные решётки, не поймет прекрасной красоты этого звука. Он потёр своё запястье, ощутив себя освобождённым и не прикованным к ней. Бросая дикий взгляд на её силуэт, полностью уверенный, что эта женщина непременно будет его вспоминать по ночам. А он? Он даже не станет её целовать на прощание это уж точно.
Он знал, что она хочет. Она молчала и украдкой ловила его волчий взгляд. Молчи, молчи и ничего не говори.
Уйти и не вернуться. А она? Вспоминай его ночью. Одев рубашку, он бросил взгляд на кейс с деньгами. Эта ночь оплачена сполна. Отодвинув кейс от себя, он усмехнулся и пошагал в сторону выхода.

Мужчина на секунду остановился перед дверью и, положив руку на дверную ручку, бросил в её сторону кроткий взгляд. Они оба будут ждать будущих больших полночных откровений. Он придёт. Обязательно.

Эванс вышел на стоянку. Утреннее солнце не жгло, нежно лаская его шею, в дальнем конце замерли на страже два охранника Меди. Кристиан полной грудью вдохнул в себя теплый воздух. Её запах смешался с запахами бензина. До встречи, моя тигрица.
Под мерный рокот мотора, я усмехнулся. Пора идти играть в людей.

Отредактировано Christian Evans (2013-07-19 02:54:29)

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Смерть заводит не на шутку